6. Может, ваш ребенок психопат?

Становясь родителями, мы стараемся дать своим детям все самое лучшее и верим, что одной нашей любви к ним должно хватить, чтобы вырастить хороших людей. Поэтому мы так изумляемся или даже пугаемся, когда наши дети начинают вести себя плохо, — даже если понимаем, что для ребенка естественно проходить стадии капризного малыша и трудного подростка.

Пытаясь вырваться из-под нашей опеки, отстоять свою независимость и начать самостоятельно познавать мир, и дошколята, и подростки испытывают наше терпение крайне эгоистичным и безрассудным поведением. Но где та грань, за которой их выходки становятся слишком похожими на психопатические?

Здесь же встает вопрос, что такое быть «хорошим» родителем. Кого считать «плохими», кажется, очевидно — тех, кто пренебрегает ребенком, унижает и эксплуатирует его. Но, с другой стороны, и у «суперхороших» родителей порой вырастают эгоисты. Психопатами рождаются или такими их воспитывают? Есть ли какие-то внешние факторы, вроде просмотра сцен насилия на экране или общения с определенными группами сверстников, которые могут спровоцировать в ребенке развитие психопатии?


Сегодня я, как обычно, проснулась на рассвете, услышав, как мой сын кидает в стену игрушки. Джонни три года, но вот уже 20 месяцев он никак не пройдет стадию «ужасного двухлетки». Неимоверным усилием воли я заставила себя встать с постели и пойти в детскую — надеясь, что, может, хоть сегодня Джонни согласится надеть то, что я ему предложу. Но не тут-то было. 40-минутный скандал — и на нем опять какие-то жуткие носки, тапочки-поросята его сестры Мэйси и костюм Супермена, с развевающимся плащом в придачу. В этом наряде Джонни ходит уже два месяца, каждый день. А до этого он был Бэтменом. Я бы не особо возражала, но проблема в том, что он считает, будто в этом костюме можно летать, — и теперь, несмотря на летнюю жару, мы должны держать все окна плотно закрытыми, чтобы он не попытался выпрыгнуть.

Завтрак закончился очень быстро, но не потому, что у Джонни такой хороший аппетит. Просто стоило мне поставить перед ним тарелку с кашей, как он тут же спихнул ее на пол. Глядя при этом мне прямо в глаза.

Я уже чувствовала, что устала, — а на часах еще только восемь утра. Потому я посадила Джонни в манеж и, пока он играет, решила ответить на электронные письма. Но через 20 минут меня насторожила зловещая тишина. Заглядываю тихонько в детскую и вижу, как сын увлеченно рвет на мелкие клочки мой ежедневник-страницу за страницей. Я не знаю, как он умудрился его достать, и не успела об этом спросить — едва заметив меня, Джонни, словно по команде, начал выть, кинулся на пол и забился об него головой.

Я подумала, что, наверное, нам стоит выйти из дома и отправиться в супермаркет. Джонни охотно уселся в коляску, но только после того, как заставил меня переодеть его в другую куртку — та, которую я надела на него сначала, опять пришлась ему не по душе.

К несчастью, сегодня в супермаркете проводили специальную акцию. На входе я заметила девушку, раздающую стаканчики с шоколадным мороженым: этого мне с моим гиперактивным Джонни только не хватало. Я попыталась быстро свернуть куда-нибудь в сторону, но было уже поздноДжонни ее увидел. Требования купить ему мороженое начались с овощного отдела и набирали силу до самого хлебобулочного. Его крики становились все громче и громче, а взгляды, которые бросали на меня другие покупатели, — все враждебнее и враждебнее. На кассе он замолчал, потому что у него перехватило дыхание. К этому моменту он наорался уже почти до посинения, и я сломалась и все-таки пошла за мороженым. Когда я подняла взгляд от морозильной камеры, Джонни радостно хрустел чипсами, выхваченными из рук у голубоглазой малышки в соседней тележке. Меня это окончательно вывело из себя, и я сказала ему, что мы сегодня не пойдем гулять в парк. Ему нравится, когда его сильно раскачивают на качелях. Он так высоко взлетает, что я боюсь, как бы он не упал. Естественно, как только я сказала это, у него задрожала нижняя губа и он начал плакать. Я тут же почувствовала себя самой отвратительной матерью на свете и повезла его в парк.

Когда папа пришел домой, он, как обычно, спросил Джонни, что тот сегодня делал, и наш сын ответил так же, как отвечает всегда: «Летал на луну». Сейчас муж уже научился не пытаться опровергнуть эту версию дневных событий.

Скажу честно, я с ним вымоталась. На следующей неделе мы все едем в отпуск, и от одной мысли о перелете мне уже нехорошо. Не знаю, на сколько меня еще хватит.

Дженни, 36 лет, измученная мама


Стоит ли Дженни обеспокоиться тем, что ее сын проявляет некоторые классические черты психопата? Их ведь можно увидеть уже в детстве: желание быть Суперменом можно связать с манией величия, надругательство над ежедневником матери — с безответственностью, истерики ясно свидетельствуют о неумении сдерживать гнев, переодевание курток может говорить об импульсивности, кроме того, судя по его страсти к качелям, ему явно нужны острые ощущения, а его «полеты на луну» можно посчитать зачатками патологического вранья. Но, с другой стороны, это же вовсе не значит, что Джонни обречен всю жизнь страдать психическим отклонением, которое может в итоге привести его к 25-летнему тюремному заключению за убийство?

Возможно, Джонни — самый обычный малыш. Скорее всего, так и есть. Хотя одно пугающее исследование{18} и предполагает, что психопатические черты прослеживаются у человека уже в трехлетием возрасте, всегда лучше верить в то, что проблемы с ребенком — всего лишь неотъемлемая часть его взросления.

В своем эмоциональном развитии ребенок проходит две стадии, на которых он может в какой-то мере проявлять «психопатические» наклонности. Джонни как раз находится на одной из них. В возрасте двух-трех лет у детей развиваются навыки мышления, но при этом они все еще остаются крайне эгоцентричными и не могут полностью разграничить реальность и фантазии. Они начинают утверждать свою независимость от взрослых, но в то же время требуют мгновенной реакции родителей, если что-то идет не так, как им хочется. И, так как дети в этом возрасте не великие дипломаты, их недовольство выражается в оглушительных истериках, варварском поведении и необъяснимых капризах.

Вторая «психопатическая» стадия развития — подростковый период. Специалисты по возрастной психологии называют его периодом «бури и натиска». В это время гормоны, физиологические изменения и возросший уровень ответственности могут общими усилиями превратить дивных детей-ангелочков в угрюмых, воинственных, неразговорчивых гремлинов. Прославленный психолог Эрик Эриксон считал, что все подростки переживают «кризис идентичности», который характеризуется резкими перепадами настроения, острой озабоченностью тем, как их воспринимают окружающие, и экспериментами с разными моделями поведения, часто выходящими за поставленные обществом рамки.


Хороший подросток с плохими мозгами

По мнению современных нейробиологов, мозг подростка — так же, как мозг новорожденного, активно «вылепливающийся» в первый год жизни, — проходит через некоторые существенные преобразования{19}.

В возрасте 10-12 лет теменная и фронтальные доли, в большой степени отвечающие за Самоконтроль, начинают резко увеличиваться в размерах. Затем, на протяжении всего пубертатного периода, следует масштабное сокращение синаптических связей[21]. Это похоже на обрезку ветвей дерева: мозг избавляется от всего лишнего, чтобы укрепить и привести в порядок наиболее важные нервные пути.

Это значит, что большинство подростковых выходок связаны с незрелостью и преобразованиями их мозга, а не с тем, что ваши дети безумно-безумно-безумно вас ненавидят (хотя и это тоже возможно).

Так в какой же момент поведение ребенка выходит за границы нормального и становится по-настоящему большой проблемой?

Мы можем поискать ответ на этот вопрос в специальном «подростковом» перечне характерных особенностей психопатической личности, рассчитанном на детей в возрасте от 12 до 18 лет. При его разработке специалисты учитывали, что, с одной стороны, психопатия дает о себе знать уже на ранних этапах развития личности, а с другой стороны, у детей еще недостаточно жизненного опыта и возможностей, чтобы проявить свои психопатические черты в полной мере. Разработчикам пришлось пересмотреть критерии оценки основных психопатических особенностей в соответствии с их возможными проявлениями в детские годы. Согласно этому перечню, если ребенок «просто так» устраивает поджог в своей спальне, постоянно издевается над младшей сестрой, домогается девочек из младших классов и к 12 годам был задержан полицией уже 14 раз... тогда да, можно начинать волноваться. И то лишь в том случае, если при этом он живет в крепкой, любящей семье, ему с детства прививалась четкая дисциплина и он никогда в жизни не подвергался жестокому обращению — будь то травля, запугивание, пренебрежение, физическое или сексуальное насилие — с чьей угодно стороны: ваших друзей и знакомых, его учителей и одноклассников или кого-либо из членов семьи.

Что вызывает психопатию?

Ученые еще не дали конкретного ответа на вопрос, психопатов такими рожают или воспитывают. Или, другими словами, виновата ли здесь только генетика, или все-таки дело не обходится без педагогических ошибок. Возможно ли, чтобы ребенок, родившийся в любящей и заботливой семье, вырос монстром? (Была ли Клара Гитлер нормальной, нежной матерью?) Неужели родители могут только стоять в сторонке и с ужасом смотреть, как их «херувимчик» в очередной раз попирает их любовь и доверие?

Разные научные школы предлагают разные взгляды на формирование личности: одни полагают, что основную роль в нем играет окружение, другие — что важнее гены, а третьи — что и то, и другое одинаково важно. Как мы уже знаем, у психопатов было выявлено довольно большое число нейробиологических отклонений. К примеру, исследование, в рамках которого измерялась электрическая активность мозга людей во время чтения слов на экране компьютера, показало, что нормальные люди гораздо быстрее реагируют на слова, за которыми стоит какой-то эмоционально-чувственный образ — такие как «смерть» или «изнасилование», — чем на нейтральные понятия. В то время как мозг психопата на все слова реагировал одинаково. Но были ли эти отклонения в восприятии заложены природой или сформированы в раннем детстве, определить практически невозможно.

Конечно, некоторые психопаты и правда терпели в детстве жестокое обращение, получали уроки агрессии и насилия от своих родителей и затем применяли полученные знания в своих зверских преступлениях. Но многие, очень многие несчастные дети все равно психопатами не становятся.

По мнению Хаэра, «психопатов порождает сложное — и малопонятное — взаимодействие биологических и социальных факторов»{20}. Другими словами, комбинация природы и воспитания. Исследование показало, что преступники, выросшие в неблагоприятных условиях, впервые предстают перед судом в возрасте около 15 лет, в то время как средний возраст, в котором совершают свое первое правонарушение отпрыски относительно добропорядочных семейств, — 24 года. Следовательно, раньше начинают свою криминальную карьеру дети из неблагополучных семей. Но это относится только к не-психопатическим преступникам.

Психопаты становятся преступниками в среднем лет в 14 — независимо от того, в какой семье они росли. Словом, даже если ребенок-психопат воспитывается любящими родителями, он все равно пойдет против закона в довольно раннем возрасте. (Однако Хаэр признает, что и для психопатов неблагополучное детство не проходит даром — те из них, кто рос в тяжелых условиях, с большей вероятностью совершают особо жестокие преступления.)

Тем не менее, Хаэр не раз подчеркивает, что совсем списывать родителей со счетов нельзя: «Может быть, девиация и не зависит от родителей, но именно родители во многом определяют то, как синдром будет развиваться и в чем найдет свое выражение».

Нет никаких сомнений в том, что детское сознание формируется через наблюдение за ролевыми моделями и подражание им. Значит, если вы хотите, чтобы ваш сын или ваша дочь научились различать хорошее и плохое, вы сами должны показать им, в чем разница. Детям нужен достойный пример для подражания, и в литературе, посвященной психопатам, среди возможных причин отклонения нередко упоминается жесткая и притом противоречивая дисциплина.

Кембриджское исследование развития преступных наклонностей

Это одно из самых долгих исследований криминального поведения в истории: оно отслеживало судьбу 411 мужчин в течение 40 лет — с восьми до 48. Детей выбрали из рабочего класса Южного Лондона (часть города на южном берегу Темзы, где испокон века жили выходцы из низших слоев городского населения. — Пер.) в 1961 году и проверяли несколько раз в течение их жизни. Целью проекта было определить, какие обстоятельства толкают подростков на преступления и приводят ли они к тому, что и в будущем несовершеннолетние преступники выбирают криминальный путь.

Более половины наблюдаемых в тот или иной момент действительно преступали закон, причем пик криминальной активности пришелся у них на 17 лет. Но те, кто уже попадал под суд в более юном возрасте, совершили наибольшее число преступлений и дольше всех продолжали нарушать закон во взрослой жизни. На долю тех, кто сел на скамью подсудимых в возрасте от 10 до 16 лет, пришлось 77% всех преступлений, зафиксированных исследованием. 7% этой группы стали «хроническими правонарушителями», ответственными за половину всех учтенных преступлений, и пополняли счет своих проступков еще 20 лет кряду. Таким образом, исследование подтвердило предположение, что нарываются на проблемы с законом очень многие подростки — и это даже можно считать нормальным для их развития — но подозрения должны вызывать те, кто делает это систематически или в очень раннем возрасте.

В среднем криминальная карьера хронических правонарушителей продолжалась с 14 до 35 лет. Как уже говорилось, криминальная активность всей исследуемой группы в целом — а значит, и любого другого обычного, не-психопатического подростка — приходится на 17 лет. То есть любой подросток может стащить что-нибудь из магазина, или попытаться влезть в чужую машину, или сделать еще Что-то подобное, но после 17 лет он перерастет свои криминальные наклонности. В то время как серьезный и даже, возможно, психопатический преступник будет продолжать свою противоправную деятельность еще пару десятков лет и только потом иссякнет — либо окажется в тюрьме, либо станет поспокойнее с годами, либо просто потеряет интерес к криминалу.

Этот проект также дал основание предположить, что криминальное будущее детей можно предсказать по некоторым факторам риска, наличие которых в возрасте 8-10 лет может привести к плачевным последствиям. Вот они:

• плохая успеваемость в учебе;

• бедность и обездоленность; большая семья с низким уровнем доходов и плохими условиями проживания;

• жесткие, авторитарные методы воспитания, слабый надзор или долгие отлучки родителей;

• гиперактивность, неспособность концентрировать внимание, беспокойность, рисковое и импульсивное поведение;

• необузданное поведение в школе, включающее мошенничество и агрессию;

• судимость родителей и/или наличие правонарушителей среди других родственников

Давайте проверим двух братьев-тинейджеров на наличие факторов риска.

Семь признаков ребенка-психопата

Том и Питер — близнецы, рожденные с разницей всего в несколько минут. Но с самого начала они были совсем разными. Том был тихим, улыбчивым малышом, а Питер — крикуном. Тем не менее, в раннем детстве они были очень дружны, и, подначиваемый Питером, Том часто принимал участие в его рискованных проделках, сводивших с ума их родителей.

Во всяком случае, так казалось поначалу. Но на самом деле, хотя Том и выглядел как невинный агнец, он не был таким уж безобидным (школьные учителя жаловались на его поведение, да к тому же был один очень неприятный инцидент с соседями, которые застали его за поджогом их гаража). А Питер, несмотря на вечно разбитые коленки и перепачканное лицо, не всегда и не во всем был виноват. И в итоге, когда они оба стали подростками, их родители уже не могут понять, кто из них хороший, а кто плохой.

Сейчас, в свои 15, Питер постоянно торчит перед зеркалом: выдавливает угри, колдует над своими волосами и пытается усилием воли заставить вырасти щетину. Как ни колотят по утрам в дверь ванной разгневанные брат и родители, он не выходит до тех пор, пока не закончит со своими делами.

Том, напротив, до неприличия доволен своей внешностью и часто хвастается тем, что за ним бегает самая симпатичная девочка в школе. Несмотря на плохие оценки, он нисколько не обеспокоен своим будущим: на вопрос, что он будет делать дальше, он отвечает, что станет «большим боссом в Сити» (бизнес-район в центре Лондона. — Пер.) и к 20 годам заработает свой первый миллион. Когда учителя просят его показать домашнюю работу, он пожимает плечами и говорит, что задание было «такое скучное» — не могли бы они к следующему уроку придумать что-нибудь поинтереснее?


Признак 1

Питер демонстрирует малопривлекательные, но, тем не менее, очень типичные для подростка признаки одержимости своей внешностью: обычно тинейджеры не только очень щепетильно, но и довольно критично относятся к тем изменениям, которые в них происходят. Тома эти переживания никак не коснулись — более того, его уверенность в себе граничит с совершенно неоправданной манией величия — а это может говорить о такой психопатической черте, как необъятное самомнение.

Однажды в субботу Том и Питер приглашают двух девочек в парк аттракционов на двойное свидание. Они уже покатались на всем, на чем только можно, но Питер еще несколько раз затаскивает свою подружку на высоченные американские горки с жуткими «мертвыми петлями». Перед третьей поездкой она зеленеет, а к пятой из нее уже лезет съеденная сладкая вата, но Питера это все только веселит, и он продолжает покупать билеты и уговаривать несчастную девочку не быть «занудой».

Том быстро теряет интерес к горкам и усаживает свою спутницу в вагонетку, отправляющуюся в комнату страха. Она считает, что это развлечение для малышей, и никакого воодушевления не проявляет, но Том перед отправлением запихивает что-то ей в рот... это таблетка «экстази». Себе он берет две. Она пугается, когда понимает, что это, но Том лишь усмехается. Ничего страшного, уверяет он ее, он уже столько раз их принимал. Может, скрутить им на двоих косячок, чтобы она успокоилась?


Признак 2

Все подростки любят пощекотать себе нервы, и Питер, затаскивающий свою бедную укачанную подружку на дешевенький аттракцион, ведет себя всего лишь как типичный тинейджер. В этом возрасте дети верят в свою неуязвимость (так же, как и вставшие на ножки малыши, — такая убежденность заложена природой, иначе им бы не хватило смелости познавать окружающий мир). Однако то, что Том употребляет наркотики, может свидетельствовать о куда более мрачных началах его натуры — особенно то, что он пичкает ими другого человека. Его родителям стоит обеспокоиться: все это может вылиться в продолжительную, нарастающую зависимость, которая часто отягощается такими «развлечениями», как погонять на машине, еще даже не имея прав, покататься на скейтборде посреди оживленной трассы или спровоцировать качка-вышибалу на драку. Помните, что психопаты все время ищут острых ощущений, и подростки-психопаты часто находят их в наркотиках — дешевом и доступном средстве достижения желаемого эффекта.

Том постоянно ставит родителей в тупик — особенно тем, что почти все время врет, причем без всякой на то причины: это не он доел хлопья и поставил пустую коробку обратно на полку; он спал и не слышал, как почтальон звонил в дверь; он на самом деле покормил собаку, как его просили; наркотики, найденные у него в комнате, ему Питер подкинул. Но и Питер тоже лжет, когда говорит, что останется ночевать у своего друга Сэма, — родители уверены, что в действительности он спит со своей новой подружкой, и очень из-за этого переживают: если он занимается с ней сексом, это незаконно, она еще совсем девочка.


Признак 3

На первый взгляд, ложь Питера серьезнее — но, с другой стороны, большинство мальчиков-подростков стараются оставить свою личную жизнь только личной и учатся скрывать от родителей правду о своих интимных похождениях. И, положа руку на сердце, больше беспокойства и подозрений должно вызывать постоянное вранье Тома, тем более что он явно не преследует никакой цели, а просто наслаждается процессом.

ЛОЖЬ ВО БЛАГО

Совсем недавно газета The Sunday Times опубликовала статью под заголовком «Научиться привирать — это прогресс, уж поверьте»{21}. В ней были приведены результаты исследования» проведенного доктором Кэнгом Ли с факультета детской психологии университета Торонто,

В исследовании приняли участие 1200 маленьких детей: каждого из них оставляли одного в комнате и просили не смотреть на игрушку, лежащую у него за спиной (естественно» все они тут же нарушали запрет). Потом малышей просили сказать, сделали ли они так, как было велено. Многие из них соврали, и, по мнению доктора Ли, это свидетельствует о том, что они достигли важного уровня в своем умственном развитии. Дети с наилучшими мыслительными способностями смогли придумать наилучшую ложь — это значит, что «исполнительные функции» (Мыслительные процессы, позволяющие планировать и регулировать свои действия в зависимости от обстановки. — Пер.) их мозга уже настолько развиты, что они могут выдавать ложные, но вполне убедительные объяснения реальных событий.

В возрасте двух лет врут 20% детей, к трем годам доля обманщиков составляет 50%, а к четырем — почти 90%. Своего пика эта тенденция достигает, когда детям исполняется 12 — в этом возрасте врут практически все (но не постоянно), — а к 16 годам она уже снижается до 70%. (Если говорить о взрослых, то проведенный лондонским Музеем науки опрос показал, что мужчина говорит неправду в среднем 1092 раза в год.) Ученые утверждают, что никакой связи между детскими «сказками» и жульничеством на экзаменах или искусным мошенничеством во взрослой жизни нет. И от строгости воспитания детское вранье тоже никак не зависит.

Одним пятничным вечером родители Тома и Питера испытывают на себе ярость обоих сыновей сразу. Питер заявился домой на два часа позже «комендантского часа» и, получив нагоняй от рассерженного отца, рванул в свою комнату с воплем: «Да что ты понимаешь!» — хлопая по пути дверями так, чтобы стекла звенели.

Том ввалился в дом, пряча разбитые в кровь костяшки пальцев, — его в который раз доставила родителям полиция: он опять оказался зачинщиком драки, которая началась в пабе и выплеснулась на улицу. В таких случаях Том всегда находит виноватого: то на него не так посмотрели, то полезли к его девушке, то опрокинули на него стакан. Правда, однажды он так и не смог найти объяснения своему поступку — когда напал на полицейского. На этот раз родители попытались возразить ему и сказать, что так не бывает, чтобы виноваты были все вокруг, но только не он сам — тогда Том треснул кулаком по ближайшей стенке и взвыл от боли: «Вот до чего вы меня довели!»


Признак 4

Вспышки гнева Питера довольно характерны для мятущегося подростка, которому не терпится вырваться из-под опеки родителей и стать самостоятельным. Но вот Том проявляет такое психопатическое свойство, как полная неспособность сдерживать свою агрессию — достаточно малейшей провокации, и он мгновенно взрывается, да так, что его уже не остановить.

Все было бы еще ничего, думают родители, если бы мальчики хоть как-то готовились к самостоятельной жизни и строили планы на будущее. Но, пока дети их друзей стараются найти себе на лето подработку и получить какой-никакой опыт, Питер спит до полудня и встает с постели лишь для того, чтобы просидеть несколько часов на своем любимом Facebook. А Том, несмотря на все свои обещания стать миллионером к 20 годам, весь прошлый год при любой возможности прогуливал школу и даже не явился на несколько экзаменов для перевода в старшие классы.


Признак 5

Казалось бы, подростки должны с восторгом хвататься за все те возможности, которые жизнь предлагает молодым и энергичным, — но, кажется, многие из них способны лишь на то, чтобы спать круглые сутки или часами пялиться в экран компьютера. Неудивительно, что родителей это так бесит. Но, как бы то ни было, Питер лишь исправно следует жизненному сценарию мальчика его возраста. Исследования показали, что биологические часы подростка, ребенка и взрослого отсчитывают время по-разному, и для тинейджеров комфортнее лечь попозже и поспать с утра подольше{22}. Гораздо более неприятный симптом мы видим у Тома: отсутствие каких-либо реалистичных жизненных целей. Да, у него есть призрачные фантазии о себе-миллионере — но он не пытается придумать, как этого добиться, и даже каких-то интересов, которые побудили бы его получить как минимум достойное образование, у него нет. Психопат верит, что у него все сложится «само собой» и что в итоге он все равно получит то, чего хочет, — даже если он сам точно не знает, что это.

На прошлой неделе родители близнецов чуть не поседели, когда учителя Питера стали звонить им и спрашивать, что с ним случилось, — он не пришел на занятия. Когда он не вернулся и за полночь, они уже собирались вызывать полицию. И тут он сам им позвонил — сказать, что решил сходить на концерт своей любимой группы, которая выступала в трех часах езды от их дома. Родители были вне себя, но все-таки вздохнули с облегчением — с Питером было все в порядке.

Но затишье длилось недолго: придя из школы в понедельник, Том известил родителей, что он не только рассорился со своим «новым лучшим другом», но еще и собрался бросить школу. «Школа мне ничего не даст», — выдал он. И заявил, что теперь «пойдет в бизнес», хотя он уже три раза устраивался подрабатывать где-то в выходные, и его три раза выгоняли за неявку.


Признак 6

Какой тинейджер не «забивал» на учебу, чтобы погулять с друзьями, и не ездил за своей любимой группой на край света (или хотя бы на противоположный конец города)? Это ведь все равно что «обряд посвящения во взрослые». Но, хотя родители и не находят себе места, когда Питер до ночи где-то пропадает, на самом деле им стоит уделять больше внимания непредсказуемому поведению Тома, который, кажется, крушит любые планы, отношения и обязательства просто потому, что ему так захотелось.

Преодолевая порой абсолютно несгибаемое сопротивление, родители пытаются привить Тому и Питеру чувство ответственности — хотя им и кажется, что они уже давно провалились как воспитатели. Второй хомячок Питера недавно умер, прожив на его попечении всего четыре месяца, — то ли от обезвоживания, то ли оттого, что Питеру казалось забавным выдыхать на крошечное создание клубы дыма марихуаны. А Том, как выяснилось, убил их собаку вследствие своего неудачного «эксперимента». Конечно, какая такса выживет, бросившись за нарочно выкинутым мячиком из окна третьего этажа? Его родители (и соседи) еще не знают, сколько таких четвероногих жертв «экспериментов» уже закопано на заднем дворе.


Признак 7

Неспособность Питера позаботиться о хомячке не должна пройти незамеченной — теперь уже вполне ясно, что даже в сравнении с братом Питера все равно не назовешь «подающим надежды юношей». Но то, как с животными обращается Том, говорит о его ужасающем бездушии. Садистское отношение к братьям нашим меньшим — один из самых явных и самых тревожных признаков психопатии. Родителям Тома пора обратиться за помощью к специалистам.

Это просто детские выходки, или за ними стоит нечто большее?

1. Когда вы приходите забрать своего четырехлетнего Джорджа после его первого дня в садике, воспитательница просит вас отойти в сторонку и переговорить с ней с глазу на глаз. Она говорит:

A) Джорджа пришлось поставить в угол после того, как он несколько раз пихал и кусал других мальчиков.

Б) Джорджа пришлось поставить в угол за то, что он бегал за девочками и пытался их поцеловать, из-за чего они начинали плакать.

B) Джорджа пришлось поставить в угол за то, что он стал поливать клеем песочницу с играющими в ней детьми.


2. Сегодня свадьба вашей сестры, и ваша шестилетняя дочь Мэйси должна быть «подружкой невесты». Но в восемь утра вы застаете ее за тем, что она:

A) Прячется в шкафу под лестницей — она боится идти в церковь, потому что там все будут на нее смотреть.

Б) Разрезает свое нарядное платье на крошечные кусочки — у нее уже остался целым только левый рукав.

B) Будит вашу сестру, чтобы спросить, видела ли она, как «дядя» на прошлой неделе целовался с вашей соседкой Дженни.


3. Восьмилетний Майкл все утро тихонько сидит в своей комнате. Казалось бы, нужно радоваться миру и покою, но вы-то знаете, что:

А) Майкл, скорее всего, опять издевается над хомячком: будит бедного зверька, тыча его чем-нибудь в бок, обмазывает его шерстку гелем, чтобы поставить ему «ирокез», и заставляет сражаться с игрушечным черепашкой-ниндзя.

Б) Несмотря на ваш строгий запрет, Майкл, скорее всего, играет в кровавые игры на компьютере своего старшего брата, который он научился тихо включать, пока тот спит.

В) Скорее всего, Майкл «проводит вскрытие» мягких игрушек своей младшей сестры — вот такой сюрприз ждет ее, когда она вернется из балетной школы.


4. Сегодня у вас день рождения, и 12-летняя Сьюзан пообещала устроить вам сюрприз. Пользуясь случаем, вы долго валяетесь в постели и ждете, что же она для вас приготовила.

A) Сьюзан приносит вам завтрак в постель: пакет чипсов и полный стакан водки.

Б) Сьюзан тихонько выскальзывает из дома и не возвращается до шести вечера.

B) Сьюзан валяется в постели дольше, чем вы. Когда в полдень она все-таки выходит из своей комнаты и вы спрашиваете ее про сюрприз, она лишь фыркает и уходит обратно к себе.


5. Вы не знаете, как реагировать: вернувшись из школы, 13-летний Тим тут же запирается в своей комнате и выходит только за тем, чтобы взять свою тарелку с ужином. Что он там у себя делает?

A) В сотый раз прослушивает на полной громкости какой-нибудь из альбомов The Grateful Dead (рок-группа. — Пер.) (и иногда даже прокручивает запись задом наперед, чтобы услышать, действительно ли в ней зашифрованы сатанинские послания).

Б) Рубится в компьютерную игру Mash'Em Up (игра-«стрелялка». — Пер.) в режиме нон-стоп.

B) Листает журнал Monster Jugs [«Мегабуфера»] (вы недавно обнаружили, что сын прячет его под матрасом).


6. Вас распирает гордость: вашего 15-летнего Джона назначили капитаном школьной команды по футболу. Но радости не суждено было продлиться долго.

А) Учитель физкультуры звонит вам домой и говорит, что Джона лишили звания капитана, так как недавно его застали в школьном душе голым в обнимку с девочкой из класса.

Б) Учитель физкультуры звонит вам домой и говорит, что Джона лишили звания капитана после того, как поймали на организации договорного матча, — его дружки бегали по школе и принимали ставки.

В) Джон просто не приходит на свой первый матч в качестве капитана — вместо этого он садится в поезд и укатывает к своей подружке.


7. В пятницу, в 11 часов вечера вам звонят в дверь. Это полицейский, который привел домой вашего сына, 16-летнего Марка. Коп еще и рта не раскрыл, но вы уже просите его ничего не говорить. Вы и так знаете, что случилось, — это происходит практически каждую пятницу последние полгода.

A) Марка опять задержали в местном пабе при попытке «толкнуть» кому-нибудь ваш телевизор.

Б) Марка задержали в местном пабе при попытке купить марихуану.

B) Марка вышвырнули из паба, и позже полиция нашла его, окруженного пивными бутылками, в полубессознательном состоянии в местном парке.


8. Наступает субботний вечер. Вы пытаетесь уговорить свою 17-летнюю дочь Люси остаться дома и посмотреть с вами шоу The X Factor. Хотя прекрасно знаете, чего она хочет на самом деле.

A) Погулять по району со своей компанией, бросая камни в проезжающие машины и запивая водку энергетиком Red Bull.

Б) Погулять по району со своей компанией и заняться сексом в сломанном лифте с каким-нибудь прыщавым парнишкой.

B) Погулять по району со своей компанией, пока полиция не приедет оттаскивать их от других ребят, с которыми они, как обычно, затеют драку.


9. Вы говорите 18-летнему Саймону, что не позволите ему после экзаменов поехать с друзьями на неделю на Коста-дель-Соль. Это слишком дорого и может быть опасно. Он кричит:

A) «Ненавижу вас! Чтоб вы сдохли!»

Б) «Я все равно поеду, вы меня не остановите!»

B) «Вы еще об этом пожалеете! Я вам еще покажу,...!»


10. Вы с детьми поехали на новогодние праздники на море. Вам очень хотелось встретить Новый год всей семьей, но вот наступает вечер 31 декабря, и...

A) Ваших детей-подростков развозит, и они отрубаются: оказывается, они украли днем бутылку текилы и всю ее выхлебали.

Б) Ваши дети-подростки уходят на пляжную вечеринку у костра и отказываются присоединиться к семейному торжеству.

B) Ваши дети-подростки уходят в местный ночной клуб.


Ответы:

В каком бы из предложенных вариантов вы ни увидели своего ребенка, он в любом случае ведет себя отвратительно. Но, как бы вам ни хотелось запереть его в комнате и выкинуть ключ, он не психопат. Он просто обычный ребенок. Не волнуйтесь, эта стадия может длиться лет 20, но когда-нибудь она все же закончится.

Говорить о детской психопатии могут более серьезные проступки: кражи у других детей и их родителей, вандализм, поджоги, мучения и убийства животных, издевательства над другими детьми, очень ранние извращенные сексуальные эксперименты, особенно с принуждением к сексу других детей, побеги из дома и прогуливание школьных занятий, равнодушное отношение к выговорам и наказаниям. Помните, что психопатия определяется целым рядом черт, поэтому не стоит паниковать, если вам довелось столкнуться с одним или двумя ее проявлениями в своем ребенке.

Как путают СДВГ с психопатией

Исследователи обратили внимание на тесную связь психопатии и синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) — фактически их нередко обнаруживают одновременно{23}. Скажу больше, СДВГ можно диагностировать у примерно 75% детей-психопатов{24}24.

Пока что неизвестно, чем обусловлена эта связь, — специалистам еще предстоит исследовать множество сопряженных с этим явлением факторов. Совсем недавно британские ученые, занимающиеся изучением ДНК, впервые обнаружили генетические «корни» СДВГ. Это открытие позволило с уверенностью утверждать, что некоторые небольшие, но важные сегменты ДНК у больных синдромом детей в их геноме либо отсутствуют, либо дублируются{25}. Но у психопатов ничего подобного обнаружено не было. Кроме того, особенности устройства мозга психопатов не повторяются у больных СДВГ: дисфункция миндалевидного тела, характерная для психопатов, у людей с СДВГ не встречается{26}.

Есть опасность того, что учителя, родители или даже профессиональные психиатры ошибочно примут подростков с СДВГ за психопатов — характерные черты этих двух отклонений очень схожи между собой, особенно в том. что касается неисправимо «плохого поведения». Дети, страдающие СДВГ, могут сталкиваться с трудностями в учебе и неприятием сверстников, которые будут избегать их из-за неумения на равных участвовать в общих играх и адекватно вести себя с окружающими. Таких детей отличает не только необузданность, но и общая «непохожесть» на ровесников — и эти их особенности могут вызывать конфликты и дома: родители очень скоро почувствуют, как бразды правления выскальзывают из их рук. В результате они либо закроют на все глаза и фактически предоставят ребенка самому себе, либо начнут предъявлять ему слишком жесткие и алогичные дисциплинарные требования. Тогда страдающий СДВГ тинейджер начнет искать прибежища среди детей со схожими проблемами — и это очень скоро приведет его в «дурную компанию», за попаданием в которую часто следуют первые криминальные опыты.

Метод кнута и пряника не поможет

Четкая и обоснованная дисциплина нужна всем детям, но ребенок со склонностью к психопатии нуждается в особом подходе: демонстрировать ему разницу между плохим и хорошим нужно особенно настойчиво, сам он не догадается. Существует специальный психологический термин — «пассивное избегание», который обозначает способность нормальных детей понять, какие поступки надо совершать, чтобы получить вознаграждение, а каких нужно избегать, чтобы не быть наказанным. К примеру, будучи ребенком, вы быстро разберетесь, что сказав «пожалуйста», получишь мороженое, а укусив маму за ногу, скорее всего, отправишься в детскую стоять в углу.

Такая «наука» доступна большинству детей. Но, как мы уже знаем, психопатов удачи и поражения ничему не учат. У них все так запущено, что они не могут усвоить «пассивное избегание» ошибок даже тогда, когда в качестве вознаграждения им предлагаются деньги или сигареты{27}. Это значит, что ребенок, который продолжает совершать один и тот же проступок, сколько бы его ни ставили в угол и сколько бы конфет ни обещали за хорошее поведение, может оказаться потенциальным психопатом. Но только в том случае, если он глух к воспитательным мерам не «иногда» или «изредка», а постоянно — лишь полная неспособность к обучению может отличить психопата от нормального малыша.

Современные технологии превращают нас в психопатов?

Дэниел Петрик — американский подросток, простреливший головы своим родителям за то, что они отобрали у него игровую приставку. Он хотел играть в Halo 3, шутер от первого лица («стрелялка», в которой игрок как будто видит игровую обстановку глазами персонажа. — Пер.). На момент совершения преступления Дэниелу было 16 лет, его отец был священником. На полицейском допросе Дэниел утверждал, что это отец застрелил мать, а потом попытался покончить с собой, но показания чудом выжившего отца и отпечатки пальцев опровергли его версию событий.

Перед тем, как выстрелить в родителей, Дэниел подошел к ним со спины и сказал: «Закройте глаза. У меня для вас сюрприз». Покидая место преступления, он захватил игру с собой.

Halo 3 сыграла в этом деле главную роль: она была заперта в том же сейфе, где хранился пистолет калибра 9 мм, из которого Дэниел стрелял в родителей. Этот случай вызвал жаркие дебаты о природе его игровой зависимости (сообщалось, что Дэниел не расставался с консолью по 18 часов в сутки). Защита утверждала — помимо прочего — что молодой человек был не совсем вменяем: он так много играл в эту «стрелялку», что перестал понимать, к каким последствиям может привести реальная стрельба. Он был приговорен к 23 годам тюремного заключения и выйдет на свободу в 2031 году.

Но не спешите винить в матереубийстве Дэниела индустрию видеоигр. Новые технологии и психопатия никак друг с другом не связаны. И сколько-либо убедительная связь между кровавыми видеоиграми и детской или взрослой жестокостью тоже установлена не была — хотя, возможно, такие развлечения действительно делают нас менее восприимчивыми к жестокости: они позволяют нам не только совершать акты насилия, чувствуя свою собственную неуязвимость и безнаказанность, да еще и получать за них «бонусы». В итоге у нас закрепляется своего рода рефлекс: раз в игре нужно «мочить» всех, кто выпрыгнет из-за угла, то и в реальности на любой раздражающий фактор можно сразу отвечать насилием.

Дети часто перенимают то, что видят на экране. Так, может, не следует позволять им часами играть в убийцу? А если еще и графика у игры будет очень уж реалистичная, то ребенок вскоре вообще перестанет различать фантазии и реальность. В конце концов, нельзя забывать, что стародавние мультики о Томе и Джерри по сравнению с компьютерными играми нового столетия не просто «прошлый век», а какая-то «эра динозавров». Недаром на фильмы, содержащие сцены секса и насилия, жестокие видеоигры и прочую мультимедийную продукцию накладываются возрастные ограничения — не оставляйте их без внимания!

Существует доказанная связь между увлечением ребенка компьютерными играми и просмотром телевизионных передач «для взрослых» и его агрессивным отношением к другим детям{28}. Исследователи понаблюдали за детьми в возрасте от шести до 11 лет и пришли к выводу, что те, кто ведет себя на детской площадке наиболее задиристо, чаще смотрят телевизор, чем их спокойные сверстники, — агрессивные ребята проводят перед голубым экраном в среднем по пять часов в день. Тем не менее, специалисты так и не сообщили — а возможно, и не смогли установить, — чем именно обуславливается эта закономерность.

Однако считается, что некоторые компьютерные игры помогают развить умственные способности ребенка и его моторику и даже улучшить его общее состояние{29}. Но такими положительными характеристиками обладают только те игры, которые были специально разработаны с образовательными целями, требуют логического и творческого мышления, а не просто быстрой реакции, и дают установку на позитивное отношение к человеческому обществу.

Мой вам совет: относитесь к мультимедийной продукции как к сладостям. Нельзя, чтобы дети ими злоупотребляли, но в разумных количествах они не причинят вреда и даже, возможно, принесут пользу. Большинство современных детей тратят на видеоигры 7,7 часа в неделю и просиживают перед телевизором — только вдумайтесь! — 32,1 часа{30}. Конечно, это не идет на пользу их здоровью: по-хорошему, двух часов просмотра телепрограмм в день более чем достаточно. Если вы обеспокоены тем, как много времени ваш ребенок проводит перед каким-либо экраном, вы найдете много полезной информации в книге «Медиадиета для детей» Терезы Орандж и Луизы О’Флинн{31}.

Феномен подростков-убийц

В 1999 году 18-летний Эрик Харрис и 17-летний Дилан Клиболд зашли в свою школу «Колумбайн», застрелили 13 человек, ранили 23 и покончили с собой. Свою атаку они планировали более года. Подобные инциденты происходили в США и во всем мире пугающее число раз (с 1996 года и до того момента, когда эта книга пошла в печать, стрельба в разных школах мира звучала 48 раз), и английские родители беспокоятся, что нечто подобное может произойти и с их детьми. Это событие заставило общественность поднять вопрос о молодежных субкультурах и о том влиянии, которое оказывает на подростка его принадлежность к той или иной клике. Харрис и Клиболд были непопулярными среди сверстников готами.

Посредством СМИ за подростками-убийцами закрепился ярлык «нелюдимов», но расследование, проведенное Секретной службой США, показало, что никакого такого конкретного типа не существует: многие из будущих палачей были окружены друзьями и росли в «идеальных, чисто американских семьях»{32}.

Тем не менее, у них все-таки есть некоторые общие черты. Как правило, это мальчики: с участием девочек-убийц было только два громких инцидента — один из них лег в основу песни I Don’t Like Mondays [«Я не люблю понедельники»] ирландской группы The Boomtown Rats, написанной ее солистом Бобом Гелдофом под впечатлением от истории 16-летней Бренды Энн Спенсер. Она убила двоих взрослых и ранила восьмерых детей и полицейского на детской площадке в Калифорнии, а потом сказала в свое оправдание: «Просто я не люблю понедельники. А так — хоть какое-то развлечение». Также все подростки-убийцы подвергались остракизму со стороны сверстников. Проведя расследование Колумбайнского инцидента, ФБР заключило, что эта бойня была спланирована и подготовлена Харрисом, «психопатом с комплексом превосходства, возомнившим себя мессией», а Клиболд пошел за ним, так как страдал депрессией{33}.

Число вооруженных нападений, совершаемых подростками всего мира, в последнее время заметно возросло — это значит, что родителям нужно относиться с вниманием к любым поведенческим особенностям своего ребенка, которые могут свидетельствовать о его способности совершить такое бесчеловечное преступление. ФБР разработало руководство, как распознать потенциальную угрозу, исходящую от школьника{34}. При этом его создатели подчеркивают, что этот список тревожных признаков нельзя ни в коем случае считать истиной в последней инстанции и что сделать какие-либо выводы лишь на основе одного или двух не связанных между собой инцидентов или просто какого-то «неудачного дня» из жизни ребенка невозможно. Тот, кто действительно способен совершить такое жестокое преступление, как расстрел других детей, должен проявлять целый ряд поведенческих особенностей как в школе, так и дома. Точно так же как тот, кто может быть назван психопатом, должен проявлять целый набор психопатических черт.

Чтобы проверить, насколько действенной может оказаться агрессия ребенка, ФБР предлагает родителям и учителям изучить самые разные сферы его жизни, его поведение в школе, с друзьями и в семье, а также его личностные характеристики. Но наибольшую роль в предсказании актов насилия ФБР отвело так называемым «утечкам». «Утечка» случается тогда, когда подросток, сознательно или нет, намекает на какие-то свои чувства, мысли, фантазии, взгляды на мир или намерения, связанные с насилием, — неважно, в форме ли пустых угроз, хвастовства, скользких шуток или ультиматумов. Они могут выражаться не напрямую, а опосредованно: в дневниковых записях, песнях, стихотворениях, рисунках, татуировках, домашнем видео. Возможно, как только они сорвутся у него с языка или выразятся как-то иначе, подросток тут же смутится и начнет оправдываться, говоря, что тут «ничего такого». Тем не менее, любая такая «утечка» свидетельствует о вполне реальной угрозе.

Конечно, сразу бить тревогу не нужно: по статистике, палить в школе решаются все-таки очень немногие подростки. Но во избежание трагических последствий и учителя, и заподозрившие неладное родители должны всегда быть в курсе того, что делает их ребенок дома, с друзьями и в школе. Руководство утверждает, что «агрессивное поведение развивается поступательно», поэтому только от взрослых зависит то, смогут ли они вовремя заметить очевидные признаки зарождающейся жестокости.

История Брайана Блэквелла, «идеального сына», ставшего убийцей

5 сентября 2004 года двое ливерпульских полицейских подъехали к дому семьи Блэквелл по вызову соседа, который почувствовал сильный запах и, подойдя ближе, увидел, что окна облеплены мухами. Хотя он уже несколько недель не встречал мистера и миссис Блэквелл, совсем недавно он видел, как из дверей выходит их сын Брайан.

Внутри полицейские обнаружили тела 71-летнего Сидни Блэквелла и его 60-летней супруги Жаклин в глубокой стадии разложения. На обоих были многочисленные тяжелые повреждения.

Их 18-летний сын Брайан был вскоре найден в доме своей подруги. Он заявил, что последний раз видел родителей 23 июля, перед отъездом на каникулы в США, и возвращался с тех пор домой лишь дважды: 10 августа, чтобы взять ключи от машины, стоявшей в гараже, и «двумя или тремя днями ранее», чтобы забрать с крыльца почту. Его тут же арестовали по подозрению в убийстве родителей. Позже его приговорили к пожизненному заключению — он сам сознался в преступлении, которое совершил, по его собственным словам, в состоянии ограниченной вменяемости. В июле 2011 года он должен был подавать апелляцию, но еще в момент оглашения приговора судья сказал: «Состав данного преступления предполагает, что подобное заключение [о том, что Брайан больше не представляет угрозы обществу] не будет сделано никогда».

Все, кто знал семью Блэквелл, были в шоке от происшедшего. Брайан был образцово-показательным школьником: выигрывал призы по гуманитарным предметам, обучался в престижной частной школе, сдавал на отлично все экзамены — и совсем недавно получил предложения поступить на медицинский факультет Ноттингемского или Эдинбургского университетов. К тому же он был перспективным теннисистом и даже участвовал в соревнованиях при финансовой поддержке одной австралийской фирмы.

Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что Брайан вовсе не «само совершенство». С очень раннего возраста он пристрастился к вранью. Например, он сказал одноклассникам неправду о результатах своего оценочного теста SAT (стандартизованный тест для приема в высшие учебные заведения в США. — Пер.). Вообще, отношения с другими детьми у него не складывались. Перейдя в новую школу, он поначалу ни с кем не сошелся и первые два года ел свой обед в одиночестве в библиотеке. В 15 лет он «прилепился» к одной компании, но все, кому в то время доводилось с ним общаться, вспоминали, что он вел себя «заносчиво», был «наглым» и «постоянно врал или хотя бы сильно преувеличивал».

Когда в начале 2004 года у Брайана появилась первая девушка, его «преувеличения» переросли в несусветную ложь. Он сказал ей, что его спонсор — компания Nike UK, и она выделяет ему 79,000 фунтов в год. Также он сообщил подружке, что получил денежный приз за победу в теннисном турнире и хочет купить «порше» или «мерседес». И даже съездил с ней в автосалон.

Вскоре он пообещал и своей подруге купить машину. Потом сказал ей, что она может работать его менеджером или личной помощницей и получать зарплату от Nike. Ей будут платить 82,500 фунтов, плюс премии в 20,000 фунтов и деньги на служебные расходы — до 96,000. Он даже показал ей поддельные электронные письма и документы от Nike, а также заставил ее заполнить бланк заявления и подписать 55-страничный контракт.

Затем он выписал ей чек на 39,000 фунтов — предполагалось, что это ее зарплата за первые три месяца работы. А когда девушка не смогла обналичить чек — дважды, — Брайан свалил все на свою мать: мол, она «поживилась» его деньгами. В действительности он сам заблокировал этот чек — у него уже была задолженность в 9 пенсов.

В мае того же года Брайан внес 100 фунтов задатка за Ford Ka стоимостью 6,600 фунтов. Он обращался в несколько банков, чтобы открыть в них счет и получить кредитную карту, утверждая, что он «полупрофессиональный теннисист» и будет «принимать участие в открытом чемпионате Франции по теннису». Он даже умудрился обналичить на 9,000 фунтов облигации с фиксированной процентной ставкой, предназначенные для оплаты его обучения в университете, сказав, что его у него умер отец. Его отец на тот момент еще был жив-здоров.

В итоге Брайан все-таки подарил своей девушке еще и машину — помимо тех украшений, якобы безумно дорогих, которыми он ее буквально заваливал. Позже она узнала, что все драгоценности были дешевыми подделками. Впрочем, она все равно получала от него немало: одежду и сумки Dior, цветы...

В начале июля Брайан сказал подружке, что он купил Mercedes SL 350 за 60,000 фунтов и припарковал его под окнами своей новой квартиры за 450,000 фунтов. Также он пригласил ее поехать с ним в США, где он должен был принять участие в теннисном турнире. 24 и 25 июля он забронировал несколько дорогих перелетов: из Манчестера в Нью-Йорк (бизнес-классом), из Нью-Йорка в Майами, из Майами в Сан-Франциско и, наконец, обратно в лондонский Хитроу. Все это он оплачивал родительскими кредитками.

Вечером после убийства родителей Брайан сжег свою запачканную кровью одежду в уличной печи в саду. Потом, около полуночи, он вызвал такси, чтобы уехать к подружке, и устроил в доме «сцену прощания» с семьей. На следующий день он укатил со своей девушкой в роскошное путешествие. Вернувшись обратно, он остался жить у подруги, мотивируя это тем, что его родители уехали на отдых в Испанию, а он потерял ключи. На самом деле он однажды зашел домой, к окровавленным трупам своих родителей, чтобы забрать некоторые ценности и снова воспользоваться кредиткой от их имени. За все это время ни у кого, с кем он общался, не возникло ни малейшего подозрения, что тут что-то неладно.

19 августа Брайан получил результаты своих выпускных экзаменов: все четыре были сданы на отлично. Он пожаловался школьным товарищам, что очень обижен на родителей: могли бы «вернуться домой» и порадоваться вместе с ним его успехам.

В ходе продолжительной дискуссии, разгоревшейся между пятью психиатрами, которые обследовали 18-летнего убийцу перед судом, специалисты пришли к выводу, что Брайан «крайне нездоровый молодой человек» и что он явно проявляет весьма отчетливые психопатические черты. Судья описал его как «изобретательного мошенника, опытного, изворотливого лжеца и умелого манипулятора». Однако, узнав о его навязчивых фантазиях на тему собственного мнимого богатства и успешной «спортивной карьеры», экспертиза предпочла ограничиться диагнозом «нарциссическое расстройство личности». Суд принял предложенную ею версию, согласно которой Брайан, вероятно, совершил свое злодеяние в порыве «нарциссического гнева», вызванного недовольством родителей его вопиющими тратами.

В следующей главе мы снова вернемся к делу Брайана, чтобы посмотреть, что повлияло на его экстремальное поведение: генетические факторы или особенности воспитания.

Русский мальчик, отправленный на родину с билетом в один конец

В марте 2010 года 33-летняя незамужняя медсестра Торри Хансен, жительница Теннесси, США, посадила семилетнего русского мальчика, которого усыновила полгода назад, в самолет и отправила в 10-часовое путешествие обратно в Россию. При себе у него была записка следующего содержания: «Я дала этому ребенку все, что могла, но, чтобы уберечь свою семью, своих друзей и саму себя, я вынуждена отказаться от него». Когда мальчик в одиночестве прилетел в Москву, его встретил мужчина, которому Хансен заплатила 200 долларов, и сдал его в министерство образования и науки.

Торри не сказала приемному сыну, что отказывается от него, — она убедила мальчика, что отправляет его на «экскурсию» в российскую столицу. Торри и ее мать, Нэнси, заявили, что маленький Артем Савельев неоднократно «проявлял жестокость», которая достигла своей кульминации в угрозе сжечь дотла их дом. «Он нарисовал наш дом в огне, а потом ходил и рассказывал всем вокруг, что однажды сожжет его вместе с нами, — рассказала его приемная бабушка. Вот тут мы действительно испугались. Это было ужасно».

В письме, адресованном «неизвестному получателю», Торри добавила: «Ребенок психически неуравновешен. Он жесток, и у него серьезные психопатические проблемы в поведении. Я была введена в заблуждение сотрудниками и администрацией российского приюта, уверявшими, что ребенок абсолютно здоров и адекватен».

В сентябре 2009 года Торри в течение четырех дней наблюдала за Артемом в детском доме во Владивостоке, где шестилетний мальчик оказался после того, как его родную мать-алкоголичку лишили родительских прав. Затем Торри дала ему другое имя, Джастин Хансен, и увезла его в США, где он должен был стать младшим братом ее родного сына Логана.

Среди «психопатических проблем в поведении» Торри назвала следующие: драчливость, крикливость, плевки в ее сторону, угрозы убить кого-то из членов семьи. Подобные реакции возникали у Артема, когда он не получал желаемое — например, игрушки или видеоигры.

Вернувшись на родину, Артем, со своей стороны, пожаловался, что бабушка на него все время кричала, а мать его не любила и таскала за волосы. Между тем, с братом Логаном у него сложились хорошие отношения. Так можно считать, что у этого ребенка «психопатические проблемы», или нет?

Готова поручиться чем угодно, что нет. Это простой мальчишка из бедного региона России, которого растила молодая мать-алкоголичка (она родила его в 19), неспособная нормально воспитать ребенка. Безнадзорность и лишения, которые ему, вероятно, пришлось испытать до того, как он попал в приют, нанесли огромный ущерб его эмоциональному развитию. И, не успел он прижиться в детском доме, как его уже увезли за тысячи километров ото всех, кого он знал, и полностью оторвали от родной культуры. (Торри выучила «несколько слов по-русски», чтобы как-то разговаривать с ним, но ему все равно пришлось привыкать к совершенно иному, незнакомому жизненному укладу.) Теперь он должен был даже отзываться на другое имя.

Плевки, пинки, укусы и «угрозы» спалить дом — моменты, конечно, неприятные, но совершенно не обязательно свидетельствующие о психопатии. Возможно, это просто защитная реакция растерянного, отчаявшегося, несчастного мальчика.

Привычная окружающая обстановка и ощущение стабильности очень важны для развития ребенка. Как уже говорилось ранее, детям приходится свыкаться с огромными изменениями в себе самих на всех этапах взросления — но это вовсе не значит, что они смогут легко подстроиться и под все внешние изменения.

Инцидент с Артемом пришелся на то же время, когда в Америке погибли трое усыновленных русских детей, и это вынудило российское правительство наложить запрет на все будущие усыновления за границу. Без сомнения, были и другие примеры, когда усыновленные дети обретали по-настоящему любящих и заботливых родителей, но эта печальная история о семействе Хансенов лишний раз показывает, что дети крайне редко полностью оправдывают наши ожидания, особенно нереалистичные.

Вывод и совет

Учитывая, что психопатия обусловливается целым рядом факторов: генетикой, нейробиологическими особенностями и воспитанием, — вам остается только сконцентрироваться на том единственном, который находится в вашей власти: на воспитании.

• Дети учатся на тех примерах, которые мы им подаем, поэтому унижать ребенка физически, эмоционально или словесно совершенно неприемлемо — даже если агрессия не направлена непосредственно на него, и он становится лишь ее свидетелем. Ребенок, постоянно наблюдающий родительские скандалы, вырастет с уверенностью, что все люди относятся друг к другу плохо и что вообще в этом мире «человек человеку волк».

• Ни при каких обстоятельствах не навешивайте на своего ребенка ярлык психопата. Если ваш ребенок обнаруживает множество поведенческих проблем, которые, на ваш взгляд, никак нельзя списать на возраст или объяснить какими-то внешними обстоятельствами, обратитесь к врачу за советом и помощью.

• Старайтесь не воспринимать своего ребенка исключительно в черных красках. Помните, что малыши еще не настолько мудры, чтобы в полной мере осознавать последствия своих дурных поступков для окружающих. А более взрослые дети видят мир под несколько странным углом зрения из-за тех эмоциональных и физических перестроек, которые они переживают в подростковом возрасте, когда их захлестывают гормоны. Если вы будете постоянно внушать своему ребенку мысль, что он гадкий, упрямый и непослушный, он свыкнется с ней и не будет видеть причин, чтобы вести себя иначе. Как бы ни зашкаливала временами ваша ярость, старайтесь иногда проявлять к негодному отпрыску теплоту и любовь — в идеале, на каждую негативную реакцию должно приходиться 20 позитивных, таких как похвала или ласка.

• Будьте максимально последовательны в том, как вы (и все остальные взрослые в вашем доме) реагируете на проступки ребенка. Самая эффективная модель поведения: быть уверенным, строгим, но справедливым. Противовес ей — излишне авторитарное или, наоборот, слишком мягкое отношение к ребенку.

• В вашем доме должны быть установлены четкие правила и границы дозволенного, причем желательно, чтобы они преподносились в форме наставлений, а не запретов: то есть вы должны объяснить ребенку, что ему «следует делать», а не что ему «делать нельзя». Такой подход к воспитанию делает ребенка великодушнее. Кроме того, полезно привлекать самого ребенка к разработке семейных правил — тогда он быстрее поймет, какой за ними стоит смысл, и будет тверже их придерживаться.

• Постарайтесь пробудить в ребенке чувство причастности к некоему общему делу. Некоторые школьные программы включают в себя элементы общественного воспитания: добровольные работы, уход за животными, обучение старшеклассниками младших детей, ролевые игры и публичное обсуждение «плохих» поступков учеников, таких как, например, травля кого-нибудь из одноклассников. Подобные проекты дают лучший результат по сравнению с более традиционными методами воспитания: они позволяют привить детям сочувствие и толерантность по отношению к окружающим, делают их менее зависимыми от предрассудков и стереотипов и даже побуждают проявлять больший интерес к учебе{35}. Вы можете предложить какую-то из таких программ школе, в которой учится ваш ребенок, или проводить ее самостоятельно. Дайте ребенку представление о различиях между людьми: расовых, половых, возрастных и по состоянию здоровья — и не стесняйтесь разговаривать с ним об этом и отвечать на его вопросы. Настаивайте на том, чтобы при принятии какого-либо решения ребенок рассматривал и чужие точки зрения тоже. Учите его договариваться и идти на компромисс и не забывайте лично подавать ему примеры доброты, заботы и отзывчивости.

• Многих родителей очень удивляет тот факт, что «гиперопека», когда мама и папа ни на секунду не спускают со своего дитятки глаз и убеждают его, что он у них во всем «самый-самый», так же вредна, как пренебрежение ребенком. Вам кажется, что хорошие родители просто обязаны поддерживать ребенка в любом начинании и всеми силами обеспечивать его будущий успех, но на самом деле такое внимательное отношение может породить в вашем чаде непомерный нарциссизм. «Плохое воспитание» не сводится исключительно к тому, чтобы предоставить ребенка самому себе и не обращать на него внимания. Иногда именно этого детям и не хватает!

• В своей книге «Адская паутина. Как выжить в мире нарциссизма» Сэнди Хотчкис[22] настаивает, чтобы родители пытались распознать и поощрить специфические таланты своего ребенка вместо того, чтобы, как заведенные, повторять: «Ты сможешь!» — там, где он вообще-то точно не сможет. Более того, по ее мнению, родители должны постоянно спускать ребенка с небес на землю и не позволять ему отрываться от реальности: к примеру, если ваш сын добился больших спортивных успехов, заставьте его заняться благотворительной работой. И, как бы вам ни хотелось верить в то, что уж ваш-то кроха точно красивее и талантливее всех вокруг, не позволяйте ему верховодить своим окружением. Иначе он так на всю жизнь и останется царьком в своем крошечном мире.

• Детям тоже нужна свобода, они должны хоть иногда вырываться из-под родительской опеки и экспериментировать. У ребенка, который сам ни шагу ступить не может и на которого при этом возложены надежды всей семьи в нескольких поколениях, может развиться так называемое «негативное тождество» — комплекс, порожденный нежеланием делать то, что от него ожидают. Особенно нуждаются в свободе подростки — в этом возрасте им необходимо самоутвердиться в качестве самостоятельных личностей, поэтому нет ничего странного в том, что в какой-то момент они начнут бастовать против «предков». Тинейджеры, которые испытывали излишне сильное давление со стороны родителей, могут ответить таким же напором: устроить настоящую революцию и нарушить все установленные правила разом. Впрочем, «разом» крушат все правила не только яростные бунтари, но и их куда более спокойные сверстники: просто, совершив одно прегрешение и зная, что за этим последует наказание, они решают, что теперь им уже нечего терять, — как говорится, «заварил кашу, не жалей масла».

Загрузка...