В пепел

Глава одиннадцатая

За ночь раненому стало хуже, и Лаис прямо с утра побежала за лекарствами – в морг, к мэтру Йени, как и договаривались. Идти в аптеку она не рискнула все по той же причине, по которой предпочла хирургу патологоанатома. А на обратном пути собиралась заскочить еще и в банк – обналичить чек Ретена, что он выписал ей вчера после рассказа Дари о его деловом предложении Дасану. Ну, в смысле, выписал сразу после того, как обрел дар речи, оттаскал мальчишку за вихры и очень серьезно поблагодарил, по-мужски пожав руку.

Кстати, Пепел тогда предложил еще парочку весьма здравых идей.

– Пиши вчерашним днем, – посоветовал он, когда ресс начал заполнять чек, – чтобы ненужных вопросов не было. И пиши, что это вознаграждение за частное расследование, лишнее любопытство и сестричке сейчас ни к чему. И, пожалуй, контракт на это самое частное расследование вам не худо бы на всякий случай заключить, официально и с подписями – тоже пусть в банк с собой прихватит. Насколько я в курсе, тамошние стариканы не слишком любят расставаться с денежками, а вот бумаженции всякие, наоборот, весьма уважают.

– Какой ты, однако, специалист по банкам, – хмыкнул Ретен, – где только понахватался?

– Да так, – старательно изобразил тот равнодушие, – Отовсюду по чуть-чуть. Но если хорошо подумаешь, поймешь: фигню я себе в башку не собираю, все только по делу.

Ресс подумал и согласился – лишним оно всяко не станет. Так что теперь сумочку Лаис оттягивала, кроме купюр, еще и солидная пачка бумаг, из-за чего револьвер пришлось прятать под юбки. Это вызвало у Пепла взрыв безудержного веселья, пока Ретен не нашел способ его пресечь, незамысловато, но убедительно продемонстрировав кулак.

У здания управления полиции она оказалась аккурат к открытию. И – так совпало – к моменту, когда у бокового входа, ведущего в подвал морга, остановился тарантас труповозки. Пока оттуда выгружали закутанное в дерюгу тело, Лаис, пользуясь удачным совпадением, незаметно проскользнула вниз по короткой лестнице и, ни с кем не встретившись, оказалась в сырых, промозглых и пропитанных запахом формалина владениях мэтра Йени. Хозяин негостеприимного места, несмотря на ранний час, был уже там.

– Так и знал, что с утра заявишься, – отвлекся тот от подготовки стола для нового клиента – скорее всего, того самого, что сейчас выгружали перед входом. – Как твой вчерашний гость? Жар не спал?

– Нет, – откликнулась она. – Даже наоборот.

– Вон там пузырьки, – кивнул мэтр в сторону другого стола, письменного, где лежали в основном бумаги, – жаропонижающее тоже есть. Все подписано, и даже разборчиво, так что не перепутаешь. Взамен полсотни кредитов оставь. Там же.

Лаис без лишних вопросов еще раз проредила полученную вчера пачку купюр, положив несколько на место перекочевавших в сумочку пузырьков, и уже собиралась уходить, когда санитары с носилками перекрыли ей дорогу. Посторонившись, она приготовилась было пропустить их и выйти, но Йени неожиданно поманил ее к себе.

– Не хочешь взглянуть? Нашли сегодня ночью недалеко от почтовой станции. Многочисленные колотые и резаные по всему телу и револьверная пуля точно в сердце – изящным финальным штрихом. Не опознали пока красавчика.

– Почтовая станция? – сглотнула она.

– Вот и я подумал, что тебе может быть интересно, – хитро блеснул глазами медик, дождался, пока санитары перегрузят тело на подготовленный стол и уйдут, и тут же, словно фокусник в цирке, сдернул с тела дерюжку.

Лаис застыла: перед ней лежал труп ресса! Вне всякого сомнения. Так вот, значит, как выглядел измененный. И вот почему он старался не снимать капюшона: слишком приметная внешность. А еще внезапно подумалось, что вот такими же будут волосы Ретена, когда тот перестанет их закрашивать, – совсем-совсем белыми…

И вдруг резко выдохнула сквозь зубы, поймав себя на абсолютно сумасшедшей идее.

Абсолютно!!!

Но ведь может и сработать!

– Йени, – тихо сказала она, – помнишь внешность парня, что у меня лечил?

– Детка, я, конечно, не молод, – удивленно оторвался тот от изучения трупа, – но не до такой же степени, чтобы подозревать меня в старческом слабоумии?

– Так вот, – не приняла Лаис шутки, – его хотели убить. А этот… Этот уже мертв. Понимаешь?

– Да что ж тут непонятного? – соображал патологоанатом всегда быстро. – Рост у них, правда, разный, и морды тоже, но, если кое-что подправить, глядишь, и пройдет. Сколько ты готова пожертвовать бедному Йени за такое?

Открыв ридикюль, Лаис полностью вывернула на стол его содержимое, выбрала из получившейся кучи все до единой купюры, включая мелкие и мятые, и молча подвинула к нему.

– Впечатлен, – тот не глядя сгреб их в карман халата. – Что ж, считай, договорились. Вон там у меня в шкафу кое-какие притирания… Да, иногда и такое нужно для организации клиентам приличного внешнего вида. Порошок из ореха для волос тоже вроде есть. Пойди проверь тамошние запасы и будешь мне потом помогать: время дорого, а дел невпроворот.

Он тщательно закрыл входную дверь на замок, а сверху еще и щеколду набросил:

– Ну, чего стоишь? Шевелись! На тебе создание ему подходящей к случаю красоты, а я сейчас парню морду подправлю и сухожилия подрежу, чтобы хоть ноги подлинней выглядели и разница в росте не так в глаза бросалась.

– Йени, – начала было Лаис в нервах, – я никогда раньше… Не знаю… Демоны! Ну не доставляет мне удовольствия на такое смотреть!

– Деточка, – откликнулся тот не глядя, потому как уже примеривался специальным молотком к трупу, – я весьма немолодой и весьма неромантичный человек, чего и тебе желаю. В смысле, дожить когда-нибудь до моих лет и поскорее выкинуть подобную дурь из головы. Поверь, чем быстрее ты сделаешь второе, тем больше шансов на первое. А удовольствия оставь на потом. Живым. Тем, которые у меня здесь – уже все равно.

Лаис сглотнула.

– Ну так что, помогать-то будешь? – медик все-таки поднял на нее глаза. – Или отправишься за дверь и хотя бы мешать перестанешь?