Виражи

Глава 13

Идти в понедельник на работу и видеть Ника – отдельный вид пытки. Изнутри грызла обида, что меня ни за что прогнали, а еще подозрительность. Как обычный человек мог унюхать что-то странное на таком расстоянии? Это просто нереально. А ведь и Кирилл, и Анна тоже какие-то странные. Вот только от моего нежелания идти на работу пункт завещания не исчезнет, поэтому голову выше, на лицо дневной макияж, которым я обычно пренебрегала, и вперед.

На меня косились, жалостливо хлопали по плечу и улыбались. Никто не знал о причине моего попадания в больницу, но сам факт заставлял некоторых сочувствовать, а некоторых злорадствовать. Еще бы, наконец освободилось место рядом с их кумиром. В корпорации работают далеко не идиоты, и наши переглядывания не остались незамеченными.

Стоило зайти в свой кабинет, как наткнулась взглядом на Никиту. Тот тоже увидел меня, болезненно скривился, и поспешил закончить разговор с Львом Сергеевичем. Больно надо, я и сама не горела желанием видеть тебя. Не захотел строить нормальные отношения? Наигрался? Ну и вперед, даже у сломанных кукол есть шанс, что их найдет новый хозяин.

Вадим стал вести себя подозрительно, старался на такси заезжать за мной на работу и чуть ли не до туалета провожал. Пыталась поговорить с ним на эту тему, но он лишь сильнее мрачнел и уходил от разговора. Да только самое непонятное произошло, когда в нашу квартиру вместе с большой сумкой вошел Ник. Он хозяйским взглядом окинул Мою часть квартиры и пошел в сторону Моей спальни.

-Да что происходит? – Если честно, то я грешном делом начала сомневаться в собственном рассудке.

Вадим грустно посмотрел в спину Ника, подошел ко мне и крепко обнял. Все эти недомолвки, тайны, в которые, казалось, посвящены все, кроме меня, жутко раздражали. Следом за Ником вошел Олег, он удивленно глянул на нашу инсталляцию, а когда незваный гость выглянул из спальни уже в домашней одежде, у братишки просто челюсть отпала.

-Нам всем нужно поговорить. – Серьезно произнес Вадим и чуть ли не силком посадил рядом с Ником, который моментально перетащил к себе на колени и уткнулся носом в шею, сделав пару глубоких вздохов.

-Для начала я хочу извиться, да и правду рассказать тоже должен именно я. – Тихо проговорил Ник. Объятия стали крепче, но затем он постарался расслабиться и откинулся на спинку, потянув меня следом за собой. – Прости за мою реакцию, Ди. Я думал ты сама надышалась дымом, чтобы избавиться от нежданной беременности. Уже раз так было в моей жизни, и получить второй раз подобный удар оказалось просто невыносимо больно. А еще хочу сказать большое спасибо Вадиму за то, что он рассказал правду. На всякий случай хочу предупредить тебя, Диан, и твоего брата, услышанное сейчас постараетесь воспринять спокойно и не стоит об этом распространяться. – Мне хотелось как следует ударить Ника. Неужели он думает, что достаточно прийти и извиниться, получив тем самым мое всепрощение? Начала выкручиваться, лишь бы вылезти из объятий человека, который стал дорог, и который сделал очень больно.

-Да пусти ты меня! – Взъярилась, но меня не отпустили, только сильнее прижали.

-Ни за что. – Глухо прошептал он на ухо. – Больше я никуда тебя не отпущу, будешь терпеть мое присутствие, пока не простишь. – По коже пробежались мурашки, от неожиданности даже замерла. – Я постараюсь пройти по поверхности, а потом задавайте вопросы, которые появятся. Обычные люди в основе своей живут в неведении, дабы не начался геноцид. Дело в том, что с давних времен существовали ведьмы, и делятся они на две разновидности: первые – берут силу от природы, вторые – от жатвы. Есть так же оборотни, у нас тоже два клана: волки и медведи. О последних узнали относительно недавно, они ведут затворнический образ жизни и предпочитают не вылезать из канадских лесов. Я все верно говорю? – Этот бред не хотел укладываться в голове. Такой чуши услышать не ожидала ни я, ни Олег.

-Да. – Спокойно подтвердил Вадим. Бросила на него шокированный взгляд и снова стала вырываться.

-Вы за идиотку меня держите? Что за дибильные шутки? – Но Ник сжал мои руки, и закрепил дергающиеся ноги между свои бедер, тем самым спеленав.

А дальше Вадим встал и начал снимать с себя всю верхнюю одежду, оставаясь в одних трусах, да носках. С чем связан этот стриптиз, поняла только тогда, когда друг вышел на середину комнаты, где было свободное пространство, и начал меняться. В горле застыл крик ужаса, когда вместо человека увидела огромного медведя. Непроизвольно вжалась в Ника и пристально смотрела на животное. Это же неправда! Так просто не бывает! Сердце отбивало бешенный ритм, просто невозможно поверить в то, что увидела.

-Пиздец. – Оторопело произнес брат, который сейчас уже не сидел, он наверное и сам не понял, как оказался с противоположной стороны дивана. Тот понял, то демонстрация удалась, и вернулся назад в человеческий облик, хорошо хоть трусы на месте остались.

-А зачем раздевался? - Не к месту брякнула. Хотелось хоть чем-нибудь заглушить звенящую тишину. Тот привычно улыбнулся и ответил:

-Почему-то после обращения не рвутся только те вещи, которые полностью прижаты к телу, они будто сливаются со звериной формой. – Друг быстро натянул штаны с майкой и сел назад на свое место. Было трудно поверить собственным глазам, такое ведь даже по пьяной лавочке не увидишь!

Снова стала вырываться, и на этот раз меня отпустили. Молча подошла к холодильнику, где стоял только коньяк, но сейчас мне было абсолютно все равно что это за алкоголь, нужно было хоть как-то угомонить бурю после такой-то правды. Сделала глоток, еле протолкнув жгучее спиртное в горло, повернулась к мужчинам, и бутыль тут же отобрал Олег. Брат был шокирован не меньше моего, и тоже с жадностью сделал несколько глотков, после чего сиплым шёпотом спросил у меня:

-Ты это тоже видела? – Кажется, он надеялся списать это на глюки, пришлось сжать губы в полосочку и кивнуть, иначе из открытого рта не вылетит ничего, кроме мата. – Черт! – Ругнулся брюнет и сделал еще один глоток.

-Мы еще не договорили. – Вякнул с гостиной Ник. Даже представить боюсь, что он еще может мне сказать. Но возвращаться надо, не просто же так правду открыли именно сейчас, а не раньше. Аккуратно присела на другой край от молодого мужчины, пристально рассматривая его черты лица.

-Ты тоже? – Он болезненно кивнул, а потом отрицательно покачал головой.

-У нас с Киром один отец оборотень, но моя мама была человеком, мне звериная сущность досталась, но она так и не проснулась. – И это сказано было с горечью. – Но сегодня разговор пойдет не о моих корнях, а о твоих. – Недоуменно перевел взгляд на Медведя, и тот решил продолжить рассказ.

-Медведи естественные враги ведьм, которые поддерживают силу жатвой, у нас даже шпион имеется, который в этот раз предоставил списки жертв. И одна из них ты. Меня вывезли из Канады еще ребенком, но я все равно завишу от сокланников, и они попросили приглядеть за тобой. Но вместо того, чтобы молча следить, я непонятным образом сдружился. Ты очень дорога мне, Ди, поэтому я и пошел к Никите, чтобы рассказать правду и попросить помощи, не прощу себе, если не справлюсь. – О какой жатве идет речь? И причем тут я? Мой вопрос можно было легко прочитать во взгляде, и Вадим решил добить меня. – Твоя мама как раз из клана ведьм, что проводят жатву раз в тринадцать лет. Это особый ритуал, когда тринадцать неинициированных ведьм приносят в жертву демону, дабы их сила не угасла, а наоборот, приумножалась. Жатва приходится на Ламмас, первого августа. Нам только дождаться двенадцати ночи, и ты будешь в безопасности.

И вот только теперь я поняла, что такое настоящий ужас. Стать жертвой ведьм, о которых я даже не подозревала, не хотелось. В голове сразу стало всплывать то, что я вообще знаю об этих одаренных женщинах. Сразу начала вспоминать всякие ужастики, и скорее всего они близко подходят под образ этих кошмаров, раз приносят в жертву себе подобных. Стоп, а какое у нас сегодня число? Сразу полезла в карман своих домашних бридж и уставилась на цифру двадцать девять. То-есть мне еще три дня трястись? Всегда говорила, что ожидать хуже, чем догонять, а уж в ожидании близкой смерти подавно нет ничего позитивного.

-И какой у нас план? – Постаралась улыбнуться, лишь бы не погрузиться в панику, иначе, боюсь, она сожрет меня с потрохами, не оставив страшным ведьмам ничего.

-Сидеть тут и не вылезать. Боюсь, что как бы Кирилл не хотел нам помочь, он этого не сделает. Вмешиваться в дела других существ у нас не то, что не принято, это наказуемо. Вожаки не станут развязывать войну из-за обычной девчонки. Этого бы не допустили, будь ты истинной оборотня, но моя вторая ипостать спит, а Вадим бы просто не подпустил меня на пушечный выстрел, будь ты его пара. – Медведь огорченно кивнул, но тут же попытался ободряюще улыбнуться.

-То-есть, вас не накажут за то, что вы собираетесь помогать мне?

-Меня за это даже наградят, а Ник только номинально в клане. – Бывший сокурсник утвердительно кивнул.

-Вы вообще себя слышите? Что за бред вы несете?! – Олег не выдержал, запустил пальцы в волосы и с силой их сжал. – Какие ведьмы, какие оборотни?! Их не существует. Не существует! - Вадим залепил ему смачный подзатыльник, из-за которого брат чуть не клюнул стол своим носом.

-Не скули. Твоей сестре опасность грозит, а ты в панику впадаешь. – Олег осоловело глянул на нас, потом ушел на кухню, где мы все услышали хлопок дверцы холодильника. Отсутствовал он не долго, но когда вернулся, продолжая держать в руках коньяк, спросил:

-И что надо делать? – Медведь одобрительно хмыкнул, и пробурчал себе под нос о семейной жажде приключений на одно место.

После подобных откровений хотелось напиться и забыться, но я боялась себе это позволить. За эти три дня меня никто не заставит выйти из квартиры, лучше побыть живой затворницей, чем мертвой сумасбродкой.

Только я никак не ожидала, что заставлять выходить никто и не собирался, просто часам к двенадцати, когда мы собрались укладываться спать, каждый для надежности проверив замки и окна, нас просто усыпят. Олег только подошел к лестнице, чтобы подняться на свою половину, как в замке заскрежетали. Вперед сразу вышел Ник, достав из-за пазухи пистолет, от вида которого уважительно кивнула. Медведь тоже был готов, на нем висели странные амулеты, но он и чем посерьезнее вооружился. Вот спрашивается, когда и как он сумел протащить целый автомат в мою квартиру? И где он его взял? Все нацелились на входную дверь, но она лишь слегка приоткрылась, и к нам забросили шашку, которая начала прыгать по коридору, выпуская газ.

-Открыть окно и не дышать! – Прокричал Вадим. Олег было бросился открывать, но тут его повело и он упал лицом в пол, прекращая подавать признаки жизни. Следом бросилась и я, но голова стала наполняться ватой, хотя и пыталась делать редкие вдохи через рукав. Набатом била мысль, что если не успею, нас всех убью. Не успела, сознание поплыло окончательно, лишая тело опоры.

В себя приходила под гул мотора и неспешную беседу. Попыталась встать, но тут же толкнули назад, и я больно ударилась головой об стекло. Зрение возвращалось постепенно, а вместе с этим появлялась жуткая сухость во рту, словно накануне много выпила.

-Не дергайся, птичка, иначе твоему дружку станет худо. – На заднем сиденье сидел мужчина, вроде обычный, но в глазах такая пустота, словно мне позволили одним глазком посмотреть в бездну. Но какой из моих друзей сейчас у него? Недоуменно посмотрела на пассажирское сиденье спереди и на водителя, на что мне демонстративно опустили подлокотник и ткнули лицом в отверстие, с которого просматривается багажник.

По большой спине не сразу поняла кто это, но скосилась в бок и увидела короткую стрижку темных волос. Никита. Сердце, до этого сильно колотящееся, резко остановилось, я мне стало не только морально, но и физически больно. Он из-за меня пострадал, из-за меня его жизнь в опасности.

-Будешь себя хорошо вести до жатвы, и мы отпустим этого недооборотня, война с ними нам не нужна, но если под угрозой окажется обряд, то мы и на это пойдем. – Спокойно заметил мой сосед по сиденью и отвернулся в свое затонированное окно. Внутри клокотал коктейль из ярости и отчаяния, умирать никому не хочется, особенно если тебя еще и в жертву хотят отдать.

Проспала я, как оказалось, много, солнце уже начало прятаться за горизонт, погружая и без того темное пространство во мрак. Вскоре услышала толчок в багажнике, но сосед снова опустил подлокотник, поджег меленькую палочку и сунул туда, дунув на нее в это небольшое отверстие. Ник затих быстро, скорее всего он даже не успела понять где он. Наверное, так будет лучше. Его продержат в сонном состоянии до того момента, пока я добровольно не отдам свою жизнь. Тоже неплохо, хоть что-то хорошее за свои года сделаю. Страх перед смертью куда-то пропал, появилось полное безразличие, не беспокоил даже пустой желудок.

-Хочешь уснуть до жатвы? – В голосе похитителя проскользнуло сочувствие, но оно вряд ли велико до такой степени, чтобы отпустить нас. Уверенно кивнула, не желая быть в сознании. Лучше бы меня вообще усыпили, и в этом состоянии сделали свои дела, чтобы не чувствовать боли и страха, просто уснуть, и больше не проснуться.

Мне хватило мозгов, чтобы понять, Вадим с Олегом наверняка очнулись не раньше моего, а это значит, что у похитителей фора почти в сутки, да и направление вряд ли кто знает. Если, конечно, их вообще не убили. Эту мысль постаралась прогнать, но не успела, нос ощутил странный сладковатый аромат, и сознание погрузилось в сон без сновидений.

Меня аккуратно тормошили за плечо, явно пытаясь привести в чувство, но мне не хотелось возвращаться в явь, слишком тепло приняла к себе пустота. Но человек оказался до зубного скрежета упорный, пришлось раскрывать глаза, чтобы тут же захрипеть.

Губы сразу ощутили живительную влагу, и я присосалась, словно несколько суток провела в пустыне без воды. Только когда утолила жажду, нормально осмотрелась. В небольшой комнатушке без окон было с дюжину девочек. Нет, их было тринадцать, и я четырнадцатая. Одну про запас приготовили? Нелюди.

-Будешь хлеба? - Бесхитростно спросила та, что подала стакан воды. Неуверенно кивнула, и мне всучили в руки небольшой отрез сдобы. – Скоро последний ужин принесут. – Мечтательно протянула девочка и широко улыбнулась.

-Идиотка. – Прошипела та, что сидела в самом углу, косо глядя на остальных девочек. В какой-то степени я была с ней солидарна, так радоваться последнему ужину может только блаженная. Или та, которой качественно промыли мозги, внушив, что положить свою жизнь на алтарь – удел избранных. Дети вообще легко подвержены чужому влиянию.

Многие продолжали спать, девочки лежали на небольших кроватях, которых тут было ровно четырнадцать. Интересно, а где мы вообще? И можно ли как-то попытаться вырваться отсюда? И куда поместили Ника?

-Кто-нибудь знает, где мы? – Девочка в углу пожала плечами и горько улыбнулась. Даже как-то по взрослому, что ли.

-Тебе это ничего не даст. Я очнулась до того, как меня сюда затолкали. Вокруг какие-то развалины, лес, много людей и собак. – Она старается храбриться, хотя видно, что ей все-таки страшно. Что уж говорить, даже у меня от мысли, что скоро поведут на закланье, словно овцу, кровь в жилах стынет. Хорошо, что остальные еще не пришли в сознание. Запоздало включился материнский инстинкт вперемешку с жалостью. Они же еще дети совсем, пусть и неинициированные ведьмы. А еще взгляд наткнулся на коротко стриженную головку, получше пригляделась к лицу и поняла, что это мальчик, единственный среди нас.

Интересно, а есть ли у этих детей родители? Наверняка многих сейчас пытаются найти, создают волонтерские бригады. Вот только родители так и не узнают куда пропал их ребенок, они даже похоронить никого не смогут, вряд ли их тела потом развезут по тем местам, откуда забрали, скорее всего скинут в одну братскую могилу, и дело с концом.

Это место было буквально пропитано смертью, неестественный холод кусал кожу даже под одеждой, а ведь пару недель назад была лишь середина лета. Обхватила себя руками, и взгляд сам нашел девочку, что напоила, и дала кусочек хлеба, который так и не залез в глотку. Она сидела на своей кровати и расчесывала волосы, напевая себе под нос какую-то колыбельную. Симпатичная шатенка, она выросла бы знатной красавицей. Такое чувство, словно ее заранее готовил кто-то близкий, несколько лет вдалбливал, что ее судьба – помочь остальным сохранить свои силы. Может и не требуется это жертвоприношение, магия же в крови, как я поняла. Просто так пошло издревле, и никто не решался прервать цепочку.

Раздался лязг замков, и к нам вошел высокий мужчина. Он цепким взглядом пересчитал нас, словно мы могли сбежать из этого темного, пыльного мешка, и к нему подбежала моя помощница. Шатенка радостно улыбнулась и встала с ним рядом, после чего с любопытством поинтересовалась:

-А когда нам принесут последний ужин? – Что за дебильный вопрос? Захотелось дать ненормальной подзатыльника, нельзя же быть настолько покорной.

-Скоро. – Скупо бросил колдун. Или как там его обзывают. Спокойно закрыл за собой дверь с обратной стороны, и вновь комнатушка погрузилась в тишину.

Девочки начали просыпаться одна за другой, они с воем подскакивали и вжимались в стену, безумным взглядом осматривая все, чего касался глаз. Мальчишка тоже пришел в себя, сел у изголовья и заплакал, размазывая грязь по своему лицу. Хотелось обнять и утешить каждого, но от моего утешения страх перед жатвой не исчезнет. А саму колотило так, что хотелось начать рыть землю голыми руками, да только знала, не успеем мы нарыть столько, чтобы проделать туннель до мнимой свободы.

Нам действительно принесли ужин, в середину комнаты поставили несколько огромных подносов с все различными яствами. И суши, и омары, и крем-супы белого цвета. От аппетитного вида должно было появится желание есть, но меня наоборот подташнивало от запахов, и сомневаюсь, что смогу протолкнуть в себя хоть ложку.

Только трое подошли и начали есть, шатенка, девочка чуть старше и светлее, да жгучая брюнетка, на лице которой было полнейшее безразличие. Остальные со страхом смотрели на них, и боялись придвинуться ближе. Через десять минут из-за довольных постанывании шатенки к ним присоединилось еще двое, видимо голод был настолько силен, что слегка притупил страх.

Примерно через час к нам снова заглянули, мужчины заходили по одному, брали первую попавшуюся сопротивляющуюся жертву и тащили на выход. Они кричали, умоляли отпустить их, вернуть маме. Кто-то горячо молился, но Бог оставался глух, их так же брали за руки, скручивали, чтоб не вырывались, и тащили. Вскоре и до меня добрались, пришлось подавить в себе жгучее желание сопротивляться, еще не хватало, чтоб начали мучить перед смертью.

Мне достался высокийбрюнет, он вывел на улицу, и я с наслаждением вдохнула свежего воздуха. До этого и не замечала, что там, в комнатушке, воняло сыростью и плесенью. Вокруг действительно было очень много людей, группки переговаривались на разных языках, даже итальянский услышала. Но все, так, или иначе, смотрели на нас.

Впереди увидела невысокий круглый камень с идеально ровной поверхностью, на нем мелом была начертан треугольник, и много-много кругов с пятиконечной звездой в центре. На каждой точке, где соприкасалось как минимум три круга, стояли толстые зажжённые свечи, а еще ножи, ровно тринадцать.

Девочка, которая с таким энтузиазмом описывала прелести быть принесённой в жертву, стояла поодаль, остальных же поставили вокруг этого камня, но между жертвой и каменным столом были женщины, они что-то шептали, приложив ладони к ножам, и пламя свечей подрагивало в такт их словам.

Руку практически вывернули, но так, что я прижалась телом к своему убийце, вторая рука легла на горло, поднимая мне голову.

-Диана! – Услышала отчаянный крик и дернулась, но меня быстро вернули в исходную позицию. Голос Ника, неужели его заставят смотреть на весь этот ужас? Сволочи, какие же они сволочи! Следом был рык раненного животного, вскрики людей, и я с надеждой подумала. Что зверь Ника все-таки проснулся, и он поубивает тут как можно больше народу. А потом ему вторил другой волк, или кто там может так рычать, были слышны звуки борьбы вперемешку со странными словами, которые вылетали изо ртов этих проклятых. С каждой секундой пламя становилось все больше, я чувствовала его жар даже на отдалении.

Уловила небольшое движение справа, рядом стоящая со мной девочка отчаянно кричала, но женщина, которая стояла напротив нее, продолжая зачитывать заклинание, подошла, и медленно провела по ее горлу. Кровь, всюду была кровь. Рядом со мной убили первую, и я не могла продолжать стоять на месте, начала извиваться, но на мои потуги не обращали внимания, продолжали все так же держать, разве что кисть сжали чуть сильнее. Та девочка была самая маленькая, нас словно по старшинству поставили справа налево, и так же начали убивать. Медленно, словно получая наслаждение, они отдавали дань существу, которому поклонялись, которое когда-то дало им силы. Смотреть и дальше не могла, истерика захлестнула с головой, я пыталась извиваться, пыталась освободиться, но ничего не получалось.