Волшебство на троих (СИ)

Эпиграф.

Глава 15.

- Ты сейчас устроишь пожар.

Высокий светловолосый мужчина вздрагивает, непонимающе смотрит на свои руки, вжимающиеся в подоконник, и быстро приподнимает их. На выкрашенном дереве остаются два выжженных отпечатка ладоней.

- Я задумался.

Великий Магистр Мораввен поворачивается и с явно видимым усилием сохраняет на лице спокойное выражение.

- Нааль… Дорогая, ты не могла бы…

Сидящий в кресле темноволосый синеглазый мужчина устало вздыхает и произносит заклинание. Его облик меняется. Теперь Мораввен видит перед собой зеленоглазую рыжеволосую женщину.

- Так-то лучше, - констатирует он.

- Ты настолько не любишь его? – иронично интересуется дама, приподняв четко очерченную темную бровь. На миг суровое лицо Мораввена искажается от ненависти, но он быстро берет себя в руки.

- Не в этом дело. Просто вид Ариэна одд Шаэннара постоянно напоминает мне об источнике всех проблем.

- Вен, - осторожно произносит Нааль. – Может быть, попытаться подойти к этим проблемам с другой стороны?

- Не понимаю, - недоумевающе произносит Магистр.

- Вен, - с бесконечным терпением в голосе повторяет женщина. – Ты настолько сосредоточился на поимке этой… - Нааль запинается, - девочке, что совершенно забыл о возможности выбора. Разве на Элиаре сошелся клином белый свет? Ну ладно, ты – или одд Шаэннар – специально готовили ее к вселению моей сущности. Но ведь все пошло не так, как ожидалось.

- Я не учел чувств, возникших между Элиарой и одд Шаэннаром, - виновато опускает взгляд Мораввен.

- Ты вообще свалил всю ответственность на других, - горько замечает Нааль. – И даже не позаботился проверить, что за гхыр обучает выбранную тобой девочку, чему он ее учит…

- Я поручил это Велену. И он неплохо справлялся.

- Конечно, неплохо, - с издевкой смеется дама. – Он блистательно провалил все, что только мог. От него всего-то требовалось уговорить юную наивную девочку перейти учиться в Орден. И что?

Мораввен хочет что-то сказать, но вместо этого бессильно вздыхает.

- Это все дела прошлого, и изменить его нельзя. – Нааль недовольно хмурится. – Но я не понимаю настоящего. Почему ты так зациклился на Элиаре? Почему ты еще неделю назад не выбрал любую другую магичку и не переселил меня в нее? И теперь мы вынуждены ждать еще три месяца, а Элиара неизвестно где, и никто не знает, как ее найти!

- Нааль, дорогая… - Мораввен порывисто пересекает комнату и опускается на колени перед дамой. Он поднимает руку, словно собираясь дотронуться до нежной щечки, но тут же, спохватившись, убирает ее.

- Нааль… С каждым днем я все больше убеждаюсь, что Элиара – это именно то, что мне… нам нужно. Внешность, знания, несомненный талант…

- Звучит так, как будто девочка нужна тебе сама по себе, - сухо замечает Нааль, тщательно пряча за безразличием обиду.

- Нет, дорогая, - ласково улыбается Мораввен, и после секундного колебания берет женщину за руку. Но не может сдержать облегчения, когда Нааль отнимает ее.

- Я ждал две тысячи лет, - мягко произносит Магистр. – И могу подождать еще немного. Три месяца – это, по сути, такая малость…

- То же самое ты говорил мне раньше, - горько роняет дама. – И во что это вылилось? Мы опять должны ждать, а потом, в вересклете, когда Элиара опять выскользнет из твоих рук, а может, и вовсе не попадет в них – что тогда? Опять ждать?

- Нет, дорогая, - твердо говорит Мораввен. – Я даю тебе слово, что в конце вересклета ты уже будешь в новом, женском теле. Я приложу все усилия, чтобы найти Элиару, но, тем временем, подготовлю другой вариант.

- Ну и где ты собираешься ее искать? – с безнадежностью в голосе интересуется Нааль. – После неудачи с Теодгардом девочка наверняка придет к самому простому и здравому решению – спрячется в Белогорье. Или в Асгоре. У родственников ее… - Она с презрительной гримасой замолкает.

- Белогорье как раз очень устроило бы меня, - хищно улыбается Мораввен. - В Белогорье всегда можно найти человека, который поможет нам заполучить девочку. Вот с Асгором это сделать значительно сложнее. Но, Нааль, ты ошибаешься.

- В чем?

- Ты недооцениваешь девочку. Как, впрочем, поступил и я. Элиара сильна, - Мораввен с восхищением качает головой. – Очень сильна. Мне стоило понять это уже в Круге, когда она стряхнула с себя действие «Желанной благодати». Но тогда я посчитал, что зелье оказалось некачественным… Но на острове девочка успешно противостояла мне. А что еще более ценно – она не поддалась своим чувствам. Честно говоря, мне казалось, что вид одд Шаэннара заставит Элиару броситься к нему в объятия и уже потом разбираться, кто это на самом деле.

- Может быть, она на самом деле успела закрутить роман со своим однокурсником? – настороженно замечает Нааль. – С этим, как его… Лежеком? Или с гхыровым вампиром, который так трогательно бросился на ее защиту?

- Нет, дорогая, - безмятежно улыбается Магистр. – Не забывай, я видел девочку, когда она посчитала, что ты – то есть одд Шаэннар – погиб. Ужас и абсолютное отчаяние. Стала бы она так переживать из-за человека, к которому равнодушна?

- Возможно, ты прав, - пожимает плечами Нааль. – И что дальше?

- Дальше? А дальше настырная и упрямая девчонка продолжит свой путь. Она не остановится и не будет горько рыдать в подушку под суровым взором несостоявшейся свекрови, если слухи о ее помолвке верны. Не получилось с Теодгардом – она найдет другого некроманта. Вот на этом мы ее и поймаем. Уже отдан приказ составить список сильных, не меньше первой ступени некромантов, живущих в соседних странах. Ласиния, Полдания, Гелессия… кто там еще? Не волнуйся, Нааль, мы найдем Элиару.

- Где-то я это уже слышала, - вздыхает Нааль. – Может быть, к умозрительным логическим заключениям добавить что-нибудь еще? Хотя бы определить направление, в котором ее искать?

Мораввен хмурится.

- Я думал об этом. Велен обшарил комнату, в которой жила девочка, но ничего не нашел Кто-то, возможно, Рейф, собрал все вещи Элиары и увез их или уничтожил.

- Но есть ведь не только личные вещи, - задумчиво произносит Нааль. – Это же школа. Должны были остаться какие-нибудь контрольные, рефераты, тот же диплом, который она писала. Элиара долго, несколько недель держала его в руках. Почему не воспользоваться для поиска им?

- Да, это можно попробовать. Я сделаю запрос в школу. – Мораввен встает и подходит к окну. – Не волнуйся, Нааль, - вновь повторяет он. – Надо подождать всего три месяца, и все наладится.

- Хотелось бы верить… - вздыхает Нааль.

- На этом все. Сон закончился. И что вы об этом думаете? – Я, откинувшись на спинку стула, потерла пальцами виски и оглядела сидящих в комнате мужчин.

Никто не ответил. Ремар и Аленар переглянулись. Лежек хмуро постукивал пальцами по столу. Терен просто восхищенно молчал, искоса бросив взгляд на брата. Первым молчание нарушил брат моего жениха.

- Прежде всего то, что тебе надо поесть. – Ремар кивком показал на накрытый для завтрака стол, за которым мы сидели. – Ален не простит нам, если мы вернем ему похудевшую до состояния скелета невесту.

- Ну, до такого состояния она не сможет себя довести, - хмыкнул Лежек, но, заметив мой свирепый взгляд, замолчал и вернулся к своему прежнему занятию.

Я неохотно взяла с большого блюда ватрушку.

- Теперь вот что, - продолжил Ремар, увидев, что я откусила от нее. – По поводу рефератов и диплома можешь не волноваться. Мы с Рейфом, пока он еще находился на посту директора, тщательно перебрали все бумаги и уничтожили все, что имело хоть малейшее отношение к тебе. И к вам тоже, парни.

- Что, и дипломы тоже? – вскинулась я.

- Дипломы лежат у меня в сейфе. Можешь забрать свой в любое время. Хоть сейчас.

- Нет уж, пусть лежит в твоем сейфе, - сумрачно усмехнулась я и глотнула молока. – Вряд ли я завтра поеду в Ковен, чтобы защитить его и получить вожделенную бумажку. У меня есть проблемы поважнее. К примеру, Гелессия.

- А что с ней стряслось? – невозмутимо поинтересовался Аленар, покручивая в пальцах серебряную ложечку. Драгоценный металл, вопреки всеобщему мнению, не оказывал на вампира никакого воздействия.

- С самой Гелессией, надеюсь, ничего не случилось. Она продолжает развиваться и процветать на благо короля Антуана и его подданных. Если только за последний месяц там не произошло какого-нибудь стихийного бедствия, о котором мы ничего не слышали. Ремар, с Гелессией все в порядке?

- В абсолютном, - посмеиваясь, проинформировал князь.

- Ну и прекрасно. А вот со мной, если я приеду в сию благословенную страну, может произойти все, что угодно. Ты же сам слышал слова Мораввена.

- И когда ты стала такой осторожной? – непритворно изумился Ремар.

- С момента нашей последней встречи с Великим Магистром, - мрачно сообщила я. – Мне с большим трудом удалось выстоять против него, и при этом, боюсь, он показал далеко не всю свою силу. А если амулет не выдержит и разлетится вдребезги?

- Какой амулет? – полюбопытствовал Терен. Ремар тоже проявил вежливый интерес.

- Вот этот, - я вытащила из выреза рубашки камешек в форме заостренного когтя и продемонстрировала его желающим.

- Где-то я его уже видел, - задумался князь.

- У Алена, - подсказала я. – Это его подарок. Амулет, как мы выяснили при не самых приятных обстоятельствах, оттягивает на себя магию. Или ее часть, в зависимости от мощности посланного заклинания. Но и этого хватает, чтобы справиться с внешним воздействием. Правда, амулет, впитывая магию, зверски раскаляется. Но, с другой стороны, это помогает выйти из насылаемого транса.

Я бережно убрала камешек и застегнула пуговицу на рубашке.

- Хорошая штучка, - уважительно признал Ремар. – Риэн случайно не рассказывал, где взял ее?

Я вздохнула и хмуро посмотрела на него.

- Мы об одном и том же человеке говорим? Из Алена все клещами тянуть надо. Хочешь - спрошу, когда он вновь станет самим собой.

Вот только когда или если? Я мрачным невидящим взглядом уставилась на остаток ватрушки. Магистр Теодгард дал нам направление, но кто сказал, что в Гелессии мы получим необходимые сведения? Кто дал гарантию, что ученица некроманта… как там ее… Амаранта согласится поделиться с нами сокровенными знаниями? Хотя нет. Главное, чтобы эти знания вообще существовали у нее в голове, а уж Аленар сможет их добыть.

Я невольно бросила взгляд на вампира. Повелитель, который, естественно, пребывал в курсе моих мыслей, коротко и молча кивнул.

И все же… Даже если или когда мы получим новые сведения, нам все равно нужна будет Нааль. И одна, без Мораввена, потому что Великий Магистр явно не придет в восторг, осознав, что мы собираемся сделать.

- Ремар! – позвала я. Брат Алена поднял голову, отвлекаясь от своего чрезвычайно важного занятия – сосредоточенного выстраивания хлебных крошек в замысловатый узор.

- Да, Элька?

- Как мы доберемся до Алена?

- Видишь ли… - Ремар задумчиво потер ладонью подбородок. – Все зависит от того, что потребуется для ритуала… ну, давай назовем это «изгнанием». Если Алена потребуется только напоить каким-нибудь зельем – это одно. А вот если…

- Можешь не заканчивать, - сумрачно перебила я. – Давай ориентироваться на худший вариант. Ритуал изгнания, как ты выражаешься, надо будет проводить долго и где-нибудь в строго определенном месте. К примеру, в том же Круге, который открывал Мораввен. Что тогда?

- Тогда нам придется каким-то образом притащить в Круг Нааль, привязать ее к алтарю и провести ритуал. Причем проводить будешь ты, поскольку все остальные, думаю, будут сильно заняты, удерживая в стороне Мораввена.

- Ты же понимаешь, что я не об этом. - Я резко отодвинула от себя тарелку и пристально вгляделась в серые глаза Ремара. – Как мы доберемся до Алена, чтобы притащить его в Круг?

- Антарные наручники и стихийные телепорты еще никто не отменял. Мы просто постучимся в дверь его резиденции в Ордене. Ты же не думала, что Лис просто так оказался в послушниках? Или вызовем Нааль с совещания в Ковене – Рейф прекрасно знает все уголки в Доме Совета. Или передадим сообщение, что рыжеволосую полуэльфийку видели в определенном месте, и будем ждать там.

- Ну да, - неопределенно хмыкнул внимательно слушающий Лежек. – И вместе с Нааль прибудет господин Великий Магистр с компанией особо преданных ему рыцарей.

- Мы постараемся отвлечь Мораввена. А с рыцарями, думаю, справимся, - терпеливо ответил Ремар. – Ребята, мне тоже не нравится последний вариант. Но давайте все-таки решать проблемы по частям и для начала выясним, что требуется для изгнания.

- И это опять приводит нас к проблеме Гелессии…

Я вышла из-за стола и встала перед окном, неосознанно принимая любимую позу Алена: ноги чуть расставлены, руки скрещены на груди, взгляд устремлен за окно, вдаль, на высокие стройные сосны.

- Элька, а ты уверена, что хочешь туда поехать? – сдержанно поинтересовался Ремар. Я даже не обернулась.

- Да. Это не обсуждается. Шанс, что ученица Теодгарда знает хоть что-нибудь о переселении душ, хотя и мал, но все же больше, чем ничего.

- Сама? Ведь можно послать кого-нибудь еще.

- Ремар, - вздохнула я, поворачиваясь. – Можно. Ты можешь поехать сам, можно попросить Терена – его, вроде бы, ищут не настолько тщательно, как нас с Лежеком. Но боюсь, это ни к чему не приведет.

- Почему? Ты считаешь меня слабым магом, который не способен узнать то, что ему требуется?

- Нет. И я помню про твои вампирские способности… Просто… - Я попыталась подобрать правильные слова. – Просто у меня ощущение, что заканчивать дело должен тот человек, который его начал. И… с некромантом должен разговаривать некромант. Либо я, либо Лежек. Ты ведь поедешь со мной? – взглянула я на друга.

- Разумеется, - фыркнул он. – Могла бы и не спрашивать. И, кстати, лучше всего разговаривать с Амарантой нам обоим, так надежнее.

- Да, - согласилась я. – Ремар, я не сомневаюсь, что ты сильный маг. Но… ты никогда не имел дела с темной магией и можешь просто не уловить мелких, но важных деталей. И, Терен, прости меня, пожалуйста… хотя ты тоже учился у Алена, однако, боюсь, Амаранта тебе не по зубам.

- Да я и не спорю, - пожал плечами парень.

Ремар недовольно покачал головой, с тихим шорохом расстилая на столе карту.

- Что-то мне это напоминает… Вот, посмотри сюда. Вот Асгор. Вот Гелессия. Как ты собираешься туда ехать?

Я без особого интереса посмотрела на лист пергамента, и так помня, как располагаются близлежащие государства.

- Через Ласинию, очевидно. Обычным путем.

- Обычным путем, говоришь… То есть через половину Аррении и перевал. Учитывая, что все стражники и половина магов королевства ищут тебя.

- И твоих спутников, - добавил Лежек. – Может, конечно, Мораввен и забудет про Аленара или меня, но я бы не стал на это рассчитывать.

- Да, ты прав, - согласился Ремар. – Маскировать Эльку под эльфа уже бесполезно. И ты пойдешь на такой риск? – обратился он ко мне.

Вот теперь я серьезно задумалась над очередной возникшей проблемой. Первое, что приходило на ум – телепорт.

- Ты подскажешь координаты? – вопросительно посмотрела я на князя.

- Если хочешь, - покачал он головой. – Но тебе это вряд ли поможет. Гелессия чересчур далеко, и даже наших объединенных сил не хватит, чтобы открыть в нее телепорт на троих всадников.

- Четверых, - вставил Терен. – На этот раз я не останусь в тылу. Может быть, опыта у меня еще не хватает, но кладбище на хуторе мы упокаивали вместе.

Я переглянулась с Лежеком, еле заметно пожавшим плечами.

- Четверых, - подвел итог Аленар. – Ремар, а если без лошадей?

- У меня, к сожалению, нет подходящего верного человека в Гестане, - тяжело вздохнул Ремар. - Отец не любил эту страну, а мне еще не довелось побывать в ней самому. Кроме того, я не считаю Мораввена полным бздыром. И, раз он предполагает, что ты сейчас находишься либо в Белогорье, либо в Асгоре, то обязательно будет наблюдать за ближайшими стандартными точками телепорта, указанными в справочнике.

- А грифоны? – безнадежно спросила я, уже подозревая, каким будет ответ.

- Грифоны хороши для полета над безлюдными скалами, а не над населенной местностью.

- Хорошо. – Я тряхнула головой и присела к столу, внимательно изучая карту. – Значит, телепорты отпадают, грифоны тоже, остается обычный, можно сказать, традиционный способ путешествия – верхом. Можно же добраться до Гелессии, минуя Аррению? Через горы?

- Элька, ты представляшь себе, сколько времени займет путь верхом через горы до Гелессии? – устало уточнил Ремар.

Я оценила расстояние.

- Месяц?

- Не меньше. Скорее всего, полтора. Горы – это не равнина, по ним ездить значительно сложнее, чем по равнинам. Ты уверена, что хочешь отправиться в полуторамесячное путешествие по горам? С минимумом одежды, еды и невозможностью укрыться от дождя или палящего солнца?

- Не считай меня тепличным цветочком, Ремар, - процедила я сквозь сжатые зубы. – Мне доводилось и ездить по горам, и мокнуть под дождем, и спать на земле. Но я совершенно не горю желанием проводить в пути полтора месяца – надо успеть до вересклета. Давайте думать, как сократить это время. Ты можешь предложить что-нибудь еще?

- Разумеется, - охотно кивнул он. – Ты остаешься здесь. Подожди. – Ремар предостерегающе поднял руку. – Дай мне договорить. Ты остаешься здесь, а я пишу Амаранте приглашение приехать в Белогорье.

- И она согласится? – скептически приподняла я бровь.

- Не вижу причины, почему нет, - невозмутимо ответствовал он.

- Зато я вижу, - вмешался в наш диалог Лежек. – По тем же причинам, что ты только что называл Эльке – лето, солнце и длинное путешествие.

- Амаранта может телепортироваться, - заметил Ремар. – Ее никто не будет отслеживать.

- Ошибаешься. Мораввен, вне всякого сомнения, будет следить за магами, имеющими отношение к некромантии, и, если одна из них внезапно решит прогуляться на северо-восток, это не может не вызвать подозрений. Ты хочешь, чтобы к тебе в гости явился зомбированный демоном маг?

- Я хочу обеспечить безопасность Эльке. Подчинить себе Амаранту Мораввен может и в Гелессии, для этого необязательно следить за ней. А маги – люди свободные и вполне могут устроить себе небольшой отпуск, проведя жаркое время года в более прохладных широтах.

- Может, и так, - задумчиво произнес Аленар. Вампир встал и, обогнув стол, сел рядом со мной. – Но мне почему-то кажется, что госпожа Амаранта согласится поехать через три страны в небольшое княжество в горах только по очень веской причине.

- Ты знаешь ее? – прищурился Ремар.

- Нет. Мне достаточно того, что сказал о ней Теодгард: «Девица любит красивые платья и мужчин». Значит, ее можно соблазнить или очень большой суммой – потому что не очень большую она получит и так, никуда не выезжая, или замужеством за богатым человеком. Ты готов жениться на Амаранте, Ремар?

- Нет, жениться, пожалуй, не готов, - усмехнулся князь. – Но заплатить - вполне.

- Не надо, - решительно возразила я. – Ремар, это ни к чему не приведет. Только к потере времени, а оно, возможно, на вес золота. Ты сейчас напишешь Амаранте, она прочитает, откажется, ты начнешь ее уговаривать, она ломаться, потом вы, может быть, придете к соглашению, а дни будут утекать и утекать. Значительно надежнее ехать в Гелессию самим.

- Чтобы потратить те же полтора месяца в дороге, - насмешливо продолжил за меня Ремар.

- Стоп, - прервал нас Аленар. – Элька, в Гелессию мы не поедем.

- Что? – от возмущения я не нашлась, что еще сказать, и передала все эмоции, захлестнувшие меня, Аленару мысленно. Какого гхыра? Он же совсем недавно соглашался помочь мне расспросить Амаранту, потом сомневался, что ведьма ответит на приглашение Ремара, и внезапно делает подобные заявления? Это вместо того, чтобы поддержать? Разве он не понимает, что мне – нам - жизненно необходимо поговорить с магичкой, иначе Алена никогда не вернуть. Что же, в конце концов, мы можем справиться и без вампира. Лежек меня не оставит, Терен так и рвется в путь, и, если господин Повелитель слишком занят, чтобы присоединиться к нам…

- Элька, угомонись, - чуть поморщился Аленар. - Мы не поедем в Гелессию, потому что я не хочу рисковать более необходимого. Наш путь лежит в Картхейн.

Вампир ткнул пальцем в небольшое государство, граничащее с Гелессией, но лежащее южнее.

- Картхейн? – переспросила я, вспоминая, что я знаю об этом королевстве. Ничего особенного не вспоминалось. Королевство как королевство, южное, на берегу моря. Славится фруктами и уникальными шелковыми тканями, при создании которых явно используется магия, но секрет их изготовления тщательно скрывается. И некромантов в Картхейне вроде бы не очень любят, так как темная сила плохо влияет на эти самые ткани.

Ремара, очевидно, это не смутило.

- Иллана? – в свою очередь, поинтересовался он.

- Да, - ответил Аленар нам обоим.

- Ты считаешь, она не откажется помочь? – недоверчиво уточнил князь.

- Она все еще должна мне. Ты же знаешь, в обычных обстоятельствах я бы никогда не стал напоминать ей об этом, но сейчас…

- Возможно, это сработает… - задумчиво признал Ремар.

- Господа правители, не соблаговолите ли все-таки объяснить, о чем идет речь? – с вежливой ехидцей поинтересовался Лежек. – Для, так сказать, людей, неосведомленных о ваших интригах.

- Иллана – фаворитка короля Делвера Пятого. И по совместительству – моя… ну, скажем так – близкая подруга, с которой я давно не виделся.

- Очень близкая? – пожелал уточнить Лежек.

- Очень, - хладнокровно сообщил Аленар. – Но самое главное в том, что когда-то я оказал ей одну услугу. И теперь надеюсь, что Иллана вспомнит об этом.

- А чем нам может помочь фаворитка короля Делвера Пятого? – встрял Терен.

- Тем, что от ее приглашения Амаранта вряд ли откажется. Подозреваю, что эти две дамы уже давно стали если не лучшими подругами, то, по крайней мере, поддерживают приятельские отношения.

- Ты же не знаешь Амаранту? – скептически заметила я.

- Зато знаю Иллану. Она точно так же любит платья и мужчин, и, кроме того, ей нужно поддерживать красоту, а придворный маг Делвера Пятого не умеет варить гламарию, - подмигнул мне Аленар.

Я еще раз посмотрела на карту. Гелессия или Картхейн – в общем-то, особой разницы нет. Если Аленар считает, что Картхейн лучше – я не возражаю. И Мораввен не будет акцентировать свое внимание на этом государстве, раз там нет темных магов – тоже немаловажно. Остается все тот же вопрос – как добраться туда максимально быстро?

- Картхейн нравится мне больше, чем Гелессия… - задумчиво произнес Ремар и пристально посмотрел на меня. - Элька, ты все-таки намерена ехать?

Отвечать не требовалось – князь и так прочитал мои мысли.

– Тогда так, - деловито произнес он. – Телепорт. Только не один, а серия. Подумайте, где вы можете провести один-два дня, восстанавливая силы? Максимально безлюдные, удаленные от оживленных трактов места. Два, лучше – три. И последний отрезок пути проделывать все-таки верхом. Мне не нравится думать, что в финале у вас кончатся силы, и вы вывалитесь в открытое море, или что Мораввен решит подстраховаться и поставит наблюдателя около стандартного выхода из телепорта в Этере.

- У Лейфера, - подсказал Лежек. – Замок Руоль. Весьма уединенное и надежное место. И, кажется, он приглашал Эльку погостить у него после защиты диплома, - усмехнулся парень.

- Да, у него вполне безопасно, - согласилась я. – Но Руоль довольно далеко. Надо бы еще поближе место найти… Драконы?

- В пещере драконов? – Лежек, перегнувшись через стол, поискал на карте нужное место. – Это же где-то вот здесь?

- Похоже на то…

- Подойдет, - заключил молодой маг.

- Драконы? – озабоченно переспросил Ремар.

- Да. Не волнуйся, - рассмеялся Лежек. – Элька стала кем-то вроде второй матери маленькому дракончику и с той поры практически сроднилась с его родителями. Они не просто не тронут нас, но и с радостью разрешат переночевать.

- И третье место – в Ласинии, - решила я. – Помнишь, где мы с Аленом ждали вас? Чтобы не пересекать перевал верхом. Алену он сильно не нравился еще тогда…

- Покажите, где это, - попросил Аленар. Общими усилиями мы с Лежеком прикинули, где может находиться та уединенная полянка.

- Хорошо, - подумав, кивнул вампир. – На дорогу до Этеры уйдет примерно неделя. Может быть, дней десять, в зависимости от того, сколько времени вам потребуется на восстановление. Тебя это устроит?

- Это лучше, чем полтора месяца, - задумчиво проговорила я. И безусловно хуже, чем день или два. Но на это вряд ли можно рассчитывать…

- Даже не надейся, - подтвердил Ремар. – Когда вы хотите выехать?

Мне очень хотелось ответить, что через час. Но мы вернулись в Асгор только вчера после тяжелого путешествия по Северу… Лежек, наверняка, устал и хочет отдохнуть, да и Аленар тоже…

- Завтра утром, - твердо сказал вампир. – Лежек, Терен, идите собираться. Через час встречаемся во дворе, вам еще нужно подобрать лошадей.

Парни – ликующий Терен и невозмутимый Лежек выскользнули за дверь.

- Теперь вот что, Элька… - повернулся ко мне Аленар. - Надо подумать насчет твоей одежды… Вот гхыр!

Я не успела поинтересоваться, к чему относится последнее словосочетание. В коридоре послышался стук женских каблучков, дверь распахнулась, глухо стукнув о стену, и на пороге возникла высокая светловолосая сероглазая женщина.

- Ты опять куда-то уезжаешь, Эст’Керстен Тор Ордвинд Шелиарр?

- И тебе доброе утро, Альстана Тор Ордвинд Шелиарр, княгиня одд Шаэннар, - вздохнув, склонил голову Аленар, не делая попытки подняться со стула. Я растерянно замерла, не зная, что делать и как себя вести. Вроде бы княгинь полагается приветствовать учтивым реверансом, но кто бы мне объяснил, как низко присесть в поклоне, придерживая руками юбку, если на тебе надеты кожаные штаны? Хорошо мужчинам - от них никто не ждет низких ритуальных поклонов, достаточно обычного вежливого приветствия. Шетт бы побрал весь этот гхыров этикет! И какого гхыра Алена угораздило родиться в княжеской семье?

Положение спас Ремар. Он, наклонившись ко мне, прошептал: «Спокойнее», - положив мне руку на плечи, помог встать и уверенно и настойчиво повел к даме.

- Доброе утро, мама. Разреши представить тебе Элиару.

- Очень приятно, - холодно бросила моя вероятная свекровь, окинув меня небрежным взглядом, и вновь перевела внимание на своего брата.

- Аленар, ты понимаешь, что делаешь? Ремар разрывается, пытаясь одновременно решить как проблемы Белогорья, так и Асгора, в Аррении происходит гхыр знает что, Ариэн, как и следовало ожидать, влип в какую-то неприятную ситуацию, а ты внезапно решаешь прогуляться по миру! Тебе не кажется, что можно поискать и лучшее время для развлечений!? А пока все-таки заняться делами долины и дать Ремару возможность вытащить Ариэна!

- Ты закончила, Биэлла? – невозмутимо осведомился Аленар.

- Нет, - выпалила дама. – Но для начала мне бы хотелось выслушать твои объяснения.

- А я не собираюсь их давать, тем более на претензии, высказанные таким тоном.

- Но тебе придется это сделать, - прошипела Биэлла. – Мне хотелось бы понять, что такого в этой девице, опутавшей своими чарами сначала моего сына, а потом и тебя?

- Биэлла! – предостерегающе проговорил Аленар.

- Дай мне договорить! Как она умудрилась заморочить тебе голову и уволочь за собой на край света, заставив забыть про обязанности Повелителя долины и родственные связи? Никогда не думала, что ты соблазнишься смазливой мордашкой и пышными округлостями этой…

- Биэлла! – рявкнул Аленар, вскакивая со стула.

- Мама!

Рука Ремара крепко сжимала мои плечи. Растерянность, накатившая на меня после встречи с княгиней одд Шаэннар, уже полностью испарилась, уступив место холодной ярости и возмущению: ведь госпожа Альстана никогда не видела меня, так почему у нее сложилось обо мне такое мнение?

- Что, Ремар? – гневно сверкая глазами, Биэлла повернулась к нам. - Ты тоже поддался фальшивому очарованию голубеньких глазок?

- Зеленых, - ровно поправила я, прерывая тираду княгини и тщательно пряча под равнодушием бешенство. Биэлла, уже собирающаяся продолжить свою обличительную речь, внезапно сделала паузу.

- Ремар… Как, ты сказал, ее зовут? – наконец, уже совсем другим тоном высказала она.

- Элиара, - сдержанно ответила я вместо него. Рука Ремара еще сильнее сжала мое плечо, но это не остановило меня. – И вы совершенно правы. Я – та самая девица со смазливой мордашкой и пышными округлостями. – Я вызывающе провела руками по телу, подчеркивая стройные формы.

Биэлла молчала, внимательно разглядывая меня.

- Я почему-то посчитала тебя одной из местных девиц, - пробормотала она больше себе, чем нам. Ремар, похоже, пытаясь разрядить накаленную атмосферу в комнате, решил вмешаться.

- Тогда я предлагаю заново познакомиться. Мама, это Элиара, невеста Ариэна. Элька, это моя мама, княгиня Би… Альстана одд Шаэннар.

Я холодно и отстраненно чуть опустила голову. Биэлла даже не отреагировала, продолжая с брезгливо-презрительным выражением лица смотреть на меня.

- Ну конечно же! – вдруг воскликнула она. – Как я сразу не догадалась? Но… - княгиня резко повернулась к брату. - Эст’Керстен, ты же должен был знать об этом?

- Мама, о чем ты? – напрягся Ремар.

- А ты разве не в курсе? – изобразила Биэлла удивление. – Странно… Такие девицы обычно стараются рассказать о своем состоянии всем окружающим, способным проявить должное участие и обеспечить сытую и сладкую жизнь.

Кровь прилила к моим щекам. Владеть собой становилось все труднее. Я совершенно не обязана слушать оскорбления, которые выливала на мою голову княгиня. Только осознание того, что передо мной стоит мать Алена, удерживало меня на месте, хотя больше всего хотелось громко хлопнуть дверью и уйти. Я до боли сжимала кулаки, сохраняя видимое спокойствие, хотя не сомневаюсь, что Биэлла прекрасно читала мои эмоции, как и все остальные в комнате.

- Прекрати, Альстана. – Передо мной выросла широкоплечая фигура Аленара, закрывая меня от пронизывающего высокомерного взгляда Биэллы. – Ты совершенно не знаешь девочку, чтобы так говорить о ней.

- Это вы, мужчины, не видите дальше кончика своего… ну, для приличия, скажем, носа, - пренебрежительно рассмеялась его сестра. – Уловка стара как мир. Бедная сиротка встречает молодого богатого красавца из хорошей семьи и решает устроить свою судьбу. И для этого при первой же возможности обзаводится ребенком, после чего юноше ничего не остается, как предложить ей руку и сердце.

- Биэлла, ты начиталась эльфийских романов, - напряженно возразил Аленар, продолжая заслонять меня. – Твои слова не имеют ничего общего с действительностью. И тебе лучше помолчать, чтобы потом не жалеть о них.

- Брат, попробуй хотя бы немного подумать головой, - хмыкнула Биэлла. – Когда эта девица появилась в Асгоре? Сразу после исчезновения Ариэна? Тебе не кажется это странным?

- Нет. Позволь мне самому судить о том, что странно, а что – нет. Тебя не было в момент появления Эльки в Асгоре. И в Белогорье, когда она улетала на север – тоже.

- И в какой момент она рассказала тебе о детях? – ехидно поинтересовалась княгиня.

- Детях? – не выдержал Ремар, ошеломленно прислушивающийся к дискуссии.

- Да, детях, - ядовито просветила его мать. – Девица, которую ты так трепетно обнимаешь за плечи, носит под сердцем бастардов твоего брата. На данный момент, между прочим, наследников княжеского престола. Удивительно, что ты до сих пор не в курсе…

С меня было достаточно. Я, не задумываясь, сбросила с плеча руку Ремара и вышла из-за Аленара, вставая лицом к лицу с Биэллой.

- Потому что я не видела в этом необходимости. Это мои и только мои дети, и только мне нести за них ответственность.

- Нет, Элиара, ты ошибаешься, - процедила Биэлла. – С той поры, как ты сделала глупость и забеременела от моего сына, это больше не твои дети. Это наследники Белогорского княжества, а ты – только сосуд, который выносит их.

- Биэлла, замолчи! – потребовал Аленар. – Немедленно! Это уже переходит все грани приличия!

- И правильно, - согласилась вампирша. – Сколько можно разговаривать? Мы немедленно отправляемся в Белогорье. Следующие полгода - или сколько там потребуется - ты проведешь под моим присмотром. Никаких бздырных путешествий на край света – это может повредить детям. Покой, правильное питание и неутомительные прогулки на свежем воздухе. Собирайся, Элиара.

- Нет, – спокойно произнесла я.

- Ты смеешь противоречить мне, девчонка? – изумилась Биэлла.

- Смею. Вы, Альстана Тор Ордвинд Шелиарр, княгиня одд Шаэннар, не имеете никакого права приказывать мне. Вы для меня никто. Я не являюсь ни вашей подданной, ни невесткой и принадлежу к другой расе, так что и здесь вы никак не можете повлиять на меня. Дети, которых я ношу – мои, и ничьи больше. Я обручилась с Аленом дар Лиалланом, а не Ариэном одд Шаэннаром, и только перед ним несу ответственность за свои действия. Аленар, мы выезжаем на рассвете. Всего хорошего, княгиня. Постарайтесь в следующий раз подбирать выражения, когда разговариваете с незнакомыми людьми.

Я коротко кивнула и, гордо задрав подбородок, вышла из комнаты, силой заставляя себя сдерживать шаг и не хлопать за собой дверью.

И только оказавшись в коридоре, буквально вылетела в залитый солнцем двор и, завернув за угол дома, убежала подальше, к источнику, где можно было выплеснуть свою так долго сдерживаемую злость, не причиняя особенных разрушений.

Здесь меня и нашел Ремар.

- Почему ты не сказала мне? – Он сел рядом со мной, с любопытством разглядывая прекращенный в горсть щебня валун.

- Потому что это не твое дело. – Я угрюмо отодвинулась чуть в сторону.

- А Ариэн знает?

- Нет. Мы просто не успели это понять… Прошло слишком мало времени. Я сама узнала это от Аленара. У гхыровых вампиров слишком хороший слух.

- Брат сильно удивится, полагаю… - хмыкнул Ремар.

- Сначала, может, и удивится. А потом выскажет все, что думает по этому поводу, - невесело улыбнулась я.

- Ты хорошо знаешь Ариэна… Элька, но это действительно опасно.

- На таком сроке еще нет. А дальше… как ты думаешь, почему я так нервничаю из-за утекающего времени?

- Я полагал, это из-за брата.

- Из-за него тоже. Никто не может сказать, что происходит с ним и не отдаляется ли он с каждой секундой от своего тела… Но при этом я еще и прекрасно понимаю, что месяца через три мне придется прекратить все поисковые операции, сосредоточившись только на детях. И, если к этому времени Алена не удастся вернуть…

Я замолчала. Ремар благородно не стал развивать тему дальше, дав мне возможность посидеть в тишине и прийти в более спокойное состояние.

Почувствовав, что я уже не заливаю его потоками нервически-тревожного расстройства, он невозмутимо произнес:

- Нам надо все-таки подумать насчет твоей одежды. Иллана, скорее всего, подскажет, что сейчас носят при дворе, но хорошо бы тебе иметь с собой хотя бы одно платье.

- У меня есть… Было, - вздохнула я. – Только не знаю, где оно сейчас. Оно оставалось в Школе, в моей комнате, когда произощло все это безобразие. Кто-то говорил, что мои вещи оттуда забрали, но вот куда они делись…

- Тогда все в порядке, - усмехнулся Ремар. – Их привезла Кесси. Скорее всего, и платье там.

- Кесси? – У меня слегка поднялось настроение. – Ты телепортируешься со мной в Белогорье? Я помню координаты, но в последний раз попала немного не туда…

- Я в любое время рад помочь, но телепортироваться сейчас не надо. Кесси приехала вместе с моей матерью и сейчас ждет в твоей комнате.

- Да? – обрадовалась я. – И Кыс с ней?

- Вот про Кыса, прости, не знаю, - виновато пожал плечами князь.

- Ну и ладно. Сама выясню. Пойдем?

- Одну минуту. Элька… - Ремар осторожно дотронулся до моей руки. – Не обижайся на мою мать. Она всегда… излишне резка.

- Да гхыр с ней, с твоей мамочкой, - резко вздернула я голову. – Она на самом деле не имеет права указывать мне, что делать. Это даже Алену не всегда удавалось. Пусть скажет спасибо, что я не запустила в нее пульсаром.

- На вампиров не действует магия, ты прекрасно знаешь это, - хмыкнул Ремар.

- Прямая – нет. А если бы на госпожу Биэллу свалилась потолочная балка – мало бы не показалось.

- Сурова ты, Элька! – Ремар покачал головой, то ли с восхищением, то ли с неодобрением. Нет, кончики губ изогнулись в улыбке – значит, он не злится. Я облегченно выдохнула и важно заявила:

- Между прочим, я наполовину Перворожденная! И мне положено вести себя важно и высокомерно, общаясь с другими расами. Так учил меня Аленар.

- Аленар еще и не так может, - согласился Ремар, вставая. – Хорошо, что ты не слышала, что и каким тоном он высказал моей матери после твоего ухода.

- Надеюсь, княгиня не ждет меня, чтобы принести свои извинения? – недовольно пробурчала я.

- Нет. Думаю, она уже на тракте, ведущем в Белогорье. Их ссоры с Аленаром всегда кончаются одинаково – мать как ошпаренная вылетает из дома и едет в горы. Ты можешь совершенно спокойно возвращаться. Идем? Кесси уже заждалась.

Ремар подал мне руку, помогая подняться с земли.

Глава 16.

- Элька! – просияла Кесси, стоящая в центре моей комнаты. – Наконец-то! Я уже заждалась и хотела идти тебя искать.

- У меня возникли небольшие дела, - невразумительно пояснила я, окидывая подругу взглядом. Кесси совершенно не изменилась за прошедший месяц: те же темные волосы, аккуратно уложенные в прическу, та же стройная фигура и тот же огромный черный кот на руках. – Кыс! Какой же ты красавец! Пойдешь ко мне?

Зверь, приветственно проурчав, милостиво позволил взять его на руки и ткнулся холодным носом мне в щеку.

- Слушай, кажется, ты стал еще тяжелее, - наполовину восхитилась, наполовину удивилась я. – Кесси, как ты его довезла?

- Я помог, - сообщил откуда-то сбоку смутно знакомый мужской голос.

- Брендт? – неподдельно удивилась я, переставая даже почесывать кота. – Откуда ты взялся?

Кыс, возмущенный пренебрежением к его персоне, оторвался от упоенного вылизывания моей шеи и недовольно мявкнул. Я поудобнее перехватила увесистую тушку и села на кровать – удерживать удеального мужчину Кесси на руках становилось все сложнее и сложнее.

- Со мной приехал, конечно, - недоуменно ответила Кесси и, оглядевшись, села на колени Брендту, удобно устроившемуся в кресле в углу. Возможно, ничего необычного в присутствии здесь молодого мага не было. Как и в поступке подруги – и так понятно, что их отношения не изменились, а разговаривать проще, когда сидишь лицом к собеседнику.

- Что, Магистр Рейф и тебя выслал из Вийска? – только и уточнила я.

- Нет, - пожал плечами маг. – А зачем? Я, как и прежде, городской маг Вийска.

Я нахмурилась. Насколько мне помнилось, подразумевалось, что ребята, оставшиеся в Белогорье, не будут никому сообщать о своем местонахождении. Иначе какой смысл прятаться?

- Кесси, но…

- А что? – с вызовом возразила она. – Элька, раньше я не замечала в тебе признаков параноидальной тревоги. Я же говорила, что Ален плохо на тебя влияет.

- Алена нет уже больше месяца, - автоматически возразила я.

- Ну до этого успел повлиять, - фыркнула Кесси. – Все равно ты раньше по-другому себя вела. Элька, подумай сама, что плохого в наших встречах с Брендтом?

- То, что к ним может присоединиться кто-нибудь третий, - отрезала я.

- Элька, да кому нужен заштатный городской маг средних способностей? – рассмеялся Брендт. – И его невеста, даже не получившая диплома об окончании Школы?

- Вы на самом деле не понимаете? – поразилась я и скорее интуитивно, чем осознанно, скользнула в сознание Брендта. И остановилась, натолкнувшись на блок. Добротный, надежный, прочно защищающий мысли и воспоминания мага. Может быть, у меня и получилось бы его взломать, но… Но тонко действовать я еще не умела, а давить грубой силой – это привлекать к себе внимание. Что, впрочем, мне и так с успехом удалось.

- Элька, прекрати, - расхохотался Брендт. – Вот как раз блок мне ставил Магистр Рейф. Так, на всякий случай. Но единственный, кто заинтересовался моими мыслями – это ты.

Я, абсолютно не чувствуя себя виноватой, пожала плечами, опять потревожив пригревшегося и расслабившегося Кыса. Несмотря на все уверения Брендта, мне не нравилось происходящее. Магистр Рейф потратил столько сил, чтобы спрятать Кесси в Белогорье от алчных рук Мораввена. А он, в принципе, уже готов заменить одну девицу на другую. То есть меня – на иную магичку, которой вполне может стать и моя подруга, тоже, кстати говоря, обучавшаяся темной магии. И так легкомысленно относиться к собственной безопасности, разгуливая по Вийску…

- И ничего подобного, - обиженно заявила Кесси. – Я связывалась с Брендтом через вестника.

- Вестника тоже можно проследить, - мрачно заметила я.

- Можно, - согласилась подруга. – Но долго и муторно. А Мораввен, насколько я понимаю, все силы бросил на твою поимку.

Видя, что я продолжаю хмуриться, Кесси с вызовом добавила:

- Элька, а что мне оставалось делать? Брендт волновался, потому что Магистр Рейф сорвал меня ночью, переместил телепортом в Белогорье, и я даже не успела никого предупредить! А потом этот огромный пустой замок, из знакомых – только Терен, и тот круглые сутки спит. И Кыс, примерно с таким же поведением!

Я слушала Кесси и ловила себя на мысли, что мне что-то не нравится. Очень не нравится. Есть какая-то неувязка, только вот я никак не могу ее поймать. Мелькнувшая мысль пряталась где-то в закоулках сознания и не давалась в руки.

- И ты не представляешь, Элька, насколько тоскливо мне было! С тобой происходит неизвестно что, никто ничего не рассказывает… Я понятия не имела, жива ты или нет! И только когда вернулась госпожа Альтана, стало хоть чуточку веселей. Она с удовольствием составила мне компанию, и мы мило беседовали с ней. Знаешь, она рассказала мне много интересного...

- Что, прости? – потрясенно оборвала я Кесси. – Биэлла мило беседовала с тобой? Мать…

- Именно, - ехидно закончила Кесси. – Мать Алена. То есть, прости, Ариэна одд Шаэннара, твоего жениха. Только вот я очень удивилась, узнав об этом. Мне почему-то казалось, что Ален дар Лиаллан, - она выделила голосом его имя, - родом откуда-то с юга.

Вот гхыр! Неувязка, прощально помахав хвостиком, скрылась в неизвестности. Ну и ладно, потом как-нибудь сама вылезет… А сейчас не до нее. Кесси просто излучала обиду и негодование, и надо постараться как-то утихомирить ее, тем более что, в сущности, у нее нет права на такие эмоции.

- Это не моя тайна, а Алена, - спокойно ответила я, - Поэтому я не могла тебе рассказать.

- И когда он тебе признался? До обручения или после? – задиристо поинтересовалась Кесси.

- Никогда. Я сама это выяснила, - ровно произнесла я, маскируя раздражение под невозмутимостью. – Ты не помнишь, что ли – из Алена каждый кусочек информации нужно было вытягивать только пыткой? Я же и платье только из-за этого заказывала… Кстати, Кесси, ты случайно его не привезла?

Подруга, похоже, обрадовалась возможности сменить тему, так как с готовностью ответила:

- Конечно, привезла. И амулеты, и вообще все твои вещи, включая конспекты с седьмого курса. Вдруг пригодятся? И вот это…

Она достала из кармана колечко с зеленым камнем и положила его на раскрытую ладонь.

- Думаю, ты уже можешь забрать его.

- Спасибо, - глухо поблагодарила я, заклинанием забирая кольцо себе и надевая на палец. И Кесси, разумеется, заметила печаль, проскользнувшую в моем голосе.

- Что, все настолько плохо? Прости, мне надо было с самого начала спросить об этом, а…

- Все нормально, Кесси, - грустно отозвалась я. – То есть пока еще ничего не нормально. Мы по-прежнему ничего не знаем, и я плохо представляю, что делать.

- Но ведь вы же видели Алена? И мало того, чуть не убили его? – хмыкнул Брендт.

- Откуда ты знаешь? – изумленно воззрилась я на него. Печаль… не то чтобы ушла совсем. Она отступила и замерла, уступая место неизвестно откуда взявшимся настороженности и подозрительности. Может быть, Кесси действительно права, и я становлюсь параноиком. Или уже стала, под влиянием Алена и прочих членов его милой семейки…

- Кто-то из ребят говорил, то ли Лежек, то ли Терен, не помню, - небрежно отмахнулся маг. – Так вы действительно чуть не убили Алена?

Я наклонилась к Кысу, скрывая свое лицо. Объяснение Брендта казалось логичным и безобидным. Действительно, почему бы ему не переброситься парой слов с ребятами при случайной встрече во дворе, пока я выслушивала красочные эпитеты от госпожи Альстаны Тор Ордвинд Шелиарр, а потом разрушала валуны за домом ее брата. Но по непонятной причине мне все еще очень не нравилось происходящее. Паранойя паранойей, но даже она возникает не на пустом месте, и очень желательно бы понять, почему Кесси, лучшая подруга, и ее молодой человек, вдруг стали вызывать у меня столь странные эмоции. И почему мне не хочется делиться с ними деталями. Может быть, конечно, что повод самый банальный – я просто не хочу нагружать их своими проблемами. А может быть, действую по принципу – «Чем меньше знаешь, тем меньше расскажешь». Неувязка, которую я так и не поймала, продолжала исподволь давить на меня.

- Не совсем, - осторожно произнесла я, подбирая каждое слово. - Это был не совсем Ален… Не знаю, как бы получше объяснить…

- Ну попробуй как-нибудь, - поторопил меня Брендт.

- Манок. Обманка. Сложно объяснить, - повторила я. – Просто это был не Ален.

- Иллюзия, что ли? Но разве иллюзию можно убить?

Брендт смотрел на меня с непонимающим удивлением. Да и Кесси тоже не скрывала своего недоумения. Мне не хотелось оскорблять недоверием лучшую, а по сути – единственную подругу, но горло продолжала сжимать моя новообретенная паранойя. И я последовала примеру Алена – то есть рассказала часть, скрывая основное. Правота Кесси по поводу влияния моего жениха на меня становилась все более убедительной.

- Нет, не иллюзия, - сообщила я. – Это был человек, очень похожий на Алена, но не Ален.

- И как ты определила? – не унимался маг. – И что это человек, и что это – не Ален?

Мне показалось, что в глазах Брендта блеснули странные огоньки. Но существовали ли они вообще, и что означали – узнать не удалось. Кыс зашевелился и с глухим стуком тяжело спрыгнул на пол, Кесси наклонилась, чтобы подхватить его, и мужчина невольно качнулся, поддерживая девушку и отворачиваясь от меня. Я быстро подобрала наиболее подходящий вариант ответа, не открывающий никаких тайн, но являющийся при этом абсолютной правдой.

- Фантомы не могут сражаться на мечах. А он – этот человек – назвал меня «радость моя».

- И что? – не понял Брендт. Кесси оказалась более догадливой. Правда, она гораздо лучше знала Алена.

- А то, что таких слов от Алена не добиться. Я права, Элька?

Я молча кивнула.

- Вам, девушкам, конечно, виднее… - с недоверием протянул Брендт. – Но вот так, по одному слову? А если он просто рад был тебя видеть?

- Есть такое понятие, как «модель поведения», - важно сообщила ему Кесси. – И человек, как правило, действует в соответствии с этой моделью…

Я предоставила подруге возможность объяснять, почему Ален не мог обратиться ко мне подобным образом, надеясь, что Брендт не потребует дополнительных подробностей. Судя по скептическому выражению лица молодого мага, это вполне могло произойти.

Но, похоже, он решил пойти другим путем. Амулет на моей груди потеплел. На меня воздействовали магией. Надо полагать, теперь Брендт хочет покопаться в моей голове. Пусть попробует. Блок мне, правда, ставил не Рейф, а я сама, но сквозь него в свое время не пробился даже Ремар. Вряд ли это удастся «рядовому магу со средними способностями».

И опять что-то мелькнуло в моей голове. Какая-то мысль прошмыгнула, больно царапнув зазубринками, и опять скрылась в дальних закоулках разума. И мне вновь не удалось подтащить ее поближе, чтобы разглядеть получше и все-таки понять, что она означает. Меня отвлекла Кесси своим излишне эмоциональным восклицанием.

- И вообще я не понимаю, как у такой приятной дамы, как госпожа Альтана, мог родиться такой суровый сын, как Ален!

- Кесси, подожди… - Я озадаченно потерла виски пальцами. – Я правильно понимаю, что ты считаешь княгиню Биэллу милой и располагающей к себе дамой?

- Ну да, - удивленно воззрилась она на меня. – А что не так?

- Все так… - хмыкнула я. – Если не считать того, что и Ален, и Ремар дружно говорили мне о не самом приятном характере их мамы. И это прекрасно подтвердила личная встреча с ней.

- Ты с ней встречалась? – внезапно встревожилась Кесси. – Когда это ты успела? Вроде бы только вчера вернулась?

- Вчера, - хмуро подтвердила я. – А встреча имела место быть не далее как сегодня утром. Биэлла очень спешила высказать свое неудовольствие собственным брату, сыну и мне, за компанию.

- И что? – как-то настороженно поинтересовалась Кесси.

- А ничего. – Я нарочито равнодушно пожала плечами. – За меня можешь не переживать. И за нее тоже. Стороны разошлись, не причинив друг другу телесных повреждений. Но я на твоем месте не надеялась бы сегодня на «милую беседу». Насколько я знаю, Биэлла покинула Асгор в весьма встрепанных чувствах.

- Ты всегда умела доводить женщин до белого каления, - засмеялась Кесси. – Помнишь, как орала Флоренна?

Я из вежливости натянуто улыбнулась. Да и смех подруги тоже вряд ли можно было назвать искренним и жизнерадостным. Мне не нравилось происходящее. Очень не нравилось. Нервный, наигранный смех Кесси, пристальный взгляд Брендта, потеплевший амулет, давящая на подсознание так и не пойманная мысль… Но больше всего – напряженная атмосфера, царящая в комнате на протяжении всего разговора. Куда-то делись непринужденность и легкость, обычно сопутствующие нашей болтовне. Мне все время приходилось подбирать слова, чтобы не рассказать лишнего. И самое печальное – я просто не хотела, как раньше, бездумно выкладывать все, делиться с единственной подругой редкими радостями и обильно высыпавшимися на мою голову горестями, предпочитая оставить их при себе. Влияние Алена? Или здесь нечто другое, более глубокое?

- А что, у Флоренны тоже были претензии к Эльке? – заинтересовался Брендт.

- А как же! – обрадовалась Кесси. – Причем она тоже ревновала Эльку к Алену, как и госпожа Альтана, только немножко по другой причине. И Элька мстила при первой же возможности.

- Ну не совсем так, - недовольно возразила я. – Големов мы все вместе делали, вот только крыска на моей совести. А Биэллу вообще не трогала, просто сказала пару фраз и ушла. Взбесилась дама уже после разговора с Аленаром.

- Ее братом? – уточнила Кесси.

- Да. Эст’Керстеном Тор Ордвинд Шелиарром, если тебе так понятнее.

- Мне и так было ясно, - обиженно заявила подруга. – И вообще, Элька, я тебя не узнаю! Сидишь хмурая и надутая, слова из тебя не вытащишь, а когда вытаскиваешь – то натыкаешься на колкость. Что с тобой творится?

- Не знаю, - совершенно искренне ответила я.

- Зато я знаю, - проинформировала меня Кесси, вставая. – Ты просто устала. Отдыхай. Лучше всего - поспи. А завтра я постараюсь приехать, и тогда мы уже нормально поговорим.

- Завтра меня не будет, - автоматически сообщила я. – На рассвете мы уезжаем.

И прикусила язык. Правда, ничего страшного я вроде бы не выдала – Кесси, приехав назавтра в Асгор, все равно бы выяснила это, а так ей не придется совершать бесполезное путешествие.

- А куда ты собралась? – раздраженно вопросила она. – Опять на север?

- На этот раз на восток, - спокойно уведомила я. – На севере я уже была, на запад, в Аррению, мне нельзя, на юге сплошные горы… Остается восток. Для начала – Полдания, а там видно будет.

- Элька… - озабоченно проговорила Кесси. – Тебе на самом деле лучше бы отдохнуть пару дней, прежде чем отправляться в путь. Ты посмотри на себя – от щек одни скулы остались…

- Я не могу, Кесси, - вздохнула я. – На самом деле не могу. Мне надо ехать. И, как бы мне не хотелось сейчас еще поболтать с тобой – увы. Надо собираться, поговорить с Аленаром насчет лошади и все такое прочее…

- Но… - растерянно начала Кесси.

- Не стоит, радость моя, - мягко оборвал ее Брендт. – Элька все равно тебя не послушает и поступит по-своему. Держи своего зверя.

Он снял с колен Кыса, передал его девушке и, легко поднявшись из кресла, подошел ко мне.

- Удачи тебе, Элька, - тепло произнес он, снимая с руки тонкую серебряную цепочку. – Пусть судьба улыбнется тебе. А вот это, - он надел цепочку мне на запястье, - послужит талисманом и, может быть, поможет в трудный момент. Правда, много энергии в нее не запихнешь, но лучше мало, чем ничего.

- Накопитель? – уточнила я, рассматривая браслет, рассчитанный на мужское запястье и поэтому чуть не соскальзывающий с моей руки.

- Да. После гравейров на кладбище в Вийске я решил, что лишней подобная штучка не будет.

Я кивнула. Да, тогда, действительно, даже небольшой запас силы мог спасти нам жизни.

- Спасибо.

- Не за что. – Брендт крепко обнял меня. – Возвращайся, Элька. Мы будем ждать тебя.

- Мы ждем тебя, - эхом повторила Кесси, тоже на мгновение прижимаясь ко мне. – А может быть…

- Кесси! – резко произнес Брендт. Подруга бросила на него сердитый взгляд, но продолжать не стала.

- Кесси, мне на самом деле надо ехать, - настойчиво произнесла я, на прощание поглаживая Кыса по голове.

- Да я понимаю, - сожалеюще отозвалась она. – Возвращайся, Элька. И с хорошими новостями.

Стукнула дверь, и я осталась наедине со своими растрепанными чувствами, явственно осознавая, что обидела подругу, но одновременно с этим совершенно не жалея об ее уходе. Мало того – радуясь этому. Слабые попытки разобраться в своем противоречивом поведении к успеху не привели, я махнула рукой и занялась тем, о чем и говорила Кесси – то есть принялась собирать вещи.

Но для начала следовало разобрать то, что привезла с собой подруга. На самом верху набитой сумки лежала горсть безделушек – амулеты, по большей части сделанные собственноручно на практических занятиях по бытовой магии. Я задумчиво перебрала их, откладывая в сторону по одному. Некоторые из них явно уже истощились, потому что использованные заклинания требовали подновления, а эти камушки и дешевые колечки валялись без дела больше полугода. А некоторые мне явно не потребуются в ближайшее время. К примеру, вот этот, от ежемесячных женских болей. Или вот этот, от сглаза. Хотела бы я посмотреть на желающую меня сглазить ведьму…

И в конце концов единственное, что я решила с собой взять – это скрученный и переплетенный во много раз стебелек, подаренный мне Саирой. Мне так и не удалось выяснить, для чего он нужен – но, может быть, пригодится? Хотя бы для того, чтобы показать драконихе - я не выкинула ее подарок в ближайшую канаву?

Дальше следовала одежда – нехитрое бельишко, любимая синяя рубашка, подаренная Аленом, запасные штаны и платье. Выложив одежду на кровать, я последний раз заглянула в сумку, проверила, что, кроме старых тетрадей, там больше ничего не осталось, ссыпала в нее ненужные амулеты и задвинула под стол. Потом кто-нибудь уберет. Или так и останется здесь стоять, дожидаясь моего приезда – Аленар же все равно уедет со мной…

Платье сидело значительно свободнее, чем я ожидала. Даже с натуго затянутой шнуровкой оно не облегало тело, а слегка отставало от него. Видимо, сказались странствия по северу.

- Хочешь похудеть – прогуляйся по Клендару, - глубокомысленно заметила я, поворачиваясь перед зеркалом то одним, то другим боком. В области талии меня не спасала даже беременность, пока, правда, незаметная обычному человеку. Зато мое интересное состояние увеличило грудь, и теперь она не просто подчеркивалась вырезом, а прямо-таки выпадала из него. Если бы Ален увидел меня сейчас… - я безуспешно подтянула вырез вверх – то, боюсь, одной ревностью дело бы не ограничилось, и в Школе пришлось бы делать ремонт.

- Риэну пришлось бы отгонять от тебя поклонников метлой? – почти серьезно поинтересовался возникший в дверном проеме Ремар.

- Метла – это женское оружие, - усмехнулась я. – Нет, с поклонниками он, скорее всего, справился бы одним мрачным и нахмуренным видом. А ремонт в Школе пришлось бы делать после нашей неминуемой ссоры. Кесси и так боялась, что Ален пострадает.

- Да нет, вряд ли все было бы настолько плохо, - не согласился Ремар, окидывая меня оценивающим взглядом. – Это то самое платье, о котором ты мне говорила?

- Да.

- Неплохое. Но не подойдет.

- Его можно ушить и сделать вставку в груди, - предположила я, в принципе, соглашаясь, что для королевского дворца платье в том виде, как оно есть сейчас, не подойдет.

- Я не про это. Элька, ты едешь в Картхейн. На юг. Летом. Тебе просто будет жарко в этом платье.

- Ну, другого у меня все равно нет. – Я стянула ткань за спиной, пытаясь представить, что можно сделать с платьем, и действительно ли в нем будет настолько жарко на юге.

- Ну и гхыр с ним, - пожал плечами Ремар. – Купите все на месте, а Иллана поможет если потребуется.

- Ну да, королевская фаворитка просто обязана разбираться в модах и нарядах, - хмыкнула я, начиная распускать шнуровку.

- Не язви. Иллана - не просто красивая пустышка с выдающимися во всех смыслах формами, а по-настоящему умная женщина, иначе не смогла бы продержаться в фаворитках почти десять лет.

- Ничего себе, - уважительно отозвалась я. – А почему тогда эта умная женщина не женила на себе Делвера Пятого?

- Потому что она не ставила себе такую цель, - усмехнулся князь. – Ей и в фаворитках неплохо.

- Может быть, она и права, - подумав, заметила я, снимая платье и накидывая на себя рубашку. – Никаких проблем с недружелюбно настроенными родственниками, вынашиванием наследников трона, соблюдением этикета и прочими утомительными церемониями.

- Элька, - вздохнул Ремар. – Я же говорил тебе, моя мать…

- Говорил. Но твоя мать – это твоя мать, а я – это я. И в следующий раз пусть Ален общается с ней и объясняет, кто кого соблазнил и уговаривал жениться. А я потом, может быть, соглашусь выслушать ее извинения.

- Элька… - предупреждающе начал он.

- Ремар… - таким же тоном ответствовала я и подняла голову, встречаясь с ним упрямым взглядом.

- Хорошо, - сдался князь. – Мать, на самом деле, вела себя не лучшим образом и могла бы проявить больше уважения к невесте своего младшего сына. И Риэн еще, не сомневаюсь, выскажет все, что об этом думает. Но для начала надо его вытащить. Собственно, ради этого я и пришел.

- Да? – подобралась я.

- Не дергайся, я не собираюсь уговаривать тебя остаться. Решила ехать – пожалуйста. Но замаскироваться как-то надо, пусть даже вы не будете проезжать по Аррении. Мораввен может – и будет отслеживать рыжеволосых магичек во всех сопредельных государствах.

- Эльфом-мужчиной я не буду, - быстро предупредила я. – Мораввен уже знает про это, и может точно так же отслеживать рыжеволосых эльфов. Кроме того, Картхейн – это не безлюдный север, я не смогу там долго притворяться.

- Я понимаю, - серьезно произнес Ремар. – И не предлагаю менять пол. Хотя бы перекрась волосы.

Я мысленно представила себя сначала со светлыми, потом с темными волосами. Жаль, что Кесси нет. Она помогла бы выбрать, в какой цвет стоит перекраситься…

- Кстати да. Странно, что твоя подруга так быстро уехала, - проронил Ремар, беззастенчиво подслушивающий мои мысли. – Мне казалось, что после такого долгого отсутствия вам найдется о чем поговорить.

Я нахмурилась. Действительно, странно. И не только для постороннего наблюдателя, но и для меня.

- Что-то случилось? – поинтересовался Ремар.

- Да, - невольно ляпнула я и быстро поправилась: - Нет. Не знаю.

Как, гхыр побери, я объясню то, что не понимаю сама? То напряжение, возникшее между нами, то ненормальное нежелание рассказывать подробности, натянутая улыбка и прощупывание моих воспоминаний Брендтом…

- Кто это такой? – насторожился Ремар.

- Кто? – не поняла я.

- Ты вспомнила, что некто по имени Брендт читал… или пытался читать твои воспоминания. Кто это такой?

- Городской маг Вийска, - недоуменно ответила я. – И… не в курсе, можно ли назвать его женихом Кесси, в последний раз, когда мы об этом говорили, они еще не обручились, но к этому все шло.

- И что он делал здесь? – резко и напряженно продолжал спрашивать меня Ремар.

- С Кесси приехал… Подожди, ты хочешь сказать… Ты не знал, что они встречались?

- Нет, - хмуро подтвердил мои подозрения князь. - Правда, я не особо и обращал внимания на то, чем занимается твоя подруга. У меня были свои дела, и мы виделись довольно редко.

- Вот этого я всегда и боялась, когда Ален предлагал мне остаться в Белогорье, - сердито буркнула я. – Именно так все себе и представляла – огромный пустой замок и никого, с кем можно словом перемолвиться. Тоска и одиночество. Кесси заскучала и сделала единственное, что могла – связалась со своим мужчиной.

- И тем самым, возможно, поставила тебя под удар, - угрюмо закончил Ремар. – Элька, ты не заметила ничего необычного в их поведении?

- Ты думаешь, Брендта взял под контроль Мораввен? – засомневалась я, быстро прогоняя в памяти недавнюю встречу с подругой. Да нет, Кесси вела себя как обычно. Может быть, немного обиженно – но, откровенно говоря, поводы у нее для этого были. Брендт… Я не так хорошо и знала его. Мы встречались довольно редко, и в основном или на уроках, или в компании с Кесси и Аленом, и понятное дело, что не очень обрашали внимания друг на друга. А напряженная атмосфера могла объясняться чем угодно – от моей усталости до той же резонной обиды Кесси.

- А почему они уехали?

- Кесси посчитала, что мне стоит отдохнуть, и пообещала приехать завтра.

- Ты сказала, что уезжаешь? – В голосе Ремара звучала откровенная тревога.

- Да. На рассвете. Но, – я подняла голову и встретила обеспокоенный взгляд брата Алена, - назвала Полданию. Только не спрашивай, почему. Я сама не знаю.

- Хорошо, пусть так, - медленно проговорил Ремар. – Тогда вот что, Элька… Я не хотел тебя отпускать. Теперь я прошу уехать как можно скорее. Понимаю, что лишаю тебя ночи, проведенной в нормальных условиях, но…

- Ты все-таки опасаешься нападения Мораввена?

- Не думаю, что он будет нападать. Но вот выследить тебя можно. Очень сложно, сопряжено с большими трудностями, но можно, если знать место и время отправления. Если вы телепортируетесь на несколько часов раньше…

- Можешь не объяснять, я понимаю. Хорошо. Гхыр с ней, с ночью на нормальной кровати, переночуем у драконов. Тогда мне следует поторопиться, если я хочу еще и перекрасить волосы, а для этого неплохо бы найти Инару. И остальным сказать, что время изменилось, и выслушать недовольство Лежека…

- С Аленаром и ребятами я поговорю сам. Не думаю, что они будут так уж сильно возражать. Инара ждет в соседней комнате, я просил ее осмотреть тебя.

- Зачем? – вскинулась я, прекрасно понимая, что он имеет в виду не залеченный перелом ноги.

- Ради моего собственного спокойствия, - невозмутимо ответил Ремар. – Пожалуйста, окажи мне эту любезность.

- Хорошо, - недовольно буркнула я.

- Не злись, Элька. Лучше подумай, что сделал бы на моем месте Риэн.

- Даже представлять не хочу, - искренне вздохнула я.

- Именно, - усмехнулся Ремар. - И еще… Они что-нибудь оставляли тебе?

- Конечно, - не задумываясь над тем, что означает «они», ответила я. – Сумку с моими вещами, кольцо и браслет-накопитель.

Я вытянула вперед руку, демонстрируя два последних предмета.

- Это то, что подарил тебе Ален? – уточнил Ремар.

- Кольцо – да. А браслет принадежал Брендту.

- Тебе придется их оставить, - жестким, не принимающим возражений тоном произнес Ремар.

- Но…

- Да, Элька. Если тебе нужен накопитель – возьми у меня. А кольцо… Не думаю, что ты настолько дорожишь им, чтобы рисковать жизнью как своей, так и своих детей.

Я мысленно прокляла паранойю одд Шаэннаров. Потом выругала и себя за то, что поддаюсь этому фамильному умопомешательству. И, наконец, неохотно сняла кольцо и браслет и протянула их Ремару.

- Держи. Надеюсь, одежду мне можно взять? Или на нее тоже наложен запрет?

- Элька, не ехидничай, - мягко попросил князь. – Ты же и сама понимаешь, что я прав. Одежду бери, по ней тебя вряд ли будут искать. Это не кольцо, которым ты дорожишь, или браслет, как раз и предназначенный для того, чтобы его не снимали и носили постоянно.

Я не стала ни возражать, ни соглашаться. Да, Ремар прав. Хотя бы в том, что я не могу рисковать ради безделушки, пусть и подаренной Аленом. Прожила же я как-то без нее последний месяц, и кроме того, кольцо никуда не денется, и его отдадут по первой же просьбе. Но при этом мне настолько не нравилось подозревать свою подругу и ее мужчину в предательстве… А неприятный осадок на душе, оставшийся после нашей встречи, только ухудшал настроение.

- Собирайся, Элька, - сочувственно проговорил Ремар. – Дни сейчас длинные, но, чем раньше ты уедешь, тем лучше.

- Да. – Я решительно затолкала все тягостные мысли подальше – подумать на эту тему и порасстраиваться можно и потом, в более подходящее время – и сосредоточилась на неотложных делах: вещи, оружие, Янт, Инара… Гхыр все побери, Инара!

Ремар тихо хмыкнул и исчез за дверью.

Остаток дня прошел не менее бурно, чем его начало. Для начала я попала в руки Инары, и наше общение прошло именно так, как и ожидалось. Суровая Травница увела меня в баню, намазала волосы зеленой пастой с кисловатым запахом, и, пока они осветлялись, тщательно прощупала место бывшего перелома. И этим дело не ограничилось. Инара, положив руку на мой живот, несколько минут сосредоточенно молчала, после чего сообщила, что беременность протекает нормально, и высыпала на мою голову кучу советов, половину из которых просто невозможно было выполнить. К примеру, не волноваться, не перенапрягаться и ежедневно есть свежие овощи.

Потом мы вместе с Аленаром и ребятами до хрипоты обсуждали легенду, с которой поедем на юг. В итоге сошлись на том, что Лежек с Тереном – племянники Аленара, а я – его дочь. После осветления мои волосы стали не абсолютно белыми, а, скорее, с легким золотистым оттенком, но ведь я могла быть похожа на мать?

Сам вампир от роли отца не отказывался, хотя, увидев меня блондинкой, замолк на полуслове и на секунду изменился в лице. Да и потом, в процессе обсуждения, периодически бросал на меня странные взгляды. Сначала меня это удивляло. Потом обидело. Лично у меня мой новый облик не вызывал отвращения или негативного восприятия: да, необычно, да, непривычно, но не более того. Но Аленар, прекрасно чувствующий мои эмоции, объясняться не пожелал, сказав только, что просто не ожидал такого эффекта.

Потом Ремар отвел нас к источнику, и, пока мы заряжались энергией по самую макушку, долго и нудно рассказывал нам историю королевской династии Картхейна. Ничего особо интересного в этом не было – короли рождались, женились и умирали, вовремя произведя на свет наследников. Ни дворцовых переворотов, ни захвата власти и смены правящей фамилии, - спокойное, скучное и довольно сытое существование теплой южной страны. Одним словом, идиллия. Ребята попытались, как раньше с Аленом, увести рассказчика с выбранной им дороги, поинтересовавшись, что именно за услугу Аленар оказал фаворитке короля, но с Ремаром этот номер не прошел. Он категорически отказался отвечать, мотивировав тем, что это не в его праве, после чего перешел к правилам этикета, которые нам, по его мнению, следовало знать.

В общем, к вечеру, когда солнце устало скрылось за высокими соснами, и мы собрали все необходимое, сложили в сумки и прикрепили к седлам, мне уже казалось, что все утренние события происходили очень и очень давно – может быть, на прошлой неделе, а может быть, и год назад. Голова гудела от наспех вложенных в нее знаний, наставлений и советов, на руке блестел насильно всунутый мне Ремаром браслет-накопитель – его собственный, и не исключено, что, застегивая цепочку, князь и сам планировал при необходимости отслеживать меня, - а в теле разгоралось нетерпение. Перед нами вновь лежала неизвестность, под ногами расстилалась дорога, и только надежда ярко сияла огоньком, освещая нам путь. И я верила, искренне верила, что нам удастся выполнить все задуманное, и не только добраться до Картхейна – это как раз представлялось самой простой частью путешествия – но и выяснить, как, гхыр побери, вернуть Алена в его тело.

- Элька, готова? Открываем?

- Да. – Я подошла к Лежеку, взяла его за руку, и мы вдвоем открыли телепорт к Синему кряжу, к пещере, где полгода назад обитала семейная пара драконов.

Глава 17.

По окрестности раздавался грозный женский голос:

- Аскольд, какого гхыра! Ты вообще следишь за ребенком?

- Конечно, дорогая… Малыш просто играет.

- Просто играет? Ты посмотри, что у него в лапах! Уголек, брось немедленно!

Я остановилась, предупреждающе подняв руку.

- Кажется, Саира не в духе. Аленар, Терен, подождите пока здесь. Дракониха вас не знает, и не известно еще, как отреагирует на ваше появление.

- Ну да, - согласился Лежек. – Нас, помнится, встретила струя пламени. А тогда госпожа Саира пребывала в таком же настроении.

- Уголек, куда ты! Стой немедленно! Аскольд, лови ребенка!

- Держи, - поспешно передала я Аленару поводья Янта, уже понимая, что происходит. – Кажется, нас заметили.

И успела сделать вперед всего несколько шагов, прежде чем на меня налетел юный трехмесячный дракончик, жизнерадостно размахивающий крылышками. Мне еле удалось устоять на ногах, выдерживая тяжесть Уголька, который, стоя на задних лапах, уже превышал меня ростом.

- Малыш, аккуратней, - засмеялась я, тщетно пытаясь увернуться от раздвоенного красного язычка.

- Уго… Отпусти его! Живо! - грозно проревел папа-дракон, появившийся на пороге пещеры.

- Добрый вечер, Аскольд, - весело отозвалась я, выглядывая из-за блестящего черного плеча. – Ты кому приказываешь? Мне или Угольку?

- Тебе! – рявкнул Аскольд, потом, опомнившись, слегка снизил тон. – Вам. – И, наконец, с нескрываемым удивлением в голосе возопил: - Элька!?

- Что ты кричишь? – присоединилась к нашей компании Саира. – Элька?! Девочка, тебе идет этот цвет волос! Аскольд, да помоги же ей! Она сейчас рухнет под тяжестью ребенка!

- Дорогая, никто никуда не рухнет, - добродушно прогудел ее муж. Мальчик просто очень рад видеть Эльку.

Мне наконец удалось опустить на землю дракончика.

- Добрый вечер, Саира, - улыбнулась я. – Надеюсь, мы не помешаем?

- Конечно, нет, дорогая! - обрадованно воскликнула дракониха. – Всегда рада видеть и тебя, и Лежека, и…. – Саира замолчала и пристально вгляделась в Аленара и Терена. Я поспешила представить драконьей чете своих спутников.

- Аленар? – протянула Саира. – Если мне еще не изменяет зрение, этот молодой человек сильно похож на твоего жениха, но это не он? – с вопросительной интонацией закончила она.

- Это его дядя, - коротко пояснила я, и, чтобы предотвратить дополнительные вопросы, добавила: - Алена с нами нет.

- Жаль,- огорчилась дракониха. - Но очень хорошо, что вы заглянули к нам. Неделя-другая – и нас уже здесь бы не было. Правда, Аскольд? – сурово поинтересовалась Саира.

- Разумеется, дорогая, если ты так говоришь, - покладисто согласился дракон.

- А вы куда-то улетаете, Саира? – удивился Лежек. – Вроде бы совсем недавно здесь поселились.

- Вот и я все время про это говорю, - доверительно прошептал Аскольд, украдкой оглядываясь на супругу. – Но эти женщины…

- Что женщины? – моментально отреагировала Саира. – Почему все время виновата я? Аскольд, тебе самому приятно на это смотреть? Тебе нравится жить в окружении нечисти?

- Нечисти? – Мы с Лежеком тревожно переглянулись. Терен, насторожившись, примотал поводья своего коня к ветке дерева и приблизился к нам, опасливо поглядывая на дракониху в практически боевой стойке. – Саира, а чужой магии вы не чувствуете?

- Магии? – Дракониха глубоко задумалась, расслабившись и прикрыв глаза кожистыми складками. Мы напряженно ждали ответа. В Дагар-роне, где драконы жили несколько месяцев назад, тоже наблюдалось необычное нашествие нежити, что объяснялось наличием не полностью закрытого Круга неподалеку. Темная магия, сочившаяся из него, привлекала к себе самую разнообразную пакость, в том числе и, как считалось, давно вымершую. Саира, в то время беременная, тоже попала под ее воздействие, стала нервной, раздражительной, и это, в конце концов, привело к смене местожительства. А сейчас все повторяется?

- Нет, - развеяла наши подозрения Саира. – Посторонней магии я не чувствую. Но нечисть… Уголек, стой!

Дракончик, до этого времени мирно свернувшийся у моих ног, внезапно вскочил и метнулся стрелой в сторону, расправляя крылышки и выпуская струйку пламени. Только по счастливой случайности не пути огня не оказались чьи-нибудь ноги: человеческие или лошадиные. Обжигающий язык попал точно в извивающееся в траве зелено-желое сосисочнообразное тело с бахромой тоненьких ножек вдоль него. Отвратительно запахло паленым. Уголек, не реагируя на возмущение матери, в мгновение ока сожрал остатки гигантской сколопендры – довольно ядовитого существа, к слову говоря, и, обернувшись к нам, сел, умильно улыбаясь.

- Вот-вот, - расстроенно вздохнула Саира. – И такое по три-четыре раза на дню. Мне приходится постоянно следить за ребенком – мало ли какая тварь к нам забредет? Аскольд, - она грозно посмотрела на мужа, - совершенно не хочет мне помогать. Он считает, что вреда эта нечисть причинить Угольку не может, а, значит, и волноваться не о чем.

- Мальчику надо тренироваться, дорогая, - прогудел Аскольд. – И посмотри, каких успехов он уже достиг. Вот я в его возрасте…

- Тренироваться? – Саира пронзила его кинжальной остроты взглядом. – А если он наестся всякой гадости, от которой у него потом будет болеть животик?

- Дорогая, о чем ты говоришь… желудок дракона может переварить все, что угодно, кроме камней. И то только потому, что они не поддаются перевариванию в принципе.

- Это у взрослого дракона! – взвилась Саира. – А ты понятия не имеешь о детском пищеварении, потому что ни разу не вставал ночью к ребенку!

Перед нами явно разворачивался семейный скандал, грозящий в скором времени разгореться в прямом смысле слова – из ноздрей драконихи потянулись струйки дыма. Я поспешила погасить его в зародыше, переключив Саиру на то, что сейчас интересовало меня больше.

- А давно эта пакость появилась? Вроде бы в березне-цветне здесь ничего не ползало?

Дракониха, резко выдохнув облачко дыма, задумалась.

- Не очень. Недели две назад, может быть, три. Еще в конце травня все было прекрасно, ни одна тварь мне не мешала, и у Уголька животик не болел…

- Может быть, с приходом лета нежить активизировалась? – предположил Лежек. – Терен, ты всегда неестествознание любил… Что там с увеличением активности нежити с наступлением жары?

- Не совсем так. - Терен задумчиво почесал затылок. – Нежить не любит жары и не выносит солнечного света. Поэтому это скорее не увеличение активности, а стремление спрятаться в темном прохладном месте. Например, пещере.

- То есть… - медленно протянула Саира, - с каждым днем их будет становиться все больше?

- Необязательно, - не очень уверенно возразил Терен. – Не бесконечное же количество этой нечисти в горах. И ваша пещера – не единственная…

В его словах, безусловно, присутствовала истина. Но мне все равно не нравилось нашествие нежити – уж слишком оно напоминало аналогичное событие полугодовой давности. Правда, Саира не чувствует магии – значит, открытого Круга поблизости нет. Но все-таки, все-таки…

И Саира почувствовала мою озабоченность. Не зря она говорила, что видит людей насквозь.

- Вот именно, что эта пещера не единственная, - категорично заявила она. – Но почему-то вся гадость лезет именно сюда, как будто ее сюда тянет. И мы не будем здесь оставаться! Улетим, как только определимся, куда!

- И это правильно, - серьезно подтвердил Аленар. – Первое попавшееся место не подходит для воспитания детей.

- Хоть кто-то из мужчин понимает это… - Саира благодарно кивнула вампиру. – Аскольд, ты слышишь?

- Разумеется, дорогая, - покорно выдохнул дракон. – Я каждый день только об этом и думаю.

- Тебе не думать, а искать надо! – рявкнула Саира. Похоже, семейный скандал вновь грозил разгореться жарким пламенем. Огнетушителем на сей раз выступил Аленар.

- Госпожа Саира, не стоит так сердиться на вашего мужа. Бесцельные поиски могут только задержать ваш отлет из этого негостеприимного места. Прежде чем пуститься в сложный и, несомненно, опасный путь, необходимо тщательно взвесить все «за» и «против». Уверяю вас, господин Аскольд именно этим и занят.

- Да, да, дорогая, - воспрянул духом дракон. – Ты же сама понимаешь, что нельзя лететь наобум с маленьким ребенком, раз ты не хочешь оставаться здесь. Восточнее Синего Кряжа горы заканчиваются, и нам негде там поселиться. На западе густонаселенная местность, нам не дадут там житья маги и охотники за головами драконов. Остается Дагар-рон, в котором мы жили недавно, и Тиарн-гар, продолжение Радужных гор.

- Север – понятно. Но ведь остается еще юг? – заметила Саира.

- Там слишком жарко. Угольку не понравится тамошний климат, - хмуро буркнул Аскольд, явно не желая развивать эту тему дальше. Чего не скажешь о его жене, которая хмыкнула и прошептала мне:

- Аскольд просто ревнует. На юге живет один дракон, - мечтательно протянула она. – Как он ухаживал за мной когда-то, как ухаживал… Каждое утро перед моей пещерой лежал драгоценный камень. Всегда разный и не меньше куриного яйца. У Сиггена была потрясающая коллекция камней.

- Почему была? Она и сейчас есть, - проворчал Аскольд, прекрасно все слышавший. – Такой жбыгыдрыз скорее удавится, чем раздаст свою драгоценную коллекцию.

- Но он же дарил их Саире? – удивилась я.

- Дарил, - ухмыльнулся дракон. – А вечером забирал, чтобы камень не потерялся. Саира не брала их. Моя дорогая жена – а тогда невеста – не продается за красивые камешки.

- Конечно, милый, - Саира обнажила в улыбке внушительные клыки. – Меня значительно больше привлекали стихи, которые ты читал мне длинными летними ночами. Подожди, как там было…

Твои глаза, как два топаза,

Сверкают, как в горе Ормаза,

И чешуя блестит, как небо,

И на нее смотрю я слепо…

- Я даже не подозревал, что ты запомнила это… - смущенно проговорил Аскольд.

- Оно врезалось мне в память, - нежно шепнула Саира. Некоторое время драконы влюбленно смотрели друг на друга, забыв про нашествие нежити, про нас, даже про Уголька. Малыш, обрадовавшись, что мать не следит за ним, весело фыркнул и попытался рвануть в сторону, но его остановила сильная рука Аленара.

- Спасибо, - поблагодарила пришедшая в себя Саира, подтаскивая к себе сына и отвешивая ему легкий шлепок. – Ну, а кроме того, Элька, я с самого начала знала, что Сигген дарил мне камни, ни секунды не сомневаясь, что в конце концов они опять вернутся в его коллекцию. Ну, когда он женился бы на мне. А я абсолютно не собиралась выходить замуж за грубого, невоспитанного и невежливого дракона.

- Который, к тому же, не может держать лапы при себе, - угрюмо добавил Аскольд, непроизвольно почесывая себе бедро.

- Что, был повод убедиться в этом? – посочувствовал Лежек.

- Да, - неохотно проворчал Аскольд. Саира пояснила более словоохотливо.

- Сигген почему-то посчитал, что я кокетничаю, отказываясь выходить за него замуж, и Аскольд мужественно решил открыть ему глаза.

- И открыл? – сострадательно уточнил Терен.

- Открыл, - с гордостью сообщила Саира. – Правда, у него самого глаз долго отказывался открываться. И бедро срасталось не меньше недели, правда, милый?

Дракон что-то неразборчиво буркнул в ответ.

- И мы улетели на север, в Дагар-рон, - заключила дракониха. – А теперь, Аскольд, вот что я скажу. Тиарн-гар – длинные горы, нам необязательно селиться в прежнем месте. Можно найти жилье подальше от пещеры Сиггена.

- Дагар-рон, возможно, сейчас тоже безопасен, - вставила я. – Нежить пропала там еще весной. Правда, вот насчет магии я не уверена. Круг вполне мог остаться незакрытым.

- Не думаю, что Мораввен второй раз повторит одну и ту же ошибку, - возразил Лежек.

- А он мог успеть закрыть Круг правильно? Учитывая, что у него на руках тело Алена? И Велена кто-то забрал, если я правильно понимаю…

Лежек пожал плечами.

- Я мало что могу сказать. Единственное, что я четко помню – это луч света, бьющий в центр Круга. А потом – Магистр Карейн, втаскивающий меня в раскрытый телепорт. Что произошло в промежутке – осталось за пределами сознания. Правда, магией от Круга вроде бы не тянуло…

- Подождите, дети, - вмешалась внимательно слушающая нас Саира. – Насколько я уловила из вашего разговора, с Аленом что-то случилось? И поэтому с вами его дядя? А я-то вываливаю на ваши головы свои проблемы… Вы, наверное, торопитесь?

- Не особенно, - замялась я. – Наоборот, Саира, нам бы хотелось переночевать здесь. С вашего разрешения, конечно. На открытие телепорта у нас сейчас не хватит сил...

- О чем ты говоришь, девочка, - воскликнула дракониха. – Разумеется, оставайтесь сколько хотите! Только вот гадость здесь всякая ползает… - озабоченно добавила она.

- Ну, с гадостью мы как-нибудь разберемся, - грустно улыбнулась я. – Мы, в конце концов, маги, хоть и не дипломированные.

- Но вы же писали эти дипломы? – озадачился Аскольд. – Я точно помню, что мы с Ингваром обсуждали видовую принадлежность живущих в нашей пещере летучих мышей. Ему для диплома требовалось.

- Писали, - печально согласилась я. – Но так получилось… Это длинная история. Саира, Аскольд, давайте так: мы сейчас пройдемся по поляне, зачистим ее от нежити, устроимся на ночлег и все расскажем, хорошо?

Длинный солнечный день сменился ясной летней ночью. Блестящие гвоздики звезд, безжалостно вколоченные в темно-синий бархат неба, загадочно мерцали над вершинами гор. Пели свою однообразную бесконечную песню цикады. Где-то невдалеке гулко ухал филин – может, жалующийся на свою судьбу, а может, и наоборот, радующийся хорошей добыче. Быстрыми тенями носились в темноте летучие мыши. Изредка всхрапывали и переступали с ноги на ногу наши лошади. Комары, надсадно жужжа, бились о заботливо выставленный защитный контур. Небольшой костерок, разожженный перед драконьей пещерой, негромко потрескивал, сыпал искрами и потихоньку подпитывал меня.

- И теперь мы едем в Картхейн, - закончила я.

- Значит, вот как было… - Саира, не шевелившаяся все то время, пока мы с Лежеком – Терен сам с интересом внимал каждому нашему слову, а Аленар предпочел отмалчиваться по неизвестной мне причине – излагали случившееся за последние два месяца, встала на лапы и потянулась, расправляя крылья и затекшие мыщцы. – Элька…

- Не надо, Саира, - оборвала я ее, обнимая руками колени и утыкаясь в них лбом. – Я еще жива, Ален – тоже, и в конце концов мы будем вместе.

- Да, конечно. – Саира вновь легла, накрывая крылом сладко спящего Уголька, не дождавшегося окончания истории. – Но я немного про другое. Собственно, мне хотелось слегка успокоить тебя. Алену пока не угрожала смертельная опасность, иначе я бы почувствовала это. Если помнишь, я осталась ему должна.

- Припоминаю, - подняла я голову, чуть приободрившись. На самом деле из моей головы абсолютно вылетело, что Ален вылечил Аскольда, когда в того выстрелили из баллисты. Дракониха хотела подарить моему любимому что-нибудь в знак благодарности, но он отказался. И, раз Саира даже не догадывалась о возникших у него серьезных проблемах, значит… Значит, жизни Алена на самом деле пока ничего не угрожало.

Аскольд то ли увидел, то ли почувствовал смену моего настроения.

- Не сомневайся, Элька, - ободряюще прогудел он. – С Аленом твоим пока ничего страшного не произошло. Значительно больше меня волнует состояние Ингвара.

- С ним тоже все будет хорошо, - уверила я, при этом совершенно не кривя душой. В процессе сборов мне удалось урвать несколько минут и вместе с Ремаром забежать к другу и перекинуться с ним парой слов. Мертвенная бледность с лица северянина спала, и впечатление умирающего он явно не производил. И Ремар клятвенно обещал, что поставит парня на ноги и поможет вернуться на Мерейн, в родное селение. – Жаль, конечно, что он не смог поехать с нами… Как по причине здоровья, так и из-за собственных дел…

- Кстати, - вмешался Лежек. – Я толком не понял, почему мы так заторопились? Вроде бы собирались уходить завтра утром?

- А разве Ремар не объяснил вам? – удивилась я. – Он же обещал?

- Объяснил, только я все равно ничего не понял. Он проговорил что-то про внезапно возникшее у него… или у тебя… или у вас обоих чувство опасности, и почему-то приплел сюда Брендта. Что, парень попал под влияние Мораввена, и Кесси рыдала у тебя на плече?

- Нет, вот как раз этого она не делала, - хмуро сообщила я. – И про Мораввена ничего не сказала. Но в Брендте мне что-то не понравилось.

- А где ты с ним встретилась? – неподдельно удивился Лежек. – И когда успела? Я считал, что ты весь день проторчала в Асгоре, собираясь в дорогу.

Я похолодела. Неприятная догадка змеей проползла ко мне в душу и обнажила острые зубы, с которых каплями сочился яд, попадающий в кровь и растекающийся по телу.

- Лежек… Ты хочешь сказать, что не видел Брендта? – ровным, ничего не выражающим голосом произнесла я.

- Ну почему, видел. Только очень давно. Боюсь наврать, но, кажется, это было еще до нашего отъезда на юг, в замок Руоль. После как-то не доводилось. А что?

- Терен, а ты? – уклонилась я от ответа, внимательно всматриваясь в освещенного только отблесками костра брата Лежека.

- Ну, я примерно тогда же, - непонимающе ответил Терен. - Может быть, чуть позже, я-то с вами не поехал тогда, на кафедре остался. Но точно встречался с Брендтом еще до всей этой заварухи.

Я до боли сжала кулаки. Даже при скудном освещении на лице парня не читалось ни следа фальши – только предельная искренность и удивление. Но, тем не менее, я задала последний уточняющий вопрос.

- А кому вы – или любой из вас – рассказывали о нашей последней встрече с Мораввеном и Нааль?

- Никому, - уже явно что-то подозревая, отрезал Лежек. – А когда бы мы успели? Прошли всего сутки, причем весьма бурные и загруженные делами. Я Терену успел рассказать только в общих чертах. Что случилось, Элька?

Я не ответила, сжимая руками голову и отчаянно ища возможность того, что Брендт – и Кесси, главное – Кесси! – не перешли на сторону врага. Может быть, Брендт просто поговорил с кем-то еще, а мне назвал Лежека и Терена, чтобы не расстраивать? К примеру, ему сказала Биэлла, а та, в свою очередь, узнала от Ремара или, скорее, Аленара?

- Не тешь себя напрасными надеждами, - раздался из темноты голос вампира. – Биэлла была не в том состоянии, чтобы слышать о квази-смерти своего сына. И уж тем более не в том, чтобы непринужденно болтать о ней с незнакомыми магами.

Лежек подбросил веток в костер. Сноп искр взвился в воздух. Пламя, на секунду пригаснув, разгорелось с новой силой, с жадностью пожирая предложенное.

- Элька, я правильно догадываюсь, что…

- Если ты о том, что я видела сегодня Брендта – да, - мрачно перебила я парня.

- То есть Брендт приехал с Кесси, так? Но ты довольно долго разговаривала с ними. И при этом знала, что маг под контролем?

- Понятия не имела, - глухо ответила я, опуская руки и выпрямляясь. – Иначе никогда не отпустила бы их.

- Тогда, Элька, я не понимаю, откуда взялась параной… прости, ваше с Ремаром потрясающее предчувствие по поводу времени нашего отъезда.

- С Ремаром все просто – он прочитал мои эмоции. А вот откуда они у меня взялись… - Я потерла пальцами виски, пытаясь отодвинуть в сторону все обуревавшие меня сейчас чувства – неверие, удивление, горечь, обиду, тревогу – и максимально хладнокровно и рационально разобраться в причинах возникновения моих подозрений.

- Тебя насторожило присутствие Брендта? – предположил Лежек.

Я восстановила в памяти утренние события.

- Изначально – да. Ему, в общем-то, нечего было делать в Асгоре, даже вместе с Кесси. Правда, потом я подумала, что Рейф мог забрать в Белогорье и его.

- В общем, логично, - признал Лежек. – Только тогда об этом должны были знать как минимум Ремар и Терен.

- Должны… Только вот ни вчера ночью, ни сегодня утром как-то разговор об этом не зашел, других проблем хватало. А потом Брендт упомянул, что Рейф не планировал забирать его в Белогорье, только в качестве предосторожности поставил ему блок. Стоп…

Я оборвала себя на полуслове. Меня вновь кольнула спрятавшаяся утром мысль. Но сейчас никто не отвлекал меня и не мешал вытащить ее на поверхность. Мужчины заинтересованно молчали, не мешая мне сосредотачиваться, драконы замерли застывшими изваяниями, и даже обычные ночные звуки, казалось, затихли, став практически неслышимыми.

Рейф поставил Брендту блок. Допустим. Это такая мера предосторожности, по словам Брендта. Только вот зачем она нужна? Что такого может рассказать молодой городской маг, чего не знает Мораввен? Методы преподавания Алена? Для этого в Ордене есть Тей, из которого можно вытащить гораздо больше. Подробности наших с Аленом отношений? Тоже не тайна за семью печатями, если подумать, вся Школа была осведомлена. А самые важные детали – к примеру, моя беременность – все равно мало кому известны. Брендт об этом точно не знает.

Тогда что еще? Как добраться до Кесси? Но маг и не знал этого, пока Кесси ему сама не сообщила, и, по ее же словам, сильно волновался.

Но пусть даже Рейф посчитал, что такая предосторожность необходима. Когда он поставил блок? В первые дни после катаклизма? Но тогда бы Брендт не волновался по поводу Кесси, так как Магистр не преминул бы сообщить о судьбе его невесты.

Тогда позже? Встреча Рейфа с Мораввеном произошла… я порылась в памяти и попыталась сообразить… Ну, скажем, через три-четыре дня после катаклизма, никак не позже, и после этого неделю Рейф провел в облике птицы. После возвращения в человеческий вид он вряд ли стал бы рисковать и появляться в Вийске, где его знает последний крысолак…

Или Кесси не стала долго ждать и связалась с Брендтом сразу же после моего отлета на север? Тогда да, и необходимость возникла бы, и Рейф мог успеть.

- Терен? – позвала я.

- Да?

- Когда Кесси могла связаться с Брендтом?

- Не сразу, - задумался парень. – Точно не сразу. Иначе мне не пришлось бы слушать ее причитания по поводу скуки, вынужденной разлуки с Брендтом и крушения всех ее планов на дальнейшую жизнь.

- А когда? Хотя бы приблизительно?

- Я провалялся в постели примерно неделю, и все это время Кесси торчала в моей комнате. С «единственным знакомым ей человеком в этом безлюдном месте», как она выражалась. Потом я начал выходить, бродить по замку и в процессе прогулок обнаружил комнату Мастера Реальда.

- И он не выгнал тебя? – не сдержалась я, вспомнив исключительно ворчливого и сурового гнома.

- Пытался, – с затаенной гордостью ответил Терен. – Но в конце концов мы пришли к согласию, и я до вашего приезда практически не вылезал из его лаборатории. Так что Кесси я практически не видел. Честно говоря, я не очень и расстраивался по этому поводу. Мы и раньше не были слишком близки, а неделя, проведенная вместе, не вызвала у меня огромного желания продолжить тесное общение. Так что ничего не могу сказать о том, когда и как Кесси прекратила свои страдания.

- Ясно… - Я вздохнула и еще раз перебрала в памяти имеющуюся информацию. Ничего хорошего у меня не складывалось, скорее, наоборот. И оставалось только радоваться своей интуиции, удачному озарению или благоприобретенной паранойе, можно называть как угодно – но странные и неприятные ощущения появились у меня не просто так.

- Вот что у меня получается… - Я коротко изложила мужчинам факты и результаты моих размышлений. – Не мог Рейф поставить блок Брендту. Никак не мог.

- Ну разве что Пифий послушал, - мрачно усмехнулся Лежек. Так их нет сейчас в Аррении… Да если бы и были – когда это их кто-то слушал?

– И Брендт знал о нашей встрече с Аленом/Нааль, - с трудом, сквозь сжатые зубы проговорила я. - А еще поинтересовался, почему мы едва не убили моего жениха. А теперь попробуй найти этому пристойное объяснение, учитывая, что никто из нас не мог сообщить ему о наших вчерашних развлечениях.

- Хорошенькие развлечения, - со злостью хмыкнул Лежек. – А зачем искать? Ты и сама прекрасно понимаешь, что, раз уж Магистр Теодгард сгорел дотла, сказать Брендту мог только Мораввен. Ну, или Нааль. В любом случае парень под контролем Ордена.

- Вот и я так думаю… - Я сильно, до боли, сжала голову, пытаясь примириться с этой очевидной, явной мыслью. Но, гхыр все побери, как же не хочется верить в это!

- Мораввен, - гневно повторил Лежек. – Гхыр раздери и его, и Брендта, и Кесси, краццу шеттову! Не могла тихо и спокойно сидеть в замке и цветочки на окне выращивать, магичка недоученная! Нет, заскучала она одна, любви ей захотелось!

- Лежек! – возмутилась я. - Кесси на самом деле затосковала! И она совершенно не виновата в том, что училась вместе со мной и по моей вине, между прочим, влипла в эту гхыровую ситуацию!

- И что? – резко спросил парень. – От нее требовалось что-то сверхъестественное? Кто-то просил ее вступать в бой с демонами или ползти на коленях от Белогорья до Асгора? Нет! Нужно было всего-то сидеть и не высовываться! И не годы, а недели!

- Лежек прав, - хмуро встрял Терен. – Я тоже волновался за брата. Но, тем не менее, сдержался и не стал рассылать ему вестников, чтобы не ставить его под удар.

- Да при чем тут Лежек?! – не сдержалась я. – Твой вестник ничего не изменил бы! Мы сами без особых сложностей раскрыли себя Мораввену и потом пожинали плоды собственной ошибки! А Кесси, которая с самого начала хотела держаться подальше от темной магии, теперь может стать моей заменой!

- Да ну? – нехорошо протянул Лежек. – И она знала об этом?

- Вроде бы да… Магистр Рейф ее поэтому и забирал.

- Тогда почему ты так за нее переживаешь? Она сама выбрала свою судьбу, никто силком не заставлял.

- Потому что это не ее судьба! – не выдержав, заорала я. Уголек от моего крика дернулся, сонно поднял головку, и Саира быстро прикрыла его крылом, укоризненно глядя на меня, но, правда, не произнося ни слова. Я виновато кивнула и понизила голос. – Кесси вообще не должна была иметь ничего общего ни с Мораввеном, ни с Нааль, ни с Белогорьем. Ее судьба – это закончить Школу, получить диплом, выйти замуж и мирно создавать бытовые заклинания, предназначенные для облегчения семейной жизни. А вместо этого она может раствориться в небытии, если в ее тело переселят демонскую сущность! А у ее мужа – или будущего мужа, так более правильно – в любой момент может лопнуть голова, если кто-нибудь начнет чересчур настойчиво интересоваться личностью мага, поставившего ему блок.

Меня передернуло, когда я представила, что это могло произойти прямо на моих глазах – стоило только мне не поверить словам Брендта. Я опять сжала руками голову и тихо, почти неслышно, ни к кому, собственно, не обращаясь, простонала:

- И что теперь делать?

– Ложиться спать, - четко и ясно посоветовал Аленар

- Что? – непонимающе подняла я голову.

- Ложиться спать. Время позднее, до рассвета осталось совсем немного, а вам надо отдохнуть.

- Но…

- Элька, успокойся. Насколько я понимаю, сейчас Кесси ничего не угрожает. Мораввен, даже если и рассматривает ее как запасной вариант, пока решительно настроен на тебя. До осеннего равноденствия никто никого не будет переселять. У нас есть почти три месяца, чтобы решить свои проблемы и, попутно, тем самым вернуть жизнь твоей подруги в привычное русло. А Брендт… не думаю, что кто-то начнет пытать мага, интересуясь происхождением его блока. Сейчас весь Ковен ходит с такими, и никто пока не умер страшной смертью.

- И еще, Элька, - добавил Лежек. – Ты не виновата в том, что случилось с Кесси. Ты тоже не должна была бродить по миру и искать способ вернуть себе мужа. Мы все хотели закончить Школу и продолжать жить мирной - ну, или относительно мирной жизнью, а вместо этого сидим под открытым небом и мешаем драконам отдыхать.

- Нет, мальчик, ничего страшного, - оскалила Саира зубы в улыбке. - Но Уголек рано проснется. Я, конечно, постараюсь его придержать, однако…

- Все понятно, - слабо улыбнулась я. – Дети есть дети. Спокойной ночи.

- И тебе того же.

Драконы синхронно поднялись. Аскольд ловко, не разбудив, переложил сына на спину своей жены, и счастливое семейство бесшумно удалилось в пещеру, оставляя нас возле костра.

Я, свернувшись калачиком возле затухающего огня и положив голову на сумку с одеждой, пристально смотрела на остатки пламени, слушала мирное похрапывание ребят и старалась расслабиться.

Кесси… Я не могла винить ее. И, положа руку на сердце, вряд ли сама стала бы отсиживаться в глухом незнакомом месте вдали от любви всей моей жизни. Ален не зря говорил об антарных наручниках, когда грозил запереть меня в Белогорье… Кесси еще долго продержалась. Я бы удрала значительно раньше.

А Брендт… Тут мы, конечно, оплошали. Причем сложно сказать, кто больше – сама Кесси, я или Магистр Рейф. Директор мог просто не знать о весьма тесных отношениях своей адептки и молодого городского мага. Он сам говорил, что предпочитает не вмешиваться в личную жизнь своих учеников. Поэтому про Брендта должны были подумать мы. А раз этого никто не сделал – удивляться не приходится. Мораввен редко упускает что-то важное, и, если он действительно нацелился на Кесси как возможную замену мне, то, вероятно, отслеживал сообщения, приходящие человеку, с которым она часто и много общалась.

Пока ни моей подруге, ни Брендту ничего не угрожает. Пока. Но в день осеннего равноденствия мне придется встретиться с Мораввеном. И к этому времени надо бы иметь на руках козырей больше, чем у него, тогда и Кесси останется в живых, и Алена мы вытащим. Правда, сейчас я понятия не имею, где взять эти самые козыри, да и правила игры выясняются уже в процессе… Но никто не обещал мне легкой жизни. Можно было остаться в Асгоре и отращивать там живот под чутким присмотром Инары. Хотя не только… Вряд ли Биэлла оставила бы меня в покое. Как она там говорила: «Это больше не твои дети. Это наследники Белогорского княжества, а ты – только сосуд, который выносит их». Нет уж, лучше ходить по полям, горам и долам, решая свои проблемы собственными силами. Правда, это вызовет еще большее неудовольствие госпожи Альстаны, если учесть обвинения, которые она бросала в лицо своему брату.

- Она уже извинилась, - негромко проговорил Аленар. – Об этом можешь не беспокоиться.

- У меня хватает других поводов для тревоги, чтобы обращать внимание на вздорную даму, - уже вслух произнесла я, запоздало осознав наличие у меня аудитории.

- И тем не менее, - настойчиво повторил Аленар. – Она признала, что погорячилась и не имела права обвинять меня или тебя.

- Я за нее страшно рада, - бесстрастно сообщила я. – И можешь не говорить, что госпожа Альстана умеет вести себя прилично с посторонними. Мне уже поведала об этом Кесси. Надо полагать, срывается она только на молодых особ, втершихся самыми недостойными способами в доверие к ее сыновьям. Не удивляюсь, что Ремар еще не женат.

Аленар коротко рассмеялся.

- Примерно так. Спи, Элька. Биэлла – самая мелкая из твоих проблем. Да, собственно, и не проблема совсем.

- Конечно, не проблема, - зевнула я, устраиваясь поудобнее. – Я все равно больше не собираюсь общаться с ней одна. Или со мной будет Ален, или… Впрочем, другого «или» не существует. Доброй ночи, Аленар.

- Элька… - Аленар запнулся, словно оборвав себя на полуслове, и продолжил после секундной паузы. – Спокойной ночи.

Я не стала спрашивать, что он хотел сказать. Это можно выяснить и позже, если возникнет необходимость. А пока успокаивающее нашептывание засыпающего огня, заунывное пение цикад и умиротворяющий шорох травы под ветерком утягивали меня в сон. Я не сопротивлялась…

Глава 18.

- Магистр Флоренна? Вы позволите?

Впрочем, спрашивающий и не собирается ждать разрешения. Приоткрытая дверь кабинета кафедры травоведения широко распахивается, и на пороге возникают трое мужчин. На нагрудном кармане рубашки у каждого вышита эмблема – единорог со змеей. Красивая, но очень бледная темноволосая женщина вздрагивает и роняет реторту, которую держала в руках. По помещению расплывается резкий травяной запах – смесь душицы, крапивы, донника и чего-то еще, что я не могу распознать.

- Не стоит так нервничать, госпожа Флоренна, - успокаивающе улыбается высокий светловолосый мужчина. – Простите меня… нас за нежданное вторжение. Я не ожидал, что это вызовет такую реакцию. Но, на самом деле, никогда бы не позволил себе нарушить ваше уединение, госпожа, если бы не жестокая необходимость. Магистр Флоренна, мне требуется ваша помощь.

Женщина, слегка расслабившаяся при первых словах Мораввена, вновь напрягается и со страхом смотрит на одного из его спутников – мужчину средних лет с поседевшими висками. Великий Магистр хмурится.

- Магистр Велен, спасибо, что проводили меня. Не смею больше задерживать вас и отрывать от, несомненно, важных дел.

Новый директор Школы бесстрастно кивает и выходит, бесшумно прикрывая за собой дверь. Флоренна с явственным облегчением вздыхает. Ее щеки розовеют, а в глазах появляется огонек интереса. Легкий, почти незаметный жест рукой – и от осколков и лужицы на полу не остается и следа. Только травяной запах продолжает висеть в воздухе.

- Я слушаю вас, господин Великий Магистр, - скромно улыбается дама. – Только… не могли бы вы присесть? Очень неудобно смотреть на вас снизу вверх.

- Разумеется, Магистр Флоренна, - охотно соглашается Мораввен, быстрыми шагами пересекает помещение и садится в предложенное кресло. Третий вошедший в комнату мужчина – точнее, молодой рыжеволосый парень с хитрыми желтоватыми глазами еле заметно усмехается и отворачивается к окну, с деланным интересом вглядываясь с облупившуюся краску на раме.

- Так что вы хотели, господин Великий Магистр? – вновь спрашивает Флоренна, чинно складывая перед собой руки с безукоризненно обработанными ногтями.

- Я предлагаю отставить официоз, - вежливо улыбается Мораввен. – Мне становится неловко, когда молодая красивая женщина обращается ко мне в дружеской беседе как к «господину Великому Магистру». Прошу вас, госпожа, называйте меня просто Мораввеном.

- В таком случае и вы обращайтесь ко мне как к Флоренне, - ослепительно улыбается дама, бросая на мужчину, сидящего перед ней, быстрый взгляд из-под ресниц.

- Прекрасно, Флоренна, - охотно соглашается Магистр. – Тем более что моя просьба выходит за рамки ваших должностных обязанностей, поэтому ее можно считать личной.

- Я вся внимание, Мораввен, - нежным и томным голосом произносит Флоренна.

- Видите ли… - маг на мгновение замолкает, словно бы пытаясь подобрать нужные слова. – Мне неприятно упоминать об этом, но прежний директор Школы, Магистр Рейф Локийский, не очень хорошо проявил себя на этом посту. Халатная, можно даже сказать, преступная небрежность, проявленная им при подборе персонала, привела к трагическим последствиям.

- Да-да… Школа понесла невосполнимую утрату. – Флоренна промокает глаза крохотным белоснежным платочком. – Магистр Эссель… Это был такой мужчина… Мое сердце до сих пор обливается кровью, когда я вспоминаю, что больше никогда не увижу его.

На мгновение во мне мелькает вспышка интереса – неужели и Магистр Эссель не избежал попадания в цепкие коготки преподавателя травоведения? И тут же сгорает, заменившись возмущением: пусть даже Флоренна не знает о смерти Итена и рыцарей Ордена… Но, помимо нашего учителя, в Круге погиб Стен, получили ранения Магистр Карейн, Терен и Ингвар, исчезли Ален и я. Об этом она не может не знать, и все же даже не упоминает, очевидно, считая незначительным происшествием. Хотя я поправляю себя – возможно, мое исчезновение стало для Флоренны не трагедией, а радостным событием… Но ведь из-за отсутствия Алена она должна переживать?

Чуть позже я получаю ответ на свой незаданный вопрос.

- Безусловно, Флоренна, - соболезнующе произносит Мораввен. – Я тоже скорблю вместе с вами. Но, к моему глубочайшему сожалению, последствия не исчерпываются только преждевременной смертью замечательного специалиста и мага. Погиб адепт, пострадало еще двое, а остальные…

- Что остальные? – настороженно спрашивает женщина.

- А судьба остальных неизвестна, - горестно вздыхает маг. – Бедные дети поддались влиянию своего преподавателя – весьма сомнительного молодого человека, к слову говоря, – и вступили на путь порока и предательства.

- Вы говорите об Алене дар Лиаллане? – уточняет дама.

- Да… кажется, именно так его зовут, - неуверенно произносит Мораввен. – Человеку без профильного образования, которому по неизвестной причине покровительствовал директор Рейф, доверили обучение адептов, причем по одному из самых опасных и сложных предметов – некромантии. Сложным не потому, что предмет тяжело дается, отнюдь нет! Как раз заклинания довольно просты, и их могут выучить и применять даже люди со средними способностями к магии. Но преподаватель некромантии должен быть предельно внимателен и бдителен, не допуская чрезмерного увлечения темной магией.

- Ибо это может привести к самым неблагоприятным результатам, - подхватывает Флоренна. – Вы совершенно правы, Мораввен! Магистр Ален халатно отнесся к своим обязанностям и распустил своих учеников. Особенно это касается девочки, которую он сделал своей любовницей!

Я вздрагиваю, словно от удара хлыстом. Гхыр бы побрал шеттову Травницу! Она не имеет права так говорить! Во первых, это наше и только наше дело, а, во-вторых, Ален сдерживал себя сколько мог! И не он виноват в том, что мы стали принадлежать друг другу!

- Вы имеете в виду адептку Элиару Запольскую? – озабоченно уточняет Магистр.

- Именно ее! – горячо подтверждает Флоренна. – И Магистр Рейф совершенно возмутительно отнесся к этой истории! Он просто обязан был положить ей конец! Разврату и непристойности не место в учебном заведении!

Возмущение кипит во мне так, что я боюсь – Мораввен может меня заметить. Хотя и понимаю – это невозможно. Мне все еще неясен механизм появления снов, демонстрирующих реальность, но одно ясно точно – в них присутствует лишь моя астральная сущность, если можно так выразиться. Но иногда – вот как сейчас – очень хочется проявиться в вещественном облике… Например, чтобы заткнуть рот Флоренне, продолжающей гневно высказывать Мораввену то, что наболело у нее на душе.

- Собственно, я не удивляюсь поступку Магистра Алена. Ну, вы понимаете, эта мерзость, которую он преподавал детям… Она не могла не сказаться на их поведении и нравственности! Вы не представляете, наверное, но девица, которую прельстил своим темным обаянием Магистр, пользуясь своим положением, начала вести себя абсолютно неприличным образом! Покидала по ночам помещение Школы, употребляла хмельные напитки, позволяла себе третировать преподавателей, желавших ей только добра… Представляете, она оживила дохлую крысу и натравила ее на…

Флоренна обиженно замолкает и вновь промокает платочком глаза. Рыжеволосый молодой человек у окна дергается и приглушенно хмыкает. Я тихо присоединяюсь к его веселью. Крысу как раз оживил Лис, только, кроме Алена и, возможно, Магистра Рейфа, об этом никто не узнал. А я натравила ее на Флоренну, и, честно говоря, ничуть не раскаиваюсь в своем поступке. Миленькая мумия не представляла опасности и выглядела не так и страшно, чтобы орать на всю школу. Я вот, к примеру, совсем ее не испугалась, при всей моей нелюбви к мышам…

Мораввен сочувственно берет руку Флоренны в свои.

- Это, безусловно, полное безобразие. Подобные проступки требуется пресекать на корню, и это недосмотр прежде всего администрации Школы. Но, признаться, я вижу и часть своей вины.

- Вашей? – изумляется Флоренна, округляя блестящие от слез глаза.

- Увы, да, - печально соглашается Великий Магистр, не выпуская руку дамы. – Я не должен был полагаться на заверения Магистра Рейфа, а лично проверить квалификацию преподавателя. Тогда, по всей видимости, нам удалось бы избежать стольких жертв. А тяжелую травму, полученную адептом Олисандром, - Мораввен оборачивается и показывает на юношу у окна, - которая просто-таки вопияла о сложной ситуации, посчитали несчастным случаем. Не так ли, Олисандр?

- Совершенно верно, - пылко подтверждает молодой человек. – Я из-за нее потерял полгода, восстанавливая пальцы! Да вы же помните, Магистр Флоренна, как мне руку бинтовали!

Я непонимающе смотрю на Лиса. Он притворяется перед Мораввеном? Или на самом деле считает Алена неквалифицированным преподавателем, из-за которого потерял три пальца? Но он же не может не понимать, что в первую очередь виноват сам?

- Помню, - коротко роняет дама. – Но причем тут вы, Мораввен?

- Я не обратил внимания на сей прискорбный факт, - признается Магистр. – А ведь это был тревожный сигнал.

- Но, Мораввен, - мягко произносит женщина. – У вас, как у главы Ордена, и без того слишком много забот, чтобы отвлекаться на неподконтрольную вам огранизацию. Это скорее упущение Ковена.

- Нет, Флоренна, не утешайте меня, – настаивает Магистр, сжимая руку дамы. – В Ковене по вполне объективным причинам не могли оценить квалификацию Алена. Я не снимаю с себя ответственности за произошедшее. И теперь мне нужна ваша помощь, чтобы хоть немного уменьшить ужасные последствия моего недосмотра.

- Разумеется, я сделаю все, что в моих силах, Мораввен, - сердечно произносит Флоренна, преданно глядя на мужчину.

- Я знал, что вы не откажете мне, госпожа, - улыбается Магистр. – Кстати, Флоренна, а вы не думали перебраться в Аррендар? Такой прекрасной орхидее не место среди пыльных полевых цветов, если мне можно так выразиться. Не сомневаюсь, что вас с распростертыми объятиями примут в столице. Я готов посодействовать вам. В Ковене явно не хватает талантливых Травников, тем более таких очаровательных.

Меня начинает ощутимо мутить от потоков сладости, кажется, пропитавшей все в кабинете. Тошнотворная патока сочится из каждого слова Мораввена, каждого его жеста, взгляда светло-голубых глаз. Странно, почему Флоренна не замечает попыток Великого Магистра охмурить ее? Ведь именно так она ведет себя сама, когда хочет обольстить мужчину. А при этом Мораввен вовсе не сказал, что готов принять ее в Орден…

- Вы правы, я думала об этом и с удовольствием приму предлагаемую помощь. – Флоренна опускает взгляд, и румянец на ее лице становится более отчетливым.

- Договорились, - заверяет ее Мораввен. – А от вас, Флоренна, мне требуется сущая мелочь. Я, без сомнения, и сам мог бы сделать это, но вы, как опытный преподаватель, справитесь значительно быстрее. У меня, как вы справедливо сказали, не так много свободного времени…

- Ну говорите же, Мораввен, - лукаво улыбается женщина, взглядом выражая свою готовность послужить на благо Великому Магистру, Ордену и Аррении. Маг словно бы подчиняется настойчивой просьбе.

- Мне необходимо найти вещи, которые держали в руках адепты Элиара Запольская и Лежек и Терен Альвитские.

Гхыр! Я вспоминаю, что говорил мне Ремар: «Мы с Рейфом, пока он еще находился на посту директора, тщательно перебрали все бумаги и уничтожили все, что имело хоть малейшее отношение к тебе. И к вам тоже, парни». Могли они не посмотреть на кафедре травоведения? В принципе, могли. Это не профильный для нас курс, он и читался-то всего семестр, а наши контрольные не представляли интереса для будущего. Так что Магистр Рейф вполне мог обойти своим вниманием кабинет Магистра Флоренны. А зря. Я по собственному опыту знала, что некоторые преподаватели не утруждаются аккуратным перебиранием бумажных архивов, а сваливают все в кучу и запихивают в огромные шкафы. Вот в такой, как стоит в кабинете травоведения.

- Но… - начинает Флоренна.

- Я понимаю, о чем вы подумали, дорогая, - перебивает ее Мораввен. - Увы, мне больше некого попросить. Комнаты адептов пусты, и такое ощущение, что по ним прошлись «Утренним ветром». И никто из преподавателей, как назло, не сохранил ни контрольных, ни конспектов, ни рефератов. Вы – моя последняя надежда, Флоренна. Мне говорили, что вы, как никто, отличаетесь удивительной аккуратностью и бережливостью. Как вы думаете, у вас могут найтись какие-нибудь записи или травяные смеси, сделанные руками вышеуказанных адептов?

- Думаю, да, - медленно произносит дама. Я начинаю готовиться к худшему. По поводу аккуратности Флоренны ничего нельзя сказать, но вот по поводу бережливости… Очень может быть, что дама до сих пор хранит свои первые школьные конспекты. И не из сентиментальности, а на всякий случай – вдруг пригодится? Если это на самом деле так – то нам придется быть очень и очень осторожными – Мораввен поймет, что мы отправились не в Полданию…

- Вот и прекрасно. Найдите их, Флоренна, и вы увидите, что я не останусь у вас в долгу.

- Вы хотите отыскать этих детей? – В голосе Травницы звучит явное подозрение.

- Да. Это все произошло в том числе и по моей вине, Флоренна. Адепты – особенно Элиара – подавали определенные надежды, и при должном усердии и дисциплине из них еще может выйти толк, если их, конечно, отыскать. Причем больше всего меня заботит Элиара. Юноши могут и сами справиться с упавшей на их плечи ношей, но слабой девушке явно потребуется посторонняя помощь. И мне хотелось бы, чтобы она получила ее от достойных людей, а не взбд… простите… А не от беспринципных манипуляторов. А Ордену и Аррении нужны подготовленные специалисты, на обучение которых потрачено немало времени и средств. Так вы поможете?

Флоренна не может устоять перед взглядом Великого Магистра.

- Да, - не очень охотно отвечает она.

- Благодарю вас, Флоренна. – Великий Магистр делает замысловатый жест рукой и достает из воздуха восхитительную орхидею. – Примите в знак моей признательности, хотя цветок далеко не так хорош, как вы. И, чтобы немного облегчить вам утомительное перебирание старых архивов, я оставляю вам послушника Ордена, одного из ваших учеников. Олисандр, ты переходишь в подчинение госпоже Флоренне и выполняешь все, что она попросит.

- Слушаюсь, господин Великий Магистр! – рявкает Лис.

- Прошу прощения, но я должен идти. - Мораввен церемонно целует руку дамы, поднеся ее к губам. – Надеюсь в ближайшем времени увидеть вас в Аррендаре, госпожа Флоренна.

- До встречи, Мораввен. – Флоренна, смущенно потупив взгляд, совершенно не торопится вызволять руку. Магистр с явной неохотой отпускает ее и встает, склонив голову в вежливом поклоне, после чего покидает кабинет.

- Чем вам помочь, госпожа Флоренна? – срывается с места Лис. Я оторопело гляжу на него, вновь теряясь в догадках – он рвется помочь Флоренне или нам? Найти контрольные, чтобы отдать их Мораввену или уничтожить их? На чьей стороне Лис?

- Открывай вон тот шкаф, - кивает преподавательница. – Только осторожно!

Совет поступает своевременно. Лис аккуратно приоткрывает дверцу, оценивает кипу хранящихся за ней бумаг и присвистывает.

- Где-то там должны быть и ваши контрольные, - информирует Флоренна. – Хорошо, что я их не выбросила.

- Здорово! – жизнерадостно соглашается Лис, начиная доставать из шкафа разрозенные листы, и, внимательно просматривая их, складывает на стол. – Особенно будет замечательно, если господин Великий Магистр найдет Лежека и Терена.

- И что в этом такого замечательного? – отвлеченно интересуется Флоренна, разглядывая собственную руку, которой не так давно касались губы Мораввена.

- Мне скучно одному в послушниках, - бодро рапортует Лис. – С братьями будет намного веселее. Они неплохие парни. Не их вина, что Магистр Ален отбирал себе в группу лучших.

- Ну там же будет еще и эта… распущенная девица? – приподнимает изящно очерченные брови дама.

- А… - машет рукой парень. – Эльку я и не увижу. Господин Великий Магистр сразу заберет ее себе.

- А зачем она ему? – на лице Флоренны возникает обеспокоенность.

- Да как же? – бесхитростно отзывается Лис. – Об этом все в Ордене знают. Господин Мораввен еще во время учебы хотел ее себе забрать. Вот и Магистр Велен ее постоянно уговаривал перейти в Орден, только она не соглашалась. Господину Великому Магистру очень нужна помощница, и Эльку специально для этой роли готовили. Но что-то не сложилось, и она удрала с Магистром Аленом, вроде бы.

- Но у Мораввена уже есть помощница, - напряженно напоминает Флоренна. – Нааль, кажется. Я сама как-то раз ее видела.

- А она временно, - отмахивается Лис. – Пока Эльку не найдут. Я – случайно, конечно – слышал, как господин Великий Магистр и Нааль ссорились из-за того, что даме приходится слишком долго ждать. Вот господин Мораввен и торопится.

- Торопится… - Флоренна резко встает и подходит к шкафу. – Тогда нам тоже стоит поспешить.

Она с силой распахивает дверцу, и бумажные завалы вываливаются на пол. В воздух поднимается облачко пыли. Магистр Флоренна заходится в приступе страшного кашля. Задыхаясь и держась за грудь, она хрипит:

- Принеси мне воды…

Лис выскакивает за дверь. Флоренна мгновенно выпрямляется. Кашель пропадает, словно его и не было никогда. Хотя, вероятно, Магистр действительно притворялась, если судить по ее каменно спокойному лицу, ярости, пылающей во взгляде, и ядовитой злости, капающей с каждого ее слова:

- Значит, и Мораввен нацелился на эту рыжую бразгу…. Что же в ней, интересно, такого, что все мужчины теряют голову и начинают делать глупости?

Она замолкает и пристально разглядывает бумажную кучу на полу, протягивая к ней руку, а потом резко отдергивая ее.

- Если уж Великому Магистру нужна помощница, то ему стоит выбрать не молоденькую краццу, а опытную и умную женщину, - ревниво заключает дама.

Флоренна произносит заклинание, и бумага на полу начинает желтеть, потом темнеет и рассыпается в пыль.

- Вот вода, Магистр… Что это?

- Ничего страшного, Олисандр. Просто я немного ошиблась с заклинанием. Боюсь, Великому Магистру не удастся найти Элиару.

Флоренна берет стакан с водой и залпом выпивает ее.

- Убери здесь все, Олисандр. А я, пожалуй, пойду собираться…

- Как же Флоренна тебя не любит, - потрясенно покачал головой Лежек.

- Скорее ненавидит, - поправила я. – Или завидует. Или ненавидит от зависти, не суть важно. В данном случае ее эмоции работают для моей пользы.

Давно взошедшее солнце ревностно исполняло свои должностные обязанности, щедро заливая лучами сумрачные горы, растерявшие часть своей угрюмости, жизнерадостно-зеленое редколесье и лужайку перед пещерой. Одурманивающе пахли травы, грозно бурчащие шмели перебирались с наперстянок на колокольчики, звонко стрекотали кузнечики. Воздух постепенно раскалялся, и чувствовалось, что скоро над камнями заструится полупрозрачное марево. Но пока еще тени от Синего кряжа хватало на то, чтобы в ней комфортно разместились четыре человека и три дракона. Уголек завороженно следил за разноцветной бабочкой, явно дразнившей его, то садясь на кончик носа малыша, то вспархивая и отлетая в сторону. Мы неторопливо завтракали, попутно лениво обсуждая содержание моего последнего сна. Спешить некуда – Лейфер нас не только не ждет к какому-то указанному времени, но и вообще не осведомлен о нашем приезде, так что неожиданно возникнуть у него на пороге можно в любое время. И лучше даже попозже, потому как хозяин замка Руоль никогда не являлся сторонником ранних подъемов.

- Думаю, наши контрольные и без Флоренны недолго прожили бы, - засмеялся Терен. – Лис не зря так рьяно рвался помогать.

- Все равно хорошо, что их уничтожила Флоренна. Пусть Мораввен злится на нее, а не на Лиса, - мстительно сказала я.

- Слушай, а может быть, Мораввен на самом деле воспримет ее как замену тебе? Тогда за Кесси можно будет не переживать. А Флоренна сама лезет в пасть к химере, - оживился Лежек.

Я подумала. Потом еще подумала. Потом молча кивнула. Мои мысли внезапно протоптали дорожку в сторону, в которую я до этого не заглядывала.

Мораввен вселил сущность Нааль в Алена. Мы все дружно решили, что просто потому, что он не нашел более подходящего тела для своей возлюбленной. Но не было ли в этом чего-то большего? А можно ли изгнать сущность Нааль в окружающее пространство?

- Ты хочешь сказать?.. – Аленар, вольготно развалившийся на траве напротив меня, выпрямился и посерьезнел.

- Да, - уже вслух произнесла я. – Тогда Нааль вселилась в Алена с помощью луча, так скажем, или сама была этим лучом, гхыр ее знает. Не факт, что он мог раствориться в воздухе. Вполне вероятно, ему в обязательном порядке надо в кого-нибудь попасть. В кого-то, кто окажется рядом.

- В любого? – уточнил Лежек, внимательно прислушивающийся к нашему диалогу.

- Кто знает? – мрачно вздохнула я. – Но такая вероятность не исключена. Сложно сказать, обладает ли сущность Нааль сознанием и может ли она выбирать себе тело или войдет в первое попавшееся. Мое, к примеру. Или твое, если ты там будешь в этот момент.

Лежек, похоже, даже не рассматривал возможности оказаться в момент выселения Нааль где-нибудь подальше от места действия.

- А куда я денусь? - сумрачно буркнул он. – Гхыр, не хотелось бы провести три месяца в одном теле с Нааль.

Я кивнула. И не стала упоминать, что ни я, ни он, ни, тем более, Терен и Аленар не обладаем знаниями Алена и, очень может быть, не сможем закрыться от Нааль так же, как мой жених. Ситуация становилась серьезнее, чем нам казалось раньше. Лежек понимал это и без моей помощи.

- Тогда, надо полагать, нам нужна жертва, готовая принять в себя Нааль? – предложил он. - Чтобы полностью обезопасить себя?

Я обдумала его слова.

- Это вариант, конечно… Но где мы найдем ее? Я с трудом представляю, чтобы кто-то по собственной воле согласился уйти в небытие.

- Ну бывают же самоубийцы? – встрял Терен. – Девы с разбитым сердцем, к примеру, или мать, потерявшая и сына, и мужа одновременно. Ты вспомни того оборотня. Он, как мне кажется, не стал бы возражать и с готовностью пожертвовал бы собой ради тебя.

- Итен так и сделал, - невесело заметила я. – Но мысль здравая. Правда, вероятность того, что нам встретится еще одна готовая умереть личность, настолько мала…

- Верь в судьбу, - наставительно произнес Терен. – Если она свела вас с Аленом ради исполнения пророчества – она позаботится и о спасении выбранного ею героя.

- Мне больше хочется верить в то, что я ошибаюсь и Нааль все-таки можно уничтожить, ни в кого не вселяя, - безрадостно вздохнула я.

- Я бы на это не рассчитывал, - хмуро предположил Аленар. – Как и на то, что сущность Нааль может выбирать себе тело. Меня давно интересовало, почему Велена – ну и, очевидно, Мораввена – так волновала твоя возможная беременность, а не сам факт совместного проживания с Ариэном.

- И? – Мы все, включая не принимающих участие в нашем разговоре драконов, воззрились на вампира.

- А ты представь, что Нааль ведь могла вселиться не в тебя, а в твоего ребенка.

- Гхыр меня побери… - простонала я, понимая, к чему он клонит.

- Именно. Представь, что Мораввену пришлось бы ждать рождения твоего ребенка, а до того времени держать под пристальным наблюдением денно и нощно.

- Я бы ему только посочувствовал, – хмыкнул Лежек. – Это то еще удовольствие, учитывая, что Элька не стала бы смирно сидеть в темнице, да и мы все… - Он замолк под моим убивающим взглядом. Ждать рождения ребенка, зная, что он уже фактически мертв… Ну или не мертв, но стал чужим, не тем, кого зачали изначально… Не знаю, какая мать смогла бы вынести это. И мне страшно даже думать про такую возможность. Это уже не просто одинокие чумазые дети-сироты, это кошмар наяву.

Лежек, похоже, понял это и быстро перевел тему.

- Подожди, так что получается... Ты уже не нужна Мораввену?

- Беременная, видимо, не нужна, - сумрачно признала я.

- И тогда вариант с Флоренной становится все более вероятным? Не будет же он ждать, пока ты родишь, ему Нааль не позволит, - усмехнулся парень.

- Или он выберет Кесси, - возразила я. - Или еше какую-нибудь магичку. Или… - Я, замолчав, инстинктивно прикрыла руками живот, не желая озвучивать пришедшую мне в голову мысль. Беременность не всегда заканчивается естественным образом… Иногда ее прерывают искусственно.

- Мораввен не пошел бы на это, - убежденно проговорил Аленар. – Слишком большой риск.

Может быть… Но я не стала бы утверждать с такой уверенностью. Никто не знает, что творится в голове у демона. Вдруг он считает, что возможность провести вечность, видя любимую женщину в желанном теле, стоит того, чтобы ради нее немножечко рискнуть? Тем более, что в случае неблагоприятного исхода он просто вернется на прежние позиции и выберет себе новую жертву. И тогда погибну не только я, но и мои дети.

- Прекрати, - резко вырвал меня из мрачных размышлений Аленар. – Никто не умрет. Ты сама слышала, что Мораввен дал Нааль обещание не зацикливаться на твоей личности.

- И мы опять возвращаемся к проблеме нового вместилища Нааль, - угрюмо заключила я. – Не знаю, как вам, но мне даже Флоренну жалко. Не такая она и нехорошая дама, просто ей в жизни не повезло.

- А вдруг они – Флоренна с Нааль – подружатся? – внезапно высказался Терен.

- Вот тогда точно наступит конец света, - рассмеялся Лежек. Я присоединилась к дружному хохоту. Правда, насладиться мысленными образами слившихся воедино Нааль и Флоренны и Мораввена, которому достанется такое счастье, мне сильно мешало осознание того, что проблему поиска нового тела все-таки придется решать. Не Мораввену, так нам.

- Не думай пока об этом, - негромко посоветовал Аленар. – Будем решать проблемы по мере их наступления. Может быть, мы и ошиблись в своих предположениях.

- Может быть, - хмуро отозвалась я. – Для начала надо бы получить полную информацию. А для этого – добраться хотя бы до Картхейна. Парни, собираемся? Скоро полдень, солнце уже печет, а в замке Руоль должно быть попрохладней.

Но прошло еще не меньше часа, прежде чем мы смогли уйти. Уголек никак не хотел расставаться, и пришлось клятвенно пообещать, что мы непременно приедем к нему в гости еще раз – благо драконы все-таки намеревались вернуться на север, в Дагар-рон.

- Не нравится мне на юге, - шепнул мне Аскольд, осторожно оглядываясь на жену. – И жарко там, и растительности почти нет, и соседство не самое подходящее. Кто знает, что может прийти в голову Сиггену, если мы опять поселимся рядом с ним?

Я выразила свое полное согласие с обеспокоенностью дракона и, в свою очередь, сообщила про Белогорье и мои родственные связи с его правителями. Кажется, сие известие окончательно убедило Аскольда в правильности выбранного решения, и он тут же громко заявил Саире, что готов немедленно отправиться на проверку их нового/старого местожительства. Ну, вот как только распрощается с нами, так и готов лететь. Саира, немного удивившись рвению супруга, возражать не стала.

Мы еще раз уверили Уголька, что обязательно встретимся с ним, затушили костер и открыли телепорт.

И оказались в одной из самых сильных гроз, какие я только видела в своей жизни. Мощные потоки выливались с небес даже не ручьем, а полноводной рекой, и наша одежда мгновенно промокла насквозь, противно облепив тело. Солнце, еще секунду назад ярко сияющее на небосклоне, теперь скрывалось за толстым слоем иссиня-черных туч. Казалось, мы переместились не только в пространстве, но и во времени, из полудня – в сумерки, правда, чуть ли не ежеминутно освещавшиеся ослепительными вспышками молний, ветвящимся узором расчерчивающих косматую поверхность неба. Громовые раскаты эхом отдавались в скалах, многократно усиливаясь. Лошадь Лежека испуганно ржала, норовя рвануться в сторону и удрать, и парню приходилось прилагать немалые усилия, чтобы удержать ее на месте. Янт стоял относительно спокойно, но нервно прядал ушами и озирался. В общем, требовалось как можно быстрее укрыться под надежной крышей.

Только вот я потерялась в пространстве, выйдя из телепорта. Везде виднелось одно и то же – плотная непроницаемая стена воды, хотя, по моим прикидкам, мы должны были находиться в нескольких десятках шагов от замка. Ветер, бьющий в лицо, волосы, прилипшие к глазам, и не дающие сосредоточиться молнии, слепящие яркими вспышками, ситуации не улучшали.

- Туда! – проорал Аленар, тронув меня за руку и показывая налево. На мой взгляд, это направление ничем не отличалось от всех остальных, но чутью вампира стоило доверять. И точно – не прошло и пяти минут, в течение которых мы увязали в размокшей глине чуть ли не по колено, как перед нами возникли ворота замка Руоль.

И тут нас ждала первая неожиданность. Нет, конечно, нас никто не ждал, и в принципе закрытые ворота замка – это нормальная ситуация… Но Лейфер в прошлый раз упоминал, что в этих пустынных местах нет смысла запираться – не от кого. На него так подействовала смерть отца?

Лежек попробовал постучать. И мы мгновенно поняли всю бессмысленность сего действия – грохот раскатов грома заглушал любые звуки.

- Ломаем, - решительно сообщил Лежек. – Потом восстановим. Но торчать здесь до ночи – или до утра, как повезет – я не намерен. Терен, помогай. Элька… Нет, лучше Аленар… Придержи эту скотину. – Парень передал вампиру поводья своей лошади, продолжающей периодически вставать на дыбы и истерически ржать. Терен, в свою очередь, перепоручил своего коня моим заботам, и, ежась под ливнем, присоединился к брату. Шум от упавших створок смешался с очередным раскатом.

Мы, не дожидаясь разрешения Лейфера, отвели лошадей в конюшню и устроили их с максимально возможным комфортом для помещения, пустовавшего большую часть последних пятидесяти лет. Гроза и не думала прекращаться, и никто из нас не видел необходимости заставлять животных стоять под хлесткими ударами дождевых капель и бешеными порывами ветра.

Вторая неожиданность подстерегла нас у дверей замка. Они также оказались заперты, и никто не торопился открывать нам. После пятиминутного ожидания и неоднократного стука я бросила поисковый импульс. Он показал наличие людей в замке, правда, их оказалось значительно меньше, чем ожидалось – всего два человека.

- Может, Лейфер уехал? – проорал мне Лежек.

- Не знаю! – прокричала в ответ я и показала на голову, предлагая перейти на мысленное общение – так не придется напрягать голосовые связки.

«А что Лейфер говорил, не помнишь?» - настроился на меня парень.

«Собирался сидеть в замке полгода, а потом защищать диссертацию. Но все равно должны бы хоть слуги оставаться».

«Не взламывать же и эту дверь? Как-то совсем неприлично получается».

«Но и под ливнем оставаться не хочется… В конюшне, что ли, устроиться?»

«Я согреться хочу, а не сидеть в неотапливаемом нежилом помещении, когда рядом есть замок со всеми удобствами», - проворчал Лежек.

«Кто бы возражал… Не слышат они, что ли? Может, еще раз постучать? Или на самом деле взломать, пока нас тут не смыло?»

Однако взламывать ничего не пришлось. За дверью послышались шаркающие шаги, в замке заскрежетал ключ, потом загрохотал засов… На пороге появился Берт – все тот же невысокий сгорбленный старик.

- Хозяин не принимает! – проскрипел старик, не удосужившись разглядеть гостей, пусть даже незваных и похожих на мокрых мышей, и вознамерился захлопнуть дверь. Лежек оказался быстрее. Он успел вставить ногу в щель, не давая слуге закрыть дверь до конца, и громко поздоровался:

- Добрый день, Берт. Вы не узнали нас?

Старик окинул парня взглядом и тем же нелюбезным тоном проговорил:

- Узнал, господин маг. Но хозяин никого не принимает. Уходите.

- Нас он примет, и с огромным удовольствием, - продолжал настаивать Лежек, придерживая дверь и не давая ее захлопнуть перед нашим носом.

- Хозяин не сделает исключения ни для кого. – Берт с неожиданной для старика силой дернул дверь на себя. Мне все больше и больше не нравилось происходящее. И не только то, что нам грозила опасность остаться в ураган под открытым небом. Это как раз гхырня… Можно и в конюшне переночевать, огонь я разожгу в любом случае. Мне не нравились закрытые двери, отсутствие людей в замке и внезапная нелюдимость Магистра Лейфера.

Я засветила пульсар, щелчком запустила его в холл замка и подлезла под рукой Лежека, протиснувшись в щель и встав перед Бертом. И еле сдержала изумленное восклицание, только сейчас как следует разглядев слугу.

Сегодня старик выглядел старше лет на сто, чем четыре месяца назад, и приобрел какой-то запущенный вид – жиденькие волосы сальными прядями свисали с давно немытой головы, глаза покраснели и слезились, одежда требовала стирки и глажки. Мало того – холл, в котором я стояла, выглядел неухоженным и грязным. Пол не мыли минимум дней десять, везде лежал тонкий, но явственно заметный слой пыли, и в воздухе чувствовался отчетливый неприятный запах.

- Рада видеть вас, Берт, - улыбнулась я, справившись с оторопью. Гхыр все побери, что же происходит-то?

- Добрый день, госпожа ведьма, - флегматично кивнул слуга. – Простите, но даже для вас я не могу сделать исключение. Хозяин никого не принимает.

Я не удержалась и проверила, не находится ли Берт под заклятием – настолько его однообразные ответы не походили на обычную речь слуги. Не находился. Или заклятие было настолько качественным, что я не могла его определить.

- Хорошо, пусть не принимает, - согласилась я, усилием воли сохраняя улыбку на лице и все еще надеясь уладить дело миром. – Но, во имя гостеприимства, неужели нам нельзя просто зайти и переждать грозу? Не можете же вы выставить нас в такой ливень из дома?

Словно в подтверждение моих слов за спиной ослепительно сверкнуло и грохнуло. Берт нескрываемо заколебался, но, тем не менее, отрицательно покачал головой.

- Пусть этот грех падет на мою голову, но я не могу никого впускать. Приказ хозяина.

И Берт надвинулся на меня с явным намерением вытеснить под ливень. Я не собиралась сдаваться и, прежде чем применять магию, вытащила свой последний козырь мирного разрешения конфликта – громко заорала:

- Магистр Хилдар!

- Госпожа ведьма! – возмущенно проскрежетал Берт. – Уходите!

- Магистр Хилдар! – прокричали мы вместе с Лежеком. На этот раз призыв достиг адресата. В холле сгустился призрак, и недовольный голос сурово поинтересовался:

- Что здесь происходит?

Впрочем, ответа не потребовалось. Магистр Хилдар сам оценил ситуацию и резким, не терпящим возражений тоном, приказал:

- Берт, немедленно впустите их!

- Но хозяин…

- Я сказал, впусти их! Твой хозяин сейчас не в том состоянии, чтобы отдавать приказы! – повысил голос призрак. Когти нехорошего предчувствия, и так царапавшие мне сердце, увеличились в размерах и остроте. Но я нашла в себе силы и смущенно произнесла, тщательно пряча выросшую до неприличных размеров обеспокоенность

- Добрый день, Магистр Хилдар.

- Если только его можно назвать добрым, - пробурчало привидение. – Но я рад видеть тебя, девочка. И вас, молодой человек, - вежливо добавил он, глядя на Лежека.

- С нами еще двое, - осторожно предупредила я, отступая на пару шагов в сторону и мрачно бросая взгляд на оставшуюся после себя лужу. Правда, полу она не сильно повредила.

- Надеюсь, не тот гном? – всполошился призрак, поднимаясь выше и зависая примерно в сажени над полом.

- Нет, - успокоила я его. – Это брат Лежека Терен и родственник моего жениха Аленар. Надеюсь, вы не будете возражать против их присутствия?

- Разумеется, нет, - благосклонно разрешил слегка успокоившийся призрак.

Мужчины вошли. После того, как я еще раз церемонно представила их привидению, Берт молча задвинул засов, повернул ключ в замке и, шаркая ногами, удалился в сторону кухни.

- Прошу простить нас за вторжение, - еще раз извинилась я. - Налетела гроза, и мы позволили себе воспользоваться любезным приглашением Магистра Лейфера. Правда, рассчитывали на несколько другой прием…

- Конечно, девочка, ты не могла знать, - печально ответствовал мне призрак.

- Что-то случилось? – взволнованно поинтересовалась я. – С Лейфером?

- Лейфер сейчас… Эх… - горестно взмахнул рукой Магистр Хилдар.

- Он жив? – встревожился и Лежек.

- Жив… Если это можно назвать жизнью, - вздохнуло привидение. – Впрочем, вы сами все увидите.

- Магистр Хилдар, что все-таки происходит?

- Эх… - безрадостно повторил призрак и растворился в воздухе.

- Ты что-нибудь понимаешь? – почему-то шепотом спросил Лежек.

- Нет, - качнула я головой. Во мне буйным цветом распустилась тревога, практически переросшая в панику. Гхыр все побери, что же здесь стряслось за неполных два месяца? Почему у Берта такой вид, словно он месяц спал, ел и исполнял должностные обязанности в одной и той же одежде, не снимая ее? Почему замок внезапно стал нежилым и чем здесь так воняет? Куда делись все слуги, почему Лейфер отказывается встречаться с людьми и почему его дед не хочет даже говорить об этом?

- Частично могу объяснить, - заметил Аленар, расстегивая рубашку. – Но, Элька, срочно просушись, иначе не миновать простуды.

- А ты пока расскажешь… - Я опомнилась и начала избавляться от излишков воды в моей одежде.

- А я пока расскажу. Слуги разбежались, причем не так давно, не более двух дюжин дней назад. Причина довольно тревожная – пропало два человека.

- Что значит – «пропало»? – Лежек отобрал у Аленара рубашку и быстро просушил ее.

- Сложно сказать. Берт знает только то, что однажды утром домик садовника оказался пустым. А на следующее утро таким же таинственным образом исчез некто Гарен.

- Был такой, - вспомнила я и выпрямилась, закончив в первом приближении счищать с сапог высохшую глину. – Муж кухарки Марты. Вечно торчал на кухне у жены и дегустировал то, что она приготовит.

- После его исчезновения Марта собрала вещи и уехала, а вслед за ней – и остальные слуги. Остался только Берт и собственно Лейфер. Ну и призрак, разумеется.

Теперь мне становились понятны и давно немытый пол в доме, и запущенный вид Берта, и тяжелый запах. Два холостяка – один старый, другой неприспособленный к домашнему хозяйству, ясное дело, не могли поддерживать замок в порядке. Но это уже последствия, а какова же причина? Лейфер маг, пусть и своеобразной специализации. Почему он ничего не предпринял?

- Сомневаюсь, что Магистр Лейфер вообще в курсе происходящего, - сухо сообщил Аленар.

- Он в коме, что ли? – подал голос Терен. – Раз жив, но признаков жизни не подает?

- Нет… - начал вампир.

- Можно и так сказать! – перебил его возникший призрак. – Мой внук пребывает в коме, погрузившись в глубины мрачной пучины, и не желает выплывать на поверхность!

- Что за маг его ударил? – быстро спросила я, лихорадочно вспоминая все известные мне способы приведения человека в чувство. Все зависит от того, с кем столкнулся Лейфер. Если это рыцарь Ордена или маг первой ступени и выше – то дело плохо, мы можем не справиться. Если второй-третьей, да еще и светлой магии – то еще поборемся. Вопрос о том, какого гхыра Лейферу вообще вздумалось вступать в схватку с магом, я временно отложила в сторону – здоровье Магистра-психолога важнее, а ответ, боюсь, мне может не понравиться.

- Какой маг?! – горестно возопил Магистр Хилдар. – Если бы это был маг! Я бы тогда прыгал от радости, что мальчик наконец стал мужчиной!

- А вы умеете прыгать? – неосторожно заметил Терен.

- Это фигура речи! – гневно возмутилось привидение. – А вам, молодой человек, следовало бы иметь больше уважения к сединам древнего призрака, коий старше вас в тридцать раз, никак не меньше!

- Магистр Хилдар, - прервала я призрака, подозревая, что обличения современной молодежи могут затянуться, а меня очень волновал Лейфер. – Если не маг, тогда кто?

- Он сам! – яростно выкрикнуло привидение и заклубилось под потолком. – Мой внук сам, собственными руками толкает себя в пропасть! И это, очевидно, наследственность его матери! Говорил я Асею, когда он привел сюда ту молодую особу…

- Да что же случилось с Лейфером? – не выдержала я. – Магистр Хилдар, скажите толком!

- Он в гостиной, - сдержанно ответствовало мне привидение, сменив гнев на холодность. – Можете сами посмотреть.

Лежек, на доли секунды опередивший меня, распахнул дверь указанной комнаты. Меня мгновенно замутило. Кажется, источник удушливой вони концентрировался именно здесь, и теперь волна отвратительного смрада, в котором смешались запах несвежих портянок, давно не убиравшегося общественного туалета, застарелого перегара и чего-то кислого и/или протухшего, вырвалась на свободу, буквально сбивая с ног.

- Тарргаст арр дхараг, - выругался Лежек, запустив в комнату пульсар и неохотно заглядывая в нее.

- Что там? – выдавила я.

- Сама посмотри. А лучше не надо, гхыр с ним…

Но я, преодолевая спазмы в животе, осторожно бросила внутрь взгляд. Мне немедленно захотелось высказаться не менее красочно, и промолчала я только потому, что, как добропорядочная девушка, не могла знать таких слов.

Прежняя уютная гостиная со старомодной опрятной мебелью, пусть и потертой, превратилась в натуральный гадюшник, и странно, что по ней не гуляли ровными колоннами тараканы и клопы. Ковер и одно уцелевшее кресло усеивали пятна, о происхождении которых не рекомендовалось задумываться, если я все еще хотела удержать в себе остатки завтрака. Обивку второго кресла словно бы драли когтями дикие коты, и в дыры кокетливо высовывался белый клочковатый материал. На низеньком столике с резными ножками стояла тарелка с уже неопознаваемыми остатками еды, покрывшейся густой бледно-зеленой плесенью. Рядом лежал перевернутый подсвечник. Лужица воска, натекшая с него, безвозвратно испортила полировку. Тяжелая бархатная штора висела на половине крючков, открывая вид на бушевавшую за окном грозу. У стены валялась куча невыносимо смердевшего тряпья. И повсюду были разбросаны корки, огрызки, объедки и пустые бутылки.

А на диване лежало тело, лишь отдаленно напоминавшее Магистра Лейфера. От прежнего неунывающего светловолосого толстячка остался лишь, возможно, цвет волос. Возможно, так как сейчас длинные немытые пряди покрывала какая-то липкая белесая масса.

Вместо приличной и даже в чем-то щегольской одежды Магистр был облачен в серые застиранные подштанники, продранные на бедре, демонстрируя всем желающим и нежелающим дряблое белое тело. Лейфер лежал на спине, безвольно свесив одну руку с зажатой в ней бутылкой.

- Похоже, дядя в запое, - хмыкнул Терен, заглянувший в гостиную через мое плечо. – Аленар, ты уверен, что слуги действительно пропали, а не просто разбежались от вида своего хозяина?

- Не уверен, - откликнулся Аленар. – Судя по всему, ваш Магистр пьет по меньшей мере месяц.

- И это еще одна загадка, - нахмурилась я и, морщась от отвращения, зашла в комнату. – Пока мы жили здесь, Лейфер не проявлял склонности к выпивке и вообще занимался своей диссертацией. Лежек, может быть, приведем его в чувство? Не дает мне покоя происходящее…

- Я не смогу, - отрезал Лежек. – У меня запас силы практически исчерпан, а антипохмельное заклинание энергоемкое. И ты не вздумай, - поспешно добавил он. – Пьяный Магистр не стоит того, чтобы из-за него перенапрягалась беременная женщина.

Я могла только вздохнуть, прекрасно понимая – Лежек прав. Энергии после телепорта у меня на самом деле оставалось не очень много. И ни один из моих спутников не позволит мне рухнуть от переутомления в зловонную лужу перед диваном после отрезвления Лейфера. Состояние опьянения угрожает разве что сильным похмельем и никак не является смертельной угрозой, ради которой стоило бы рисковать. Хозяин замка, словно бы в подтверждение моих слов, повернулся на бок и оглушительно захрапел.

Терен, обойдя меня и осторожно огибая наиболее подозрительняе пятна на полу, присел перед диваном.

- До полного протрезвления не смогу, - заключил он, внимательно оглядев тело Магистра, приподняв его руку и приоткрыв веко. – Но в сознание приведу. Подойдет? – обратился он ко мне.

- Вполне, - решительно заявила я и с величайшими предосторожностями присела рядом с парнем. – Могу помочь, если требуется.

И нисколько не удивилась, когда Терен гордо отказался от моей помощи.

- Helle.

Лейфер раскрыл глаза и пусто уставился в потолок. Через пару секунд в них появилось осмысленное выражение. Магистр сел и пораженно взглянул на меня.

- Ты хто? – запинающимся голосом поинтересовался он. – У м… меня что, начал… лись глю… галю... глюцнации? - Лейфер протянул вперед дрожащую руку, чуть не проткнув мне глаз грязным пальцем с траурной каймой под нестриженым ногтем. Я успела уклониться и отвела от себя его конечность.

- Я живая, Лейфер. Ты не узнал меня?

- Эл… Элька? – пьяно изумился хозяин замка. – Что ты сдел… лала со сво… ими во… лсами?

Я не успела ответить, так как внезапно Лейфер просиял и рванулся обниматься, практически падая на меня.

- Так ты брос… ссила сво… его гхырва некр… роман… та?

- Я никого не бросала, - терпеливо ответила я, изо всех сил отпихивая от себя тяжелое мужское тело и старательно сдерживая тошноту, усилившуюся от запаха перегара. Мне на помощь пришел Терен, и совместными усилиями мы водрузили Лейфера назад на диван. В целях предотвращения подобных инцидентов я встала и отошла к окну. Помимо всего прочего, его можно было открыть и хоть немного проветрить помещение. Только вот защелка никак не поддавалась. Лейфер тем временем обратил внимание на приехавших со мной мужчин.

- А это х… хто? – вознегодовал он. – Эл… Элька, если т… ты до сих пор нев… веста Алена, то хде он? И поч… чему здесь нез… накомые мне люди… человеки?

- Лежека ты знаешь, - ровно пояснила я. Вышеупомянутый маг как раз бережно отодвинул меня и сам принялся сражаться с непослушной защелкой. – А остальное я объясню тебе позже. Лучше скажи мне, почему ты в таком виде?

- А в к… каком я в…виде? – изумился Лейфер, перевел взгляд на свою голую грудь и икнул. – Гхыр епп куратт! Эл… Элька, я счас…

Он с неожиданной проворностью спрыгнул с дивана и рванулся к двери. Но, очевидно, ноги еще плохо его слушались, так как на пороге Лейфер споткнулся и неминуемо упал бы, если бы не Аленар, подхвативший его.

- Прос… тите, - еще раз икнул Магистр и скрылся за углом.

Лежеку, наконец, удалось справиться с непослушной защелкой, и в комнату ворвался поток свежего влажного воздуха, вместе с порывом ветра и очередным громовым раскатом. Я с наслаждением вдохнула, чувствуя, как отпускает тошнота.

- Это что же должно было произойти, чтобы Лейфер дошел до такого состояния? – пораженно поинтересовался Лежек, тоже вдыхая полной грудью. – Аленар, тебе не удалось понять, в чем дело?

- Не совсем, - сумрачно ответил вампир. – Я уловил только, что все связано с диссер…

Грохот, прервавший его, исходил теперь не из окна, а из-за двери, и сопровождался градом отборнейших ругательств. Мы выскочили в холл. У подножия лестницы, ведущей на второй этаж, полусидел Лейфер, придерживая правую руку, очевидно, сломанную. Левая ступня его торчала под неестественным углом. Хозяин замка не мог говорить, только громко стонал. А ругань исходила от Магистра Хилдара, зависшего перед лицом своего внука.

- Kriest arr terreinn, - устало прошипела я. – Ребята, похоже, нам придется задержаться в замке на пару-тройку дней.

Глава 19.

Лейфер внезапно перестал стонать и с выражением абсолютной паники на лице, забыв про вывихнутую ногу, метнулся ко мне.

- Нет!

Разумеется, ни к чему хорошему это не привело. И без того травмированная ступня не выдержала нагрузки, подвернулась, и вопль протеста превратился в короткий вскрик. Аленар успел подхватить хозяина замка, когда тот падал прямо на каменные ступени, так что травмы головы удалось избежать. Но боль, похоже, была настолько сильной, что Лейфер потерял сознание.

Лежек, выразив свое отношение к происходящему парочкой красочных, емких выражений, поспешно присел возле лежащего на пыльном полу тела.

- Обезболить надо, - озабоченно заметил он, бережно трогая торчащую в сторону, распухшую ступню. – Элька, у тебя вроде опыт был?

- Давай я, - не дал мне ответить Терен, торопливо пристраиваясь рядом с братом. Знакомое заклинание – и искаженные страданием черты лица Лейфера разгладились, а дыхание стало ровнее.

- Хорошо, - удовлетворенно кивнул Аленар. – Теперь пусти меня, я вправлю вывих.

Не прошло и минуты, как несчастная конечность приобрела нормальный вид, правда, все еще опухший и покрасневший.

- С рукой сложнее, - заметил вампир. – Ее надо зафиксировать, да и ногу желательно перебинтовать. Но я предпочел бы делать это не здесь, а в более стерильных условиях.

- Не знаю, где вы их сейчас найдете, - проворчал Магистр Хилдар, внимательно наблюдающий за процессом лечения.

- В любом случае наверху будет удобнее. – Лежек выпрямился. – Заодно и в порядок его приведем, а то нехорошо расхаживать в таком виде перед юной дамой.

Аленар, молча кивнув, помог приподнять безвольное тело Магистра-психолога. Лейфер вздрогнул, открыл глаза и первым делом нашел меня взглядом.

- Эль… ка, - запинаясь, выдавил он. – Теб… бе… вам… нел… зя здесь ост…ваться.

- Лейф, позволь нам сначала заняться твоей рукой, а потом поговорим в нормальных условиях, - ровно предложила я, пряча за невозмутимостью никуда не девшуюся тревогу. Лейфер по каким-то причинам впал в депрессию и ушел в запой – это вполне могло произойти. Теплая и дружеская встреча тоже вписывалась в мои представления о мире, хотя настолько жарких объятий я не ожидала. Но неожиданно возникшее неприятие меня в качестве гостьи, мягко говоря, удивляло и никак не вязалось с предыдущей сценой.

- Хор… рошо. – покорно согласился Лейфер и, пошатнувшись, ухватился за Аленара. – А т… ты хто? Ты не Ален.

- Я его дядя, - коротко пояснил вампир и подставил плечо. – Позвольте, я помогу вам добраться до ванной, Магистр.

Лежек встал с другой стороны Лейфера, забросил себе на шею его руку, и трое мужчин начали медленно подниматься. Я двинулась за ними следом, но Аленар заметил это и отрицательно покачал головой.

- Не стоит. Мы сами справимся. Подождите нас где-нибудь.

- В библиотеке, - подсказал Лежек.

- Да. Например, там. Мы постараемся побыстрее.

Лейфер пробурчал что-то очень похожее на «гхыр» и «нельзя», но мужчины не дали ему пояснить и увели наверх.

В библиотеку мы с Тереном не пошли. Пронаблюдав, как вампир и два мага скрылись в коридоре на втором этаже, я, не раздумывая, вернулась в гостиную. Слой пыли на полу в холле не особенно мешал мне, с ним можно было смириться, чего не скажешь о разгроме в комнате. Помимо всего прочего, исходящие оттуда миазмы по-прежнему вызывали у меня тошноту, несмотря на раскрытое настежь окно.

- По-моему, здесь проще все сжечь, чем убирать, - высказался Терен, прислонившись к дверному косяку и вместе со мной разглядывая хаос. Я подошла к окну и с опаской пошевелила носком сапога кучу тряпья – а вдруг оттуда выскочит крыса или еще кто-то такой же малоприятный? Обошлось. Но зато поднялась волна удушливой вони, и меня не вырвало только потому, что из окна прямо мне в лицо вливался поток влажной свежести.

- Может быть, ты и прав, - задумчиво признала я. – Убираться лично мне не хочется, а оставлять все в таком виде… Это еще хуже. Терен, а мебель еще можно починить?

Парень скептически осмотрел стоявшее неподалеку кресло.

- Я не специалист, но, кажется, ей уже мало что поможет, - наконец, заключил он. – Если только полностью менять обивку вместе с наполнителем. Но, боюсь, оно того не стоит.

- Понятно… - протянула я и позвала уже громче: - Магистр Хилдар!

- Что, девочка? – сгустился передо мной призрак.

- Магистр Хилдар… Вы, как полномочный представитель владельца замка, будете настаивать на ремонте мебели? Мы не сможем привести ее в приличное состояние, а делать с ней что-то надо. Очень уж она… пахнет.

Привидение брезгливо провело полупрозрачным пальцем по пятну на диване.

- Мне никогда не нравилась эта обстановка, - с отвращением в голосе пробурчало оно. – Делай что хочешь, девочка. Только не спали замок дотла. Мне не хотелось бы после стольких лет покидать это место. Я к нему привык, знаешь ли…

- Хорошо, - кивнула я. Призрак исчез.

План действий сложился почти мгновенно. Простое, но эффективное заклинание – и мне на руки слетела штора - ее еще можно отстирать. Так, куда бы ее пристроить…

Гроза отходила к перевалу. Молнии сверкали уже не ежеминутно, а раскаты грома доносились издалека. Но дождь еще продолжал лить как из ведра и вряд ли собирался прекращаться или хотя бы слегка стихнуть. Соответственно, на широком каменном подоконнике красовалась прекрасная лужа.

- Ну и гхыр с тобой. – Я положила увесистую ткань прямо в воду и вернулась к Терену. – Стой за мной. А лучше всего выйди в коридор, чтобы случайно не задело.

- Колдовать будешь? – оживился парень, но с места не сдвинулся. – А сил хватит? Может быть, мне помочь?

- Нет, - отрицательно качнула я головой. Да, если сплетать «Утренний ветер», то помощь Терена не помешала бы. Причем не исключено, что после этого заклинания мы оба остались бы с минимальным запасом. А мне почему-то казалось, что полностью истощаться не стоит, да и вообще не мешало бы подзарядиться. Не знаю, откуда взялось это ощущение. Вроде бы ничто не предвещало особенных неприятностей прямо сейчас, даже если учесть нежелание Лейфера видеть нас у себя в доме. Но, если я чему и научилась в последнее время – так это доверять своим предчувствиям, и неважно, откуда они взялись – проснулся во мне неизвестный ранее дар или просто неизвестно откуда взявшееся наваждение.

- Не колдовать. Наоборот, - вслух добавила я и повторила: - Стой у двери. Тебя не должно задеть. Но так, на всякий случай…

Оранжевые язычки пламени облизывают выдранный из кресла клок обивки.

- Элька, это где ты оказалась?– изумленно-весело интересуется Огонь.

- Ты не поверишь – в приличном замке, - улыбаюсь я.

- И кого нужно убить на этот раз?

Пламя увеличивается в размерах и обнимает меня за плечи. Я отчетливо ощущаю, как наполняется энергией тело, как потрескивают искорки на концах волос, как напряжение и тревога отступают на задний план, растворяясь в волне тепла.

- Никого. Кроме беспорядка в этой комнате. Но желательно при этом не спалить замок.

- Обижаешь, - сердито гудит Огонь. – Отойди.

Я отступаю на пару шагов. Огненная стена вздымается до потолка, проносится вперед, к окну, и возвращается назад.

- Убедилась?

Комната… нет, абсолютно пустой ее назвать нельзя. Огонь не смог уничтожить все: на полу сиротливо лежали покрытые пеплом тарелка, подсвечник и бутылки. Остальное же: мебель, ковер, тряпки и объедки – превратились в равномерный слой золы. При этом штора, лежащая на подоконнике, цела и невредима.

- Прости, - виновато говорю я и вновь вступаю в жаркие объятия. – Я должна больше доверять тебе.

- Я никогда не причиню вреда тебе и твоим близким, - мягко, без следа обиды, шепчет Огонь, обвивая меня нежными пылающими язычками. Я закрываю глаза и запрокидываю голову, отдаваясь настойчивой ласке пламени, теряясь во времени и пространстве. Я одновременно и на сгорающем хуторе, и в очистительном огне свадебного костра, и на полянке возле заброшенной охотничьей избушки, и в хороводе, кружащемся вокруг огненных столбов, уходящих в темно-синее небо. И меня обнимают горячие руки Алена, и требовательные губы накрывают мои, и мужское тело прижимается ко мне, и затмевают все яркие вспышки…

- Тебе хватит, Элька, - сожалеюще шепчет Огонь, и пламя начинает опадать. – Мы еще встретимся.

- Мы еще встретимся…

Моей щеки касается игривый язычок – словно Огонь целует меня на прощание – и я остаюсь одна.

- Блеск! – произносит кто-то за моей спиной. Я вздрагиваю и только сейчас вспоминаю, где нахожусь и что вообще происходит.

- Терен, я…

- Блеск, - повторил парень. – Слушай, а Ален не жалеет, что научил тебя общению со стихией? Ой, прости… - поправился он, увидев, как я дернулась. – Я не хотел тебя расстроить.

- Ничего страшного, - выдавила я, привычно заталкивая в себя тоску и печаль. – Не жалеет. По крайней мере, раньше не жалел. Сейчас ничего не могу сказать.

- Ну и хорошо, - удовлетворенно выдохнул Терен. – Но результаты потрясающие. Я и предположить такого не мог. – Он с восхищением махнул рукой в сторону покрытого пеплом пола. От движения воздуха мельчайшие частички шевельнулись, взвились вверх и противно защекотали нос.

Я с ужасом закрыла лицо ладонями, представляя, что будет, если чихнуть. Терен, явно осознавая это не хуже меня, торопливо проговорил что-то и сделал замысловатый жест рукой. Зола и пепел поднялись в воздух – всего на долю секунды – и вылетели в открытое окно.

- Апчхи!

- Будь здорова, - автоматически пожелал Терен.

- Спасибо. У тебя тоже неплохо получилось, - с уважением отозвалась я, оглядывая идеально чистый пол без следа пыли.

- Я не просто торчал на кафедре, пока вы разгуливали по Аррении, - без тени обиды или злости проинформировал парень. – Магистр Эссель хорошо натренировал меня. Мир его праху.

- Мир, - эхом повторила я.

Мы помолчали, отдавая дань памяти человеку, погибшему из-за нас: из-за меня, Лежека, Терена. Хотя в чем, собственно, мы виноваты? Только в том, что подчинялись приказам Ковена? Если бы не взрослые, увенчанные регалиями и званиями маги, если бы не гхыров Орден, обучавший нас, чтобы послать на смерть – Магистр Эссель остался бы жив и продолжал бы еще много лет учить адептов в Школе под управлением Магистра Рейфа. Школа существовала бы в прежнем виде, и мы получили бы дипломы и спокойно приступили к работе на благо родины.

Но Орден не появился бы без Мораввена. Вся эта шеттова катавасия заварилась только из-за того, что одному демону пришла в голову маниакальная идея вселить в меня сущность своей возлюбленной. Если бы не он – Ален сейчас находился бы рядом со мной, и мне не пришлось бы постоянно жить под угрозой смерти, гадая, появятся ли мои дети на свет и увидят ли своего отца…

- Ненавижу, - яростно пробормотала я, утыкаясь лбом в стену и бессильно ударяя по ней кулаком. – Ненавижу его.

- Кого? – неподдельно удивился Терен. – Кто настолько тебя достал?

- Мораввен, - не поворачиваясь, рявкнула я. – Он не просто достал меня! Он сломал всю мою жизнь! Он пытается убить меня, и ради этого готов уничтожить любого, вставшего у него на пути – и не моргнув глазом делает это.

- То же самое Теодгард, помнится, говорил о тебе, - вполголоса заметил Терен. Однако я услышала.

- И был совершенно прав. Но знаешь, в чем разница между Мораввеном и мною? Он нападает, а я защищаюсь. Я беременна, Терен, и обязана выжить ради своих детей. А за них я перегрызу горло любому – даже Мораввену.

- Нет, Элька! – послышался из-за двери смятенный голос Лейфера. – Нет, нет, нет!

Я выскочила из гостиной, влетев прямо в хозяина замка. Магистр, не обращая внимания на сломанную руку, схватил меня за плечи и заговорил: быстро, взволнованно, проглатывая окончания слов – но вполне трезвым голосом:

- Элька, нет! Держись подальше от Мораввена! Как можно дальше! Ты не представляешь, что это за человек! Уходи, уезжай, как можно дальше, за море, за океан – куда угодно, только подальше от Аррении!

Я смотрела на Лейфера и не узнавала его. Сейчас он был трезв, вымыт, выбрит, прилично одет – но все равно это не тот Магистр-психолог, с которым мы расстались два месяца назад. Гхыр с ней, с бледностью – если человек не выходил из дома в течение месяца – он и не может похвастаться ровным красивым загаром. И худоба объясняется многодневным запоем. Но мне очень не нравилось безумное, затравленное выражение глаз Лейфера, в данный момент не скрывающееся за хмельным туманом. Сбивчивая, малосодержательная речь и нервные, порывисто-резкие движения не могли принадлежать спокойному и уравновешенному хозяину замка Руоль – однако меня хватал за плечи, тряс и настойчиво требовал уехать именно он.

- Элька, ты слышишь меня? – проорал Магистр. Сбежавший с лестницы Лежек рванулся в нашу сторону с явным намерением оторвать от меня Лейфера.

- Слышу, - нарочито мягко и спокойно проговорила я, одновременно приподнимая руку, чтобы остановить молодого мага, и осторожно пытаясь вывернуться из мертвой хватки психолога. – Лейфер, успокойся. Я не горю желанием встречаться с Мораввеном.

- Мораввен! Он убьет тебя, убьет, убьет! Уходи, слышишь, уходи, уходи немедленно!

Лейфер тряс меня за плечи с такой силой, что я не могла собраться с мыслями и вообще как-то противостоять ему. Лежек вместе с пришедшим ему на помощь Тереном с большим трудом оттащил от меня Магистра, продолжающего орать о моем немедленном отъезде и угрозе убийства. Откровенно говоря, я растерялась, впервые встретившись с натуральной истерикой, да еще и в мужском исполнении. Лейфера требовалось успокоить, но как? Не кувалдой же по голове? Тем более что никакой кувалды под рукой нет.

Терен, которому приходилось удерживать вырывающегося и буйного Лейфера, причем бережно, чтобы дополнительно не повредить его сломанную руку, явно терзался той же проблемой.

- Лейфер! – гаркнул он так, что у меня на секунду заложило уши. Магистр переключил свое внимание на парня.

- А ты кто такой? – зловеще прошипел хозяин, замерев и перестав вырываться. – Откуда ты здесь взялся? Ты пришел за мной, да?

С неожиданной силой Лейфер отшвырнул в сторону Лежека, оттолкнул Терена и, метнувшись к парню, вцепился ему в горло руками.

- Kreeaann!

Брошенное мною заклинание парализовало обоих – и Магистра, и моего спутника. Вдвоем с поднявшимся с пола Лежеком мы отцепили пальцы безумного психолога от Терена и привели последнего в чувство.

- Ни гхыра себе, - ошалело высказался парень, как только смог говорить. – Какого взбдрызга здесь происходит?

Я молча пожала плечами и вопросительно взглянула на Лежека.

- Не смотри на меня так, - вздохнул маг. – Лейфер казался вполне вменяемым, пока мы бинтовали его и фиксировали руку. Правда, ничего вразумительного он не сказал, в основном отмалчивался, трезвел на глазах и хмурился, посматривая на Аленара. Но на людей не кидался и не орал. Самостоятельно привел себя в порядок, вымылся и побрился. Не могу понять, почему он взбесился.

- Может быть, Аленар что-то выловил в его мыслях? Кстати, где он?

- Здесь, - отозвался вампир из-за моей спины. – Элька, прости. Я посчитал, что минут десять он может продержаться в адекватном состоянии. Но что-то, по-видимому, привело к срыву.

- Ничего себе срыв, - пробурчал Терен, непроизвольно растирая горло.

- Ты что-то понял? – повернулась я к Аленару.

- Почти ничего, – с сожалением ответил он. – У меня возникли кое-какие догадки, и мне захотелось проверить их прежде, чем возвращаться к вам.

- Подожди, - перебила я его. – Ты не смог прочитать мысли Лейфера? Там блок?

- Нет. Но и нет четких мыслей. Обрывки, крохотные кусочки воспоминаний. Только не пробуй сама!

Его предостережение опоздало. Я уже сделала то, с чего стоило начинать общение с Лейфером – залезла в его голову.

Хаос, разруха и безумие – вот то, что я ощутила. Правда, в данный момент у Лейфера присутствовала четкая мысль, одна-единственная – уничтожить врага, намеревающегося убить его самого. Под врагом, надо полагать, подразумевался Терен, ничего другого мне предположить не удавалось. Как и понять, почему вдруг Лейфер посчитал парня, не сделавшего ему ничего плохого, злостным убийцей.

Остальное, как и говорил Аленар – обрывки и кусочки. Личность Лейфера, веселого толстячка, была похоронена под горой невнятных осколков воспоминаний, эмоций и желаний. Прокопаться сквозь нее я бы, скорее всего, не смогла – не хватило бы мастерства и опыта. Но попытаться стоило – возможно, тогда Магистр сможет стать прежним. Или хотя бы частично прежним. Но не затравленным, испуганным безумцем.

И я начала погружаться в память Лейфера, пробираясь через лабиринты и темные закоулки, теряясь в них и снова выползая на поверхность…

- Элька? – настороженно позвал меня Аленар. – Прекрати. Ты только все ухудшишь.

Я с некоторым усилием разорвала мысленную связь с Лейфером.

- Я должна попытаться. Мы не можем оставлять его в таком состоянии.

- Но не таким способом. Идем. Для начала стоит послушать, что может рассказать нам Берт.

Подумав, я кивнула.

- Да, идем. Но…

- Парализатор пока действует, – угадал Лежек мои колебания. – А я еще добавлю, для надежности.

- Я не про то. Надо бы Лейфера в библиотеку отнести, вам не кажется? Нехорошо хозяину замка изображать статую в собственном холле?

Терен, похоже, был собственного мнения на этот счет, но оставил его при себе. Мужчины отнесли тело Магистра в библиотеку, уложили на диван, я обновила парализатор и болеутоляющее заклинание, и мы, аккуратно прикрыв дверь, направились на кухню.

Берт не изъявлял желания общаться. Он хмуро поставил на стол кувшин с горячим настоем, четыре чашки, миску с сухарями, от одного взгляда на которые начинали ныть зубы, и вознамерился уйти. Но путь ему преградил Терен, вставший в дверном проеме и не двигающийся с места.

- Пропустите меня, - тихо, но настойчиво проговорил слуга.

- Берт, - мягко произнесла я. – Пожалуйста, не заставляйте меня применять силу. Нам очень нужно понять, что случилось с вашим хозяином.

- Силу, - со злостью выплюнул старик. – Конечно, силу! Вы, маги, ничего другого, кроме насилия, не признаете!

- Берт, это и произошло с Лейфером? – насторожилась я. Короткий кивок Аленара дал понять, что мы на верном пути. – Берт, ответьте мне! Я не могу уехать, оставив его в таком состоянии!

- Вы ничем не можете ему помочь, госпожа ведьма. Уезжайте. Лучше всего – прямо сейчас.

- Вы предпочитаете, чтобы он умер от пьянства? – холодно проговорил Аленар. Берт, вздрогнув, обернулся к нему. – Ведь это вы спаиваете его, я прав? И именно поэтому не желали пускать нас в замок?

- А какая вам на гхыр разница? – гневно отреагировал слуга. – Какое вам дело до моего хозяина? Вы непрошеными гостями ввалились в его дом, чтобы завтра уйти и никогда уже не вернуться. Так почему я должен что-то рассказывать вам?

- Берт, вы не правы, - упрямо возразила я. – Лейфер не безразличен нам. И мы не непрошеные гости – он сам приглашал нас.

- Это было давно, госпожа ведьма.

- Два месяца назад.

- Это было давно, - настойчиво повторил старик. – В прошлой жизни, когда господин Лейфер еще не стал…

Берт осекся и замолчал.

- Не стал кем? – вскинулась я. Во мне медленно закипала злость. Какого, собственно, гхыра? Мы не чужие Лейферу. Ему необходима помощь, это очевидно любому, и не только физическая, так скажем – залечить перелом, но и психологическая. Так почему Берт ведет себя с нами, как с врагами? - Берт, договаривайте. Не молчите. Поверьте мне, мы сможем ему помочь.

Но все мои уговоры пропали даром. Старик безразлично смотрел на дождь за окном, не показывая ни малейшим намеком, что вообще слышит меня.

- Не стал убийцей? – неожиданно проговорил Аленар. – Так, Берт? Ведь это он убил садовника и второго мужчину… Гарена?

Я ожидала чего угодно, только не этого. Лейфер – убийца? Собственного садовника?

Судя по выражению, появившемуся на лице Лежека, в его голове тоже не выстраивалась связь между словами вампира и нашими воспоминаниями о Магистре. Но один взгляд на Берта подтвердил догадки Аленара. Слуга как-то одномоментно постарел лет на сто, сгорбился и мешком рухнул на поспешно подставленный табурет, уткнувшись лбом в дрожащие руки.

- Рассказывайте, Берт, - потребовал Аленар. – Что бы ни произошло с Лейфером, это не может быть хуже смерти – неважно, его или чьей-то еще.

Я могла бы поспорить с ним – на мой взгляд, лучше уж умереть, чем пребывать в зомбированном состоянии – но не стала. Не время и не место.

Берт, тяжело вздохнув, нехотя подчинился приказу.

- Господин Лейфер не мог никого убить, - глухо сообщил он. – Я уверен в этом.

- Ну да, конечно, - вполголоса пробормотал Терен.

- Он не убивал, понятно вам?! – взорвался Берт. – Он не мог убить! Я вырастил его, я качал его на коленях и менял пеленки! И теперь вынужден смотреть, как он балансирует между жизнью и смертью!

- Подождите, Берт. – Я отвлеченно отхлебнула из чашки, не ощущая вкуса, и постаралась собраться с мыслями. Концы отказывались сводиться с концами. Пьяный до состояния нестояния Лейфер – печально, но не смертельно. Почему же Берт говорит о своем хозяине так, словно тот одной ногой стоит в могиле? – Насколько я понимаю, в замке пропало два человека, после чего все остальные слуги разбежались от страха или от нежелания оставаться здесь. Так?

- Почти, - неохотно признался старик. - Я лично рассчитал Марту, Данека и Оттона, не желая подвергать опасности их жизнь.

- Но ведь садовник… Рон, кажется, так его звали, и Гарен пропали? Или Лейфер на самом деле убил их, а вы потом спрятали тела?

- Они просто пропали, - буркнул Берт. – Лейфер не убивал их, я уверен в этом.

- Конечно, не убивал, - возмущенно хмыкнул возникший под потолком Магистр Хилдар. – Не успел. Или не дали.

- О чем вы? - насторожилась я. Призрак пристроился в углу и печально вздохнул.

- Мой внук в припадке немотивированной агрессии чуть не придушил одного и почти пырнул ножом другого. Гарену еле удалось увернуться, а от Рона Лейфера оттаскивали втроем.

Слова «Лейфер» и «агрессия» по-прежнему плохо увязывались в моем сознании, несмотря на все увиденное в замке. Должна же быть какая-то причина того, что Лейфер буквально сошел с ума? Воздействие магии? Но мы бы почувствовали это. Наверное…

- Но почему он напал на них? – поинтересовался и Лежек, тоже выглядя весьма озадаченным.

- Без малейшего повода с их стороны, - проинформировал нас призрак. - Рон занимался своими прямыми обязанностями – выкапывал или, наоборот, сажал какую-то редкую лиану, Гарен, можно сказать, тоже – сидел здесь, на кухне, и чесал языком со своей женушкой. А мясо опять пригорело!

- Гхыр с ним, с мясом, - пробормотала я. – Марта в принципе не умела его готовить. Значительно больше меня интересует, почему Лейфер накинулся на Гарена. Может быть, тот что-то сказал?

- Да пьяный был, - хмыкнул Терен. – Ясное дело – сначала напился, потом впал в буйство, потом напился уже с горя…

- Ничуть! – вскинулся Берт. – Господин Лейфер не пьяница! А в его состоянии виноваты вы, гхыровы маги!

- Мы? – не выдержала я.

- Ну не вы, - презрительно бросил старик. – Другие. Откуда мне знать, к кому поехал господин Лейфер? Я знаю только, что это было связано с его гхыровой диссертацией.

- Тогда Ковен, наверное? Аррендар? - вопросительно взглянула я на Лежека. – Где еще можно обсуждать диссертацию?

- Похоже, да. Вроде бы Лейфер говорил про своего старого приятеля. Помнишь, мы помогали ему справиться с гравейрами?

- Помню.

Я отстраненно кивнула, собирая в голове кусочки информации. По всему получалось, что с Лейфером что-то случилось в Аррендаре. Мало того, это как-то связано с Орденом, раз он постоянно упоминал Мораввена. Каким гхыровым ветром его занесло к Великому Магистру? Еще можно понять – Ковен. Если диссертация была готова, то Лейферу лежала туда прямая дорога. Но Орден? Ему-то какое дело до заштатного Магистра-психолога?

- Он говорил только про диссертацию? – уточнила я на всякий случай. – Больше ни о чем?

Старик резко качнул головой.

- Нет. Хозяин уехал, планируя пробыть в столице два-три дня, однако задержался более чем на неделю. И прибыл в ужасном виде – грязный, лохматый, небритый, в измятой одежде.

- Очень странно, - сумрачно прокомментировал Лежек. – Пьянство, безусловно, порок, но, чтобы дойти до такого состояния, требуется довольно много времени. А если дошло до явной невменяемости и агрессии… Когда он успел? Мы же расстались с Лейфером два месяца назад, и тогда ничто не предвещало трагедии. Если даже Магистр немедленно отправился в Аррендар…

- Еще позже, - деловито сообщил призрак. – Сие прискорбное событие произошло незадолго до конца весны. А вернулся мой внук в первый день лета.

Конец травня? В это время мы удрали из Морийска, и Мораввен пребывал не в самом хорошем настроении. Если Лейфер попал ему под горячую руку… Гхыр, кажется, это я стала причиной его плачевного состояния, пусть и опосредованно...

И если здесь действительно замешан Мораввен…

По моей спине пробежала дрожь. Мораввен, безусловно, мог устроить кавардак в мозгах бедняги Лейфера. И вот теперь я уже не была так уверена, что мы сможем помочь другу. Специализация на боевых заклинаниях и базовый уровень медицины– это не совсем то, что требуется при травмах, нанесенных демоном.

- Тем более… - еще более хмуро произнес Лежек, мрачно переглянувшись со мной. Несомненно, он тоже сопоставил даты и пришел к аналогичным выводам. – Что, интересно, могло произойти в Аррендаре, чтобы Лейфер буквально сошел с ума? Избили его, что ли?

- Не знаю! – огрызнулся Берт. - Я не видел ни синяков, ни переломов. Но с ним что-то произошло! Он стал другим. Хозяин не шутил с Мартой во время завтрака, к которому едва притронулся, не пожелал рассказывать мне о своей поездке, с неожиданной яростью рявкнув, чтобы я не совал свой нос в чужие дела, поспорил с Магистром Хилдаром…

- Поспорил? – возмущенно заявил призрак. – Я всего-навсего намекнул, что догадываюсь о причинах его задержки, ибо и сам в свое время весьма приятно проводил время у некоей симпатичной дамы. А мальчишка просто-напросто наорал на меня, назвав старым взбд… кхм… прошу прощения у дамы за непристойность. И даже бросил в меня стулом…

- Что? – переспросила я, даже не сильно удивишись. Еще один кусочек в уже почти сложившуюся головоломку. Лейфер, почти голым храпящий на диване. Лейфер, кидающий стул в привидение. Лейфер, нападающий на собственных слуг. Лейфер, абсолютно адекватно ведущий себя наверху с Лежеком, а через десять минут с безумным видом пытающийся задушить Терена. Безумие какое-то…

- Да, девочка, ты совершенно права, это безумие, - горестно вздохнул призрак. - Разумеется, стул не причинил мне вреда, пролетев сквозь тело, но все-таки это чересчур, ты не находишь?

- Нахожу, - вежливо согласилась я.

- Я обиделся на внука, - повествовал призрак далее. - И следующие несколько дней провел в дальних закоулках замка, погрузившись в размышления о несправедливости мироустройства. А потом стало уже поздно.

- Лейфер ушел в запой, – с уверенностью проговорил Терен.

- Нет! – негодующе возразил Берт. – Это лечение!

- Лечение, - ядовито передразнил его призрак. – Какое там на гхыр лечение? Именно ты пристрастил моего внука к бутылке!

- Я просто предложил ему рюмочку успокоительного, - отрубил Берт. – Моя матушка всегда советовала принимать бальзам на пятнадцати травах при расстроенных нервах, а у господина Лейфера явно возникли похожие проблемы.

- Вспоминая, каким мы его застали… - Лежек покачал головой. - Берт, сдается мне, что в вашей настойке содержалось еще кое-что, помимо трав.

- Там сложный рецепт, - гордо сообщил нам старик. – Передается из поколения в поколение, содержит мед, соки, и пятнадцать трав: валериана, пустырник, девясил, душица, тысячелистник, зверобой, тимьян, бадан, чабрец… - Он замолк и, после небольшой паузы, печально добавил: - Матушка всегда говорила, что лучшего лекарства в мире не существует, и ежедневно пила трижды по столовой ложке…

- Потому и сошла в могилу в юном возрасте, едва перейдя рубеж восьмидесяти лет, - съязвило привидение.

- Магистр Хилдар, Берт, мы уходим от темы, - прервала я начинавшуюся постороннюю дискуссию. В данный момент меня больше интересовала судьба друга, а не воспоминания о неизвестной мне даме, давно ушедшей из мира живых. – Ну, выпил Лейфер рюмку бальзама. Это же не могло привести к сумасшествию?

- Не могло. И никогда не привело бы! Хозяин всегда отличался благоразумием, - безапелляционно заявил старик.

- Я предчувствовал, что дурная наследственность когда-нибудь даст о себе знать, - тихо пробурчал призрак, но, к счастью, не стал дальше развивать любимую тему.

- Я вынужден был увеличить дозу! – рявкнул Берт. – И вам хорошо известно, почему!

- Потому что ты потворствовал Лейферу! – Привидение гневно рванулось вперед, заклубилось, и на какое-то время превратилось в облачко беловатого тумана, из которого доносились возмущенные возгласы. – Он должен был взяться за ум, а ты вместо этого вливал в него лошадиные дозы своей шеттовой настойки!

- Зато хозяин еще жив, - отпарировал Берт. – А оставайся он трезвым – по замку уже расхаживали бы другие люди!

- Я считал, что Лейфер опасен только для других, - заметил Лежек, - и вы поили его ради своей безопасности.

- Если бы! – гневно фыркнул слуга. – За себя я переживаю меньше всего. Мне уже достаточно лет, чтобы этот мир начал надоедать, и переход в другой уже не казался нежеланным. Нет, я боялся за хозяина. В трезвом состоянии он либо впадал в припадки агрессии, и тогда крушил все, что попадалось ему под руку, или начинал неконтролируемо бояться, забиваясь в угол, сжимаясь в комочек и бормоча себе под нос, что его хотят убить. После того, как он намотал себе на голову покрывало и практически задохнулся – мне с трудом удалось вернуть его к жизни – я и начал поить его настойкой. И она помогает! – Берт торжествующе обернулся к облачку тумана. – Вчера господин Лейфер сохранял адекватное состояние целых двадцать две минуты!

- Параноидальный бред, мания преследования, неконтролируемая агрессия и попытки суицида… Dargast err shazgan, – мрачно выругалась я, обхватывая руками голову. Ситуация становилась все более и более кошмарной. А если учесть еще и очень даже вероятное вмешательство Мораввена… Перспектива дальнейшего существования Лейфера не внушала оптимизма. Если оно вообще будет, это существование. – Берт, какого гхыра вы не обратились за помощью? С самого начала, когда дело еще зашло не настолько далеко? Ведь, по вашим же рассказам, личность Лейфера распадалась постепенно!

- К кому обратиться, а, госпожа ведьма? – ядовито прошипел старик. – К тем же магам, которые довели его до этого состояния?

- Да что, у вас нет хорошего Травника поблизости? - выпалила я и осеклась. Руоль стоит в безлюдном месте, поблизости – то есть в полутора часах неспешной езды верхом – две деревушки. Травники в них, если и присутствуют, вряд ли отличаются достаточной квалификацией для лечения психического расстройства. До крупного города еще надо добраться, а кому это делать, если кроме Берта и Лейфера, в замке никого нет, а слуга не оставил бы своего хозяина одного, даже если бы умел телепортироваться, и отлучка не заняла бы много времени.

- Именно, госпожа ведьма, - презрительно хмыкнул слуга. – Я сам вылечу своего господина. Маги не смогут ему помочь. И вам нечего здесь делать. Уезжайте ко всем мракобесам.

- Уедем, - согласилась я, вставая. – Но не сейчас. Во-первых, на дворе ливень, и с вашей стороны бесчеловечно выпихивать нас под него.

За окном очень вовремя сверкнуло и бабахнуло. Гроза, по всей видимости, пошла на второй круг.

- А во-вторых, - продолжила я, дождавшись, пока громыхание стихнет, - вы ошибаетесь, Берт. Травы – это, конечно, хорошо. Но мне кажется, их мало, чтобы привести Лейфера в нормальное состояние. И для начала хорошо бы понять, что с ним случилось. Магистр Хилдар?

- Что, девочка? – отозвался призрак.

- В вашей библиотеке наверняка найдутся книги, посвященные расстройствам психики?

- В моей – нет! – негодующе возопило привидение. – Я не держу у себя подобной литературы! Но вот мой внук… Возможно, в его кабинете вы и найдете нечто подобное.

- Вот и прекрасно, - изобразила я лучезарную улыбку. – Тогда мы пойдем туда. Лейфер, полагаю, не будет возражать.

Конечно, Магистр не возражал. Он уже отошел от действия парализатора, лежал на боку и похрапывал. Мы возобновили на всякий случай болеутоляющее заклинание и удалились на второй этаж, где Лейфер устроил свое рабочее место.

В кабинете на всех свободных поверхностях: столе, стопках книг, стульях и подоконнике - лежал тонкий слой пыли. Ну да, не думаю, что Лейфер бывал здесь после своего возвращения из Аррендара, а Берт не стал наводить порядок даже в посещаемых местах замка, что уж говорить о заброшенном помещении, в которое никто не заходит? Лежек взял один из фолиантов, протер рукавом поверхность и с выражением зачитал название:

- «Некоторые вопросы акцентуализации характера у магов водяной стихии». Элька, ты всерьез уверена, что мы найдем в этом хоть что-то полезное? Лично я понял в названии только слова про водяную стихию.

- Уже что-то, - усмехнулся Терен. – А как тебе понравится вот это: «Градиент силы в условиях нарушенной перцепции»?

- Никак не нравится, - честно призналась я. – Но парни, надо что-то делать, а покопаться в книгах – первое, что приходит на ум.

- И наиболее здравое, - добавил Аленар, вытащил себе толстый потрепанный том и устроился в кресле.

- Здравое так здравое, - не стал спорить Лежек и углубился в изучение характера магов воды. Я тоже обзавелась книгой с веселеньким названием «Проблема деперсонализации и внутриличностного конфликта под воздействием комплексного раздражителя, вызывающего синестезию» и начала продираться сквозь умные, очень умные и совершенно заумные фразы.

Процесс шел медленно, но верно. Мой лексикон обогатился терминами «рецепция» и «сенсибилизация», и теперь я размышляла над тем, каком образом можно применить прочитанное к определенному случаю.

- Элька, посмотри-ка сюда, - позвал меня Лежек.

- Ты что-то нашел? – удивилась и одновременно обрадовалась я.

- Не совсем то, что требуется, но тоже интересно. Смотри. Ничего не напоминает?

Иллюстрация изображала стебелек растения, многократно переплетенного и скрученного.

- Напоминает, - без тени сомнения произнесла я. – Амулет, который подарила мне Саира. Можно сбегать и принести его из сумки, но я тебе и так скажу – очень похоже.

- Тогда читай. – Лежек передал мне книгу.

Растение называлось «гастиган узколистный», являлось исключительно редким, так как росло в заболоченной местности где-то на востоке, куда гхыр кто может добраться, и вообще считалось исчезнувшим с лица земли. Далее в статье приводилась и причина вымирания – гастиган обладал весьма полезным свойством: он входил в состав зелья, предохраняющего от воздействия магии. Остальные ингредиенты рецепта были более-менее доступными, и основная сложность при изготовлении заключалась в добывании редчайшего растения. Надо полагать, именно поэтому зелье не пользовалось известностью и осталось лишь в старых потрепанных томах.

- Это что-то вроде моего амулета, кажется, - задумчиво произнесла я.

- Я тоже так понял. Жаль, что мы не знали этого раньше… Пригодилось бы при общении с Мораввеном.

- Нам еще предстоит это увлекательное времяпрепровождение, - сумрачно заметила я и решительно выдернула листок из книги. – Лейфер, надеюсь, простит меня.

Если вообще узнает… Антимагическое зелье – вещь, несомненно, ценная, но все-таки это средство профилактики, а не лечения. Может быть, мы не там ищем? Надо смотреть в книгах не по психологии, а темной магии? Вряд ли Мораввен знает значение термина «лабильность», но при этом смог за короткое время разрушить личность практически до неузнаваемости. Только, к сожалению, в библиотеке Магистра Хилдара нет трудов по некромантии, мы выяснили это еще в прошлый раз.

Я с тоской вернулась к первоначально взятой книге, но обогатиться еще одним термином не успела.

- Элька, девочка, скорее! – чрезвычайно взволнованно выкрикнул призрак, возникнув перед столом. Он еще не успел договорить, а я уже сорвалась с места и бросилась в библиотеку, ни капли не сомневаясь в том, что причина его волнений находится там.

На этот раз парализатор бросил Терен, на пару секунд опередивший меня. Нет, Лейфер не нападал на него. И вообще не проявлял агрессии. Он сидел за столом и сосредоточенно резал себе левое запястье небольшим, но острым ножичком для бумаги, неловко зажав его перебинтованной правой рукой. На поверхности уже образовалась багровая лужица.

Закрывая рану заклинанием, помогая Аленару перебинтовывать запястье Лейфера, уничтожая любые следы крови на столе, ноже и собственных руках, я боролась с тоской, паникой и ощущением полной беспомощности, захлестывающими меня. Мы можем до посинения копаться в книгах, но без консультанта-специалиста нам не разобраться. А специалиста под рукой нет, и даже привезти его мы не можем, поскольку соваться кому-либо из нас в Ковен – это добровольно сдать себя Мораввену. Берт же с его упрямством ни за что не согласится привезти сюда так нелюбимого им мага, неважно, какого. И самый главный вопрос – можно ли вообще доверять кому-нибудь из Ковена? И вообще магам Аррении?

- Только если проживающим где-нибудь в захолустье, - подтвердил мои размышления Аленар. – Причем Вийск исключается сразу.

- Это понятно, - вздохнула я. – Да и нечего там делать. От Брендта толку ровно столько же, сколько и от меня. От меня, может, даже побольше.

- Элька, ты боевой маг, а не психолог, - предупредил Аленар. – Не вздумай лезть в голову к Лейферу. Навредишь и ему, и себе.

- Нас учили убивать, а не лечить, - мрачно поддержал его Лежек. – А Лейфер сейчас, к сожалению, не сильно отличается от живого трупа.

- Трупа? – вдруг очнулся Лейфер. – Элька, мы же договаривались, что вы не будете притаскивать сюда мертвецов и тренироваться на них.

Я не верила глазам и ушам. Магистр казался абсолютно нормальным: из глаз исчез безумный блеск, на губах играла легкая улыбка, а голос звучал без надрывов и запинаний, плавно и бодро. Так не должно быть! Я залезала в сознание Лейфера, он не мог мыслить четко и ясно. Или уже мог? Что-то перещелкнулось, и он смог собрать свое сознание в единое целое?

- Лейфер? – недоверчиво переспросил и призрак. – Как ты?

- Вроде хорошо… Только почему у меня руки перевязаны? – озадаченно поинтересовался психолог. – Или вы вместо зомби притащили сюда вампира?

Мы коротко и нервно рассмеялись. Лейфер, сам того не зная, попал своей фразой в яблочко, но не понимал этого, и теперь с недоумением смотрел на нас. Я, справившись с потрясением, присела перед ним на корточки.

- Ты просто порезался. Не переживай, все скоро заживет.

- Да? А я почему-то не помню… - с какой-то детской обидой изумился Магистр. По моей спине пробежал холодок. Мне не понравились эти нотки, свидетельствующие о пограничном состоянии психики.

- Чем я порезался? И когда? - протянул Лейфер. – Элька, я помню твой отъезд, помню, как закончил диссертацию…

- Лейфер, посмотри на меня! – потребовала я, пытаясь прекратить сползания Магистра в воспоминания. Ни к чему хорошему это не могло привести. Но Лейфер не слушал – или не слышал меня.

- В Ковене секретарь с большим интересом читал рукопись. Долго так читал, внимательно… Я и задремать успел. А потом расспрашивать начал, что да как, да кто мне помогал, да как я к гравейрам полез…

- Лейфер, прекрати! – настаивала я, с отчаянием наблюдая, как взгляд Лейфера становится рассредоточенным, как исчезает улыбка и меняется голос.

- Я вынужден был признаться, что попросил помочь друга. Это ведь не запрещено? Так, Элька? Но секретарь потребовал от меня назвать имя. Я отказался. И тогда… тогда меня отвезли в Орден.

- Лейф, посмотри на меня! Слышишь? – жестко приказала я, силой разворачивая его голову. Но он, даже глядя в мою сторону, смотрел куда-то в себя, в глубины воспоминаний, полностью погрузившись в них.

- Я провел там неделю… А может, и больше. Не знаю, Элька… Там темно, мокро и крысы. Была одна крыса… Она разговаривала со мной. Вот так садилась, протирала лапками мордочку и пела детские песенки.

- Это реальные воспоминания? – ошеломленно поинтересовался Лежек.

- Для него реальные, - вполголоса ответил Аленар. – Но вот наведенные или вызванные шоком и силовым воздействием – не скажу.

- Его пытали?

- Очевидно, да. Между беседой с секретарем Ковена и перемещением в подвалы Ордена Лейфер пообщался с одним из высокопоставленных рыцарей.

Я передернулась, до боли сжала кулаки и сделала очередную попытку вытащить Магистра, крепко стиснув его руку.

- Лейф, хватит! Вернись! Ты в Руоле, а не в подвале с крысами!

- Крысами… - мечтательно повторил психолог, и внезапно его голос стал испуганным, а слова полились сплошным потоком.

- А потом пришел он. Мораввен. Элька, он знал тебя. И Алена. И очень сердился, что я не знаю, как тебя найти. Он вывернул меня наизанку, собрал заново, а затем повторил…И мне было больно, очень больно, больно, больно…

Лейфер зажал руками голову, согнулся и пронзительно, резко и визгливо заверещал. Примерно секунду мне потребовалось, чтобы прийти в себя от неожиданности. Не раздумывая, я с размаха влепила Магистру затрещину, твердо намереваясь хотя бы болью вырвать его из помраченного состояния.

Сработало. Визг прекратился. Лейфер выпрямился, окинул меня пристальным оценивающим взглядом и холодно произнес:

- Ты не Элька.

И бросился на меня с явным желанием вцепиться в горло. Оскаленные зубы, безумие в глазах и вытянутые вперед руки мелькнули передо мной. Я успела только отшатнуться и испугаться – и уже стояла за широкой спиной Аленара, а Лежек и Терен с трудом удерживали брызжущего слюной и орущего Лейфера.

- Ты не Элька! Ты та рыжая крацца, принявшая облик моей подруги! Ты пришла убить меня, убить, убить!

- Элька, бей парализатором! – выкрикнул Лежек. – У нас руки заняты, мы долго не удержим его! Он как одержимый!

- Одержимый…

Я медленно и четко начала произносить заклинание, чуть выйдя из-за Аленара, чтобы Лейфер оказался у меня в прямой видимости.

- Ты что творишь? – заорал Лежек.

Ответа не последовало. Мне было не до него. Я выстраивала связь с Лейфером, беря его под контроль, как до этого делала с умершими. Но Магистр, как справедливо заметил мой друг, мало чем отличался от подлинного зомби. В некотором отношении с ним оказалось даже проще – Лейфер не сопротивлялся, покорно позволяя потокам энергии соединить нас.

Где-то внутри я успела ужаснуться, запереживать и прийти в ярость – нормальный человек не должен подчиняться с такой легкостью. Но Лейфер не был нормальным, и поэтому я отчетливо и уверенно проговаривала заклинание, доводя его до конца.

- Все.

- Что – «все»? – осторожно уточнил Магистр Хилдар, про которого я, если честно, уже успела забыть.

- Отпустите его.

Лежек и Терен с опаской опустили руки, готовые в любое мгновение вновь схватить Магистра. Но Лейфер не собирался вырываться или бросаться на кого-либо – только если бы я приказала это. Терен восхищенно присвистнул, убедившись, что психолог недвижим, как скала. Лежек, напротив, не пришел в восторг.

- Ты с ума сошла?

- У тебя есть другие предложения? – немного напряженно поинтересовалась я в ответ, все время контролируя созданную связь.

- Я не понимаю, зачем тебе это потребовалось.

- Мы не можем оставаться здесь навечно – но и не можем уезжать, бросая Лейфера на произвол судьбы. А так… - хмыкнула я, - можно не опасаться за собственную безопасность. Без моего приказа он рукой не шевельнет.

- Что, совсем? – заинтересовалось привидение.

- Совсем, - без эмоций бросила я, в очередной раз проверяя связь и удовлетворенно отмечая, что ничего не изменилось.

- Но… Лейфер же живой человек! Как это возможно?

Вместо ответа я просто молча приказала Магистру сесть на диван. Недвижимо стоящий Лейфер послушно повернулся, обошел Терена и сел, сложив руки на коленях. Призрак придушенно всхлипнул и растворился.

- И что дальше? – хмуро спросил Лежек, пронаблюдав происходящее.

- Я не доверяю магам Аррении. Но на ней мир не заканчивается, а мы все равно едем в Ласинию. Лейфер поедет с нами. Надеюсь, в Ковен Лиалла руки Мораввена еще не дотянулись.

Лежек некоторое время недовольно смотрел на меня.

- Делай как знаешь, - наконец, пробормотал он, махнув рукой. Я устало прикрыла глаза. Как знаю… В том-то и дело, что полной уверенности в своих действиях у меня не было. Я прекрасно понимала, что нам – и в первую очередь мне – придется очень тяжело. Но, если Лейфер сможет вернуть себе свою личность – это будет того стоить.

- Будем надеяться, - обнял меня за плечи Аленар. – Держись, Элька. Боюсь, ты еще не представляешь, во что ввязалась.

Глава 20.

Как и следовало ожидать, Аленар оказался прав. Я абсолютно не представляла, во что ввязалась. Необходимость регулярного обновления заклинания, как ни странно, стала меньшей из моих проблем. Заклятие держалось около трех часов, а в течение этого времени я могла заниматься своими делами, приказав Лейферу просто сидеть на одном месте или спать. Он беспрекословно подчинялся мне, что навело на безумную мысль – а если попробовать сделать из него нормальную личность, просто скомандовав.

Безрезультатно. Первая и единственная попытка привела… в никуда. Магистр по-прежнему бессмысленно глядел в пространство, не сопротивляясь и не выказывая намерений хотя бы самостоятельно двинуться. У меня складывалось впечатление, что поднятый Бьорн в каком-то смысле был более живым, чем Лейфер. Старый шаман, даже находясь в моей власти, продолжал самостоятельно мыслить. У психолога же остались только безусловные рефлексы, и мне приходилось заставлять его есть и спать.

Не знаю, почему так произошло. Мы не могли определить, стало ли это результатом моей ошибки или, напротив, заклинание я выполнила безупречно. Нам отчаянно не хватало знаний, и приходилось действовать наобум, основываясь только на интуиции и том минимуме сведений, которыми мы обладали.

Выяснилось, что снять свой контроль я не могла. Мы попробовали и это. Лейфер мгновенно превратился в берсерка, и его остановило только предусмотрительно заготовленный парализатор. Мне пришлось заново ставить связь между нами и твердо пообещать Лежеку, что я не выпущу Лейфера из-под своего контроля.

А это означало, что мне придется постоянно находиться не более чем в двадцати пяти шагах от психолога (моих шагов, а не мужских). Ну, если только Магистр не спал – в этом случае остатки его сознания, по всей видимости, отключались. Расстояние я установила экспериментально – при его превышении связь ощутимо слабела, и Лейфер начинал проявлять беспокойство.

Вторым следствием стала моя непригодность как мага. Нет, простейшие заклинания, вроде создания пульсара или парализатора, доведенные до рефлекторного действия, у меня получались. Но более сложные, для которых требовалась сосредоточенность, мне не поддавались. Одновременно концентрироваться на двух заклятиях я не могла. Возможно, это зависело от той энергии, которой приходилось оперировать – Лейфера держала темная сила, а телепорт, к примеру, открывался светлой. Что будет, если одновременно с контролированием Лейфера сплести ту же ледяную звезду, я не рискнула проверять. Слишком велика была опасность в случае неудачи.

И передать контроль над Магистром я никому не могла. Аленар отпадал изначально, а Лежек категорически отказывался. Терен, наоборот, предлагал свою помощь, но тут уже возражала я. При этом прекрасно понимая, что обижаю парня… но не доверяя ему.

Дело не в том, что с Лежеком мы уже сработались, а Терен чуть не убил нас всех, включая Алена. Мы не винили его, зная, кто был истинной причиной. И в его квалификации не приходилось сомневаться – Терену лучше всех давались заклинания. Проблема заключалась в отсутствии опыта.

Вообще говоря, я была очень благодарна Лежеку за его отказ контролировать Лейфера, поскольку не очень представляла, как бы поступила в противном случае. Может быть, согласилась бы принять его помощь. А может быть, и нет. Скорее всего, нет. Я не доверяла и Лежеку. Мало того, я не доверяла и самой себе, если уж на то пошло. Но с самой собой еще можно договориться и усиленно держать себя в руках.

А вот это оказалось самым сложным. Меня захлестывали потоки темной энергии, вытаскивая на поверхность самоуверенность, властность, ярость, ненависть, жестокость и безразличие к чужим судьбам – все то, что, как выяснилось, пряталось в глубине души. Приходилось прилагать немалые усилия, чтобы подавлять негативные эмоции, и все же, боюсь, мне не до конца удавалось это. После моего довольно резкого ответа Терену на предложение помощи парень замкнулся и без крайней необходимости не заговаривал со мной. Мне это, естественно, не нравилось, но и выяснять отношения не хотелось. Или разберется сам, или… Или мы поговорим, но в более подходящее время. Не тогда, когда во мне кипит ярость, и я еле сдерживаю ее.

А когда наступит это самое подходящее время, сказать не мог никто – Пифии среди нас отсутствовали, а просто спрогнозировать не получалось. Для начала нам пришлось остаться в замке на три дня – приноровиться к сложившимся обстоятельствам и залечить сломанную руку Лейфера. У меня было как минимум три причины, по которым не хотелось задерживаться: у нас ограниченный запас времени; впереди длинный путь, в конце которого неизвестно что, а надо еще решить проблему с Лейфером; в любой момент сюда может нагрянуть Мораввен. Но Мораввен, как справедливо заметил Лежек, вряд ли поставил здесь сторожок, иначе уже давно бросил бы свои дела и свалился бы нам на голову. А первая причина однозначно связывалась со второй. Если Лейфер не сможет уверенно держаться на лошади, то существенно замедлит наше продвижение, да и постоянно подновлять болеутоляющее заклинание не хочется.

И меня изводило вынужденное безделье. Я не могла колдовать, не могла нормально спать – мешало подспудное нетерпение и кипевшие внутри негативные эмоции. Оставались только чтение и бесцельные прогулки по окрестностям замка в сопровождении Лейфера и кого-нибудь из мужчин, чаще всего Лежека. Терен по-прежнему избегал меня, а Аленар вел беседы с призраком.

Во время одной из таких прогулок мы нашли останки пропавших слуг. Оба погибли по трагической случайности, никак не связанной с Магистром-психологом. Причиной их смерти стала роскошная лиана, оплетающая стену Руоля, с симпатичными фиолетово-зелеными листьями и мелкими белыми цветочками, распространяющими тяжелый сладкий аромат.

Вообще дисхидия корхоролистная, если я правильно помню это название, считалась довольно редким, если не сказать исчезнувшим с лица земли растением. Однако за последний год мы уже научились не доверять словам учебника: «практически истреблен». Слишком часто встречали доказательства обратного. Но, тем не менее, откуда взялась лиана и каким именно образом она появилась в саду замка, оставалось загадкой.

- К примеру, садовник выкопал и принес сюда, как очень красивое растение, - предположил Терен, вместе с Аленаром пришедший посмотреть на реликт. – А когда дисхидия разрослась, попал в его плети. А вторая жертва – как там его, Гарен? - пошел искать сотоварища. Ну и нашел.

- Может быть,- согласился Лежек. – Вряд ли это далеко от истины.

- А если хотите узнать наверняка, пусть Элька поднимет садовника, - ехидно посоветовал его брат, показывая на высовывающийся из листвы скелет, прикрытый одеждой.

Я вспыхнула, но промолчала, внутренне гордясь собой. Возможный напрашивающийся диалог мог привести только к одному – мы рассорились бы еще больше. Разумом я осознавала, что до этого доводить нельзя, но эмоционально очень хотела поставить на место слишком много возомнившего о себе экс-сокурсника.

- Молодец, – положил мне на плечи руку Аленар, прекрасно осведомленный о моем настроении. Лежек, с большой долей вероятности догадывающийся о том же, ответил Терену вместо меня:

- У скелетов нет голосовых связок. Максимум, что они могут – это клацать зубами.

- Ты хочешь сказать, что Элька не в состоянии разобрать этот скрежет? – притворно изумился Терен, воззрившись на брата. – И это с таким-то талантом в магии…

Пульсар, вылетевший из моей руки, опалил жаром щеку Терена и влетел в лиану. Растение конвульсивно дернулось, и аромат его цветов смешался с вонью от сгорающих листьев.

- Я не промахнулась, - коротко проинформировала я, сбросила с плеча руку Аленара и, резко развернувшись, ушла, мысленно приказав Лейферу следовать за собой. Оставалось только надеяться, что Лежек догадается внушить Терену изменить свой настрой, иначе наш поход плохо закончится. Он не понимает, каких трудов мне стоит постоянная борьба с темной энергией…

- Ты не права, - вырос рядом со мной Аленар. – Он как раз довольно хорошо представляет это.

- Тогда какого гхыра парень достает меня? – вскинулась я.

- Терен считает, что ты специально забираешь себе «самое вкусное». Это я его цитирую, как сама понимаешь. Он подготовлен не хуже, и с огромным удовольствием взял бы на себя проблему с Лейфером.

- То, что ему легче давались заклинания в Школе – ничего не значит, - огрызнулась я. – Но одно дело – сплести заклятие, а другое – справиться с его последствиями.

- Элька, я понимаю это лучше, чем ты думаешь, - вздохнул Аленар. – Просто пытаюсь объяснить тебе причины поведения Терена. Может быть, стоило бы на время передать ему контроль над Лейфером?

Я подумала над этим предложением. Долго. Целых несколько секунд.

- Нет. Я не готова идти на такой риск. Если бы еще с нами был опытный маг… А так я не могу гарантировать, что мы с Лежеком сумеем совладать с Тереном, внезапно посчитавшим себя Властелином Мира.

- Я только предложил, - хмуро пожал плечами вампир.

На этом разговор завершился. Мы зашли в замок. Я решительно пересекла холл и поднялась на второй этаж в спальню, мельком проверив, что Лейфер продолжает следовать за мной по пятам. Не хочу сейчас никого видеть. Одной справляться с довлеющей на меня энергией проще – никто не достает язвительными фразами и не смотрит с глубоким сочувствием. Завтра мы тронемся в дальнейший путь. И тогда, хочется верить, у всех мужчин найдутся другие дела, кроме как обращать внимание на мое состояние. Дожить бы только до этого завтра…

- Господин Великий Магистр, разрешите?

- Брендт? – Мораввен, лучащийся добротой и приветливостью, встает из-за стола, за которым только что работал, и подходит к молодому магу. – Рад видеть тебя в Аррендаре, мальчик. Присаживайся. Ты, наверное, устал?

- Нет-нет, - растерянно улыбается Брендт. – Просто… он смущенно оглядывает припыленные сапоги, - я торопился к вам. Мне казалось, что вы хотели бы как можно быстрее получить сведения…

- Не настолько быстро, чтобы не предложить тебе хотя бы стакан воды. – Мораввен берется за графин. – Или, может быть, все-таки что-нибудь покрепче?

- Воды, - соглашается Брендт, с удовольствием принимает из рук Великого Магистра стакан с прозрачной жидкостью и жадно пьет. Я с горечью наблюдаю за ним. Значит, наши догадки оказались истиной. Брендт – в Ордене и очень мило беседует с Мораввеном. Остается только радоваться, что я смотрю на их встречу бестелесным созданием. Иначе, кто знает, удалось бы мне не нарушить мирный разговор каким-нибудь хорошеньким заклинанием? А так можно, кипя от гнева, слушать, как Мораввен вытягивает из Брендта подробности обо мне.

- Господин Великий Магистр, вот что я хотел вам сказать…

- Подожди, Брендт. Дела никуда не денутся, на то они и дела. Лучше расскажи, ты нашел свою девушку?

- Нашел, - улыбается Брендт. – Точнее, она сама связалась со мной, как вы и говорили. Вы оказались правы, Великий Магистр.

- В этом не было ничего сложного, мальчик, - усмехается демон. – Влюбленная девочка не может долго скрываться, особенно если на то нет никакой причины.

- Причина как раз есть, - мрачнеет Брендт.

- Какая? – на лице Мораввена мелькает тень встревоженности. – Надеюсь, ничего страшного?

- Как сказать… - Брендт ставит стакан на стол, стараясь не встречаться глазами с Великим Магистром. – Кесси вбила себе в голову, что вы… простите… исчадие ада, и от вас надо держаться подальше.

- Я так и думал, - устало вздыхает Мораввен. – Надеюсь, ты не стал разубеждать ее?

- Попытался, - виновато признается Брендт. – Но быстро отказался от этой мысли. Кесси чересчур яростно нападала на вас, обвиняя в… - Маг замолкает, не решаясь продолжить.

- Ну? – поощряет его Мораввен.

- В том, что вы убили дар Лиаллана и охотитесь за Элькой.

- В чем-то она, безусловно, права, - задумчиво кивает Мораввен. Брендт удивленно поднимает голову. – Я действительно охочусь за Элькой. Ровно с той же целью, как и за тобой в свое время. Мне нужны молодые талантливые маги. Очень нужны.

Брендт явно польщен комплиментом. Я – не очень. Возможно, потому, что знаю, для какой именно цели так нужна Мораввену.

- А дар Лиаллан никуда не делся, - продолжает демон. – Он исполнил свое давнее желание и стал одним из рыцарей Ордена. Ты, если хочешь, можешь поговорить с ним в любое время. Последний месяц дар Лиаллан провел, занимаясь и тренируясь у лучших Магистров, специалистов своего дела, и поэтому, боюсь, забыл и о своих учениках, и любовнице…

- Невесте, - неуверенно возражает Брендт.

- Разве? – вскидывает бровь Мораввен. – Странно… Дар Лиаллан не упоминал, что обручен. Хотя он вообще мало говорил о своей семье. Для меня стало открытием его происхождение. Сомневаюсь, что член семьи одд Шаэннаров согласился бы жениться на безродной сироте. Для людей, принадлежащих к правящим родам, проблема подбора супруга лежит несколько в иной плоскости, чем у обычных граждан. Но, возможно, я и ошибался… Так что, позвать его?

Я до боли сжимаю кулаки, медленно считая внутри себя до десяти. Нет, до двадцати. Интересно, если я сейчас вцеплюсь в горло этого самодовольного взбдрызга, он почувствует что-нибудь или нет? Он не имеет права говорить подобное об Алене! Он ничего не знает о нас! Почему Брендт этого не понимает? Ведь он же общался с Аленом, учился у него, видел нас вместе… Но маг полностью доверяет Великому Магистру, буквально заглядывает ему в рот…

- Нет-нет, - поспешно качает головой Брендт. - Кесси что-то напутала. Хотя, скорее, просто поверила обиженной подруге, которую бросил ее любовник. Я верю, что все обстоит именно так, как вы сказали. Мне тоже казалось, что в отношениях Ал… дар Лиаллана и Эльки не все ладно. По собственному утверждению девочки, ее якобы жених никогда не называл ее «радость моя», поэтому она и определила, что тот фантом не был ее учителем.

- Очень интересно, мальчик мой, - благодарно произносит Мораввен. – Девочке надо помочь. Жаль, если пропадет такой талант. Правильно ли я понял, что ты встретился с Элькой?

- Да, - горячо кивает Брендт. – В Асгоре. Но сейчас ее там уже нет. Она собиралась в Полданию.

- Полданию? – недоуменно переспрашивает Мораввен.

- Да, - подтверждает маг. – В Полданию. Не могу сказать, зачем. Кесси что-то говорила про поиск информации.

- Любую информацию, которую Элька ищет, могут предоставить в Ордене, - вздыхает демон. – Но как раз от него она бежит сломя голову. Спасибо за сведения, мальчик, ты очень помог мне.

- Не за что, Великий Магистр, - светлеет улыбкой Брендт.

- Тебе пора перебираться в Аррендар. Нечего киснуть в провинции. Нет, - Мораввен приподнимает руку. – Я знаю все твои возражения. Кесси тоже может переехать сюда. Если она не хочет и слышать об Ордене – то, может, Ковен ее больше устроит? Я готов поговорить с архимагами кафедры теоретической магии, и ей дадут возможность защитить диплом и возьмут на работу. Поговори с ней, хорошо? Мое имя можешь не упоминать, чтобы не смущать юное трепетное сердечко.

Мораввен, выслушав положенные благодарности, а потом слова прощания, наконец, остается в одиночестве.

- Полдания, - задумчиво повторяет он. – Или я недооценил тебя, Элька, или…

Он замолкает и смотрит прямо на меня, пронзая сверлящим взглядом…

Я резко села на кровати, вытирая струйку пота, катящуюся по щеке. В комнате чересчур жарко или на меня так подействовал сон? Первое больше похоже на правду. Ничего нового я не узнала. Ну, кроме того, что Мораввен – гхыров манипулятор и нацелился не только на меня, но и на Кесси. Хотя и это мы вычислили заранее.

Я, порывисто спрыгнув с кровати, подбежала к окну и настежь распахнула его. На руку немедленно сел комар – защиту-то никто не ставил. Я не стала просить ни Лежека, ни Терена, посчитав, что переживу и так. Какого гхыра ночью стало так душно?

Теперь на моей руке сидело три комара. Я с нескрываемым злорадством убила мелких кровопийц, закрыла окно и вернулась в постель – до рассвета оставалось еще много времени.

- Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! – оживленно повествует Лис, разливая по двум стаканам содержимое очень подозрительной бутылки. Тей с сомнением принюхивается к жидкости грязно-оранжевого цвета. – Не бойся, - весело смотрит Лис. – Фирменная настойка моей семьи, на лепестках бархатцев и календулы. Я тебя еще ни разу не отравил, помнишь? Пей спокойно.

Тей с опаской еще раз нюхает жидкость в стакане и все-таки отставляет его в сторону.

- Ну, как знаешь. – Лис, не обижаясь, отхлебывает из своего и поспешно закидывает в рот кусок хлеба. – Забористая штука! Но я правда рад тебя видеть! - И он тянется к Тею с явным намерением если не обнять бывшего сокурсника, то хотя бы хлопнуть его по плечу.

- Лис, а что ты здесь делаешь? – осторожно интересуется Тей, не выказывая сильного желания к братанию с Лисом.

- Как что? – изумляется тот. – Я здесь работаю. Пошел на службу в Орден во славу Аррении, короля и Ордена и во имя исполнения возложенных на меня во время учебы обязательств.

- И как тебе это удалось? – продолжает допрос Тей. – Ты же был в академке?

- Я регенерировал, - Лис гордо демонстрирует свою руку. – Пришел к Магистру Велену и потребовал направления в Орден.

- И?

- И теперь я на своем месте, - важно заявляет Лис. – Господин Великий Магистр так и сказал – вы, Олисандр, недолго будете носить звание послушника.

Тей неопределенно хмыкает.

- А что тебя так удивляет? – не понимает его приятель. – Господин Мораввен очень доволен моей квалификацией и даже дает мне личные поручения. Только скучно здесь иногда… - Лис грустно отхлебывает из стакана. – Ни одного знакомого лица. Я-то считал, что нас тут целый курс будет. А провел в Ордене почти месяц – и никого не встретил. Жаль. Со Стеном мы хорошо развлекались, помнишь?

- Стен погиб, - негромко бросает Тей. Лис с недоверием на лице ставит стакан на стол.

- Как погиб?

- Так и погиб, - со злостью отвечает Тей. – Его Элька убила.

- Как убила? – потрясенно переспрашивает Лис.

- Так! – рявкает его друг. – Она предала нас! И братья тоже предали! Они приняли темную силу и восстали против Ордена! Хочешь знать подробности?

- Н…нет, - ошарашенно качает головой Лис и залпом выпивает настойку. – Я не знал… Даже не представлял. А… зачем Элька тогда нужна господину Великому Магистру?

- А сам-то как думаешь? – ехидно интересуется в ответ Тей.

- Для обработки? – неуверенно предполагает Лис.

- Ну… можешь назвать это и так, - великодушно разрешает Тей. Лис некоторое время недоуменно смотрит на него, а потом разражается взрывом хохота.

- Так вот почему… А Флоренна… Ой, не могу!

Через бессвязные восклицания и оглушительный гогот Тей, наконец, выясняет причину, по которой так развеселился его приятель, и сам присоединяется к нему. Вволю нахохотавшись, парни успокаиваются и допивают остатки настойки.

- И все равно… - Тей пристально смотрит в пространство. – Великий Магистр когда-нибудь натешится с этой ведьмой, и вот тогда она ответит мне за все: и за предательство, и за смерть Стена, и за…

- За что? – не дождавшись продолжения, заинтересованно спрашивает Лис. Тей машет рукой, встает и уходит, так и не дав ответ.

Я второй раз за ночь села на кровати. Теперь меня мучила не жара, а любопытство. Что такого я сделала Тею? Ну, если исключить его болтовню о предательстве и убийстве. Еще неизвестно, кто кого предал и кто кого убивал.

Чтобы успокоиться, я подошла к окну и уперлась лбом в холодную раму. Мне тоже очень хочется встретиться, Тей! И ты ответишь мне, какого гхыра отдал меня рыцарям Ордена и поднял руку на своих… нет, моих друзей! И Стена, кажется, убила не я, а Лежек – но какое это сейчас имеет значение? Мы вместе стояли против Ордена – а ты был на стороне гхырова демона! Мы обязательно поговорим насчет этого, один на один, без Магистров, прикрывающих твою спину…

На диване беспокойно зашевелился и застонал Лейфер. Я быстро выбросила из головы гневные мысли, обновила связь и приказала психологу спать. Небо только начинало светлеть, можно подремать еще пару часиков. Только, пожалуйста, не надо больше вещих сновидений… Почему нельзя просто увидеть во сне Алена?

- Госпожа Нааль, вы не представляете себе, как тяжело преподавать в школе… - Хорошенькая, но слегка бледная брюнетка неопределенных лет осторожно ставит на блюдце тонкую чашку, от которой исходит аромат яблок и трав. Мне хочется простонать. Или проснуться. Или… присоединиться к обществу этих милых дам и высказать им все, что я о них думаю, потому что в данный момент у меня именно такое настроение. Я по горло сыта наблюдением за теплым и дружеским общением людей, от которых, казалось бы, этого можно было ожидать в последнюю очередь. Но моего мнения никто не спрашивает, и я вынуждена пристроиться в уголке и слушать щебет Флоренны, изо всех сил пытаясь держать себя в руках.

- Ну почему же… у меня хорошая фантазия, я могу представить все что угодно. – На лице красивой рыжеволосой женщины не возникает даже тени улыбки.

- А вот теперь умножьте это на сто… Нет, на тысячу! – горячо восклицает ее собеседница.

- Флоренна, не может быть все настолько плохо, – в голосе Нааль не слышно ни тени сочувствия. Просто обычная констатация факта. И я замечаю, что она опустила обращение «госпожа» перед именем Магистра. Это для того, чтобы показать разницу между собой и Флоренной, или же наоборот, из-за их дружеских отношений?

Флоренна, похоже, выбирает второй вариант.

- О да, милая, - картинно вздыхает Флоренна. – Только представьте – женщин-преподавательниц в школе - раз, два – и обчелся. При этом ни одна из них не отличается тонкостью манер и умением поддержать беседу, не то что вы, дорогая.

Нааль принимает комплимент без тени смущения, как должное, не отвечая ни улыбкой, ни хотя бы опусканием ресниц. Меня все больше интересуют ее внутренние мотивы. Когда это Магистр Флоренна и Нааль успели сдружиться? И с какой целью? Неужели госпожа демон так соскучилась по женскому обществу? Что-то мне не верится…

- Практически все мужчины понятия не имеют о галантности и правильном ухаживании, - печально продолжает Флоренна. – Да и чего еще можно ждать от неотесанных мужланов или старцев, давно потерявших интерес к женскому полу?

Мужланы – это, надо полагать, Магистры Оррик и Карейн, не оценившие должным образом красоту и нежный нрав преподавателя травоведения, старцы – все остальные Магистры, а куда отнести Алена? Я немедленно получаю ответ на свой неозвученный вопрос.

- А те немногие, кто получил более-менее приличное воспитание, оказываются в конце концов беспринципными авантюристами, если не сказать хуже! – обиженно восклицает Флоренна. По лицу Нааль пробегает тень. Еле заметная, практически неуловимая – но я вижу ее, потому что не свожу взгляда с демона. Она понимает, о ком идет речь? И догадывается, что многоуважаемая Магистр Травоведения не смогла обойти своим вниманием нового преподавателя в Школе?

- Какой ужас… - Нааль демонстрирует нужную смесь сочувствия и удивления. Флоренна, ободренная поддержкой новоявленной подруги, продолжает выплескивать на нее свои переживания.

- А адепты? Это же кошмар! Бестолковые, необразованные, бездарные, не утруждающие себя понять, насколько важны травы в нашей жизни! Не уделяющие должного внимания учебе и, как следствие… - Флоренна внезапно замолкает и виновато смотрит на Нааль, доставая кружевной платочек и прикладывая его к глазам. – Нааль, я так рада, что господин Мораввен отлучился по делам и вместо него я встретила вас. Мне стыдно признаться, но… Нет, я просто не могу это произнести, - всхлипывает Травница.

- Что случилось, Флоренна? – вежливо интересуется Нааль.

- Я… Ох, просто не могу этого произнести… Мне так стыдно, что я не смогла выполнить поручение господина Мораввена! – сквозь всхлипывания выдавливает из себя Флоренна. – Поверьте мне, я приложила все усилия, чтобы сделать это, но по независящим от меня причинам… Я с самого начала не была уверена, что смогу найти то, что просил Ведикий Магистр, но надеялась, что чудо все же произойдет… Но увы…

- О чем вы, Флоренна? - прерывает поток страданий Травницы Нааль. И хорошо, а то мне уже начало казаться, что это будет продолжаться бесконечно, и я проснусь, так и не узнав, чем закончилась их беседа.

- О, простите, дорогая, я не подумала, что вы можете меня не понять… - Флоренна виновато смотрит на собеседницу. Но мне кажется, что Травница еще и изучает реакцию Нааль на свои слова, и то, что она видит, очевидно, не очень удовлетворяет ее. Магистр предпочла бы более явно выраженное сочувствие. Однако деваться ей некуда, и она осторожно, подбирая каждое слово, продолжает: - Я так и не нашла то, что просил господин Мораввен – каких-либо записей, принадлежащих неким адептам. Вероятно, вы и не знаете их имен, так что и упоминать нет смысла…

- Ну почему же, я в курсе намерений Великого Магистра, - равнодушно замечает Нааль.

- Конечно, дорогая, я и не сомневалась в этом! - мгновенно оживляется Флоренна, временно отложив свои неприятности. – Разве могут мужчины оставаться без женского влияния? Пусть они думают о себе все, что угодно, но выбрать верное решение самостоятельно - физически неспособны. Уж мы-то знаем об этом, правда?

Нааль задумчиво качает головой. Я бы не стала утверждать, что она соглашается со словами Флоренны, настолько неопределенен ее жест. Но Травница воспринимает его как поддержку.

- Я знала, что вы придерживаетесь той же точки зрения, милая, - хихикает она. – Тогда, наверное, вы не откажетесь помочь мне…

- Видите ли, Флоренна, - ровно замечает Нааль, - мне не хотелось бы вселять в вас напрасные надежды… Но, насколько я понимаю, Мораввен будет не очень доволен, узнав, что ваши поиски оказались безрезультатны. Он ищет этих адептов уже больше месяца, и…

Флоренна низко опускает голову. Кружевной платочек возвращается к глазам, по щекам текут крупные слезы, и весь вид дамы выражает глубокое раскаяние и печаль.

- Как жаль, как жаль, - глухо бормочет она словно бы сама себе. – Но как я могу сотворить то, чего никогда не существовало… Эти ленивые адепты… Понимаете, Нааль, - более внятно произносит Флоренна, вытерев покрасневшие глаза, - мы перебрали все, абсолютно все, и несколько раз, надеясь, что пропустили нужный лист, но… Мой предмет не являлся профильным для адептов, о которых говорил господин Мораввен, и естественно, что они не прилагали особых усилий к его изучению.

Нааль пристально смотрит на Травницу. Я тоже - с огромным изумлением, плохо сочетающимся с диким возмущением. Мы с Кесси зубрили названия трав до головной боли и помутнения в глазах, зная, что одна-единственная ошибка – и зачета нам не видать. Флоренна огхырела? Врет не моргнув глазом! Она не боится, что Нааль, не говоря уже о Мораввене, прочитают ее или Лиса? Или настолько уверена в своих способностях закрыться? А ведь если Нааль пользуется способностями тела Алена, то мало найдется в мире магов, способных поставить от него блок. Я лично знаю только одного, ну максимум двух.

Но мне приходится удивиться еще больше, потому что рыжеволосая дама, ничего не сказав, отводит взгляд и кивает. Пока единственное здравое объяснение, приходящее мне на ум – это то, что Флоренна по какой-то причине нужна демонам, и только поэтому она сейчас не валяется на полу, крича от боли.

- Я бы не пожалела времени и обратилась к другим преподавателям, - жалобно добавляет Флоренна, комкая платочек, но… Видите ли, Нааль, у меня уже давно возникли страшные подозрения… И даже не подозрения, об этом говорила вся школа, а я лишь была непрошеным свидетелем. Бедная девочка! Мне так неловко говорить об этом… Я уверена, что вы и так понимаете меня, дорогая…

- Нет, - озадаченно отвечает Нааль. Зато понимаю я. Возмущение, и так играющее во мне, теперь буквально кипит, требуя немедленных и решительных действий – если не выцарапать глаза Флоренне, то по крайней мере разбить что-нибудь, желательно о голову хорошенькой брюнетки… Но все, на что я сейчас способна – это стукнуть кулаком о стену, и, как и следовало ожидать, это ни к чему не приводит. Я даже проснуться не могу, и голос Флоренны все еще звучит в моих ушах.

- Мне не хотелось бы возводить напраслину на бедную девочку, но я сама, неоднократно, видела ее выходящей из комнаты своего преподавателя. И в каком виде! Растрепанная, утомленная, с покрасневшими и распухшими гу… Ох, нет, я не хочу и вспоминать об этом! Мне не хочется верить, что такая юная девочка способна пойти на подобное только ради хорошей оценки в дипломе. Но все – и Магистры, и адепты знали, что бедное дитя чуть не исключили из Школы, и вот тогда начались эти хождения на дополнительные занятия…

- Флоренна, успокойтесь, пожалуйста! – несколько раздраженно замечает Нааль. – О ком вы говорите?

- Вы еще не поняли? - удивленно вопрошает Флоренна. – Об Элиаре, разумеется. Господин Мораввен считает ее одной из лучших адепток Школы, и, вероятно, небезосновательно, если судить по ее оценкам. Вся проблема в том, как именно они получены. Я не сомневаюсь, что девочка хотела поступить как лучше, и не ее вина, что она попала в мерзкие лапы порока и зла.

Мне внезапно становится весело. Интересно, что бы сказала Флоренна, увидев напротив себя те самые «лапы порока и зла»? Нааль тоже как-то неопределенно хмыкает.

- Флоренна, вы хотите сказать, что Элиара заработала свою оценку…

- Нет-нет, ни в коем случае! – поспешно перебивает Травница. – Я ничего не хочу сказать. Просто в начале обучения на нее неоднократно писались докладные, Магистр Ален прилюдно собирался ее исключить, а потом начались эти дополнительные занятия, зачастую продолжающиеся до самого утра. Не исключено, конечно, что именно так и обучаются некромантии, - с отвращением произносит Флоренна последнее слово, - и в результате девочка заработала, как вы выражаетесь, свою оценку трудолюбием и прилежанием… Но что-то мешает мне поверить в эту легенду. Возможно, то, что я сама учила ее и прекрасно представляю уровень способностей Элиары. Поэтому и не пошла к другим преподавателям. Боюсь, даже разобрав всю Школу по кирпичикам, мы не смогли бы найти так необходимые господину Мораввену бумаги.

Флоренна замолкает, искоса поглядывая на Нааль. Я тоже ищу хотя бы тень эмоций на красивом лице рыжеволосой дамы, но тщетно – такое ощущение, что она успешно применяет способность, полученную от Алена.

- Если дело обстоит действительно так, как вы говорите, Флоренна, - наконец, задумчиво произносит Нааль.

- Конечно! – обиженно вскидывается Травница.

- То Мораввен должен узнать об этом, - заканчивает ее собеседница. – И не волнуйтесь, дорогая, - почти улыбается она, - я найду способ убедить его не сердиться на вас.

- Ты считаешь, Флоренна смогла закрыться от Нааль? – уточнил Лежек.

- Очень сомневаюсь, - пожала я плечами. – Умение читать мысли перешло Алену по наследству, значит, это должно быть связано не с личностью, а с самим телом. Нааль хорошо освоилась в нем, соответственно, прочитала Флоренну, только вот не отреагировала на ее ложь.

- Ну тогда она не хочет лишний раз тревожить госпожу Травницу и набивается к ней в подруги, - фыркнул Лежек. – Готовит себе вместилище, так сказать, уже не веря, что Мораввен достанет тебя.

- Очень может быть, - согласилась я. – Как-то странно Нааль себя вела. Мне казалось, что она разгневается, узнав, что попытка найти меня с помощью гхыровых контрольных не удалась. А если она уже решила поставить на мне крест… То, в общем, я не буду возражать против Флоренны.

- Тогда, может, нам стоит вернуться? – то ли в шутку, то ли всерьез предложил Лежек. – Нам необязательно ехать за море. Даже Лейфера можно попытаться вылечить в Аррении, не могут быть подвластны Ордену все маги поголовно. Ты беременна и Мораввену неинтересна в любом случае, Нааль себе тело нашла…

- И что? – резко повернулась я к парню. – Только Мораввен знает, интересна я ему или нет! Откуда мне знать, что он задумал? И устроит ли его Флоренна? Она как-то не очень напоминает молодую рыжеволосую девушку! Ну и… - Я порывисто подняла с пола сумку. – Мне все равно нужно находиться рядом с Аленом в момент переселения Нааль. Я хочу быть уверена, что он вернется в свое тело, а для этого должна не только видеть этот процесс, но и понимать, что происходит. Вы можете возвращаться, если хотите. Я еду дальше.

- Не кипятись, - примирительно произнес Лежек, забирая у меня сумку. – Я просто предложил. Ради тебя же, между прочим, потому что понимаю, как тебе сложно.

- Я справлюсь, - буркнула я. – Лучше с Тереном поговори, чтобы он не цеплялся ко мне.

- Уже поговорил, - вздохнул Лежек. – Не могу только сказать, насколько он понял мои слова. Пока он сам не пропустит через себя эту силу…

- Нет, - решительно заявила я. – Даже не будем об этом. Я взяла на себя ответственность за Лейфера – мне ее и нести. Я справлюсь. Идем, вам еще телепорт открывать, а мне Янта уговаривать, чтобы он разрешил сесть на него Лейферу.

- Идем, - неохотно согласился Лежек.

- Подождите, - проскрипел голос сзади. – Девочка, дай мне проститься с внуком.

Если привидение умело плакать – то именно это оно и делало сейчас. У меня защемило сердце от жалости при виде уныло сгорбившегося призрака.

- Он вернется, Магистр Хилдар, - твердо сказала я. – Мы сделаем все, что в наших силах, и даже больше, чтобы привести Лейфа в норму, и он приедет в замок Руоль, живой и здоровый.

- Верни его хотя бы призраком, девочка, - грустно попросило привидение. – Тоскливо, знаешь ли, осознавать, что дальше придется существовать в одиночестве. А так – по крайней мере, рядом будет родная душа…

- Хорошо… Но только если у меня не будет другого варианта, - пообещала я. Призрак, помолчав несколько секунд, подлетел к Лейферу, погладил его по голове, как маленького мальчика, и растворился в воздухе. Я восприняла это как разрешение уходить.

- Ты действительно хочешь сделать из Лейфера призрака? – поинтересовался Лежек, раскрывая тяжелые замковые двери.

- Не исключено, - неопределенно отозвалась я, выходя на залитый ярким летним солнцем двор. – Магистру Хилдару будет одиноко одному, когда умрет Берт. А он протянет еще максимум лет десять, сам понимаешь.

- А если Лейфер не придет в восторг от перспективы жить призраком?

- Тогда мы его развоплотим, - проинформировала я. – И вообще, давай решать проблемы по мере их поступления. Я предпочитаю верить, что мы найдем в Лиалле Магистра, способного вылечить Лейфера.

- А если нет? Потащишь его в Картхейн?

- В стазис погружу и оставлю под чьим-нибудь присмотром, - проворчала я. – Но в Картхейне Лейферу нечего делать. Нам потребуются все силы, которые у нас есть.

- Хорошо, что ты понимаешь это, - серьезно кивнул Лежек. – Я боялся, что в тебе возобладает чувство ложной ответственности.

- Что? – переспросила я. Лежек вместо ответа передал мне сумку и направился к брату.

- Терен, готов? Давай сообразим, нам хватит энергии или у Эльки позаимствовать еще?

Парни принялись вполголоса обсуждать мелкие детали. Я приняла у Аленара повод Янта, забросила на къярда сумку и закрепила ее, не переставая обдумывать слова Лежека. Ложная ответственность? Но я действительно виновата в том, что случилось с Магистром-психологом, пусть и не напрямую, и не могу оставить его без помощи. Никто не знает, что случится с нами, а в Руоле Лейфер умрет, даже если погрузить его в стазис. Поэтому мы доставим его в Лиалл, где, по крайней мере, он не будет в полном одиночестве.

- Лейфер, забирайся, - скомандовала я и обняла морду Янта, тихо объясняя умному коню, что теперь мне придется ехать на нем не одной, и он не должен сердиться. Къярд не обрадовался, но и не стал активно возражать. Я взяла его под уздцы и провела в раскрытое окно телепорта, выйдя на знакомой полянке за перевалом, где мы с Аленом так недавно – и так давно – ждали Лежека и Ингвара.

Ласиния. Больше телепортов не будет, мы двинемся своим ходом на юго-запад, сначала к реке Аккере, а потом, переправившись через нее – в Лиалл. А там – будем действовать по обстоятельствам.

Глава 21.

К Аккере мы добрались на исходе третьего дня. Радужные горы уже не нависали над нами внушающей уважение громадой, а величественно сияли вершинами за лесом. Солнце, нещадно палившее весь день, неохотно собиралось на заслуженный отдых, не стремясь, впрочем, уступать место тоненькому умирающему месяцу. Но удушающая жара спала, тени деревьев удлинились, а Лежек смог снять контур, защищающий его, меня и Лейфера от без меры назойливых и непомерно крупных слепней. Светлый березняк, сменивший темный ельник, как-то очень неожиданно закончился, и перед нами открылся прекрасный вид на широкую реку, величественно несшую свои темно-синие воды, и небольшой хутор, живописно расположившийся на ее берегу не более чем в двухстах шагах от нас.

- И что мы будем делать? – нахмурился Лежек. – Аленар, а почему ты не предупредил о хуторе?

- Ветер в сторону реки, - сумрачно отозвался вампир. – Я тоже не всесилен.

- Может быть, поищем переправу где-нибудь в другом месте? – с сомнением предложила я, разглядывая хорошенькие домики с красными крышами, утопавшие в цветах.

- Переправы обычно располагаются на трактах. Точнее, тракты проходят в местах переправ, - словно бы ни к кому не обращаясь, заметил Терен.

«А трактов мы избегаем», - мысленно завершила я его фразу. На тракты мы действительно не совались, по вполне определенным причинам – наша компания не могла не привлекать внимания. Может быть, на дороге от Андмарра до Лиалла и не сидит за каждым поворотом по шпиону Мораввена, но рисковать мне не хотелось. Девушка, даже светловолосая, в компании четверых мужчин, один из которых ведет себя явно не как нормальный человек… Нет уж, лучше потерять немного времени в дороге, чем стать поводом для слухов и сплетен в десятке постоялых дворов Ласинии. Большинством голосов (трое – «за», один воздержался и один не голосовал вообще) мы решили двигаться вне людных мест, вдоль гор, постепенно забирая к югу.

- Переправу мы можем устроить в любом месте, - отстраненно заметил Лежек. – Был бы подход к воде нормальный. Элька, а тебе ничего не кажется странным?

- Кажется, - настороженно подтвердила я, сама уже заметив то, на что обратил внимание друг. На хуторе не было видно живых существ, хотя они там, несомненно, присутствовали: из труб струился дымок, коротко и сонно взлаивали собаки, где-то почти рядом с нами стучал топор. Но в такой теплый летний вечер должны купаться в реке ребятишки, удить рыбу дети постарше, хлопотать по хозяйству женщины и сидеть на лавочках старики. Не говоря уже об обычной деревенской живности – курах, гусях, козлах, в конце концов.

– Какая-то гхырня тут творится… Куда это мы опять влезли? Может, уйти, пока не поздно?

– Поздно, - невозмутимо проинформировал Аленар. – Нас уже заметили.

Стук топора прекратился, и через несколько секунд мы увидели, как из-за угла дома буквально выбежал нам навстречу солидный крепкий мужчина, одетый только в штаны изумрудно-зеленого цвета с ярким вышитым поясом.

- Поехали, - предложил вампир. – Нехорошо заставлять бегать хозяина дома.

- Тем более что ему явно что-то от нас надо, - задумчиво добавил Лежек. – И кажется, я догадываюсь, что именно. Элька, у тебя там никаких предчувствий нет?

- Нет, - пробурчала я. – Практически. Мне здесь просто не нравится. Неспокойно как-то.

А мне действительно очень не нравилось. Казавшееся пустым селение напрягало значительно больше, чем должно бы, по идее. Сразу приходил на ум оставшийся безымянным хутор в Аррении, где мы практически той же компанией отбивались от слайнов. И, хотя здесь явно продолжали жить люди, нехорошие ассоциации наводили на неприятные мысли. Из чувства самосохранения хотелось удрать отсюда как можно дальше, но кипевшая во мне темная энергия призывала поступить с этим селением так же, как и с тем – то есть сжечь его дотла, невзирая на разные обстоятельства.

- Мне тоже, - хмуро произнес Лежек, трогаясь с места вслед за Аленаром. – Хотелось бы, чтобы я оказался неправ…

Но первые же слова селянина подтвердили его предположения.

- Ви магове от Лиал бысте? – запыхавшись, выдавил он, с надеждой глядя на нас. Я озадачилась, но тут же одернула себя. С чего бы людям, живущим на глухом ласинийском хуторе, разговаривать на Всеобщем? А глубокое разочарование, четко прорисовавшееся на лице селянина, когда Аленар отрицательно покачал головой, и вовсе не нуждалось в переводе. Вампир, к слову говоря, абсолютно не удивился.

- Нет, мы как раз направляемся в него. А разве Лиалл не в той стороне? – показал он за реку. Я с интересом наблюдала, как отреагирует селянин. Но, если он и не говорил на Всеобщем, то прекрасно понимал его, и дальше разговор шел на причудливой смеси двух языков.

- В тази, - огорченно вздохнул селянин и опасливо огляделся. – Кой знае тези магове? Те никогда не използват нормални путища, все телепорти да телепорти... - с трудом выговорил он сложное слово и вдруг оживился. - Вижте, господа, отидем-ка у дому. Човек никогда не знае... - Он опять испуганно осмотрелся.

- Не ровен час что? – уточнил Лежек.

- Ето там и обясню всичко, - закивал селянин, нервно переминаясь с ноги на ногу. Очевидно, ему очень не хотелось находиться на открытом пространстве, но любопытство, раздиравшее его, не давало возможность уйти. Аленар вдруг наклонил голову, пряча улыбку. Селянин воспринял это как согласие.

- Ето и ладко, - обрадовался он. – Тогава водите конете в ето барачка, а аз кажу жена ми, че гости у дому. А ви не держайтесь, а та...

Опять оборвав себя на полуфразе, селянин поправил штаны и буквально рысью унесся в дом. Аленар легко спрыгнул на землю.

- А это нужно? – недоверчиво поинтересовалась я, вздохнув – начиналось как раз то, чего мы всеми силами стремились избежать. – Может быть, просто поедем дальше?

- Хотя бы для того, чтобы ты поела нормальную еду, - сообщил вампир, помогая мне спешиться. – Никто не заставляет нас оставаться на ночь.

- Еду – это хорошо… – согласилась я. При одной мысли о молоке и свежем хлебе начинали течь слюнки. Сухари, сыр и сухофрукты – не совсем подходящая диета для беременной женщины, это я прекрасно понимала. - А почему ты улыбался? Что вообще происходит?

- Вот из первых рук и узнаешь, - ушел Аленар от ответа, принимая у меня повод Янта. Я приказала Лейферу слезть и поторопилась увести его подальше от къярда. Янт, хотя и соглашался возить на себе дополнительный груз, тем не менее недолюбливал Лейфера и постоянно подозрительно косился на него.

- Боятся они чего-то, - подошел ко мне Лежек. – Но не пойму, чего именно. Я просканировал местность – вроде бы все нормально.

- А я даже помочь не могу, - я сердито оглянулась, проверяя, не отстал ли Лейфер. – Как невовремя…

Лежек только сочувственно обнял меня за плечи.

Хозяина дома звали Данимиром, его жену – Золтой, а имена многочисленных детей, чьи темноволосые головки выглядывали, казалось, из каждого угла, я даже не старалась запомнить.

- Аленар одд Каэрстан, мои племянники – Дэнил и Камен, и дочь Эллина, – представил нас Аленар. - А это сын моего старого друга, - с грустью в голосе продолжил Аленар, показывая на Лейфера. – Вы сами видите – парень не в себе. Собственно, мы и едем в Лиалл в поисках мага, способного его вылечить.

Данимир сокрушенно крякнул.

- Това се така... Ви сидайте, не притеснявайтесь, - гостеприимно предложил он и подождал, пока мы устраивались за накрытым столом. Я вместе с Лейфером, чтобы не привлекать лишнего внимания, села подальше от хозяина, осторожно пододвинув на лавке большого, толстого рыжего кота. Зверь лишь приоткрыл пронзительно желтый глаз, лениво обозрел меня и вновь погрузился в сон.

- Не добре сегадня браднить по тези места, ох, не добре... - озабоченно проговорил Данимир, убедившись, что гости слушают его. - Ви, господан Аленар, решавайте сами, но ако жилаете доживееть до сутринта – останете у нас. Дома болша, както виждате, за ночиву ще взема немнага, и конете намерим кде даставит. И магове всеки момент дойдат – тогава и ще продолжите путиву. А можете, им покажете вашия страдалец, и не требва да ходите никде. А? - Данимир прищелкнул языком и с хитрым вопросом в глазах посмотрел на нас.

Вопрос, почему улыбался Аленар, отпал сам собой. Предприимчивый селянин, надо полагать, под предлогом волнений за нашу жизнь и здоровье надеялся немного подзаработать, предлагая ночлег. И «взема немнага», то есть «недорого возьму» означало только то, что последнюю рубашку он с нас не снимет, но и парой грошей мы не отделались бы – судя по всему, Данимир с хорошей точностью оценил стоимость нашей одежды и оружия. Магов из Лиалла, разумеется, дожидаться не будем, как и показывать им Лейфера – мало ли кто сюда придет. Оставалось выяснить, по какой причине мы можем не дожить до утра.

- Крывопийци! – страшным замогильным голосом проговорил хозяин. Золта испуганно вздрогнула и покрепче прижала к себе маленького ребенка, сидевшего у нее на коленях. Мальчик немедленно заорал, к нему присоединились дети постарше, мать принялась их успокаивать – кого уговорами, а кого и легким шлепком, но прошло несколько минут, прежде чем невообразимый гвалт прекратился. Не отреагировал на него только кот, продолжавший беспробудно дрыхнуть, не шевельнув даже кончиком уха.

- Крывопийци! - повторил хозяин, явно довольный разыгранной сценой. – Как исть крывопийци! Всичку крывчица до капка изпиват, дхаразги такива! Золта, укроти дитята, дай ми вызможност с господата спокойно да поговоря!

К матери на колени полез еще один испуганный ребенок, задев в процессе кружку с молоком. Которая, разумеется, упала и с грохотом разлетелась на куски. Шум, гвалт и суматоха начались по новой.

«Слушай, а они действительно боятся. Это не наигранное», - подключился ко мне Лежек.

«Вижу, - так же мысленно отозвалась я. – Да и не стали бы жители хутора просто так торчать в домах летним вечером. Надеюсь, нам все же удастся узнать подробности - что там за кровопийцы и откуда они взялись?»

Удалось. В конечном итоге мы выудили нужную нам информацию из детских воплей и леденящих кровь завываний хозяина. Ситуация складывалась следующая: приблизительно неделю назад (здесь показания разнились: Золта утверждала, что десять дней у нее пропало две самых лучших курицы, Данимир пренебрежительно отмахивался и посылал жену разобраться с соседкой) на хуторе стали находить трупы с полностью высосанной кровью. Сначала животных, что уже насторожило селян, потом людей. И если о бабке Рине, вечно прячущейся в прибрежных кустах и подглядывающей из них за молодыми парочками, чтобы выскочить в самый неподходящий момент, никто не стал плакать, то, когда с ночной рыбалки не вернулись отец и сын Рябужскиие, оба - сильные и крепкие мужчины, хутор запаниковал. В Лиалл немедленно отрядили гонца с просьбой разобраться, что у них тут происходит. Скотину перестали выпускать на луга, хотя сердце обливалось кровью – конец сеностава, самая сочная трава и лучшее время для нагуливания жира. Сами жители наглухо заперлись в домах, выходя оттуда только при очень большой необходимости, детей же не выпускали совсем, что, в свою очередь, тоже приводило к семейным конфликтам и ссорам, только усиливающимся из-за бессилия и страха перед неизвестным лиходеем.

Слушая Данимира, я автоматически начала прикидывать, кто бы это мог быть. По всему получалось, что жители зря торчали в помещении круглые сутки, раз неведомые убийцы выходили только ночью. Да и не припоминала я кровососа, нападающего днем. Нежить вообще предпочитает темное время суток, прячась от солнечного света.

Мысли парней, похоже, текли по аналогичной траектории.

- Господин Данимир, а дождей во время убийств не было? – серьезно спросил Терен. Хозяин прервал на полуслове очередную тираду, описывающую его страдания по поводу невозможности выгнать на луг стадо элитных козлов, и задумался.

- Не, - твердо ответила Золта. - Две седмици няма даждь, и цветята ми изсохнаха, а за вода нема кой отидеть.

- Ти само за цветята си мислиш! – вскинулся Данимир. – Вместо се поливане за зелето! Виж, само сухи коренчета са останали! Какво ще ядем през зимата?!

- Това зелето ако не солнцето изсуши, то улиците съист! А такива цветя, като моите ни у една стопанка няма!

- Фледеры, - веско сообщил Терен, не обращая внимания на разгоревшийся спор хозяев о засохших цветах и запущенном из-за них огороде.

- Думаешь? – усомнился Лежек. Аленар с каким-то странным выражением в глазах дернулся, словно желая что-то сказать, но промолчал. Терен воодушевленно продолжал:

- Ну, можно предположить что угодно, от стай гигантских комаров до летучих мышей-вампиров, но мне кажется, это фледеры. Все остальные твари не упустили бы возможности закусить еще и плотью.

- Возможно, - признал Лежек. – А почему тогда так внезапно?

- А вот это не знаю, - развел руками Терен. – Но нашествие нечисти у драконов тоже началось приблизительно в это же время. Ну, чуть раньше. Успела как раз доползти…

- Почакайте! - вмешался Данимир - Ви знаете, кой ще нападне?

- Почти уверены, - рассеянно кивнул Терен. – Фледеры, низшие вампиры.

- Вампири? – испуганно вскрикнула Золта.

- Они самые. Да не бойтесь, госпожа Золта, днем они не появляются, только ночью. И маги должны с ними справиться, это твари класса опасности В.

- А ти откеде то знаеш, синко? – вкрадчиво поинтересовался Данимир. Я с трудом удержала вскрик, понимая, что произошло. Мы – точнее, Терен с Лежеком - себя выдали. Никто, кроме магов, не может со знанием дела рассуждать о классе опасности нежити и ее привычках, точно указывая видовое название. Обычный человек и слова-то такого не знает – «фледер», пользуясь в обиходе стандартным «упырь».

- Учил… - растерянно довершил свое разоблачение Терен.

- Да, учили... - воодушевился Данимир. – Тогава защо ме лъжете, господа, че не магове от Лиал?

- Потому что мы не из Лиалла, а едем туда, - хладнокровно сообщил Лежек. – И мы не маги, поскольку не завершили обучения и не получили соответствующего диплома.

Хозяин заметно расстроился, но уже через мгновение его глаза блеснули. Аленар на этот раз не усмехнулся, а, напротив, крепко сжал зубы, и мне показалось, что он сейчас схватится за голову.

- Но тези фледери можете ви убиете, да? – елейно вопросил Данимир.

- Конечно, - преспокойно ответил Терен, прежде чем мы успели его остановить.

Я тихо простонала, но никто этого не заметил. Внимание всех присутствующих, включая детей, было устремлено на господина Данимира, устроившего целое представление. Он ораторствовал, витийствовал и бил себя кулаком в грудь, убеждая нас в необходимости отложить все дела и немедленно помочь бедным труженикам сохи и лопаты в избавлении от «упыриной нежити», причем за сумму, впятеро меньшую обычной ставки мага – из-за отсутствия у нас дипломов. И я нисколько не удивилась тому, что Терен начал торговаться, добавляя проценты за срочность, за использование иностранной рабочей силы, за предоставление услуг мага высокого класса, хоть и без лицензии…

«Лежек, какого гхыра он делает?» - мысленно заорала я.

«Торгуется, - рассудительно ответил друг. – Элька, не волнуйся так, тебе нельзя. Все будет нормально».

«Ты понимаешь, что я вынуждена буду сидеть тут, вместе с Лейфером, и не смогу помочь вам в случае чего?»

«Сиди спокойно. Терену нужно размяться, пока он совсем не закис, и фледеры вполне подойдут. Это тебе не гбо'арг и даже не химера, мы и вдвоем справимся. В случае чего Аленар присоединится, фледеров и мечом можно убить».

«А если это не фледеры?»

«А кто? Не волнуйся, ладно? Мы в силах справиться с мелкой нежитью, не прибегая к помощи хрупкой беременной дамы».

Я со злостью прекратила общение и уставилась в окно, медленно считая до десяти. Потом до двадцати, одновременно концентрируясь на ласковом вечернем солнышке, лучи которого шаловливо проникали в дом, на колышущихся под легким ветерком сиреневых и малиновых венчиках клематиса, на сладко развалившемся на лавке коте... На чем угодно, только не на занудных и недальновидных мужчинах, которые, в принципе, ведут себя вполне прилично, но иногда так и напрашиваются на неприятности.

Договаривающиеся стороны, очень довольные как собой, так и друг другом, ударили по рукам. Терен, помимо того, что вдвое поднял цену, потребовал еще и козу в качестве приманки. Данимир тоже не остался внакладе, поскольку козу собирался взять у кого-нибудь из соседей, и отпадала необходимость платить по полной ставке вызванным магам, которые вполне могли и не приехать вовсе. Возбужденный предвкушением бурной деятельности Терен, прихватив с собой более спокойного Лежека, отправился искать подходящее для засады место. Данимир убыл договариваться по поводу козы, бормоча что-то о «лоховом козеле Сидера». Аленар присел передо мной.

- Не злись.

- Я не злюсь.

- Элька… - вампир вздохнул. – Лежек прав. Им нужно размяться, и лучше, если это произойдет с чем-нибудь простым. А Терену необходимо научиться работать в команде.

- Мы уже делали это раньше.

- И с тех пор вы с Лежеком далеко ушли. А он остался на прежнем уровне. Все, Элька, успокойся. Я прослежу, чтобы с ними ничего страшного не случилось.

- И вызовешь меня в случае необходимости, - таким же тоном закончила я.

- Этого не потребуется.

- Надеюсь. – Я отвернулась, давая понять, что разговор закончен. Аленар неслышно поднялся и удалился: возможно, к молодым магам, возможно, проверить наших лошадей. Не знаю. Я решила не влезать в их мужские дела и предоставила полную возможность развлекаться самим.

В доме воцарилась относительная тишина. Относительная, потому что Золта сделала несколько попыток вызвать меня на разговор, задавая вопросы о моей семье, Лейфере, где и как братья учились магии… Вполне естественно, что желание отвечать на них полно и развернуто у меня отсутствовало напрочь. Пришлось изобразить крайнюю степень стеснительности и отделываться короткими, ничего не значащими фразами, снизив голос практически до шепота и потупившись.

В конце концов, Золта оставила меня в покое и показала комнату, где мне предстояло коротать ночь – в одиночестве, надо полагать. Лейфер, конечно, составит мне компанию в любом случае, вот только на роль собеседника он явно не годится. Особенно в спящем виде, как сейчас…

Оставалось только хмуро смотреть в окно, наблюдая за спускающейся на землю ночью и Тереном, вместе с Лежеком привязывающим к молодой березке черного лохматого козла, то и дело норовящего боднуть парней, и почесывать кота, пришедшего вслед за мной и удобно устроившегося у меня на коленях. Может быть, я и на самом деле неправа, считая, что непременно должна влезать в каждую вставшую перед нами проблему? Уже совсем скоро мне придется забыть про подвиги и боевую магию, равно как и про преодолевание больших расстояний за кратчайшее время. Так что стоит уже сейчас готовиться к роли глубоко беременной женщины, да и потом дети вряд ли дадут расслабиться. Вот стоит только на Золту посмотреть…

Хозяйка за стеной запела колыбельную, укладывая детей спать.

- Спи, мой мыничк, заспивай,

И очички затворяй…

Я с усилием отвела взгляд от окна и заставила себя прислушаться к нежному мелодичному голосу хозяйки. Слова на чужом языке постепенно становились все более и более понятными. Колыбельная – она и есть колыбельная, на каком языке ее не пой…

- Спи, малыш мой, засыпай,

Крепко глазки закрывай,

Позади тяжелый день,

Наползает ночи тень.

Все вокруг ложатся спать,

Всех зовет к себе кровать.

Воробей уснул на ветке,

Мирно дремлет кролик в клетке.

А под елкой спит лиса,

Хвостиком прикрыв глаза,

Спит барсук и выдра спит,

Под кустом медведь храпит.

Только месяц над горой

Бодрствует ночной порой,

С неба на людей глядит,

И за снами их следит.

Что вползают ночью в дом.

Чтобы свой увидеть сон,

Скорей глазки закрывай.

Баю-баюшки, бай-бай…

Разбудило меня встревоженное шипение кота, соскочившего с моих колен, встопорщившего шерсть и выгнувшего спину. Я бросилась к окну – но ничего не увидела. Тонкий серпик умирающей луны практически не давал света, и ничего, кроме неясных теней, различить не удавалось. Какого гхыра парни не подсвечивают себе пульсарами? Все опасения, задремавшие вместе со мной, вырвались на свободу, заполонив тело, и одновременно с ними вскипела ярость и ослепительная злость. Я же предупреждала их! Я просила не лезть! А теперь что мне делать?

- Элька… - послышалось мне. Или не послышалось? Я не стала колебаться и бросилась к двери, но застыла на пороге.

Лейфер. Мне придется разорвать связь, иначе я не смогу колдовать. Но тогда он разнесет здесь все, а за стенкой спят дети…

- Данимир! – Я влетела в соседнюю комнату, ногой распахнув дверь.

- А? Какво? – залепетал хозяин, растерянно приподнимаясь в кровати и протирая заспанные глаза.

- У вас есть подпол? Или что-то в этом роде, с хорошей крепкой крышкой и надежным засовом?

- Исть, а…

- Показывайте, где он? Живее!

Если Данимир и удивлялся внезапному превращению тихой скромной девушки в требовательную ведьму – вида он не показывал, проворно спрыгнув с кровати и засеменив в сени.

- Ето, госпожо.

- Прекрасно, - оценила я и мысленно приказала Лейферу просыпаться и идти сюда. – Там нет ничего ценного? – Я пронаблюдала, как Магистр послушно спускается в подпол, и закрыла засов. – Не открывайте ни в коем случае, если хотите дожить до утра. Надеюсь, крышка выдержит. Мне некогда будет разбираться еще и с этим.

Не слушая неразборчивое бурчание хозяина, я выскочила из дома и разорвала связь с Лейфером. Свобода камнем обрушилась на меня. Отсутствие необходимости постоянно следить и управлять другим существом пьянило и будоражило, наполняя кровь крохотными пузырьками возбуждения. Но и негативные эмоции – ярость, гнев, ненависть, возмущение и негодование никуда не дались. Наоборот, они многократно возросли.

Магия. Темная магия разлилась по окрестностям, заполняя собой все, и бодро плескалась, норовя накрыть меня с головой.

- Элька! – отчетливо разобрала я голос Аленара и рванулась к нему – к ним, читая на ходу заклинание ночного зрения.

- Dharazd arr shazgan, - единственное, что вырвалось из моих уст, когда происходящее вокруг перестало казаться неясными тенями. На хутор нападали не фледеры. Терен просчитался, и теперь этот просчет мог дорого обойтись нам всем.

Козу я не увидела вообще. Она, вероятно, лежала под деревом, но ее тело полностью окутывало еле заметно мерцающее туманное облако, состоящее из своего рода бледно-розовых лохмотьев, с каждой секундой становившихся более насыщенного цвета. Но и гхыр бы с ней, с козой. Значительно больше мне не нравилось то, что часть туманных облачков кружилась над парнями, неподвижно лежащими на траве, и склонившимся над ними Аленаром, явно старающимся привести их в чувство. И, кажется, пара-тройка этих кусочков уже успела присосаться к спине вампира. А еще хуже то, что я никак не могла сообразить, как оторвать их – не голыми же руками! Пульсаром – я причиню вред Аленару. Огнем – то же самое, потому что у меня нет времени объяснить стихии, что от нее требуется.

- Я сам справлюсь, - коротко бросил Аленар. – Подними парней!

Поднять? Да с превеликим удовольствием… Только единственный вопрос:

- Они живы?

- Живы. Но в трансе.

В трансе так в трансе… Я, злорадно усмехнувшись, применила простейшее заклинание по поднятию трупов, имеющееся в моем арсенале, поскольку под контроль брать не требовалось, достаточно было просто привести в чувство. А это должно сработать и на живых людях, введенных в транс.

И заклинание замечательно подействовало. Парни зашевелились, непонимающе оглядываясь.

- Элька? Что ты…

- Вас спасаю! – рявкнула я, не давая Лежеку договорить, и пальнула пульсаром в гроздь облачных кусочков, нехорошо скопившихся над головой мага.

И тут же с досадой поняла, что не стоило этого делать. Нет, не рявкать – как раз на мой рык парни отреагировали очень быстро и совершенно правильно – вскочили и приняли боевую стойку. Пульсаром не стоило палить. Он не причинил облачкам ни малейшего вреда. Туманная гадость попросту впитала его в себя, и, казалось, еще и причмокнула. У меня возникло скверное предположение, что огонь тоже не окажет на нее необходимого воздействия. Но попробовать стоило.

Огненный шар пролетел сквозь дымку, и все, чего мы – я – добились – это того, что облачко помутнело, став на мгновение непрозрачным, и вновь приняло прежний вид.

- Элька, огонь их не берет! – проорал Лежек.

- Вижу! Нет, не надо! – выкрикнула я. И опоздала.

Заклинание, брошенное им, очевидно, строилось на основе водяной стихии, и это оказалось ошибкой. Облачка с удовольствием впитали заклятие и увеличились в размерах. Если до того они могли с легкостью уместиться на моей ладони, то сейчас выросли вдвое, если не втрое.

- Эта пакость из воды сделана, что ли?- простонала я. – Щит! Лежек! Закрой нас!

Вот это заклинание сработало как надо. Туманные лохмотья облепили прозрачную защиту, сделав ее видимой, но не смогли пробраться к нам. Поправка. Не ко всем нам.

Лежек, то ли не сообразив, что Аленар стоит чуть сбоку от нас, то ли не рассчитав размера щита, не сразу прикрыл вампира. И той секунды – или доли секунды, которая требовалась для корректировки заклинания, хватило, чтобы Повелителя накрыла туманная мгла.

Мы с Тереном одновременно бросились к рухнувшему в траву Аленару, руками срывая оказавшиеся вполне вещественными облачка и отбрасывая их в сторону, за пределы щита. Ладони сразу же обдало холодом, а потом болью. Из сотни мельчайших ранок закапала кровь, и точно такие же следы оставались на теле вампира, одежда которого растворилась под напавшей на него мерзостью.

- Терен! – прорычала я, кривясь от боли, но продолжая свою деятельность. – Мы с Лежеком ничего не можем сделать! Убивать придется тебе!

- А как? – почти в панике проорал он.

- Как хочешь! Но быстро! Аленару срочно требуется помощь!

- Хорошо, - внезапно спокойно произнес маг. – Мне нужна будет энергия. Поможешь?

- Сколько угодно! – хищно улыбнулась я.

- Тогда идем. – Терен оторвал последнее облачко, оглядел неподвижное окровавленное тело и поднялся, сплетая знакомое заклинание.

- Не надо, - фыркнула я и одним движением разорвала на себе рубашку. – Так будет лучше.

Терен, не моргнув и глазом, мгновенно разделся до пояса сам.

- Лежек, на счет три выпусти нас. Готов? Раз, два, три!

Я прижалась телом к спине Терена, обхватывая кровоточащими ладонями его запястья и пропуская через него мощный поток энергии. Маг заорал. Или закричала я. Или мы оба одновременно вскрикнули, чувствуя, как вырывается на волю могущественная сила.

Легкий ночной ветерок превратился в ураганные порывы, закручивающиеся смерчем. Я еще успела бросить взгляд на Лежека и Аленара, убедившись, что они находятся в безопасности, а потом вновь с восторгом отдалась ликующей жажде уничтожения.

Ветер подхватил туманные клочья, сворачивая их в плотную спираль, и двинулся в сторону от хутора, к лесу.

- Подожди! Так ты их не убьешь!

- А что делать? – полуобернулся ко мне Терен.

- Сейчас!

Я, закрыв глаза, сосредоточилась, взывая к собственной стихии. Огонь не может спалить воду. Но он может испарить ее. И, если воздух, который держит в себе проклятый туман, станет горячим, то…

- Да! – радостно заорал Терен. Я в экстазе ощутила, как смерч, закручивающий облачка, начал нагреваться. И через секунды… или минуты… или недели… раскалился буквально докрасна, оставляя на траве опаленные следы. Воздух наполнился пронзительными воплями. Мне это только послышалось или облачка действительно стонали, сгорая в огненном воздухе?

Не знаю. Но все стихло, и Терен опустил руки.

- Да! – с восхищением повторил он. – Элька, это… это…

- Что? – Не сдерживая ярости, я залепила ему пощечину. – Это ошибка? Это мужской шовинизм? Или неприкрытая безалаберность? Какого гхыра вы не поставили щит? Какого гхыра вы позволили, чтобы какая-то мерзость воздействовала на двух магов? Ты понимаешь, что произошло бы, не окажись меня поблизости!

- Элька, я… - виновато начал Терен. Я не слушала его, кидаясь к Аленару.

- Со мной все в порядке, - с трудом проговорил вампир, пытаясь приподняться. – Или будет в порядке. Лейфер…

- Да гхыр все побери! – возопила я, осознавая, что намертво забыла о Магистре, который наверняка уже разнес все в подполе, и рванулась к дому.

К счастью, Лейфер впал не в буйство, а в приступ паники. Он забился в угол, сжавшись в комочек, закрыл голову руками и дрожал от страха, тихо постанывая. Я активировала браслет-накопитель, подаренный Ремаром, поскольку своей силы оставалось на донышке, восстановила связь, и вместе с Магистром вернулась в комнату, бросив по дороге выглянувшему из-за двери Данимиру:

- Все в порядке, можно спокойно спать.

И именно этим и занялась, наплевав на виноватого Терена, не менее виноватого Лежека и окровавленного Аленара. Они хотели размяться – вот пусть и расхлебывают последствия сами.

Меня никто не разбудил. Я проснулась ровно настолько, чтобы обновить связь с Лейфером, и краем сознания уловила – в комнате слишком светло. За окном вовсю сиял, шелестел, чирикал, кудахтал и мемекал замечательный летний день. Нам же, чтобы добраться до Лиалла засветло, стоило выехать на рассвете, ну, может на час-другой позже. Теперь же придется ночевать под открытым небом. С другой стороны, я выспалась, а это тоже ценно. Мужчины, видимо, решили дать мне отдохнуть после ночных разборок, опасаясь плохого настроения…

Очень интересно, кстати, что это было? Не помню, чтобы мне встречалось описание подобных тварей на лекциях по неестествознанию. Опять внезапно ожившие, считающиеся вымершими реликты? У Терена надо будет спросить, если он согласится еще ответить, конечно…

Я хмуро оглядела порванную рубашку и с сожалением сунула ее на дно сумки – вдруг когда-нибудь найдется время починить? Лейфер, повинуясь моим указаниям, тоже привел себя в порядок. Теперь можно было и выходить к обществу.

Оное в лице Данимира и Аленара оживленно (со стороны хозяина) и невозмутимо (со стороны вампира) обсуждало что-то, сидя на скамеечке под окном. Хутор приобрел обычный вид: дети на лугу весело гонялись друг за другом, деловито копались в земле куры, нежился под солнышком кот, а Золта на повышенных тонах обсуждала с соседкой пропажу домашней птицы.

- Как ты? – озабоченно поинтересовалась я, остановившись перед Аленаром. – Доброе утро, Данимир.

Хозяин пробормотал в ответ приветствие и, боком проскользнув мимо меня, быстро скрылся за углом. Я не удивилась. Вряд ли следовало ожидать другого отношения после того, как я вчера командовала Данимиром. Представляю, какой у меня при этом был вид…

- Внушающий уважение, - усмехнулся Аленар. – Не переживай, Элька. Ты молодец. Парни – как минимум один из них – обязаны тебе жизнью. Кого-то я смог бы оттащить в дом, но обоих – вряд ли. – Вампир поморщился.

- Как ты? – повторила я свой вопрос, присаживаясь рядом.

- Все нормально. Я быстро регенерирую. Примерно так же, как и ты. – Он взял мои руки и перевернул ладонями вверх. О вчерашних многочисленных ранках напоминали только мельчайшие красноватые точки. – У Терена руки в значительно худшем состоянии, можешь мне поверить.

- Верю. А где парни, кстати?

- У реки. Присматривают за нашими лошадьми и ждут тебя. Поешь, и мы можем отправляться.

- Не хочу, - покачала я головой. – Возьми только Лейферу что-нибудь.

- Элька, тебе надо поесть.

- Я знаю, - чересчур резко ответила я. – Но не могу. Еще не до конца восстановилась после энергорасхода, и меня банально тошнит. Поехали уже, а?

Я не стала добавлять, что хочу побыстрее пристроить Лейфера и отделаться от постоянного контроля над ним, что основная проблема еще ждет своего решения, что мы вообще не представляем, как вернуть Алена в его тело… Аленар все прекрасно понял сам.

- Подожди меня минутку. – Он легко поднялся и ушел к Золте, прервав на полуслове ее жаркую беседу с соседкой. Они коротко поговорили. Хозяйка мило улыбнулась, исчезла в доме и довольно быстро вышла с большим свертком в руках.

- Ето. – Золта протянула его нам. – На добрий пут. И благодаря ви.

- Всегда пожалуйста, - улыбнулась я.

На этом церемония прощания завершилась. Господин Данимир так и не появился, искать его мы не стали, попросив Золту передать наши наилучшие пожелания, другие жители хутора не были нам представлены, так что можно было уходить.

Честно говоря, я немного опасалась встречи с Тереном. Парень мог жестоко обидеться из-за пощечины и замкнуться в себе еще сильнее, чем раньше. А мог, наоборот, стать агрессивным и цепляться ко мне по каждому поводу. И в том, и в другом случае с ним придется расстаться, или все кончится печально. А это может означать и уход Лежека, который, понятное дело, встанет на сторону брата, а не бывшей однокурсницы. И мне придется остаться без магической и дружеской поддержки, чего очень не хочется…

Но все обошлось лучше, чем ожидалось.

- Вот. – На раскрытой ладони Терена, покрытой, в отличие от моей, множеством воспалившихся ранок, лежал кожаный завязанный мешочек.

- Что это? – напряглась я, не понимая, что происходит, и на всякий случай отступила на шаг.

- Гонорар, - удивленно произнес Терен. – Ты честно заработала его. Весь. Мы не взяли ни гроша, можешь пересчитать.

- Оставь его себе, - выплюнула я, чувствуя, как напряжение уходит, но нарастает злость. Если это такой способ извиниться и признать свою неправоту… то он дешево ценит свою жизнь.

- Нет, Элька, - твердо настаивал парень. – Это твое. Мы с Лежеком… - он сглотнул, но уверенно продолжил, - ошиблись и обязаны тебе жизнью. Спасибо тебе. И ты имела полное право ударить меня, потому что я заслужил. А это, – он качнул мешочком, - не плата и не благодарность. Просто честно заработанные тобой деньги.

Я слегка успокоилась. Если так… То для общего спокойствия стоит просто забыть обо всем и не раздувать конфликт дальше. Мужчинам в принципе нелегко признавать свои промахи, особенно в профессиональном плане, так что подвиг Терена я оценила. Однако деньги, пожалуй, все же заберу себе. По крайней мере часть.

- Хорошо. – Я взяла мешочек, отсыпала из него примерно половину содержимого и вернула Терену. – Мы неплохо поработали, правда? Но, - я ткнула ему в грудь пальцем, - с тебя еще починка моей рубашки.

- Договорились, - немедленно согласился Терен. – Прямо сейчас или подождешь немного?

- Подожду, - хмыкнула я. – Хотя бы того момента, пока ты руки залечишь. Кстати, где-то у меня был хороший бальзам.

Я чересчур резко повернулась и пошатнулась из-за внезапно закружившейся головы. Терен поддержал меня.

- Элька, тебе плохо?

- Не совсем. – Я осторожно высвободилась из его объятий и полезла в сумку, притороченную к седлу Янта. – Не успела за ночь восстановиться, накопитель пустой, а энергию постоянно тратить приходится.

- Дай руку, - потребовал маг.

- Зачем? – насторожилась я.

- Дай, - настойчиво повторил Терен. – Я подпитаю. Мне проще восстановиться, чем тебе, воздух ведь везде есть, - улыбнулся он, бережно беря меня за руку. Тонкой струйкой потекла энергия, и довольно быстро я почувствовала себя вполне прилично.

- Спасибо.

- Не за что, - усмехнулся Терен. – Давай, я помогу тебе сесть на Янта.

У меня окончательно отлегло от сердца. Все, что ни делается – к лучшему. Терен явно перестал изображать из себя оскорбленного в лучших чувствах боевого мага, пусть даже для этого потребовалось заехать ему по физиономии и спасти жизнь. Кажется, конфликты в нашей компании закончились. Я с удовольствием приняла помощь парня, подождала, пока устроится позади Лейфер и на этот раз не стала отказываться от ватрушки и фляги с молоком, предложенных Аленаром.

Мы неторопливо двинулись вдоль реки к мосту, расположенному примерно в версте от хутора. Терен ехал рядом и бодро, хотя и немного виновато, живописал ночные приключения.

- Понимаешь, нам и в голову не пришло закрываться от фледеров: маленькие твари, щуплые, укус несмертелен.

Я неопределенно хмыкнула, прожевывая ватрушку. Терен понял меня совершенно правильно.

- Ну да, массой могут задавить. Но мы посчитали, что должны их увидеть заранее, и пульсар приготовили, чтобы осветить, как только козел встревожится. И вот ждем и ждем, ничего не происходит, только с реки дымка поползла. Мы и внимания не обратили: туман, обычное дело… А потом я так и не понял, что произошло.

- В транс вы оба впали, - сообщила я, дожевав. – Причем очень сильный, Аленар не смог вас в чувство привести. Полагаю, эта пакость так воздействует на жертвы, чтобы те не вырвались. Ты случайно не знаешь, что это могло быть?

Терен отрицательно покачал головой.

- Не помню. Не встречалось мне такое в справочниках… А транс на самом деле был мощным. Я очнулся только после твоего заклинания. Незабываемое ощущение, кстати… Как и поток, который ты через меня пропустила. Я думал, не выдержу… Элька, можно вопрос?

- Да.

- Ты постоянно такое испытываешь сейчас?

Я бессознательно поежилась. Мне не очень хотелось говорить об этом, но, если Терену так будет легче понять, что со мной происходит…

- Не в такой степени. Вчера еще и посторонняя магия добавилась, похоже, как раз от этой пакости. Но вообще да, мне приходится все время бороться с темной силой. Помнишь, как у жертвенного камня рядом с Великим Азясем? Только постоянно и без возможности отдохнуть.

Терен уважительно и очень серьезно покачал головой, ничего не сказав.

- Господа маги, - встрял Лежек. – А скажите мне, пожалуйста, что вы совместно учинили? Я со стороны ничего не понял.

Мы с Тереном переглянулись и задумались, добросовестно вызывая в памяти наши действия.

- Знаешь, похоже, мы слили наши стихии, - наконец неуверенно предположила я.

- А такое возможно?

- А гхыр его знает… Очевидно, да, раз получилось, - протянул Терен. – Только вот как… Элька, ты сможешь повторить?

Я резко остановила Янта, сжала зубы и закрыла глаза, всеми силами сдерживая вскипевшую во мне ликующую волну ярости и жажды убийства. Только добившись того, что она – нет, не улеглась окончательно, просто стихла настолько, что можно было спокойно ехать дальше, не боясь разнести все на своем пути - я перевела дыхание.

- Не сейчас, ребята. Может быть, позже, но без особой нужды я не стала бы рисковать.

Они поняли меня – или сделали вид, что поняли, и мы тронулись дальше, перебрасываясь безобидными фразами о погоде и природе. Точнее, перебрасывались парни. Я ехала молча. Мне очень не нравилось то, что со мной происходит. И дело не в волнах темной силы, захлестывающих меня – это как раз более-менее нормально. Но… мне нравился эффект, который они оказывали. Я получала удовольствие, убивая, наслаждаясь самим процессом и даже просто жаждой убийства. В кого я превращаюсь?

- В ведьму высокого класса.

- Ты так думаешь? – повернулась я к Аленару.

- Да. Ты учишься находить баланс между темной и светлой магией, и все лучше и лучше делаешь это. И не смотри так недоверчиво. Я чувствую твои эмоции. Ариэн сильно удивится, когда вы встретитесь…

Я невольно улыбнулась. Удивится – это не то слово. Боюсь, мне придется спрятаться куда-нибудь в уголок, пока он не закончит бушевать. А может, и не придется… Потому что еще вопрос, кто из нас будет сильнее в этот радостный момент.

- Вот именно, - ухмыльнулся Аленар.

Его слова почти полностью успокоили меня. Почти. Крохотный червячок сомнения продолжал таиться где-то в дальних уголках сознания.

Глава 22.

Достопримечательности, если таковые и существовали в Лиалле, остались вне поля нашего внимания. Мы въехали в столицу Ласинии незадолго до полудня и тут же свернули с главного тракта. Нам требовался тихий и спокойный постоялый двор, с минимально возможным количеством постояльцев и неболтливой хозяйкой. Впрочем, последнее условие вряд ли могло быть выполнено – угрюмые и нелюдимые натуры редко находят свое призвание на стезе обслуживания населения. Но, если нам удастся не привлечь к себе лишнего внимания, то общение с болтливой хозяйкой как-нибудь переживем. В конце концов, ее просто можно не слушать.

В первый постоялый двор, попавшийся нам на пути, мы просто не стали заезжать. Разудалое пение ватаги троллей разносилось по всей улице, и вступать в тесное общение с грубой и задиристой расой никому не хотелось. Второй же привлек нас больше, но Аленар, поговоривший с хозяйкой, вернулся и отрицательно качнул головой.

- Здесь все занято. Она посоветовала отъехать подальше, ближе к городской окраине – там держит постоялый двор ее кума.

- Кума так кума, - равнодушно отозвался Лежек, заворачивая в соседнюю улочку – такую же, как предыдущая: плотно стоящие дома с высокими красными остроконечными крышами, буйно цветущие и одуряюще пахнущие цветы в крохотных палисадниках, развесистые липы и клены. Изредка встречающиеся жители столицы Ласинии провожали нас взглядами: кто-то – равнодушным, кто-то – в основном, молодые девушки – заинтересованным. Правда, мне казалось, что народу на улицах столичного города должно быть больше. Но возможно, они просто пережидали жару где-нибудь в тенечке, не рискуя выходить на раскаленные камни мостовой.

Я сама, к счастью, особого внимания не привлекала. Этому способствовали как окружающие меня со всех сторон мужчины, так и платок, закрывающий волосы и затеняющий половину лица. А еще, надо полагать, меня не очень красили усталость, непрекращающаяся злость и жара.

Колосеньское солнце нещадно палило. Влажный ветер, лениво дующий с моря, облегчения не приносил – только горьковатый соленый запах и мнимое ощущение прохлады. Лейфер, сидящий позади и тесно прижимающийся ко мне, согревал не хуже печки. Мне ужасно хотелось поскорее хотя бы разойтись с ним на несколько шагов, чтобы подставить ветру промокшую спину, а лучше всего – ополоснуться прохладной водой и сменить пропотевшую рубашку. Но пока об этом оставалось только мечтать и отгонять нехорошую мысль, все чаще забредающую в голову: «А зомби, наоборот, создают только приятный холод…»

- Еще немного, Элька, - посочувствовал мне Аленар. Я сдержала готовое вырваться резкое выражение, понимая, что вампир ни в чем не виноват, и просто вздохнула.

- Знаю. Но очень хочется куда-нибудь приехать… Мне уже все равно, какой там будет постоялый двор и какая у него хозяйка – кума, сваха или вообще ведьма.

- Тогда предлагаю заглянуть сюда, - участливо предложил Терен, показывая на дом с покосившимся флюгером.

- Корчма «У Марицы», - вяло прочитала я вывеску на двух языках – Всеобщем и ласинийском - и заглянула через кривой заборчик, за которым виднелся запущенный огородик и парочка козлов, привязанных к коновязи. – Что-то там не очень людно, тебе не кажется?

- Так нам это и требовалось, разве не так?

- Кстати, да, - внезапно воспряла я духом, предчувствуя скорое избавление от жары. – Давай постучимся, может, нам действительно повезло?

Наши предпочтения исполнились лишь частично. Корчма отнюдь не ломилась от посетителей. До нас в ней проживало лишь трое гномов, угрюмых и неразговорчивых, приехавших к местному ювелиру и не обращающих внимания на окружающих. Но вот хозяйка, которую звали, как нетрудно догадаться, Марицей, практически не закрывала свой рот. Правда, при этом она еще и беспрерывно что-то делала. За те несколько минут, пока Аленар обговаривал с ней вопросы оплаты и проживания, растрепанная симпатичная молодая женщина в съехавшем набок платке и скособочившемся переднике успела выгнать с огородика кур, вытащить из печи слегка подгоревший хлеб и не дать белой лохматой козе сжевать на корню молодую капусту. Меня несколько напрягала подобная бурная деятельность, но уютная небольшая комната, кровать, застеленная белоснежными простынями, а главное, большое количество прохладной воды значительно перевешивали все возможные мелкие неудобства.

Часа едва хватило, чтобы вымыться, переодеться и слегка прийти в себя. Однако теперь в моих ощущениях на первый план выступил зверский голод, и я поторопилась присоединиться к мужчинам, уже устроившимся в зале и что-то оживленно обсуждавшим.

- О чем речь? – бодро поинтересовалась я, присаживаясь к ним за стол и приказывая Лейферу сделать то же самое.

- Тебе нельзя идти в Ковен, - пробурчал Лежек.

- Нельзя, - согласилась я, прекрасно понимая, что мне лучше держаться подальше от места наибольшей концентрации магов Лиалла. Но в то же время мы хотели сообщить в Ковен о неизвестной гадости, с которой встретились на хуторе. Просто сообщить, не раскрывая своей роли в избавлении селения от нежити, и, возможно, узнать, с чем же нам пришлось столкнуться. А попутно я предлагала навести справки о местных Травниках и их специализации.

Население, разумеется, с удовольствием поделится сведениями обо всех проживающих в округе магах, не забыв и давно умерших. Только вот нам нужен человек, связанный с темной магией, потому как именно она уничтожила личность Лейфера… А, боюсь, подобный специалист не будет рассказывать всем и каждому о своих познаниях, в то время как в Ковене об этом могут знать.

Я соорудила себе бутерброд из хлеба и сыра, разглядывая содержимое мисок, стоящих на столе: овощи, еще овощи, тонко порезанное мясо, нечто странное и остро пахнущее…

- А это что?

- Какое-то местное блюдо, - отмахнулся Лежек. – По-моему, редкостная гадость. Элька, но мы не можем оставить тебя здесь одну.

- Я буду с Лейфером, - резонно заметила я, продолжая с интересом разглядывать странное блюдо. – А все-таки, что это? Аленар, ты знаешь?

- Маринованные мидии, - неохотно ответил он. – И, предвосхищая твой следующий вопрос, мидии – это моллюски в раковинах. На твоем месте я бы не стал их пробовать.

Я еще раз с сомнением посмотрела на нечто неопределенной формы и цвета, плавающее в мутноватой жидкости, вдохнула пряный аромат, сглотнула слюну и решилась.

- Все-таки рискну. Вряд ли нас хотят отравить…

Я подцепила мидию и отважно сунула ее в рот. Мужчины с неописуемой смесью беспокойства, подозрения и отвращения наблюдали за моими действиями. А мидия на вкус оказалась… наверное, как мидия. Ни с чем знакомым я не могла ее сравнить. Но никаких неприятных ощущений она у меня не вызвала. Напротив, я с удовольствием проглотила маринованного моллюска и потянулась за следующим.

- Бррр, - высказал Лежек общее мнение мужчин.

- Не нравится – не ешь. – Я пододвинула к себе миску с мидиями. – Так почему я не могу остаться здесь вместе с Лейфером?

- Потому что… - Лежек замялся.

- Потому что Лейфер тебе не защитник, а, скорее, помеха, - пришел ему на помощь Терен. – И в случае чего…

- И при этом меня еще кто-то называл параноиком, - укоризненно перебила я парня, закидывая в рот еще одну мидию. – Что со мной может случиться за два… ну, три часа вашего отсутствия? В никому неизвестной корчме?

- Все, что угодно, - отрезал Лежек. – И кто-нибудь из нас останется с тобой.

- И это буду я, - безапелляционно высказал Терен. – И не смотри на меня так, брат. Я уже говорил, почему, и повторяться не буду.

Лежек, нахмурившись, явно хотел что-то ответить, но усилием воли сдержался и повернулся к Аленару.

- Тогда предлагаю пойти. Надеюсь, маги в Лиаллском Ковене уже пробудились от послеобеденного сна и еще не успели отправиться праздновать Купавину Ночь.

- Какой-то местный праздник? - полюбопытствовала я, засовывая в рот еще одну мидию.

- Да, - равнодушно пояснил Лежек. – Хозяйка успела поведать. Насколько я понял, слегка напоминает наш Живень-День. Те же костры, очищающий огонь и обряды плодородия, только с местным колоритом. На Купаву девушки гадают на суженого, пуская по воде венки, юноши подсматривают за ними, а потом все дружно отправляются искать цветок папоротника. Считается, что Купава выполнит самое сокровенное желание удачливого молодого человека.

- Или девушки, - добавил Терен.

- Или девушки, – усмехнулся его брат. - Правда, терзают меня смутные сомнения, что именно за несуществующим цветком папоротника молодежь парочками уходит в липовые рощи… Но легенда именно такая.

Я практически не слушала братьев, отвернувшись и отстраненно-мрачно уставившись в окно на залитый солнцем огородик, не видя ни неаккуратных грядок, ни усыпанных темно-красными ягодами вишневых деревьев. При упоминании Живеня-Дня глухая тоска резанула по сердцу, разбередив незажившие раны. Живень-День… Костры, хоровод, Итан, столбы пламени, уходящие в темное весеннее небо, Огонь… И Ален – его почерневшие от страсти глаза, хриплый шепот, горячие руки и губы, и мой стон, разносящийся над тихой и спокойной Игрицей… Ночь, подарившая нам наших детей, о которых еще не знает их отец.

- Элька?

- Да? – Я смахнула со щеки неизвестно откуда взявшуюся слезу и силой вернула себя в действительность.

- Ждите нас здесь, - мягко попросил Аленар. - Мы постараемся вернуться как можно быстрее.

- Хорошо. – Я сглотнула горький комок и изобразила легкую обиду. – Мог бы и не говорить об этом. Я не хуже тебя понимаю, что не стоит шататься по незнакомому городу с Лейфером под руку.

Вампир после секундной паузы молча кивнул и выскользнул из-за стола.

- Терен, а почему именно ты должен был остаться со мной? – преувеличенно бодро поинтересовалась я, провожая взглядом выходящих из корчмы мужчин. Правда, мне не очень хотелось это знать – какая, в сущности, разница, кто из молодых магов составит нам с Лейфером компанию? – но разговор с Тереном мог отвлечь меня от тоскливой горечи.

- Почему-то я был уверен, что ты спросишь меня об этом, - недовольно проворчал маг. – Как тебе такая причина: я пока не могу закрываться от посторонних так, как вы с Лежеком?

- И что? Мы могли бы закрыть тебя, - изумилась я, не видя в этом никакой проблемы. Какое-то нехорошее чувство подсказывало мне, что Терен чего-то не договаривает.

- Могли. Но это все равно не то… заклинание еще и поддерживать надо.

- И что? – все еще не могла понять я. – Это так сложно? Терен, ты что-то темнишь…

- Да ничего я не темню, - неохотно бросил он. – Элька, не лезь, а?

Я немедленно и оскорбилась, и обиделась, и встревожилась. Да, мне удалось достичь своей цели – тоска и скорбь удалились в глубину сознания, пристроившись там тяжелым камнем, и перестали назойливо заполнять собой мысли. Теперь меня весьма интересовало, что именно скрывает Терен и почему. Даже если это просто так называемые «мужские проблемы» - как член команды, я имею право знать о них.

- Элька, не злись, - примирительно сказал Терен. – Мы просто не хотели тебя лишний раз волновать, тебе и так тяжело приходится.

Я не удостоила его ответом, хмуро ожидая объяснения.

- Вот… Только не дергайся и не начинай тут же колдовать, ладно?

Терен, вздохнув, повернул руки ладонями вверх и положил их на стол. Мне хватило одного короткого взгляда – и тихое, но емкое ругательство вылетело из моих уст. Небольшие ранки, полученные во время убиения неизвестной пакости, не зажили, как у меня или Аленара – Терен не обладал вампирской способностью к регенерации. Но парень или не догадался смазать их, или не захотел, или посчитал, что само пройдет, а тут еще и наложилась необходимость держать поводья… И в итоге за два неполных дня алые точки превратились в воспаленные багрово-синие полосы очень нехорошего вида.

- Сиди спокойно, - не дал мне вскочить Терен. – Все нормально, они почти не болят.

- Их смазать надо, - прошипела я.

- Смажу, только на ночь, хорошо? А сейчас не переживай. Это выглядит хуже, чем есть на самом деле, поверь мне. Но в Ковене мне не хотелось демонстрировать странные раны, если уж мы собирались утверждать, что не вступали в прямой контакт с тварями.

Я резко выдохнула, сердясь и на него, и на Лежека, наверняка знавшего обо всем, и на себя – могла бы и раньше вспомнить о том, что Терен тоже пострадал, и проверить, как его состояние. Но зациклилась исключительно на собственных проблемах – жаре, усталости, Лейфере…

- Элька, перестань. Все нормально, - настойчиво повторил парень. – Длинных переходов больше не будет, а до Картхейна руки заживут.

- Безусловно, - пробурчала я, в расстроенных чувствах втыкая вилку в очередную мидию. – Особенно если ты не будешь вести себя как последний хмрынь, а вовремя обратишься за помощью.

- Не буду, - жизнерадостно согласился парень. – Вот прямо сейчас и обращусь. Спорим, что наша хозяйка знает всех до единого Травников в округе?

- Зачем спорить с очевидным? – сумрачно хмыкнула я.

- Вот и предлагаю расспросить уважаемую даму. Не будем же мы просто так сидеть и ждать Аленара с Лежеком?

Смысла я в этом особого не видела, больше полагаясь на Аленара, но на самом деле – почему бы и не скоротать время за беседой с госпожой Марицей? Вдруг нам тоже удастся что-нибудь выяснить?

Призванная к нашему столу хозяйка сначала никак не могла взять в толк, зачем нам нужен Травник, испугавшись, что это связано с ее стряпней. Говорила хозяйка на Всеобщем, правда, с заметным акцентом и повышая интонацию в конце фраз, но мы легко поняли смысл ее тирады. Марица многословно и взбудораженно утверждала: у нее самые свежие продукты и самый холодный ледник, и никому еще не требовался Травник после обеда в ее заведении.

- Вы не так поняли, госпожа Марица, - попытался угомонить негодующую женщину Терен. – Травник требуется мне, но совершенно по иной причине, чем вы подумали. Кстати, может быть, вы подскажете, к кому можно обратиться?

- А что случилось? – уже совсем другим тоном спросила хозяйка. – Ой!

Ее взгляд упал на руки Терена, которые тот не успел убрать, и этого короткого мгновения хватило, чтобы оценить происходящее. Правда, в отличие от меня, ругаться Марица не стала. Просто подхватила юбку и унеслась куда-то в соседнее помещение.

- Куда это она? – непонимающе спросил парень.

- Не знаю, - не менее озадаченно отозвалась я. – Может быть, о чем-то внезапно вспомнила?

Хозяйка вернулась так же шустро, как и убежала, и торжественно вручила Терену баночку с мазью, гордо заявив:

- Это по рецепту моей пра-пра-пра-прабабушки, одной из лучших ведьм Лиалла.

Мой друг вынужден был втереть в ладони серую субстанцию весьма подозрительного вида, к счастью, не обладающую ярко выраженным запахом, и со словами благодарности протянул баночку молодой женщине.

- Завтра у вас все пройдет, - пообещала хозяйка. – Я вам больше не нужна? Тогда побегу, а то, кажется…

- Госпожа Марица! – вернула я успевшую отбежать на пару шагов хозяйку.

- Что? Если вы про рецепт мази, то я не могу вам его рассказать. Это семейная тайна, понимаете!

- Нет, я не про рецепт, - улыбнулась я, на ходу импровизируя. – Точнее, про рецепт, но не вашей мази. Понимаете, моя тетушка – его мать, - кивнула я в сторону Терена, - попросила нас узнать состав одного сложного зелья - «Полет солнечной бабочки». Не слышали про такое?

- Никогда… - Марица озадаченно заправила за ухо выпавшую из косы прядь волос. Я, собственно говоря, тоже, поскольку только что придумала это название, но в качестве повода для поиска Травника оно прекрасно подходило.

- Оно очень редкое. Но тетушка уверяла, что видела этот рецепт у кого-то из Травников Лиалла, правда, не помнила, у кого именно. Госпожа Марица, если вы расскажете о местных магах, то очень поможете нам в поисках.

- Даже и не знаю, кто бы мог вам помочь, девонька… - Хозяйка чуть ли не впервые за все время присела на скамью, задумчиво теребя край передника.

- Вы просто назовите всех магов-Травников, - подключился Терен. – А мы завтра обойдем их и расспросим про зелье.

- За один день вам, может, и не удастся, - деловито заметила Марица, явно оживляясь при мысли о том, что постояльцы не уедут на рассвете. – Их не меньше двух дюжин. Вот слушайте…

На наши головы полился поток информации обо всех известных женщине целителях, сопровождаемый многочисленными подробностями. Хорошо еще, что периодически хозяйка вскакивала и убегала по делам, давая нам возможность осмыслить полученные сведения.

- …А еще есть Магистр Цельс, который живет на Возняцкой улице. Это три поворота отсюда налево, потом прямо, до большого дома с красным навесом, а там направо, ко второму дому. К Магистру Цельсу моя соседка ходит. Очень, она говорит, Травник хороший. Как посмотрит на тебя глазищами черными, да как вскрикнет что-то на языке неведомом – так враз болячки все и уходят. Варька, стой, зараза ты этакая! Куда тебя опять понесло!

Марица унеслась на двор спасать из пасти всеядной козы какую-то светлую тряпку – полотенце или простыню.

- И? – хмуро посмотрела я на Терена.

- Если только последний… этот самый Магистр Цельс, - не менее сумрачно предположил парень. – Судя по всему, остальные маги занимаются самым что ни на есть обычным делом – с разной степенью успеха пользуют сограждан зельями и травками.

- И меня больше никто не привлек. Разве что Магистр Земен.

- Это который с двоюродной сестрой тетки госпожи Марицы венец безбрачия снял? – уточнил Терен.

- Он самый. Может быть, это можно рассматривать как работу психолога?

- Сомневаюсь я… - задумался маг. – Но можно и попробовать. Знать бы еще, что в словах хозяйки правда, а что она добавляет от себя?

- Не так много, - обрадовала его я.

- Ты ее читаешь, что ли? – удивился Терен. – А как же Лейфер?

- Не читаю, - неопределенно пояснила я. – Просто интуитивно чувствую, когда она присочиняет или недоговаривает.

- А…

Договорить Терен не успел. На скамейку плюхнулась сердитая хозяйка, обмахивая разгоряченное лицо краем передника.

- Вот Варька, зараза этакая, - сердито пробурчала она себе под нос. – Лучшее полотенце сожрала. Сведу ее к мяснику, будет знать…

Марица залпом осушила кружку прохладного морса и вновь повернулась к нам.

- Так… О ком же я еще не сказала? Вроде бы все, девонька. Хотя нет, есть еще один колдун, но вряд ли он тебе поможет, красавица.

Слово «колдун» меня насторожило. Как, впрочем, и Терена. Обычно сельчане так называли магов с не самой хорошей репутацией, мягко говоря.

- Почему, госпожа Марица?

- Потому что нечего тебе там делать! – с чувством высказалась хозяйка. – Колдун он, как есть колдун! Сидит сиднем в своей хибаре, носа оттуда не показывает! Хоть бы дочку свою пожалел, упырь проклятый!

Мы напряглись еще больше, но в данном случае слово «упырь» обозначало не кровососущую нежить, а замкнутого и нелюдимого человека. Марица с готовностью изложила нам все подробности жизни господина Ивэна. Не Магистра Ивэна - она ни разу не назвала его так. Но магом этот «колдун», несомненно, являлся.

Жена Ивэна погибла при родах, и ему пришлось самому воспитывать дочь Зару. Девочка выросла в симпатичную девицу, но замуж пока не вышла, хотя возраст был самый что ни на есть подходящий – двадцать пять лет. Причина этого крылась в ее отце.

Несколько лет назад, когда Зара вошла в пору сияющей юности, она, как и положено, обзавелась молодым человеком. Чувства расцветали, как яблони по весне, девушка хорошела от первой любви, юноша постепенно переходил от платонического обожания к более чувственному и осязаемому. Закончилось все печально. Однажды господин Ивэн, на самом деле практически не вылезающий из своего кабинета, вышел во двор и застал дочь в объятиях мужчины. Мало того – молодые люди слились в жарком и страстном поцелуе.

Взбешенный отец быстро произнес заклинание, и неведомая сила разнесла влюбленных в стороны, а незадачливый ухажер застыл недвижимым изваянием с выражением панического ужаса на лице. Зару сия участь миновала, но девушке потребовалось не меньше получаса, чтобы уговорить отца расколдовать ее поклонника. В конце концов, Ивэн сжалился. Несчастный молодой человек пулей вылетел со двора, громогласно сообщая, что ноги его здесь не будет.

И так и не вернулся. Зара поплакала, но вынуждена была смириться и осталась жить с отцом. А вскоре и вовсе перестала переживать – ее несостоявшийся жених быстренько нашел ей замену и женился на рябой, но богатой дочери торговца рыбой.

Больше поклонников у нее так и не появилось – остальное мужское население Лиалла перестало заглядываться на дочь колдуна. По словам Марицы, девушке так и предстояло коротать свой век старой девой.

- А ведь какая девушка – загляденье! – с чувством проговорила хозяйка. – Добрая, красивая, работящая… Но с таким отцом ей своей судьбы не найти! И вы не вздумайте к нему ходить! – с жаром посоветовала она нам. – Ни в коем случае!

- Ну не съест же он нас, - усмехнулся Терен. – Мы же не собираемся целовать его дочь, просто вежливо спросим рецепт и уйдем.

- А может, и съест! – серьезно заявила Марица. – Моя сестра своими глазами видела, что Ивэн на базаре устроил!

- И что же? – Я даже не пыталась скрыть свое любопытство. История о незадачливом поклоннике Зары вызвала у меня восторженную надежду на то, что мы нашли нужный нам след. Парализатор и заклинание страха – простейшие заклятия темной магии, а, судя по всему, Ивэн применил именно их. Уже только из-за этого с ним стоило встретиться и поговорить.

- Колдуна каким-то мракобесом занесло на базар, и там он столкнулся с городским дурачком Ваалем… – страшным голосом проговорила Марица. – Столкнулся в прямом смысле. Вааль, как всегда, брел, не разбирая дороги, что-то бормотал, размахивал руками и налетел на упыря проклятого, который покупал что-то у Травника. Ивэн покачнулся, налетел на стол, всякие баночки и бутылочки попадали, часть разбилась, часть раскатилась, что-то просто вылилось и рассыпалось…

Хозяйка нервно дернулась и подрагивающими руками налила себе морса. Мы с Тереном, затаив дыхание, ждали продолжения эпической истории.

- И тогда глаза гхырова колдуна загорелись. Он встал, вцепился в плечи Ваалю и закричал что-то нечеловеческим голосом! Сестра моя, уж на что крепкая, еле на ногах от страха устояла… А кто-то и упал, не в силах вынести ужасающего зрелища. И холодно внезапно стало, хотя солнце в небе палило, вот как сейчас…

Марица показала рукой за окно и глотнула морса. Мы с Тереном переглянулись, явно думая об одном и том же. Осталось только выяснить одну важную деталь.

- А что с Ваалем стало?

- С Ваалем-то? В себя он пришел. Напугался, похоже, когда на него замогильным голосом орать стали, и от ужаса голова-то и повредилась. То есть не повредилась, а на место встала, больной-то она и до этого была… Так что держись подальше от колдуна проклятого, девонька... Мало ли, как оно выйдет? Ваалю, видишь, помогло, а у кого другого и сердце лопнет от страха.

Я еле сдерживала ликование. Нам удалось найти мага, знающего как минимум основы темной магии и способного управлять психикой. Страх и холод, которые почувствовала сестра Марицы – это, очевидно, последствия вытягивания энергии из окружающих. Даже если человек не является магом – какая-то часть силы в нем все равно есть, а Ивэну могло не хватить своего запаса для исцеления. Или он уже подрастратился, поэтому и подпитался от окружающих. Если я не ошиблась – а у меня не возникало и тени сомнения в специализации колдуна – то нам стоит как можно быстрее навестить его обиталище.

- Хорошо, - дрожащим от радости голосом проговорила я. – Только, госпожа Марица, вы тогда скажите, где он живет, чтобы нам случайно не встретить его на улице...

Марица, к счастью, восприняла мою нервозность как страх.

- Да ты не бойся, девонька. Ивэн живет на самой окраине, у липовой рощи, на запад отсюда. Туда случайно не попадешь, да и дом его ни с чем не перепутаешь – темный такой, мрачный… Ни цветочка, ни кустика, ни деревца, и вечно закрытые ставни. Ой, горит что-то!

Хозяйка, всплеснув руками, унеслась в сторону кухни, откуда тянуло запахом горелого.

- Вот сейчас она привирает, – тихо сообщила я Терену. - Дом, скорее всего, самый обычный, и солнечный свет темному магу не помеха. Но, если ориентироваться на липовую рощу – то, думаю, мы без особого труда найдем его.

- Ты тоже считаешь, что мы нашли требуемое?

- Почти не сомневаюсь в этом. Точно выясним при личной встрече. Дождемся только Аленара с Лежеком - и пойдем.

Но время шло, а мужчины не появлялись. Я успела доесть мидий – и Терен с затаенным ужасом следил, как заканчивались моллюски в миске. Мы изучили узоры на вышитой занавеске и царапины на поверхности стола. Солнце за окном уверенно клонилось к закату, жара спала, тени вишневых деревьев удлинились, сплетаясь в запутанный лабиринт, а мое нетерпение достигло максимума. Меня подстегивало осознание того, что скоро, совсем скоро я смогу избавиться от необходимости постоянно окутываться темными потоками и не бороться с яростью, ненавистью и жестокостью – и в то же время вынуждена неизвестно сколько ждать этого счастливого момента. Аленар с Лежеком могли прийти как через две минуты, так и через три часа.

И я не выдержала.

- А мы тебе советовали не есть мидий, - ехидно заметил Терен, когда я встала из-за стола. – К Травнику не сбегать?

- Не стоит, сама схожу, - бросила я, кивком поднимая Лейфера. Терен немедленно насторожился:

- Куда ты собралась? Тебе на самом деле плохо?

- Мне хорошо, - качнула я головой. - И будет еще лучше, когда я поговорю с Ивэном.

- Лежек не придет в восторг, - только и заметил Терен.

- Я постараюсь вернуться как можно быстрее, а ты ему все объяснишь.

- Я? – изумился друг, тоже вставая. – Я пойду с тобой, и это не обсуждается.

- Терен… - недовольно произнесла я. – Из нас троих должен кто-то остаться, чтобы дождаться Аленара с Лежеком, и по понятным причинам это не могу быть я или Лейфер.

- Элька, или мы идем все вместе, или так же вместе остаемся здесь, - непреклонно заявил парень.

- Какого гхыра все распоряжаются мной? – вспылила я. – Сначала Ален, теперь вы! Почему я не могу просто пройтись по улице?

- Можешь, - примирительно заметил Терен, осторожно обнимая меня за талию и разворачивая в сторону двери. – Но согласись - в хорошей компании и гулять веселее.

Я фыркнула, сдерживая напрашивающийся комментарий, и постаралась взять себя в руки.

- Госпожа Марица! Мы прогуляемся немного. Если наши спутники придут, передайте им, пожалуйста, что мы ненадолго.

- Конечно, - улыбнулась хозяйка. – Только ты, девонька, не торопись. Купавина Ночь сегодня, обязательно гадать надо, иначе обидится она.

Я что-то пробормотала в ответ, не собираясь следовать совету хозяйки. Зачем гадать на суженого, если мы давно встретились? Обидится Купава, не обидится – сейчас это волновало меня меньше всего. Главное – решить проблему с Лейфером.

Как я и подозревала, мы с легкостью нашли дом господина Ивэна. Марица приукрасила действительность – само строение мало чем отличалось от окружающих и бодро подставляло солнышку свежевыкрашенные белые стены. Только вот в палисаднике буйно цвели не обычные бархатцы и петунии, а вербена и эшшольция – растения, предпочитающие темную магию. Судя по их роскошному виду, недостатка в оной они не ощущали. Я сама не чувствовала ничего определенного – даже если темная энергия сейчас и присутствовала здесь - потоки силы, постоянно окутывающие меня, сливались с ней. Но Терен в ответ на мой вопрос неопределенно кивнул.

- Да. Я ощущаю слабые следы. Несколько дней назад, может быть, с неделю, но в этом доме точно занимались темной магией. Идем знакомиться?

Не дожидась моего ответа, он поднялся на крылечко и постучал. Нам пришлось подождать, прежде чем дверь открылась, и на пороге появилась молодая женщина – темноволосая, стройная, с высоким лбом и внимательными черными глазами.

- Лия, я же сказала, что не хочу идти… - сердито затараторила она и вдруг, осознав, кто перед ней стоит, осеклась, удивленно рассматривая нас и на долю секунды дольше, чем положено, задерживая взгляд на Лейфере. - Добрый день. Вы к кому?

- И вам здравствуйте. Мы к господину Ивэну. Он ведь здесь проживает? - улыбнулся Терен.

- Здесь, но… Мой отец никого не принимает, простите. – Молодая женщина грустно вздохнула. Я мысленно выругалась и сжала кулаки. Этого следовало ожидать - маги-затворники обычно не отличаются гостеприимством.

- Зара, подождите... – попросила я ее.

- Да? – Она даже не удивилась, что мы знаем ее имя. Впрочем, если уж мы целенаправленно приехали к ее отцу – можно было предположить, что и имя его дочери нам известно.

- Мы проехали длинный путь, чтобы увидеться с ним. Поверьте мне, это дело жизни и смерти.

Женщина задумалась, искоса бросая еще один взгляд на Лейфера.

- Простите, но нет, - сочувственно проговорила она и отступила назад, вознамерившись закрыть дверь.

- Его жизни и смерти, - показала я на Магистра-психолога и с удовлетворением почувствовала, как напряглась хозяйка дома. Мои ощущения оказались верными – Лейфер явно заинтересовал Зару, и, возможно, для него она сделает то, чего не сделала бы для других незнакомых ей людей.

- В Лиалле есть еще Травники… - пробормотала Зара, неуверенно переводя взгляд с меня на Лейфера и обратно.

- Мы уже были у них. Зара, можно долго и красочно рассказывать, что грозит моему спутнику, но дорога каждая минута, - мягко произнесла я. – А помочь может только ваш отец. Просто разрешите нам поговорить с ним. Если он откажет – что же, мы немедленно уйдем, и, боюсь, на кладбище Лиалла появится новая могила.

Женщина молчала, прикусив губу. Я ждала ее решения. Мы все равно увидимся с Ивэном, но знакомство лучше все-таки начинать не с попыток давления на его дочь. Хотя…

Лейфер заметно пошатнулся, опираясь для поддержки на плечо Терена, и еле слышно простонал.

- Проходите, - пробормотала Зара, дернувшись. – Я скажу отцу о посетителях, но больше ничего не обещаю.

- Спасибо, - устало улыбнулась я. Мы прошли вслед за хозяйкой в небольшой холл, не обремененный излишками мебели. Собственно, кроме аккуратного половичка ручной работы на выскобленных добела досках, в нем больше ничего не было.

- Подождите пока здесь. – Зара кивнула на дверь и поднялась на второй этаж дома по узенькой лестнице. Я с сомнением посмотрела на наши пыльные сапоги, чистый пол, и решительно сняла обувь, приказав Лейферу сделать то же самое. Терен обошелся без моих указаний.

Дверь вела в некоторое подобие гостиной, такой же чистой и не отличающейся огромными размерами. Правда, в отличие от холла, в ней стояла кушетка и несколько стульев, а на комоде лежали пяльцы с вышиванием. Надо полагать, здесь дочь колдуна коротала дни и вечера. В полном одиночестве. Бедная девушка, как и говорила госпожа Марица.

- Какие еще гости! - послышался сверху недовольный мужской голос. – Гони их в шею, Зара, и дай мне спокойно поработать!

Пауза, во время которой, видимо, Зара пыталась что-то объяснить отцу, и вновь громкое рычание:

- Мне плевать, кто там явился! Я никого не хочу видеть!

Я качнула головой, подзывая Лейфера к себе, и торопливо поднялась на второй этаж, с каждым шагом все отчетливее слыша голос Зары.

- Но, отец, они сказали, что это дело жизни и смерти. Просто поговори с ними, чего тебе стоит!

- Смерти! – рявкнул Ивэн. – Конечно, смерти! Смерти этих жбыдыгрызов, вломившихся ко мне в… А это еще что? Стой здесь, Зара!

Из комнаты, находящейся в дальнем конце коридора, по которому мы шли, выскочил мужчина, мгновенно принявший боевую стойку и поднявший руку для заклинания. Терен немедленно заслонил меня собой, раскрывая щит, но никаких других активных действий не предпринял.

- Добрый день, господин Ивэн, - предельно вежливо проговорила я, демонстративно держа руки внизу. Правда, колдовать я и так не могла, не рискуя Лейфером, но ведь колдун не мог об этом знать?

- Возможно, и добрый, - задумчиво согласился мужчина, не выходя из стойки. Мы молча разглядывали друг друга. Ивэн оказался очень похож на дочь – или, скорее, она на него: темные волосы без примеси седины, черные внимательные глаза, высокий лоб и ямочка на подбородке. Мы подверглись не менее пристальному рассматриванию.

Амулет на моей шее потеплел, виски заломило – колдун пытался меня прочитать. Я безмятежно смотрела на него – блок, поставленный Аленом, не удалось взломать и Мораввену. Через мгновение напрягся Терен – очевидно, Ивэн надавил и на него.

- Очень интересно, - заключил колдун, расслабляясь и опуская руки. – И кто из вас, дети, балуется на досуге темной магией?

- Я, - спокойно проинформировала я, не выходя из-за спины Терена. – Точнее, можем мы оба, но в данный момент вы чувствуете мою магию, коллега.

Ивэн и бровью не повел.

- Очень интересно, - повторил он. – Ну что же, дети, вам удалось меня заинтриговать, и, пожалуй, ради этого я нарушу собственные правила. Проходите в мой кабинет. Мальчик, сними свой щит. Он все равно не устоял бы против моего заклинания.

- Вряд ли, - невозмутимо ответил Терен. – Но, если хотите проверить, лучше все-таки выйти на улицу. От рикошета может пострадать ваша дочь.

Ивэн резко обернулся. Зара, с расширенными от тревоги глазами, стояла в дверном проеме.

- Девочка моя, я же просил не выходить из кабинета, - мягко пожурил ее отец. – Не волнуйся. Никто не пострадает, обещаю тебе. Принеси нам чего-нибудь холодненького, хорошо?

- Ты даешь мне слово? – девушка не тронулась с места, пристально взирая на Ивэна.

- Я же сказал – обещаю, - начал сердиться колдун.

Зара хмыкнула, неохотно прошла мимо нас, вновь задержавшись взглядом на Лейфере, и спустилась на первый этаж. Ивэн проводил ее взглядом.

- Проходите, коллеги, - со странной интонацией подчеркнул он последнее слово, жестом приглашая нас войти.

Рабочее место колдуна практически ничем не отличалось от кабинетов других магов, в которых мне доводилось бывать: стол, заваленный бумагами, потрепанное кресло, шкафы с фолиантами, еще один стол – с ретортами и колбами, узкий неудобный диванчик – на случай, если магу захочется вздремнуть. На него присели только я и Лейфер – Терен предпочел встать возле двери, небрежно прислонившись к косяку. Не знаю, оценил ли Ивэн по достоинству как обманчиво расслабленную позу молодого мага, так и его месторасположение: в случае возможных неприятностей парень мог с легкостью закрыть и себя, и меня. Но мне показалось, что теперь в его взгляде читались не только огхыренное чувство собственного превосходства и холодное любопытство, но и толика уважения – крохотная, почти незаметная.

- Для начала, вероятно, стоит представиться, - заметил колдун, устроившись в кресле лицом к нам. – Мое имя вы уже знаете, а ваши?

- Терен.

- Элька. И магистр Лейфер, - кивком показала я на своего спутника.

- А почему он не соизволил представиться сам? – саркастически поинтересовался Ивэн.

- Потому что не может, - удовлетворила я его любопытство. – Господин Ивэн…

- Одну минуту, Элька. Прежде чем вы начнете свою, несомненно, увлекательную историю, не сочтите за труд ответить еще на один вопрос: с каких пор в Аррении – а вы из этой благословенной страны, если судить по вашему акценту - начали готовить некромантов?

- С вересклета прошлого года, - сообщила я, маскируя раздражение за вежливостью. Разумеется, Ивэн имеет полное право спрашивать нас о чем желает, и это он нужен нам, а не мы ему. Но меня выводил из себя его тон – язвительный, снисходительный, словно бы колдун разговаривал с неумелыми детьми, изображающими из себя взрослых.

- Исчерпывающе, - хмыкнул хозяин. – Но я спрашивал не об этом. В Аррении уже полсотни лет запрещена некромантия. И с чего вдруг потребовалось вспоминать про эту сторону магии?

- Господин Ивэн, вы действительно хотите, чтобы мы изложили вам политику Арренского Ковена Магов в отношении обучения адептов? Это может занять довольно много времени.

- Да уж, лучше не стоит, - хохотнул колдун. – Тем более что вы вряд ли осведомлены обо всех подковерных интригах, зная лишь то, что лежит на поверхности. Хорошо, примем как данность: ко мне пришли два юных мага, едва сошедших со школьной скамьи и делающих первые шаги по темной стороне магии. Kreahast!

Заклинание, брошенное колдуном, ударилось о выставленный Тереном щит, отрикошетило и с грохотом влетело в стену.

- Мда… - уже совсем другим тоном протянул Ивэн, разглядывая некрасивое бурое пятно, оставшееся после заклятия.

- А я, между прочим, предупреждал, - невозмутимо заметил Терен. – Господин Ивэн, может быть, мы все-таки перейдем к делу?

- Отец! – в кабинет влетела невероятно встревоженная Зара. – Ты же обещал!

- А ничего и не произошло, девочка моя, - нежно улыбнулся колдун, быстро накидывая на стену иллюзию неповрежденности. – Все живы, все здоровы, никто не пострадал, можешь сама убедиться.

Зара недоверчиво обвела взглядом сначала нас, потом помещение.

- Но я же сама слышала шум!

- Это у меня бумаги со стола упали, - быстро пояснил Ивэн. – Все в порядке, Зара. Я всегда держу свое слово. Иди, дорогая, дай нам договорить.

Молодая женщина сердито выдохнула и ушла, осторожно прикрыв за собой дверь. Колдун потер пальцами виски.

- Так на чем мы остановились?

Я сконцентрировалась, собираясь с мыслями. Начиналась самая трудная часть – как рассказать историю Лейфера, при этом максимально скрыв подробности?

- Зара говорила, что это вопрос жизни и смерти? – подсказал Ивэн, внимательно наблюдающий за нами.

- Да. Его жизни и его смерти. – Я еще раз показала на неподвижно сидящего Лейфера. – К сожалению, я не могу рассказать вам, кто и каким образом довел его до такого состояния…

- До какого? – перебил меня хозяин. – Пока я вижу только то, что он практически не двигается.

- Потому что я держу его под контролем.

Ивэн дернулся, но промолчал.

- Мы проезжали мимо дома Лейфера и решили навестить старого друга, однако застали его в невменяемом состоянии, - продолжила я. – Он либо впадает в буйство, либо в полную и безразмерную панику, пару раз чуть не закончившуюся суицидом. Мы не смогли оставить его умирать, но не придумали ничего лучше, чем подчинить и отвезти к специалисту.

- Которые почему-то закончились в Аррении, и ближе, чем в Лиалле, вы их не нашли, - скептически заметил колдун.

- Ну почему же? – слегка изобразила я удивление. – Опытных магов в Аррении хватает. Взять хотя бы того, кто довел Лейфера до распада личности. Проблема в том, что мы не знали, кто именно это сделал, и предпочли найти специалиста, совершенно точно не имеющего отношения к случившемуся с моим другом.

- И выбрали для этого соседнюю страну, - утвердительно произнес Ивэн.

- Именно. Тем более что мы изначально собирались в Лиалл, так что просто прихватили Лейфера с собой.

- Прихватили… - повторил за мной колдун. – Хорошо, допустим. А про меня вы узнали…

- От хозяйки постоялого двора. Она перечислила нам всех магов Лиалла, и мы выбрали из них того, кто явно связан с темной магией. Потому что, господин Ивэн, ничем другим ваши деяния никак нельзя объяснить, - усмехнулась я. – Пояснить, какие именно?

- Не стоит, - пренебрежительно отмахнулся колдун. – Я и так знаю, какие легенды ходят обо мне в городе. А теперь расскажи мне правду, девочка.

- Простите? – не веря собственным ушам, переспросила я.

- Правду. Я отдаю должное вашей фантазии, дети. С такой сказкой ко мне еще никто не приходил. На кой гхыр вам это потребовалось? Поспорили с приятелями? Разыграть меня? Проситься в ученики?

- Вы хотите сказать, что я все придумала? – Мой голос опасно зазвенел, и в руках себя удавалось держать только невероятными усилиями. Да какого шетта этот… дядька может обвинять меня во лжи?

- Ну не все, девочка, не все, - ухмыльнулся Ивэн. – Вы, что очевидно, родом из Аррении, и имеете зачатки знаний, как и положено адептам Школ Магов. Вполне вероятно, вам по какой-то причине дали понятие о темной магии, причем явно неполное, насколько я могу судить по вашим заклинаниям. Но неужели ты хочешь убедить меня в том, что юное дитя может удержать под контролем человека с распадом личности, да еще и в течение нескольких дней? Это не под силу и более опытным магам, поверь мне. Я считаю себя не самым последним колдуном в Ласинии, но не рискнул бы пересекать страну с зомби на незримом поводке. Так для чего вам это потребовалось, дети?

Ивэн, лучась гордостью и осознанием собственной правоты, весело смотрел на нас. Я молчала, потеряв дар речи от возмущения идиотизмом ситуации, в которой мы оказались. До этого момента мне не приходилось доказывать, что я сделала то, что сделала, обычно поступки говорили сами за себя. Вообще-то Ивэну очень повезло, что сейчас я неспособна к сильным заклятиям, иначе мы могли бы проверить, устоит ли он против ледяной звезды… Она очень хорошо продемонстрировала бы наши познания в темной магии.

Но как, интересно, доказать, что Лейфер на самом деле находится под моим контролем, если колдун убежден в том, что он просто талантливо играет свою роль? Отпустить его и пронаблюдать, что будет? Но Ивэн попросту решит, что игры продолжаются…

Колдун, не сводя с нас торжествующего взгляда, очевидно, решил забить последний гвоздь.

- И вот еще что, дети. Я прекрасно представляю, как мыслят безумцы, и думаю, вы уловили мои попытки прочитать вас при встрече. На вас троих стоит одинаковый блок, а человек с распадом личности не может его поддерживать. Очень интересно, кстати, кто его вам поставил, хотелось бы познакомиться с этим магом. А вам рекомендую перестать притворяться и окутывать себя потоками темной магии. Это небезопасно для неопытных юных магов, не говоря уже о том, что вы бездумно тратите силу. Я уже дал обещание, что не трону вас, и сдержу его. Вы мне симпатичны, дети.

Я перестала прислушиваться к словам хозяина еще после его слов о чтении мыслей. Блок? На Лейфере? Но я сама пробовала залезть к нему в голову, и помню, какой хаос там творился. Неужели за три дня что-то изменилось? Не могли же мы закрыть Магистра, сами того не ведая?

- Терен? Попробуй, только осторожно.

Друг понял меня с полуслова, сосредоточился - и через несколько секунд кивнул.

- Блок. Элька, похоже, это ты его держишь.

- А такое может быть? - ошарашенно поинтересовалась я.

- А гхыр его знает… Я не специалист по контролю.

Мысли в моей голове, только что лихорадочно мечущиеся из стороны в сторону, внезапно успокоились и выстроились стройными рядами. Если Терен прав… то все вставало на свои места. Я, держа Лейфера под контролем, управляя его поступками и не давая мыслить самостоятельно, действительно могла закрывать его и от внешнего воздействия, не осознавая, что делаю. И тогда… Тогда, полагаю, стоит дать возможность Ивэну самому определить степень распада личности моего спутника.

- Дети, только не пытайтесь меня уверить, что… - язвительно начал Ивэн.

- И не собираемся, - холодно отрезала я. – Наоборот, мы хотим последовать вашему совету и перестать окутывать себя потоками магии.

- Элька! – предупреждающе произнес Терен.

- Что? - невинно похлопала я ресницами. – Как просил господин Ивэн, так я и делаю.

- Элька, прекрати! – рявкнул мой друг, но поздно – я сняла контроль с Лейфера и расслабилась, откинувшись на спинку диванчика, предварительно набросив на дверь заклинание, не пропускающее наружу звуки. Заре не стоит тревожиться из-за шума.

Существовала вероятность, что Магистр-психолог забьется в угол и закроет руками голову, сжавшись от страха в комочек. Но на этот раз кости выпали по-другому. Лейфер взревел и прыжком бросился на Ивэна. Кресло, не выдержав такого напора, рухнуло, и два сцепившихся тела покатились по полу.

Я с мстительной улыбкой наблюдала, как колдун изо всех сил старается оторвать от своего горла пальцы безумца. Меня по-прежнему заполняли злость и раздражение – но уже не связанные с темной магией. Силовые потоки стихли, как только я разорвала связь с Лейфером. Зато обида и холодная ярость бушевали внутри меня: на просьбу о помощи Ивэн ответил обвинением во лжи и недоверием к моим знаниям и способностям. Колдун должен получить урок – нельзя ориентироваться только на внешность противника. Она может оказаться обманчивой.

- Элька, очнись!

Терен, в отличие от меня, не наслаждался видом драки и не остался равнодушно смотреть на происходящее. Он рванулся к борющимся на полу телам и попытался оторвать Лейфера от корчащегося Ивэна. Но и совместными усилиями мужчинам не удавалось оттолкнуть берсерка, в которого превратился тихий Магистр-психолог, или хотя бы разжать пальцы, вцепившиеся в горло колдуна.

- Элька, вспомни об Алене!

Ален? Но я про него никогда не забывала. Именно из-за этого гхырова некроманта я сейчас сижу за тысячу верст от родного Вийска и смотрю, как багровеет лицо Ивэна, как его дыхание становится все более и более тяжелым и хриплым, как замедляются его движения…

Меня словно сорвало с дивана ураганным порывом. Слова заклинания контроля уже срывались с губ, восстанавливая связь между мной и Лейфером. Гхыр все побери, это зашло уже слишком далеко! Я хотела только проучить хозяина, а не убивать его!

Темные потоки привычно заполняли меня, крепла и ширилась тонкая незримая ниточка, соединяющая мое сознание с разрушенным мозгом Магистра, и на последних словах заклятия я резко приказала ему встать. Возможно, чересчур резко, так как Лейфер буквально отлетел к стене, сбросив с себя Терена и чуть не свалив с ног меня.

- Сядь, - уже более спокойно скомандовала я. – Вот так. Сиди и не двигайся. Терен, с вами все нормально?

- Со мной да. – Терен бросил взгляд на колдуна. - С ним, кажется, тоже… Вам помочь подняться, господин Ивэн?

- Не стоит, я сам, - прохрипел тот, растирая горло. – Только в себя приду…

- Хорошо. – Терен встал сам и подошел ко мне. – А вот с тобой что творится, Элька?

- Ничего.

- Темная энергия с ней творится. – Ивэн грузно поднялся с пола, и, поставив на место кресло, с трудом опустился в него. – Приношу искренние извинения, коллеги. Был неправ.

На этот раз в его словах не было ни издевки, ни пренебрежения, ни снисходительности – только признание нас равными себе. Я кивнула, показывая, что извинения приняты.

- Тебе лучше сесть, девочка. Точнее, госпожа Элька, - Ивэн подчеркнул обращение ко мне.

- Просто Элька. – качнула я головой и села рядом с Лейфером – ноги на самом деле подкашивались.

- Элька, - повторил колдун. – Если хочешь, я попозже объясню, что с тобой происходит, но сначала мне все-таки хочется узнать, почему вы пришли ко мне? Чем я могу помочь?

Я тяжело вздохнула и сжала ладонями голову.

- Господин Ивэн, отчасти вы были правы. Мы действительно только что сошли со школьной скамьи. И на самом деле обладаем лишь зачатками знаний. Возможно, нам стоило вначале поговорить о политике Арренского Ковена… Видите ли, нас готовили к войне, а не к мирной жизни. Мы научились убивать – убивать, не моргнув глазом. Нам только чуть-чуть дали понятие об управлении другими существами – ровно настолько, чтобы мы могли упокоить поднятого мертвеца.

- Ничего себе – немного, - хмыкнул Ивэн, с опаской глядя на неподвижно сидящего Лейфера.

- На самом деле немного. То, что вы видите – это скорее результат самостоятельных экспериментов, проведенных от отчаяния, без контроля опытного мага.

- В таком случае это впечатляет еще больше…

- Не очень. Меня больше угнетает, - призналась я. – Ивэн, мы тыркаемся, как слепые котята, не зная, к чему приведет следующий шаг. Мы не умеем лечить, только убивать. Я попыталась залезть в голову к Лейферу – и в итоге только ухудшила его состояние. Я не представляю, что с ним сделали, как и каким образом вернуть его в нормальное состояние. У нас дела за пределами Ласинии, через день, максимум два мы должны покинуть Лиалл. Я не могу взять с собой Лейфера, не могу оставлять его одного в таком состоянии, и не могу убить, хотя это кажется самым простым вариантом.

- Понимаю, - усмехнулся Ивэн. – И ты хочешь, чтобы я попытался вылечить его.

- Или поместить в стазис до моего возвращения в конце вересклета.

- А там проблема вновь встанет со всей остротой, - хмыкнул хозяин.

- Тогда я буду уже не одна. Со мной будет человек, который сможет решить ее.

Колдун пристально смотрел на меня. Я не отводила взгляда, абсолютно уверенная в своих словах. В конце вересклета мы вернемся сюда вместе с Аленом, а вдвоем нам будет проще справиться со всем.

- Хорошо… - наконец, медленно протянул Ивэн. – Надеюсь, удастся обойтись без стазиса, своими силами.

Я облегченно выдохнула, чувствуя, как падает и разбивается огромный камень, пристроившийся на моей душе.

- Но для начала хорошо бы понять, что с ним сделали. Элька, на счет «три» отпускай своего друга.

- Ивэн…

- Не волнуйся. Я не собираюсь второй раз подвергать опасности свою жизнь. Лейфер просто уснет крепким сном. Ну, готова? Раз, два… три!

Я, все еще колеблясь, бросила взгляд на Терена и слегка успокоилась, увидев, что он приготовил парализатор.

- Давай, Элька! – поторопил меня колдун. И я сняла контроль.

Лейфер вскочил с дивана – чтобы в следующую секунду вновь рухнуть на него, безмятежно и спокойно.

- Он просто спит, - повторил Ивэн. – А мне, кажется, предстоит веселенькая ночь…

Впервые за… сколько там дней? – я почувствовала, что отрицательные эмоции уходят вдаль и растворяются в спокойствии и безмятежности. Легкая усталость не мешала, а, наоборот, придавала некоторую законченность моему настроению. Только вот амулет на груди потеплел...

- Ивэн?

- Прошу прощения, Элька, - без капли стыда извинился колдун. – Я просто немного помог снять напряжение. Идите, коллеги. Жду вас завтра после полудня. Тогдя я смогу сказать что-то более определенное.

- Я хочу помочь.

- Ни в коем случае! – резко заявил Ивэн. – Элька, я не скрываю от тебя секреты, можешь не сверлить меня гневным взглядом. Завтра ты узнаешь все, что хочешь, но сейчас тебе необходимо сделать перерыв от темной магии, а здесь она будет бурлить мощным потоком. Я не шутил, когда говорил о том, что общение с ней небезопасно. Ваш учитель обязан был вбить это вам в голову!

- Он утверждал, что нет разницы между темной и светлой энергией, - дерзко ответила я.

- Для кратковременного воздействия – да. Но не тогда, когда ты неделю без передышки купаешься в темных потоках. Я до сих пор не могу понять, как тебе это удалось – практически без подготовки, без помощи со стороны продержаться и не превратиться в злобное, аморальное и безнравственное существо.

Я опустила голову, со стыдом вспомнив, как совсем недавно сидела на этом же самом месте и с мстительной радостью наблюдала за дракой. Если бы Терен не вспомнил про Алена… неизвестно, чем бы все закончилось. И тут я отчетливо поняла – на этот раз Ивэн ошибся. У меня была поддержка, максимально возможная в данной ситуации. Меня удерживал в равновесии Ален. Ален и наши дети.

- Терен, проведите ночь максимально далеко от моего дома, - тем временем говорил колдун. - Лучше всего ей не спать – во сне Элька может неосознанно тянуть магию к себе. Дождитесь хотя бы рассвета. Сможешь занять ее на несколько часов?

- Да, - пожал плечами Терен. – Сегодня Купавина Ночь, люди все равно не будут спать.

- Купавина Ночь? – задумался Ивэн. – Да, это выход. Зара!

- Она не услышит вас, - виновато спохватилась я, снимая заклинание с двери. – Мне показалось, что ее присутствие здесь окажется лишним.

- Предусмотрительно, - усмехнулся колдун и вновь позвал дочь.

Зара явилась не одна, а в сопровождении невысокой пухленькой девушки примерно одного со мной возраста, с веснушками на курносом носике и двумя тонкими косичками.

- Дядя Ивэн! – взвизгнула она вместо приветствия. – Дядя Ивэн, Зара не хочет идти гадать! Я зову-зову, уговариваю-уговариваю, а она не хочет!

- Лия, мне сколько раз говорить, что я не верю в это? – утомленно откликнулась Зара. – Каждый год повторяется одно и то же.

- А я верю! – упрямо заявила ее подружка. – И у меня каждый год сбывается! Венок прибивает к берегу, и я не выхожу замуж! А потом через костер прыгаю, и все печали как рукой снимает!

- Лия, у тебя и печалей нет, зачем тебе их снимать? – улыбнулась Зара.

- Потому и нет, что я прыгаю! И тебе тоже надо прыгнуть, и все сразу станет хорошо!

- У меня и так все хорошо, - проворчала хозяйка.

- Зара! – окликнул ее отец. – Девочка моя, сегодня тебе стоит пойти. Покажите праздник нашим гостям – Эльке и Терену.

- А третий? – встревоженно уточнила она.

- Лейфер плохо себя чувствует. Мне надо с ним поработать.

Отец и дочь некоторое время молча смотрели друг на друга. У меня создалось впечатление, что они мысленно общаются. И, похоже, так оно и было, потому что молодая женщина кивнула и повернулась к подруге.

- Идем, Лия. И наверное, нам стоит поторопиться, поскольку уже темнеет, а надо еще венки сплести.

- Ура! – возликовала Лия. – Только… Эльке еще переодеться надо! Зара, у тебя найдется что-нибудь подходящее? А то я сейчас сбегаю к нам домой и принесу!

- Подождите! – возмутилась я. – А меня кто-нибудь спросит? Терен, нас с тобой ждут, между прочим. Нельзя же уходить, не предупредив.

- Тебе не кажется, что об этом надо было подумать раньше? – ехидно прищурился парень. Не переживай. Пока ты переодеваешься – я успею их предупредить.

- Да что я буду там делать? - взвилась я.

- Как что? Гадать, конечно, - немедленно отозвалась Лия. – На суженого.

- У меня уже есть суженый!

- Тогда на замужество. В этом году ты выйдешь замуж или в следующем? Разве неинтересно узнать?

- Неинтересно! – рявкнула я, сама испугавшись своей реакции на безобидную, в сущности, фразу.

- Элька, ты боишься? – пораженно поинтересовался Терен. – Давно тебя пугает собственное будущее?

- Я не боюсь! – сердито ответствовала я, в глубине души понимая, что он прав. Мне страшно. Я панически опасаюсь увидеть, как пущенный мною по воде венок прибьется к берегу или, что еще хуже - утонет.

- Элька, ты все время говорила, что вас с Аленом свела судьба, - серьезно проговорил Терен.

- Да.

- Тогда пойди и получи от нее подтверждение этому. Если она взяла ваши жизни в свои руки – то уже не выпустит их, и тебе будет легче, когда ты узнаешь об этом.

Я обреченно признала свое поражение. Может быть… может быть, это и не так плохо – узнать, что судьба все еще присматривает за нами, и что Ален вернется ко мне. К нам.

- Мы придем завтра после полудня, Ивэн.

- Лучше ближе к закату. Отдохни как следует, девочка.

- После полудня, - непреклонно заявила я. – Так что там следует надеть, Лия?

Обрядовый наряд представлял из себя длинную вышитую рубаху. Больше ничего. Передники, пояса, белье, браслеты, ожерелья и амулеты – все то, что стесняло тело - следовало оставить дома, а волосы расплести. И если против распущенных волос я ничего не имела против, то амулет Алена категорически отказалась снимать. Лия пыталась воздействовать и уговорами, и угрозами, но сломить меня ей не удалось. Этот амулет мне надел на шею мой суженый, и я поклялась никогда не снимать его, пусть даже на ночь. Купава поймет и простит. А если не поймет – то и гхыр с ней. Мои обеты мне дороже.

Зато в качестве ответной любезности мне пришлось подчиниться и отправиться на берег Аккеры в компании только девушек, не дождавшись мужчин. Лия объяснила, что юноши все равно приходят позже, после гадания, а нам следует торопиться – солнце уже почти скатилось в море.

Мы втроем бежали по липовой роще, босыми ногами приминая невысокую траву и вдыхая медвяной тяжелый аромат. Лучи заходящего солнца падали на шелестящую листву и развесистые стволы, длинные вечерние тени стелились перед нами, и стихал птичий хор, готовясь уступить свое место цикадам и козодоям. Лие каким-то образом удалось заразить своим энтузиазмом и меня, и, когда я взглянула в собственное отражение в спокойных темно-синих водах Аккеры, то в первую секунду не узнала себя.

- …От небес-то солнце слизло,

Темна ночерь се придила,

Ой, ладо, ладо лель,

Темна ночерь се придила…

Усталая беременная ведьма осталась в Лиалле. В Купавину Ночь на берег реки пришла юная девушка, наивная и восторженная – та, которой я была год назад. В ее глазах сияла вера в будущее – обязательно светлое! А каким еще может оно быть? Дом, в который приятно возвращаться, красивые здоровые дети, друзья, приключения и мелкие неприятности – потому что без них все равно не обойтись. И рядом обязательно тот, кого привела к тебе судьба. Тот, на чье плечо всегда можно опереться. Тот, от чьих прикосновений в тебе вспыхивает пламя и сверкают молнии…

- …С неба солнышко скатилось,

Ночка темная спустилась,

Ой ладо, ладо-лель,

Ночка темная спустилась…

Эта часть Ночи принадлежала только девушкам. Они спрашивали Купаву о самом сокровенном, самом заветном – и она давала им ответ. Иногда желанный, от которого заходится в безумном танце сердце и замирает дух, а иногда и разочаровывающий – но бывает и так. Значит, судьба еще не связала две ниточки в неразрывный узел, и надо подождать еще – но обязательно дождаться своего счастья…

- …На зеленый на лужок,

На высокий бережок,

Ой ладо, ладо-лель,

На высокий бережок…

Зара тоже изменилась. В ее глазах засветилась робкая, но отчетливо видимая надежда – на перемены в жизни, на собственную удачу и благополучие. Энтузиазм Лии не то чтобы притих – но стал не настолько явным, прячась за напускной серьезностью.

- …Под ним реченька течет,

Песни камешкам поет,

Ой ладо, ладо-лель,

Песни камешкам поет…

Аккера медленно и неторопливо несла свои воды в Этельское море. Мудрая стихия, текучая, не поддающаяся давлению, уже давно вступила в сговор с судьбой, и каждый год видела одно и то же – красивых юных девушек с распущенными волосами, приходящих на ее берега. И каждый год она приносила кому-то радость, а кому-то – огорчение. Но на следующий год девушки вновь приходили на покрытый зеленой травой берег, стремясь узнать свою участь.

- …Я сплету себе венок,

Подберу к цветку цветок,

Ой ладо, ладо-лель,

Подберу к цветку цветок…

Мы трудолюбиво свиваем себе венки – обязательно из двенадцати трав, обязательно пышный и красивый. Вплетаем в них свои тайные мечты, ожидания и желания. Шепчем цветам просьбы и сглатываем горькие комки, страшась, что они не исполнятся, но при этом все равно надеемся на лучшее.

- …Ты неси его, вода,

Как велит моя судьба,

Ой ладо, ладо-лель,

Как велит моя судьба…

А потом, вдоволь налюбовавшись своим отражением в цветочном убранстве, осторожно зажигаем свечку, укрепляем в венке и опускаем его на воду. Уже практически стемнело, и, чтобы различить наши огоньки, я добавляю в них немножко магии, и теперь они рассыпают вокруг голубые искры.

- …За крутой за поворот,

Где мой суженый живет,

Ой ладо, ладо-лель,

Где мой суженый живет…

- Элька! – Зара нервно хватает меня за руку. – Ты видишь?

- Вижу, - севшим от волнения голосом подтверждаю я.

- Но… Элька! Он же плывет!

Река ласково подхватила наши венки, чуть плеснув на босые ноги. Какое-то время нам казалось, что сейчас она так же нежно вынесет их на берег, но огоньки с голубыми искрами медленно отодвигались от нас, и вскоре засияли почти на самой середине водной глади, отражаясь в темной, почти черной поверхности.

- Элька! Он плывет! Ты понимаешь, что это значит?

Зара подпрыгивает на месте, как девочка, прижав к груди кулачки. Я понимаю ее. От восторженных писков меня удерживает только ошалелое осознание того, что судьба все-таки на моей стороне. А это означает, что мои дети не останутся без отца… а я – без того единственного человека, кто не дает мне уйти во тьму.

- Вы выйдете замуж! – ликующе провозглашает Лия. – А мой венок опять прибило к берегу. Значит, в этом году не судьба! – чуть огорченно рассказывает она, но тут же вновь возвращает себе хорошее настроение: - А теперь к кострам! Скорей!

В Лиалле костры раскладывают не такими высокими, как на берегу Игрицы – чтобы через них можно было перепрыгнуть. Но меня все равно не оставляет ощущение вторичности происходящего: в безлунное небо с алмазными точками звезд уходят полупрозрачные столбы дыма, ярко пылает огонь, водят хороводы босые девушки и горящими глазами следят за ними юноши. Нас тут же втягивают в обрядовый танец, и, закручивая спирали вокруг обжигающего пламени, я с большим трудом осознаю, что нахожусь не в прохладном травне на опушке Чернолесья, а в жарком колосне на краю липовой рощи…

- Элька, прыгай!

Кто-то – скорее всего, Лия – подталкивает меня в спину, и я бегу. Бегу со всех ног, видя перед собой только яркий столб Огня на фоне непрозрачной темноты.

- Я ждал тебя…

- Я пришла. Но сегодня не моя ночь…

- Ошибаешься, Элька. Твоя ночь будет всегда, как только ты захочешь этого…

Я вылетаю из пламени и подсознательно жду, что сейчас попаду в руки Алена, и он обнимет меня, уводя на берег реки – неважно, какой – Игрицы или Аккеры. Но встречаю лишь пустоту. Горькое разочарование волной поднимается во мне, смешиваясь с пылающим Огнем. Противоположные эмоции сливаются вместе, образуя невообразимую смесь тоскливо-страстного желания, которое может утолить только один человек, и именно его сейчас нет рядом со мной…

Я не могу стоять на месте – но не могу и идти домой, точнее, в то место, которое сейчас заменяет мне дом – корчму «У Марицы». Я не хочу видеть Терена, Лежека, Аленара – особенно последнего, поскольку он полностью воспримет мои эмоции – и ничего хорошего это не принесет.

И я бегу. Бегу без оглядки, закрыв глаза, отдаваясь только чувствам, интуиции и судьбе – или Купаве. И кто-то из них ведет меня, обводит вокруг толстых корявых лип, помогает не споткнуться о торчащие из земли корни и запутаться в прядях травы…

А потом обнаруживаю себя на небольшой полянке. Вокруг – никого. Только массивные деревья, прогалина неба с яркой звездой и пение цикад в траве под ногами. И еще – крохотный фиолетовый огонек, подмигивающий мне из зарослей перистых листьев. Я падаю на колени и осторожно беру в руки несуществующий цветок папоротника.

- Купава! – со стоном выдыхаю я. – Вот он, твой цветок! Выполни мое желание!

И, разумеется, ничего не происходит. Поют цикады, равнодушно глядит с неба звезда, и одуряюще пахнут липы. Никто не может вернуть мне Алена прямо сейчас. Никто не потушит огонь, пылающий в моем теле. Никто…

Слезы капают прямо на огонек в моих ладонях, но он не угасает, а, наоборот, разгорается еще ярче, и вскоре я оказываюсь внутри столба фиолетового пламени, которое постепенно перерождается в радужные всполохи на чернильном фоне.

- Элька? Какого гхыра?

- Ален?

Я и плачу, и смеюсь одновременно, но знакомые ощущения не дают возможности ошибиться. Руки лежат на широких плечах, искры щекочут мои ладони, и вспыхивают ослепительные молнии, когда я касаюсь губами гладкой кожи.

- Я же просил тебя не приходить!

И это тоже знакомо. Ален не может не отругать меня за непослушание. Но на этот раз я ни в чем не виновата. Все произошло… нет, не помимо моей воли. Я мечтала о нашей встрече, жаждала ее, просила Купаву – и она выполнила мое желание. И мне не хочется тратить время на сердитые разговоры, потому что неизвестно, когда мы встретимся в следующий раз.

- Элька! Как ты попала сюда?

- Не знаю… Это все Купава. И вообще – молчи…

Я приникаю к его губам, и везде вспыхивает ослепляющее пламя с фиолетовыми искрами – вокруг нас, над нами, в наших телах. Ален отчаянно целует меня, вжимая в свое тело, обнимая все крепче и крепче, и непонятно, кто из нас стонет первым. А может быть, не стонет никто – просто мы читаем друг друга и слышим то, что и так говорят нам наши тела…

- Arr lientall terries, Eliara. Ell lientienn, alliarr, kessiarr, lieniellie…

- Я тоже люблю тебя, Ален… Я не могу жить без тебя… И я сделаю все, чтобы вернуть тебя…

- Ell cesser messteinn… Я ближе, чем кажется…

Глава 23.

- Это была химера, Великий Магистр. – В голосе Тея, стоящего перед столом Мораввена, отчетливо слышна гордость.

- И с выводком! – подхватывает Лис. – Три небольших химеренка, но злобные уже, гхыр их возьми! Чуть палец не откусили, а ведь только их отрастил!

Парень озабоченно осматривает руку, неаккуратно перевязанную когда-то белой тряпицей. Я одновременно и сочувствую, и отдаю должное мастерству бывших сокурсников. Нам, помнится, пришлось убивать химеру втроем, и вряд ли нашу работу можно было назвать идеальной.

Мораввен, сидящий за столом и читающий длинный пергамент, приподнимает голову.

- Молодцы. Я не сомневался в том, что вы справитесь.

Лица ребят светлеют от удовольствия. На этот раз мне уже не хочется порадоваться вместе с ними. Неприятно видеть, что удовлетворение им приносит не результат сражения с нежитью, а исполнение просьбы демона.

- Мы готовы к дальнейшему служению Ордену, - выпрямившись, произносит Тей.

- Для этого я вас и позвал… - Мораввен вытаскивает из груды свитков на столе один и наскоро просматривает его. – Вот о чем мне хотелось спросить…

Его прерывает шум за дверью, и в кабинет Мораввена вваливается молодой красивый мужчина в запыленной, мятой одежде, кое-где покрытой грязными влажными пятнами. В первое мгновение я недоуменно соображаю, как здесь мог оказаться аспирант с кафедры теоретической магии. Но потом прихожу к выводу – ничего странного в этом нет. Если уж Мораввен поставил во главе Школы Велена – то, разумеется, работающие там маги тоже попали под его влияние.

- Делен? – Великий Магистр порывисто поднимает голову. – Я ждал от тебя сообщения еще позавчера.

- Господин Мораввен! – с отчаянием в голосе произносит парень, едва не срываясь на вопль. – Поверьте мне, это цепь трагических происшествий. В Каменске сломался ретранслятор, и я не смог передать сообщение.

- Сломался ретранслятор? – мрачно переспрашивает демон. Я тоже с интересом жду ответа. Ретрансляторы, с помощью которых передают телепатические сообщения, редко ломаются. За ними хорошо следят, иначе город, в котором стоит прибор, останется без быстрой связи с миром. И Каменск… Это Полдания, ближайший город к Асгору с востока. Мораввен все-таки искал меня там?

- Да, Великий Магистр! Местный градоначальник рвет и мечет, Магистры пытаются что-то сделать, но пока безрезультатно. Я не стал их ждать и открыл телепорт. И… примерно на середине пути до Аррендара натолкнулся на паутинку.

- Ты уверен? – резко переспрашивает Мораввен. Любопытство еще сильнее разгорается во мне. Насколько я помню, паутинку вокруг Аррении давно сняли, мы в то время еще бродили по Клендару. Мораввен мог, конечно, вновь поставить ее, но тогда бы он так не удивлялся. Так чьих рук это дело?

- Да, Великий Магистр, - твердо отвечает Делен. – Мне пришлось добираться своим ходом, и это заняло больше суток. Простите, но быстрее не получилось…

Мораввен сжимает кулак. Что-то нехорошо хрустит, и на поверхность стола падают крошки сургуча, который когда-то запечатывал свиток.

- С этим разберемся потом. Ты нашел ее?

Делен съеживается и вбирает голову в плечи. Я даже проникаюсь к нему сочувствием: настолько жалко выглядит этот всегда самоуверенный и амбициозный мужчина.

- Нет, Великий Магистр… - с трудом выдавливает он, с испугом глядя на демона в поисках отрицательной реакции. Но Мораввен или не выпускает наружу свои эмоции, или, что более вероятно, просто ждал такого ответа. И его слова подтверждают мое предположение.

- Не сомневался в этом, - коротко бросает он. – Скорее, я бы удивился, обнаружь ты там Элиару. Я послал тебя больше для проформы, чтобы исключить этот вариант.

- Но, Великий Магистр… - осторожно замечает Делен. – Отчасти вы были правы. Эльку видели в Каменске. Точнее, кто-то очень хотел, чтобы вы так считали.

- Подробнее, - приказывает Мораввен, внимательно глядя на аспиранта.

- Стража на воротах зафиксировала проезд в Каменск молодой рыжеволосой женщины эльфийского происхождения в сопровождении двух мужчин.

- Двое? Не трое?

- Двое, - подтверждает аспирант. - Имена у меня записаны…

Делен лезет в карман, но Мораввен обрывает его.

- Не ищи, если вдруг потребуется, покажешь потом. Имена явно вымышлены, и ничто не мешает им придумать новые. Продолжай.

- Их проследили до постоялого двора и срочно отправили сообщение городскому магу. Но пришедший Магистр не обнаружил и следа вышеуказанных путешественников. Хозяйка постоялого двора утверждала с пеной у рта, что не видела описываемую девушку, и вообще за два последних дня у нее остановились только трое торговцев весьма среднего возраста, и все они мужского пола.

- А лошадей проверили? – интересуется из угла комнаты Нааль.

- Да, госпожа, - вздрагивает Делен. – Разумеется. Ничего похожего на то, что запомнили стражники. Обычные средненькие кобылки, ничего примечательного.

- Фантом, - устало замечает Нааль. – Отпечаток магии, конечно же, не сняли.

- Сняли, госпожа, - отвечает аспирант. – Я проверял лично. Но он ничего не дал. Едва повышенный фон, отголоски чужой магии, незнакомой мне и магу Каменска тем более.

Делен замолкает и искательно смотрит на Мораввена, ожидая дальнейших указаний. Они следуют почти немедленно.

- Хорошо, Делен. Не вини себя. Ты отлично справился с поручением.

Делен выпрямляется, и в глазах его загорается гордость – точно такая же, какую я видела несколько минут назад на лицах Тея и Лиса. Мое сочувствие пропадает, замещаясь неприязнью, если не сказать отвращением.

- Можешь идти, Делен, - Мораввен жестом показывает на дверь. – Хотя нет, подожди еще минуту.

Аспирант, уже направившийся к двери, замирает на полушаге с поднятой ногой и с готовностью разворачивается к демону.

- Может быть, ты тоже сможешь кое-что подсказать, - продолжает Магистр и расправляет скомканный свиток. – Молодые люди, речь пойдет все о том же. Сообщения о замеченной то здесь, то там Элиаре продолжают приходить ежедневно. В них, скорее всего, нет ни капли правды, но все-таки… Вот эти сообщения почему-то внушают мне чуть больше доверия, чем все остальные. Что вы скажете о городах Кобольске, Вольске и Лисборе?

Тей и Лис задумчиво переглядываются, Делен сосредотачивается и напряженно размышляет. Первым соображает Лис.

- Лисбор! Там живут… жили Терен и Лежек.

Я настораживаюсь. Конечно, ни братьев, ни меня в Лисборе сейчас нет и не будет, но их отец был знаком с Магистром Рейфом и, мало того, считался очень хорошим боевым магом. Под влияние Мораввена Магистр Терстан Альвитский еще явно не попал, иначе демон имел бы полную информацию о состоянии дел в Лисборе, но, бывший директор Школы вполне мог обратиться за помощью к своему приятелю.

- В Вольске жил Магистр Оррик до того, как начал преподавать в Школе, - быстро добавляет Делен.

- А в Кобольске – магистр Карейн, - заканчивает Тей. – Но Карейн и Оррик кажутся мне не самыми подходящими кандидатурами. Элька не очень-то любила, - выплевывает он последнее слово, - этих Магистров.

- Зато Магистр Ален тесно общался с ними обоими, особенно с Орриком, - возражает Лис. – Ты не думаешь, что Элька могла пойти к ним с просьбой о помощи?

- Нет, не думаю, - ехидно усмехается Тей. – Хотя бы потому, что оба упомянутых Магистра исчезли после травеньской трагедии, и по месту предыдущего жительства не появлялись.

- Но Элька же может об этом и не знать? – резонно вставляет Делен. – Правда, с Орриком у нее действительно были сложные отношения, она сама мне рассказывала. Но девочка во всем подчинялась дар Лиаллану и могла переменить свое мнение.

К моей настороженности примешивается возмущение. Когда это я мило беседовала с Деленном о своих проблемах с преподавателями? И вообще, откуда взялись «сложные отношения»? Оррик практически не обращал внимания на нас с Кесси, и это устраивало обе стороны!

- Да когда это у Эльки существовало собственное мнение? – с насмешливой злобой кидает Тей. – Она подчинялась своему… учителю, как дрессированная собачка. А сейчас так же послушно выполняет приказы других мужчин. Поэтому я склонен считать, что Лежек утащил ее к себе домой. Если, разумеется, в Лисборе на самом деле видели ее, а не очередной фантом.

Мне приходится радоваться двум обстоятельствам: во-первых, меня фактически нет в кабинете Мораввена, а, во-вторых, последнюю неделю я только и делала, что боролась со слепой яростью. Только по этим причинам Тей все еще спокойно стоит в центре помещения и рассуждает о моих морально-волевых качествах. Иначе, боюсь, магической драки мы бы не избежали, невзирая на явное неравенство сил. Но, тем не менее, мне достаточно тяжело держать себя в руках, видя, как цинично ухмыляются парни, презрительно кривит рот Нааль и хмурится Мораввен.

- Хорошо, - медленно произносит демон, хотя в его голосе не слышно ничего хорошего. – Тогда ты проверишь свою версию. Делен, на тебе Кобольск, на Лисе – Вольск. Отправляйтесь как можно быстрее.

Лица парней вновь светлеют.

- Через полчаса я уже буду в Лисборе, - хвастливо заявляет Тей. – Мы можем идти?

Мораввен кивает, и молодые маги быстро исчезают за дверью.

- Зачем ты послал их? – Нааль поднимается с кресла и подходит к Магистру, присаживаясь на край стола, как любил делать Ален. У меня щемит сердце – она так сжилась с телом, что начала перенимать его привычки? Мораввен отодвигает свитки в сторону, чтоб расчистить ей место.

- Я не хочу упустить ни малейшего шанса. Скорее всего, они никого не найдут, но чем мракобесы не шутят?

- Вен, мракобесы вообще не шутят, это не в их привычках. Ты цепляешься за соломинку, а должен бы уже давно искать себе хорошее бревнышко для поддержки. Ты хочешь, чтобы мое тело обладало навыками работы с темной магией… Пусть так, я не возражаю. Одд Шаэннар учил Элиару немногим больше трех месяцев. У тебя есть два с половиной. Я не верю, что в Аррении не найдется молодой красивой одаренной магички, не способной дойти до приблизительно такого же уровня владения некромантией. Найди ее и обучи сам, тогда все проблемы будут решены, и тебе не придется тратить столько времени и сил на бесплодные поиски.

- Нааль… - тяжело вздыхает Мораввен. – Если бы все было так просто… Элиара на самом деле талантлива. Я не ожидал, что она…

- Очень хорошо, - перебивает его Нааль. – Эта талантливая девочка талантливо скрывается от тебя, и нет никаких оснований утверждать, что она не сможет делать это еще год.

- Нааль…

- Послушай меня, Вен, - сердито произносит дама. Точнее, уже не дама. Иллюзия пропала, и на столе перед Мораввеном сидит темноволосый мужчина с синими глазами. – И посмотри на меня. Ты имеешь представление, чего стоит для меня пребывание в мужском теле? Мне приходится ежедневно бриться, потому что даже под мороком я чувствую гхырову щетину. Я не могу коснуться тебя, так как на твоем лице мгновенно проступит отвращение.

- Нааль, это не так…

- Я не закончила, Вен! Ты уверял меня, что все будет в порядке, и надо только немного подождать. Потом выяснилось, что подождать придется еще три месяца. Хорошо, у меня все равно нет другого выбора. Но я хочу быть уверена, что в вересклете приму нормальный женский облик!

- Дорогая, у нас уже есть Флоренна, и в крайнем случае ты получишь ее тело, - мягко улыбается Мораввен, видимо, пытаясь утихомирить сердитую возлюбленную. Нааль свирепеет еще больше.

- Флоренна? Эта молодящаяся красотка, втирающаяся ко мне в доверие с единственной целью – занять мое место? Ты для этого пригласил ее? Что же… тогда я не удивляюсь, почему Элиара так привлекает тебя. У этой девицы и Флоренны есть нечто общее – они обе не вылезают из мужских постелей. Надо полагать, тебе нравятся опытные краццы…

Вид Алена, называющего меня женщиной не самого тяжелого поведения, становится последней каплей. Я забываю обо всем – о том, что это не мой любимый, а демон, о своем призрачном состоянии… В глазах темнеет от ярости и обиды, рука поднимается сама собой и сплетает заклинание, из ладони вылетает комок сжатой энергии – и ничего.

Только шорох.

Я растерянно протираю глаза и оглядываюсь. Кабинет с двумя мужчинами, играющими в моей жизни первостепенную роль, исчез.

Степь. Безлюдье. Палящее солнце. Жара. Сухая трава, шелестящая под слабым ветерком, не приносящим прохлады. Обжигающий воздух. Пятнышко тени под моими ногами. И страх. Всепоглощающий ужас, от которого заходится сердце, перехватывает дыхание и подкашиваются ноги. Но на этот раз я понимаю, откуда исходит паническая волна - с юга, если я правильно определила стороны света. Еще ничего не видно – горизонт везде одинаково пуст, ни тени, ни облачка, ни силуэта. Но там определенно что-то есть – или только будет?

- Не делай так больше.

- Чего не делать? – Я села на постели, привычно потянулась за одеждой – и только сейчас сообразила, что нахожусь на втором этаже корчмы «У Марицы», и вместо моей рубашки и штанов на стуле висит аккуратно сложенная вышитая рубашка Зары, грязная и мятая. – Как…

- Как ты здесь оказалась? – с полуслова понял меня Лежек. – Очень просто. Аленар, в ипостаси волка, нашел тебя, я принес сюда. Не могли же мы оставить тебя ночевать в лесу?

- В лесу? – я торопливо отогнала от себя назойливо крутившиеся воспоминания о степи и Мораввене, соображая, что, собственно, вчера было? Ивэн, Лейфер… Кстати…

Я подтянула к себе заклинанием рубашку. Гхыр побери, как же хорошо вести привычный образ жизни, когда можно не сосредотачиваться каждую минуту на контролировании другого человека! Потом Лия увела нас с Зарой на праздник, мы плели венки, прыгали через костры, и потом… Ален!

- Элька? – встревожился Лежек.

- Все нормально, - выдохнула я, пытаясь справиться с заколотившимся сердцем. – Дай мне минутку.

- Элька? Тебе плохо?

Я отстраненно покачала головой, не желая выползать из таких сладких, таких желанных воспоминаний: Ален рядом со мной, его руки, его губы, ласковый шепот над ухом… Стоп.

- Лежек, что могут означать слова: «Я ближе, чем кажется»?

- То, что кто-то ближе, чем ты думаешь, - недоуменно пожал плечами парень. – А кто это произнес?

- Ален.

Пару секунд Лежек непонимающе смотрел на меня, потом, сообразив что-то, тряхнул головой.

- Тебе опять что-то приснилось?

Я серьезно задумалась. Мне определенно опять что-то приснилось – хотя бы Мораввен с Нааль, бывшие сокурсники – гхыр их раздери! - и степь. А вот как воспринимать общение с Аленом – реальностью или сном? Точнее, это явно не может быть реальностью, ведь Ален пребывает где-то в астрале, так что вопрос надо ставить так: преодолела ли я границы тонкого мира и ушла к нему, или мне, наконец, приснился долгожданный сон о встрече с любимым? С одной стороны, радужные всполохи на черном фоне сильно напоминали о колдовстве Ингвара на Мерейне. С другой стороны, я не вдыхала запах травок и не медитировала перед костром. Хотя и Огонь тоже присутствовал вчера ночью…

Лежек, терпеливо ждущий моего ответа, напомнил о себе легким покашливанием.

- Приснилось, - сообщила я, так и не придя к окончательному выводу. Гхыр с ним, примем пока как данность, а на досуге можно еще поразмыслить. – Причем довольно много чего приснилось, и лучше рассказывать это сразу всем, чтобы не повторяться.

- Сейчас спустимся, - пообещал мне Лежек. – Только сначала, пожалуйста, пообещай, что больше ты не будешь нас так волновать.

- Хорошо. А вы сильно беспокоились? – недоуменно уточнила я, стараясь понять, о чем идет речь – об общении с Ивэном или том, что мы с Тереном вчера ушли, нарушив мое обещание.

- Конечно. Элька, ты сама подумай: незнакомый город, ночь, толпы возбужденной молодежи, а тебя и след простыл.

- След как раз остался, раз Аленар меня обнаружил, - неуверенно возразила я. – И волноваться не стоило… Я нигде не была одна: сначала с Тереном, потом с колдуном или девушками. А на Купавиной Ночи люди обычно заняты своими делами. Зачем им нужна незнакомка, случайно встреченная возле костра?

- Ты не задумывалась, почему мы задержались в Ковене? – ответил вопросом на вопрос Лежек.

- Про тварей узнавали, - предположила я, удивившись смене темы. – И кстати, удалось?

- Да. Но я позже расскажу. Элька, тебя ищут.

- Меня давно ищут. Ничего нового в этом нет.

- Официальным путем, через запрос в Ковен от Ариэна одд Шаэннара? – ехидно прищурился Лежек.

- От кого? – не поверила я своим ушам.

- От твоего жениха, у которого тебя украли перед самой свадьбой. Злые языки, правда, говорят, что ты его коварно бросила, но несчастный брат белогорского князя не верит в это. Ведь вы безумно любили друг друга!

- Вот так прямо и написано в запросе?

- Это вольный пересказ речи одной дамы… Видишь ли, в запросе, помимо просьбы о поиске юной девушки и отправке или ее, или сообщения о ней в Аррендар…

- А почему не в Белогорье-то? – хмыкнула я.

- А потому что несчастный жених в данный момент проживает и работает в славной столице Аррении, - разъяснил Лежек. – Ты дашь мне закончить? Так вот, в запросе приводилось описание возможных похитителей, очень сильно напоминающих меня и Аленара. Мало того, упоминались четкие сильные следы темной магии, что увязывается с последними событиями в Аррении. В конце Ариэн одд Шаэннар высказал предположение, что невесту похитили, дабы использовать ее в качестве жертвы на каком-то обряде некромантии.

- И Ковен решил сделать все и даже немного более, чтобы найти меня?

- Не совсем. Большая часть местных магов пожала плечами и пообещала, что последит за силовыми всплесками и при случае обратит внимание на красивых девушек-полуэльфиек и описанных в запросе мужчин. Кое-кто цинично усмехнулся и посоветовал брату князя не верить в любовь до гроба и после него. А одна дама, впечатлившись рассказом до слез, воспылала желанием вернуть украденную невесту и воссоединить семью.

- Бред какой-то, - опять не выдержала я. – Дама скорее бы возжелала утешить печального красавца – при личной встрече. А подобное пространное послание восприняла бы как эльфийский роман и через сутки забыла.

- Ну, а эта дама – которой, кстати, перевалило за полтысячи лет – запомнила. Не знаю, может быть, ей не довелось в жизни начитаться романов, или она воспринимает их как реальность… В общем, сия милая, но с цепкими ручками бабулька, к коей мы имели неосторожность обратиться с вопросом о местных магах-Травниках, мгновенно заперла двери заклинанием и учинила нам форменный допрос.

- И силой выбираться вы не стали, так?

- Нет, конечно. Ты же сама все понимаешь…

- Тогда как вам удалось выбраться?

- Аленар тоже умеет убеждать женщин, - неопределенно пояснил Лежек. – Но это заняло у него уйму времени. Старушка оказалась упрямой дамой… И, Элька, мы не были уверены, что этот запрос запал в память только ей, так что, когда никак не могли тебя найти, то…

- Понимаю, Лежек. Но… Купавина ночь слишком сильно напомнила мне другую, и…

Я замолчала.

- Живень-День, - утвердительно произнес друг уже совсем другим тоном, тихим и сочувственным.

- Да.

- Постарайся больше не убегать одна в чащу. Пожалуйста, - после недолгого молчания попросил Лежек, вставая и протягивая мне руку. – Идем, нас ждут.

За завтраком – на этот раз мидий не было, зато мне очень понравился острый соленый козий сыр – я коротко передала мужчинам содержание сна. Братья не проявили особого интереса к визиту Тея в Лисбор.

- Пусть съездит, - весело хмыкнул Терен. – Мама встретит его слезами и холодным компрессом на голове. Отец грозно заявит, что уже больше года не видел этих раздолбаев, а если бы видел – то просто так они от него не ушли бы. А в подтверждение своих слов продемонстрирует широкий ремень.

- Терен… - Мне внезапно расхотелось есть, и я отложила вилку с наколотым кусочком сыра. – Все на самом деле так плохо? Они действительно считают вас отступниками и ренегатами?

- Элька, не переживай так. – Терен ободряюще погладил меня по руке. – Родители знают все. Отец получил сообщение от Рейфа практически сразу после катаклизма, и в Белогорье меня переправляли с его помощью. Правда, до сих пор не знаю, как именно он преодолел границу с Арренией – я-то лежал в беспамятстве… А было бы интересно узнать.

- Потом узнаешь, - бросил Лежек. – Еще будет время расспросить.

- Ну да, - жизнерадостно согласился Терен. – А сейчас они играют роль для общественности: убитых горем, с одной стороны, и всемерно поддерживающих правящие силы – с другой.

- А в реальности?

- В реальности – не знаю, - усмехнулся парень. – Но сильно подозреваю, что отец лично запустил твоего фантома в Лисбор. Такие развлечения в его вкусе.

У меня отлегло от сердца, и я с облегчением вернулась к завтраку.

- А матушку до сердечного приступа может довести только одно, - серьезно добавил Лежек. – Если ее любимые деточки внезапно решат податься в пекари.

- А в пекарей почему? – изумилась я.

- Или в скорняков, неважно. В общем, откажутся от полной опасностей и приключений карьеры боевого мага, осядут на одном месте, обзаведутся семьями и будут жить скучной и безопасной жизнью.

- Но при этом мама выглядит образцовой домохозяйкой в отглаженном накрахмаленном переднике и со скалкой в руке, - весело добавил Терен. - Так что, Элька, на твоем месте я бы больше пожалел Мораввена. Он явно недооценивает возможности магов, официально отошедших от активной деятельности.

- А ты делаешь ту же ошибку, - сумрачно заметил Аленар. – Мораввен не полный бздыр. Он оставил в покое провинциальных магов только потому, что пока не видит в них сильной угрозы и занят другими делами. В том числе – поисками Эльки.

- Да, Лежек мне рассказывал, - пробормотала я.

В зал вошли гномы, вместе с нами проживающие у Марицы, и сели за стол у окна. Один из них скользнул по нам равнодушным взглядом, внезапно вздрогнул и более пристально всмотрелся в меня. Точнее, в область моей груди, приоткрытой вырезом рубашки Зары. Я отвернулась, давно отучившись реагировать на подобное внимание незнакомых мужчин. Правда, до сих пор мало кто отваживался настолько нагло рассматривать девушку, сидящую в компании трех телохранителей…

Аленар, оглянувшись, подвинулся так, чтобы загородить меня от нескромных взглядов.

- Элька, я правильно понял, что проблема с Лейфером решена?

- Не совсем так, - поправил его Терен. – Ивэн ждет нас после полудня и вот тогда сообщит, что ему удалось выяснить.

- Но Лейфер в любом случае останется у этого колдуна?

- Да, - сообщила я.

- Это мне и хотелось узнать. Элька, не хочу нагнетать панику, но нам не стоит задерживаться в Лиалле.

- Мы и не собирались, - немедленно насторожилась я. – Что случилось?

- Пока ничего, - Аленар поднял руку, успокаивая меня. – И очень может быть, что бояться нечего. Но… сколько времени должно пройти, чтобы полностью исчезли следы сработавшего заклинания?

- По-разному, - заученно ответила я. – Зависит от опыта мага, уровня примененного заклятия и количества вложенной энергии. Подожди… - В сознании сверкнула неприятная догадка. - Ты хочешь сказать, что Ковен обнаружит следы нашего колдовства и свяжет их с запросом Алена? Когда ушли посланные на хутор маги?

- Еще не ушли, - успокаивающе проговорил Лежек. – А скорее всего, и вообще не уйдут. В Ковене очень обрадовались, узнав, что в этом нет необходимости. В Ласинии тоже наплыв нежити, Элька, и маги разрываются на части, пытаясь сделать безопасными хотя бы основные тракты, по которым идут торговые пути.

- А мы шли по нехоженым тропам, и поэтому не в курсе происходящего...

- Именно, - подтвердил Лежек. – До отдаленных хуторов у Ковена просто не доходят руки.

- Но ты же не сказал, что лично расправился с тварями?

- Нет, конечно, - даже оскорбился парень. – Мы передали сообщение от неизвестного нам мага, с которым случайно разговорились на тракте пару дней назад. Оного уважаемого господина каким-то гхыром занесло в окрестности хутора, там ему пожаловались, ну и так далее…

- Маг одной левой уничтожил… а кого, кстати? Он же должен был назвать вам видовую принадлежность?

- Он-то, может, и называл, только мы забыли, - подмигнул мне Лежек. – Магистр в Ковене понял по описанию. Хек'карримы. Псионик, питается плотью живых созданий, вводя их в транс и пожирая заживо. Не самая неизвестная гадость в здешних местах, только вот проживает в сырой болотистой местности у подножия гор. Вблизи Аккеры наличие хек'карримов до настоящего момента не регистрировалось.

- Теперь будет…

- Теперь будет, - согласился Лежек. – Маг с кафедры неестествознания, с которым мы разговаривали, сделал себе пометку, устало поблагодарил за сообщение и как-то неубедительно пообещал заехать в те места. Не думаю, что он соберется это сделать в ближайшие пару-тройку недель.

- Но никто не даст гарантию, что кто-нибудь еще – к примеру, та въедливая ведьма, заподозрившая нас в похищении, - Аленар проговорил последние слова с непередаваемой интонацией, - не заинтересуется этим случаем. В общем, я очень не советую испытывать свою удачу.

Я вновь ощутила на себе пристальный взгляд. Очень странный: не липкий от вожделения, не холодно-оценивающий, как можно было бы предположить. Мои спутники абсолютно не смущали гнома, и он с жадным интересом, не скрываясь, изучал меня.

- Тебя это беспокоит? – тихо поинтересовался Аленар. Но не настолько тихо, чтобы ребята не встревожились и не проследили мой взгляд.

Гном, несомненно, осознав себя центром внимания, не стал ждать дальнейшего развития событий и решительно подошел к нам.

- Я прошу прощения, госпожа, - церемонно поклонился он, - если вас взволновало мое внимание. Но не могли бы вы дать мне поближе взглянуть на ваш амулет?

Я непроизвольно прикрыла рукой камень, висящий у меня на шее.

- Я только взгляну, госпожа, - поспешно добавил гном. – Даже трогать не буду. Мне просто хочется проверить, не ошибся ли я.

Колеблясь, я сняла шнурок с амулетом. Гном быстро достал из кармана ювелирную лупу и внимательно рассмотрел камень, лежащий на моей ладони.

- Я не ошибся, - удовлетворенно заметил он, выпрямляясь. – Благодарю вас, госпожа. А могу ли я осведомиться, откуда он у вас?

- Подарили, - коротко ответила я, надевая амулет.

- Хм… А не знаете ли вы случайно, как камень появился у дарителя?

- Нет, - по-прежнему резко произнесла я, начиная сердиться из-за чрезмерного любопытства гнома.

- Еще раз прошу прощения, госпожа, мне не хотелось обидеть вас. Профессиональный интерес, понимаете ли. Я не ожидал увидеть альметрин так далеко от Аргона, где его добывают. Насколько мне известно, тамошний клан гномов чрезвычайно дорожит этим редчайшим минералом. Вы ведь знаете о его свойствах, я не ошибаюсь?

- Не ошибаетесь.

- Тогда вы понимаете, почему Аргонский клан только в крайних случаях соглашается расстаться с ним. Поэтому, надеюсь, вы простите мне мой назойливый интерес. Всего вам хорошего, госпожа – и господа.

Гном на секунду склонил голову и вернулся к своим соотечественникам, оставляя нас – по крайней мере, меня – в состоянии легкого замешательства. Что, интересно, Ален делал в горах на северо-западе Аррении? Он никогда не говорил, что бывал в тех местах. Правда, я вообще мало знаю о нем…

- Спросишь при встрече, - посоветовал Аленар. – Мне тоже любопытно, что Ариэну потребовалось от горных гномов.

- Или им от него… - Я рассеянно взяла чашку с молоком, залпом допила ее и поставила на стол. – Обязательно спрошу. Только все-таки, видимо, это будет не первой темой нашего разговора.

- Не сомневаюсь, - мягко улыбнулся Аленар. – Полдень миновал. Элька, ты переодеваться будешь или так пойдешь?

Я с сомнением оглядела себя. Переодеться, конечно, можно, но тогда придется таскать с собой оставленную у Зары одежду. А запасной обуви у меня нет, мы брали только необходимый минимум.

- Так пойду, - решила я. – Здесь недалеко. Аленар, ты с нами?

- Нет. Я займусь вопросом отплытия. Встречаемся здесь. Возникнет срочная необходимость – найду вас раньше. Хорошо?

Мы не спорили.

После душноватой прохлады корчмы уличный зной ударил по нам раскаленным молотом, пригибая к земле. Горячий воздух опалил легкие. Голова закружилась. Волосы мгновенно прилипли к вспотевшей шее, и оставалось только мечтать о ветерке, хотя бы слабеньком, который смог бы чуть-чуть развеять тяжелую удушливую жару. Я ступила на булыжники мостовой и тут же, ойкнув, отскочила назад, на траву. Солнце чересчур сильно накалило камни, чтобы по ним можно было идти босиком.

- У Марицы, что ли, попросить что-нибудь… - пробормотала я, неуверенно оглядываясь.

- Зачем? Сами справимся. – Терен быстро, так, что я не успела возразить, подхватил меня на руки и бодро зашагал по улице. – И не так жарко будет.

Мое тело на самом деле овевали прохладные воздушные потоки.

- Стихия?

- Ну да. – Терен поудобнее перехватил меня. – Надо же пользоваться своими преимуществами.

- Может быть, не стоит зря тратить энергию? – недовольно заметила я. – Не так уж и жарко, просто духота страшная.

- Это моя стихия, Элька. Заклинание не такое и энергоемкое, а зачем мучить себя, если есть возможность обойтись без этого?

Я не нашлась, что ответить, и просто приняла помощь Терена. Нахмуренный Лежек – от солнца или по какой-то другой, неизвестной мне причине – шел рядом.

Сегодня Зара встретила нас приветливой улыбкой и сообщением, что ее отец пока спит.

- Заходите и подождите. – Она посторонилась, пропуская нас внутрь. – Элька, твоя одежда у меня в спальне. Пойдем, я провожу.

Я с удовольствием влезла в любимую и привычную рубашку и штаны, одновременно слушая размеренную речь Зары.

- Отец работал всю ночь. Я пришла на рассвете, легла, успела подремать, а из его комнаты все доносился невнятный шум и шорохи. И только когда солнце уже высоко поднялось над горизонтом, он спустился вниз перекусить и попросил разбудить его, когда вы придете.

- Он ничего больше не сказал?

- Нет, - огорченно вздохнула молодая женщина. – Но и угнетенным тоже не казался. Просто безумно усталым.

- Зара! – разнесся по дому громкий голос. – Они пришли? Пусть поднимаются!

- Ну вот, и будить не потребовалось, - прокомментировала Зара. – Элька, найдешь дорогу в кабинет? Я приведу твоих спутников.

Господин Ивэн действительно выглядел усталым: глаза покраснели, прежде аккуратно причесанные волосы стояли дыбом.

- У меня две новости – хорошая и плохая, - встретил он нас, не потрудившись поздороваться. – О, сегодня вас уже трое? Молодой человек тоже имеет отношение к темной магии, очевидно? А почему тогда он вчера не сопровождал вас?

- Потому что вчера у Лежека нашлись другие дела, - удовлетворила я любопытство колдуна, разглядывая неподвижно лежащего на диване Лейфера – кажется, в той же позе, в которой мы оставили его прошлой ночью. И в его состоянии, на первый взгляд, тоже ничего не изменилось. А второй я не стала на него бросать, решив для начала выслушать хозяина.

- Так с какой новости мне начинать? – полюбопытствовал колдун.

- С любой. Вы же все равно выложите нам обе, - усмехнулся Терен.

- Резонно, - признал Ивэн. – Тогда начнем с хорошей. Коллеги, я понял, что сделали с вашим другом. Это веселенькое заклинание называется «Бездонное забвение». Посмотри, Элька, тебе это будет интересно.

Колдун раскрыл толстую книгу в темно-фиолетовом переплете и бережно положил ее на край стола.

- Нам всем интересно, - проинформировала я, вместе с братьями подходя к столу.

Страницы фолианта пожелтели, чернила выцвели, но кто-то – скорее всего, его нынешний владелец – подновил формулу заклинания, и теперь она отчетливо выделялась на пергаменте. Я автоматически начала соображать, как действует заклятие и как его плести, и без особого удивления обнаружила знакомый компонент. Все логично – для полного уничтожения личности ее стоит для начала подчинить себе.

- В первую очередь тебе, - подчеркнул Ивэн. – Потому что в этом заключается вторая новость.

Во мне закопошились нехорошие предчувствия. Под коленями неприятно заныло.

- Оно необратимо? – внезапно севшим голосом спросила я, вцепившись в край стола побелевшими пальцами.

- Обратимо… - протянул колдун, внимательно и сочувственно глядя на меня. – Но, к сожалению, я не могу вылечить Лейфера.

Я почувствовала настоятельную необходимость присесть. Ноги отказывались стоять, дыхание застряло где-то в груди острой колючкой, к глазам подкатили слезы. Отчаяние, боль и паника захлестнули меня. Только разум холодно и жестко говорил: «Это еще не конец. Не может Ивэн – сможет кто-нибудь еще. Надо только найти нужного мага. Три-четыре месяца Лейфер может провести в стазисе, а там Ален – мы с Аленом – что-нибудь придумаем».

- Но сможешь ты, Элька, - донеслись до моего сознания слова Ивэна.

Все проявления слабости мгновенно исчезли. Голова прояснилась. Мысли – как панические, так и холодно-рассудительные – убрались подальше, оставив сосредоточенность и напряженное внимание.

- Каким образом?

- Неплохо, девочка, - одобрительно прищелкнул языком колдун. – Ты точно не хочешь пойти ко мне в ученицы?

- Нет.

- А придется. Точнее, придется, если ты решишься.

- На что? И почему смогу я, но не можете вы? У меня абсолютно нет опыта в подобных вещах.

- Видишь ли, Элька… - Ивэн откинулся на спинку кресла, вращая в руках перо. – Полагаю, ты увидела знакомую часть в заклинании?

- Да. Заклятие подчинения. Вот эта.

- Совершенно верно. И именно она не поддалась мне при попытке привести Лейфера в норму. У меня есть предположение – и я практически уверен в своей правоте – что ты каким-то образом замкнула его на себя. Теперь ни один маг – за исключением тебя – не может контролировать его.

- Я никогда о таком не слышала… - озадаченно проговорила я.

- Я тоже, - насмешливо фыркнул Ивэн. – А, должен заметить, несколько дольше вас, дети, занимаюсь магией. Но, с другой стороны, до сих пор мне не встречались юные дарования, за год научившиеся тому, на что у некоторых уходит вся жизнь.

Я пропустила комплимент мимо ушей.

- Что вы предлагаете, Ивэн?

- Все очень просто. Ты берешь под контроль Лейфера, я – тебя, и под моим чутким руководством мы вместе приводим в порядок голову бедолаги. Согласна?

- Да, - без колебаний ответила я.

- Нет, - одновременно со мной произнес Лежек. – Нет, Элька.

- Почему?

- Потому что ты отдашь себя под чужой контроль. Я боюсь даже предположить, какие могут быть последствия. Нет.

- Очень похвально, молодой человек. – Ивэн пару раз хлопнул в ладони. – Одобряю и всемерно поддерживаю подобную осторожность. К сожалению, другого варианта нет. Или ваша девушка соглашается и поступает в мое распоряжение, или нет – и тогда Лейфер навсегда останется овощем. Правда, долго он не проживет. Вас устраивает такая перспектива?

- Элька, я все равно не советую, - жестко проговорил Лежек. Я не ответила, мысленно подключаясь к нему.

«Ты понимаешь, что мне придется это сделать».

«Мы можем подождать до возвращения Алена».

«Можем. А если он не вернется? Ты не допускаешь такой мысли? Лежек, я вижу опасность, которой подвергаю себя, но… Мне будет намного проще жить, если на моей совести не будет лежать смерть Лейфера».

«Если тебе будет легче, я могу взять ее на себя».

«Не будет. Лежек, я приняла решение. И вы же не допустите, чтобы со мной что-то случилось, правда?»

«Kriest arr terreinn! Жаль, что с нами нет твоего некроманта. Или хотя бы Аленара. Я был бы более спокоен…»

Ивэн с интересом наблюдал за нами.

- Со своей стороны могу дать обещание, - внезапно проговорил он. – Я не буду взламывать блоки и щиты, которыми забито сознание юной дамы. Равно как и не собираюсь принуждать ее к чему-либо. Мы сделаем только то, что я предложил – совместными усилиями приведем в порядок Лейфера, а попутно госпожа магичка получит так необходимый ей опыт.

- Почему вы помогаете нам? – со злостью проговорил Лежек. - Не из-за оплаты же, тем более что пока и речь о деньгах не шла?

- Помощь ближнему своему тебя не устроит? – безмятежно осведомился Ивэн.

- Нет, - отрезал молодой маг.

- Очень похвально. Тогда добавь к этому спортивный интерес. Мне весьма хочется узнать, правдивы ли мои подозрения – раз, и способны ли мы с юной девушкой обратить вспять действие сложного и смертельного заклинания. Как тебе такой вариант?

- Меня устраивает, - бросила я, пока Лежек не успел ответить, решительно сняла амулет и протянула его другу.

- Подержи у себя. Если вдруг что-то пойдет не так…

- Я даю обещание, Элька, - повторил Ивэн.

- Я верю вам. Что я должна делать?

- Прежде всего посмотри еще раз на формулу. Вот эта часть – основная. Если ты ударишь только ею – то разрушенную личность уже невозможно будет восстановить. Маг, напавший на Лейфера, еще не утратил человечности, раз воспользовался обратимым вариантом.

- Скорее, наоборот, - засомневалась я. – Возможно, он просто хотел, чтобы Лейф помучился подольше?

- Не исключено, - не стал спорить Ивэн. – Для излечения требуется поменять местами вот эти два компонента, убрать вот этот, а здесь изменить знак на противоположный. Понятно?

Я мысленно пробежалась по заклинанию, внося необходимые изменения. Первоначальная формула казалась довольно простой. По крайней мере, не думаю, что у меня заняло бы много времени ее освоение, только вот проверить не на ком. Не на крысах же? Обратный вариант требовал некоторой сноровки, насколько я понимала – в нем было одно нехорошее место… Но если мною будут руководить – то сложностей не должно возникнуть.

Если будут руководить… Мне на секунду стало страшно. Лежек прав, сто тысяч раз прав – это неизвестно к чему может привести, несмотря на все обещания Ивэна. Он может попытаться взломать мои щиты, может натравить меня на ребят ради каких-либо своих целей – хотя бы в качестве проверки наших умений или удовлетворения своего любопытства. Я отдала Лежеку амулет, так что его, по крайней мере, магия затронет лишь частично. Но Терена…

Хотя, с другой стороны, мои блоки не так легко пробить. На это потребуется время, а, пока Ивэн будет этим заниматься – я лично натравлю на него Лейфера. И парни тоже будут настороже…

- Элька?

- Да, - стряхнула я с себя заторможенность. – Понятно. Что дальше?

- Дальше тебе следует сесть, расслабиться и взять под контроль Лейфера.

Терен быстро пододвинул мне стул и ободряюще сжал плечо.

- Мы рядом, Элька.

- Поставь щит, - шепнула я и сосредоточилась, начиная произносить хорошо знакомое заклинание, выстраивая связь между собой и спящим на диване психологом. Темная энергия привычно заполнила тело, вытаскивая все самое жестокое, что хранилось в моей душе…

«Хорошо, девочка», - возник в моей голове чужой голос.

Я инстинктивно напряглась, пытаясь вытолкнуть его из сознания, вскипело гневное возмущение: «Какого гхыра?»

«Тише, тише, - произнес голос. – Элька, расслабься. Я не сделаю тебе ничего плохого. Успокойся и делай то, что я скажу. Вот так, хорошо…»

Мне удалось справиться с яростью, заполнившей меня. Если не окончательно – то так, чтобы она не мешала мне действовать и воспринимать окружающее.

«Что мне делать, Ивэн?»

«Слушай и запоминай то, что я делаю…»

Мои пальцы начали выплетать формулу. Я с каким-то непониманием и в то же время восторгом следила, как они сжимаются и разжимаются, создавая сеть энергопотоков.

«Ой!»

Именно в том самом месте, которое показалось мне сложным, рука дернулась, и заклятие распалось.

«Ничего страшного. Еще раз…»

И вновь пальцы быстро и уверенно сплетали потоки, создавая красивый узор.

«Теперь постарайся не дергаться… Так… Отлично!»

- Dag’harsten! – вылетело из моего горла. Руки послали концентрированный пучок энергии в Лейфера.

«Прекрасно. А теперь помогай. У тебя должно получиться…»

Я – или Ивэн – или мы оба – входим в сознание Лейфера. Осколки, обрывки и мелкие клочки – вот и все, что находится там. Но на этот раз в них чувствуется система. И мы – я – Ивэн – начинаем собирать их, соединять в единое целое, создавая в хаосе порядок.

Работа сложная, утомительная и долгая. Время течет, размеренно отсчитывая капли в клепсидре, и с каждой пролетающей минутой Лейфер возрождается. В какой-то момент я ощущаю, как мое плечо сжимает чья-то рука, и в тело проникает струйка энергии. Я, не колеблясь, пользуюсь ею, чувствуя, что собственные силы уже на исходе.

«Отлично. А вот это мы не будем собирать…» - Ивэн показывает на темное пятно.

«Это…»

«Да. Это воспоминания о некоем Мораввене и Ордене Темных Всадников».

«Ты знаешь про них? - взвиваюсь я. – Ты все-таки прочитал меня?»

«Тише, Элька. Я не взламывал щиты и не нарушил обещание. Но я не могу не видеть то, что находится на поверхности – твои опасения за Лейфера. Кто это, Элька? Это тот маг, который пытался убить твоего друга?»

«Да».

«И от него нужно держаться подальше?»

«Да».

«Это к войне с ним вас готовили? Или на его стороне?»

Я замыкаюсь, не зная, что ответить Ивэну.

«Элька, я не идиот. Аррения внезапно, после пятидесятилетнего перерыва, начинает готовить некромантов. Причем из детей, объясняя это подготовкой к войне. Потом эти же дети приводят ко мне человека, личность которого разрушена малоизвестным, но весьма эффективным темным заклинанием. Что я должен думать? Что соседи хотят напасть на нас?»

«Нет!»

«Тогда что?»

«Это долго объяснять…»

«Хорошо. Я правильно понимаю, что Лейферу сейчас нельзя возвращаться в Аррению?»

«Да», - признаюсь я.

«Тогда предлагаю сделку. Еще одну. Ты рассказываешь мне про Мораввена, Орден и все остальное, а я оставляю у себя Лейфера. Пусть он поживет у меня. Это легко объяснить – после тяжелой болезни за больным требуется присмотр. Зара с удовольствием возьмет на себя эту обязанность».

Я задумываюсь. Ивэн доказал, что ему можно доверять. А иметь на своей стороне еще одного сильного мага никогда не помешает.

«Наверное, ты прав. Слушай».

Я излагаю ему то, что известно мне, начиная со странного затмения трехлетней давности и заканчивая встречей с Лейфером, стараясь одновременно не упустить важных подробностей и скрыть то, что затрагивает мою личную жизнь. Это касается только меня и Алена.

«Мы не собираемся оставаться в Ласинии, - заканчиваю я, - и уедем, как только сможем. Я должна спасти Алена».

Теперь замолкает Ивэн. Я чувствую, как дрожит связь, соединяющая меня и Лейфера, и начинаю тянуть в себя энергию от человека, подпитывающего меня, всеми силами стараясь не усилить поток настолько, чтобы Лежек или Терен запаниковали.

«Знаешь, Элька, - наконец, произносит колдун. – Если бы кто-то поведал мне подобную историю – я назвал бы его сказочником».

Я не успеваю вспыхнуть от гнева – Ивэн быстро продолжает:

«Не дергайся, я верю тебе. Человек не может лгать, будучи тесно связанным с кем-то сознанием, ты ведь знаешь это?»

«Да».

«Ты можешь рассчитывать на мою помощь, если потребуется».

Во мне внезапно яркой искоркой вспыхивает надежда – возможно, Ивэн знает то, что нужно мне? Или ему известно, кто сможет мне помочь?

«Ивэн…»

«Не сейчас, Элька, - резко обрывает меня колдун. – Поговорим в реальности. Ты и так устала и еле держишься.»

«Хорошо».

«Тогда вернемся к моему предложению – насколько нужны Лейферу воспоминания о пытках и крысах?»

«Без них вполне можно прожить… По крайней мере сейчас, пока его сознание еще не окрепло.»

«И я так думаю. Расскажи ему подходящую легенду, когда он очнется. Разрывай связь!»

Голос Ивэна исчезает из моего разума, и я, повинуясь последнему приказу/просьбе, освобождаю Лейфера.

- Элька?

Перед глазами темно. Я не сразу понимаю, что они просто закрыты.

- Элька?! – в голосе Лежека уже звучит откровенная тревога.

- Подпитай ее еще немного. Она приходит в себя.

Поток силы, текущей в мое тело, увеличивается.

Аленар? А откуда он здесь взялся? Сколько же, шетт побери, прошло времени, если вампир пришел за нами?

- Чуть больше трех часов, - сообщает ровный голос. – Элька, ты можешь открыть глаза?

- Могу, - тихо, но отчетливо произношу я и поднимаю дрожащие от слабости руки, с силой растирая лицо.

Веки нехотя приподнялись. Первым делом в поле зрения попал чрезвычайно взволнованный Лежек, стоящий рядом со мной на коленях и все еще продолжающий подпитывать меня энергией. Потом – внешне невозмутимый вампир, обеспокоенный Терен и побледневший, утомленный Ивэн. Лейфер по-прежнему неподвижно лежал на диване.

– Со мной все в порядке, - чуть более громко проговорила я, осторожно убирая мужскую руку с плеча. - Как Лейфер?

- Гхыр с ним, с Лейфером! - в сердцах выругался Лежек, вновь возвращая ладонь на место. – Сиди спокойно, я подпитаю еще!

Мое робкое и не очень убедительное возражение заглушил возмущенный голос Лейфера

- Это почему это со мной гхыр? Элька? Лежек? Простите меня, господа, не имею чести знать ваших имен, но, честно говоря, я понятия не имею, кто вы и как я здесь оказался.

Я облегченно выдохнула. Лейфер вел себя как абсолютно нормальный человек. И в голове его – я быстренько проверила – царил обычный беспорядок, характерный для творческих личностей. И теперь, надо полагать, все ждали, что я быстренько придумаю хорошую легенду, в которую поверит Магистр-психолог. И самым правильным будет основать ее на правде.

- Ты болел, Лейф, - максимально обаятельно улыбнулась я. – Мы не смогли оставить тебя в Руоле и привезли к Травнику, господину Ивэну.

Колдун слегка дернулся, услышав слово «Травник», но возражать не стал, молча кивнув.

- Болел? Но я ничего не помню…

Лейфер нахмурился, явно сосредотачиваясь на своих воспоминаниях. Я поспешила остановить его. Кто знает, не повредят ли с таким трудом собранному сознанию чересчур старательные попытки залезть в него?

- Лейф, так и должно быть. Не пытайся вспомнить, ладно? Потом все всплывет само собой. Поверь мне, ты был в очень плохом состоянии, и тебе сейчас нужен покой и отдых.

Лейфер озадаченно запустил руки в волосы, и так пребывающие в беспорядке, взлохматил их еще больше и пристально уставился на меня.

- Тебе тоже не помешало бы отдохнуть, - заметил он. – Хорошо. Пусть я болен – или был болен, хотя напрочь не помню этого. Пусть вы привезли меня… а куда, кстати? Это не Аррения – из окна тянет морем, а для северных территорий чересчур жарко. Так куда?

- Лиалл, Ласиния. – проинформировала я. Магистр не слишком удивился.

- Что-то в этом роде я и подозревал. Значит, Лиалл… Ближе, как я понимаю, Травников не нашлось. Ну и шетт с ними… Но могу я хотя бы узнать, как ты оказалась в Руоле?

- Решили навестить по пути в Лиалл, - ответила я чистую правду.

- Элька… Насколько я помню, - подчеркнул Лейфер последнее слово, - ты собиралась защищать диплом и выходить замуж. Прости, но я не верю, что тебе так быстро надоела семейная жизнь. И Алена здесь, - психолог оглядел находящихся в комнате мужчин, - нет. Но есть очень похожий на него человек. Кажется, тебе есть что мне рассказать.

- Свадьба отложена, - тщательно подбирая слова, проговорила я. Упоминать сейчас Мораввена мне кажется опасным – в прошлый раз Лейфер неадекватно отреагировал именно на него. Тогда что ему можно рассказать, если моя история неразрывно связана с демоном? – Это длинная история, и…

- И на нее сейчас нет времени, - вмешивается Аленар.

Я резко поднимаю голову.

«Ковен? Нас ищут?»

- Нет, Элька, - мягко качнул он головой. – Более прозаические причины. Идет шторм.

Мы все, как по команде, взглянули в окно, за которым вроде бы ничего не изменилось, кроме поднявшегося ветра.

- С запада идет туча, - пояснил вампир. – Капитан, с которым я говорил, утверждал, что если он не успеет выйти в море до начала бури, то застрянет здесь на два-три дня.

- А может и на неделю, - подтвердил Ивэн.

- Вот видишь… Элька, мне очень жаль, но мы должны поторопиться. Ты в состоянии идти?

- Подожди…

Я убрала с плеча руку Лежека и, с удовлетворением отметив, что голова почти не кружится, а стены комнаты не испытывают желания рухнуть, подошла к колдуну.

- Ивэн?

- Я не смогу тебе помочь, девочка, - сумрачно проговорил колдун. – К сожалению, не в этом случае. Я даже не подозревал, что в тело можно вселить еще одну личность, и прежняя останется существовать. Но, как показывает жизненный опыт, мне еще очень многое неизвестно. Не сомневаюсь, что ты справишься, и потом приедешь и расскажешь мне, как это делается. И всегда помни: если потребуется привести в сознание кого-то еще - ты можешь рассчитывать на мою помощь, - повторил Ивэн.

- Договорились, - невесело проговорила я. Вспыхнувший лучик надежды на то, что нам не придется искать Амаранту, узнав все в Лиалле, превратился в серый пепел. Но, наверное, это было бы слишком просто… И так несказанно повезло, что первый же маг, к которому мы обратились, оказался тем, кто нам нужен. Надеяться еще и на то, что ему будет известно абсолютно все, что мне необходимо - глупость.

- Спасибо, Ивэн, - выдохнула я и повернулась к мужчинам. – Аленар, мы можем идти. Лейфер, прости, что так получилось. Я расскажу тебе все, что захочешь, при нашей следующей встрече. Хорошо?

- Я еду с вами, - твердо заявил психолог, поднимаясь с дивана.

- Нет, - одновременно возразили я и Ивэн.

- Нет, господин Лейфер, - повторил колдун. – К сожалению, вам придется на некоторое время задержаться. Возможно, на несколько недель, заранее сложно сказать. Я должен еще понаблюдать за вами.

- Недель? – неприятно поразился Лейфер и повернулся ко мне. – Элька? Все настолько серьезно? Что это за болезнь такая?

- У нас еще будет масса времени, чтобы поговорить об этом, - хмыкнул Ивэн. – А сейчас, полагаю, не стоит задерживать ваших друзей, если они так торопятся.

Лейфер неуверенно пожал плечами.

- Элька?

- Ты должен остаться, Лейф, - жестко произнесла я и, чуть качнувшись, сделала пару шагов, обняла психолога и легко поцеловала его в щеку. – Мы еще обязательно увидимся.

- Ну, если так… До свидания…

- До встречи, Лейфер.

Тепло простившись с Зарой, мы вышли на улицу.

- Держи. - Лежек надел мне на шею амулет. – И больше не снимай его. Я все равно считаю, что тебе не следовало отдаваться под контроль Ивэну.

- Я скорее сотрудничала с ним, а не подчинялась, - задумчиво проговорила я.

- И тем не менее… Знаешь ли, это не то зрелище, которое хотелось бы увидеть еще раз. Хорошо, что здесь не было Алена.

- Ему бы не понравилось?

- Не то слово, - с чувством высказал Лежек. – Только не проси меня описывать. Не хочу.

- Господа маги, нам стоит поторопиться, - позвал Аленар, с беспокойством разглядывая наползавшую на город черную тучу.

Глава 24.

- Рад наконец встретиться с тобой, Элиара. – Голос мужчины пропитан самодовольством и удовлетворением. Больше всего сейчас Мораввен напоминает кота, поймавшего мышь и намеревающегося поиграть с ней перед тем, как съесть.

- Жаль, что не могу сказать того же самого о себе, - холодно отвечаю я. Демон предусмотрительно наложил на меня заклинание, сковывающее движения, но позволяющее говорить.

- Милая девочка, - благожелательно улыбается Великий Магистр. – Храбрая, талантливая и упорная. Как же я ошибался…

- Ты только сейчас понял это? – равнодушно интересуюсь я. Мне не страшно, как, возможно, хотелось бы Мораввену. Я уже почти расплела его заклятие и жду удобного момента, чтобы стряхнуть его. Не стоит торопиться и раньше времени тревожить демона. Пусть пока считает себя хозяином положения.

- Лучше поздно, чем никогда – так, кажется, говорят у вас в народе. – Мораввен оскаливает белоснежные зубы. – А я не так и опоздал. Еще не произошло ничего непоправимого, девочка.

Он приподнимает мне подбородок и заглядывает в глаза. Я с трудом сдерживаюсь и не вырываюсь. Еще не время. Надо чуть-чуть подождать, пока я не узнаю того, что хочу.

- А непоправимое – это…

- Это твоя смерть, Элиара, - мягко произносит демон.

Честно говоря, я ждала совсем других слов, и не скрываю удивления, задавая следующий вопрос:

- Ты передумал вселять Нааль в мое тело? Она навсегда останется в теле Алена?

- Такая любящая девочка… Я не мог представить, что между людьми может существовать подобная любовь… Нет, Элиара, твой любовник – или ты предпочитаешь называть его женихом? – больше подходит мне в своей подлинной ипостаси. Зачаровать его на подчинение не составит особого труда, а сильные маги в свите еще никому и никогда не мешали.

Я слегка успокаиваюсь. Жизни и сущности Алена ничего не грозит – уже хорошо. Вопрос подчинения Мораввену будем решать позднее. Сомневаюсь, что демон так легко сможет воздействовать на полукровку – вампира.

- Тогда что станет с Нааль?

- Она получит свое тело, Элиара, - улыбается Великий Магистр, не отводя от меня взгляд. – Но не твое. В мире много хорошеньких юных магичек, взять хотя бы твою подругу.

Я вздрагиваю, но следующие слова Мораввена заставляют меня забыть о Кесси.

- Лишать жизни такую девушку, как ты – преступление. Только представь, на что будут способны наши с тобой дети!

Огромным усилием воли мне удается остаться неподвижной.

- Ты так уверен, что я соглашусь родить тебе даже одного ребенка? – сдерживая бурлящие эмоции, спрашиваю я.

- Конечно. Ты очень похожа на меня, Элиара, и, в конце концов, поймешь все преимущества нашего союза. Мне не придется применять заклинания подчинения – ты придешь ко мне сама, как только узнаешь все.

Я молчу, сердито и угрюмо глядя на Мораввена. Все силы уходят на укрощение эмоций.

- Мы втроем – ты, я и Нааль – покорим мир. Моим детям потребуется много места чтобы расти и развивать талант, полученный от родителей. Хочешь получить весь мир, Элиара? Хотя втроем мы способны и на большее…

- Не хочу, - с нескрываемой ненавистью выплевываю я.

- Глупая упрямая девочка, - тихо смеется Мораввен. – Ничего, ты еще изменишь свое решение, как изменил свое я. Ты слишком похожа на меня, Элиара.

Он проводит пальцами по моей щеке. Я не выдерживаю и с омерзением отдергиваюсь. Эмоции вырываются из-под контроля и водопадом обрушиваются на меня, и я кричу, громко, оглушительно, перекрывая внезапно поднявшийся ветер…

Ливень хлещет по телу ледяными струями. Во рту, кажется, навечно поселился кисло-горький привкус желчи. Желудок сжимается от пронзительно-болезненных спазмов, но из меня просто нечему выходить. Все давно извергнуто за борт, в бурное море, бросающее корабль из стороны в сторону. Побелевшие пальцы цепляются за грубые доски, но качка такова, что не иначе как чудом я все еще нахожусь на палубе.

- Элька, уходи вниз! Тебе нечего здесь делать!

Терен пытается увести меня, отдирает пальцы, приподнимает – и мы с ним, не удержавшись на ногах, падаем. Волна рушится на нас мощным потоком, заливает лицо, попадает в рот и нос. Я захлебываюсь, и тут же желудок скручивает от горько-соленой воды. Кашляющую и задыхающуюся, держащуюся за живот, меня втаскивают в каюту, где, по крайней мере, можно укрыться от вездесущей воды.

Мужские пальцы касаются моего виска, спускаются ниже, скользя кончиками по щеке, очерчивают контур губ. В теле немедленно вспыхивают такие знакомые и такие долгожданные искорки.

- Ален… - то ли выдыхаю, то ли думаю я – ведь мне не надо произносить слова, чтобы он услышал меня.

Невозмутимое выражение его лица смягчается. Темно-синие глаза с пристальной нежностью ласкают меня взглядом, впитывают мой новый облик – светлые волосы, увеличившаяся грудь, чуть набухший живот…

- Tienn darsiekenn, Eliara. Ell lientienn, kessiarr.

- Я тоже соскучилась, Ален. И я тоже люблю тебя.

Его руки ложатся мне на плечи, проводят по спине, останавливаются на талии. В теле вспыхивают уже не искры – огонь желания. Его шаловливые язычки смешиваются с кровью, вскипающей от бурного соседства. Я отчаянно хочу прижаться к Алену, запустить руки в темные волосы, слиться в жарком опьяняющем поцелуе – но мне не дает сделать это страх. Ошеломляющий ужас, заставляющий стоять на месте и сгорать от яростного огня, пожирающего меня изнутри. Кошмар предчувствия непоправимого несчастья, которое обязательно случится, если я обниму своего любимого.

- Элька…

Ален притягивает меня к себе, наклоняет голову и нежно прижимается к моим губам. Я не выдерживаю и со стоном забрасываю руки на его шею, отвечая на поцелуй. Пламя вспыхивает так, что, кажется, мы сейчас сгорим дотла, и одновременно на меня накатывает тоска.

Тело Алена начинает меняться. Мои руки лежат уже не на твердой плоти, а словно бы сжимают струи воды, быстро утекающей сквозь пальцы. Губы еще чувствуют на себе жар поцелуя – и вместе с тем их обдает леденящим холодом потери. Невыносимое чувство утраты пронзает меня остро заточенным копьем страдания. Боль скручивает живот и сковывает сердце колючими обручами. Я бессильно падаю, обхватывая себя в последней надежде сохранить то единственное, что осталось у меня – детей Алена.

- Элька!

Пол подо мной ходит ходуном от качки. Стены небольшой каюты нависают надо мной, угрожая рухнуть под ударами шторма и придавить меня. Я не реагирую, скорчившись возле узкой деревянной койки.

- Элька, выпей! Тебе станет легче!

К моим губам подносят кружку с терпко пахнущим настоем. Я с усилием делаю глоток – и вновь спазмы скручивают мне живот.

- Пей, Элька, - настаивает Аленар, поддерживая меня свободной рукой. – Гхыр все побери, девочка, ты вся горишь!

Пепелище дышит жаром. Когда-то это было селение на несколько десятков, может, и сотню дворов. Сейчас здесь нет ничего: ни домов, ни сараев, ни заборов и растительности – только черная, выжженная земля и тускло мерцающие багровые угли. Сухое тепло еще живет в них, и красно-черные, покрытые пеплом остатки строений и деревьев щедро делятся им с окружающим миром. Я боюсь подумать, куда делись жители деревни. Не видно следов убегающих ног, не слышно стонов, криков и плача. Лишь шумит ветер, и о чем-то шепчут догорающие угли.

Я ступаю на них. Жар проникает в тело, заполняет его, окутывая удушающим покрывалом, но не причиняет видимого вреда. На босых ногах, идущих по злобно огрызающимся углям, нет ожогов. Длинная рубашка, подол которой волочится по земле, не то что не обуглилась – на ней нет ни пылинки. Мне очень хочется приподнять ее и побежать вперед, стремясь поскорее покинуть мертвое выжженное место – но я продолжаю идти размеренно и спокойно, повинуясь внутреннему приказу и прислушиваясь. Сама не понимаю, зачем – но прислушиваюсь: к шороху под ногами, свисту ветра и невнятному шепоту углей.

Писк. Тихий, еле слышимый, отдаленно напоминающий мяуканье котенка. Вот теперь я бегу, зажав подол побелевшими пальцами, поминутно останавливаясь и ориентируясь на становящийся все более громким писк.

Дети. Мальчик и девочка. Два младенца, маленькие, сморщенные, с трогательными тонкими волосиками, темным пушком покрывающими головки. Крохотные кулачки крепко сжаты, ножки раскинуты, из ротиков вырывается не надсадный детский рев, а тот самый тихий жалобный писк.

Дети лежат прямо на тлеющих углях, но это явно не беспокоит их. Нежная кожа, насколько я вижу, не повреждена огнем. Дети просто одиноки и хотят к маме.

Хотят ко мне.

Я отчетливо понимаю, что это мои дети – мои и Алена, и бросаюсь к ним со всех ног, забыв обо всем, кроме пищащих младенцев.

И упираюсь в огненную стену, выросшую передо мной и отрезающую меня от малышей. Стену Огня злого, враждебного, агрессивного. Я пытаюсь пройти сквозь него – это моя стихия, он не может передо мной устоять – и вынуждена отшатнуться. Пламя вспыхивает так яростно, что волосы на голове начинают тлеть.

- Пусти меня! – требую я.

- Нееет, - шипит Огонь.

- Пусти меня к детям!

- Нееет, - вновь повторяет Огонь. – Это уже не твои дети. Они принадлежат мне.

- Никогда!

Не помня себя от панического страха и звериного бешенства, я врезаюсь в огненную стену. Рубашка, волосы, кожа – все вспыхивает ослепительным пламенем. Из горла вырывается дикий крик боли и скорби. Последнее, что я вижу – это серьезные глаза детей. Темно-синие у мальчика и зеленые у девочки.

- Терен, ты можешь еще что-нибудь сделать?

- Не знаю! Гхыр меня раздери, я боевой маг, а не Травник!

Голос Терена наполнен паникой. Я не вижу ни его, ни Аленара, очевидно, сидящих рядом. Кому-то нужен Травник? Кто-то болен или получил травму?

Мысли еле ползут, застревая в плотном тумане, заполнившем сознание. Страшно хочется пить, но распухший язык отказывается шевелиться в пересохшем горле.

- Она очнулась.

Я чувствую, как меня бережно приподнимают, и губ касается холодный металл кружки.

- Пей, Элька.

Кажется, первый глоток не проходит внутрь, а впитывается языком и деснами. На лоб ложится холодная ладонь.

- Жар спал, - с облегчением говорит Терен. Я отстраненно задумываюсь – а он разве был? Не помню этого. Но мыслям все еще тяжело двигаться в тумане и мути. Я решаю подумать об этом потом. Когда-нибудь, когда просветлеет голова.

- Пей, Элька, - мягко повторяет Аленар, приподнимая меня чуть повыше. Второй, третий и последующие глотки смачивают горло и пищевод. Мне становится легче настолько, что я замечаю – корабль уже не раскачивается, как гигантская колыбель, в которой чересчур рьяно укачивают ребенка.

- Лежеку удалось справиться со штормом. Завтра, может быть, послезавтра мы достигнем Этеры, - тихо отвечает Аленар на мой незаданный вопрос. Или просто его голос прячется за толстой стеной, вновь вырастающей вокруг меня.

- Спи, Элька…

Горячая безлюдная степь. Высохшие былинки травы, покалывающие ноги. Палящая жара, придавливающая к земле. Чувство безраздельного страха и одиночества, лишающее сил. Можно только стоять и беспомощно смотреть на юг, откуда идет паническая волна. В ту сторону, где на белесом горизонте возникло темное облачко, неторопливо направляющееся ко мне. Я знаю, что оно несет с собой - смерть. Гибель и разрушение всего мира…

- Ты проснулась?

Я оценила свое состояние. Да, похоже, проснулась. Понять бы только, в какой раз и что из того, что я помню, было явью, а что – сном. Шторм, качка и поддерживающий меня Аленар - это, очевидно, реальность. А все остальное…

Я невольно содрогнулась, вспоминая невыносимую боль утраты, тело Алена, вытекающее из рук, омерзение от прикосновения губ Мораввена, жалобный писк детей… Сердце заколотилось, не помещаясь в груди, горло сжалось, не давая вздохнуть, из глаза вытекла одинокая слезинка, пускаясь в путь по щеке. Это сон. Это должно быть сном. Я не могу, не хочу верить, что в нем была хоть часть правды. Должны же быть просто сны, без предчувствия будущего!

- Элька, успокойся. – Аленар сжал мне плечо. – Успокойся. Это просто кошмар. Бред, порожденный горячкой. Не думай об этом.

– Что со мной было? - хрипло проговорила я, удивившись своему голосу.

- Я не Травник, как и твои ребята, - мрачно ответил вампир. – У тебя был жар. Подозреваю, что ты простудилась, попав под дождь в истощенном состоянии, и твоих собственных сил не хватило, чтобы справиться с болезнью.

Я вдруг запаниковала. Дети! Что с ними! Как на них повлияли лихорадка и жар?

- Не знаю, Элька, - хмуро качнул головой Аленар. – Мы позовем Травника, как только доберемся до Илланы. А для этого надо выехать в город. Ты можешь встать?

- Да.

Я села. Не резко, как мне хотелось, а осторожно и медленно, словно бы преодолевая плотный слой воды. Тело, словно налитое свинцом, отказывалось повиноваться, но, тем не менее, я смогла спустить ноги с койки и сделать два шага, почти не шатаясь.

- Все ясно, - безэмоционально заключил Аленар, поднял меня на руки и вышел из каюты.

Снаружи нас встретил дождь. Не страшный ливень, и не теплая морось – просто дождь, занудный, холодный и назойливый. Я постаралась повернуться так, чтобы спрятать от противных капель хотя бы лицо. Странно, одно из воспоминаний, оставшихся у меня после плавания – слова Аленара о Лежеке, которому удалось справиться со штормом.

- Со штормом – да. Но не с дождем, - сообщил мне вампир. – Прощайте, капитан Драггарт.

- Всего вам хорошего, господин одд Каэрстан. Здоровья вашей девочке.

- Спасибо.

Пока я подбирала слова для подходящего прощания с капитаном, Аленар успел спуститься на землю по узким сходням. На некоторое время – пока он садился на Элана и приматывал к седлу поводья Янта – меня передали Терену. Лежек, очевидно, находился где-то поблизости, но не произнес ни слова, а поискать его взглядом мне не удалось из-за дождя.

Этера – красивый город. Возможно, один из самых красивых городов, которые мне приходилось видеть. Позже мне довелось по достоинству оценить узкие извилистые улочки, белые стены, увитые виноградом, террасы, ступенями спускающиеся к морю, пышные цветники и огромное количество тутовых деревьев, усыпанных сизыми, покрытыми налетом, ягодами. Я полюбила теплое море, из которого по утрам поднималось умытое солнце, запах фруктов и водорослей, протяжный говор местных жителей и их белозубые улыбки. Но сейчас, в момент нашей первой встречи с городом, Этера осталась скрытой от меня за пеленой дождя и тупой болью, пульсирующей в висках.

Мы ехали долго. Я могла ориентироваться только по собственным ощущениям, стуку копыт о брусчатку и постепенно стихающему звуку моря. Странно, но непрекращающийся дождь словно бы смывал с меня остатки болезни и промывал голову. Туман, заполняющий ее, рассеивался с каждой минутой. Мои мысли невольно вернулись к кошмарным видениям: огненной стене, жаркой степи, Алену и Мораввену.

Почему-то именно эпизод с Мораввеном окончательно убедил меня, что видения являются именно горячечным бредом, а не чем-то большим. Никогда еще в своих снах я не принимала прямого участия в событиях, являясь сторонним наблюдателем. И сомневаюсь, что Мораввену могло прийти в голову обзавестись любовницей в моем лице. Нааль не допустила бы этого. А слова о том, что я похожа на Мораввена… Мне уже доводилось слышать подобное, и воспаленное сознание могло воспроизвести их в бреду.

- Ты не так уж похожа на Мораввена, - заметил Аленар.

- Мы оба идем к своей цели, не особенно выбирая средства ее достижения, - вздохнула я. – Только у меня есть оправдание – дети. Я не могу допустить, чтобы они не родились, а, появившись на свет, никогда не увидели отца.

Дети… С ними не могло ничего произойти. Банальная простуда – не то, что может повредить им. Я уверена в этом. Почти.

- Направо, - скомандовал Аленар. – Второй дом. Терен, возьми у меня поводья. Элька, ты сможешь самостоятельно удержаться на Элане.

- Да.

Аленар поверил мне – или сделал вид, что поверил, спешился, но отошел от къярда, только убедившись, что я не рухну в лужу на брусчатой мостовой. Он несколько раз стукнул в тяжелые ворота, украшенные по верху искусной ковкой. Лязгнуло железо. В одной из створок приоткрылось небольшое окошечко. Аленар обменялся с привратником парой фраз и вернулся к нам.

- Все хорошо. Иллана ждет нас.

Я вдруг ощутила странный взгляд, сверлящий спину, и оглянулась. Никого. Пелена дождя, высокие ворота, деревья и крыши домов.

- Элька?

- Нет, ничего… Мне просто показалось. – Я вновь выпрямилась и покрепче взялась за луку седла – Аленар повел Элана во двор. Моих сил хватило и на то, чтобы удержаться на могучем къярде, пока он преодолевал сотню аршин до крыльца большого каменного дома, и на то, чтобы максимально изящно соскользнуть на землю. Но, передав поводья молоденькому конюху, я вновь почувствовала пристальный взгляд и оступилась, пытаясь сообразить, откуда он может исходить. Аленар уже привычным жестом подхватил меня на руки.

- Аленар, у тебя входит в традицию появляться на пороге этого дома с красивой девушкой на руках! - со смехом встретила нас хозяйка. В полутемном холле, прижатая к груди вампира, я могла оценить только ее голос – бодрый и звонкий, но принадлежащий далеко не юной девушке.

«Традицию? - мысленно заметила я. – Аленар? Ты ничего не рассказывал об этом».

Он не ответил. Вернее, ответил, но не мне.

- И тебе добрый день, Лана, - с оттенком веселости поздоровался вампир, аккуратно ставя меня на пол и помогая снять плащ. – Нам можно пройти или ты и дальше продолжишь держать нас на пороге?

- Проходите, - фыркнула дама. – Можно подумать, раньше тебе требовалось разрешение.

- Должен же я продемонстировать знание правил этикета перед своими спутниками, - не остался в долгу Аленар.

- Да? – рассмеялась хозяйка. – Тогда покажи, что оно не ограничивается вежливой просьбой и представь мне этих молодых людей.

- Эллина, - коротко назвал вампир выбранное мне имя. Я изобразила приседание, нелепо смотревшееся в штанах, облепивших ноги, и склонила голову. – Для всех она – моя дочь. Это - Дэнил и Камен.

- Твои сыновья? – невозмутимо уточнила дама.

- Племянники, - усмехнулся Аленар. – А перед вами, ребята, госпожа Иллана.

- Для вас – просто Иллана, - закончила действительно близкая, судя по всему, подруга вампира. – И, как хорошая хозяйка, для начала предлагаю вам переодеться в сухую одежду, а потом присоединиться ко мне в столовой. Обед готов и будет ждать вас, горячая вода уже в комнатах. Гарт проводит вас, а мне нужно еще кое о чем распорядиться.

Дама два раза хлопнула в ладони и повернулась, собираясь уходить.

- Подожди, Лана, - остановил ее Аленар. – Нужен Травник. Срочно.

Иллана остановилась на полушаге.

- Костоправ или просто лекарь? Я не заметила на вас никаких ранений.

- Просто лекарь. Но хороший.

- Мог бы и не уточнять, - фыркнула хозяйка и растворилась в глубине дома. На ее месте возник невысокий, очень важный мужчина в ливрее, расшитой серебристым позументом.

- Прошу следовать за мной, господа, - церемонно поклонился он и направился к широкой мраморной лестнице.

«Что за традиция?» - еще раз поинтересовалась я у Аленара, пока он нес меня на второй этаж в отведенную мне комнату.

- Первый раз я появился в этом доме около десяти лет назад. И тогда у меня на руках тоже лежала красивая девушка, которой требовались услуги Травника.

- Иллана? – уточнила я после некоторого размышления, сопоставив все, что мне было известно об отношениях Аленара и фаворитки Делвера Пятого.

- Да, - коротко бросил вампир без дополнительных разъяснений. А жаль. Я бы с удовольствием послушала эту, несомнанно, занимательную историю.

- Потом, - усмехнулся Аленар. – Обещаю, что ты все узнаешь.

- Госпоже отвели бежевую комнату, - торжественно объявил мажордом, открывая дверь. – Прошу вас.

В эльфийских романах героиня долго восторгалась бы качеством отделки, превосходно подобранными оттенками деревянных панелей, роскошных штор и великолепного покрывала на огромной кровати. Я, честно говоря, и не посмотрела на них. Мое внимание сразу привлекла и больше не отпускала приличных размеров лохань, из которой поднимался вверх пар. До этой минуты я и не подозревала, как соскучилась по горячей воде и ощущению чистого тела.

Аленар оставил меня на попечение двух хорошеньких служанок, весело щебечущих друг с другом на незнакомом мне языке. Но я достаточно улавливала смысл, чтобы позволить им меня раздеть, унести грязную мокрую одежду и уложить в воду, горячую ровно настолько, чтобы согреть меня и не повредить моим детям. Какое-то время я просто блаженствовала, чувствуя, как кровь начинает быстрее течь по жилам и отступает усталость. Девушки помогли мне вымыться, вытерли большим полотенцем и облачили в сухую одежду – но, к сожалению, не привычную рубашку и штаны. От корсета я отказалась наотрез, и даже встревоженные увещевания не смогли сломить моего сопротивления. Тогда на меня надели миленькое платьице из тонкой ткани, собранное под грудью, и рукавами, доходящими до локтей. Оно, очевидно, принадежало хозяйке и оказалось почти впору – лишь чуть жало в груди. Девушки наполовину словами, наполовину жестами дали понять, что кто-то уже расставляет швы на одном платье, и вечером мне его принесут. У меня все еще теплилась слабая надежда, что к этому времени я доберусь до собственной сумки и смены одежды, которая больше меня устраивала. Только это поддерживало меня на неудобном табурете, пока мне в течение получаса сушили и укладывали волосы, очевидно, по последней моде Картхейна.

У меня кружилась голова от щебета служанок, слабости и быстроты, с которой я преображалась из боевого мага в благовоспитанную девушку из хорошей семьи. По крайней мере, внешне. И если не обращать внимания на землистый цвет лица и нездоровый блеск глаз.

В таком состоянии я попала в руки Магистра Ларни. Его благообразная седовласая внешность слабо вязалась с настырностью и въедливостью, которые он проявил при осмотре. Мне пришлось снять с таким трудом надетое платье и отдаться жестким пальцам, пристальному взгляду и бесконечному потоку вопросов.

Он обращался ко мне не иначе как «юная дева», начисто игнорируя наличие у меня имени. Улыбался, сокрушался по поводу моего внешнего далеко не цветущего вида, осмотрел горло, уши, нос, спину и грудь. Напоил приторной вязкой жидкостью, которая практически полностью рассеяла туман в моей голове и изгнала противную слабость из тела. И спрашивал, спрашивал и спрашивал – о моем самочувствии, процессе протекания болезни, родителях, братьях, сестрах, как родных, так и с более дальней степенью родства, где я живу, чему училась, кем мне приходится госпожа Иллана…

Я морщилась, но неохотно отвечала – у молодой девушки, приехавшей в гости к дальней родственнице, нет поводов для скрытности. Говорила так искренне, как могла, придерживаясь разработанной во время пути легенды, и мечтала о том времени, когда Травник удовлетворит свое любопытство. Но, к сожалению, мне пришлось правдиво ответить на вопрос, не беременна ли я. Он несказанно оживился, и вопросы посыпались, как спелые яблоки во время урагана, залезая уже в самые интимные сферы моей жизни.

Финальной точкой осмотра стал момент, когда Магистр Ларни поинтересовался, кто из «племянников господина одд Каэрстана» является отцом моего ребенка.

- Никто! – яростно выплюнула я, схватила платье и натянула на себя, путаясь в складках одежды. – И это не ваше дело, господин Ларни, – уже более спокойно добавила я.

- Вот как? – Травник устремил на меня недовольно-пренебрежительный взгляд. – Очень, очень жаль, юная дева. Как прискорбно наблюдать столь ужасающее падение нравов у столь молодых особ. Боюсь, вы можете проститься с мыслью быть принятой при дворе Делвера Пятого.

У меня, собственно, и не возникало особого желания общаться как с придворными местного монарха, так и с ним самим. Но слова Магистра, произнесенные презрительно-брезгливым тоном, его жест, словно бы он вытирал руки, прикоснувшись к чему-то мерзкому, высокомерная мина на лице не на шуку обеспокоили меня. В чем дело? Я нарушила какие-то местные правила, а Аленар не позаботился предупредить меня?

- Я не понимаю вас, господин Ларни, - озадаченно и мило улыбнулась я, одновременно сплетая заклинание, проникающее в мысли Травника – легкое, осторожное, незаметное, обходящее барьеры, несомненно, выставленные в его голове.

- Э-э-э, юная дева… - кисло погрозил мне пальцем Магистр. – Не делайте вид, что ничего не понимаете. Один ваш внешний вид уже говорит о многом. И госпожа Иллана совершила большую оплошность, принимая вас у себя. Ее положение при дворе и так шатко, а теперь… - Он многозначительно замолчал и поднял глаза к потолку. Мне даже не нужно было изображать удивление – оно угрожало затопить меня.

- Мой внешний вид?

- Юная дева, не старайтесь, я все равно вам не поверю. Лучше подумайте, как повлияет на репутацию вашей матери известие об инцесте ее дочери с собственным отцом?

Я ошалело посмотрела на стоящего передо мной мужчину, соображая, правильно ли я его поняла. Иллана – моя мать? Я переспала с собственным отцом? И Травник угрожает сообщить об этом всем заинтересованным и не очень лицам? И тогда репутацию моей новоявленной матушки уже не спасти, и ее с позором выгонят из дворца?

Проверить можно было только одним способом – прочитать мысли. И осторожное вторжение уже не помогало – Травник явно собирался уходить. Я, сосредоточившись, вломилась к нему в голову, нагло ломая барьеры. Магистр застыл, нелепо раскрыв рот и скривившись от боли. «Мораввен поступил бы так же» - мелькнула в сознании мысль. Я отмахнулась от нее, занятая делом и разбираясь в потоке хлынувшей на меня информации, Времени в обрез, да и сил у меня не так много, как хотелось бы. Не энергозапаса – он как раз полон, последний раз я колдовала у Ивэна, а физических сил держать заклинание.

Увиденное привело меня в состояние шока. Около десяти лет назад Магистру Ларни довелось лечить Аленара. Я не стала копаться в причинах происходивших тогда событий – имея под руками главное действующее лицо, можно и так выяснить. Просто пока приняла как факт. Травник, к несчастью, обладал богатой фантазией и редким талантом – помнил всех, кто попадал ему в руки, и запоминал их ауры, если можно так сказать. Я плохо поняла, что именно он хранил в своей памяти, мне не хватало знаний, чтобы это разобрать. Но сейчас, осматривая меня, Магистр заметил что-то похожее на ауру вампира, совершенно правильно сопоставил это с детьми и их отцом, и сделал совершенно неправильный вывод. Каким образом сюда оказалась замешана и Иллана – осталось загадкой. Мне не удалось найти ответ на поверхности, а в глубокие слои воспоминаний я не стала лезть, побоявшись, что не хватит сил для следующих действий.

Работа с Ивэном не прошла для меня даром. Пользуясь полученными от него знаниями, я аккуратно и методично стерла из памяти Магистра Ларни все, что касалось моей беременности. Тщательно проследила удаление кусочков, связанных с Аленаром. Проверила – насколько смогла, разумеется – что затерты следы вмешательства. Разорвала связь и бессильно рухнула на кровать.

- Э-э-э… О чем это я говорил, юная дева? – озадаченно поинтересовался Магистр.

- О моем самочувствии, - слабо откликнулась я.

- О да, конечно. Юная дева, вам необходимо провести в постели дюжину дней, не меньше, и еще дюжину – соблюдать осторожность – не бегать, не скакать на лошади, не купаться в море. Пейте укрепляющие отвары, рецепт я вам оставлю. Хорошее питание, солнечные ванны – не более часа в день и не под палящим солнцем, конечно, фрукты, и отдых, отдых, отдых…

- Все настолько плохо? – на пороге возник Аленар. – Простите, Магистр Ларни, но я не мог больше ждать, беспокоясь за дочь.

- Ничего страшного, господин одд Каэрстан, я все понимаю - расплылся в улыбке Травник. – Ваша дочь – прелестная юная дева. Ей следует только отдохнуть и попить укрепляющих травок. Не волнуйтесь.

Аленар молча кивнул, выслушав Магистра, но с его лица не сходило выражение обеспокоенности.

- Всего хорошего, юная дева, - продолжал улыбаться Травник. – Если почувствуете ухудшение – непременно вызывайте меня, я с удовольствием приду. Выздоравливайте. Был рад знакомству.

Магистр Ларни раскланялся с Аленаром и закрыл за собой дверь.

- Лежек почувствовал магию, - сухо сообщил мне вампир.

- Гхыр все побери, ее же надо замаскировать! – спохватилась я и, приподнявшись, поспешно сплела соотвествующее заклинание. – Я не видела другого выхода. Смотри сам.

Я прикрыла глаза и сосредоточилась, позволяя Аленару самому покопаться в моей памяти.

- Мда… Что-то в этом роде я и подозревал, - мрачно прокомментировал он через несколько минут.

- Что тебя назовут отцом моего ребенка? – не открывая глаз, отозвалась я. – Тогда мог бы и предупредить. Выбрали бы другую легенду. Скажем, я не твоя дочь, а невеста. Или вообще жена.

- Не в этом дело, - резко перебил меня Аленар. – Как раз это не пришло мне в голову. Я намертво забыл об извращенной фантазии местных жителей, которые не моргнув глазом могут назвать меня отцом твоих малышей.

- А вот с этого места поподробнее, пожалуйста, - послышался голос с порога. Мне оставалось только мысленно простонать. Надо полагать, Иллана, как примерная хозяйка, решила поинтересоваться здоровьем ее гостьи и явилась в самый неподходящий момент. И теперь развитие событий зависит от степени их знакомства с Аленаром, а то, кто знает, нас могут и выставить из дома, не пожелав принимать у себя развратных особ… А на второй сеанс чистки памяти у меня не хватит сейчас сил. Но в любом случае необходимо помнить о приличиях и не валяться на кровати, когда в комнату вошла хозяйка дома. Надо как минимум встать…

Я начала сползать с постели, пытаясь разлепить глаза и слушая не такие уж и виноватые объяснения Илланы.

- Я прошу прощения, что вошла без стука, но, Аленар, ты так быстро выбежал и так долго не возвращался, что я забеспокоилась. У вас неприятности, да? Иначе ты бы не приехал… Ничего себе!

У меня чуть было не вырвались те же слова. Застыв на месте от изумления, я рассматривала Иллану. Вопрос, почему Магистр Ларни посчитал ее моей матерью, с повестки дня исчез.

Длинные золотистые волосы с еле заметным рыжеватым отливом, убранные в сложную прическу. Стройная фигура зрелой женщины, которой еще очень и очень далеко до старости. Красивой формы грудь, выглядывающая из низкого выреза платья. Длинные тонкие пальцы и глаза цвета молодой листвы.

- Если в роду госпожи Илланы не было эльфов, я могу считать себя потомком орка, - потрясенно проговорила я.

- Прабабушка, - охотно сообщила Иллана. – Утверждают, что я на нее похожа. Иди-ка сюда, девочка.

Хозяйка подвела меня к зеркалу. Теперь, когда мы стояли рядом, различий виделось больше, чем сходства, даже если не брать в расчет мой изнуренный вид: разные черты лица, форма губ, носа… Но на расстоянии нас вполне можно было принять за близких – и даже очень близких – родственниц. Кто бы мог подумать, что два совершенно разных человека могут быть настолько схожи?

- Ничего себе, - задумчиво повторила Иллана. – Аленар, ни за что не поверю, что ты не подумал о нашем сходстве, приезжая сюда. Или ты забыл, как я выгляжу?

- Не забыл, - вздохнул Аленар. – И понимал, к чему это может привести. Но надеялся, что все не так уж и плохо.

- Может быть, это даже к лучшему…

Я продолжала вглядываться в отражение Илланы, сравнивая его со своим, выискивая сходства и различия, пока абсолютно не представляя, поможет это мне в решении проблем или, наоборот, повредит. И приходила во все большее замешательство, поскольку видела в ее облике знакомые черты, напоминающие мне об Алене. Наваждение? Или я теряю рассудок?

Я почти неосознанно толкнулась в мысли Илланы – и еле устояла на ногах, встретив мощный щит. Но передо мной не магичка! Она не может настолько качественно закрываться, если только это не…

- Аленар!

- Да, - спокойно проговорил Повелитель. – Ты совершенно права.

- Она все-таки догадалась? – притворно расстроилась Иллана.

- Я тебя предупреждал. – Аленар, в отличие от Илланы, казалось, гордился мною. – Девочка очень внимательна, а в этом отношении ее чувствительность еще более обострена.

Я почувствовала настоятельную необходимость присесть. Надеюсь, никто не осудит беременную женщину, только что перенесшую болезнь, за приступ слабости. И я опустилась в кресло, стараясь скрыть нахлынувшее бессилие и состояние полного ошеломления.

- Ты меня успокоил. Для полного и безраздельного счастья мне сейчас не хватало только обвинения в длительной связи с кровным родственником.

- Травник говорил про вашу репутацию, - пробормотала я. – Мне жаль, что мы добавляем вам проблем.

- Даже Магистр Ларни знает? – переспросила дама и расстроенно вздохнула. – Значит, все зашло дальше, чем мне казалось. Не бери в голову, девочка. Давай лучше поговорим о ваших проблемах, не просто же так вы приехали. Со своими неприятностями я как-нибудь сама разберусь.

Аленар устремил на нее пристальный взгляд. Иллана опустилась в кресло напротив меня и сплела в замок длинные пальцы. Я начала прикидывать, кем она приходится Аленару. Племянница? Вряд ли. У Биэллы, насколько мне известно, родилось всего два сына, и тогда бы Ремар знал о собственной сестре. Дочь? Для матери или, к примеру, тетки, Иллана слишком молода.

- Я его сестра, - невесело улыбнулась хозяйка. – Сводная, по отцу. Это долгая история. Захочешь, я как-нибудь тебе расскажу. И, как понимаешь, мы не афишируем это обстоятельство.

Я мысленно выругала себя за недогадливость. Зря Аленар так восхищался мной.

- Конечно. Вы же тоже читаете мысли, госпожа Иллана.

- К счастью, нет, - возразила она. – Мне не передалось это умение, чему я глубоко благодарна. Но зато и меня никто не может прочитать. Очень ценное качество для жизни при дворе, знаешь ли, - доверительно сообщила хозяйка.

- Догадываюсь, - кивнула я. – Но тогда как…

- Я поняла, о чем ты думаешь? Очень просто. Это было написано на твоем личике. И вот как раз это не то качество, которым стоит гордиться. Тебе следует немедленно учиться скрывать свои мысли.

Я нахмурилась.

- Не думаю, что это уж настолько необходимо, госпожа Иллана.

- Зря. Позже ты все равно поймешь это. И зови меня просто Иллана. Как-никак мы с тобой в родстве, девочка.

- Пока еще нет, - честно поправила я.

- Как нет? – искренне изумилась дама. – А я уже обрадовалась, решив, что скоро опять стану тетушкой, на этот раз брата...

Я обратила страдальческий взор на Аленара, предоставляя ему самому объясняться с сестрой.

- Веселенькие дела… - Иллана встала, подошла к окну и задумчиво устремила взгляд в окно. – Жаль Ариэна. Знаешь, Аленар, мы как-то раз виделись. Интересный мужчина. Если бы он не был моим племянником…

Я крепко сжала подлокотники кресла. Иллана повернулась ко мне.

- Элька… Мне же можно так тебя называть? Или лучше обращаться «госпожа Эллина»?

- Элька, - сухо ответствовала я.

- Прекрасно. Так вот, Элька, не ревнуй. Я просто пошутила, может быть, неудачно. Твой жених на самом деле красив и умен, но мне нужен и всегда был нужен только один мужчина, который не имеет никакого отношения к вампирам.

Она протяжно вздохнула, словно бы старалась подавить всхлип, и резко повернулась к окну. Мы с Аленаром молча ждали, когда она возьмет себя в руки. Очевидно, разговор задел болезненные струнки в сердце Илланы. Какое-то восьмое или девятое чувство подсказывало мне, что струнки эти связаны не только с единственным мужчиной новоявленной тетушки моего мужа, но и с ее неприятностями при дворе.

Ждали мы недолго. Не прошло и пяти минут, как хозяйка решительно вернулась в свое кресло, и только покрасневшие глаза выдавали ее состояние.

- Значит, вам нужна Амаранта… - хлопнула она ладонями по подлокотникам.

- Да. Ты знаешь ее?

- Лучше, чем мне бы хотелось, - хмыкнула хозяйка. – Скажем так – мы с ней, мягко говоря, недолюбливаем друг друга. Но это неважно. Я не собираюсь с ней общаться, она со мной – и подавно. Элька, тебя надо представить ко двору.

- Моих «племянников» тоже, - добавил Аленар. – Дополнительная охрана ей не помешает.

- Охрана? – переспросила я. – Ко двору? Зачем?

- Тебе же нужна Амаранта? Она приедет в Картхейн на праздник винограда в конце жнивня, и тебе представится возможность поговорить с ней. Если, конечно, ты к этому времени станешь своей при дворе. Ну, не своей, - быстро поправилась она, увидев мой изумленный вид, - но, по крайней мере, не незнакомой, невесть откуда взявшейся девицей.

- Иллана, подождите, - перебила я ее, стараясь не обращать внимания на тоску, захлестывающую меня. – Конец жнивня – это слишком поздно.

- Почему? Насколько я понимаю, тебе надо поговорить с Амарантой до середины вересклета. Сейчас такая мода, что твою беременность еще не скоро заметят.

- Да пусть о ней говорят все подряд! – в сердцах выпалила я. – Я не могу ждать встречи с Амарантой еще полтора месяца! У меня очень ограниченный запас времени.

- Быстрее не получится. – Иллана с сожалением покачала головой. – Сейчас магичка вместе со своей королевой находится в Сумеречных горах, пережидая жаркий сезон. Раньше чем в середине жнивня они оттуда не спустятся. Королева Солента не переносит жару и никуда не отпускает от себя личного мага.

Я в отчаянии сжала руками голову. Гхыр, гхыр, гхыр! Почему все так гхырово складывается?

Я не могу ждать. Время вытекает из моих пальцев сверкающими каплями. Середина вересклета – это крайний срок, который есть у меня для спасения Алена. И внезапно выяснить, что и Амаранта ничего не знает, и мне нужно ехать куда-то еще… Будет смешно, если мой сон про Мораввена окажется вещим!

Теперь уже я сдерживала истерику и загоняла назад слезы. Мне потребовалось больше времени, чем Иллане – видимо, сказывалось мое беременное состояние, усугубленное усталостью. Но в конце концов я убрала руки от лица, выпрямилась и спокойно сказала:

- Тогда я поеду к ней.

- Нет, - хором ответили брат с сестрой. Недоумевая, я обратилась к Аленару:

- Почему? Ты не хуже меня понимаешь всю тяжесть положения.

- Нет, Элька, - категорически повторил Аленар. – Нет. Я не поеду сам и не отпущу тебя. Если потребуется – применю силу. И не надейся на магию – ребята будут на моей стороне.

Я не верила своим ушам. В голову начали робко закрадываться нехорошие мысли – поездка в Картхейн была придумана для отвода глаз; никто и не собирался встречаться ни с какой магичкой; меня просто под охраной отвезли в безопасное место, чтобы я в мире и покое вынашивала княжеских наследников...

- Прекрати думать всякую чушь, - поморщился Аленар. – Хотя отчасти ты права. Сейчас я делаю все, чтобы ваши с Ариэном дети благополучно появились на свет.

- Мне казалось, это исключительно моя привилегия, - огрызнулась я.

- Которой ты пренебрегаешь. Элька, ты видела себя в зеркале?

- Да, - хмуро подтвердила я, понимая, к чему он клонит.

- Сегодня я бы сказал, что ты прекрасно выглядишь по сравнению с тем, что было два дня назад. В какой-то момент мы с Тереном считали, что все кончено. Ты сгорала, как свеча, и жизнь еле теплилась в тебе.

- Так плохо? – помрачнела я.

- Попроси Терена показать тебе твой собственный горячечный образ, - жестко произнес вампир. – Я никогда не врал тебе и не собираюсь делать этого в дальнейшем. Ты умирала. А теперь, едва выбравшись из костлявых лап смерти, снова рвешься в тяжелый путь, тяжелый даже для сильных мужчин, хотя сама едва стоишь на ногах.

- Я оступилась, потому что почувствовала чей-то взгляд! – праведно возмутилась я.

- Тем более. Даже обычный взгляд валит тебя с ног. Элька, послушай меня. Ты или не доедешь до Сумеречных гор, или потеряешь детей по дороге. Ни то, ни другое меня не устраивает. Думаю, тебя тоже.

- Но… - Меня сбивал с толку суровый тон и жесткий напор всегда ровного и мягкого Повелителя, но сдаваться я не собиралась. – Если путь такой тяжелый – как туда добираются королева и ее свита?

И, уже договорив, пожалела, что сказала эту фразу.

- Телепортами, - кивнул Аленар. – А тебе нужные координаты никто не скажет, придется добираться своими силами и доехать как раз к тому моменту, когда Солента покинет летнюю резиденцию и вернется в Гестану.

- Кроме того, никто не пропустит тебя ни к Соленте, ни даже к Амаранте, - добавила Иллана. – Я не просто так говорила о представлении тебя Делверу. Ты же не будешь называть себя невестой одд Шаэннара, правильно?

Я молча качнула головой.

- Тебе все равно не помогло бы это. Никто не поверит на слово, потребовалось бы присутствие Ремара.

Я неуверенно посмотрела на Аленара.

- Дочь захудалого барона из далекого княжества – не совсем то, чтобы тебя с легкостью приняли при дворе Гелессии, - фыркнула Иллана. – Тамошние царедворцы еще более спесивы и высокомерны, чем в Картхейне, а это о чем-то говорит, поверь мне.

- А в Картхейне меня примут с распростертыми объятиями? – саркастически поинтересовалась я, тоскливо понимая, что впереди меня ждут полтора самых ужасных месяца. Время, когда от меня ничего не зависит и требуется только одно – ждать. Ждать, надеяться и верить. Ну, и еще растить в себе наших детей.

- В Картхейне тебя представлю я. Пока мое имя еще кое-что значит, - со злостью проговорила Иллана. – Кстати говоря… Элька, ты упомянула про взгляд, который сбил тебя с ног. Где это было?

- Не сбил, - мгновенно переключилась я, почувствовав тревогу хозяйки. – Я оглянулась и пошатнулась. И взглядов было два. Один – у ваших ворот. Второй – на крыльце.

Иллана нахмурилась и напряженно задумалась.

- Лана, что происходит? – не выдержал Аленар.

- Долгая история… - отозвалась его сестра. – Я хотела поселить вас в другом месте, но, видимо, не получится. Ваше присутствие уже заметили и связали со мной.

- Что происходит, Лана? – настойчиво повторил Аленар.

- Я все расскажу, брат. – Иллана резко встала. – Но вначале вас – и в первую очередь Эльку – надо как следует накормить. Мальчики, полагаю, заждались нас в столовой. А после обеда – или уже ужина? - все вместе и поговорим. Аленар, помоги девочке спуститься. Я не хочу, чтобы она упала с лестницы.

Глава 25.

Лежек выглядел немногим лучше меня: то же бледное, осунувшееся от усталости лицо, ввалившиеся глаза с темными кругами под ними, запрокинутая на подголовник кресла голова. Усталость сквозила и в его позе, и в каждом жесте. Однако это не помешало ему вскочить при нашем появлении и встревоженно оглядеть меня с ног до головы.

- Я боялся, что будет хуже, - наконец, облегченно выдохнул он. – Элька, ты же не совсем окрепла. Могла бы и нас позвать на помощь.

- Зачем, у меня же полный энергозапас? – отозвалась я, с беспокойством рассматривая друга. - И, Лежек… Судя по твоему виду, неизвестно, кому больше надо помогать.

- Я просто устал. Отдохну – и все придет в норму.

Но, очевидно, дело было не только в физической усталости. После сытного обеда, когда мы все расположились в гостиной Илланы, Лежек устроился рядом с небольшим комнатным фонтаном, опустив в него руку. Я бы тоже с удовольствием подзарядилась, но в камине по случаю жаркой погоды огонь не горел, а пугать хозяйку видом объятой пламенем гостьи не хотелось.

- Так что происходит, Лана? – Аленар еле дождался, пока его сестра разольет по крохотным рюмкам рубиново-красный ликер, раздаст его присутствующим (мне достался бокал с соком) и грациозно опустится на диванчик.

- Ничего. - Иллана изящно отхлебнула из рюмочки и отставила ее на столик. – Или, наоборот, все. Все зависит от того, с какой стороны смотреть.

- И с какой смотришь ты?

Иллана вздохнула и задумчиво провела пальцем по краю рюмки.

- С третьей. Аленар, знаешь, я все больше радуюсь твоему приезду. Наверное, ты именно тот... мужчина, который сможет разобраться в том, что происходит. Как в тот раз.

- Ситуация повторяется? - вампир настороженно выпрямился.

- Какая ситуация? - недоуменно посмотрела на него сестра.

- Тебя опять хотят устранить? Взгляды, которые ощутила Элька, не могли возникнуть на пустом месте. Или я не прав?

- Не совсем.. - Иллана нервно потерла пальцы. - Взгляды, шепот, слухи и сплетни - то, что всегда сопутствует избранницам короля. Да, кстати... Аленар, что ты рассказывал им обо мне? - дама выразительно кивнула в сторону молодых магов.

- Практически ничего. Я считал, что не имею на это права. Только то, что ты самая красивая жемчужина, украшающая корону Делвера Пятого.

- Скорее, я одна из главных кобр в этом серпентарии, - мрачно усмехнулась хозяйка, делая крошечный глоток из рюмки. - Что же, даже лучше, что молодые люди узнают историю моего появления при дворе от меня, а не от дворцовых сплетниц. Те все равно не упустят возможности вылить золоченое ведерко с грязью на мою голову, но, по крайней мере, у вас будет и другая версия произошедшего.

Хозяйка одним глотком допила содержимое рюмки и со стуком поставила ее на стол.

- Кому-нибудь налить еще? Я постараюсь рассказать максимально коротко, но, тем не менее, это может занять некоторое время.

Она обвела нас вопросительным взглядом. Я отрицательно качнула головой: пить не хотелось, а хмельного мне никто и не предлагал. Мужчины тоже отказались. Иллана, кивнув, устроилась поудобнее, взяла со стола какую-то безделушку, и, рассеянно покручивая ее в руках, заговорила:

- Мало кто знает, что я выросла без родителей, в семье брата моей матери. Даже так - людей, слышавших об этом, можно пересчитать по пальцам одной руки. Все считали дядю моим родным отцом, и высший свет пришел в ужас, когда он выдал меня замуж, едва мне исполнилось четырнадцать, за барона дар Осселда. Вам, видимо, ничего не говорит это имя, но в наших местах им до сих пор пугают детей. Это был жестокий, безжалостный и беспринципный человек, не знающий понятия "мораль" и признающий только одно право - право сильного. Его привлекла моя красота и юность, он захотел меня и получил. Дядю вполне устроило то, что барон взял в жены девушку с сомнительным происхождением и небольшим приданым, а репутация жениха его не интересовала.

Безделушка в руках Илланы сломалась. Острый край порезал кожу, и на небесно-голубую ткань платья закапала кровь. Я вскочила с кресла, вспоминая нужное заклинание, но меня опередил Терен. Опустившись на колени перед хозяйкой, он быстро заговорил ей ранку и помог протереть ладонь и пальцы салфеткой.

- Спасибо, - мрачно поблагодарила Иллана. - Простите, я не могу спокойно вспоминать об этом. Но замужество - причина моего появления при дворе, поэтому умолчать о нем тоже нельзя.

Терен без чьих-либо подсказок налил в рюмку ликера и предложил хозяйке.

- Благодарю, - кивнула она. - Мне на самом деле это пригодится.

Иллана залпом выпила содержимое рюмки, даже не поморщившись.

- После первой брачной ночи я хотела покончить с собой. После второй - поклялась убить мужа. После третьей это желание только укрепилось. Через неделю я вцепилась ему в горло голыми руками, и он переломал мне их, а потом изнасиловал на пару с приятелем.

Иллана задохнулась и прикусила губу.

- Госпожа Иллана, может быть, не надо? - осторожно спросил Терен, быстрым движением вынимая из пальцев Илланы рюмку, готовую повторить участь безделушки. Дама рассеянно оглядела стол, за неимением лучшего сжала в руках окровавленную салфетку и немедленно принялась ее теребить.

- Лана, пропусти эту часть, - озабоченно попросил и Аленар.

- Надо! - резко ответила она. - Ты не можешь не помнить, что рассказывали тебе об оргиях с моим участием. За прошедшие десять лет эти слухи только обросли ужасающими подробностями. Не переживай за своих мальчиков, они услышат гораздо больше, чем говорю сейчас я.

- Я волнуюсь не за них, а за тебя. - Аленар недовольно взглянул на остатки безделушки.

- За меня уже поздно переживать. И не тебе, - сердито бросила Иллана. - Пять лет - пять! - я прожила с монстром, и никому не было дела до одинокой юной девушки, отданной на съедение чудовищу! Никому!

- Меня тогда не было здесь, - хмуро развел руками Аленар. - А двор... Внешне все выглядело пристойно, насколько я понимаю...

- Внешне! - горько рассмеялась Иллана. – Внешне, возможно, да, мы выглядели счастливой семьей. В те редкие случаи, когда барон выводил свою молодую жену в свет, украшая ее драгоценностями и шелковыми платьями, как дорогую куклу. А что творилось за стенами фамильного замка, касалось только нас, так?

Аленар промолчал. Его сестра и не ждала ответа. Она с отвращением посмотрела на окровавленную салфетку в руках и отбросила ее в негорящий камин.

- Впрочем, ты прав. Это на самом деле малоинтересно, и я отвлеклась от темы.

Иллана помолчала несколько секунд, видимо, заставляя себя успокоиться, и продолжила уже более ровным тоном:

- Я прожила с бароном дар Осселдом пять лет, когда у короля умерла жена. Событие, безусловно, печальное для государства и его правителя и полностью перевернувшее мою жизнь. До неузнаваемости.

Терен тихо вернулся на свое место. Иллана проводила его рассеянным взглядом.

- Делвер никогда не принимал моего мужа при дворе, не одобряя его склонности к насилию, но не мог отказать ему в желании проститься с королевой. Барон увидел шанс войти в высшие слои власти и не преминул воспользоваться им, приехав на похороны и, естественно, взяв меня с собой. Мое появление при дворе вызвало едва ли не больше разговоров и сплетен, чем трагедия в королевском семействе. Королева тихо угасала весь последний год, и ее смерть никого не удивила, а вот жену барона дар Осселда мало кто видел. В день похорон я ловила на себе пристальные взгляды. Самые разные - сочувственные, любопытные, липкие, раздевающие... А после того, как мы принесли положенные соболезнования его величеству, все стало еще хуже.

Иллана прерывисто вздохнула и опустила голову.

- Король обратил на вас внимание? - негромко предположила я, чувствуя, что ей тяжело говорить.

- О да, - невесело отозвалась она. - Он пожал мне руку и произнес что-то банальное и незначительное, не отрывая от меня глаз и не желая выпускать мою ладонь.

- И все?

- Да. Но этого было достаточно для того, чтобы барону пришла в голову гениальная, на его взгляд, идея: он решил, что я займу вакантное место фаворитки Делвера Пятого и согрею его опустевшую постель. А мой муж, закрывая глаза на супружескую неверность, получит таким образом возможность влиять на короля. Барон всегда получал то, чего хочет. Любым способом.

Иллана замолчала. Воцарившуюся тишину в комнате нарушали только стук дождевых капель за окном и приглушенные звуки в доме. Я благоговела перед силой духа силой духа сидевшей передо мной дамы. Далеко не каждая женщина не сломалась бы в подобных обстоятельствах.

Иллана подняла голову, и я вздрогнула - таким яростным торжеством горели ее глаза.

- Самое смешное, что на этот раз муж добился своего, уже лежа в могиле, - выплюнула она.

- Вы убили его? - потрясенно спросил Терен.

- Не я. Аленар.

Я непроизвольно перевела взгляд на невозмутимого вампира, зная, что он услышит мой незаданный вопрос.

- Я совершенно случайно попал в гущу событий и отчасти стал причиной неприятностей Илланы.

- Неприятности - это громко сказано, - усмехнулась дама. - Самая обычная супружеская ссора, принятая в семействе дар Осселдов, с рукоприкладством и площадной бранью. Барон был шеттовски ревнив и требователен, а тут я позволила себе не вертеться перед его величеством, сверкая улыбкой и вырезом платья, а два часа провела в саду с незнакомым красавчиком.

- Мы просто разговаривали, - уточнил Аленар, - сидя в уютной беседке, когда перед нами возник разъяренный мужлан и, пообещав на чистом тролльем оторвать мне... кхм... неважно что, немедленно приступил к реализации своего намерения.

- Что не рекомендуется предпринимать, имея дело с Повелителем, - рассмеялся Терен.

- В общем, да, - серьезно согласился вампир. - Наша драка стала главным украшением вечера. Дамы картинно падали в обморок, специально придя посмотреть на труп. Все немедленно решили, что барон застал нас с Илланой на месте, так сказать, преступления против супружеской чести и справедливо потребовал возмездия. Я провел ночь запертым в одной из гостевых комнат дворца, уныло прикидывая, стоит ли раскрывать свою расовую принадлежность. С одной стороны, предъявлять обвинения Повелителю совсем не то, что человеку, а с другой - не усугубит ли это ситуацию?

- И чем дело кончилось? - не выдержал Терен.

- Меня выпустили без всяких обвинений, - Аленар повернул голову к сестре. - Лана легко доказала королю, что я просто защищался от нападения обезумевшего барона.

- Делвера не пришлось долго уговаривать, - грустно улыбнулась Иллана. - Репутация моего мужа была хорошо известна.

Дама притихла, погрузившись в воспоминания. На этот раз тишину нарушил Лежек, еще выглядевший усталым, но, по крайней мере, утративший землистую бледность.

- Госпожа Иллана, про вашу жизнь можно писать романы, и сентиментальные особы женского пола зальют страницы слезами в ожидании счастливого конца. Но простите, мне все еще неясно, о каком повторении ситуации говорил Аленар и чем он может помочь? Второго мужа, которого требуется убить, как я полагаю, у вас нет?

- Мужа у меня нет, и убивать никого не требуется, - очнулась Иллана, с явным интересом разглядывая молодого мага. - На самом деле ты задал два вопроса. Давай начнем с более простого. Видишь ли, звание фаворитки несет с собой не только привилегии, вроде тесного общения с первым лицом в государстве, но и ряд проблем, связанных с тем, что эти привилегии хочет получить кто-нибудь еще. Когда Делвер стал проявлять ко мне недвусмысленное внимание, далеко не все одобрили его выбор. Некоторые высказывали недовольство в открытую, некоторые просто решили устранить...

- Убить?

- Это они оставили на крайний случай. Делвер не оставил бы убийство без внимания и не простил бы замешанных в преступлении лиц. Для начала королю решили продемонстрировать, что слухи про оргии и моем любовнике Аленаре основаны не на пустом месте, и выбрали для этого простой и банальный способ, договорившись с придворным магом. Одним летним вечером, прогуливаясь по саду, я ощутила странное оцепенение и непреодолимое желание уснуть. Ноги подкосились сами собой, глаза закрылись, и тело, больше не подчиняющееся мне, рухнуло на землю.

- Заклятие Штейра, - определил Лежек.

- Может быть, - пожала плечами Иллана. - Меня и тогда, и потом мало интересовало, как называется то, чем на меня воздействовали. Но маг... просчитался. Магия подействовала на меня не так, как он рассчитывал. Заклинание прекратило действовать, когда меня - довольно грубо, должна сказать - тащили по дорожке в мой собственный дом. Естественно, это не могло мне понравиться, особенно если учесть, что после замужества я вообще плохо отношусь к незнакомым мужчинам, применяющим ко мне насилие. Планы заговорщиков пришлось несколько отложить. Они не ожидали отчаянного сопротивления от бесчувственной жертвы. А потом на место эпохальной битвы - одна женщина против четверых мужчин - ворвался Аленар с обнаженным мечом...

- Я прочитал мысли мага еще до того, как он сплел заклинание, - вставил вампир. - И не стал дожидаться, пока он доведет его до конца и сильно удивится, увидев, как оно не подействует. Но вот дальше... повел себя не самым умным образом, ввязавшись в драку прежде, чем осмыслил происходящее. И в результате Лана пострадала.

- Прекрати себя винить, - сердито произнесла его сестра. - Они все равно прирезали бы меня, я уже видела их лица. Твое внезапное появление дало мне шанс выжить.

- И все равно я должен был сначала прикрыть тебя, - упрямо повторил Аленар.

Иллана только махнула рукой.

- В общем, Делвер, прибывший через какое-то время, увидел приблизительно то, чего и добивались заговорщики: меня, полураздетую и распростертую на диване, и Аленара рядом. Правда, мужчина был полностью одет и занят тем, что останавливал кровь, драматично стекающую на пол из раны под моей левой грудью. А живописно разбросанные в саду трупы послужили прекрасным дополнением картины. Делвер понял все правильно: повесил одного из своих придворных, назначил награду за сбежавшего мага, которого так и не нашли...

- И настоятельно попросил меня уехать, - закончил Аленар. - Официальным поводом послужили очередные мертвые тела в саду. Но истинная причина: ему не очень понравилось, что его женщину носят на руках и раздевают посторонние мужчины, пусть даже с целью спасения ее жизни. Причем именно он пустил слух о том, что я твой дальний родственник.

- Да? - удивилась Иллана. - А я-то считала, что это был кто-то из остроглазых дам... Но если Делвер... Это все усложняет.

Я тряхнула головой и одним глотком допила сок. Надо полагать, экскурс в историю закончился, и мы переходим к более злободневным делам.

- Почему, Лана?

- За мной постоянно следят, - напомнила дама. - И вас заметили.. Можешь не сомневаться, что Делверу доложат о твоем приезде. Если он абсолютно уверен в том, что в ходящих при дворе слухах нет ни капли правды.., то твое появление может ему сильно не понравиться.

- Тебе дали отставку?

- Нет! - решительно ответила Иллана. – Явно, нет. Но я ничего не понимаю, Аленар. Делвер сильно изменился.

- Ему за сорок, люди в этом возрасте перестают быть прежними.

- Я не об этом. Понимаешь.., он изменился резко. Очень резко. Не скажу, что в одночасье, но Делвер стал вести себя совершенно иначе. Не так, как, к примеру, месяц назад.

Аленар выпрямился в кресле.

- Он изменился по отношению к тебе или всем?

- Очень хороший вопрос, - невесело усмехнулась Иллана. – Только ко мне. К остальным, насколько я могу судить, Делвер по-прежнему относится так же, как и всегда: ровно и внимательно. Его обходительность с женщинами никуда не делась.., если только он не наедине со мной.

На последних словах ее голос чуть не сорвался, выдавая тревогу и беспокойство. Я озабоченно переглянулась с Лежеком. Мне не нравились перемены в поведении короля, и дело не только в сочувствии Иллане. Сама внезапность происходящего внушала серьезные подозрения. Ощущался в этом какой-то нехороший душок.

- Лана, - Аленар, вздохнув, сплел пальцы в замок. – Ты же понимаешь, что…

- Да. – Иллана резко встала, прошла по комнате и остановилась перед висящей на стене картиной, изображающей уголок сада: небольшой пруд с кувшинками и резная скамеечка рядом.

– Я все понимаю. И была готова к этому все десять лет, пока мы были вместе.

- Ты могла выйти за него замуж.

- Не могла. И ты лучше других знаешь, почему.

По тону Илланы чувствовалось, что разговор заходит в область чего-то очень личного, чего-то, о чем она не хочет говорить. Аленар, явно понимая это, отступил.

- Хорошо. Но это могло послужить причиной охлаждения к тебе Делвера. Ты не думала об этом?

- Конечно, думала, - порывисто повернулась к нам Иллана. – Но если бы он просто охладел… Тогда я бы спокойно ушла. Ну, может, поплакала какое-то время в тишине своей одинокой спальни. Но в том-то и дело, что Делвер ведет себя очень странно. Он то смотрит ледяным взглядом сквозь меня, словно не замечает, то вновь становится прежним и не отпускает от себя ни на шаг, то уезжает по делам, оставляя меня в Этере. Ни разу за десять лет мы не разлучались более чем на несколько часов, и вот сейчас я вынужденно проведу в одиночестве дюжину дней!

Нехороший душок стал еще отчетливее. Поведение короля, описанное Илланой, больше всего напоминало расстройство личности, особенно если учесть, что началось оно внезапно. Само по себе ничего не происходит. Или у короля были какие-то предпосылки к душевному заболеванию, проявившиеся только сейчас, или это внешнее воздействие, магическое, к примеру, или… Или Иллана просто ошиблась, неправильно воспринимая самые обычные слова и поступки.

- Госпожа Иллана, может быть, Делвер Пятый не захотел подвергать вас тяготам путешествия? – осторожно спросил Лежек, очевидно, пришедший к таким же выводам. – Жара, дожди, пыль, мухи… Куда он поехал?

- Раньше его не смущали ни мухи, ни пыль, - горько фыркнула дама и вновь отвернулась к картине. – Мы ездили и в степи, и в горы, и в крохотные бухты, и в Драмайские грязи. А уж поездка до Альбистейна никогда не была тяжелой и мучительной.

- Альбистейн – это второй по величине город Картхейна, - тихо пояснил Аленар. – Он расположен в очень живописной долине. Там находится одна из королевских резиденций.

Иллана, словно не слыша его, продолжала.

- Делвер знает, как я люблю бывать там, и всегда брал меня с собой. Всегда. Но не сейчас.

Она рассеянно провела пальцем по раме картины, стирая несуществующую пыль, но чувствовалось, что ее мысли далеко и от прудика на холсте, и от позолоченного резного обрамления.

Мы с ребятами переглянулись. Ситуация уже не просто отвратительно пахла, а источала удушающие миазмы. Не похоже, что Иллана неправильно оценивает происходящее. А это означает, что король превращается в безумца или сам по себе, или по чьему-то желанию. Ни то, ни другое оптимизма не внушало и могло привести к самым разным последствиям, вплоть до гражданской войны. И что тогда делать мне? Все-таки рискнуть и ехать в гхыровы Сумеречные горы, наплевав на запрет Аленара? Терен, возможно, и не согласится сопровождать меня, но Лежек не оставит...

- Даже не думай об этом, - сурово бросил мне вампир. - Если дело дойдет до войны, я первый увезу и тебя, и Лану из Картхейна. Но так быстро войны не начинаются. Лана, ты говорила, что все началось месяц назад?

Дама вернулась в кресло и сосредоточилась.

- Да. Может быть, чуть меньше, - наконец, произнесла она.

- Резко прогрессирующее заболевание? - вслух повторил мои мысли Аленар. - Лана, что говорит ваш придворный маг?

- Ничего не говорит, - хмыкнула хозяйка. - Ввиду его полного отсутствия.

- Делвер Пятый обходится без магии? - непритворно удивилась я.

- Не совсем. При необходимости он вызывает к себе колдуна из города. Видите ли, официально должность придворного мага все еще занимает участвовавший в нападении на меня волшебник. По каким-то гхыровым законам тысячелетней давности король никого не может взять на его место, пока действующий маг не умрет. И никого не волнует, что колдун не вернется и мы можем никогда не узнать о его смерти, законы скреплены клятвой на крови, и переписать их практически нереально.

- Но все-таки это можно сделать? - из чисто практического интереса уточнила я, зная только понаслышке о подобных случаях.

- Может быть, и можно, - развела руками Иллана. - Элька, я не знаю подробностей. Делвер говорил, что это почти неосуществимо.

- Значит, если на короля воздействуют магическим способом, к примеру, подложат какой-нибудь амулет в постель или кошелек, то во дворце об этом узнают только случайно? - воодушевленно заключил Терен. - Госпожа Иллана, а когда он возвращается?

- Примерно через неделю. Может быть, чуть позже, Делвер не ставил меня в известность. Ты считаешь, что за это время ему станет еще хуже? - встревожилась Иллана.

- Не исключено. Или, наоборот, полегчает, если гхыров амулет остался здесь. Но, госпожа Иллана, я не об этом. Мы могли бы при встрече с его величеством сказать, осуществлялось ли магическое воздействие, и дать свои рекомендации, раз у вас нет придворного мага.

- Правда? - приободрилась Иллана.

- Стоп! - предостерегающе поднял руку Аленар. - Уважаемые маги, я не сомневаюсь в вашей компетенции, но вас мы задействуем в последнюю очередь. Вначале я попробую сориентироваться сам. Возможно, ваша помощь и не потребуется.

- С нами это будет проще, - настойчиво проговорил Терен.

- Не сомневаюсь. Но вы должны пользоваться магией как можно меньше. Лучше всего вообще забыть о магическом образовании. Особенно это касается Эльки. Нам жить в Этере до вересклета, возможно, дольше, и я не хочу, чтобы по стране и сопредельным государствам расползлись сведения о трех юных волшебниках, прибывших ко двору Делвера Пятого.

В словах Аленара содержалось зерно истины, я прекрасно понимала это. Безусловно, Мораввен не пропустит такую новость. Его слова про то, что я не смогу не выдать себя, запечатлелись в памяти навсегда. Но... Всегда есть но...

- Я стерла воспоминания Травнику. Он может рассказать об этом всему городу.

- Ты хорошо их подчистила, - качнул головой Аленар. - Он не осознает, что пациентка влезала в его память. С этой стороны опасаться нечего.

- Нашу магическую ауру не скрыть. Любой мало-мальски понимающий человек мгновенно опознает в нас наличие дара, - заметил Лежек.

Аленар нахмурился на мгновение.

- По вашей ауре можно опознать, насколько вы обучены?

- Нет. Только наличие магического дара. Степень его развитости определяется практическим путем.

- Тогда пусть считают, что ваши родители не обнаружили в вас этот дар вовремя и не отдали учиться магии. Мало ли что у кого в ауре можно найти? Просто не демонстрируйте свои умения. Не зажигайте свечи щелчком пальцев, не придвигайте к себе предметы без помощи рук, не телепортируйтесь и не доставайте из воздуха цветы. Ведите себя так, как ведут обычные люди, не обремененные магическими талантами.

Я поежилась. Отказаться от магии будет очень и очень непросто. Она неотъемлемо присутствовала в нашей жизни последние годы. Мы сроднились с ней и зачастую не осознавали, что пользовались ею. И защита? Я не настолько хорошо владею мечом, чтобы в случае нападения защититься им от врагов.

- Элька, - Аленар устало сжал руками голову. - Магически атаковать тебя никто не будет, если только ты не выдашь себя. А вот от удара меча колдовством не защититься, не мне тебе это объяснять. Тебе придется положиться на нас. Мы постараемся сделать все, что в наших силах.

- Ты забываешь еще одну простую вещь, брат, - подала голос Иллана. - Дамы при дворе не носят фамильных мечей и вообще не умеют ими пользоваться. Это привилегия исключительно мужчин.

- Могу их понять, - проворчала я, вспоминая свои уроки фехтования.

- Но зато дамы, не все, но большинство, умеют стрелять из арбалета. Легко взводить, легко целиться, и оружию можно придать вид драгоценной игрушки. В последнее время пошла мода украшать ложе серебряной инкрустацией в виде герба или монограммы. Тебе стоит завести такой.

- Я не умею стрелять, - прикусила я губу.

- У тебя будет время научиться. И не только этому. У вас есть десять-двенадцать дней на то, чтобы из боевых магов превратиться в молодых людей, принадлежащих к высшему обществу Картхейна. Уверяю тебя, вам не придется скучать, - усмехнулась хозяйка.

Судя по лицам молодых мужчин, их, как и меня, явно не прельщала открывшаяся перспектива. Но изучение местной истории и этикета будет, наверное, не сложнее, чем зубрежка формул теоретической магии?

Не сложнее. Но гораздо зануднее. Со следующего дня мы втроем словно вернулись на год назад, с головой погрузившись в книжки и продираясь через заросли генеалогических древ маркизов и баронов Картхейна. Если мы не запоминали исторические даты, то учились пользоваться многочисленными столовыми приборами самых разнообразных форм и размеров. Если не танцевали, то зазубривали, в каком порядке следует выстраиваться всадникам на королевской охоте. Ребята разнообразили свои занятия фехтованием с Аленаром. Меня же к поединкам допускали разве что в качестве зрителя.

Полюбовавшись на их финты и выпады, я решила использовать время более продуктивно и тренироваться в стрельбе из арбалета. Аленар на следующий же день после нашего приезда приобрел для меня хорошенькую игрушку в локоть длиной, с ложем из отполированного дуба, инкрустированного серебром, заговоренной тетивой и очень легким механизмом взвода, подвластным и женской слабой ручке. Однако силы этого малыша хватило бы, чтобы продырявить человека с пятидесяти шагов. Если попадешь, конечно...

А вот это у меня не очень получалось. Я тренировалась одна, найдя прелестное, скрытое от посторонних взглядов место. Похоже, именно его изобразил неизвестный художник на картине, висящей над камином в гостиной Илланы: пруд с кувшинками, скамеечка в тени развесистых вязов, замшелый камень, наполовину съехавший в воду... В реальности оно понравилось мне еще больше, чем нарисованным: тихое, безмятежное, уединенное.

Почти.

На третий день нашего пребывания в Этере, когда я, проклиная на все лады свою неспособность справиться с оружием, ползала в высокой траве и собирала стрелы, откуда-то сверху раздался звонкий голос:

- Ты просто целишься неправильно.

Собранные стрелы высыпались в траву, пальцы сами собой сложились для парализатора, тело развернулось, готовое послать заклинание, но я, осознав, что делаю, силой заставила себя расслабиться. В голосе не слышалось ни угрозы, ни опасности, и вообще, он, кажется, принадлежал не совсем взрослому мужчине.

- А ты знаешь, как надо? - крикнула я в крону развесистого граба. Голос рассмеялся.

- Конечно!

- Так, может, покажешь?

Ответом мне послужили шорох и шевеление ветвей, обладатель голоса и умения стрелять из арбалета, очевидно, спускался. Вот передо мной показались худые мальчишеские ноги, обутые в кожаные сандалии, светлая ткань штанов, доходящих до угловатых коленок, и, наконец, на землю спрыгнул вихрастый светловолосый мальчишка лет десяти.

- Привет. А ты кто? - поинтересовался он, с интересом разглядывая, нет, не меня, а оружие у меня в руке.

Я озадачилась: Иллана не предупреждала, что в ее саду могут попасться дети, но на вопрос ответила.

- Элька.

- А почему я тебя раньше не видел? - продолжал допрос мальчик.

- Потому что я недавно приехала к госпоже Иллане, - сообщила я, продолжая размышлять, откуда взялся ребенок. Пришел из соседского сада? Маловероятно. Иллана не позволила бы бродить в своем саду неизвестно кому, пусть даже это ребенок из хорошей семьи, если судить по его одежде и поведению.

- А свое имя ты мне назовешь?

- Деллик.

Мальчик странно посмотрел на меня, словно бы чего-то ожидая. У меня возникло странное ощущение: он предполагает, что я должна знать его. Точнее, просто убежден в этом.

Я на самом деле слышала о нем? Иллана рассказывала мне о высшем обществе Этеры, но я не особенно внимательно вслушивалась, полагая, что вряд ли задержусь настолько, чтобы близко контактировать с ним. Но все же какие-то сведения застряли в памяти, и я усиленно копалась в них, вытаскивая имена десятилетних мальчиков, рожденных в богатой семье, достаточно знатной для того, чтобы он вел себя уверенно и отчасти властно с незнакомой девушкой, и живущего неподалеку. Ой-ой... Единственное имя, всплывшее в моей памяти, вызвало у меня нервную дрожь, смущение и желание послать на гхыр этикет, раз уж я его нарушила всеми возможными способами.

- Дай мне, - мальчик протянул руку к арбалету.

Я стряхнула оцепенение.

- Возьмите, ваше высочество.

Деллик не повел и бровью, зарядил оружие, поднял и, практически не целясь, выстрелил. Болт с сухим треском вонзился в центр мишени. Я едва проследила за действиями мальчика, пораженная верностью собственной догадки. Мне демонстрировал навыки стрельбы сын его величества Делвера Пятого, его высочество Делвер Шестой, которого каким-то ветром занесло в место моих тренировок. Подождите... А действительно, что он здесь делает? Разве ему не положено находиться под присмотром многочисленных мамок, нянек и прочих лиц, приставленных к будущему правителю Картхейна?

- Элька, ты видела, как я это сделал? Сможешь повторить? - Деллик вернул мне арбалет, залез на скамейку и нетерпеливо поерзал. - Давай я посмотрю и подскажу, если не получится.

- Послушайте, ваше высочество...

- Деллик, - недовольно перебил мальчик. - Мы не во дворце, а в саду.

- Вот именно, в саду, - подчеркнула я. - И притом чужом.

- Почему чужом? - удивился Деллик. - Я же пришел к Иллане, а не к кому-то другому.

Отметив для себя, что у юного наследника вполне дружеские отношения с любовницей его отца, я все же вернулась к мучившей меня проблеме. Очень не хотелось, чтобы кто-то обнаружил мальчика в моем обществе, да еще и с арбалетом в руках.

- Деллик, а тебя не будут искать?

Он резко поскучнел.

- Будут. Когда Марла проснется. А это произойдет не раньше трех пополудни...

Мы одновременно посмотрели на солнце, давно перевалившее зенит и плавно опускающееся к горам.

- А Марла - это...

- Она моя ня... Она присматривает за мной.

Я еле сдержала улыбку. Надо полагать, для мальчика его возраста наличие няни равносильно признанию в своей слабости и покрывает его страшным позором.

- Она будет сердиться?

- Нет. Причитать, плакать и охать, - тяжело вздохнул вконец помрачневший Деллик. - Пожалуй, мне на самом деле пора.

Во мне проснулась неудержимая жалость к мальчику, стоило только подумать, насколько тоскливо ему жить. Одному, без матери, умершей много лет назад, с отцом, вечно занятым своими королевскими делами, и любящей поспать и поплакать Марлой. Может быть, еще есть учителя, кто-то же вкладывает необходимые знания в эту вихрастую голову? Но не похоже, чтобы у него были друзья.

- Прощайте, госпожа Элька, - хмуро поклонился Деллик по всем правилам этикета, повернулся и собрался было скрыться за кустами бересклета.

- Деллик, подожди! - опомнилась я. - Ты же хотел показать мне, как стрелять.

- Меня будут искать, госпожа Элька.

- Понимаю, - покаянно кивнула я. - Но я прихожу сюда тренироваться каждый день. Может быть, у тебя получится и завтра удрать от Марлы, пока она спит?

- Получится, - просиял мальчик, не давая себе времени на раздумья. - Около полудня подойдет?

- Договорились, - улыбнулась я.

Мы встретились с ним и завтра, и послезавтра, и послепослезавтра. Как ни странно, в его присутствии гхыров арбалет подчинился мне, и болты начали втыкаться в мишень, а не с шорохом падать в траву. Деллик устраивался на скамейке или залезал на дерево, следя за моими тренировками, комментировал выстрелы, давал советы или просто болтал. Он расспрашивал меня о моей жизни, и приходилось напрягать память, вытаскивая оттуда прочитанные эльфийские романы, наскоро стряпая из них удобоваримую легенду. Не могла же я поведать о Школе Магов и Практиков?

Устав от бесконечной стрельбы и расспросов, я и сама принималась осторожно вытягивать из мальчика сведения. Он охотно делился своими наблюдениями: отец добрый и занятый, Иллана хорошая, но в последнее время грустная, Марла приставучая и чересчур заботливая... Мы вместе смеялись над толстым стражником на воротах, мимо которого легко проскользнуть. Я сочувствовала Деллику, соскучившемуся по отцу и Иллане, не появляющейся во дворце со времени его отъезда. Видела, как он гордится моим удачным выстрелом, и, в общем, имеет полное право на это. Я становилась для него подругой, которой так не хватало мальчику. Примерно такой же, как стала для меня Кесси много лет назад...

- Вы хотели со мной поговорить?

Светловолосый мужчина, сидящий за столом, точнее, полулежащий на нем, склонив голову на руки, вздрагивает и поспешно протирает глаза.

- Госпожа Кессиана? Рад видеть вас. Прошу, садитесь.

- Нет, я постою, - тихо и твердо отвечает темноволосая девушка.

- Тогда и я встану, с вашего разрешения. Не могу сидеть в присутствии стоящей дамы, знаете ли...

Мужчина устало приподнимается из-за стола и обходит его, останавливаясь перед девушкой. Та инстинктивно отступает и чуть не падает, упираясь в своего спутника.

- Кесси, - укоризненно шепчет Брендт, подхватывая подругу. Девушка сердито сбрасывает с себя его руки и отходит еще на шаг назад, почти прижавшись к стене.

- Не стоит так нервничать, Кессиана. Поверьте мне, я не поедаю на завтрак молодых талантливых магичек. И на ужин тоже, - доброжелательно улыбается маг.

- Правда? - с напряжением в голосе пытается шутить девушка.

- Разумеется, - продолжает сверкать улыбкой мужчина.

- Господин Мораввен, так о чем вы хотели со мной поговорить? - повторяет девушка.

- А Брендт не говорил вам? - серьезнеет Великий Магистр.

- Он только упоминал, что вы хотели меня видеть.

- В таком случае я поражаюсь вашей смелости, госпожа, - уважительно склоняет голову хозяин кабинета. - Зная, какое впечатление сложилось у вас обо мне... Нет, не смущайтесь. Все совершенно естественно. Нам ведь не приходилось встречаться так, лицом к лицу, а по рассказам других людей сложно сформировать правильный образ. Но, Кессиана, может быть, мы все-таки присядем? Разговор, чувствуется, предстоит тяжелый, а я всю ночь провел на ногах.

Немного помедлив, девушка проходит по комнате, стараясь держаться как можно дальше от хозяина кабинета, и осторожно опускается в кресло. Мораввен, удовлетворенно вздохнув, присаживается в соседнее кресло.

- Хотите что-нибудь выпить? Вода, сок?

Кесси явно собирается отказаться, отрицательно качнув головой, но потом ее глаза вспыхивают.

- Воды.

- Брендт, не сочти за труд...

Великий Магистр наблюдает, как молодой человек протягивает бокал своей подруге, как та принимает его, проводит рукой над поверхностью жидкости, шепча заклинание, а потом делает глоток.

- Надеюсь, Кессиана, вы не думали, что я хочу вас отравить? - притворно хмурится демон.

- Была такая мысль, - лукаво признается она.

- Госпожа магичка, вы не только талантливы, но и умны. Не думайте, что я не заметил, как вы ненавязчиво продемонстрировали свои знания, - убрав напускную суровость, добавляет Мораввен.

- И снова вы правы, - грустно признается девушка и отставляет в сторону бокал. - Не называйте меня так. Вам не хуже меня известно, что я не имею права носить это звание.

Мораввен убирает из голоса фривольность.

- Кессиана, вот об этом я и хотел с вами поговорить. Без диплома остались не только вы, но и весь выпуск Школы Магов и Травников. Но, вероятно, вы не в курсе, что последние защищаются в конце этой недели.

- Нет, - в тоне Кесси слышна явная заинтересованность.

- Новый директор Школы договорился с Ковеном, и заседание дипломной комиссии назначено на двадцатое жнивня. Адепты-выпускники, ставшие послушниками Ордена - Тей, Марек и Олисандр - защищаются днем позже. Я попросил Брендта передать вам эту информацию. Нехорошо, если девушке, которой до получения заслуженного ею звания остается только один шаг, так и не представится случая сделать его. Но, по всей видимости, он решил переложить сию почетную обязанность на мои плечи.

- Мне показалось, что с вашей стороны это прозвучит более весомо, - отзывается молодой маг.

- Возможно, вы и правы, - Мораввен вновь переводит взгляд на свою гостью. - Так что, Кессиана, вы ответите мне?

- На предложение защитить диплом в Ковене?

- Да.

- А потом поступать на служение в Орден?

- Совершенно необязательно. Вы можете остаться в Ковене, поступить в аспирантуру или уехать к родственникам, чтобы заняться самостоятельной практикой. Все зависит только от вашего желания, госпожа будущая магичка.

Девушка, опустив голову, задумчиво теребит кисточки на поясе платья.

- А остальные?

- Что, простите?

- На нашем курсе училось девять адептов, теперь в живых осталось восемь. Но вы предложили защититься только четверым. Что будет с остальными?

- Хороший вопрос, - Великий Магистр устало трет рукой лоб.- Кессиана, я понимаю, что вы не просто так задали его.

- Да, - смущенно отводит глаза девушка.

- Все довольно сложно, Кессиана. С вашими сокурсниками дело обстоит далеко не так радужно, как с вами. Элиару и братьев Альвитских ищут по всей Аррении и близлежащим странам.

- Да, Элька говорила мне.., - Кесси вдруг спохватывается и испуганно прижимает руку к губам.

- Я не собираюсь упрекать вас за это, - сочувственно произносит Мораввен. - Вы долгое время провели вне Аррении, в глухом месте, и не могли знать того, что ваша подруга разыскивается не просто так. Ее обвиняют в нарушении контракта...

- Он был расторгнут! - негодующе восклицает Кесси.

- Вы говорите со слов Элиары? - осведомляется Великий Магистр без тени гнева в голосе. - Она намеренно сказала вам неправду. Впрочем, бедную девочку саму могли ввести в заблуждение. Но это неважно. Нарушение контракта - мелочь, на которую можно было бы и не обратить внимания, хотя мы нуждаемся в обученных специалистах, Кессиана. Очень нуждаемся. За лето положение в Аррении лучше не стало. Темная сила, как плесень, расползается по стране, а рыцарей Ордена слишком мало, чтобы остановить ее экспансию. Мы обороняемся, а не наступаем. Прошедшей ночью я один вынужден был очищать жальник в близлежащей деревне.

- Нежить добралась и до Аррендара? - с ужасом спрашивает Кесси.

- К сожалению.

- Я не представляла, что все так плохо...

- Разумеется, вы не представляли. Никто вас не винит, Кессиана. Но теперь вы сами можете понять, как нам нужны дополнительные руки.

- Эльке надо просто рассказать об этом, - окрыленная своей мыслью, предлагает Кесси. - Она не может не прийти на помощь! Я могу послать ей вестника.

Мораввен не разделяет ее энтузиазма.

- Попробуйте, но сомневаюсь, что это приведет к ожидаемому результату. Вряд ли Элиара вернется в страну, где ей предъявят обвинение в неподчинении рыцарям Ордена, сопротивлению им, бунте и убийствах.

- Нет! - Кесси округлившимися от ужаса глазами бросает недоверчивый взгляд сначала на Великого Магистра, потом на Брендта, но видит только сочувствие и непоколебимую уверенность в словах демона.

- Нет... Но как же так?. Она не могла...

- Могла, и я видел это своими глазами, - разводит руками Мораввен. - Элиара убила вашего сокурсника Стена, одного из рыцарей Ордена, и ни в чем не повинного Магистра, давно отошедшего от дел. Я пытался остановить ее, образумить, но не смог. Или я стал плохо колдовать, или, боюсь, ваша подруга не справилась с постоянно действующими на нее темным потоками. Вы недавно виделись. Вам не показалось, что она стала другой?

Кесси задумывается, продолжая теребить кисточки на поясе.

- Вот теперь, когда вы об этом говорите... Да, она сильно изменилась. От прежней милой и доброй девочки почти ничего не осталось. Элька превратилась во враждебно настроенную, замкнутую девицу, с подозрением относилась к каждому моему слову... Но ее поведение показалось мне естественным, если учесть, что с ней произошло.

- А что с ней произошло, Кессиана? - равнодушно, даже слишком безэмоционально спрашивает Мораввен.

Кесси вновь отводит взгляд, не желая или не решаясь ответить. Вместо нее отзывается Бренд:

- Великий Магистр, вам, должно быть, известно об этом лучше нас. Вы были на той поляне во время полнолуния, а мы нет.

- Во время обряда инициации? - уточняет Мораввен. - Кессиана, вы его имели в виду?

- Вероятно, - тихо и неуверенно произносит Кесси. - Если он проходил в ночь перед защитой дипломов, после которой все покатилось кувырком.

- И о тех событиях вы знаете только со слов сокурсников. Все понятно. - Мораввен утомленно растирает пальцами виски. - Кессиана, позвольте на правах старшего дать вам совет: не стоит беспрекословно верить даже самым близким вам людям. Они могут ошибаться, заблуждаться и попросту врать, преследуя свои цели.

- Элька никогда не врала мне, - возражает девушка.

- Даже о происхождении своего жениха? - вкрадчиво интересуется Мораввен.

- Это была не ее тайна! - запальчиво защищает меня подруга.

- Во время учебы да. Но потом, когда вы уже оказались в Белогорье и все секреты неминуемо вскрылись бы в самое ближайшее время? Неужели она не могла хотя бы намекнуть, чтобы не ставить вас в глупое положение?

Кесси густо краснеет и опускает голову. Мораввен не ждет от нее ответа.

- К этому времени Элиара уже находилась под действием темных потоков. Она и ее приятели разрушили тщательно подготовленный обряд инициации новых членов Ордена, который позволил бы им лучше овладеть тайнами магии. Они вступили на путь порока и преступления, и вы сами видите, к чему это привело: к смертям. Мне очень не хотелось бы повторения трагедии, поэтому мы ищем Элиару, тратя на ее поиски так необходимые нам силы и время.

- Элька говорила совсем другое.., - Кесси всхлипывает, стирая катящиеся по щекам слезы. - Она уверяла, что вы хотели убить ее саму, выкачать из всех ребят энергию, и в результате погиб Магистр Ален, пытавшийся встать на их защиту.

- Магистр дар Лиаллан жив, Кессиана.

- Брендт сказал мне, - еще громче всхлипывает девушка. - Я не поверила... Но он предложил мне самой поговорить в Ордене с Магистром.

Кесси жалобно, сквозь капли слез, свисающие с ресниц, смотрит на Мораввена.

- В любое время, как только дар Лиаллан вернется из Вольска, - Мораввен берет недопитый бокал и протягивает своей гостье.

- Значит, это правда, - Кесси с усилием сглатывает, с благодарностью принимает воду и большими глотками, не заботясь о правилах приличия, пьет. - И Элька не нужна ему... А я просила, умоляла глупышку подумать, прежде чем ошеття голову нырять в омут страсти... Любящие мужчины так себя не ведут. Я предупреждала ее! И что получилось? Она осталась одна с разбитым сердцем, сломалась и превратилась в темную ведьму. Я должна была предостеречь ее!

- Кессиана, не стоит винить себя.

- Вы не понимаете, Великий Магистр, - Кесси поворачивает к нему залитое слезами лицо. - Я могла ее удержать. Она слушалась меня. Всех смертей можно было избежать! - с рыданиями заканчивает девушка. - И прошлых, и будущих!

- Мы найдем ее, - успокаивающе говорит Мораввен. - Рано или поздно, так или иначе, но найдем. Она не сможет прятаться вечно. И вы еще посидите и поболтаете о своих женских мелочах: рюшечках, бантиках, колечках и поясках...

- Кольцо, - внезапно произносит Кесси деловым тоном, без единого следа недавних рыданий. - И браслет! Помнишь, ты подарил его Эльке? - обращается она к Брендту.

- Ты хочешь...

- Господин Мораввен, - не дает договорить Брендту Кесси. - Мы можем попытаться определить хотя бы направление, в котором Элька сейчас находится. Это облегчит ее поиски?

- Безусловно. Я был бы очень признателен вам.

- И вот еще что.., - Кесси замолкает на несколько секунд, словно колеблясь, и, наконец, решается:

- Господин Мораввен, когда вы пытались остановить Эльку... ваши заклинания работали, но слабо? Словно посланы с меньшей, чем необходимо, силой?

- Вы совершенно правы, - искренне изумляется демон. - Но откуда...

- На шее Эльки висит амулет, подаренный Магистром Аленом. Он оттягивает на себя магию, посланную в его владельца. Странно, что вам не рассказали об этом раньше.

Кесси искривляет губы в нехорошей ухмылке.

- Действительно странно, - рассеянно отвечает Мораввен, явно погрузившийся в размышления.

- Хотя, возможно, это не те подарки, которые остаются в памяти дарителя. Или человек, которому их преподнесли, не стоит того, чтобы о нем вспоминали, - ехидно замечает девушка.

Великий Магистр не реагирует на ее слова, вставая с кресла и возвращаясь к столу.

- Благодарю, Кессиана, вы сообщили бесценную информацию. Не смею вас больше задерживать. Если вам удастся выяснить что-нибудь еще, я всегда готов выслушать. Удачи с дипломом. Не сомневаюсь, что в следующую нашу встречу я с полным правом назову вас магичкой.

Довольная и разрумянившаяся, Кесси скрывается за дверью, прихватив с собой светящегося от гордости и счастья Брендта...

Я слезла с кровати и, накинув на плечи шелковый халатик, подошла к окну. Яркий солнечный свет обещал хороший летний денек. В саду на розовых кустах в последнем усилии отбрасывали снопики искр капли росы. В зарослях боярышника и спиреи щебетала коноплянка. Стайка воробьев, возбужденно чирикая, расселась на ветвях тутовника, обклевывая набухшие соком темно-синие ягоды. Душу больно драли когтями обида, неверие и опустошение. Доброта и сострадание к этим не самым приятным чувствам не присоединились, очевидно, предпочтя где-нибудь отдохнуть.

Кесси... Я сумрачно вздохнула, прижимаясь лбом к кованому переплету окна, и закрыла глаза, не в силах смотреть на буйствующее за ним жизнерадостное великолепие природы. Что произошло? Она не находилась под контролем. В ее глазах не плескались щенячья преданность и любовь к Великому Магистру, как у Брендта. И при этом она беспрекословно поверила демону, ни на секунду не усомнившись в его словах. Жаль, что она не последовала его же совету: не верить людям, преследующим собственные цели.

Уязвленное самолюбие толкнуло обиду в бок и плюхнулось рядом, вытягивая лапы и по-хозяйски запуская когти в израненную душу. В свежие раны по каплям просачивалось горькое ощущение предательства. На все это наползало мутно-клубящееся облако беспросветной ярости. Я поспешно обхватила себя руками, опасаясь, что разбушевавшиеся во мне эмоции оставят следы на безупречно отполированном подоконнике.

Когда и что изменило Кесси? Я тоже могла бы поклясться, что не узнаю подругу. Откуда взялась циничная грацца, если восемь лет со мной в комнате жила добрая и заботливая девочка, всегда готовая помочь если не делом, так советом?

И кстати о последних... Как-то не припомню я, чтобы Кесси советовала мне подумать. Она всегда одобряла мои отношения с Аленом, подталкивала к их развитию и первая заметила, что между нами существует нечто большее, чем "Магистр-адептка". И после этого не моргнув глазом утверждает: "Любящие мужчины так себя не ведут!"

Из грозового облака ярости выползли тонкие ветвящиеся щупальца ненависти, оплетая остатки доброго и светлого во мне. Энергетические потоки взвихривались и закручивались в безумном водовороте, повинуясь моим плохо осознаваемым желаниям разрушать, мстить и убивать. Так, кажется, должны вести себя темные ведьмы?

В чувство меня привели стеклянный звон и последовавший за ним грохот. Звон исходил от разлетевшейся в мелкие дребезги вазочки с цветами, грохот - от рухнувшего и расколовшегося на куски тазика для умывания. Похоже, они не вынесли напряжения силы в комнате. До этого момента я не представляла, что такое возможно...

- Элька, это ты буянишь? - Приход Илланы вырвал меня из ошеломленного разглядывания останков вазочки. - Я услышала шум и позволила себе зайти... Ого... Это откуда такая агрессия?

- Так вышло, - виновато тряхнула я головой, усиленно пытаясь вернуться в нормальное состояние. Получалось плохо, эмоции все еще били через край, но, тем не менее, получалось. Я уже могла стоять спокойно, не опасаясь, что исходящая от меня сила уничтожит обстановку в комнате.

- Конечно. - Иллана подошла к умывальнику и пошевелила ногой крупный осколок. - Молодые беременные магички постоянно бьют вазы и роняют тазики, не прикасаясь к ним. Без малейшего повода, так сказать, чтобы навыки не утрачивать.

- Ну, повод все-таки был, - попыталась оправдаться я, принимаясь собирать стекло со стола.

- Серьезный? - Иллана присела на корточки и подняла осколок с нарисованным на нем голубым цветком.

- Для меня да, - кратко ответила я, неуверенная, стоит ли вдаваться в дополнительные подробности. Хозяйка вздохнула.

- Элька, я понимаю, что мы не подруги, но если тебе нужно выговориться...

- У меня больше нет подруги, - оборвала я.

- Даже так? - изогнула бровь Иллана. - А куда она делась? Я помню, ты называла ее имя... Кесси, кажется...

- Превратилась в недруга.

Я аккуратно, стараясь не порезаться, ссыпала собранные стеклышки в кучку и, сосредоточившись, произнесла заклинание. Вазочка восстала из осколков, и только крохотная выбоинка на краю указывала на ее недавнее плачевное состояние.

- За одну ночь?

- Да.

Иллана, отбросив осколок, подошла и обняла меня за плечи.

- Элька, не хочу давить, но даже я чувствую напряженность, исходящую от тебя. Прими мой совет, не от подруги, а от будущей родственницы: не держи все в себе. Поделись с кем-нибудь, иначе мой дом окажется в руинах.

- Мне все равно придется рассказать мужчинам.

- Можно и им, - не удивилась Иллана. - Только, поверь моему опыту, мужчины совершенно не разбираются в тонких материях любовь, дружба, ненависть... Особенно твои ребята, абсолютно не знающие жизни.

- Иллана, я не хочу нагружать тебя своими проблемами.

- А я люблю взваливать на себя чужие заботы, тогда свои кажутся мельче и несущественнее. Итак?

Я сдалась, не в силах устоять против доброжелательной настойчивости Илланы и типично женского желания поплакаться кому-то, носящему юбку. Она права, далеко не все можно рассказать мужчинам. И далеко не все из них могут понять, о чем я говорю...

- Мне опять приснился сон, - начала я, устроившись на подоконнике в излюбленной позе, закрыв глаза и откинув назад голову.

Иллана выслушала мой рассказ, задала несколько уточняющих вопросов и с каждой секундой все больше и больше хмурилась. Мне же, напротив, становилось все легче и легче, словно с каждым словом я выпускала на волю свои эмоции. Однако следующая фраза Илланы вернула напряжение:

- Ты уверена, что она вообще была твоей подругой?

- Что?!

- Не торопись и дослушай меня до конца. Как мне кажется, Кесси сложно назвать твоей настоящей подругой. Вас свели вместе обстоятельства: две девочки на курсе, проживающие в одной комнате. Тебе необходим был близкий человек, замена матери, и Кесси согласилась ею стать. Но не только из сочувствия или желания подружиться. В вашей паре она была ведущей, а ты ведомой. Она давала советы, руководила и учила жизни, а заодно сваливала на тебя малоприятные обязанности, например, таскать еду для кота.

- Кесси не могла подойти к мантикоре.

- Элька, только не говори мне, что твоя подруга не могла договориться на кухне. Все равно не поверю. Но ей было проще поручить тебе святую обязанность кормить созданное вами животное.

Иллана замолчала, давая мне время подумать. Я перебирала в памяти обрывки воспоминаний. Второй курс, подготовка к Бесовнику, и Кесси настаивает, что мы должны заколдовать дверные ручки. Мне очень хочется оживить кукол, это заклинание мощнее и требует большего умения, но подруга боится мертвенных глаз и дерганых движений, и я соглашаюсь. Пятый курс, весна. Лежек и Терен забегают в нашу комнату и зовут меня смотреть ледоход. Меня, а не нас обеих, - Кесси слегка простужена. Я соглашаюсь, но подруга настаивает, что надо заниматься, на носу конец учебного года и связанные с этим контрольные. Ребята уходят без меня. Восьмой курс. Кесси весьма недовольна моей постоянной возней с истощенной Муськой, ей кажется, что мантикора принесет одни неприятности, и обиженно поджимает губы, когда Магистр Рейф соглашается оставить зверюгу в Школе.

Да, вероятно, так все и происходило. Кесси выбрала себе руководящую роль, а я не сопротивлялась этому. Подобное положение вещей устраивало нас обеих. До какого-то момента. Когда же все изменилось?

Еще в травне, перед защитой диплома, наша дружба казалась нерушимой. Да и потом, в Белогорье, мы обе вели себя по-прежнему: я нуждалась в сочувствии, а она щедро дарила его.

- Думаю, ты ошибаешься, - возразила Иллана, выслушав мои невнятные соображения. - Началось все с появлением Ариэна в твоей жизни. Ты начала выходить из-под контроля подруги, постепенно переходя под другой - твоего жениха. Вначале ее это не особенно тревожило. Вы находились в сходном положении: у обеих кавалеры, готовые связать с вами дальнейшую жизнь, но при этом ты более зависима, без семьи, без связей и средств к существованию. Кесси и Ариэн управляли твоей жизнью. А потом произошла трагедия, и ты начала принимать самостоятельные решения. Рванула куда-то к гхырам, пренебрегая безопасностью, оставила подругу одну в Белогорье умирать со скуки... Ты давала ей указания, где жить и что делать. Ваши роли поменялись местами, и Кесси или не смогла примириться с этим, или не захотела.

Я смятенно молчала. Иллана, давая мне возможность осмыслить сказанное, меланхолично барабанила пальцами по столу.

- Кстати... Не могу утверждать наверняка, но, возможно, еще сыграли большую роль обычные зависть и ревность.

- Ревность? К кому? Лежеку? - изумилась я.

- К нему, - усмехнулась Иллана. - Он же мог остаться в замке вместе с братом и Кесси?

- Мог.

- А уехал с тобой. И не потому, что без него ты погибнешь во цвете лет, с тобой уезжали вампир и второй мальчик... как его...

- Ингвар.

- А Кесси, хотя ей не меньше твоего требовалась дружеская поддержка, осталась одна в незнакомом месте.

- С Тереном, - педантично поправила я.

- Лежащим без сознания, а потом принципиально игнорирующим несчастную девушку? Хорошая компания, нечего сказать.

- В замке ей ничего не угрожало, а со мной она не поехала бы.

- Элька, Кесси и не планировала ехать куда-то на край света. Но ее задело, что сокурсники выбрали тебя и опасность вместо нее и безопасности.

- Может быть, - задумчиво качнула я головой. - А зависть откуда взялась? - и, не успев договорить, поняла, что спросила зря.

Иллана весело расхохоталась, подтвердив мои подозрения.

- Девочка, это же совсем просто! Вместо захудалого Магистра некромантии у тебя в женихах внезапно оказался брат белогорского князя. А ты молчала и скрывала эту тайну от нее, своей лучшей подруги.

Я в отчаянии закрыла ладонями лицо. Все так просто: уязвленная гордость, ревность и зависть, - и лучшие подруги становятся лучшими врагами, и ничего не имеет значения, кроме глупой обиды, заслоняющей весь белый свет.

- Но собственная безопасность? Кесси же должна была понимать, что рискует своей жизнью, уезжая из Белогорья?

- Тут я ничего не могу сказать, Элька. Возможно, она убедила себя, что ты солгала ей. Или неудовлетворенные амбиции потребовали от нее продемонстрировать себя в лучшем свете. Или все это вместе взятое, вкупе с желанием угодить своему любовнику и избавиться от скучной жизни в захолустье.

- А в итоге она получит то, что выбрала, - грустно проговорила я.

- Именно так. Мы всегда получаем то, что выбираем себе сами. На этом стоит жизнь. Ну, ты немного успокоилась? Идем, Элька. Тебе пора поесть, а меня ждет Аленар, - Иллана протянула мне руку, помогая подняться. - Только причешись сначала. В таком виде нельзя появляться перед мужчинами.

- Они видели меня еще и не такую, - проворчала я, но, взглянув на свое отражение, покорно взялась за расческу. - А вы куда-то собрались?

- Я собралась. К Травнику, - на лице хозяйки возникло странное выражение. - А Аленар считает своим долгом проводить меня.

- Ты не заболела? - встревожилась я.

- Нет-нет, девочка, что ты! Все хорошо. Или надеюсь, что будет хорошо. Мне передали, что завтра возвращается Делвер.

Она замолчала, словно между долгожданным возвращением короля и посещением Травника имеется явная связь. Я, правда, ее не улавливала.

- У меня кончились кое-какие травки, вот и все, - пояснила Иллана в ответ на мой недоуменный взгляд.

- Может быть, в моих запасах найдется? - предложила я, заплетая косу.

- Вряд ли, - расхохоталась дама. - Тебе они не нужны. И вряд ли и были когда-то. Она игриво провела рукой по моему животу. Я невольно отступила и замерла, поймав за хвост единственную догадку, связывающую Делвера, Травника и мой живот.

- Зелье от беременности?

- Да, - коротко бросила Иллана, явно не желая продолжать разговор на эту тему. Я, со своей стороны, не стремилась к дополнительным вопросам, справедливо считая, что это меня не касается, и последовала за хозяйкой вниз, вновь окунувшись в собственные проблемы.

Парни отреагировали на мой сон так, как, собственно, и ожидалось.

- Ты же не собираешься бросать все и ехать спасать бедную подружку? - только и осведомился Терен, оторвавшись от завтрака.

Получив отрицательный ответ, он с явственным облегчением вернулся к прерванному занятию.

- Правильно. Она сама выбрала себе судьбу.

Его брат охарактеризовал Кесси несколькими весьма красочными выражениями. Настолько красочными, что цветы на подоконнике приувяли, а мне захотелось прикрыть руками живот, заслоняя нежные ушки детей.

- Она с ума сошла, - угрюмо пробурчал Лежек, когда смог сформулировать цензурную фразу. - Только так я могу понять, почему она прибежала к Мораввену. Элька, что еще она знала? Кроме амулета?

- Все, - я села за стол, тоскливо придвигая к себе миску с таким полезным творогом. - Абсолютно все: про Алена, Нааль, некромантов и переселение сущностей. Я не видела причин скрывать от Кесси происходящее со мной. Она не знает только о беременности. Об этом я умолчала.

- Спасибо и на этом, - мрачно выдохнул Лежек. - А эта... твоя будущая свекровь не могла ей сообщить?

- Биэлла? Вряд ли... Насколько я понимаю, Кесси после нашей встречи не вернулась в Белогорье.

- Тогда это останется сюрпризом для Мораввена, - подал голос Терен. - А мне вот что интересно... Скажите мне, господа маги, какого гхыра Нааль забыла в Вольске?

- Приглашает Оррика в Орден? - предположила я. - Или ищет меня?

- Оррик не пустит ее и на порог, - не согласился Лежек. - Даже в облике Алена. Вспомни, Магистр сражался на той поляне вместе с нами и знает о Нааль все.

Я неразборчиво пробормотала согласие и принялась уныло ковырять творог. Обида, боль и ярость, притихшие за время разговора с Илланой, не исчезли до конца и продолжали терзать мне душу. Но в то же время я отчетливо понимала, что, несмотря на предательство и зависть, я не смогу так просто забыть девять лет, проведенных рядом с Кесси. Если Мораввен выбрал ее в качестве моей замены, ему придется передумать.

Глава 26.

По травинке деловито полз крохотный жучок с ярко-красной спинкой, испещренными черными точками. Он то спускался к междоузлию, то вновь поднимался, неуклонно приближаясь к колоску, покрытому тоненькими волосками. Я лениво подставила палец к мохнатой кисточке. Жучок, наконец-то добравшись до вожделенной цели, поколебался, но все-таки перебрался на него, потоптался, раскрыл крылья и, жужжа, улетел в голубую высь, быстро пропав из поля зрения.

Я легла на спину, с тоской устремив взгляд на застрявшее в кроне граба облако. Других дел, кроме как безучастно наблюдать за едва заметно шевелящимися листьями и слушать тихое журчание воды, у меня не было.

Нет, конечно, всегда можно найти чем заняться. К примеру, без помощи магии собрать арбалетные болты и еше раз методично расстрелять ими соломенную мишень. Или сесть за клавесин, положить руки на клавиши и убрать их, поскольку то, что получается в результате, не заслуживает названия музыки. Или до головной боли зубрить навязшие в зубах правила поведения за столом и минимально допустимую глубину приседания при встрече с особами высокого ранга. В конце концов, я могла элегантно присесть на диванчик, взяв в руки роман, и с головой углубиться в томительно-тягучую историю любви.

Но мне не хотелось ни учиться - какая разница, как будет себя вести юная дева из глухой провинции, если я не собираюсь оставаться при дворе Картхейна и искать себе мужа? Ни читать - сладко-текучие объяснения в любви в лучшем случае вызывали смех, а в худшем - вытягивали воспоминания об Алене, его руках, губах, притягательном шепоте и искристой щекотке. Стрельба надоела до огхырения. Невозможно бесконечно заниматься однообразной работой, особенно в одиночку. Деллик не приходил уже пятый день, с момента возвращения его отца. Иллану мы не видели столько же. Она ушла во дворец и с той поры не появлялась дома. С одной стороны, я радовалась этому: надо полагать, недопонимания с королем каким-то образом рассосались. С другой - мои собственные проблемы продолжали давить тяжелым грузом. Кроме того, я просто соскучилась по ней, по нашим ежевечерним разговорам, когда в мужской компании, а когда и наедине.

Меня душили скука и монотонность последних недель, выводила из себя невозможность повлиять на события, и терзал тупой страх перед будущим. Я не позволяла себе думать о неудаче, но гадкие мыслишки подползали исподтишка, отравляя сознание зловонным дыханием. Ночью ко мне приходили не теплые и уютные картины о счастливой семейной жизни и даже не сухие и неприятные сны о Мораввене и Нааль. Нет. Вместо этого я погружалась в глухую беспросветную темноту, из которой изредка выплывали неясные образы: распростертое на алтаре неподвижное тело Алена, окровавленный Ремар, светлый волк с крохотным спеленутым ребенком в зубах, пышащее жаром пустое пространство... Просыпаясь, я утешала себя тем, что обычно мои вещие сны отличались большей четкостью и ясностью, и размытые картинки можно списать на встревоженное состояние. Но все же они оставляли свой след.

Я не могла не задумываться на тему: "А что будет, если?"

Что будет, если Амаранта не сможет помочь нам? Или наотрез откажется? Или Ален не сможет вернуться в свое тело, навсегда застряв где-то в неведомом мире?

Вопросы, ответы на которые нельзя найти в толстых фолиантах, написанных старым умным магом. И спросить мне не у кого. Разве что у Мораввена, но к нему, пожалуй, торопиться не стоит.

Я всерьез рассматривала возможность во время полнолуния попробовать еще раз прорваться в тонкий мир к Алену. И отказалась от этой мысли. В первую очередь потому, что никто из моих спутников не согласился бы помочь, а во мне осталось достаточно здравомыслия, чтобы не лезть в астрал одной. Во вторую - поскольку Аленар просил воздержаться от использования магии. И только в третью - из-за приказа Алена.

Та же просьба Аленара послужила причиной отказа от мысли вспомнить лекции по прорицаниям и попытаться предсказать если не собственное будущее - мои практически отсутствующие способности к пророчествам все равно на это не способны - то хотя бы время возвращения Илланы. Не то чтобы меня сильно волновало, сколько времени она не будет покидать королевские покои. Просто мне казалось, что после представления королю моя жизнь сдвинется с мертвой, вернее, застывшей на одном месте точки. Сейчас я могла лишь бродить по уютно обставленным комнатам, тревожа мужчин своим хмурым видом, или делать то же самое в одиночестве в саду.

Я выбирала второе, приходя к своему излюбленному месту у пруда, и старательно пыталась не думать о том, что назойливым мотыльком трепыхалось в сознании.

Ален.

Амаранта.

Мораввен.

Кесси.

Мои дети.

Ален.

- Ты недооцениваешь Риэна. Он сделает все возможное и невозможное, чтобы вернуться к тебе.

- Не сомневаюсь в этом, - грустно улыбнулась я, садясь и обхватывая колени руками. - Если бы только быть уверенной, что "невозможное" возможно.

- Элька...

- Не надо, Аленар. Я знаю все, что ты можешь сказать, а ты, в свою очередь, знаешь мой ответ. Незачем сотрясать воздух пустыми словами.

- Я вообще-то хотел позвать тебя прогуляться.

- Правда? - обрадовалась я и, ухватившись за поданную вампиром руку, торопливо встала и оглядела урон, нанесенный травой платью. Ничего страшного, вроде бы, не наблюдалось.

- Пойдем. Мне еще нужно надеть гхырову шляпку.

- В шляпках тоже есть своя прелесть, - усмехнулся Аленар, - они закрывают от солнца и посторонних взглядов.

- Именно поэтому я и не протестую против них, - согласилась я.

Не с первого, не со второго и даже не с третьего взгляда, но я влюбилась в Этеру, в ее улочки, террасы, лабиринт в королевском парке, широченную мраморную лестницу, спускающуюся к морю и украшенную статуэтками птиц... Если бы Делвер Пятый лучше относился к магам, особенно к темным, может быть, я и обосновалась бы здесь навсегда. Не думаю, что Ален стал бы возражать...

Я позволила себе пару-тройку секунд насладиться образом двух темноволосых ребятишек на зеленой лужайке перед домиком с выбеленными стенами, потом со вздохом убрала его в дальние уголки сознания и занялась прикреплением шляпки к собранным в узел волосам. Не самая любимая процедура, но Аленар прав: вуаль и поля хорошо скрывали мое лицо от возможных наблюдателей.

Во дворе стояли только оседланные къярды.

- Мы едем вдвоем?

- Да. Ребята захотели прогуляться сами. Я не стал возражать.

Я, в свою очередь, не стала удивляться. Молодые парни имеют полное право провести свободное время так, как хотят.

- Я помогу тебе.

Аленар подсадил меня на Янта. Я устроилась в неудобном дамском седле и расправила пышную юбку, долженствующую скрывать мои ножки, обутые в смехотворно легкие туфельки.

- А куда мы едем?

- Тебе должно понравиться, - уклонился от ответа Аленар, поворачивая к морю.

Я следовала чуть позади него, как и полагалось примерной дочери, любуясь ухоженными цветниками, вдыхая соленый воздух и слушая мягкий местный говор. Мы проехали по набережной, но не остановились как в прошлый раз у ограды парка, а двинулись дальше, к ажурному мосту над впадающей в море рекой. Место, куда направлялся Аленар, явно находилось за пределами города. Любопытство все сильнее разбирало меня. Мы еще ни разу не выезжали из Этеры. И почему Аленар напускает на себя такой таинственный вид?

- Элька, - повернулся ко мне вампир. - Не торопись, сейчас ты все узнаешь. Мы почти добрались... Если не ошибаюсь, нам сюда.

Аленар свернул влево, на не пользующуюся популярностью, еле заметную дорогу. Кажется, в этом году по ней еще никто не ездил - настолько она заросла травой, пожелтевшей от жары.

Дорога вывела нас к саду. Вернее, к высоким кованым воротам с огромным замком, не менее высокой ограде с заостренными пиками на верху, а уже за ней просматривался сад и... Ну, вероятно, замком это нельзя было назвать. Просто солидных размеров дом, трехэтажный, с двумя круглыми башенками по бокам. И в нем давно никто не жил, насколько я понимала. Сад зарос, деревья нуждались не просто в обрезке, а в нещадном спиливании лишних веток, и от высоких стрельчатых окон дома так и веяло запустением.

- Сюда? - удивилась я.

- Да. Подожди, я открою.

Аленар спрыгнул с Элана, приблизился к воротам и приступил к манипуляциям с замком. Проржавевшая конструкция отказывалась поддаваться, и я заподозрила, что на нее наложено еще и заклятие.

- Вряд ли, - отозвался вампир. - Просто его давно никто не открывал. Можешь посмотреть, конечно, хотя я сомневаюсь... Нет, не надо. Все в порядке.

В замке что-то щелкнуло, дужка лязгнула, и Аленар торжествующе отодвинул створку ворот.

- И зачем? - поинтересовалась я, проезжая в них. - Дом большой, сад, наверное, красивый, особенно если привести его в порядок. Но почему мы здесь?

Аленар помог мне спуститься с Янта.

- Видишь ли, Элька... Если захочешь, то можешь поселиться здесь.

- Я?

- Ты и дети. И Ариэн, конечно, - быстро поправился Аленар.

- Только не говори, что дом твой... - нехорошо прищурилась я.

- Не мой. Ланы.

- Ее мужа? - Я невольно вздрогнула, вспомнив невеселый рассказ Илланы, и осторожно оглянулась, словно бы барон мог до сих пор находиться в доме. Хотя в принципе, в этом нет ничего невозможного - в качестве призрака, к примеру. Страшного и опасного призрака, терроризирующего местных обитателей, поэтому здесь никто не живет.

- Нет, - рассмеялся вампир, обнимая меня за плечи. - Дом достался Лане по наследству от дяди. Она провела здесь свое детство. Привидений в особняке нет, не волнуйся. Можешь заселяться в любое время.

- Аленар, я не понимаю... Почему я? Если Иллане не нужен этот дом, его можно продать.

- Ты понравилась Лане. А продавать дом она не хочет. Он принадлежал ее семье несколько столетий.

- Ну и пусть переходит наследникам, если так...

- Элька, ты на самом деле не понимаешь? Сейчас у нее нет других наследников, кроме твоих детей.

- Она может родить своих, - осторожно заметила я.

- Элька... - Аленар повел меня к увитой хмелем беседке. - Она не хочет рожать бастардов от короля.

- Это ее право, - задумчиво согласилась я. - Но Иллана же не одинока в этом мире? Есть ты, Биэлла, Ремар, родственники со стороны матери, наконец.

Я пригнулась, проходя под низко нависшей веткой яблони, в листве которой светлели некрупные плоды.

- Какое отношение к ней имеют незаконнорожденные дети ее племянника?

- Они не будут незаконнорожденными, - жестко возразил Аленар. - Не думаю, что Ариэн станет тянуть со свадьбой.

Я проглотила уже возникшее на языке замечание: «Ален может не вернуться, и тогда вопрос со свадьбой отпадет сам собой».

Вампир сделал вид, что не прочитал его.

- Ни я, ни Ремар и Биэлла не собираемся переезжать в Картхейн. У нас есть свои обязательства. А остальная семья...

Аленар остановился возле мраморной скамьи в тени. Я провела рукой по ее поверхности, стряхивая мелкий мусор, и, поколебавшись, села. Платью после земли и травы уже ничто не могло повредить.

- У Ланы больше никого нет. Ее мать умерла в родах. Дядя, у которого росла девочка, своих детей не имел и скончался через месяц после ее свадьбы.

- От горя, что ли? - ядовито заметила я. - Отдав невинную девочку в лапы монстра?

Аленар сел рядом со мной.

- Не делай поспешных выводов. Господин Менор очень любил Лану и воспитывал ее как собственную дочь. Любил до такой степени, что выгнал собственную жену, когда она рассказала девочке правду о ее происхождении. Насколько я понял из кратких и обрывочных высказываний Ланы, сия совсем не добропорядочная дама обладала на редкость злобным и деспотичным характером, к тому же оказалась бесплодной. Возможно, именно по этой причине она ненавидела приемную дочь.

- Но, тем не менее, господин Менор выдал Иллану замуж за барона. Он не мог выбрать ей лучшего мужа?

- Мог, вероятно... Но не успевал. Он понимал, что умирает, и воспользовался первым подвернувшимся случаем. Иначе Лана оказалась бы на улице: по правилам наследования это поместье переходило либо наследнику мужского пола, либо короне.

- А сообщить родному отцу не мог? Неужели в Асгоре девочка чувствовала бы себя хуже, чем в замке барона? - возмутилась я.

- Элька, - тяжело вздохнул Аленар, сжимая голову руками. - Ни одна душа не знала, кто ее отец. Я могу только догадываться, что произошло между родителями Илланы.

- В общем, несложно догадаться...

- Кроме того, о чем ты подумала, - не улыбнулся вампир. - Со слов отца я понял, что в период его, так сказать, тесного общения с матерью Ланы, он не афишировал свою принадлежность к вампирской расе.

- А это возможно? - не удержалась я.

- Возможно, - замялся Аленар. - Если не снимать одежду полностью, не доводить дело до глубоких поцелуев... В общем, я не буду вдаваться в подробности. В конце концов девушка узнала об этом, вознегодовала, разрыдалась и выставила ухажера за дверь. Тот, в свою очередь, оскорбился и ушел, так и не узнав, что станет отцом в третий раз. Подозреваю, что в тот момент будущая мать и сама не знала о ребенке.

- Подожди... А как же ты нашел Иллану?

Аленар хмыкнул.

- Видишь ли... Мне предстояла поездка в Картхейн по делам. Отец после хорошей порции хмельного внезапно разоткровенничался и предупредил, чтобы я не обращал внимания на местных девиц, туманно ссылаясь на собственный опыт. Изложенных им подробностей хватило для того, чтобы во мне зародилось необъяснимо сильное желание найти его девушку, точнее, уже женщину. Я приложил массу усилий, но, к сожалению или к счастью, обнаружил, что в живых осталась только ее племянница - Иллана. После личной встречи с ней у меня появилась вторая сестра.

- И что сказал на это твой - ваш - отец?

- Ничего. Лана очень просила никому не говорить, а я не видел да и сейчас не вижу причины отказывать ей. По сути, она и наш отец - два чужих друг другу существа. Достаточно того, что она впустила в свою жизнь меня, а теперь и тебя.

- Вернее, мы сами вломились в нее, - усмехнулась я.

- Можно и так сказать, - согласился Аленар. - Еще вопросы остались?

- Конечно, - кивнула я. - Если, как ты говоришь, дом перешел короне, то как он опять оказался у Илланы?

- Король вернул ей имение в качестве подарка. Только Лана больше не возвращалась в него и категорически отказывается это делать.

- Наверное, я могу ее понять...

Я оглядела запущенный сад, темную громаду дома, выделяющегося на светлом фоне неба.

- Аленар, еще одно... Вы говорили с Илланой о замужестве. Тогда, в день нашего приезда.

- Да. Лана считает, что не годится на роль королевы Картхейна.

- Почему?

- Спроси ее сама при случае. Мне она лепетала о происхождении, воспитании и прочую подобную чушь. Я чувствую, что есть еще что-то, но не могу понять.

- Подожди.

Я резко встала, повернувшись к вампиру, чтобы лучше видеть его лицо.

- Ты для этого меня сюда привез? Чтобы без свидетелей поговорить об Иллане?

- Отчасти да, - вампир тоже поднялся. - Мне небезразлична ее судьба, и я хочу, чтобы сестра, наконец, обрела семейное счастье. Только, боюсь, ни с кем, кроме Делвера, она его не найдет.

Я молча наклонила голову, признавая справедливость его слов.

- Но в первую очередь мне хотелось, - Аленар заботливо поправил мою шляпку, - чтобы ты перестала тревожиться о своем одиноком будущем без средств к существованию. Не захочешь жить в Асгоре или Белогорье, всегда можешь поселиться здесь.

- Я... не знаю, Аленар, - неуверенно проговорила я.

- Просто помни о такой возможности, хорошо? А теперь возвращаемся? Или еще погуляем?

- Возвращаемся.

Мне было о чем подумать во время обратной дороги: и об одиночестве Илланы, и об ее неверном, на мой взгляд, решении не допускать в свою жизнь отца, и об отношениях с королем. Но больше всего мои мысли занимал Аленар. Мне показалось, что, несмотря на кажущуюся уверенность, вампир сомневается в том, что мы сможем вернуть Алена, и хочет подготовить меня к этому.

Вампир, едущий чуть впереди, несомненно, слышал мои мысли, но никак не отреагировал на них.

Ночью я засыпала еще в большей тоске, чем обычно.

- Оррик, я просто не знаю, что делать! У меня руки опускаются, - взволнованно тараторит пухленькая невысокая женщина со значком мага-практика на платье. Мой преподаватель физической подготовки - бывший преподаватель - сдерживает широкие шаги, чтобы не опережать свою спутницу. Я озадаченно разглядываю местность. Это не Вольск, где когда-то жил Магистр Оррик. Вольск находится в центре Аррении, а это явно предгорья юго-западной окраины: вместо разноцветных, сияющих на летнем солнце пиков Радужных гор из-за леса высовываются мрачные и темные вершины Сумеречных.

- Матушка Лейна, не волнуйтесь.

- Да как не волноваться, Оррик! - всплескивает руками женщина. - Вот, сам посмотри!

Она показывает направо. Да, зрелище малоприятное: окровавленные обрывки шкуры, обглоданные, разгрызенные косточки, разможженый череп неизвестно кого. Я автоматически начинаю прикидывать, что за нечисть здесь порезвилась. Данных не хватает. В принципе, могла любая, судя по всему. Зверюшка была не из крупных, так что с ней справится как химера, так и крысолак. Ничего такого, из-за чего стоило бы впадать в панику.

Оррик, похоже, придерживается такого же мнения.

- Обычное дело, матушка. Лес, кладбище - естественные места обитания хищников, как живых, так и нежити.

- Но они никогда не охотились ясным днем, Оррик! - срывается на крик магичка, спохватывается и виновато смотрит на своего спутника. - Прости. Я на самом деле не знаю, что мне делать. Моих сил не хватит, чтобы справиться с расплодившейся гадостью.

Оррик с усилием открывает тяжелые ворота из толстых обтесанных бревен. С внутренней стороны дерево исцарапано и изодрано мощными когтями. Я передергиваюсь: некоторые пометы выше человеческого роста. Магистр Оррик, хмуро оглядев торчащие щепки, прежде чем пройти сам и провести женщину, вытаскивает меч из ножен.

Кладбище. Вроде бы ничем не примечательное: камни, кусты боярышника и спиреи, ухоженные и, напротив, заброшенные могилы, заросшие травой дорожки между ними. Казалось бы, здесь должны царить мирное спокойствие и тишина, нарушаемая лишь бодро щебечущей птичкой или прошмыгнувшей в траве мышкой. Но даже я, в своем невещественном облике, чувствовала, насколько накалена атмосфера.

- Видишь, Оррик? - Магичка показывает на разрытую могилу. - Вот еще. И еще.

Ее голос дрожит, тело напряжено, руки сложены в знакомом жесте боевого заклинания. Дама постоянно озирается, словно каждую минуту ожидая нападения.

- Матушка Лейна, такое бывает, - пытается успокоить ее Магистр.

- Оррик, люди жалуются на пропажу мелкого скота и домашней птицы. Когда это нежить охотилась на кур и овец? И дети, Оррик! Дети, живущие поблизости. Говорят, что они бледнеют и хиреют прямо на глазах.

Оррик мрачнеет.

- Вы сообщали в Ковен?

- Ковен? - Магичка испуганно прижимает ладони к покрасневшим щекам. - Нет, конечно! Они же немедленно назовут меня непригодной для должности городского мага и с позором уволят. Я не могу так, Оррик! Липник - мой родной город, с ним связана вся моя жизнь. Нет-нет, я не могу сообщать в Ковен! Мы должны справиться самостоятельно.

Громкий треск за спиной вынуждает женщину испуганно подпрыгнуть, развернуться и в отчаянно-нервном жесте послать простенькое боевое заклятие. Темноволосый мужчина с символом Ордена на рубашке легко отводит его в сторону, отправляя в густые заросли боярышника.

- Не стоит так волноваться, госпожа Лейна, - мягко произносит он.

- Ой, простите, - смутившись и покраснев, бормочет дама в ответ.

- Что вы здесь делаете, Магистр Ален? – задает вопрос справившийся с удивлением Оррик.

- Выполняю свой долг, - улыбается Нааль.

Как бы мне хотелось считать, что это мой жених... Но у Алена никогда не было таких холодно прищуренных глаз и сжатых губ, на которых играет высокомерная улыбка.

- Вы зря не сообщили в Ковен о ваших проблемах, госпожа Лейна, - укоряет она. - Никто не стал бы вас обвинять. Уничтожение нежити не входит в список рядовых дел городского мага, этим должны заниматься подготовленные люди.

- И откуда Орден узнал о расплодившейся нечисти в окрестностях Липника? - не скрывая подозрения, интересуется Оррик.

Магичка молчит, осторожно переводя взгляд с одного мужчины на другого.

- Люди жалуются, как справедливо заметила госпожа Лейна, - ровно поясняет Нааль. - В том числе и в Орден.

- И вы, разумеется, не можете не оставить без внимания их мольбы? - ядовито продолжает Оррик.

- Разумеется, - кивает демонша.

- Матушка Лейна, - вежливо обращается Оррик к даме. - Мне кажется, вам пора уходить отсюда. Я догоню вас через несколько минут.

Магичка неуверенно кивает и уходит в сторону с явным намерением обойти стоящего у нее на дороге рыцаря Ордена. Мужчины провожают ее взглядом.

- Так почему вы здесь, Магистр Ален? - не скрывая раздражения, повторяет свой вопрос Оррик, когда пухленькая дама скрывается за кустами. - Только не надо нести всякую гхырню на тему жалоб от населения. В Вийске и Магистр Рейф, и вы сами заваливали ими Орден и Ковен, но помощи так и не дождались. А там положение было намного хуже.

Нааль пристально смотрит на Оррика. Тот, в свою очередь, не сводит взгляд с бывшего коллеги. "Гляделки" продолжаются до тех пор, пока Нааль не вздыхает.

- Я искал вас.

Оррик не удивляется, словно бы ждал этого ответа.

- Ну, вам это удалось. Поздравляю. Это явно было не так просто.

- Совсем не просто. Пришлось приложить определенные усилия, чтобы проделать путь от Вольска до милой вдовушки в уютном домике, которая и подсказала, где вас искать.

- И что дальше?

- Ничего особенного. Я задам пару вопросов, помогу госпоже Лейне уничтожить расплодившуюся нежить и вернусь в Аррендар.

- И что же это за "пара вопросов", из-за коих рыцарь Ордена проделал столь длинный путь? - издевательски произносит Оррик. - Не иначе, дело касается судьбы всего мира.

- Моей судьбы как минимум, - не реагирует на колкости Нааль. - Я ищу Элиару.

- Здесь ее нет. Второй вопрос.

- Подождите, Магистр. Я знаю, что ее здесь нет. Но, возможно, вы в курсе, где ее можно найти.

- Даже если бы и знал, не сказал бы, - резко отвечает Оррик. - У девочки могут быть свои причины скрываться, и раз она решила сбежать, это ее дело.

- Элиара не понимает, что происходит. Мне нужно всего лишь поговорить с ней.

- Я не знаю, где она, - жестко повторяет Оррик. - Вы зря прибыли сюда. Всего хорошего.

- Еще минуту, - останавливает его Нааль. - Второй вопрос - где Магистр Рейф?

- Ответ будет тем же, - презрительно хмыкает Оррик. - Понятия не имею. Я не видел его с середины травня.

- У меня другие сведения.

- Засуньте их себе в...

Мой преподаватель фехтования с усилием обрывает себя и с выражением сплевывает.

- Магистр Оррик, вы... - повышает голос Нааль.

Ее слова заглушает пронзительный женский крик, в котором отчетливо слышатся дикий ужас и боль. Оррик мгновенно бросается к зарослям боярышника, забыв про рыцаря Ордена. Нааль после секундного колебания срывается с места и присоединяется к бывшему коллеге.

Матушка Лейна, прижавшись к покосившемуся надгробному камню, с трудом сдерживает стаю покрытых серым мехом большеголовых тварей. Не очень успешно, впрочем: одежда дамы в нескольких местах порвана и на глазах пропитывается кровью.

"Гравейры, - молнией вспыхивает в голове воспоминание. - Низшие вампиры. Но они же спят днем! Какого гхыра тут происходит?"

Оррик и Нааль совместно раскидывают тварей в сторону. Один - с помощью кулаков и меча, вторая - магией. Рычание, визги и женские вопли смешиваются с руганью и четко произносимыми заклинаниями. Мне что-то кажется странным. Не сразу, но я догадываюсь: Нааль использует довольно простые заклинания, не требующие долгой подготовки. Ален на ее месте сплел бы более разрушительное заклятие, позволяющее уничтожить особь целиком, а не по частям. Гравейры для чего-то нужны Нааль, поэтому она бережет их?

Но я тут же отказываюсь от этой мысли. Нежить даже с отрубленной лапой продолжает нападать, норовя вцепиться в горло и неподвижно падает, только если лишается головы. У Магистров уходит несколько драгоценных секунд, чтобы понять это, зато потом стая быстро прекращает свое существование.

- Матушка Лейна, как вы?

- Ор... рик, - с рыданиями вырывается из груди магички. - Я шла... потом упала... поранила руку о камень... и они налетели всей стаей...

Нааль не слушает сбивчивую речь дамы, бесстрастно проводя руками по ее телу и останавливая кровь.

- Они высыпались, как репа из мешка, - всхлипывает Лейна. - Я успела выставить щит, но твари словно взбесились.

- Все, - отступает назад Нааль, брезгливо отряхивая руки.

Я опять с тоской замечаю ее отличие от Алена. Тот не позволил бы себе такого жеста.

- Госпожа Лейна, я рекомендую вам вернуться домой и выпить восстанавливающее силы зелье. У вас же найдется такое?

- Да, конечно, - лепечет магичка. - Магистр Ален, не знаю, как и благодарить вас... И Оррик, тебя тоже, разумеется... Вы ведь уничтожили всю стаю, правда? Не сомневаюсь, теперь на какое-то время проблемы нас оставят...

Нааль не слушает ее, отвернувшись и настороженно вглядываясь в кусты. Оррик, с мечом наизготовку, встает рядом с ней. Лейна замолкает, догадываясь, что происходит нечто малоприятное и, возможно, она несколько поторопилась с выводами о решении всех проблем.

У меня шевелятся волосы, тело покрывается мурашками. На первый взгляд, ничего особенного не происходит. Маги все так же стоят в боевой стойке в ожидании нападения... кого-то. Однако я замечаю, как бледнеют их лица, расслабляются тела. Пальцы Оррика разжимаются, меч выпадает из них и втыкается в землю. Ни один воин не допустит подобного, но бывший рыцарь Дозора не обращает на это внимания. Раны Лейны вновь раскрываются, и кровь из них капает на траву.

Проходит еще немного времени, и женщина просто падает, неподвижно замирая.

Из магов высасывают жизнь. Буквально. Я закусываю губу, с разрывающимся от боли сердцем наблюдая, как умирает Нааль. Как умирает Ален.

Да какого гхыра! Он же сам диктовал нам определение баргеста и учил, как справиться с ним! Почему он сейчас не может применить свои знания?

Потому что это не Ален. Он не видит, кто напал на его тело, не ощущает, как тоненькой струйкой вытекает из него жизнь, и никогда уже не сможет вернуться...

Оррик, захрипев, падает на колени, бессильно опуская руки. Нааль еще стоит, но на ее лице уже появилась маска безразличного спокойствия. Еще чуть-чуть - и смерть поставит на ней свою печать.

Из моих глаз безостановочно текут слезы. Я не пытаюсь понять, реальны они или предстают только в воображении, не смахиваю их, раздираемая на части дикой болью и яростным желанием как-то помочь Алену. И понимаю, что не могу ничего сделать. Лишь стоять и смотреть, теряя сознание, и навсегда прощаться со своим любимым.

Ален.

Все меняется в течение доли секунды. Маска спокойствия сменяется гримасой бешеной ярости. Потухшие темно-синие глаза вспыхивают ярким огнем, безвольные пальцы складываются в сложную фигуру, и хорошо знакомый голос хрипло выкрикивает заклинание. Воздух вокруг магов взрывается в сотнях, тысячах ослепительных точек, тут же растворяющихся в солнечном свете.

Нааль бросает взгляд на тяжело дыщащего, озадаченного, хрипящего, но поднимающегося с колен Оррика и кидается к неподвижно лежащей Лейне, прикладывая пальцы к шее в поисках пульса. Секундная пауза - и она облегченно вздыхает, проводит рукой по воздуху, собирая энергию в комок, и посылает ее магичке.

Я кусаю руку, заглушая рвущийся крик. Это движение Алена! Я столько раз видела, как он подпитывает энергией моих сокурсников, что не могу ошибиться. Как у Нааль получилось с такой точностью повторить его жест?!

Щеки Лейны приобретают бледно-розовый цвет. Нааль рывком выпрямляется и разворачивается к Оррику.

- Послушай меня! Скажи Эльке, чтобы она сидела в своем укрытии. Ни в коем случае не высовывалась. И передай, что я люблю ее.

Нааль внезапно замолкает и с выражением полного замешательства, граничащим с паникой, оглядывается.

- Магистр Ален? - неуверенно произносит Оррик.

Он, кажется, собирается сказать что-то еще, но в этот момент глухо и протяжно стонет Лейна. Магистр торопливо склоняется над ней, помогая подняться. Нааль с ужасом смотрит на них, поспешно открывает телепорт и скрывается в нем.

- Магистр? - дрожащим голосом произносит Лейна. - Оррик? Что случилось?

- На нас напала какая-то редкая пакость, - исчерпывающе поясняет ее спутник.

- И рыцарь справился с ней? Какой талантливый молодой человек...

- Очень талантливый, - задумчиво хмыкает Оррик, глядя на закрывшийся телепорт.

- Элька, ты хочешь сказать, что Ален стал собой? - недоверчиво уточнил Терен.

- Да, - прикусила я губу, не позволяя восторженной надежде разрастись до необозримых размеров. - На короткое время. Потом Нааль вернулась в его тело. Или он сам дал ей возможность вернуться, не знаю... Но это был Ален. Я не могла ошибиться.

- Потому что он велел тебе сидеть на одном месте и не высовываться? - усмехнулся Лежек.

- В том числе.

Я, не выдержав, встала со стула и в нарушение всех законов этикета села на подоконник.

- Нааль никогда не стала бы говорить такое. Ей, наоборот, выгодно вытащить меня поближе.

- И вполне возможно, что именно к этому она и вела. Ты, как обычно, не послушаешься, вылезешь из укрытия, тут тебя и возьмут, - без капли иронии проговорил Лежек.

Я обдумала его слова.

- Нет. Не думаю, что Нааль так хорошо меня знает. Кроме того, я уверена, что это был Ален. Не знаю, как объяснить... его движения, интонации, заклинания, в конце концов, Нааль пользовалась другими заклятиями и строила их совсем не так.

- Да, я понимаю, о чем ты.

- Мне кажется, Нааль не справилась с баргестом. Я видела, как она умирала. Как…

Я невольно содрогнулась, вспомнив бездонный ужас, охвативший меня во сне, - умирало тело Алена. Он каким-то образом почувствовал это и взял все в свои руки, а потом опять закрылся, освободив место Нааль.

- А остаться навсегда он не мог?

Я грустно вздохнула, обхватывая колени руками.

- Не знаю, Лежек... Боюсь, что и он сам может не знать этого. Наверное, если бы мог, то остался.

- Но, тем не менее, Элька, один раз у него получилось вернуться, пусть и на время. Ален же знает, что ты пытаешься найти способ вернуть его?

- Да.

- И он просил тебя прятаться, а не искать по свету некромантов. Мне кажется, он полагает, что справится сам, без твоей помощи.

- Ты хочешь сказать, что мы можем расслабиться и ждать у моря, пока Ален не вернется в свое тело окончательно?

- Как-то так, - хмыкнул Лежек. - У моря или не у моря - это тебе решать. Можно вернуться в Асгор и ждать там.

Я зажмурилась, опуская голову на колени. Заманчивая перспектива, конечно... Ничего не делать, не рисковать собой и детьми, не лезть в пасть к мракобесам и лапы Мораввена, просто ждать, когда любимый мужчина справится сам и вернется ко мне, где бы я в тот момент ни находилась... А если у него не получится? Если Нааль будет настороже? Ведь она не могла не понять, что произошло, и теперь просто обязана следить за попытками Алена вернуть себе свое тело. Где гарантии, что за следующий месяц обстоятельства вновь сложатся благоприятно и Нааль начнет умирать? Их нет и быть не может. Перепуганная Нааль будет держаться подальше от баргестов и прочей нечисти, выжидая время.

Мораввен не будет рисковать и переселит свою подругу сердца в первое попавшееся тело, к примеру, ту же Кесси. Ален вернется, и... И что тогда? Останется на растерзание демона, который явно не питает к нему дружеских чувств. В лучшем случае его зомбируют, в худшем - убьют, поднимут, вновь убьют...

Мой жених, как и любой мужчина, уверен, что справится сам. Как тогда, в Круге Чернолесья. Только что получилось в итоге? Мне и так ничего не грозит, кроме чересчур тесного общения с демоном. А Ален может погибнуть окончательно только потому, что я успокоилась и пустила события на самотек вместо того, чтобы принимать в них активное участие.

- Нет, - решительно выпрямилась я. - Мы в точности выполним приказ, будем сидеть в Картхейне и не высовываться. Но и расслабляться не будем: ждем Иллану, представляемся королю, знакомимся с Амарантой, а потом...

- А потом выясняем, что она тоже ничего не знает, и мы вновь оказались в начале пути, - ехидно закончил Терен.

- Даже если и так... Ален стал собой, пусть ненадолго, значит, есть способ вернуть его навсегда, и мы рано или поздно узнаем, как это сделать.

- Лучше рано, чем поздно, - заметил Лежек. - Хорошо, как скажешь. Проведем некоторое время в Картхейне, глядишь, еще и с пользой. Знакомство с королевским двором никому не повредило с точки зрения карьеры, а общение с опытным магом благотворно воздействует на профессионализм.

- Тоже верно, - усмехнулся Терен. - Тогда ждем Иллану, а потом действуем по обстоятельствам.

- Долго ждать не потребуется, - заметил Аленар. - Если я не ошибаюсь, она только что вернулась.

В глубине дома хлопнула дверь, послышались торопливые шаги, голоса, и я поспешила слезть с подоконника, дабы принять позу, подобающую девушке из хорошей семьи.

Иллана не выглядела сияющей от вновь обретенного счастья. Впрочем, и не впала в глубокую тоску по поводу его отсутствия. Я назвала бы ее состояние озабоченно-недоумевающим.

Она коротко и по-деловому проинформировала нас, что на завтра назначена королевская охота и это прекрасный повод присоединиться к светскому обществу. Я не успела ни обрадоваться окончанию скучной и монотонной жизни, ни огорчиться по тому же поводу. Иллана быстро добавила несколько фраз про завтрашнее мероприятие, касающихся допустимого внешнего вида, поведения и относительно раннего подъема, и вышла. Не бегом, но и без привычной неторопливости, присущей высокопоставленным дамам.

Мы с Аленаром переглянулись. Он, несомненно, тоже заметил не совсем обычное поведение сестры.

- Поговори с ней, - вполголоса попросил он. - У меня ощущение, что тебе она расскажет больше, чем мне, раз уж вы так сдружились.

Я кивнула. Правда, у меня подобного чувства не возникало, но расспросить Иллану стоило. Хотя бы для того, чтобы понять, как завтра вести себя с королем.

- Так, как учили. Вежливо присесть и склонить голову, мило улыбаясь, когда я или Аленар тебя представим, - ровно ответила хозяйка дома, пряча все эмоции за фамильной маской невозмутимости.

- Иллана, ты же понимаешь, что я не про это, - не менее спокойно отвествовала я, грациозно опускаясь на банкетку и давая понять, что не уйду, пока не узнаю то, ради чего пришла.

Дама вздохнула.

- Элька, я сказала все, что необходимо. И от тебя, и от мальчиков завтра требуется только произвести хорошее впечатление. Остальное сделает Аленар.

- Ему есть что делать? Мне казалось, что раз ты так долго отсутствовала, то ваши отношения с королем наладились.

Иллана не ответила, отвернувшись к окну.

- Все продолжается, - грустно сказала я.

Она продолжала молчать.

- Иллана... Нам надо знать, к чему быть готовыми. Или у вас с королем все хорошо, и тогда мы просто ведем себя прилично, погружаясь в светскую жизнь, или... Его странности продолжаются, я ведь права?

- Да, - наконец призналась хозяйка и тут же поправилась:

- Нет.

Я ждала продолжения, но его не последовало.

- Иллана, я не понимаю.

- Я тоже не понимаю, - горько вздохнула она, повернулась и с усилием потерла пальцами виски.

- Делвер вернулся совершенно нормальным, привез мне в подарок кулон, - Иллана дотронулась до бабочки, искусно сделанной из темно-зеленого камня. - И вел себя как прежде. Правда, мне показалась странной его уверенность в том, что причиной нашей размолвки стала я.

- Ты?

- Я, - озадаченно повторила Иллана. - Это я, оказывается, обижалась, резко разговаривала и вообще пребывала в таком плохом настроении, что Делвер даже не стал предлагать мне поехать в Альбистейн и в итоге дико соскучился.

- Ничего себе...

- Да. Но он был так рад нашей встрече, что я не стала обращать внимания на его странную позицию и банальную мужскую уверенность в своей правоте.

- Может быть, - с сомнением отозвалась я, хотя мне казалось, что это больше напоминает наведенные изменения в памяти.

- Ладно, это все не так важно.

Иллана рассеянно взяла со стола и начала крутить щетку для волос, по счастью, не хрупкую. Я еще помнила, как сломалась у нее в руках фарфоровая безделушка, когда дама сильно разволновалась, а сейчас, похоже, о спокойствии остается лишь мечтать.

- На третий день Делвер начал меняться. Пропадала его обходительность и нежность, возвращались ледяное презрение и непонятное ожесточение. В конце концов он отправил меня домой.

- Совсем? - охнула я.

- Ой, нет, девочка, - попыталась улыбнуться Иллана. - Он намекнул, что я забыла о гостеприимстве и обязанностях хозяйки, и мои гости - то есть вы - давно заскучали.

- Ему не понравилось присутствие Аленара в твоем доме?

- Не могу тебе точно сказать.., - задумалась дама. - Вероятнее всего, нет.

- Может быть, нам не стоит завтра ехать?

- Стоит, - решительно сказала Иллана, откладывая щетку. - Не волнуйся. Я предупредила Делвера, что вы там будете, и он не возражал.

Во мне закопошились нехорошие предчувствия.

- И он в курсе, кем я прихожусь Аленару?

- В курсе. Элька, не переживай. Прошло много времени, не думаю, что Делвер до сих пор ревнует к моему старому приятелю.

Не знаю, кого больше хотела убедить Иллана: себя или меня. Во всяком случае, со мной она потерпела неудачу. На следующее утро, следуя за къярдом Аленара, я терзалась очень нехорошими предчувствиями.

И они, кажется, собирались оправдаться в полной мере.

Большая поляна, на которой происходил общий сбор, представляла собой весьма живописное зрелище. Над белоснежным шатром, установленным возле неширокой реки, развевались яркие разноцветные вымпелы. Хорошо одетые мужчины и женщины, разбившись на небольшие группки, смеялись, оживленно разговаривали, кокетливо улыбались и игриво жеманничали. В дальней части поляны несколько дюжих егерей в зелено-коричневых одеждах с трудом сдерживали на поводках агрессивно лающих собак.

Аленар помог спешиться сначала мне, потом Иллане и отправился привязывать каменно-спокойного Янта и нервно всхрапывающего Элана к ветке могучего дуба. Парни отдали поводья своих коней подбежавшему груму.

- Делвера еще нет, - с облегчением произнесла Иллана, оглядевшись. - Подождем здесь или ты хочешь присоединиться к обществу?

Честно говоря, у меня не было ни малейшего желания общаться с разряженными дамами и кавалерами, вооруженными нелепыми бесполезными мечами с драгоценными камнями на оголовье. Но при этом я понимала, что знакомства не избежать, собственно, мы и приехали ради него, так что не стоит откладывать неизбежное зло.

- Хорошо, - согласилась Иллана с моими доводами. - Тогда идем. Аленар найдет нас сам. Мальчики, держитесь поблизости.

Далеко мы не ушли. Общество в лице худощавой остроносой дамы само присоединилось к нам.

- Рада тебя видеть, Иллана, - воодушевленно заявила она.

- И я тебя тоже, дорогая Виллара, - Иллана обняла ее, соприкоснувшись с ней щеками.

- Хорошо, что ты здесь, - оживленно проговорила дама, разомкнув объятия. - А то ходили слухи, что ты прихворнула и будешь вынуждена провести день в своем одиноком доме.

- Мое здоровье в полном порядке, и дом не такой уж одинокий.

Иллана отступила в сторону, давая мне возможность встать рядом с ней. Парни молчаливой стеной выстроились за нами.

- Это Эллина, дочь моего друга Аленара дар Каэрстана, и его племянники, Дэнил и Камен.

- Видимо, настолько старого, что я не припомню такого, - прощебетала Виллара, с явным интересом разглядывая моих "двоюродных братьев".

- Или тебя подводит память, дорогая, - ослепительно улыбнулась Иллана. - Послушай моего совета, обязательно загляни к Травнику. Наверняка у него найдется подходящее зелье.

- Конечно, милая, обязательно зайду при случае. Ты ведь знаешь, о чем говоришь, потому что так сильно любишь...

Виллара перевела взгляд на меня и замолчала, буквально пожирая меня глазами и явно сравнивая с Илланой. Придя в себя, она с трудом закончила, пряча изумление:

-… ходить по Травникам. Кажется, теперь я понимаю, почему... Эллина, была рада познакомиться с тобой.

Виллара, чуть присев, подобрала юбки и быстрым шагом, скорее напоминающим бег, удалилась к группе заинтересованно поглядывающих на нее дам. Я обреченно вздохнула. Иллана сочувственно пожала плечами.

- Этого следовало ожидать, ты же знала.

- Знала, - согласилась я. - Но надеялась, что наше сходство не отметят в первые же минуты моего появления при дворе. А теперь не сомневаюсь, что еще до прибытия короля все будут знать о твоей внезапно появившейся дочери.

- Не успеют, - успокоил меня подошедший Аленар. - Делвер вот-вот появится. Не волнуйся, Элька, все будет хорошо.

- Я и не волнуюсь, - фыркнула я, на самом деле не ощущая в себе нервного трепета, который должна чувствовать юная девушка при встрече с особой королевской крови. Но, тем не менее, не стала возражать, когда Аленар положил мне на плечо руку.

На поляну въехали три всадника, и мгновенно, словно по сигналу, замолкли разговоры, смех и даже собаки перестали лаять. Дамы (включая меня) низко присели, мужчины склонились в поклоне, приветствуя монарха.

Делвера Пятого я опознала безошибочно, по ауре уверенности и властности, окружающей его. Внешностью, боюсь, он не выделялся: мужчина средних лет, не красавец, но и не урод, с темно-русыми, чуть вьющимися волосами, в которых серебрилась седина, умными светло-голубыми глазами и крупными чертами лица. В общем, я бы не стала вздыхать ночами и представлять себя возле ног короля. Или в его объятиях.

Один из спутников короля являл собой образец Рыцаря Дозора: суровый, со шрамом через всю щеку, коротко остриженными волосами и вооруженный до зубов. А может, и до бровей. Кроме солидных размеров меча на поясе, арбалета за спиной и кинжала, торчащего из-за голенища сапога, при нем наверняка было еще что-нибудь, спрятанное, к примеру, за манжетами или за отворотом куртки.

- Командор Таллис, - шепнул мне на ухо Аленар. - В Картхейне это высший ранг Рыцарей Дозора. Я встречался с ним раньше. Типичный воин, беззаветно преданный Делверу.

- Хорошо, - тихо ответила я, изучая чеканные черты лица рыцаря, настороженно оглядывающего поляну в поисках возможных неприятностей, как и положено телохранителю.

Второй спутник Делвера сражал своей ослепительной красотой: светлые волосы, широкие плечи, чуть асимметричные брови, придававшие особое очарование. Не сомневаюсь, что дамы выстраивались в очередь, чтобы получить от него хоть малейший знак внимания.

- А вот этого я не знаю, - заметил Аленар.

- Первый министр Овальд, - сквозь зубы процедила Иллана. - Ты и не мог его видеть. Он появился при дворе два года назад и буквально очаровал всех, включая Делвера.

- Однако ты ему не доверяешь, - утвердительно проговорил вампир.

- Нет. И он питает ко мне еще менее нежные чувства, правда, не демонстрирует это прилюдно. Но я просто знаю о его... нелюбви, так скажем.

Поскольку в данный момент тяжелый взгляд министра пригибал меня к земле, я безоговорочно согласилась с Илланой: господин Овальд явно не питал к ней теплых чувств. А заодно и ко мне, если судить по недовольно искривленным тонким губам и вспыхнувшим зеленым глазам.

Делвер легко спрыгнул на землю и прямиком отправился к нам.

- Госпожа Иллана.

Теперь я в полной мере оценила слова Илланы "смотрит ледяным взглядом сквозь меня". Волна колючего холода, пропитавшего голос короля, докатилась и до меня.

- Ваше величество, - Иллана и я низко присели.

- Виконт Каэрстан, - тем же недружелюбным вежливым тоном продолжил Делвер Пятый, - вы вновь вернулись в Картхейн, как я слышал.

- Моей дочери Эллине, - рука Аленара чуть сжала мое плечо, - после болезни потребовалось восстановить здоровье в теплом климате. Ничего лучшего, чем Картхейн, не пришло мне в голову.

В третий, и, вероятно, не в последний раз за сегодняшний день я подверглась пристальному разглядыванию. И опять я отчетливо увидела, как вспыхнули у короля глаза, когда он заметил наше с Илланой сходство. Правда, в отличие от Виллары, он не стал демонстрировать свое удивление.

- Госпожа Эллина, - уже совсем другим тоном, мягким и заботливым, произнес Делвер. - Я рад приветствовать вас на своих землях и сделаю все, чтобы пребывание здесь принесло только радость и ваши прелестные глазки постоянно сияли от удовольствия.

Король вежливо коснулся губами моего запястья. Аленар представил ему "племянников". Делвер благосклонно кивнул, не выпуская моей руки, и выразил надежду, что охота понравится молодым людям не меньше, чем в Полдании, откуда мы, по легенде, были родом.

- А вам, милая госпожа, - ласково обратился он ко мне, - совершенно не стоит скакать по лесу сломя голову и наблюдать, как льется кровь и гибнут красивые животные. Позвольте, я провожу вас в шатер, где вы со всеми удобствами подождете нашего возвращения. Не сомневаюсь, что госпожа Иллана составит вам компанию и проследит, чтобы вы ни в чем не нуждались.

Иллана вздрогнула.

- Что такое? - притворно изумился король, поднимая бровь. - Вы не хотите исполнить мою просьбу и пренебрежете законами гостеприимства?

- Нет, почему же, ваше величество, - дрожащим от напряжения голосом проговорила Иллана. - Я всегда готова это сделать. Но мне кажется, что Эллине будет гораздо интереснее проехаться по лесу, чем проводить время вместе с малознакомыми дамами.

- Но вы же будете с ней, Иллана, - утвердительно произнес король. - И сделаете все, чтобы дамы перестали быть малознакомыми для Эллины... Правда ведь, вы останетесь? - обратился Делвер уже ко мне.

Я автоматически кивнула не только из соображений вежливости и этикета, но и невольно подпадая под влияние его невероятной ауры: смесь властности, непреклонности и какого-то особого мужского обаяния, незаметного на первый взгляд. Теперь я понимала, почему Иллана не смогла устоять перед ним.

- Мне бы не хотелось, чтобы молодая девушка, приехавшая в мою страну поправлять здоровье, упала в обморок, увидев окровавленную тушу оленя.

Я опустила голову, скрывая неуместное веселье. "Молодая девушка со слабым здоровьем" последний год своей жизни занималась некромантией, и ее руки уже обагрены кровью не одного убитого ею человека. Сомневаюсь, что я могу упасть в обморок при виде мертвого оленя.

Король воспринял мое движение как подтверждение своим словам.

- Вот видите, Иллана, она побледнела при одном упоминании о смерти. Эллина, вам срочно нужно уйти в тень и выпить чего-нибудь холодного. Позвольте, я провожу вас.

Король, не дожидаясь ответа, нежно взял под локоть меня, потом, после секундного колебания, Иллану, и повел нас обеих к шатру.

Иллана определенно нервничала. От нее буквально исходили волны паники. Что-то явно пошло не так. Король определенно заметил наше сходство, может быть, из-за этого? Не должно бы... Делвер Пятый должен бы знать, что у Илланы никогда не было детей, так что я не могу быть ее дочерью, отправленной невесть куда много лет назад. Я как-то неправильно себя повела? Или просто не знаю какой-то очень важной мелочи? Самое печальное, что под пристальным вниманием общественности мне не удастся расспросить Иллану до возвращения домой. Придется действовать на свой риск, по обстоятельствам.

А внимание к себе мы действительно привлекали. Практически все присутствующие на поляне, за очень редкими исключениями, не сводили глаз с короля, шествующего в сопровождении двух похожих друг на друга женщин.

- Дамы, - улыбнулся Делвер Пятый, подведя нас к шатру. - Смею надеяться, что до моего возвращения этот прелестный цветочек, - он галантно коснулся моей руки, - не завянет без вашего внимания.

- Ох нет, ваше величество! - капризно запротестовала роскошная фигуристая брюнетка, по виду не намного старше меня.

В реальности у нас мог оказаться десяток, если не больше, лет разницы. Если бы не недовольно надутые пухлые губки и презрительный высокомерный взгляд, брошенный на Иллану и меня, она смело заняла бы место в первой пятерке красавиц королевства.

- Вы не можете оставить меня здесь! Я все еще надеюсь получить титул королевы охоты!

- Все в ваших хорошеньких ручках, Аллита, - любезно отозвался монарх. - Олень поднят, собаки рвутся с поводка, арбалеты смазаны. Осталось сделать верный выстрел - и титул ваш!

- Эллина, - обратился король ко мне. - Я вынужден ненадолго оставить вас. Хорошо проведите время, дорогая, а потом мы продолжим наше знакомство.

Делвер опять приложился губами к моей руке и повернулся к Иллане.

- Я надеюсь, вы не очень расстроились из-за моей просьбы остаться? - не таким мягким голосом, но все же без ледяного холода спросил король.

- Не очень, ваше величество, - ровно и сдержанно ответствовала Иллана.

- Не обижайтесь на меня. Только подумайте, каково будет вашей девочке в окружении столь... разговорчивых дам?

- Я прекрасно понимаю это.

- Не сердись, Лана, - негромко произнес Делвер.

Он на короткое мгновение обнял ее, прикоснувшись губами к щеке, и быстрым шагом направился к поджидавшим его охотникам. Красавица Аллита уже села на свою белую кобылку и о чем-то разговаривала с Овальдом, поддерживая на губах сияющую улыбку. Только вот ее колючий надменный взгляд пронзал не хуже заточенного клинка. Кого он протыкал: меня или Иллану - не знаю. Может, и обеих. Интересно, не мнит ли сия дама себя королевой не только охоты?

- Иллана?

- Потом, Элька, - тихо, еле слышно, процедила сквозь зубы она.

Я встала рядом с ней, взяв за ледяную руку. Мы молча пронаблюдали, как легко вскочил на своего жеребца Делвер Пятый, как он выехал в голову кавалькады и как к нему присоединилась весело хохочущая Аллита.

Как только последний всадник скрылся за деревьями, Иллана судорожно вздохнула.

- Что ты хотела?

- Кто она?

- Аллита? Сестра Овальда. Появилась при дворе несколько месяцев назад и ведет себя так, словно весь мир крутится вокруг ее пальчика. Опасайся ее, девочка. Эта дама вполне может сердечно улыбаться, одновременно подливая яд тебе в бокал.

- Постараюсь ничего не брать из ее рук, - невесело пошутила я. - А кого еще стоит опасаться?

- Да практически всех. Кроме, пожалуй, Тессы, - кивнула Иллана в сторону молоденькой девушки. - Она совсем недавно здесь и еще не утратила детской наивности и энтузиазма. А остальные... Сама увидишь. Идем, нехорошо разочаровывать дам, жаждущих познакомиться с тобой.

Мы могли подождать еще с четверть часа, а то и больше. Дамы, за исключением Тессы, не выказывали особой радости, приветствуя меня в Картхейне. Девочка на самом деле ликовала, очевидно, предвкушая, как подружится со мной и ей не придется тосковать в одиночестве среди взрослых, надменных, роскошно одетых созданий.

- И на каких же клумбах произрастают подобные "прелестные цветочки"? - приподняв ровную бровь, нехотя полюбопытствовала пышная дама в обтягивающем телеса темно-синем платье после уже поднадоевшей мне церемонии знакомства.

- На полданских, - вежливо проинформировала я.

- Оно и видно, - хмыкнула госпожа Инис. - Солнца нет, вода только холодная, земли неплодородные. Дорогая, вы совершенно правильно поступили, приехав сюда. Восхитительный воздух Этеры совершит чудеса с вашими бледными щечками и совершенно неприличной худобой.

- Ну что ты, Инис, - возмутилась тощая дама, представленная мне как госпожа Арвис. - У Эллины хорошая фигура. Здоровое питание - вот что ей нужно. Обращайтесь ко мне за советом, милое дитя, в любое время, и вы не узнаете себя!

- Разумеется, госпожа Арвис, - проронила я, изо всех сил стараясь соблюдать гхыров этикет. Похоже, дама не услышала в моих словах желаемой искренности.

- Нет-нет, Эллина, я совершенно серьезно. Здоровое питание - это основа всего! Без него вы не сможете поддерживать фигуру в хорошей форме, проводить на балах долгие летние ночи и крепко держать поводья на охотах.

- Арвис, может быть, ей это и не нужно, - расхохоталась Виллара. - Мне, к примеру, не нравится скакать по лесу и стрелять в несчастных зверушек. Я предпочитаю сидеть в тишине и покое, пить холодный сок и встречать усталых и вспотевших мужчин свежая и красивая, как рассветная роза.

- Я тоже, - присоединилась к ней Инис. - И, как я смотрю, госпожа Иллана на сей раз решила присоединиться к нашему милому обществу, а не к толпе воинственно настроенных мужланов. Дорогая, как благородно с вашей стороны не цепляться за титул королевы... охоты и дать его поносить так страстно жаждущим этого особам. Мы очень рады, что сегодня вы и ваша... подопечная остались с нами.

- И я безмерно счастлива этому, - лучезарно улыбнулась Иллана. - Простите, дамы, но разговоры о соке вызвали у меня сильную жажду. Я оставлю вас на некоторое время. Эллина, ты не хочешь пить?

- Хочу, - быстро кивнула я, полуприсев в знак прощания и извинения, и последовала за неторопливо идущей к столику с напитками Илланой.

Немного поколебавшись, к нам подошла Тесса с явным желанием завязать разговор. Моя будущая родственница протянула бокал с соком и ей, похвалив платье, простенькое по сравнению с пышными туалетами дам, но зато подчеркивающее нежный румянец и юность девушки. Тесса приободрилась, сделала ответный комплимент нам обеим и осторожно спросила, что за мужчины сопровождали нас.

Мы отошли к стене шатра, присели на легкие складные стульчики, и я изложила тщательно разработанную легенду моей жизни. После этого достаточно было обронить пару слов о семье Тессы, и девушка самозабвенно приступила к рассказу о своих родителях, замужней сестре, ее супруге, годовалом племяннике и прочих близких и дальних родственниках. Мне оставалось лишь удерживать на лице выражение вежливого интереса и время от времени ронять ничего не значащие междометия.

Меня очень волновала Иллана. Она сидела рядом, изображая, что участвует в беседе, но при этом мыслями была где-то далеко. Внешнее спокойствие и приятная улыбка не могли обмануть: ее что-то тревожило. Слова про королеву охоты, после которых Иллана так быстро ушла? Или она просто хотела увести меня из дамского общества?

Вышеупомянутое общество удобно расположилось неподалеку и какое-то время прислушивалось к нашей болтовне. Потом, когда Тесса начала свой длинный, изобилующий подробностями рассказ, они потеряли к нам интерес.

- Как все-таки хорошо, что Иллана осталась сегодня с нами, - излишне громко проворковала Виллара, обращаясь к подругам. - У бедняжки такой болезненный вид. Ей поистине необходимо отдохнуть.

- Просто она неправильно питается, - презрительно кинула Арвис. - Я столько раз предлагала ей правильные травки и коренья, но она и слушать не хотела. И вот результат, пожалуйста, - победоносно закончила она, оглядев собеседниц. Они не разделяли ее мнения.

- Подожди, Арвис, - задумалась Инис. - Мне кажется, здесь дело не в питании и не в травках.

- А возможно, как раз в них, - подхватила Виллара.

- Тебе тоже так кажется? - протянула Инис, словно бы не сдержавшись, бросая взгляд на Иллану и далеко не сразу отводя его. - Надо же... я всегда считала, что ей просто не суждено стать матерью. Но, очевидно, была не права.

- Ну да! - торжествующе воскликнула Виллара. - И теперь понятны и внезапные истерики. Помните, как она вчера убегала из дворца? И нежелание ездить верхом... Странно только, что его величество пребывает не в лучшем настроении.

- Потому что ему не нужны бастарды, - безапелляционно отрезала Арвис. - У Делвера есть наследник, и он совершенно не стремится обзаводиться незаконнорожденными детьми. Тем более чужими.

В наступившем молчании особенно громко прозвучала фраза Тессы:

- А свадьба сестры состоялась в опадне, и мамочке пришлось приложить уйму усилий, чтобы убрать с лужайки опавшую листву.

- Как жаль, - изобразив сочувствие, рассеянно отозвалась я.

Иллана не сказала ничего, по-прежнему улыбаясь, но ее пальцы крепко сжали бокал с соком, к которому она едва притронулась.

- О да! - воскликнула Тесса. - Но Аста потом сетовала на излишнее рвение мамочки, потому что мечтала, как пойдет по шуршащим листьям навстречу своему возлюбленному.

Дамское общество отошло от задумчивости.

- Ты думаешь, Арвис? - многозначительно усмехнулась Инис.

- Разумеется, я не уверена в этом полностью, но подумайте сами, - проговорила Арвис шепотом, слышным не только в шатре, но и, кажется, на дальнем краю поляны. - Король, как мы все заметили, решил выбрать себе новую королеву охоты. А это значит.., - она с наигранным сочувствием бросила взгляд на Иллану, - что место фаворитки скоро станет вакантным. Возможно, госпоже Иллане не понравилось это, и та решила остаться в его жизни с помощью давнего как мир способа. Тут как нельзя кстати приезжает старый... приятель, - гаденько хихикнула она, - якобы с целью оздоровления хворающей дочери. Девушка, несомненно, больна, но десять лет назад никто не слышал, чтобы у господина дар Каэрстана были жена и дочь. А девица удивительно похожа на...

- Арвис! - с показной суровостью оборвала ее Виллара. - Мало ли кто на кого похож!

- Конечно-конечно, - с готовностью согласилась дама. - Я не хочу сказать ничего дурного, у мужчин часто обнаруживаются дети в самых неожиданных местах, правда? И, как правило, они выбирают себе женщин одного типа. К примеру, только светловолосых и с зелеными глазами. Но все-таки господин Каэрстан так вовремя приехал... словно бы его кто-то вызвал.

Я поражалась умению Илланы владеть собой. Она плавно поднесла бокал с соком ко рту, сделала небольшой глоток и изящно промокнула губы кружевным платочком. Однако я чувствовала, что терпение дамы уже на грани. Ее и так мучило что-то, связанное с королем, чего я пока не понимала. Но сейчас ей приходилось присутствовать при рождении новой грязной сплетни. Хорошо еще, что Иллана не беременна на самом деле, так что слухи распадутся сами собой, но тем не менее... Я сама с трудом сдерживала эмоции, притворяясь, что с любопытством слушаю Тессу, продолжающую щебетать о свадьбе сестры и, кажется, описывающей кого-то из гостей.

- Эллина, тебе нужно непременно познакомиться с ним, - восторженно пролепетала девушка. - Хочешь, я при случае сама представлю вас друг другу?

- Обязательно, - утомленно согласилась я, понятия не имея, о ком идет речь.

А почему, собственно, мне и дальше надо сидеть здесь и слушать весь этот бред? Можно ведь просто погулять по окрестностям и Иллану с собой взять. Только бы Тесса за нами не увязалась...

- Иллана, - тихо позвала я.

- Что, дорогая? - мгновенно встревожилась она.

- Мы не могли бы выйти на воздух? От духоты у меня закружилась голова.

- Конечно, пойдем, девочка, - поспешно поднялась с места дама.

- У меня есть нюхательная соль, хотите? - предложила Тесса, явно расстроивщись от потери собеседниц.

- Не стоит, - слабо улыбнулась я. - Мы немного прогуляемся и вернемся. Я очень хочу дослушать твой рассказ про свадьбу.

Тессе пришлось согласиться, хотя она и не скрывала своего разочарования. Иллана помогла мне подняться и, бережно поддерживая, вывела из шатра. Не сомневаюсь, что светские дамы проследили каждый наш шаг, я спиной чувствовала их взгляды.

- Элька, тебе на самом деле плохо? - озабоченно спросила Иллана, уводя меня к реке. - Давай я намочу твой платок, приложи ко лбу.

- Не надо, - отказалась я. - Все хорошо. Я ушла из-за тебя.

- А.., - облегченно вздохнула она. - Не стоило. Обычные сплетни. Я же говорила тебе про серпентарий. Рано или поздно они стихнут, уступив место новым. Не обращай внимания.

- Ты начала нервничать задолго до того, как высокопоставленные змеи начали выплескивать яд на твою голову. Сразу после приезда короля. Я же не ошиблась?

- Нет…

Голос Илланы дрогнул, и мне показалось, что она сейчас все-таки разрыдается. Я отошла к прибрежному ракитнику и терпеливо подождала, пока дама возьмет себя в руки.

- Ты знаешь что-нибудь про королеву охоты? - наконец, заговорила Иллана.

- Нет.

- Королевой охоты, как правило, становится спутница короля. Только в исключительных случаях титул достается другой даме. На моей памяти за десять лет это происходило дважды, и оба раза королевой становилась некая госпожа Лина. По внешнему виду сия дама больше напоминала воина, а не женщину. В первый раз она убила кинжалом волка, во второй - подстрелила медведя. В дальнейшем Лина отказалась участвовать в охотах, назвав их развлечениями для неженок, а потом и вовсе уехала на приграничные рубежи. Не удивлюсь, если ее приняли в Дозор.

- Гхыр с ней, с Линой. Меня больше волнуешь ты сама.

- Может быть, с ней и гхыр, - грустно усмехнулась Иллана. - А со мной тогда титул королевы охоты. Точнее, сегодня он с Аллитой.

- Потому что ты осталась на поляне, а она уехала с его величеством? - на всякий случай уточнила я.

- Ну.., - замялась Иллана. - Вероятно, да. Не думаю, что Делвер решился бы на моих глазах выбрать королевой ее. Хотя все может быть...

Я ни секунды не сомневалась в том, как нам следует поступить.

- Идем. Где твоя лошадь?

- О чем ты?

- Мы едем на охоту, - категорически заявила я.

- Элька, нет!

- Да. Я больше не могу слушать детский лепет Тессы и ядовитые сплетни ее более взрослых подруг. Еще немного - и я или сойду с ума, или начну кидаться боевыми заклинаниями.

- Элька!

- Что? Гхыр, я не провела в светском обществе и нескольких часов, а уже готова выть от тоски. Как ты смогла выжить здесь столько лет?

- У меня есть... был Делвер, - обреченно проговорила Иллана, идя со мной к своей лошади. - Кроме того, есть Иветта, Лисса... Они, правда, тоже весьма непростые дамы, но все же не такие стервы, как Арвис и Инис.

- Тогда я хочу поскорей познакомиться с этими внушающими уважение дамами. Так и скажу его величеству. Ты же знаешь, где их можно найти?

- В одном из трех мест, полагаю, - окончательно смирилась Иллана. - Делвер говорил про оленя. Думаю, нам стоит поехать вдоль реки...

Жар от высоко поднявшегося солнца почти не ощущался в тенистом лесу. Хотя я предпочла расстегнуть пару пуговок на блузке и сняла с шеи тонкий платочек. Неспешная поездка под кронами дубов, осин и лип могла бы и принести удовольствие, если бы не взбудораженное состояние Илланы.

Она действительно хорошо знала лес, но, по всей видимости, зверя подняли где-то далеко. Все наши попытки уловить собачий лай остались безрезультатными. Мы слышали лишь многоголосый птичий щебет и шелест листвы. В конце концов, когда нервозность Илланы превысила допустимые пределы, дама решительно остановилась.

- Все, Элька, хватит. Возвращаемся. Мы можем искать их до ночи и все равно не найти. Боюсь, охота уже завершилась и мы приедем на поляну последними.

Опасения Илланы оправдались полностью. Еще не выехав на поляну, мы почувствовали аромат жареного мяса, а чуть позже послышалось конское ржание, лай и неразборчивые голоса. Иллана закусила губу.

- Я сама поговорю с королем, - попыталась я ее успокоить.

- Не в этом дело, Элька. Твое вмешательство вряд ли сможет что-то изменить.

Я не стала уточнять, о чем она говорит: о титуле королевы, моем неповиновении, своих отношениях с Делвером или обо всем вместе взятом. Просто немного выехала вперед, прикрывая даму от возможных неприятностей, которые не преминули последовать.

Делвер Пятый с весьма недовольным видом стоял лицом к лесу, едва обращая внимание на что-то оживленно говорящую ему Аллиту. Кроме царственной особы компанию даме составляли ее брат и мой "отец". Первый, похоже, злился на что-то или кого-то, хотя и тщательно старался скрыть это, второй, по своему обыкновению, сохранял невозмутимость.

Увидев нас, король неторопливо двинулся в нашу сторону, похлопывая перчатками по раскрытой ладони. Я остановилась, приняв подобающий случаю смущенно-извиняющийся вид, и, украдкой оглянувшись на Иллану, мысленно восхитилась ее безмятежному спокойствию. Вся нервозность испарилась, словно бы ее и не было никогда.

- Госпожа Иллана, - сердито проговорил король.

- Ваше величество, - улыбнулась она и грациозно спрыгнула в его подставленные руки.

Мне помог спуститься подошедший следом Аленар.

- Не сердитесь, ваше величество, - трогательно взмахнув ресницами, попросила я. - Мне захотелось немного прогуляться, и госпожа Иллана не смогла отказать мне в этой просьбе.

- Эллина, - строго произнес Делвер, размыкая объятия и разворачиваясь ко мне. - Вы должны были оставаться на поляне.

- Я знаю, ваше величество, - виновато призналась я. - Но...

- Что "но", Эллина?

- Но, боюсь, любопытство сильнее меня.

- Это правда, ваше величество, - усмехнулся Аленар. - Девочка никогда не могла долго усидеть на одном месте.

- Все равно, Эллина, - по-прежнему сурово проговорил Делвер Пятый. - Вы могли заблудиться.

- Иллана хорошо знает лес, - упрямо возразила я.

- Не перебивайте меня, Эллина! - чуть повысил голос король.

Я тут же изобразила раскаяние и опустила ресницы.

- Простите меня, ваше величество.

- Эллина, - смягчился Делвер, - я уже хотел посылать за вами поисковые партии, но ваш отец уговорил меня подождать, уверяя, что вы не могли уйти далеко.

- Мы просто проехались по окрестностям, - виновато прощебетала я, бросая взгляд из-под ресниц.

Делвер расхохотался, беря мою руку в свои.

- Вы можете не только уговорить Иллану, но и разжалобить камень. Но, девочка, - он слегка сжал мне ладонь, - на вас могли напасть дикие звери.

- Я умею стрелять, - отважно заявила я. - Меня учил отец.

- Эллина хорошо стреляет, - не моргнув глазом подтвердил Аленар.

- Настолько хорошо, что вы не промахнетесь с тридцати шагов? - недоверчиво изогнул бровь король.

- Конечно, - бесстрашно кивнула я.

Аллита, оставив своего брата, подошла к нам, обойдя недовольно всхрапнувшего Янта.

- Ах, Эллина, - добродушно рассмеялся Делвер, еще сильнее сжимая мою руку. - Вы так и напрашиваетесь на проверку ваших слов. Но, пожалуй, не будем сейчас устраивать состязаний арбалетчиков. Олень уже почти готов, и все ждут, когда я назову королеву сегодняшней охоты.

- Ну почему же, ваше величество? - надменно поинтересовалась Аллита. - Два-три выстрела не займут много времени. Если юная госпожа так хочет поразить нас всех своей меткостью, почему бы не дать ей такую возможность? Эллина, вы попадете в то дерево?

Я небрежным взглядом прикинула расстояние до тонкого тополя. Шагов сорок, не меньше. Причем шагов мужских, а не моих.

- Можно подойти поближе, - сладким до тошноты голосом подсказала Аллита. - Если вы, госпожа, боитесь промахнуться. Правда ведь, ваше величество, мы не будем возражать?

Король, несколько ошарашенный развитием событий, кивнул.

- Разумеется, не будем, если, Эллина, вы действительно хотите выстрелить.

- Хочет, хочет! - хлопнула в ладони Аллита. - Но мы забыли еще вот о чем: а что, если вы промахнетесь, Эллина?

- А если я попаду? - таким же приторным тоном спросила я.

- Тогда пусть решает его величество, - елейным тоном предложила дама, дотрагиваясь до предплечья монарха.

- Договорились, - улыбнулась я, осторожно высвобождая руку и поворачиваясь к Аленару. - Папа?

Он без лишних слов снял притороченный к седлу Янта арбалет и передал мне вместе с парочкой болтов. Я вложила один в специальное углубление, зарядила вторым и отошла чуть в сторону, стараясь не приближаться к тополю ни на шаг. В качестве цели можно выбрать вот то пятно на стволе, достаточно крупное, чтобы попасть в него. Я зажмурилась, сосредотачиваясь. Ветер юго-западный, скорость около трех саженей в секунду, значит надо взять небольшое смещение...

Пронзительный женский крик смешался с оглушительным конским ржанием. За шумом почти потерялся мужской голос, выкрикнувший что-то очень знакомое. Я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромного кабана сметает в сторону магической волной, пущенной Тереном. Той доли секунды, за которую зверюга вставала на ноги, мне хватило, чтобы оценить смекалку друга: он не воспользовался сложными заклинаниями, изучаемыми в школе, а применил грубую стихию, в принципе, подвластную талантливому необученному колдуну. Далее все мысли пропали, поскольку кабан оправился от потрясения и теперь несся прямо на нас.

Я не целилась, у меня не было времени. И не пыталась колдовать, крепко сжав арбалет в руках. Руки сами подняли оружие, нажали на спусковой крючок, заученно сменили болт и выстрелили вторично. Уже в умирающее тело.

Первая стрела угодила в глаз кабану. Вторая вонзилась в его плечо. Зверь, пробежав по инерции еще несколько шагов, рухнул наземь.

- Стой! - резко выдохнул Аленар, стискивая мне руки.

"Я и так стою", - мысленно сообщила я.

- И притворись, что падаешь в обморок, - сквозь зубы бросил вампир. Я послушно обмякла в его руках, сквозь полузакрытые ресницы рассматривая происходящее.

Посмотреть было на что. Больше всего этому подходило описание "кавардак".

Командор Таллис с обнаженным клинком в руках бежал к опушке леса, возможно, полагая, что кабана на нас напустили вражеские армии. Министр Овальд поддерживал рухнувшую к нему на руки Аллиту. Дамы в шатре визжали. Кавалеры старались их успокоить. Огонь в костре весело пылал. Оленья туша подрумянивалась. Лежек склонился над кабаном и сосредоточенно водил над ним рукой. Терен, изображая растерянность, стоял над ним. Делвер заслонял собой Иллану.

- Лана, с тобой все в порядке? - встревоженно проговорил он.

- Да, ваше величество, - тихо отозвалась сильно побледневшая дама.

Король внимательно оглядел ее и обратился с аналогичным вопросом к Аленару.

- С Эллиной все будет хорошо, ваше величество, - сдержанно ответил мой "отец". - Девочка испугалась. Стрелять в мишени - совсем не то, что в живых зверей. Мы с вами знаем об этом.

- Да уж, - хмыкнул король. - У кого-нибудь есть нюхательные соли?

- Я принесу, ваше величество, - Иллана, поспешно подобрав юбки, убежала к шатру. Алита, видимо, сочтя, что пора бы обратить внимание и на нее, картинно вздохнула и вцепилась в плечи брата.

- Овальд, ты видел? Видел? - взвизгнула она так, что перекрыла собой царящий на поляне шум. - Этот зверь бежал прямо на меня! Он убил бы меня!

- Дорогая, не волнуйся, все обошлось. Госпожа Эллина застрелила кабана.

- Да при чем тут эта девчонка!? - презрительно выкрикнула Аллита. - Кабан уже валялся на земле, когда она начала палить как ненормальная. И я хочу знать, кто спас мне жизнь.

- Аллита, - мягко произнес Овальд, - кабана убил арбалетный болт.

- А до этого его снесло стеной! Воздушной стеной! Ты сам видел это, - запротестовала дама. - Овальд, я хочу знать имя моего спасителя!

- Спокойно, - сжал мне плечи Аленар, ощутив, как я напряглась. - Уже ничего не сделаешь. Терену придется признаться.

Вероятно, он дал парню какой-то знак, я не увидела его, продолжая изображать трогательный обморок, зато услышала возбужденно-неуверенный голос Терена:

- Зверь бежал прямо на вас, госпожа. Нельзя было допустить, чтобы такому прекрасному созданию, как вы, причинили вред, и... Я разозлился... Просто вышел из себя... И кабана отнесло в сторону.

Аллита высвободилась из объятий брата и, подойдя к Терену, запечатлела на его губах нескромный поцелуй.

- В знак моей благодарности, мой герой, - проворковала она. - Ваше величество, мне кажется, отважный юноша заслуживает и более весомой награды. Не правда ли?

- Разумеется, - несколько сухо отозвался Делвер.

Он шагнул вперед, отцепил от пояса кинжал и протянул опустившемуся на одно колено Терену.

- За проявленную.., - начал было король и замялся, подбирая слово для описания подвига молодого человека, - храбрость.

Делвер вложил кинжал в руки Терена и склонился над кабаном.

Прибежавшая Иллана поводила у меня под носом пузырьком с какой-то дрянью. Мне волей-неволей пришлось "прийти в себя".

- Госпожа Эллина, - необычайно торжественным голосом произнес Делвер. - Если вы в состоянии сделать несколько шагов...

- Конечно, - прошелестела я, не выходя из образа слабой девы.

- Прошу вас, подойдите ко мне.

Аллита возмущенно ахнула, но ничего не сказала. Теряясь в догадках, я преодолела сажени, отделяющие меня от Делвера и туши кабана, и в растерянности остановилась.

- Госпожа Эллина, - тем же торжественным голосом продолжил монарх. - Ваш выстрел, несомненно, был лучшим сегодня. Титул королевы охоты по праву принадлежит вам.

Делвер опустил палец в лужицу натекшей крови и провел им по моим губам, пачкая их соленой багряной жидкостью. Я понятия не имела, как реагировать: облизать их или оставить с кровью. Король решил мою проблему, протянув белоснежный платок, и, дождавшись, пока я вытерла губы, предложил руку:

- Разрешите проводить вас к трону, королева?

Я вежливо склонила голову, неуверенно взяла под локоть Делвера и с царственной медлительностью мы прошествовали к украшенному искусной резьбой деревянному стулу, воздвигнутому возле шатра. Приветственные возгласы и аплодисменты сопровождали нас.

Иллана сияла от счастья.

Ненавидящий взгляд Аллиты прожигал мне спину.

Глава 27.

- Вен!

Дверь кабинета Великого Магистра, распахнутая чересчур сильно, с шумом ударяется о стену.

- Вен! У нас проблемы.

Мораввен резко поднимает голову, отвлекаясь от изучения толстого фолианта.

- Нааль? Что случилось?

Рыжеволосая женщина торопливыми шагами пересекает помещение и склоняется над столом, упираясь в него ладонями.

- Ты уверял меня, что контроль над телом абсолютен.

- Да, - невозмутимо подтверждает Мораввен, но в его глазах поселяется напряженность.

- Ты ошибся.

- Что? - Великий Магистр вскакивает на ноги так стремительно, что тяжелый дубовый стул с грохотом падает.

- Ты ошибся, - со злостью повторяет Нааль, выпрямляясь. - Я на несколько минут потеряла контроль над телом.

Мораввен молчит, прожигая женщину взглядом. Пауза длится всего несколько секунд. Демон с силой ударяет кулаком по столу.

- Джакхар пар хаста! Тебе так и не удалось снять гхыров блок?

- Нет, Вен, - сквозь зубы цедит дама. - Не смогла. Не исключено, что это невозможно в принципе. И постарайся больше не выражаться при мне.

- Прости, - без капли вины роняет Мораввен. - Что произошло? Нааль, я хочу знать все, до мельчайших подробностей.

- Я нашла Оррика на кладбище. Наш разговор, думаю, можно опустить, он не имеет особого значения.

- Пока да, - нетерпеливо произносит демон.

- На нас напало... нечто. Не могу сказать, что именно, мне не хватает знаний об этом мире нежити. Оно... как бы правильнее выразиться... высасывало из меня жизнь. Тварь невидима, поэтому я не сразу поняла, почему начала слабеть. А потом уже не смогла сопротивляться. Не хватало сил для того, чтобы поднять руку или произнести заклинание. Солнечный день превращался в ночь, сознание заволакивало туманом, и меня словно бы куда-то уносило мощным потоком...

Нааль замолкает. Красивое лицо искривляется от смеси боли и ужаса.

- Дальше, - требует Мораввен.

- Не знаю, - внезапно выплевывает дама. - Силы вернулись ко мне, я рванулась через туман и черноту и вновь ощутила себя на кладбище. Только вот старая мызгдра валялась на земле, Оррик тщился приподняться с колен, и никакого следа от твари. Никакого! Как будто я не падала без сил пару секунд назад!

- Подожди, Нааль, - Мораввен обходит стол, осторожно обнимает ее за плечи и, подведя к креслу, помогает сесть.

- Ты уверена, что тварь существовала? Что это не воздействие той... старой мызгдры, кем бы она ни была?

- Конечно, - пренебрежительно машет рукой Нааль. - Эта так называемая магичка не выстоит против меня и минуты. Она не смогла бы вытянуть из меня силу. Ей не справиться даже с гхыровым рыцарем. Да и вообще, она, кажется, умерла...

- Ты убила ее? - хмурится Мораввен, опускаясь на колени перед дамой.

- Нет! Из нее высосала жизнь тварь. Да гхыр с ней, с этой теткой! - рявкает Нааль. - Ты понимаешь, о чем идет речь?! Я потеряла контроль над телом! И вернулась в него лишь чудом!

- Успокойся! - повышает голос Мораввен. - Пока я не понимаю, из-за чего стоило бы так волноваться. Ты потеряла на пару минут сознание, тварь, если она, конечно, существовала...

- Да!

- Хорошо, дорогая, я тебе верю. Тварь насосалась и уползла в свое логово, ты очнулась. Не вижу ничего странного.

- Зато я вижу, Вен, - шипит Нааль. - Я умирала. Умирала, понимаешь! Такое гадкое ощущение... Это гхырово тело, - она с силой тыкает себя в грудь, - отказывалось повиноваться. А потом раз - и все прекрасно! Никаких последствий, кроме легкой слабости. Кто-то должен был убить нежить. И я догадываюсь, кто! Не бездарная магичка и не разжиревший рыцарь. Это мог быть только он!

- Дар Лиаллан? - не скрывая злости, произносит Мораввен.

- Он самый! - ожесточенно восклицает Нааль. - А ты утверждал, что этого не может быть.

- Поскольку считал, что предыдущий хозяин тела не может вернуться...

Мораввен встает и начинает расхаживать по комнате.

- Меня изначально удивляло, что дар Лиаллан смог закрыться от тебя. Когда я переселялся в тело, его владелец умирал. Распадался на части и постепенно исчезал совсем.

- У меня получилось не так, - цедит Нааль, вставая с кресла. - Или я оказалась слишком слабой, или он чересчур сильным. Но тебе не кажется, что сейчас несколько поздно выяснять причины? Я боюсь, Вен! Боюсь, что однажды он вновь завладеет моим телом, а я навсегда затеряюсь в безвременье...

Голос Нааль подозрительно дрожит. Мораввен бросается к столику, наливает воды в резной бокал и насильно впихивает его в руки дамы. Та, повинуясь безмолвному приказу, послушно пьет, судорожно глотая жидкость.

- А теперь послушай меня, - твердо произносит Великий Магистр. - Лиаллану удалось вернуться только по одной причине: из тела высасывали жизнь, и ты ослабела. И только поэтому. Пока ты в сознании, пока сохраняешь контроль, он не посмеет и шелохнуться, иначе давно бы сделал это.

- Но если...

- Нет никаких "если"! - обрывает Магистр Нааль. - Ты не настолько слаба, как считаешь себя.

- Но все-таки, Вен... - не сдается демонша. - Я хочу полных гарантий. Не для того мы столько времени жили в разлуке, чтобы расстаться так быстро.

Нааль берет руку Мораввена и прижимает ее к груди. На лице Великого Магистра мелькает отвращение, но он справляется с собой и не отдергивает ее.

- Понимаю, Нааль, - чуть севшим голосом говорит он, - и подумаю, что можно сделать. Возможно, мне удастся найти ответ. А пока тебе не стоит покидать пределы территории Ордена... Лучше всего все время находиться неподалеку от меня.

- Хорошо, Вен, - кивает дама и с видимой неохотой выпускает руку Магистра. - Но у меня есть опасения... Что, если при переселении в женское тело произойдет то же самое? Его владелица не согласится просто так расстаться с ним? Ты не думал про это?

- Нет, - качает головой Мораввен. - Но ты права, этой проблемой надо заняться. Необходимо каким-то образом отключить сознание Элиары...

- Элиары? - не дослушивает его Нааль. - Ты же обещал мне забыть про эту девчонку! Не тратить время и силы на ее поиски и заняться поиском более подходящей кандидатуры.

- Обещал... - в голосе Мораввена звучит вина. - Но, дорогая, пока я не вижу никого, кто так же хорошо подходил бы тебе.

- Вен! - угрожающе произносит дама. - Я не хочу рисковать своим - нашим! - будущим ради стройного тела и смазливого личика. Я не хочу бороться с Элиарой, как вынуждена была драться с ее любовником. Лучше всю жизнь провести в теле Травницы или даже судомойки, чем погибать в месте, не существующем в реальности. Подумай об этом, Вен! Очень хорошо подумай, прежде чем уложишь на алтарь меня и выбранную тобой девушку.

Нааль разворачивается и выходит, сильно хлопая дверью. Мораввен какое-то время стоит, молча глядя в пространство, и возвращается за свой стол, где его ждет раскрытый фолиант.

- Я очень хорошо подумаю, - бормочет он, прежде чем углубиться в чтение.

Я, прикрыв глаза, смирно сидела на невысокой табуреточке. Процесс создания "повседневной прически" продолжался уже полчаса и грозил продлиться еще неизвестно сколько. Я не жаловалась. Мне было о чем подумать.

Последний сон оставил после себя странное ощущение. Конечно, Нааль не могла не встревожиться и бросилась к Мораввену. Тот, в свою очередь, совершенно законно обеспокоился. Все логично. Демон, разумеется, хочет как-то обезопасить свою любимую женщину от вполне возможного повторного возвращения Алена и применит для этого какую-нибудь неизвестную мне магию.

Меня должно было это волновать. И я на самом деле ощущала тревогу. Правда, не такую сильную, какую полагалось бы испытывать девушке, которой грозит вечная разлука с возлюбленным. Меня безмерно воодушевлял тот факт, что Ален уже один раз поставил Мораввена в тупик, выжив после вселения Нааль в его тело. Надо полагать, он не остановится на достигнутом и воспрепятствует всем попыткам покончить с ним. Аленар правильно говорил: Ален сделает все возможное и невозможное, чтобы вернуться ко мне.

Я мечтательно представила, как сильные руки мимолетно скользнут по моим плечам, спине, прижмут к мужскому телу, подарят уверенность и защиту. Я подниму голову, вглядываясь в темно-синие глаза, в которых мерцает искра страсти, счастливо потрусь о щеку любимого и, закрыв от удовольствия глаза, буду ждать, когда губы Алена накроют мои, сминая в требовательном и одновременно нежном поцелуе...

Наверное, я вздохнула чересчур громко, поскольку девушка, укладывающая мои волосы, виновато произнесла:

- Уже почти готово, госпожа Эллина.

Я неохотно вернулась в действительность. Госпоже Эллине пора морально готовиться к общению с королевским двором Картхейна в общем и его величеством в частности. Мой вчерашний выход в свет, очевидно, увенчался успехом. Почетный титул королевы охоты мгновенно превратил меня из никому неизвестной дочери захудалого полданского виконта в одну из очаровательных змеек королевского серпентария. Наивную и юную, зато успевшую вызвать в придворном обществе весьма неоднозначные чувства к себе: от наигранного дружелюбия и искреннего равнодушия до нескрываемой ненависти, причем обоюдной.

Мне не нравилась Аллита. Даже без предупреждения Илланы я бы остерегалась подходить к ней на расстояние вытянутой руки. В ауре дамы клубились потоки отрицательных эмоций, заставляющие меня напрягаться, и при этом в ней напрочь отсутствовала магия. Терен, близко пообщавшийся с сестрой господина министра, утверждал это со всей определенностью.

Его вынужденное применение магии прошло без всяких последствий. Вниманием общественности полностью завладела я, поэтому она безразлично приняла путаные и бессвязные объяснения молодого человека о нежелании родителей развивать его магический талант. Делвер снисходительно заметил, что полностью одобряет их решение, ибо не дело для юноши из хорошей семьи посвящать себя такому недостойному занятию.

Это устраивало нас. Не только из-за Мораввена и его возможных шпионов. Лежек определил, что на кабана наложили заклятие. Парень не смог понять, на кого именно травили зверя, для этого потребовалось бы нечто большее, чем положить руку на тушу. Но, судя по направлению движения животного, его заколдовали или на короля, или на Иллану, либо Аллиту. После некоторых колебаний я включила в список еще и себя, хотя этот вариант казался маловероятным: кому могла помешать юная девушка, недавно появившаяся в Картхейне? Однако и его не стоило исключать, пока мы не обзаведемся новыми сведениями.

Единственное, что мы сейчас могли утверждать: в Картхейне есть не только Травники, но и сильный маг, умеющий воздействовать не только на животных, но, вероятнее всего, и на людей тоже. Причем достаточно высокой квалификации, чтобы сплести быстро распадающееся заклинание. Через час даже архимаг не смог бы определить его наличие.

Вопрос, кем был маг-заговорщик, остался открытым. Возможно, городской маг Этеры. Командор Таллис настаивал, чтобы его вызвали немедленно, но Делвер выказал очевидное неудовольствие, и тому пришлось смириться с желанием монарха. Мы отнеслись к этому со смешанными чувствами. С одной стороны, только общения с местным магом нам и не хватало для первого дня в обществе. С другой, возможно, встреча с ним пролила бы некоторый свет на загадки, с которыми мы столкнулись в Картхейне.

Мы так и не поняли, что происходит с Делвером. Аленар повторил только то, что мы уже узнали от Илланы: странные смены настроения, внезапные приступы раздражения. Причины такого поведения остались неясны. Мы с ребятами продолжали придерживаться версии магического воздействия. Иллана и Аленар скептически пожимали плечами, считая, что дело в давно длящихся отношениях, которые когда-либо должны были подойти к своему завершению.

Зато вампир счел нужным предупредить еще об одном обстоятельстве: король не сомневался в том, что я дочь Илланы и Аленара, и очень злился по этому поводу. Внешне, монарх, правда, своих эмоций не проявлял, сыпал любезностями и на прощание выразил непоколебимую уверенность, что завтра утром увидит меня во дворце. В сопровождении Илланы, разумеется.

Именно поэтому я сейчас сидела на табуреточке, а ловкие руки служанки колдовали над моими волосами.

- Все готово, госпожа.

Девушка низко присела и отошла в сторону, давая мне возможность встать. Я оглядела себя, подавив недовольный вздох. Мне одновременно и нравилась моя внешность, и нет. В зеркале отражалась молодая девушка в светло-зеленом, низко вырезанном платье, облегающем грудь и скрывающем начинающий набухать живот. Уложенные волосы подчеркивали высокие скулы и удлиненные глаза. Кожа не отпугивала мертвенной бледностью, а радовала нежным румянцем. В общем, великосветская дама, а не боевой маг на пороге получения диплома. Даже Ален вряд ли бы узнал меня с первого взгляда. Хотя, возможно, ему и понравилось бы увиденное. И, восхищаясь моей внешностью, он был бы более искренен, чем дамское общество, в полном составе собравшееся в западной гостиной королевского дворца Картхейна...

- Очень миленькое платье, дитя, - бросила Инис, едва оторвав взгляд от вышивки. - Оно неплохо скрывает вашу худобу.

- И вырез подходящий для такой жары, - подхватила Арвис. - Но в более прохладную погоду, Эллина, я бы советовала вам получше прикрывать грудь во избежание простуды.

Я вежливо поблагодарила за совет и, придерживая за локоть Иллану, направилась вместе с ней к обитому светло-голубой тканью диванчику, стоящему около окна.

- Ну что ты, Арвис, - насмешливо проговорила мне в спину Аллита. - Королевы охоты не боятся заболеть. Их греет изнутри осознание собственного величия.

Я еще выше задрала подбородок и грациозно опустилась на диванчик.

- Молодец, девочка, - приветливо обратилась ко мне Иветта, представленная мне вчера, невысокая пухленькая дама с розовыми румяными щечками и милой улыбкой. Хотя я успела заметить, что язычок у нее довольно острый.

- Не обращай на Аллиту внимания, - хихикнула стройная брюнетка Лисса. - Лучше расскажи нам, нравится ли тебе Этера?

Мы погрузились в пустую, ни к чему не обязывающую болтовню о местном климате и достопримечательностях, которые мне непременно стоит посмотреть. К нам подсела Тесса, и вдвоем с Лиссой они начали заваливать меня сведениями о совершенно незнакомых мне людях и событиях. Иветта время от времени бросала короткие, но меткие замечания. Иллана, которая еще дома выглядела нездоровой, отмалчивалась и тратила последние силы, удерживая скованную улыбку на лице. Я слушала, изредка отделываясь подходящими к случаю междометиями и осматриваясь.

Западная гостиная располагалась с соответствующей стороны дворца и была, по словам Илланы, одной из ее любимых комнат. Солнце попадало сюда только к вечеру, и дамы проводили здесь жаркие летние дни, не боясь упасть в обморок от духоты. Моя будущая родственница лично занималась отделкой, и ее вкус чувствовался во всем: от молочно-кремового оттенка стен до изящной мебели.

Хотя этим же отличался и весь дворец: то, что я успела увидеть, пока слуга в бело-голубой ливрее провожал нас в гостиную. Короля внезапно отвлекли важные государственные дела, а в такие минуты Иллана не решалась тревожить его. Поэтому мне предстояло какое-то время поупражняться в светской болтовне, напитываясь сплетнями по самую макушку.

Остальные дамы живописной группой расположились в противоположном углу помещения и вели свой разговор, не заботясь о том, что их высказывания долетают и до нашего слуха. Впрочем, скорее всего, именно на это они и рассчитывали.

Дамы подробно, со всех сторон обсудили вчерашнюю охоту и пришли к очевидным выводам. Во-первых, его величество поступил несколько неосмотрительно, наградив дебютантку - то есть меня - титулом королевы. По разделяемому большей частью придворных сплетниц мнению, это приведет только к неоправданному повышению самомнения и высокомерия, что недопустимо для юных девушек. Аллита же считала, что надменности и самовлюбленности у меня и так хватит на пятерых, посему действия короля лишь укрепят эти неприятные качества.

Во-вторых, все поголовно отметили как очевидную холодность монарха по отношению к Иллане, так и его не менее явное внимание к моей персоне. Что, как ядовито заметила Арвис, выразилось в чрезмерном преувеличении моих заслуг и в страстных взглядах, которые король, оказывается, весь вчерашний день бросал на меня.

Из всего этого неудержимо следовал третий вывод: Делвер Пятый решил заменить свою фаворитку ее молодой копией. То, что меня считали дочерью Илланы, только придавало пикантности происходящему.

Покончив с этой животрепещущей темой, дамы перешли к вечному - мужчинам. На какое-то время их разговор перестал меня интересовать, поскольку они обсуждали неизвестных мне людей. Но вскоре Виллара упомянула Аленара.

- Виконт Каэрстан практически не изменился за прошедшее время, - восхищенно проговорила дама.

- Мне трудно судить, дорогая, - сверкнула улыбкой Аллита. - В то время я еще носила коротенькие платьица и бантики.

- Вы не можете быть настолько юны, милая, - вскользь бросила Инис, втыкая иголку в канву. - Виконт появлялся при дворе лет семь назад, и, насколько мне известно, вы уже тогда повергали воздыхателей к своим очаровательным ножкам. Впрочем, возможно, именно поэтому предпочитали короткие платьица.

- Виконт Каэрстан не приезжал в Картхейн уже десять лет! - возмущенно поправила Аллита.

- Да?

Безразлично отозвалась Инис, вытягивая руку и любуясь вышивкой: несколькими яркими стежками на белом полотне.

- Значит, я ошиблась в первом утверждении. Против второго вы ведь не возражаете?

Аллита, сердито надувшись, промолчала. На помощь ей пришла Виллара.

- Но тогда никто и предположить не мог, что у него есть дочь.

- Ой, Виллара, - презрительно расхохоталась Арвис. - Кто же будет направо и налево рассказывать о жене и детях, оставленных за сотни верст отсюда? Тем более такой видный мужчина? Дорогая, вы же должны помнить, как он разделался с бароном дар Осселдом? Не спорю, виконт имел полное право на это, если учесть открывшиеся недавно обстоятельства.., - дама, не скрываясь, оглядела меня и Иллану. - Но такая жестокость... Вдавленная грудная клетка, ребра, проткнувшие легкие, размозженное до состояния блина лицо...

Поскольку в этом момент Лисса молчала, тоже прислушиваясь к разговору второй группы дам, слова Арвис прозвучали особенно громко и, казалось, повисли в воздухе. Иллана издала странный приглушенный звук, позеленела, почти сравнявшись цветом с моим платьем, и прижала руку ко рту. Каким-то непостижимым чувством я догадалась, что сейчас ей станет плохо на глазах у всех.

- Госпожа Иллана, мне кажется, здесь очень душно, - скороговоркой проговорила я, мысленно ругая все законы этикета. – Вам следует выйти на воздух.

Я вскочила, поднимая даму, быстро вывела ее из гостиной и затащила в первую попавшуюся пустую комнату. Иллану буквально вывернуло наизнанку, хотя за завтраком она почти ничего не съела. Я стояла рядом с ней на коленях, придерживая за плечи над тазиком, и терпеливо ждала, пока ее перестанут сотрясать болезненные спазмы. Как-то чересчур резко ей стало плохо. Еще вчера все было нормально. Не беременная же она, раз пьет это свое зелье… Тогда что? Отравление? Может быть, если учесть ее же слова про Аллиту и нехорошие взгляды со стороны королевского серпентария.

Наконец, дама прополоскала рот водой и тяжело выпрямилась.

- Спасибо, Элька.

- Иллана... Тебя не отравили? - озвучила я пришедшие в голову подозрения.

- Нет, дорогая, - попыталась улыбнуться она. - Наверное, виноваты вчерашние устрицы, от которых вы все отказались... А тут еще Арвис с жестокими подробностями...

Иллана вновь прижала руку ко рту, и я уже приготовилась подать ей тазик, но на сей раз обошлось.

- Возвращайся в гостиную, - слабым голосом приказала она. - Делвер скоро придет и будет недоволен, не увидев тебя там.

- Ему придется это пережить, - пожала я плечами, все еще не до конца уверенная в причине ее недомогания. - Я не могу оставить тебя одну.

- Можешь. У меня здесь есть свои покои, я отлежусь там и вернусь.

- Вызвать Травника?

- Не стоит. Элька, ничего страшного, меня просто немного мутит, и все. Час-другой - и я буду в полном порядке. Иди.

Но я настояла на том, что провожу ее до спальни. Иллане оставалось только смириться. Я уложила ее, убедилась, что вода стоит на столике и больше ничего не требуется, получила очередной отказ на предложение вызвать Травника и уверения в том, что ей уже лучше, с плохо скрываемой обеспокоенностью прикрыла за собой дверь... и пришла к выводу, что не хочу возвращаться в гостиную. Опять слушать щебет Тессы и злобное бормотание Аллиты, дышать тяжелым удушливым воздухом, пропитанным ядом и духами... Может быть, притвориться, что я заблудилась и погулять в саду? А потом вернуться к Иллане и проверить, как она себя чувствует.

Я неуверенно повернулась в сторону мраморной лестницы, ведущей на террасу. Имеет же право молодая девушка, первый раз попавшая во дворец, перепутать коридоры и повороты? Имеет. А его величество сам виноват: нечего строить такие лабиринты вместо нормальных домов.

Решительно спустившись с лестницы, я распахнула двери и вышла в сад.

Наверное, больше ему подходило название парка. Аккуратные дорожки, присыпанные гравием, без единой травинки, фигурно подстриженные кусты в форме животных и птиц, роскошные цветочные клумбы, благоухающие на десяток шагов, ровный зеленый газон с полным отсутствием сорняков...

Потрясенная раскрывшейся передо мной красотой, я не заметила, как ушла в дальний уголок сада. Здесь деревьям не придавали причудливую форму. Они росли свободно, сплетаясь кронами и образуя своеобразную беседку над каменной чашей фонтана. В центре ее статуя веселой девушки лила из кувшина воду в сложенные ладони коленопреклоненного юноши. Капли разлетались во все стороны, воздух дышал свежестью и прохладой, а на бортике сидел и увлеченно играл корабликами вихрастый мальчик.

- Привет, Деллик, - обрадованно окликнула я. Мальчик, порывисто обернувшись, радости не выказал.

- Что ты здесь делаешь? - сурово поинтересовался он вместо приветствия.

- Гуляю, - искренне ответила я.

- Ты не поняла меня. Что ты делаешь здесь? В королевском саду?

- Приехала. Вместе с Илланой.

- Тогда хорошо, - расслабился мальчик. - Я почему-то подумал, что ты перелезла через стену. Сюда обычно не пускают посторонних.

- В таком платье? - развеселилась я. - Деллик, это очень неудобно, знаешь ли.

- Не подумал, - честно признался ребенок. - Хорошо, что ты приехала. Я очень соскучился.

- Ты давно не приходил.

- Вчера был! - обвиняюще заявил мальчик. - Но никого не застал.

- Мы были на охоте, - пояснила я и, спохватившись, низко присела, опустив голову. - Ваше высочество, разрешите выразить вам свою благодарность.

- За что? - с подозрением воззрился на меня Деллик.

- За ваши уроки стрельбы, господин учитель. Они оказались настолько успешны, что я получила титул королевы охоты.

- За что?

Мне показалось странным, что в голосе мальчика прозвучало больше недовольства, чем радости. Странно… Что ему так не понравилось? То, что король отметил меня? Или то, что королевой не стала Иллана? Так и не придя к окончательному мнению, я кратко пересказала вчерашние события, тщательно подбирая слова.

Взгляд Деллика немного смягчился.

- Поздравляю с удачным выстрелом, - протянул он.

- Спасибо, - так же сухо ответила я, еле удерживаясь от соблазна залезть к парню в голову и выяснить, почему он на меня злится.

Его следующий вопрос слегка прояснил ситуацию.

- Так Иллана взяла тебя с собой? Без приглашения отца? И поэтому ты гуляешь в саду, а не сидишь с этими... стервятницами?

Я невольно улыбнулась, услышав определение светских дам из уст ребенка, и не стала ругать его за неуважение, как следовало бы. В какой-то мере он прав. И вообще, есть более актуальная и сложная проблема: как бы ему объяснить, что король не возражает против моего присутствия во дворце? И, боюсь, Деллику не очень понравится то, что фактически это не я приехала с Илланой, а она со мной.

Мальчик напряженно ждал моего ответа.

- Да, я гуляю в саду. Потому что мне не нравится сидеть в обществе дам и слушать их сплетни, - наконец сообщила я, умолчав часть правды.

- Почему-то я так и подумал, - послышался позади мужской голос.

- Отец! - Деллик соскочил с бортика фонтана.

Я торопливо повернулась и изобразила положенное приветствие.

- Ваше величество...

- Добрый день, Эллина, - мягко поздоровался король. - Деллик, я так и знал, что найду тебя здесь. Марла уже перевернула весь дворец вверх дном.

Мальчик без лишних слов кивнул и исчез за деревьями.

- Но я совсем не ожидал, что обнаружу здесь и вас, Эллина, - обратился ко мне монарх.

- Так получилось, ваше величество... Госпоже Иллане стало плохо, - начала я.

На лице Делвера мелькнула легкая тень непонимания.

- Я только что видел ее в гостиной, и, на мой взгляд, с ней все было в порядке. За исключением того, что она сильно волновалась из-за вашего отсутствия.

- Так получилось, - неуверенно проговорила я. - Иллана уверила, что это легкое недомогание, которое должно скоро пройти, и я…

- И вы, - насмешливо и одновременно мягко произнес Делвер, - надо полагать, испугались, что останетесь среди придворных дам одна, без дружеской поддержки.

Я позволила себе робко улыбнуться.

- Не совсем, ваше величество. Я проводила госпожу Иллану до ее комнаты, а потом... заблудилась и предпочла погулять в саду, а не метаться по коридорам в поисках кого-то, кто мог бы указать нужный путь.

- Видимо, вы полагали, что в саду найти проводника более вероятно? - ехидно прищурился король.

Я смущенно потупилась.

- Да, ваше величество, вы правы. Я не стремилась возвращаться в гостиную.

Король расхохотался.

- Боюсь, Эллина, что мне придется воспользоваться своей властью и увести вас из этого прелестного уголка. Как гостеприимный хозяин, я не могу позволить своей гостье умереть от голода, заблудившись в моем саду.

Я покорно приняла предложенную Делвером руку.

- Благодарю за честь, ваше величество. Блуждая по тропинкам, я не представляла, что моим проводником станет сам король.

- Я тоже в какой-то мере сбежал из дворца, - весело признался Делвер. - Вы, вероятно, не представляете, какой переполох вызвало ваше отсутствие. Иллана подняла на ноги всех, кого могла, и дворец стал напоминать взбудораженный курятник. Я уже привык к постоянным поискам моего сына, но, когда кроме него стали разыскивать еще и девушку...

- Простите, ваше величество, - виновато склонила я голову.

- Ничего страшного, Эллина. Я с удовольствием прогулялся до фонтана, догадываясь, что Деллик там, и не без удовольствия обнаружил, что он нашел себе компанию в лице второй беглянки.

- Скорее, компания сама нашла его, - отшутилась я. - Позволено ли мне будет заметить, что у вас замечательный мальчик, ваше величество?

- Разумеется, Эллина, - благодарно улыбнулся король. - Как отцу мне приятно слышать это, хотя, боюсь, вы ошибаетесь. Королева слишком рано покинула нас, увы... Мальчика вырастили его няня Марла и Иллана, и они сильно избаловали его.

Я сдержала готовое вырваться восклицание. Если Иллана вырастила Деллика, то нет ничего удивительного в его привязанности к ней. И тогда понятно, почему он приходил к ней, сбегая из дворца, и так отреагировал на вчерашние события.

- Деллик плохо знаком с понятием "дисциплина", - между тем продолжал король, однако в его голосе не чувствовалось гнева или возмущения, только легкий налет печали. - Он постоянно сбегает из-под присмотра. Впрочем, - усмехнулся Делвер, - мальчик моя точная копия. Помню, в его возрасте я тоже проводил все дни у фонтана, разыгрывая военные сражения. Мои корабли всегда побеждали пиратов, - с гордостью заявил монарх.

- Не сомневаюсь, ваше величество.

Надеюсь, мне удалось скрыть смех и вложить в свои слова должное количество восхищения и благоговения. По крайней мере, Делвер не возмутился.

- А вы чем занимались в детстве, Эллина? Вышивали и пели песенки вместе с вашей мамой?

- О нет, ваше величество, - грустно произнесла я. - Моя мама умерла, когда мне было пять лет.

- Простите, Эллина.

- Не стоит. Я почти не помню ее. Меня воспитывал отец, поэтому я не умею ни петь, ни рисовать, зато хорошо стреляю и знаю, с какой стороны браться за меч.

- Эллина, если вы владеете мечом так же хорошо, как стреляете, то я готов прямо сейчас предложить вам место в Дозоре, - со смехом предложил Делвер.

- Нет-нет-нет, ваше величество! - наигранно испугалась я. - Братья говорят, что с мечом в руках я могу выстоять только против одноногого слепого противника и то, если он будет настолько любезен, что позволит мне напасть первой.

- Подозреваю, что они преуменьшают ваши умения, - учтиво возразил король, - чтобы не выглядеть неумелыми бойцами на вашем фоне.

- Дэнил и Камен не могут пойти на такое! Они прекрасно умеют обращаться с оружием, - искренне и, возможно, слишком горячо запротестовала я.

Делвер лишь улыбнулся.

- В таком случае командор Таллис будет рад приветствовать их у себя.

- Я передам им.

Делвер Пятый явно вел меня не во дворец. Мы миновали террасу, по которой я вышла в сад, и направились дальше, огибая здание. На большой, идеально подстриженной лужайке, в тени трех развесистых каштанов слуги сервировали холодный обед: тонко порезанное копченое мясо, рыба, украшенная фигурками из овощей, булочки и фрукты. Ни о каком "взбудораженном курятнике" не шло и речи: король или сильно преувеличил, или дамы только изображали перед ним свою обеспокоенность моим длительным отсутствием. Тревога читалась только на лице Илланы, стоящей поодаль от общества и комкающей в руках платок, нервно озираясь. Заметив нас, она дернулась, сделав шаг вперед, и, опомнившись, отступила, явственно расслабившись.

Остальное общество в лице всех придворных дам и примкнувших к ним кавалеров, очевидно, не решаясь начать трапезу без его величества, нашло себе развлечение. Все собрались в кружок и, храня вежливое молчание, внимательно слушали краснеющую и запинающуюся через слово Тессу.

- Летний теплый вечер

В дверь мою стучится,

Затаю дыханье -

Что-то вдруг случится?

В послеполуденной тиши, когда, казалось, замерло абсолютно все: и ленивый ветерок с моря, отказывающийся шевелить листву и траву, и жаркий тяжелый воздух, неподвижно нависший над лужайкой, и уставшие пиликать на скрипочках кузнечики, и даже неутомимые прежде шмели, - трепетный голосок девушки разносился необычно далеко. Слушая бесхитростные строки, пропитанные детской наивностью и отчаянной жаждой любви, я поежилась, представляя, что сейчас выскажут ей дамы.

- Вдруг любовь нагрянет

В образе прекрасном,

Принцем или магом

И со взором ясным.

Я зажмурю глазки

И сомкну ресницы.

Тише, тише, сердце,

Там любовь стучится.

- Замечательно! - первая захлопала в ладони Виллара. - Тесса, почему вы скрывали от нас свой талант?

- Я? Я скрывала? - робко пролепетала девушка, еле слышная за неслаженными аплодисментами.

- Ну конечно же! - воскликнула Виллара. - Вам непременно следует продолжать писать и радовать нас своими чудесными строками.

- Превосходно! - поддержала ее Инис. - Тесса, вы, несомненно, талантливы. В нескольких строчках так изумительно передать чувства юной девушки, ждущей своего прекрасного принца.

- И мне нравится, - важно проговорила Арвис. - Девочка, вы определенно смелы и даже, я бы сказала, дерзки. Раскрыть свое сердечко перед публикой может далеко не каждый, а у вас это прекрасно получилось.

Я пораженно искала следы лицемерия в словах и выражениях лиц дам и не находила их. На мой вкус, простенькие и непритязательные строчки Тессы не заслуживали таких восторженных отзывов. Или это одно из правил поведения в высшем обществе, о котором мне еще не успели рассказать?

- Ваше величество...

Дамы низко присели, кавалеры склонили головы, и под шорох ткани и травы под ногами Делвер провел меня в центр по образовавшемуся проходу.

- Очень неплохо, Тесса, - доброжелательно проговорил король. - Талант у вас, несомненно, есть. Старание и упорство - и я по праву смогу назвать вас лучшей поэтессой Картхейна.

Покрасневшая и смущенная Тесса пролепетала благодарности и поспешила скрыться за спинами придворных.

- А вы, ваше величество, по праву заслуживаете сегодня звание короля охоты, - с нарочитой почтительностью проговорила Аллита. - Вам удалось сделать то, чего не смог никто из нас - найти беглянку.

Она с нескрываемой неприязнью бросила на меня взгляд.

- Как хороший охотник, я должен знать, где искать дичь, - улыбнулся Делвер. - И оказался прав. Вижу, что вы нашли, как скрасить время ожидания.

- О да, ваше величество, - защебетала Виллара. - Мы решили устроить час поэзии, и вы пришли как раз вовремя, чтобы прослушать всех участников и вынести свой вердикт.

- Если только это не продлится слишком долго, - нахмурился монарх. - Не хотелось бы, чтобы впечатления от истинных шедевров поэзии были смазаны чувством голода и спазмами в желудке.

- Нет-нет, ваше величество, - покачала прелестной головкой дама. - Не думаю, что два стихотворения так сильно утомят присутствующих. Ведь правда?

Виллара оглядела собравшихся вокруг и получила одобрительные, хотя, возможно, и не слишком искренние кивки.

- Но, может быть, госпожа Эллина тоже захочет порадовать нас своим талантом? - небрежно осведомилась Аллита.

Первое, что пришло мне в голову - отказаться. Второе - отказаться наотрез. Мы с Кесси когда-то баловались рифмованными строчками, но гхыр меня побери, если я буду их сейчас цитировать перед частично враждебно, а частично безразлично настроенным обществом. Я не хочу выслушивать ни хвалебные, ни презрительные комментарии, пусть даже Аллита будет вспоминать мое неумение сочинять стихи при каждом удобном случае. Я вполне могу это пережить.

Вежливо отказаться мне не дал король.

- Аллита, госпожа Эллина только вчера присоединилась к нашему обществу. Давайте дадим ей получше освоиться, и тогда, не сомневаюсь, она проявит все имеющиеся у нее таланты. Виллара, вы говорили про еще два стихотворения.

- Да-да, ваше величество, - поспешно отозвалась она. - Иветта, прошу вас. Не будем задерживать общество.

Вышеуказанная дама чуть вышла вперед, прикрыла веки и мелодичным голосом начала напевно читать:

- Прикрыв стыдливо наготу плащом волос,

Заря рисует небо акварелью:

Сиреневый туман и переливы роз,

И облачные пятна белой тенью.

Из ночи темной разгорится ясный день,

И серость утра в солнце растворится,

И ветер легкий растревожит листьев сень,

Заставив в танце бабочек кружиться.

Зальется щебетом согласный птичий хор,

Приход в Этеру лета прославляя,

В садах возникший за ночь из цветов узор

Для взоров любопытных открывая.

Там капельки росы на нежных лепестках

Сияют, как непрочные алмазы,

Там свежесть и покой, как в вековечных снах,

Над миром властвуют, невидимые глазу.

Не могу сказать, что я пришла в неистовое восхищение от выспренных метафор и изысканных эпитетов, но это стихотворение понравилось мне больше, чем незатейливые строчки Тессы. Общество, однако, особых восторгов не выразило.

- А знаете, мне понравилось, - без брызжущего энтузиазма заявила Виллара. - Прямо картинка летнего рассвета рисуется. Жаль, правда, что в это время я обычно сладко сплю, - хихикнула дама, стыдливо прикрыв рот платочком.

- На самом деле, очень мило, - благосклонно обронила Инис. - Вековечные сны... Не думала, Иветта, что вы начинаете задумываться о вечном...

- Думать о вечном никогда не рано, - фыркнула Иветта, - но некоторые об этом даже не догадываются. А потом, увы, становится уже поздно.

Она повернулась, подхватила юбку и удалилась из центра круга, не став выяснять, захочет ли кто-нибудь еще высказаться. Ее место заняла Арвис, гордо задравшая подбородок и всем своим видом выражавшая непоколебимую уверенность в том, что лучшая она, и никто не смеет в этом усомниться.

- В саду внезапно роза распустилась,

Не правда ль, странно?

Я скажу - отнюдь!

Ведь лето к нам пришло, златым шатром раскрывшись,

Серебряным дождем Этеру оросив.

Теперь цветет цветок на радость девам,

И кое-кто из них,

Закрывшись в душной спальной тишине,

Мечтает о прекрасном принце,

Что розу им преподнесет, склонив колени.

А роза будет цвесть, и цвесть, и цвесть,

Подвластная ветрам, дождям и зною,

Роняя лепестки себе под ноги,

Чтобы уйти к извечному покою.

Уже после первых строчек я озадачилась: это что, стихи? Мое краткое и ознакомительное изучение этой области искусства основывалось на эльфийских балладах и оставило в памяти уверенное убеждение: в стихах должна присутствовать рифма и ритм. Все остальное, собственно, поэзией назвать нельзя. Но, очевидно, Магистр Мирра что-то упустила в своих лекциях. Как только Арвис умолкла, трагично воздев к небу руки, и без того жаркий воздух раскалился от бури неистовых аплодисментов.

- Потрясающе, - выдохнула Инис, прижав руки к пышной груди. - Дорогая, на этот раз вы превзошли самое себя!

- Необычайно эмоционально! - воскликнула Виллара. - И смысл, какой глубокий смысл! Кому нужны эти жесткие рамки, рифмы и ударения? Поэтическая волна как бы подхватывает и уносит далеко ввысь, поднимая в золотые чертоги наслаждения. Не правда ли, ваше величество?

Я с любопытством повернулась к королю: неужели он тоже сейчас выразит свое восхищение? Непроницаемое выражение лица Делвера не давало однозначного ответа на вопрос, нравится ли ему представленное на суд публики стихотворение или нет. И слова его, судя по всему, выражали талант дипломата, а не искренние эмоции.

- Я считаю, что мы насладились тремя замечательными произведениями, каждое из которых хорошо по-своему. А теперь предлагаю утолить не только духовный голод, но и телесный. Эллина, вы позволите мне проводить вас к столу?

- Конечно, ваше величество, - проговорила я, любезно принимая предложенную им руку.

Скорее намеренно, чем случайно, он повел меня так, чтобы пройти мимо Илланы.

- Ваше величество, рада видеть вас. Эллина, ты напугала меня.

- Я заблудилась в саду, - виновато призналась я.

- Тебе следовало возвращаться в гостиную.

- А вам следовало бы лежать в постели, - недовольно произнес Делвер. - Лана, ты плохо выглядишь.

- Со мной все в порядке, ваше величество, - тихо возразила Иллана.

- И будет еще в большем порядке, если вы вернетесь к себе и дождетесь там Травника.

- Мне не нужна помощь Травника, ваше величество, - упрямо возразила дама. - Все хорошо. Мне просто нужно немного отдохнуть.

- Иллана.

- Ваше величество...

Я поняла, что пора вмешиваться. Король явно злился, хотя и старался не показывать это, Иллана не собиралась ему уступать. Все могло кончиться как мирным соглашением, так и грандиозным скандалом, и второй вариант казался вероятнее.

- Ваше величество, разрешите мне отвезти домой госпожу Иллану. Я присмотрю за ней, и, если потребуется, мой отец вызовет Травника.

Глаза Делвера яростно блеснули, однако его голос по-прежнему был ровным.

- Похвальное намерение, Эллина... Вы так добры, что готовы оставить развлечения, чтобы ухаживать за едва знакомой вам женщиной. Я не хочу казаться тираном или деспотом, поэтому давайте, милые дамы, поступим так: Лана идет к себе и отдыхает под присмотром служанки, а вы, Эллина, составите мне компанию. Считайте это не приказ царствующей особы, а просьба мужчины, молящего о милости прекрасную девушку.

Делвер бережно взял мою ладонь, слегка сжимая ее. Я нерешительно взглянула на Иллану, ожидая ее решения. Меня больше привлекал вариант с нашим возвращением домой, но, возможно, будет лучше, если она останется во дворце. Лучше для нее, а не для меня, разумеется...

- Хорошо, ваше величество, - кивнула Иллана. - Но я могу быть уверена, что вы не оставите Эллину без своего попечения? Чтобы она опять не заблудилась в саду?

- Можете, Иллана.

- Тогда, с вашего разрешения, я оставлю вас.

- Я провожу тебя, Лана, - голосом, не принимающим возражений, произнес Делвер. - Эллина, подождите меня здесь, буквально несколько минут.

- Хорошо, ваше величество.

Я проследила взглядом, как пара удаляется в сторону дворца, поднимается по лестнице и заходит внутрь.

- Вы очень умны, госпожа Эллина, - прошипел сзади женский голос.

- Благодарю вас, госпожа Аллита, - чуть повернулась я в ее сторону.

- И самое умное, что вы могли бы сделать - вернуться в свою Полданию, - мило улыбнулась дама, пронзая меня кинжальной остроты взглядом.

- Я так и сделаю, - ровно ответила я. - Но тогда, когда решу, что мне пора возвращаться.

- Лишь бы не было слишком поздно. Подумайте об этом на досуге.

Аллита смотрела на меня так, что пальцы инстинктивно сложились в формулу щита. Опомнившись, я разжала их, надеясь, что никто не заметил защитное заклинание.

- Обязательно.

- Вот и хорошо... Эллина, - почти выплюнула дама мое имя. - Надеюсь, вы придете к правильным выводам.

- И я надеюсь на это, госпожа Аллита, - подчеркнула я голосом обращение "госпожа".

Дама развернулась и ушла, оставив меня в задумчивости. С Аллитой стоит быть осторожней вдвойне, если я хочу прожить в Картхейне еще полтора месяца... А мне жизненно необходимо это сделать.

Глава 28.

"…Бригитта пряталась за раскидистым кустом боярышника, нервно кусая губы. В голубых глазах блестели слезы. Сердце болело так, словно от него каждую секунду отрезали небольшой кусочек. Девушка знала, что еще немного - и оно рассыпется кровавыми лепестками роз. Осталось только дождаться, когда рыцарь в серебряных доспехах, стоящий на ристалище на коленях, встанет с них, снимет шлем и прижмется к губам светловолосой дамы, знаменуя завершение помолвки. Вот тогда жизнь Бригитты окончательно будет разбита, и девушка со спокойной совестью сможет умереть.

- Моя принцесса…

Бригитта, ахнув, прижала пальцы к губам и поспешко обернулась.

- Моя принцесса, - повторил темноволосый мужчина, вставая на колени и поднося к губам обтрепанный край юбки. - Я не могу жить без тебя. Не могу есть, спать и дышать, если не вижу твоих золотых волос и рубиновых губ. Моя принцесса, ты станешь моей женой?

- Но..,- растерянно оглянулась Бригитта.

Мужчина в серебряных доспехах под гром оглушительных аплодисментов поднялся с колен и снял шлем. Солнечные блики отразились на его волосах цвета беленого полотна. - Но как же… Ведь ты должен быть там… А это Арвид?

- Мой брат нашел свое счастье, - проникновенно сказал мужчина. - А я? Я найду свое, Бригитта?

- Да! Конечно, да, Эйнар! - не помня себя от неописуемой радости, воскликнула девушка.

- Моя королева, - прошептал мужчина, поднимаясь, и утянул Бригитту в мучительную сладость поцелуя.

Девушке казалось, что у нее выросли крылья, тело приобрело невероятную легкость, и она удерживается на земле только сильными мужскими руками, крепко обнимающими ее.

- Идем, моя королева, - прошептал Эйнар, неохотно оторвавшись от притягательных губ невесты. - Мы должны поздравить молодоженов.

Трава стелилась под ноги Бригитты, когда она шла под руку с Эйнаром. Солнце посылало ей свои волшебные лучи, превращая потрепанное платье в ослепительно искрящийся наряд. В небесах птицы пели торжественную песню, прославляя Бригитту и Эйнара, короля и королеву этих земель…"

Вероятно, в этом месте полагалось промокнуть слезу белоснежным платочком, радуясь за будущее счастье героев. Но я только насмешливо фыркнула, захлопнула книгу и отложила ее в сторону. Интересно, откуда авторы берут сюжеты? Явно не из реальности. Хотя, конечно, моя собственная история тоже напоминает любовный роман, но Ален - младший брат князя, да и я долгое время не знала о его происхождении. А кто сказал этому… этой Риминиэль, что король женится на своей прачке? Он выберет себе королеву исходя из политических и экономических интересов страны. Смазливая девушка из прислуги в лучшем случае станет его фавориткой, в худшем - несколько ночей согреет его постель и всю оставшуюся жизнь будет лелеять сладкие воспоминания.

Если бы Риминиэль писала об Иллане, то ее… его роман закончился бы грандиозной ссорой между монархом и его бывшей фавориткой и ее последующим побегом в фамильное имение за пределы Этеры, где она и будет оплакивать свои растоптанные чувства.

Правда, тут уже я слегка грешу против истины. Роман пока еще не закончен. Но ссора между Делвером и Илланой действительно была в тот самый день, когда я впервые появилась при дворе. Побег тоже - в дом, который мне показывал Аленар. О причинах размолвки приходилось только догадываться, но, скорее всего, мы правы во многом, если не во всем. Моей будущей родственнице просто надоело то, как Делвер относится к ней. Возможно, свою роль сыграл и его интерес ко мне. Иллана ни словом не обмолвилась об этом, но и не возражала, когда я предложила составить ей компанию в фамильном замке. Откровенно говоря, она облегченно выдохнула и с трудом скрывала свою радость по этому поводу.

Зато решительно воспротивилась предложению Аленара жить вместе с нами и с горем пополам согласилась на присутствие Лежека. Мужчины категорически настаивали, что хотя бы кто-то из них должен нас охранять. Терен после недолгого размыщления решил остаться с вампиром.

Мы переехали в тот же же вечер и вот уже третий день проводили в безделье: отдыхали, купались в море и лениво перелистывали страницы слезливых романов и философских трудов, составляющих основу небольшого собрания книг в доме дяди Илланы.

Сама хозяйка большую часть времени проводила с нами, сидя в кресле с книгой на коленях. Правда, в гостиной присутствовало только ее тело, судя по застывшему взгляду и одной и той же раскрытой странице. Мысли Илланы уходили куда-то очень далеко от окружающей нас реальности.

Но сегодня утром ее апатия сменилась жаждой бурной деятельности, и она, призвав двух служанок, принялась за разборку залежей старья, хранившегося наверху. Я попыталась было принять участие во всеобщем веселье, но быстро расчихалась от облаков густой пыли и бесславно покинула место боевых действий. Лежек куда-то исчез еще раньше, видимо, устав пробиваться сквозь гремучую философию трактата под названием "Диалектика тринитарного мышления".

Я с тоской потянулась за отложенной книгой, намереваясь все-таки дочитать, как герои мужественно, не щадя нервов читательниц, придут к светлому будущему. К счастью, оставалось совсем немного - пара десятков страниц, а дальше придется делать мучительный выбор: или брать следующую душещипательную историю, или идти под палящее солнце, или просто сидеть и бездумно смотреть на сад и прыгающих по веткам птичек.

- Элька! Знаешь, кто посетил наше скромное обиталище?

Я с радостью отложила знакомство с финалом романа и обернулась.

- Терен, ты уже соскучился? А Аленар тоже приехал?

- Аленара со мной нет, - сообщил Терен, с интересом изучил название философского труда и с притворным ужасом отодвинул его от себя. - И соскучиться я не успел. Это вы тут… просвещаетесь, - показал он на толстый фолиант, - а нам приходится принимать толпы визитеров.

- Подожди… Мы же всего два дня назад уехали, откуда взялись толпы гостей?

- Ну, не совсем толпы, - весело признался Терен, устраиваясь на двухместном диване. - Но визитеры приходили. Вчера - его величество Делвер Пятый собственной персоной, сегодня - госпожа Аллита.

- Аллита? - поразилась я.

Если приход его величества еще укладывался в какие-то рамки, хотя бы в заботу о здоровье своей пока еще фаворитки, то причина визита дамы, метящей на место королевы, не возникала у меня в голове.

- Она самая, - подтвердил Терен.

- И какого гхыра ей потребовалось? - с не меньшим, чем у меня, удивлением, вопросил Лежек.

- Официально - осведомиться о здоровье госпожи Илланы, - ухмыльнулся его брат.

- Я бы скорее поверила в то, что Аллита хочет отравить ее окончательно, - пробормотала я. - Терен, она случайно не оставляла коробочку конфет или корзину с фруктами?

- Только открытку с пожеланиями выздоровления.

- Ты ее проверил? - серьезно поинтересовался Лежек, явно придерживающийся моего мнения.

- Я ее сжег, - хмыкнул Терен.

- Молодец, - Лежек, в отличие от брата, не веселился. - А неофициальная причина визита?

- А вот тут сложно сказать наверняка, - Терен глубокомысленно провел рукой по волосам. - Я бы сказал, что она хотела убедиться в отсутствии Илланы и Эльки в городе. Вы же понимаете, что известие об этом распространилось по Этере со скоростью слухов? И милая дама, озабоченная здоровьем приятельницы, как бы невзначай постаралась узнать, куда и почему они уехали.

- Конечно, - прокомментировала я. - Аллита прямым текстом приказала мне убираться домой. Надо думать, она хотела знать, послушалась я ее или нет.

- А почему мы об этом не знаем? - хором возмутились парни.

- К слову не пришлось, - виновато призналась я. - Сначала слезы Илланы, потом поспешные сборы и отъезд, а потом… потом у меня просто вылетело это из головы. Все равно я не собиралась следовать ему.

- Может быть, - пожал плечами Терен. - Но мне показалось, что даму больше волновало, действительно ли Иллана при смерти и на самом ли деле ее состояние внушает серьезные опасения, такие, что ты увезла ее к Травникам.

- Глупость какая, - фыркнула я.

- Я так и сказал, - рассмеялся Терен. - И добавил, что вы некоторое время насладитесь одиночеством и свежим воздухом, а потом вернетесь в Этеру.

- Что ей, разумеется, не понравилось.

- Не исключено, - продолжал веселиться Терен. - Но демонстрировать она это не стала, приступив ко второму пункту своего плана.

Парень многозначительно замолчал.

- Давай-давай, выкладывай, - поторопил его брат. - Все равно ведь расскажешь. А мы с Элькой не собираемся гадать на кофейной гуще. Госпожа Аллита могла придумать что угодно: от попыток соблазнения до грандиозной истерики.

- И почему ты не выбрал себе стезю пророка? - воздев руки, полюбопытствовал Терен.

- Потому что я боевой маг, - отрезал Лежек. - Так я угадал с истерикой?

- С обольщением. Госпожа Аллита почему-то решила, что призывное вздымание груди, скромное опускание ресниц на щечки с нежным румянцем и чрезмерное восхищение моими талантами должны уронить меня к ее хорошеньким ножкам.

- Не уронили? - усмехнулся Лежек.

- Я же не полный бздыр, - засмеялся Терен. - Только слепой не видел, как она вешается на короля. Поверить после этого в ее увлечение малознакомым захудалым дворянином из какой-то там Полдании может только по уши влюбленный молодой человек.

- А ты таковым не являешься, - улыбнулась и я.

- Нет, - продолжал веселиться друг.

- А зря, - серьезно проговорила с порога Иллана. - Я прошу прощения, что вмешиваюсь в ваш разговор, но до меня донеслось несколько фраз.

- Госпожа Иллана, вы хозяйка в этом доме, и вам позволено все, - немедленно встал с дивана Терен.

- Тогда, Терен, я посоветую тебе изобразить из себя слепого и влюбленного молодого человека.

Парни переглянулись.

- Войти во вражеский клан? - не очень уверенно предположил Терен.

- Хорошая мысль, правда, я думала не об этом, а о вашей безопасности. Не стоит злить Аллиту без повода. Третью неудачу подряд ей будет сложно пережить, и кто знает, что придет в ее воспаленную от яда головку?

- Третья?

- Король, Элька и ты, - подсказал Лежек.

- Да. Но твоя мысль мне тоже нравится, - заметила Иллана. - Если все, конечно, получится. Аллита неразговорчива, но вдруг, изображая заинтересованность молодым человеком, она ошибется и расскажет то, чего не следовало бы?

- Кроме того, я смогу при необходимости сопровождать ее по делам, - воодушевился Терен. - Да, госпожа Иллана, вы правы. Жаль, что я сам не додумался до этого.

- Ты еще слишком молод, мальчик, - улыбнулась дама. - Но этот недостаток быстро проходит. Не буду вам мешать. Еще есть дела, требующие моего внимания.

- Одну минуту, госпожа Иллана, - шагнул вперед Терен и протянул ей небольшую коробочку. - Собственно, я приехал, чтобы передать вот это.

- От Аллиты? - обеспокоилась я.

- От его величества, - пояснил друг.

Иллана чуть не уронила коробочку.

- Он прислал их лично для меня? А записки никакой не прилагалось?

- Увы, - вздохнул Терен. - Записок не было. Его величество приехал лично и просил передать эту коробочку, присовокупив пожелание здоровья.

- Спасибо, - отсутствующе отозвалась дама, дрожащими пальцами открывая крышку. - Мои любимые конфеты… Делвер все еще помнит, что я люблю их. Хочешь попробовать, Элька?

- Сначала я бы проверил на яды, - предупреждающе заметил Лежек.

- Думаешь? - повернулась к нему Иллана. - Делвер вряд ли стал бы травить меня. Зачем, когда можно просто выслать из страны?

Лежек, тем не менее, отобрал у дамы коробочку, сел в уголке и приступил к внимательному рассматриванию содержимого, кажется, потихоньку привлекая магию.

- Терен, а больше Делвер ни о чем не спрашивал?

- Мы немного поговорили. Его величество не особенно торопился, расспрашивая меня о разных мелких и важных обстоятельствах. И, как мне кажется, его весьма интересовало, где в данный момент находится Аленар: в Этере или с вами. А еще он очень хотел знать, когда состоится воссоединение вас, милая госпожа Эллина, - парень слегка поклонился в мою сторону, - и вашего отца.

- Что, прямо такими словами и спрашивал? - изумилась я.

- Почти прямая цитата, - усмехнулся Терен. - Я разочаровал его величество, сообщив, что до твоего дня рождения ты вряд ли вернешься в Этеру.

- А ты про него помнишь?

- А почему нет? - удивился он в ответ. - Мы достаточно времени проучились вместе, чтобы я запомнил несколько дат, связанных с тобой, Ингваром или Лисом.

Честно говоря, сама я давно не относилась к этому дню как к празднику, то есть не ждала поздравлений, подарков и сладкого пирога. Летом, в начале жнивня, в Школе не было никого из сокурсников, а немногочисленные преподаватели не утруждали себя знаниями о днях рождения адептов. Я даже сомневалась, знал ли сию знаменательную дату Ален. Мы никогда не обменивались подобной информацией. Хотя он мог выяснить ее из личного дела… Но вот то, что Терен знает, когда мне исполняется двадцать лет, немного удивляло.

- Слушай, а ты сказал королю, и сколько мне исполняется? Может, он тогда не будет считать меня дочерью Илланы?

- Нет, только дату назвал, - смутился Терен, - и сказал, что ты обязательно захочешь провести день своего совершеннолетия с отцом. А что не так? Насколько я знаю, женщины всегда скрывают свой возраст.

- Терен, - полупростонала, полузасмеялась я. - По законам Полдании я совершеннолетняя уже четыре года! А в Картхейне девушку считают взрослой уже в пятнадцать! Сколько же даст мне король?

- Ну и что? Он же будет считать тебя моложе, а не старше, - резонно заметил Лежек. - Госпожа Иллана, вот ваши конфеты. На мой взгляд, они совершенно безопасны. И вообще, что ты так переживаешь? - опять обратился он ко мне, - подарят тебе какую-нибудь безделушку на память, и будет она служить вечным поводом для ревности Алена.

- Если Ален и будет ревновать, то вряд ли из-за какой-то мелочи, пусть и подаренной высшим лицом государства, - задумчиво проговорила я. - Он найдет для этого более веские поводы…

Найти эти самые поводы мой будущий муж смог бы без особого труда. На следующее утро к нам явился невероятно официальный мужчина в бело-голубой ливрее и передал невероятно официальный свиток пергамента. Невероятно официальными фразами его величество Делвер Пятый извещал госпожу Эллину дар Каэрстан, виконта дар Каэрстан, Дэнила дар Каэрстан и Камена дар Каэрстан, а также баронессу Иллану дар Осселд, что седьмого жнивня им надлежит прибыть на бал, устраиваемый в честь дня рождения госпожи Эллины. Осознав прочитанное, я ахнула:

- Лежек, гхыр все побери… Что все это значит? Насколько нормально устраивать бал в честь совершеннолетия малоизвестной девицы, приехавшей в страну на пару-тройку месяцев?

- Понятия не имею, - ответил не менее ошарашенный Лежек. - Надо спрашивать Иллану.

Иллана тоже изрядно удивилась.

- Что? - она брезгливо сбросила с обитого безвкусной яркой тканью кресла тяжелые парчовые платья и села, разворачивая свиток. - Очень странно, Элька. Не похоже на Делвера. В конце жнивня и так большой праздник, к которому готовятся заранее, с балами, народными гуляниями и фейерверками. И такое внезапное решение…

Иллана замолчала, аккуратно сворачивая свиток в трубочку.

- И что нам делать? - осторожно спросила я, когда пауза неприлично затянулась.

- Идти, разумеется, - очнулась Иллана.

- Я не про это.

Я присела на подлокотник такого же отвратного вида кресла, не рискуя опускаться в него - слишком пыльной и кричащей казалась обивка.

- Иллана, меня тревожит…

Тут уже замолкла я сама, не зная, как точнее выразить беспокоящие меня обстоятельства и не обидеть при этом Лану.

- Отношение к тебе короля? - подсказала она. - Знаешь, в придворных сплетнях иногда нет и капли правды. Не думаю, что Делвер действительно решил заменить меня на мою молодую копию.

- Но пока все выглядит именно так.

- Выглядит - может быть. Но, Элька, никто лучше меня не знает Делвера. При всех его недостатках он никогда не будет спать с дочерью своей любовницы.

- А он уверен, что я твоя дочь, - утвердительно проговорила я.

- Да, - печально вздохнула Иллана. - Ты знаешь, почему мы уехали из Этеры сюда?

- Вы поссорились.

- А из-за чего?

Я чуть пожала плечами. Причина ссоры могла быть любой, но она, несомненно, связана с Илланой.

- Из-за тебя, - грустно улыбнулась дама. - Делвер назвал меня плохой матерью, обвинив в том, что я отправила ребенка прочь сразу после его рождения и не только не пожелала вернуть, но и вовсе выкинула из своей жизни, ни разу не упомянув о твоем существовании.

- Сложно говорить о том, чего не знаешь.

- Да. Я так и не смогла убедить Делвера в том, что он ошибается. Король всегда прав, и все тут. На мои слова про дворцовые сплетни, которым нельзя верить, он грубо оборвал меня, заявив, что верит не досужей болтовне, а собственным глазам.

- Но мы же не так сильно и похожи, - печально вздохнула я.

Иллана словно не слышала меня.

- Он открыто назвал меня трусливой эгоисткой и себялюбивой стервой, боящейся признаться в собственных ошибках, добавив, что теперь понимает, почему у нас так и не родился общий ребенок.

- Ему так нужны незаконнорожденные дети?

- Они были бы законными, - мрачно возразила Иллана. - Делвер женился бы на мне сразу после того, как я забеременела. И даже до этого счастливого момента. В любое время, изъяви я только желание… Ну, кроме последних месяцев, когда его отношение ко мне изменилось.

- Иллана, - заколебалась я, не зная, имею ли право влезать в настолько личные дела. Но, с другой стороны, она не чужой мне человек, и Аленар просил спросить ее при случае. - Ты любишь Делвера. Он предлагал тебе выйти за него замуж. Так почему нет?

- Потому что любовница имеет право не рожать ребенка, а от королевы этого ждут, - с непонятной мне скорбью выплюнула дама.

- Это настолько плохо?

- Ты ничего не знаешь, Элька, - Иллана закрыла лицо руками и затряслась в беззвучных рыданиях.

Я сорвалась со своего подлокотника и рванулась к ней, накрывая ее виски ладонями.

- Лана…

- У меня была дочь, - глухо проговорила она, не отнимая рук и не пытясь высвободиться. - Сейчас ей было бы чуть больше четырнадцати лет.

Иллана вновь замолчала, захлебываясь неслышными страданиями.

- Что с ней стало? - мягко спросила я, подозревая, какой будет ответ и страшась услышать его.

- Она была красивой девочкой, с белой кожей и тонкими светлыми волосиками, - Иллана подавила всхлип. - С крошечными пальчиками, темно-синими глазками и сложенными бантиком губками. Идеальный ребенок. Выше пояса. А ниже, - она прерывисто вздохнула, - ниже, вместо пухленьких ножек - толстые раздвоенные обрубки. Моя девочка ни разу не вздохнула, не закричала. Элька, моя дочь родилась мертвой, и все вокруг считали это чрезвычайным благом как для нее, так и для меня. Барон дар Осселд был проклят, и это проклятье сделало ядовитым и его семя, а оно отравило меня. После смерти моей девочки я беременела еще дважды, и оба раза все заканчивалось выкидышем. Повитухи шептались, что эти дети были еще страшнее и уродливее, чем первый ребенок.

- Но, может быть… дети от Делвера родились бы здоровыми? - неуверенно прошептала я.

- А если нет? Ты представляешь, каково будет Делверу, если у него родится сын - урод? Элька, я проклята! - надрывно выкрикнула она. - Я не могу иметь детей! Ты понимаешь теперь, почему я никогда не стану женой Делверу? Кому нужна проклятая королева?

Иллана рыдала уже не сдерживаясь. Я, с разрывающимся от ужаса и сострадания сердцем, потянула из нее темные эмоции, не задумываясь, стоит ли применять магию или нет. С такими воспоминаниями нельзя жить. Они отравляют не хуже проклятия. Я не могла убрать их совсем - вампирская кровь давала о себе знать - но моих знаний и умений хватило на то, чтобы смягчить их, смазать в памяти, закрыть туманом образ юной девушки, держащей на руках рожденного ею уродца, все еще соединенной пуповиной с ее телом. Леденея от страха и жалости, я размывала боль, слезы и горе Илланы, не позволяя себе задуматься о том, что подобное может ожидать и меня, понимая, что оно все равно напомнит о себе чередой кошмарных снов. Барон дар Осселд был проклят, и это сказалось на его детях. Я сама лезла в глубину темной магии, пропуская через себя потоки энергии. Кто знает, как подействуют они на моих нерожденных детей? Мне оставалось только уповать на судьбу, которая знала, что делала, сводя меня с Аленом…

В дверь постучали.

- Дамы, у вас все в порядке? - заглянул в комнату встревоженный Лежек. Иллана вздрогнула и убрала руки от лица.

- Все хорошо, - почти спокойно произнесла она. - Я слегка расклеилась, и Элька мне помогла. Сейчас все в норме. И очень хорошо, что ты пришел, мне как раз требуется мужская сила. Лежек, будь добр, пододвинь сюда сундук, стоящий у стены. Мы с Элькой запихнем в него это тряпье.

Иллана пренебрежительно пошевелила носком туфли сброшенное с кресла тряпье. Лежек продолжал обеспокоенно смотреть на меня и, только дождавшись моего подтверждающего кивка, расслабился. Он прошел к огромному сундуку и, с силой дернув за боковую ручку, вытащил его на середину комнаты. К скрипу досок и шороху прибавился негромкий стук. На пол упала картина, до этого момента зажатая между сундуком и стеной. Иллана бросила на нее быстрый взгляд, помрачнела и отвернулась.

- Кто это? - тихо полюбопытствовала я.

- Госпожа Стелла, - коротко и сухо пояснила она. - Бывшая жена моего дяди.

- Которую он выгнал из дома?

- Она. Очень неприятная особа, надо сказать. Я понимала это и ребенком.

Я подошла поближе и с интересом взглянула на портрет. Дама на нем блистала красотой, молодостью и высокомерием, превосходно переданным художником в выражении темных глаз и презрительной усмешке на кроваво-красных губах. Мне показалось, что я вижу в ней что-то знакомое, и вначале никак не могла понять, что именно. Мы никогда не встречались с этой дамой. Сложно было бы забыть тонкий ястребиный нос и угольно-черные волосы. Только спустя несколько секунд я отметила чуть асимметричные брови. Точно такие же, как у министра Овальда.

- Ты тоже заметила? - тихо обратился ко мне Лежек.

- Да. Занятно, правда? - таким же шепотом ответила я.

- О чем вы? - нервно позвала Иллана. - Лежек, будь добр, убери портрет куда-нибудь подальше, чтобы он не попадался мне на глаза. Или, еще лучше, сожги.

Лежек посушно поднял картину и вынес ее из комнаты. Я задумчиво начала помогать Иллане укладывать вещи в сундук, не переставая размышлять над открывшимся обстоятельством. Так тетка Илланы, как там ее… госпожа Стелла, в родстве с министром? По всему получалось, что да. Одинаково неправильные брови не могут быть совпадением.

- Иллана, а где сейчас твоя тетка?

- Не знаю и знать не хочу, - вздрогнула дама. - Страшно подумать, что когда-то я считала ее мамой и не понимала, почему она так смотрит на меня. Знаешь, у меня всегда складывалось ощущение, что своим взглядом госпожа Стелла пригвождает к месту и готовится заморозить тебя заживо. Или скормить крысам. Собственно, я и узнала портрет по ее глазам. Это единственное, что осталось в моей памяти.

Я передернулась, представляя себе крохотную девчушку, страстно желающую добиться от самого близкого ей человека хотя бы капельки любви и ласки, а в ответ получающую ледяную неприязнь.

- Мне даже стало легче, когда она после какого-то мелкого проступка назвала меня дочерью шлюхи, прибавив, что ее собственное дитя никогда не поступило подобным образом. Я стояла и радовалась, осознав, что не имею ничего общего с этой холодно роняющей слова дамой, убивающей меня взглядом на месте, а госпожа Стелла при виде моей улыбки распалялась все больше и больше. Господин Менор увел ее насильно, иначе не знаю, чем бы все кончилось…

Я пробормотала что-то подходящее к ситуации. Больше Иллана не заговаривала ни о тетке, ни о своем прошлом, и, только когда сундук был сложен, и Лежек, напрягаясь, потащил его вниз, она взяла меня за локоть.

- Спасибо, Элька. Только не делай так больше. Ты же понимаешь, о чем я, правильно?

Я кивнула.

- Иллана, так нельзя было оставлять…

- Не надо, - твердо повторила она. - Я сильная и справлюсь со всем и сейчас, и в будущем. Не волнуйся из-за бала. Мы с тобой поедем туда, поразим всех своей красотой…

- И вызовем кучу сплетен, - в тон ей добавила я.

- Без сплетен, к сожалению, не обойдешься. И они расцветут еще более ярко, когда станет заметной твоя беременность.

- Я все-таки надеюсь уехать из Картхейна раньше, - протяжно вздохнула я, прикрывая руками живот. - Мне нельзя задерживаться здесь.

- Знаю, милая, - Иллана ласково погладила меня по руке. - Все будет хорошо. Я верю в это.

И я тоже верила, усиленно и отчаянно настраивая себя на позитив весь остаток дня. А ночью, как и ожидалось, пришел кошмар.

Степь. Бескрайняя, безлюдная, выжженная солнцем, сверкающим в белесом небе. Жарко так, что воздух при дыхании обжигает легкие и горло. Не спасает даже ураганный ветер, пригибающий к земле высохшие былинки, превращающий в лохмотья юбку и рвущий волосы, непрерывно лезущие в рот и глаза.

Я иду вперед, преодолевая мощные порывы, не обращая внимания на пышащую жаром землю под босыми ногами и всепоглощающий ужас, вызывающий страстное желание упасть и свернуться в комочек, закрыв руками голову. Я иду, направляемая незримой нитью, притягивающей меня к чему-то безмерно важному. Иду, хотя вижу перед собой лишь черную туманную стену, в которой то в одном месте, то в другом вспыхивают зигзагообразные слепящие молнии. Иду, чувствуя, как ощущение скорой гибели - не только моей, всего мира - смешивается со страхом и паникой. Я должна пройти сквозь стену. Должна, потому что там мои дети.

- Они уже не твои.

Прямо перед моими глазами в стене вспыхивает особенно яркая молния. Туман в этом месте сгущается до кромешной черноты, и из нее выходит… нечто. Сгусток чернильной тьмы, принявший образ человека.

Я останавливаюсь и, маскируя страх дерзостью, смотрю в то место, где у людей располагается лицо.

- Нет.

- Они были и будут моими, - в мертвом голосе твари отчетливо слышна усмешка. - Твои дети еще до зачатия принадлежали мне.

Я стараюсь не думать, что судьба сводила нас с Аленом только для того, чтобы ублажить мерзкий клочок черного тумана. Уговариваю себя, что так не может быть, что наша любовь существует на самом деле.

- Ты ошибаешься, Элиара, - удовлетворенно произносит тварь. - Смотри сама.

Стена внезапно исчезает, разливаясь по степи и покрывая ее отвратительной темной массой. Но мой взгляд устремляется не под ноги, а за сгусток мрака, на две небольшие фигурки.

Темноволосый мальчик и рыженькая девочка. Не старше семи-восьми лет. В аккуратных рубашечках и штанишках. И с абсолютно черными провалами вместо глаз.

Сердце сжимается от боли, а сознание заполняется таким же мраком, как и тот, что стоит в трех шагах от меня. Ненависть, жестокость, злоба, гнев, до этого спрятанные в самом дальнем уголке, вихрем поднимаются и рассыпаются ядовитым фейерверком.

- Правильно, Элиара, - вкрадчиво шепчет тварь. - Только так ты можешь присоединиться к ним. К нам. Тебе осталось совсем немного. Только позволь мраку полностью поглотить тебя.

- Нет! - отчаянно кричу я. - Нет! Дети! Итен! Каэль!

- Как хочешь, - с сожалением роняет мрак и текучим движением перемещается к моим детям. Те доверчиво берут его за верхние конечности, отворачиваются от меня и уходят прочь…

Я срываюсь с места - и не могу сдвинуться. Ноги до колена опутаны вязкой черной массой, поднимающейся все выше и выше. Я не успеваю моргнуть, как оказываюсь увязшей до пояса.

Отчаяние и тоска охватывают меня до такой степени, что я не выдерживаю. Мощный поток энергии, вырвавшийся из меня, материализуется в виде огненного шара. Бездумная и бездушная стихия проносится по степи, уничтожая черную гадость, доходит до твари, держащей за руки моих детей, и останавливается.

- Ты ничего не можешь мне сделать, Элиара, - издевательски хохочет мрак.

- Могу, - не скрываю ненависти я и, собрав все имеющиеся силы, посылаю их своей стихии.

Огненный шар, взревев, прыжком устремляется вперед и поглощает тварь и детей.

Я с криком падаю на колени. Боль, дикая, непереносимая боль разрывает меня на сотни, тысячи, миллионы кусочков. В глазах темнеет. Солнечный день превращается в безлунную ночь. Слабеет тело, и опускаются руки.

Я продолжаю держаться, подпитывая огонь своей собственной аурой - вся энергия истощилась. Золотое смешивается с черным. Языки пламени то становятся темно-багровыми, то вновь приобретают оранжевый цвет.

Силы полностью оставляют меня. Я падаю на выжженную землю, поднимая облачко легкого пепла. Огонь растворяется в полуденном зное. Последнее, что я вижу, прежде чем окунуться в пелену безвременья, - это два детских личика. Мальчика с темно-синими глазами и девочку с зелеными.

- Мама…

- Элька! Проснись же, гхыр тебя побери!

Я резко открыла глаза, в первую секунду не понимая, где нахожусь: в выжженной степи или в доме Илланы. Мягкая ткань под ладонями, теплый воздух, напоенный ароматами цветов, говорили о втором. Ноющее сердце, тяжелое дыхание и всепоглощающий страх - о первом.

- Элька, - облегченно выдохнул Лежек. - Что тебе снилось?

- Снилось? - все еще непонимающе переспросила я, собирая расползающиеся гусеницами мысли. - Снилось… гхырня какая-то, похоже.

Я откинула простыню и, как была, в короткой рубашке, подошла к окну и прижалась к нему лбом. Толстенький серпик растущей луны старательно освещал мирно спящие клумбы и яблони. Шелестело море, перешептываясь со скалами и светлячками. Безумно колотилось мое сердце.

- Не сомневаюсь, что гхырня, - нервно хмыкнул Лежек. - Особенно если учесть, что ты потянула к себе темную энергию.

- Во сне? - резко обернулась я.

- В очень крепком сне. Я не мог тебя добудиться.

Я, забравшись на подоконник, подтянула к себе колени и уткнулась в них головой, вытягивая из памяти остатки сна. Не стоило мне этого делать. Сгусток мрака, уводящий моих детей, всколыхнул самые мрачные предчувствия.

- Гхыр, - тихо простонала я.

- Что? - не понял Лежек. - Слушай, не волнуйся. Всплеск был слабым, думаю, что за пределами дома его никто не мог уловить.

- Хорошо, - глухо отозвалась я, не поднимая головы.

Лежек сел рядом со мной и положил руку мне на колено.

- Что тебе приснилось?

- Гхырня… - Я выпрямилась и запрокинула голову назад. - Степь, темный… гхыр его знает что. Больше всего это похоже на черный туман. Может, демон или еще какая-то тварь, уводящая моих детей и вызывающая дикий страх.

- И ты попыталась их отбить?

- Почему попыталась? - грустно усмехнулась я. - Отбила. Только, кажется, при этом погибла сама.

Лежек сжал мне колено.

- Это только сон, Элька. Не бери в голову.

- Я понимаю… ощущение только мерзкое. И наложилось многое: и утекающее время, и полная неопределенность, и трагедия Илланы…

- Из-за которой она рыдала днем?

- Да. Прости, причина чересчур личная, я не могу тебе рассказать.

- Не уверен, что хочу это знать, - передернулся Лежек. - Иди спать, Элька. Неопределенность когда-нибудь кончится, равноденствие пройдет, Ален вернется к тебе и никому не даст забрать у вас детей. Ты же не сомневаешься в его настойчивом желании удержать тебя при себе?

- Нет, - невольно улыбнулась я.

- Вот и подумай лучше о нем, а не о каком-то там демоне. Мораввену, несмотря на всю его мощь, пока не удалось справиться ни с нами, ни с Аленом. Ложись спать.

Лежек помог мне слезть и легонько подтолкнул в сторону кровати.

- Спокойной ночи.

- Спокойной, - отозвалась я, закрывая глаза.

Отголоски пережитого кошмара еще бродили во мне, но уже не так рьяно, как несколько минут назад. Даже если в моем сне есть хоть частичка правды, я не отдам своих детей, а Ален поможет мне. Еще семь недель - и он будет со мной. Мы уедем в Белогорье, Ремар проведет обрядовую церемонию только для нас и самых близких нам людей. Никакого пышного торжества, никаких балов и разодетых сплетников.

Правда, возможно, в Белогорье нет такого роскошного серпентария, как при дворе Делвера. Зато там есть госпожа Альстана Тор Ордвинд Шелиарр одд Шаэннар, и неизвестно еще, что хуже - моя будущая свекровь в гордом одиночестве или весь цвет Картхейнского дворянства в полном списочном составе? Поразмыслив, я пришла к выводу, что с бОльшим удовольствием пообщалась бы с Биэллой, даже если со мной не будет заслона из мужчин. Все-таки один острый язычок заставить замолчать гораздо проще, чем десяток. А уж в том, что милые дамы постараются испортить мне праздник, сомнений не возникало. Если Делвер желал сделать мне приятный подарок ко дню рождения, то явно выбрал для этого не тот способ.

Впрочем, сам король придерживался иного мнения на этот счет. Он торжественно вывел меня на середину натертого до зеркального блеска зала, освещенного закатным солнцем и множеством свечей. Сиял от гордости, поздравляя меня перед собравшимися гостями с совершеннолетием, словно я была его собственной дочерью. С видимым удовольствием прикалывал к вырезу брошь в виде кречета - символа Картхейна. Обаятельно улыбался, предлагая мне руку для танца, которым мы должны были открыть бал.

- Благодарю вас, ваше величество, - смущенно проговорила я, кружась по гладкому паркету.

- Не стоит благодарности, Эллина, - церемонно склонил голову король. - Любая девушка заслуживает бала в свою честь. Тем более вы.

Горячий взгляд Делвера пронизал меня с ног до головы.

- В Полдании не принято с такой помпезностью отмечать дни рождения девушек, - с улыбкой заметила я, надеясь, что монарх уловит намек на мой возраст. - Считается, что, став совершеннолетней, она готова улететь из родительского дома, а это повод скорее для печали, чем для радости.

- Но мы в Картхейне, Эллина, - мягко произнес Делвер. - И до печального события, не отмечаемого в вашей стране, еще год, не так ли?

- Вы ошибаетесь, ваше величество.

- Надо же, Эллина, - нарочито удивленно проговорил король. - Обычно дамы стараются казаться моложе, чем есть на самом деле, но вы и тут стараетесь быть не похожей на других, прибавляя себе года. Корюшка в сетях не спрячется, и правда все равно выплывает наружу.

Я смущенно опустила взгляд.

- Ну же, Эллина, - ободряюще позвал Делвер. - Не расстраивайтесь так. Сегодня ваш праздник.

- Вы правы, ваше величество, - изобразила я сияющую улыбку.

- Вот так намного лучше, - одобрил король. - Кстати, Эллина, я прошу прощения за упущение. Вы сегодня прекрасно выглядите.

Остаток танца его величество упражнялся в комплиментах мне лично, моему внешнему виду, платью и украшениям, в качестве которых выступали амулет Алена на тонкой серебряной цепочке и подходящие к альметрину серьги. Делвер, вероятно, был несколько удивлен моим выбором, но, видимо, отнес это на причуды полданцев и ничем не выразил своего неудовольствия. Мне оставалось только молчать, улыбаться и мило краснеть.

- Благодарю вас за танец, Эллина.

По окончании танца король подвел меня к Аленару и Иллане. "Братьев" поблизости не наблюдалось, очевидно, они тоже с головой окунулись в нехитрые развлечения.

- Простите, но я вынужден временно покинуть вас. Обязанности призывают меня уделить внимание другим дамам.

- Разумеется, ваше величество, - присела я, склонив голову.

- Госпожа Иллана? Не окажете ли мне честь?

Мне не понравилось изменение тона короля. От теплоты, с которой он разговаривал со мной, остался лишь намек. Правда, в ледяной холод она не превратилась, что внушало некоторый оптимизм. Иллана с царственно-равнодушным видом приняла предложенную монархом руку и, гордо подняв голову, проследовала за ним в центр зала. Я успела увидеть, как Делвер по-прежнему официально положил руку на талию дамы, а потом пару заслонили другие танцующие, а рядом послышался запинающийся тенорок:

- Госпожа Эллина, разрешите вас пригласить?

Я просияла наигранной улыбкой и позволила взять себя за руку кавалеру Парсенсу, представленному мне в начале вечера. Молодой человек - очень молодой, кажется, даже младше меня - отличался розовыми щечками, цыплячьей шеей, следами юношеских прыщей на лице и весьма властной мамашей. Монументальная дама не сводила пристального взгляда с нас на протяжении всего танца, показавшегося мне бесконечным. Кавалер Парсенс краснел, бледнел, лепетал шаблонные комплименты, сравнивая мои губы с лепестками роз, а щеки - с наливными яблоками, и поминутно спотыкался. Его ладонь, сжимавшая мою, вспотела так, что я с трудом сдерживала желание высвободить руку и вытереть ее платком. Но улыбка продолжала играть на моих губах, а одобрительные междометия, роняемые в ответ на безвкусные любезности, похоже, изрядно воодушевили кавалера. Как только музыка стихла, он вознамерился было подвести меня к своей суровой мамаше. Пришлось вежливо, но настойчиво попросить вернуть меня "отцу".

Только для того, чтобы попасть в руки следующего желающего стать моим партнером по танцу.

Виконт дар Тейллек вел себя аналогичным образом, с той разницей, что вместо мамаши за нами неотрывно следила его сухопарая сестра, а мои глаза он сравнивал не с изумрудами, а с цветом Этельского моря под полуденным солнцем в середине сеностава.

Мой третий партнер разительно отличался от первых двух, и вначале сложно было сказать, в лучшую или худшую сторону. Он проигнорировал ясно выраженное недовольство Аленара, властно взял меня за руку и увлек к танцующим парам.

- Ваш отец неправ, - прожурчал над ухом мужской голос, напоминающий мурлыкание кота. - Такая красивая девушка, как вы, Эллина, не может прозябать в одиночестве у стены во время бала.

- Не помню, чтобы мне представляли вас.

- Потому что это произойдет лишь в следующее мгновение, - улыбнулся мужчина. - Баронет дар Корнелл. Теперь мы официально знакомы, и вы можете подарить мне одну из ваших очаровательных улыбок.

- Без которой вы будете страдать до конца своих дней, - скучающе закончила я.

- О нет! - с мягкой укоризной воскликнул он. - Я надеюсь прожить на этом свете еще достаточное количество дней и ночей, если, разумеется, ваш отец не прервет нить моей жизни слишком рано.

Я невольно взглянула на Аленара. Нельзя было сказать, что он кипел от возмущения, но в его взгляде отчетливо читалась обеспокоенность.

- Но я почему-то уверен, что не буду страдать достаточно долго, и ваша улыбка, несомненно, скрасит мое существование, - продолжил баронет.

- Одна единственная улыбка? - приподняла я брови в знак изумления. - Баронет, вы чересчур переоцениваете ее.

- Почему же только одна? - мужчина чуть сильнее закружил меня, прижимая к себе крепче, чем дозволяли приличия, и тут же отстранил на прежнее расстояние. - Мне хочется верить, что вы будете радовать меня ими еще очень, очень много лет.

- А вот теперь вы переоцениваете себя, - перестала улыбаться я.

- Я? Никогда, Эллина. Скорее, я недооцениваю себя.

Баронет действительно был хорош собой: широкие плечи, узкие бедра, темные волнистые волосы, доходящие до плеч, тонкая полоска усиков под носом с небольшой горбинкой, пронзительные черные глаза, выделяющиеся на загорелом лице. Элегантно одетый во все белое с ног до головы, что только подчеркивало смуглость его кожи. Мощная волна уверенности в своей притягательности и обаянии, накрывающая с головой и вызывающая даже у меня искру интереса. Не сомневаюсь, что остальные дамы начинали томно вздыхать и усиленно обмахиваться веерами при одном знаке внимания со стороны баронета.

- Вот видите, Эллина, - словно бы прочитал мои мысли дар Корнелл. - Я смею верить в наше счастливое будущее, а пока позвольте надеяться еще как минимум на один танец с вами. А лучще всего - на два.

Я неопределенно качнула головой.

- Нет-нет, Эллина, я не признаю отказов, - учтиво и одновременно настойчиво возразил баронет. - И, милая госпожа, постарайтесь убедить вашего отца в том, что у меня самые серьезные намерения. Я чувствую, что его взгляд сейчас прожжет во мне дыру, а я очень дорожу этим камзолом!

Музыка стихла, баронет, вежливо поддерживая за локоть, подвел меня к Аленару, изящно наклонившись, поцеловал мне руку и наконец удалился, шепнув напоследок:

- Помните, я не признаю отказов.

- Где Иллана? - спросила я вампира, не видя в зале знакомой женской фигуры в темно-зеленом платье.

- Пожаловалась на головную боль и куда-то ушла. Я не отследил, куда, потому что был занят тобой.

- Что-то серьезное?

- Нет, не думаю, - замялся Аленар. - Возможно, это результат общения с Делвером. Мне показалось, что она несколько расстроилась после танца с ним, но напрямую ничего не сказала.

Я нахмурилась. Что же, шетт возьми, происходит?

Мне не дали сосредоточиться на размышлениях. К нам подошел обрюзгший господин в ярко-малиновом камзоле и обратился с уже поднадоевшим мне вопросом:

- Госпожа Эллина, не хотите ли стать моей партнершей? На танец, разумеется, - и рассмеялся противным клокочущим смехом.

Я взглянула на Аленара, молчаливо задавая вопрос. Вампир еле заметно кивнул в сторону балкона, из приоткрытых дверей которого в зал сочилась вечерняя свежесть.

- Простите, но у меня закружилась голова и мне хотелось бы освежиться, - виновато склонила я голову.

- В таком случае я оставлю за собой не один танец, а два, - закудахтал господин. - Должны же вы мне компенсировать нанесенную обиду.

Аленар молча взял меня под руку и увел от неприятного господина.

- Кто это такой? - мысленно поинтересовалась я.

- Маркиз дар Браввиль, - ответил вампир, выходя на балкон. - Я помню его еще по предыдущему посещению Картхейна. Пьяница и игрок. Насколько я понял из его мыслей, год назад у него умерла третья жена, и с тех пор он находится в активном поиске четвертой, желательно с хорошим приданым.

- Я не собираюсь становиться ею, можешь не смотреть на меня так строго. Да и приданого у меня нет.

- А они считают, что есть, - усмехнулся Аленар, уводя меня подальше от дверей в зал. - А я, видимо, просто вошел в роль отца молодой девушки. Элька, ты же понимаешь, что подавляющее большинство мужчин в этом зале стремятся заполучить тебя?

- Да, - вздохнула я, отворачиваясь к перилам и с наслаждением подставляя лицо легкому бризу. - И их мамаши или сестры тоже. Своего рода история Илланы в зеркальном отражении. Не подложить королю в постель свою жену, а жениться на его новой фаворитке.

- Примерно так. Только к милости монарха добавь еще красоту и уверенность в богатом приданом.

- А вдруг ты обеднел за последние десять лет? - шутливо поддразнила я Аленара.

- Тогда приданое выплатит Делвер, который не сможет отказать любимой женщине.

- Ты сейчас меня или Иллану имеешь в виду?

- С точки зрения искателей богатой красивой жены - тебя. С точки зрения Делвера - думаю, все-таки Иллану. Несмотря на свою внешнюю холодность к ней, внутри него теплятся чувства.

- Я так и не могу понять, что с ним, - задумчиво сказала я. - Интересуется ее здоровьем, причем лично, а не через прислугу, помнит про любимые конфеты, устраивает бал для брошенной при рождении дочери, и при этом говорит с ней так, словно самое его большое желание - никогда ее больше не видеть.

Я замолчала, пораженная неожиданно пришедшей в голову мыслью, точнее, ее крохотным обрывком, прячущимся и ускользающим, как бы настойчиво я ни старалась вытащить его поближе.

- Не думай пока об этом, - посоветовал Аленар. - Сейчас не место и не время. Потом, дома, в более подходящей обстановке…

- Может быть, ты и прав, - согласилась я, поежившись: сильный порыв ветра задел обнаженные плечи.

- Тебе не холодно? Может быть, вернемся в зал?

Я представила себе толстого маркиза, разряженные толпы придворных, духоту и покачала головой.

- Нет. Пока не хочу. Здесь так спокойно и мирно… А вот за Иллану я волнуюсь.

- Ты хочешь, чтобы я нашел ее?

- Если не сложно, - попросила я.

- Ты справишься без меня одна?

- Конечно, - уверенно усмехнулась я. - Кто посмеет напасть на любимую женщину короля на ее балу?

Аленар невразумительно хмыкнул и бесшумно исчез. Я вновь подставила лицо освежающему ветерку, вдыхая нежный аромат ночной фиалки, смешивающийся с соленым запахом моря. Недавно поднявшаяся над парком луна стыдливо прикрывала облаком свой выпятившийся животик. Длинные тени деревьев и пухлые - кустов создавали своеобразный узор-лабиринт на дорожках и клумбах. Вырывающиеся из дверей зала звуки музыки и гомон собравшихся там людей не портили мирную тишину спящей природы. Мысли стройными рядами выстраивались в голове, собирая в единое целое картинку.

Неужели я догадалась? Короля просто-напросто поят отворотным зельем, чтобы он бросил Иллану? За эту версию говорит его возвращение из Альбистейна и счастливое воссоединение пары, закончившееся ссорой через несколько дней. Вероятно, там некому было подливать гадость, к примеру, в утренний травяной отвар. Поэтому Делвер вернулся нормальным. А потом, когда зелье вновь начало действовать, король перестал терпеть Иллану и стал срываться на нее. Вроде бы, все логично… Но известные мне зелья действовали радикально и давали стопроцентный эффект. А почему же с Делвером этот номер не прошел? Аленар ведь подтвердил, что внутри короля еще сохраняются теплые чувства к его фаворитке.

Плохой маг? Или неправильный рецепт? Или я вообще ошиблась, и дело в чем-то другом? Вот если Иллана подтвердит, что его величеству сколько-то там времени назад прописали отвар против подагры или он стал жаловаться на горьковатый вкус морса за обедом… В любом случае, надо будет рассказать ребятам. Терен знает зелья лучше меня.

Шум, доносящийся из-за дверей, преобразовался в отчетливый смех и женские голоса. Я поспешно отступила в сторону, в более густую тень, но поздно - высыпавшие из дверей дамы меня заметили и возрадовались.

- Эллина, дорогая моя, - кинулась ко мне Виллара. - Как удачно, что вы здесь. Мы еще не успели поздравить вас с днем рождения!

Она порывисто обняла меня, прижимаясь напудренной щечкой к моей и обдавая приторным ароматом духов.

- И немудрено, - сухо рассмеялась Инис, тоже обнимая меня. - Эллина сегодня пользуется невероятным успехом у мужчин. Еще немного - и они начнут драться за право потанцевать с ней.

- Ничего удивительного, - возмущенно воскликнула Виллара. - Эллина молода, хороша собой, свежа как утренний ветерок…

- И пахнет, как медовый персик, - продолжила Инис. - И все мужчины, как пчелки, слетаются на нее. Не обижайтесь, Эллина, - погладила она мою руку, - мы все были в вашем положении юной дебютантки на балу. Все мы пользовались бешеным успехом, все танцевали без перерывов и наутро принимали предложения руки и сердца. Не совершите ошибку, дорогая, сделайте правильный выбор.

- К примеру, я не советовала бы вам выходить замуж за кавалера Парсенса, - упоенно защебетала Виллара. - Он, несомненно, сделает вам предложение, и, возможно, даже не дожидаясь окончания бала. Мальчик еще слишком юн и целиком и полностью слушается свою мать. Похвальное качество, разумеется, но для пятилетнего ребенка, а не мужчины.

- Госпожа Парсенс подомнет вас под себя и не даст вздохнуть, Эллина, - милостиво пояснила Инис. - Вы всю оставшуюся жизнь будете вынуждены слушаться ее, носить то, что она одобрит, и, боюсь, ложиться в супружескую постель только с ее разрешения.

Я изобразила смущение, как того требовали обстоятельства, и постаралась заверить дам, что не собираюсь выходить замуж за кавалера Парсенса, как, впрочем, и за виконта дар Тейллека.

- А с ним все равно не получилось бы! - заливисто рассмеялась Виллара. - Вы видели его сестру? Когда-то ее можно было назвать хорошенькой, но она посвятила всю жизнь своему брату и превратилась в настоящего цербера. Госпожа Селеста контролирует каждый шаг брата, отпуская его от своей юбки не более чем на пять шагов.

- И бешено ревнует брата к любой девушке, на которую упадет его взгляд, - язвительно заметила Арвис.

- Ревнует? - изогнула ровную бровь Инис. - Арвис, я тебя правильно поняла?

- Как вам сказать, дорогая, - протянула дама, - разумеется, это всего лишь слухи… Но говорят, что госпожа Селеста любит своего брата совсем не сестринской любовью.

Дамы дружно прикрыли веерами очаровательные личики, очевидно, скрывая замешательство, которое должно было бы там появиться. Но уже через несколько мгновений на розовых губках играла вежливая улыбка, а щечки розовели не от смущения, а от румян.

- Эллина, а кавалера Лайнелла вам не представляли? - вкрадчиво и тихо осведомилась Виллара. Но, видимо, недостаточно тихо, потому что Арвис громко рассмеялась.

- Виллара, ты опять пытаешься пристроить своего двоюродного братца? Эллина, деточка, не слушайте ее. Молодой шалопай проводит все свое свободное время в тавернах с портовыми крац… женщинами не самого тяжелого поведения. Лучше обратите внимание на баронета дар Корнелла. Вот это - настоящий мужчина, не чета каким-то там молокососам!

- Конечно, Арвис, ведь о мужской состоятельности баронета вы могли судить лично, - колко произнесла Инис.

- Как и вы, дорогая, - не осталась в долгу Арвис. - И Виллара, если дошедшие до меня сведения верны, да, впрочем, и значительная часть придворных дам. Проще назвать тех, кто еще не удостоился чести делить ложе с господином дар Корнеллом.

- И его вы прочите в мужья Эллине, - с укоризной прощебетала Виллара. - Разве юной девушке подойдет такой опытный и разборчивый мужчина?

- Очень даже хорошо подойдет, - мечтательно проговорила Арвис. - Он сможет отворить ей врата в новый, неизведанный мир, провести по всем закоулкам страсти и познакомить с неповторимыми ощущениями, даруемыми собственным телом… Если только Эллина будет достаточно умна, чтобы закрывать глаза на некоторые особенности поведения своего мужа.

- И если эти самые врата не открыл кто-то другой, - презрительно обронила Инис. - У госпожи Эллины такие красивые братья…

Я почувствовала, как загорелись от возмущения щеки, а руки сжались в кулаки, но все же нашла в себе силы ровно сказать:

- Они всего лишь мои братья, госпожа Инис.

- Что ты такое говоришь, Инис? - одновременно со мной воскликнула Виллара. - Эллина - приличная девушка! У нее такой строгий отец! Не слушайте ее, дорогая, - обняла она меня за талию, уводя в сторону, - иногда Инис произносит всякую чушь, не понимая этого. Так вам представляли кавалера Лайнелла? Если нет, то я с удовольствием сделаю это. Прекрасный мальчик, милый, добрый и просто красавец! Вы наверняка видели его, Гас всегда носит только белое…

- Нет, не припомню, - вежливо ответила я.

- Возможно, вас просто отвлекали другие мужчины, - принужденно рассмеялась Виллара. - Но ничего страшного, сейчас я представлю его, и вы сможете сами оценить, насколько он привлекателен и добродушен.

От скорого знакомства с кавалером Лайнеллом и, вероятно, очередного танца с претендентом на мою руку меня спас Лежек, на которого мы наткнулись, зайдя в зал.

- Эллина? Наконец-то я нашел тебя. Госпожа Виллара, простите, но я вынужден на некоторое время похитить сестру.

- Разумеется, разумеется, Дэнил.., - с сожалением вздохнула дама, отпуская меня. - Эллина, я позже найду вас и представлю своему любимому брату.

- Что случилось? - встревожилась я, когда мы с Лежеком остались наедине, насколько это вообще было возможно в заполненном людьми помещении.

- Иллане стало плохо, - ответил друг, поспешно добавив:

- Не дергайся, ничего страшного не произошло. У нее закружилась голова от духоты.

- Где она сейчас?

Я взяла под руку Лежека и вознамерилась было двинуться к дверям, но он остановил меня.

- Уехала домой вместе с Аленаром.

- Как? - Я резко повернулась лицом к парню.

- Очень просто. Вызвала экипаж, Аленар помог ей дойти, и они оба покинули сие малогостеприимное место.

Гхыр! Я закусила губу, подозревая, что жалоба на плохое самочувствие лишь предлог, чтобы уйти с бала, не вызывая ненужных сплетен. Иллана окончательно рассорилась с королем?

- Все так плохо? Она ведь могла остаться здесь.

- Могла. Но, видимо, не захотела. Элька, я не знаю подробностей, - вздохнул Лежек. - Меня нашел Аленар, сообщил мне ровно то, что я передал тебе, и возложил ответственность за тебя на мои плечи.

- Только на твои? А Терен? - отсутствующе уточнила я, внутренне смиряясь с необходимостью подождать момента, когда я сама смогу поговорить с Илланой. Шетт, как же плохо, что бал в мою честь и с него нельзя уйти тихо и незаметно…

- Терен целиком и полностью занят Аллитой, - хмыкнул Лежек, - и оторвать его от восторженных взглядов и цветистых комплиментов может только какое-нибудь непредвиденное обстоятельство.

Я рассеянно проследила его взгляд, устремленный на брата, в эту минуту протягивающего темноволосой красавице в бордовом платье бокал с вином.

- Кто бы мог подумать, что в нем прячется такой актер… И почему мы его в школьных постановках не использовали, а?

- Он хорошо скрывал свои таланты, - усмехнулся Лежек. - И правильно делал, а то бы Марек придумывал роли и для него. А теперь, дорогая сестренка, вспомни, кто ты, и улыбнись, потому что сюда идет один из твоих поклонников…

Я успела надеть искусственную улыбку и обернуться, попадая под обаятельное внимание баронета дар Корнелла.

- Что вы делаете со мной, Эллина? - укоризненно промурлыкал он, поднося мою руку к губам и окидывая пристальным взглядом Лежека. - То исчезаете, и я не могу вас разыскать, то беседуете с незнакомым мне молодым человеком…

- Это мой двоюродный брат, Дэнил дар Каэрстан, - представила я, продолжая улыбаться. - А это баронет дар Корнелл.

- Самый преданный поклонник вашей сестры, господин Дэнил, - склонил голову баронет. - И полагаю, что вы не будете возражать, если я ненадолго лишу вас ее общества.

Лежек кивнул, и дар Корнелл повлек меня к танцующим.

- Юноше повезло, что он ваш родственник, - мягко проговорил мне на ухо партнер, кладя руку на мою талию. - Иначе я бы вызвал его на дуэль.

- Почему?

- Потому что он заставил вас хмуриться, дорогая. Я издалека увидел, что вы расстроены, и решил спасти от надоедливого воздыхателя.

- А ваше общество должно принести мне больше радости? - иронично поинтересовалась я.

- Разумеется, Эллина. Кто еще из них, - баронет широким жестом обвел зал, не выпуская моей ладони, - способен по достоинству оценить вас? Кто готов пасть к вашим ногам, пораженный вашей красотой? Кто, в конце концов, может усладить ваш слух произведениями лучших поэтов?

- А вы действительно это можете? - недоверчиво проговорила я.

- Эллина, неужели вы не верите, что я оцениваю вас по достоинству?

- Я же не могу прочитать ваши мысли, - отшутилась я, искренне надеясь, что за словами баронета не стоит ничего, кроме банального флирта с партнершей по танцу.

- Не сомневайтесь, о моя госпожа! - с чувством проговорил баронет. - Вы прекрасны, молоды и удивительны! Я готов хоть сейчас пасть на колени и молить вас о позволении держать ваши очаровательные ручки и расцеловать каждый пальчик на них, но, к сожалению, мы будем мешать другим.

- Да, вы правы, - рассмеялась я.

- Но стихи я готов вам читать в любое время и в любом месте. Вы слышали вот эти строки?

О девушка в самом расцвете весны!

Главу пред тобой восхищенно склоняю,

При свете ли солнца иль бледной луны

Я взглядом любовно тебя обнимаю.

О девушка в самом расцвете весны!

Я глаз не могу оторвать от виденья:

И тонкий твой стан, и походка княжны,

И длинных волос завитое плетенье.

О девушка в самом расцвете весны!

Играет улыбка на розовых губках,

И щечки румяны, глаза зелены,

Блестит лунный свет на жемчужинках-зубках.

О девушка в самом расцвете весны!

Я мысли одной неотрывно внимаю -

Что рано иль поздно одежд пелены

Спадут, тело нимфы моей обнажая.

Я напряглась, не зная, как реагировать на очевидную фривольность стихотворения. Достаточно будет мило покраснеть и отвести взгляд, или девушка из приличной семьи должна возмутиться? Особенно если учесть, что я из Полдании и не имею ни малейшего понятия, какие нравы там царят. Может, мне следует упасть в обморок?

Баронет, разумеется, заметил мое замешательство и игриво полюбопытствовал:

- О чем вы так задумались, Эллина?

- Вспоминаю автора сих превосходных строк, - нашлась я.

- И вам это удалось?

- Боюсь, нет, - искренне призналась я.

- Ничего удивительного, - с наигранным сочувствием проговорил баронет. - Эти превосходные строки, как вы выразились, принадлежат мне.

- Тогда вы пишете стихи лучше, чем придворные дамы, - после некоторой паузы серьезно сказала я. - Мне уже довелось припасть к животворному источнику их вдохновения, так что я могу судить с полной определенностью.

- Эллина, вы прелесть! - громко рассмеялся баронет и упал на колено, поднося к губам мою руку и поочередно целуя пальцы. Танцующие с интересом косились на нас. Мне оставалось лишь смущенно улыбаться, опустив голову. - Будь благословенны небеса, пославшие мне вас, дорогая.

- Несомненно, госпожа Эллина - украшение бала, - сухо заметил рядом мужской голос.

- Ваше величество…

Мой партнер по танцам вскочил и склонился в глубоком поклоне.

- Дар Корнелл, - по-прежнему холодно отозвался король. - Надеюсь, вы понимаете: это сокровище не может принадлежать вам одному. - Делвер бесцеремонно выдернул мою руку, которую все еще продолжал сжимать баронет, и возложил на свое предплечье. - А вас, не сомневаюсь, ждут другие дамы, соскучившиеся по мужскому вниманию.

- Полагаю, что так.

Баронет еще раз поклонился и растворился в толпе. Делвер, нежно поглаживая мои пальцы, повел меня из круга танцующих.

- Рад видеть, что вы веселитесь, Эллина, - голосом, не выражающим ни малейшей радости, произнес монарх. - Но мне кажется странным, что ваш отец предоставил вас самой себе, забыв о родительских обязанностях.

- Ваше величество, он помнит про них, - вежливо возразила я. - Госпоже Иллане стало плохо, и он вынужден был сопровождать ее домой, оставив меня на попечение братьев.

- Госпожа Иллана уехала?

- Да.

- Вместе с виконтом дар Каэрстаном? - голос Делвера стал невыносимо ледяным и трескучим.

- Да, - пряча тревогу, подтвердила я.

- Ей стало настолько плохо?

- Не знаю, ваше величество, - сокрушенно призналась я. - Мне передали, что она упала в обморок от духоты и решила уехать. Мой отец счел невозможным отпустить ее одну.

- Хорошо, - процедил король и, словно спохватившись, принужденно мягким тоном продолжил: - Простите, Эллина, неотложные дела вынуждают меня оставить вас на некоторое время. Развлекайтесь, дорогая, только не теряйте вашу прелестную головку. Господин Дэнил, не сомневаюсь, присмотрит за этим.

Делвер вложил мою ладонь в руку Лежека, к которому мы подошли.

- Безусловно, ваше величество, - проговорил Лежек вслед удаляющемуся монарху. - И за чем я должен присмотреть?

- За тем, чтобы я вела себя хорошо и не ввязывалась в неприятности, - рассеянно проговорила я, провожая Делвера взглядом.

- А, так это привычное дело, - облегченно выдохнул друг. - Я и так все время занимаюсь этим, мог бы и не напоминать лишний раз… А что произошло, и почему у его величества такой вид, словно ему только что сообщили про вторжение злейшего врага в его владения?

- Он всего лишь узнал об отъезде Илланы вместе с Аленаром, - пояснила я. - Хотя, возможно, твое предположение недалеко от истины.

- А, ну да, - протянул Лежек. - Его величеству его фаворитка не особо и нужна, но он тем не менее не готов отдавать ее еще кому-нибудь. Классический вариант собаки на сене.

- Ты же понимаешь, что все не так просто, - укоризненно покачала я головой. - Знаешь, что мне пришло в голову?

- Потом, Элька, - внезапно жестко проговорил друг. - Попытайся сделать вид, что ты страшно рада. К нам идет госпожа дар Тиваль.

Лежек обнял меня за плечи и развернул лицом к подходящим к нам Терену и Аллите, цепляющейся за его локоть.

- Поздравляю вас, госпожа Эллина, - расплылась дама в фальшивой улыбке и, бросив своего спутника, обняла меня, как бы случайно вонзив ногти в мою спину. - Вы прекрасно выглядите сегодня, просто восхитительно! Вот только щечки у вас неприлично горят, вероятно, из-за духоты. Господин Дэнил, вы же не хотите, чтобы ваша сестра упала в обморок, как и ее… патронесса. Принесите юной даме чего-нибудь прохладительного. И вы, господин Камен, не сочтите за труд, составьте ему компанию. Господину Дэнилу трудно будет донести четыре бокала.

- Иди, - шепнула я Лежеку, не решающемуся оставить меня наедине с Аллитой. Все еще колеблясь, он кивнул.

- Я быстро. Идем, Камен.

Дождавшись пока два брата, один хмурый, второй с выражением неудовлетворенной влюбленности на лице, отойдут, Аллита сладко улыбнулась мне:

- Иногда мужчинам не стоит слушать разговоры дам, не так ли?

- Смотря о чем они разговаривают, - изогнула я кончики губ в ответ.

- О мужчинах, разумеется! - Аллита обняла меня за талию, и мы медленно двинулись по залу. - Вы зря не послушались меня, дорогая. Благоволение короля к вам временно и зыбко. Он просто хочет уязвить свою фаворитку, и, как только достигнет цели, вы окажетесь в весьма незавидном положении.

- Вас так заботит мое положение?

- Конечно, дорогая! Разве меня может не волновать судьба бедной девочки, так рано потерявшей мать? Никто не может дать ей простого женского совета, наставить на путь истинный, как говорится… Вы понимаете меня, Эллина?

- Вполне, - коротко ответила я.

- Тогда, дорогая, послушайте меня. Я желаю вам только добра, поверьте. Выбирайте себе партнеров соответственно вашему статусу в обществе. Я даже готова подсказать вам наиболее подходящего. Вы ведь знакомы с маркизом дар Браввилем? - повысила она голос.

Вышеупомянутый господин, стоявший в десятке шагов от нас, двинулся в нашу сторону, расталкивая большим животом мешающих ему пройти. Мне очень захотелось удрать, и я сделала было попытку уйти, но цепкая ручка госпожи дар Тиваль крепко держала меня. Вырваться без привлечения к нам всеобщего внимания не представлялось возможным. Впрочем, и так за нами наблюдали если не все присутствующие в зале, то, по крайней мере, их большая часть. Пришлось смириться и ждать неизбежного.

Маркиз дар Браввиль, приблизившись к нам, оскалил гнилые зубы:

- Конечно, госпожа Аллита, знакомы! Я так и знал, Эллина, что ты не устоишь против моего обаяния.

- На это не способна ни одна женщина, маркиз, - польстила ему Аллита, буквально толкая меня в его объятия.

- Ты не пожалеешь, Эллина, - восторженно пролепетал он, притащив меня в середину зала, и очень крепко прижал к своему колыхающемуся животу. - Я понимаю толк в женской красоте, и ты то, что мне требуется.

Я попыталась отстраниться, помня о том, что являюсь нежной девушкой, а не боевым магом. Маркиз дар Браввиль, естественно, почувствовал это.

- Моей девочке не нравится? - пыхтя и задыхаясь, изогнул он бровь, чуть отступая. Правда, большого эффекта это не возымело ввиду весьма обширных размеров маркиза, но дышать мне стало легче. - Впрочем, малышка, ты права. Так я лучше разгляжу твои прелестные грудки.

Его масляный взгляд лег на выступающие из выреза платья мягкие выпуклости. Я возмущенно вспыхнула, и только вбитые мне в память правила поведения и нежелание стать эпицентром скандала не позволили мне влепить маркизу пощечину или запустить в него пульсаром. Правда, он предусмотрел эту возможность и сам, крепко сжав мою ладонь. Единственное, что я разрешила себе, - это возмущенно прошипеть:

- Не смейте разговаривать со мной таким образом!

- Малышка обиделась, - громко рассмеялся маркиз. - Она привыкла к слюнявому лепету маменькиных сынков, а не к речам настоящего мужчины! Девочка моя, я просто сокращаю нам время ухаживания. Я всегда так разговаривал со своими женами, и им это нравилось.

Маркиз гомерически заклокотал от смеха, вновь притягивая меня к себе. Я еле сдерживала негодование. Почему, гхыр побери все, в шеттовых книгах по этикету ничего не сказано о том, как должна поступать молодая девушка во время танца, если взгляд ее партнера оставляет невидимый, но очень неприятный отпечаток на ее теле?

Ладонь дар Браввиля, изначально лежащая на моей талии, внезапно спустилась ниже и сжала скрывающуюся под платьем округлость. Этого я уже не могла вынести. Моя рука все-таки вошла в соприкосновение с щекой маркиза, похожей на склизкий студень. Мерзкий гхыр, оторопев, застыл на месте, непонимающе глядя на дерзкую девицу, осмелившуюся прилюдно оскорбить и унизить его. Я не стала ждать, пока он дозреет до какого-нибудь ответа, сбросила с себя его ладонь и, подхватив юбку, сбежала, оставив дар Браввиля торчать статуей посреди зала.

- Браво, Эллина, - прожурчал над ухом знакомый голос. - Вы становитесь еще привлекательнее, когда сердитесь! Но мне бы не хотелось стоять на пути у такой разъяренной красавицы.

Я сердито выдохнула, все еще возмущенная поведением маркиза.

- Возьмите вот это, - заботливо проговорил баронет дар Корнелл, протягивая мне бокал. - Выпейте. Это вам явно необходимо.

- Спасибо, - пробормотала я и отхлебнула что-то очень сладкое, почти приторное, отдающее незнакомыми травами и пахнущее малиной.

- Пейте, пейте, - поощрил баронет. - Вы разгорячены, Эллина, напиток придаст вам сил.

- Я бы лучше вышла на воздух, - проговорила я, делая еще глоток и оглядываясь в поисках Лежека или Терена.

- С удовольствием провожу вас, - тут же предложил дар Корнелл. - Допивайте и идем.

В бокале оставалось не так уж и много. Я не видела причины отказывать и допила его содержимое, продолжая высматривать братьев.

- Вы ищете господина Дэнила? - осведомился баронет, забирая у меня пустой бокал. - Он недавно вышел в сад. Буквально через несколько минут я передам вас под его опеку.

"Какого гхыра Лежеку делать в саду?" - подумалось мне. Но умная и своевременная мысль не задержалась в сознании, скользнув по его краю и затерявшись где-то в глубине. Я почему-то не могла сосредоточиться ни на чем: ни на поисках Лежека, ни на мужской руке на своей талии, ни на внезапно потухшей ярости.

Баронет уже вывел меня на балкон и бережно помогал спуститься по широкой мраморной лестнице.

- Ваш брат поступил немного неразумно, понадеявшись на господина Камена. Молодой человек слишком увлечен госпожой Аллитой…

Голос баронета обволакивал плотным коконом, туманил голову, отключал рассудок. Только усилием воли я держала себя на расстоянии от такого манящего, такого привлекательного мужского тела, не позволяя поддаваться соблазняющим чарам.

Чарам?

Накрывающая меня пелена слегка разошлась. Не полностью, но настолько, что я смогла относительно внятно соображать. Воздействие баронета, если это, действительно, был он, сильно напоминало колдовство, но амулет Алена не нагревался, значит напрямую магией на меня никто не воздействовал. Аура баронета, которую я осторожно проверила, явно свидетельствовала об отсутствии магического таланта. Тогда что же это? Амулет? Зелье? Или баронет просто обладает уникальными способностями к соблазнению?

- Госпожа Аллита прекрасная дама, но, к сожалению, чересчур ветреная. Впрочем, кто из юных девиц не ветренен в этом возрасте? Да, Эллина?

Туман в голове вновь уплотнился.

- Да, - проговорила я, сама удивляясь слабости голоса.

- Я рад, что вы соглашаетесь со мной…

Слова баронета проносились мимо моего сознания, не задерживаясь ни на миг. Я уже не понимала, куда и зачем иду, кто рядом со мной, почему так ослабели ноги и кружится голова. Цветы, гравий на дорожке, луна, темные деревья и мой спутник - все это смещалось в один размытый хоровод, быстро отдаляющийся от меня.

- Эллина, с вами все в порядке?

Мне показалось, что человек рядом со мной не скрывает своей радости. Но почему?

- Нет…

Ноги подкосились, и я провалилась в глухую темноту, угасающим сознанием почувствовав, что меня поднимают и куда-то несут.

Крохотная яркая точка в безбрежном океане мрака.

- Элька…

Тело словно налито свинцом. Я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Я вообще не могу шелохнуться.

- Элька…

Точка манит меня к себе. Невыносимое желание слиться с ней воедино мешает мне ускользнуть обратно в темноту, тянет к маленькому источнику света.

- Элька, очнись…

Точка увеличивается в размерах. Я уже не только вижу искристое сияние, но и различаю его оттенки: от ярко-солнечного до темно-оранжевого. Жар обжигает меня. Приятный жар, согревающий тело, вдыхающий жизнь в омертвелые конечности, наполняющий душу чем-то знакомым.

- Элька, очнись немедленно!

Язычок пламени касается моей щеки, игриво проводит по ней, скрывается за вырезом платья. Жар усиливается до такой степени, что его становится тяжело переносить. Темнота, окружающая меня, сворачивается в лохматый комок и уползает куда-то за пределы моего зрения. Я вижу только свет. Языки Огня, очень сердитого и обеспокоенного.

- Элька!

- Что случилось? -недоумеваю я. - Почему ты здесь? И где это - "здесь"?

Сердитое потрескивание Огня притухает, и до моего слуха доносится мужской голос.

- Как же ты хороша, Эллина… Прости, дорогая, потом на свое приданое ты купишь себе новое платье.

Шнуровка на корсаже с шорохом лопается. Кожи касается холодный металл. Острое лезвие разрезает сорочку, и нетерпеливые руки разводят ткань в стороны, обнажая мое тело. Я скорее чувствую на себе, чем слышу животный стон восхищения.

- Мне жаль, что ты не можешь ответить мне, - шепчет мужчина. - Но у нас еще все впереди, дорогая. Еще много длинных дней и ночей, когда ты будешь целиком и полностью принадлежать мне и научишься наслаждаться моими ласками. А пока… пока я хочу получить максимум из того, что могу.

Тело опаляет жаром от поднесенной свечи. Через прикрытые веки я вижу блеск дрожащего пламени, тянущегося ко мне, норовящего коснуться и привести в чувство.

- Элька!

- Ты прекрасна, Эллина…

Одну грудь накрывает влажная горячая ладонь, вторую - мокрые губы, втягивая в себя нежную плоть. Стыд, отвращение и паника захлестывают меня. В отяжелевшем теле неведомо откуда берутся силы. Я вздрагиваю, пытаясь сбросить с себя руки не ожидавшего такой реакции мужчины. Глаза распахиваются, и взгляд утыкается в красивое лицо с тонкой полоской усиков под носом с небольшой горбинкой.

- Эллина? - голосом, полным удивления, произносит баронет дар Корнелл, но быстро берет себя в руки и возвращается к прежнему мурлыкающему тону. - А так даже лучше, дорогая. Поверьте, Эллина, вам понравится…

Я извиваюсь и дергаюсь, но силы неравны. Тело все еще с трудом подчиняется мне. Руки и ноги словно вязнут в липкой массе, как в недавнем кошмаре. Нельзя даже применить магию: пальцы слишком слабы, чтобы сложить и банальный пульсар, а пересохшие горло и губы способны только на тихий стон.

Баронет ложится, придавливая меня своим телом к матрасу, и впивается в мои губы. От запаха вина и пряной вони мужского желания мутит. Горячие слезы бессилия обжигают щеки. Язык пытается вытолкнуть захватчика, вторгнувшегося в мой рот. В отчаянном усилии я дотягиваюсь до стоящей на прикроватном столике свечи и опрокидываю ее.

- Помоги мне!

- С радостью,- шипит Огонь.

Горячий воск брызжет на голую спину баронета. Тот с ругательствами скатывается с меня. Воздух наполняется смрадом жженого пера - Огонь с жадностью пожирает подушку, не задевая мои распущенные волосы. Не знаю, замечает ли это баронет. Скорее всего, нет. Он занят тушением начавшегося пожара: горит уже не только кровать, Огонь перекинулся на бархатный полог.

- Уходи!- приказывает мне моя стихия. Я уже и так, собрав все имеющиеся силы, - куда, гхыр все побери, они вообще делись? - сползаю с постели и бегу, точнее пытаюсь бежать к двери. Запертой двери. Ключ, к счастью, торчит в замочной скважине, но от паники, слабости и ярости на то, чтобы повернуть его трясущимися руками, уходит втрое больше времени, чем обычно.

- Уходи, Элька!- вспыхивает Огонь.

Дверь, наконец, открыта. Я буквально вываливаюсь в нее и понимаю, что не знаю, куда бежать. Я не узнаю этого места. Это, судя по всему, дворец Делвера, вряд ли меня успели куда-то перенести, но какая его часть? Все коридоры кажутся похожими один на другой, двери одинаковы, и даже гобелены на стенах абсолютно неотличимы друг от друга.

Текущие по щекам слезы превращаются в бурные рыдания. Ноги, подкашиваясь и запинаясь, несут меня неведомо куда, лишь бы подальше от комнаты, где Огонь отвлекает баронета.

- Эллина! - громом разносится по коридору.

Я боюсь оглянуться - потеряю время и силы, тем более что зрение все равно расплывчато и туманно из-за пелены перед глазами, и трачу энергию и волю только на то, чтобы ускориться.

И влетаю в кого-то.

Чьи-то руки обхватывают меня, прижимая к себе, чье-то тело, твердое и мускулистое, не пускает меня дальше, чей-то голос, изумленный и гневный, спрашивает над ухом:

- Эллина?

Я бьюсь и вырываюсь, колочу кулаками по жесткой груди и далеко не сразу осознаю, что мужчина, обнимающий меня, одет, а в его голосе нет мерзких мурлыкающих ноток.

- Эллина, кто вас обидел? Где он?

- Там, - с трудом хриплю я. Силы окончательно покидают меня, и мне не дают рухнуть на пол только сильные мужские руки.

- Так.., - мрачно произносит его величество Делвер.

Второй раз за день меня поднимают и куда-то несут, но на этот раз я сохраняю хотя бы замутненное сознание.

- Овальд, быстро командора Таллиса ко мне.

- Но, ваше величество…

- Я сказал: быстро! - рявкает король и усаживает меня в кресло.

Я успеваю увидеть пропитанный ненавистью взгляд первого министра, устремленный на меня, прежде чем Овальд исчезает за дверью. Делвер впихивает мне в руки стакан.

- Эллина, пейте немедленно.

"Эллина, выпейте. Это вам необходимо", - эхом звучит в моей голове. Я инстинктивно вздрагиваю и отталкиваю стакан от себя, расплескивая жидкость.

- Это просто вода, девочка, - с бесконечным терпением произносит Делвер. - Пей.

Он насильно подносит стакан к моим губам и, поддерживая мне голову, заставляет сделать глоток. Холодная вода растекается по горлу, смачивая пересохшую плоть. Второй, третий и последующие глотки я делаю самостоятельно, с наслаждением чувствуя, как тело впитывает влагу.

- Вот и хорошо, - мягко говорит король, забирая у меня стакан. - Кто он?

- Баронет дар Корнелл, - произношу я заплетающимся языком. Казалось бы, уже нечего бояться, но паника, стыд и отвращение опять захлестывают меня. Голос дрожит, к горлу подкатывает горький комок, не дающий дышать.

- Стоп, Эллина, - приказывает Делвер, обнимая меня. - Все хорошо, девочка. Он больше тебя не тронет.

- Ваше величество, - доносится с порога. Монарх, не отпуская меня, отворачивается к Таллису.

- Найдите баронета дар Корнелла. Он не мог далеко уйти. Где это было, Эллина?

- Не знаю, - невразумительно отвечаю я. Я на самом деле не представляю, откуда прибежала. Но одна мысль настойчиво стучится и трепещет, напоминая о себе. - Там… пожар. Небольшой. Был. Может быть, уже погас…

- Ясно, Таллис? - прерывает меня король. - Начните с западного крыла, Эллина бежала оттуда. И найдите ее братьев. Вероятно, они давно ее ищут. Предупредите, что сегодня Эллина переночует у меня.

- Нет! - вскидываюсь я. Король непреклонен.

- Да, Эллина. Вы никуда отсюда не уйдете в таком состоянии и таком виде.

Про состояние он прав. Я вряд ли смогу сделать самостоятельно десяток шагов. А вид… Я опускаю взгляд и содрогаюсь. Рука тянется в груди, тщетно пытаясь запахнуть разорванное платье.

- И Травника, да побыстрее.

- Нет! - опять вскрикиваю я. Только Травника, который немедленно обнаружит мою беременность, мне сейчас не хватает для полного и абсолютного счастья. - Не нужно! Я в порядке!

Слезы вновь подкатывают к глазам. Я готова рыдать, истерить и делать все, что положено делать нервным дамам, только бы не допустить к себе Травника. У меня не хватит сил, чтобы стереть его память!

- Как же вы похожи, гхыр побери, - бурчит себе под нос Делвер. - Хорошо, Таллис, Травника не надо. Корнелла приведите в северную башню, я чуть позже приду побеседовать с ним.

- Слушаюсь, ваше величество.

Дверь за командором закрывается.

- Эллина, вы немного успокоились, - поворачивается ко мне король. - Простите, но я должен спросить: баронет ничего не успел сделать вам?

Я отрицательно качаю головой, заливаясь пунцовым румянцем.

- Хорошо, - с облегчением произносит Делвер и встает, поднимая меня на руки. Только сейчас я осознаю, что, по всей видимости, нахожусь в его рабочем кабинете. И мне невероятно повезло, что король со своим министром в такое время уединился для обсуждения важных государственных дел. Если бы он не услышал мои рыдания, если бы не вышел в коридор…

Я бессильно утыкаюсь в мужское плечо, тихо всхлипывая.

- Не надо плакать, девочка, - утешающе бормочет Делвер. - Я же предупреждал, чтобы ты не теряла голову…

- Я не теряла! - возмущенно возражаю я.

- А что тогда произошло? - напрягается он, входя в спальню, и осторожно опускает меня на кровать.

- Он вывел меня в сад, - пытаюсь вспомнить я. - Голова начала кружиться, перед глазами потемнело, и… больше я ничего не помню. Да, еще баронет давал мне что-то выпить. Что-то очень сладкое и с травяным вкусом.

- Все понятно, - без эмоций отвечает Делвер, кладя мне на колени какую-то ткань. - Переоденься, девочка, тебе должно подойти. Я отвернусь.

Я скидываю с себя остатки одежды и натягиваю ночную рубашку, по всей видимости, принадлежащую Иллане. По крайней мере, пахнет она ее духами.

- А теперь спи, девочка, - мягко приказывает король. - Здесь тебе ничто не угрожает, я прослежу лично.

Мне и в самом деле невыносимо хочется спать. Мысли путаются, глаза, едва голова касается подушки, закрываются сами собой. Нет сил осмысливать происходящее и выстраивать логические цепочки. До утра это ведь может подождать, правда?

- Спи, Эллина. - Делвер бережно укрывает меня простыней. - Спокойной ночи, девочка.

Это последнее, что я слышу, сползая в сон.

Глава 29.

- Магистр Ален?

Изящная рыжеволосая женщина в мгновение ока превращается в мужчину и щелчком пальцев открывает дверь.

- Кессиана?

Одного этого слова для меня было бы достаточно, чтобы понять: его произносит Нааль. Ален никогда не называл полным именем мою подругу. Бывшую подругу. Однако вошедшая в комнату девушка, на рубашке которой гордо красуется эмблема Ордена Темных Всадников, только язвительно фыркает.

- Вы так удивлены, Магистр Ален? Настолько, что забыли мое имя? Раньше вы звали меня по-другому.

- Тогда мы находились в несколько другом положении, - чуть запнувшись, отвечает темноволосый мужчина, приседая на край стола. И снова я вижу Нааль: Ален никогда не обращал внимания на сословные и статусные различия. Кесси, почему же ты не замечаешь этого?

- Ну да, - презрительно кривит губы в усмешке девушка, прислоняясь к дверному косяку. - Раньше я была наивной глупенькой адепткой, только-только готовящейся к выходу в большую и опасную жизнь. Как и Элька. Правда, Магистр Ален?

По лицу Нааль пробегает тень. В синих глазах вспыхивает на мгновение что-то, чего я не могу разобрать. С равным успехом это может быть как ненависть, так и тоска по утраченной любви. Кесси выбирает третий вариант.

- Или вы забыли и ее, Магистр Ален? Рыженькую девушку, которой вы сломали жизнь?

- Элька сама виновата в том, что произошло, - цедит сквозь зубы Нааль.

- Да неужели? - ядовито переспрашивает Кесси, приподнимая ровные брови. - Магистр Ален, я видела ее после того, как вы исчезли и она осталась одна. Элька до такой степени растерялась, что поверила красивой, но абсолютно безумной причине вашего отсутствия, запаниковала и бросилась в бега, утверждая, что ищет ответ на несуществующий вопрос.

- И в чем виноват я? - с заметным раздражением произносит Нааль.

- В чем виноваты вы? - еще сильнее изображает изумление девушка. - Вы привели ее в темную магию, не научив противостоять ей. Вы, Магистр Ален, повинны в том, что она стала убийцей. Вы, а не кто-либо другой, вскружили ей голову, а потом внезапно пропали, не позаботившись объясниться.

- Элька натворила дел, испугалась и сбежала. Причем тут объяснения? - сердито огрызается Нааль. - Мы ищем ее по всей Аррении и прилегающим странам, чтобы не допустить новых трагедий.

- Плохо ищете, - ехидно выплевывает Кесси. - Я прожила в Белогорье несколько недель, но ни разу не видела вас там. Казалось бы, самое логичное, что только можно придумать - это искать вашу невесту, - выделила она последнее слово, - у ее будущих родственников, поскольку больше ей пойти не к кому. Тем более что она так и поступила. Или вы забыли, что бедняжка считала себя вашей невестой?

Кесси торжествующе смотрит на Нааль.

- Хватит, Кесси! - не выдерживает демонша. - Мои отношения с Элькой только наше дело и ничье больше. И мне в голову не могло прийти, что князь Ремар одд Шаэннар будет потворствовать неизвестной девице, называющей себя моей невестой, а не отправит ее обратно в Школу.

- А, вот как вы заговорили, - с презрением тянет девушка. - Тогда мне еще больше жаль, что я ничем не могу помочь Великому Магистру в поисках Эльки. Хотелось бы посмотреть, как она плюнет вам в лицо. А потом поймет, что в мире есть и другие мужчины, к примеру, господин Мораввен. Его тоже, знаете ли, окружает таинственный ореол темной магии, а Эльку тянет к подобным мужчинам.

- Кто?! - почти шипит Нааль, вскакивая на ноги.

- Господин Мораввен, - охотно повторяет Кесси, с удовольствием наблюдая за реакцией мужчины. - Великий Магистр. Он, не сомневаюсь, охотно утешит бедную девочку, ведь так переживает о ней уже сейчас. А там уже Элька сама сообразит, что ей делать с неослабеваемым интересом привлекательного мужчины…

Нааль сжимает кулаки так сильно, что, кажется, пальцы сейчас хрустнут от напряжения, но сдерживает готовые вырваться у нее слова.

- Всего вам хорошего, Магистр, - ослепительно улыбается Кесси. - Простите, но у меня много дел, и, как бы ни хотелось поговорить с вами еще, я вынуждена покинуть вас.

Демонша находит в себе силы сухо проститься и, едва дождавшись, когда комната опустеет, поспешно возвращает себе образ рыжеволосой дамы.

Только вот зеркало на стене упрямо отражает хмурого темноволосого мужчину.

- Ненавижу, - со стоном произносит Нааль и с бессильной яростью запускает в зеркало пульсар. Сотни мелких осколков с хрустальным звоном осыпаются на пол.

- Чем оно так провинилось? - интересуется материализовавшийся Мораввен. - Зеркало много лет верой и правдой служило своим владельцам и внезапно вызвало у тебя такую немилость?

- Не оно, - с тоской признается Нааль. - Он.

Дама бьет себя кулаком в грудь.

- Дорогая! - заботливо восклицает Морравен, подходя к ней и нерешительно обнимая за плечи. - Не надо так. Осталось чуть больше месяца, и ты навсегда простишься с этой оболочкой. Дальше можешь делать с ней все, что пожелаешь.

- Ты так уверен в этом? - поворачивается к нему дама.

- Конечно. Возможно, я предпочел бы сохранить дар Лиаллана для Ордена, но сомневаюсь, что тебе захочется каждый день видеть его.

- Я не о том, - резко произносит Нааль. - Вен, ты уверен, что я выйду из этого тела и перейду в другое?

Мораввен еле заметно вздрагивает. Пара несколько секунд молча смотрит друг на друга.

- Абсолютно уверен, - наконец твердо произносит он. - Кессиана уже обучается темной магии. Какие-то навыки у нее уже были, и за оставшееся время она привыкнет с ней работать.

- А Элиара? - вкрадчиво спрашивает Нааль. - Ты уже прекратил ее искать?

- Нет, - спокойно признается Великий Магистр. - Но мне казалось, что тебе неприятно упоминание об этой девушке.

- И как успехи?

- Ее видели в Лиалле в начале колосня. Потом ее следы потерялись, но я предполагаю, что девочка следует своему плану и сейчас находится где-то в Сумеречных горах, пытаясь добраться до королевы Соленты и ее придворного мага, ученицы Магистра Теодгарда. Там ее будут ждать.

- Так вот послушай меня, Вен, - яростно шипит Нааль. - Я лучше навсегда останусь в этом теле, - она опять бьет себя кулаком в грудь, - чем соглашусь переселиться в Элиару. Я уничтожу ее при первой же встрече. Не только личность, но и тело, которым ты так восхищаешься. Ты понял меня, Вен? Меня устроит любое тело, только не то, о котором ты грезишь по ночам!

Нааль резко сбрасывает с себя руку Мораввена и стремительно уходит. Под тяжелыми сапогами жалобно хрустят осколки зеркала. Мораввен с непроницаемым лицом молча смотрит на захлопнувшуюся с грохотом дверь.

- Виконт дар Каэрстан, вы проявили непростительное легкомыслие, оставив Эллину одну!

Голос короля разбил мой сон и заставил вздрогнуть. Не сразу я поняла, что монарх не здесь, в своей спальне, а в кабинете за неплотно прикрытой дверью.

- Ваше величество…

- Помолчите, виконт! Дайте мне договорить. Да, она осталась со своими братьями, не искушенными в дворцовых интригах и нравах. За ними самими стоило бы присматривать, а не поручать им девочку. Поэтому я повторяю: вина за то, что случилось с Эллиной, лежит в том числе и на вас.

- Я не спорю, ваше величество.

- Очень хорошо, что не спорите. В результате невинная девочка попала под обаяние опытного соблазнителя, и одни мракобесы знают, как теперь это отразится на ней. И лучше я не буду передавать вам, как баронет объясняет все случившееся. Спокойнее, виконт, - более резко добавил король одновременно с неясным шумом, исходившим, видимо, от Аленара. - Я тоже не верю в россказни дар Корнелла. И никто бы не поверил, повстречай он Эллину вчера ночью.

- Где он?

- Виконт, я запрещаю вам убивать его. Иначе мне придется второй раз высылать вас из страны за один и тот же проступок. Так что в ваших же интересах…

- Я не трону его и пальцем. Мне просто хочется посмотреть ему в глаза.

Король не отвечал несколько секунд, и наступившую тишину нарушало лишь щебетание какой-то птахи за окном.

- Ждет суда в северной башне. Я дам вам записку. Передайте ее командору Таллису, и вас пропустят к баронету.

- Благодарю вас, ваше величество.

- Идите, виконт. Эллина вернется домой, когда проснется и придет в себя. Я лично прослежу, чтобы она добралась домой без приключений.

Звук мужских шагов сообщил, что Аленар ушел. Я села на кровати, подтягивая колени к груди. События прошлой ночи всколыхнулись во мне, вызывая неукротимую злость и стыд. Злость в первую очередь на себя. Кажется, я слишком хорошо вошла в роль молоденькой девушки. Как можно было попасться на такую банальную уловку? Баронет чем-то напоил меня, в этом сомнений не возникало. И я, почти получившая диплом мага-практика, не распознала сонного зелья. А ведь Иллана предупреждала меня: надо с подозрением относиться ко всему, что мне предлагают. Правда, она говорила это про Аллиту, но… Гхыр все побери, как можно быть такой круглой гаккарой?

Я сжала голову руками и глухо простонала. Меня спасло только то, что баронет пожелал получше осмотреть свою игрушку и поднес свечу поближе. Если бы не Огонь…

Запоздалый ледяной ужас скрутил в узел мои внутренности. Я еще сильнее сжалась, словно бы стараясь спрятаться от страшных образов, наполняющих мое сознание. На детях снотворное, надеюсь, не должно сказаться. Все-таки доза оказалась не слишком большой, раз я очнулась. Но попытка изнасилования… Баронету крупно повезет, если он встретится только с Аленаром, а не его племянником. Тот убьет его, поднимет и убьет еще раз. Хотя… лучше бы ему не видеться и со мной. Боюсь, моя месть будет еще еще изощреннее…

Теперь я уже смеялась. Нехорошо, почти истерично, мысленно представляя себе, как мучился бы баронет, попади он в мои руки…

- Эллина, ты проснулась?

После осторожного стука в собственную спальню вошел Делвер.

- Доброе утро. С тобой все в порядке?

Я поспешно вытерла глаза от выступивших слез.

- Доброе утро. Да, все хорошо, ваше величество.

Король не обманулся ни искусственно ровным голосом, ни натянутой улыбкой. Он тихо прикрыл за собой дверь и сел рядом.

- Все уже позади, девочка. Ты в полной безопасности. Баронет дар Корнелл под стражей, ждет суда и больше никогда не сможет причинить тебе вред.

- Это он в безопасности. Я при встрече выцарапала бы ему глаза, - процедила я, умалчивая о прочих доступных мне способах отмщения.

Король мягко похлопал меня по колену.

- Может быть, тебя утешит то, что дар Корнелл сильно пострадал при пожаре и навсегда утратил свою привлекательность для дам.

Я представила, что мог сделать с баронетом разгневанный Огонь, и злорадно улыбнулась.

- Ты так же мстительна, как и твой отец, - вздохнул Делвер, вставая. - Приводи себя в порядок, Эллина, и я провожу тебя в столовую, а после завтрака можешь отправляться домой. Или ты хочешь присоединиться к дамам в гостиной?

- Нет-нет! - в ужасе отказалась я. Только ядовитых язычков местного общества мне сейчас и не хватало!

- Я так и подумал, - хмыкнул король, открывая шкаф. - Здесь платья Илланы. Подбери себе подходящее, Эллина. Я подожду тебя в кабинете.

За завтраком Делвер практически ничего не ел. Он поддерживал светскую беседу, расспрашивая меня о кухне Полдании, но создавалось впечатление, что не слышал моих ответов. Я только радовалась, поскольку имела о предмете разговора самое общее представление, и говорила коротко и мало, оправдываясь действительно существующей головной болью. Зелье, подлитое мне баронетом, продолжало действовать, затягивая сознание туманом и заливая ноги свинцовой тяжестью. Да и есть мне не особенно хотелось.

Я меланхолично гоняла по тарелке кусочки омлета, поджидая того момента, когда можно будет встать, поблагодарить и удалиться. Собственные переживания, вышедшие на первый план, совершенно заслонили собой Иллану и ее проблемы со здоровьем, и только теперь я вспомнила о ней. Меня уже не на шутку беспокоили ее обмороки и головокружения. Если зелье подлили мне и, вполне вероятно, Делверу, то почему того же самого не могли сделать его фаворитке? С Илланой необходимо срочно поговорить, и лучше всего вместе с Тереном…

- Ваше величество? О, простите, я не знал, что вы не один.

Я вздрогнула, почувствовав на себе тяжелый неприятный взгляд первого министра.

- Что вы хотели, Овальд? - неприязненно осведомился король.

- Мы вчера не закончили обсуждать проблему северных территорий, а она не терпит отлагательств. Положение с каждым днем становится все более угрожающим.

Министр замолчал, вновь пригвождая меня взглядом к месту.

- Хорошо. - Король раздраженно сорвал с шеи салфетку и бросил ее на стол. - Эллина, простите, я должен оставить вас. Заканчивайте завтрак, дорогая. Если не хотите присоединяться к дамам, подождите меня здесь. Я постараюсь не задерживаться.

- Хорошо, ваше величество, - вынужденно согласилась я.

- Идемте, господин министр, - поднялся Делвер.

- Одну минуту, ваше величество, - настойчиво проговорил Овальд. - Вынужден напомнить, что вы снова забыли выпить отвар бодрости.

- Да-да, сейчас, - недовольно проворчал монарх и несколькими крупными глотками осушил серебряный кубок, стоящий перед ним. - Не скучайте, Эллина, я скоро приду.

Я и не собиралась скучать. Меня весьма заинтересовал кубок с отваром бодрости. Что это за гхырня? Зачем мужчине в самом расцвете сил подбадривать себя, это же не старец преклонных годов?

К сожалению, Делвер выпил все. На дне кубка сиротливо болтались пара-другая капель, и о том, чтобы отлить их куда-нибудь, не приходилось и мечтать. Во-первых, некуда, а во-вторых, они просто растекутся по украшенным гравировкой стенкам.

Из бокала пахло кислым. Ну да, король морщился, пока пил, на вкус зелье, очевидно, не особенно приятное. Я дотронулась мизинцем до бурой жидкости на дне, с подозрением оглядела повисшую на пальце каплю, и не стала пробовать. Ну ее к гхырам собачьим, кто знает, что это за гадость…

Я рассеянно вытерла палец валяющейся на столе салфеткой, размышляя, как бы мне достать побольше шеттового отвара. На кухне, что ли, узнать? А где гарантия, что именно там его готовят, а не приносят откуда-то готовым? К тому же я понятия не имею, как добраться до дворцовой кухни, и спросить некого… Не Виллару же? Или Арвис? Дама, конечно, с готовностью поделится советами на тему здорового питания, но сомневаюсь, что она самолично занимается приготовлением свежих салатиков и готовит рыбу на пару. Ладно, разговор с Илланой должен что-нибудь прояснить. Надеюсь, Делвер на самом деле не будет долго задерживаться и постарается отделаться от министра побыстрее. А тот, со своей стороны, явно не будет гореть желанием отпускать монарха к не вызывающей доверия девице… Зато очень настаивал на том, чтобы тот выпил зелье.

Я еще раз критически оглядела остатки отвара, пытаясь на запах определить, что входит в состав. Шиповник? Калина? Лимонник? В принципе, все, что угодно, придающее жизненных сил, и еще большее разнообразие вариантов, если зелье служит другой цели. А последний вариант, кажется, гораздо ближе к истине, чем первый…

На салфетке, которой я вытерла палец, расплывалось безобразное багровое пятно, чернеющее по краям. Я со все возрастающим подозрением рассматривала его, пытаясь вспомнить, что оно мне напоминает. Интересно, кто это посоветовал королю пить отвар? И главное - зачем? И ответит ли мне Делвер, если я наивно спрошу его об этом, к примеру, задумываясь о здоровье отца?

Я нетерпеливо подошла к окну и перевела взгляд на сад, не осознавая, что именно вижу. Гхыр все побери, какие там могут быть проблемы с северными территориями, если их нельзя отложить на полчаса и сначала доставить домой девушку, нуждающуюся в отцовской заботе, а уже потом заниматься ими? Если я так не нравлюсь министру и его сестрице, не лучше ли как можно быстрее отправить меня подальше из дворца?

Дверь наконец-то отворилась, я порывисто повернулась, готовая уходить, но, к сожалению, за ней стоял не Делвер.

- Ты плохая! - с порога заявил Деллик, обличительно указывая на меня пальцем.

- Доброе утро, господин учитель, - улыбнулась я, скрывая разочарование. - И чем же я прогневала вас?

Мальчик не поддержал игру.

- Ты плохая, - твердо повторил он, непримиримо глядя на меня.

- Что случилось, Деллик? - перестала улыбаться я, подходя к нему и приседая, чтобы оказаться на одном уровне. - Почему я вдруг стала плохой?

- Ты говорила, что просто живешь с Илланой в доме и она взяла тебя во дворец.

- Да, - осторожно согласилась я.

- И ты говорила, что тебе нравится Иллана.

- Да.

- И что тебе неинтересно болтать о всякой ерунде с придворными сплетницами?

- Да, - подтвердила я в третий раз, напряженно пытаясь понять, к чему он клонит.

- Тогда почему мой отец устроил бал ради тебя? Почему ты спишь в его спальне, а Иллана уехала домой, горько плача?

- Она плакала?

- Да! - горячо заявил Деллик. - И она рыдала из-за тебя! Я слышал, как она в слезах говорила о своем ребенке, а все знают, что ты - ее дочь!

- Шетт побери, - потрясенно выдохнула я, садясь прямо на пол и хватаясь за голову. Ребенок? Понятно, что речь шла не обо мне, Иллана точно знает, кто я такая. Но гхырово бздырище, неужели? Тошнота, головокружение, обмороки и слезы? Этого же не может быть!

- Уходи! - потребовал мальчик. - Уходи, уезжай в свою Полданию и никогда не возвращайся! Я хочу, чтобы со мной была Иллана, а не ты!

- Подожди, Деллик, - очнулась я от потрясения. - Ты мне веришь?

- Нет! - сурово ответствовал ребенок.

- Хорошо… Иллане ты веришь?

- Да, - не колеблясь, кивнул он.

- Если она подтвердит, что через месяц я уеду и больше не вернусь? Что я никогда не хотела и не хочу подменять ее собой? И что она плакала не из-за меня? Ты поверишь ей?

Деллик хмуро смотрел на меня и в эту минуту был невероятно похож на Делвера.

- Да, - наконец, сказал он. - Только она никогда не скажет этого.

- Почему?

- Потому что она хочет уехать отсюда. Далеко-далеко, вместе с твоим отцом.

Известия валились на меня оглушающим ливнем.

- Откуда ты знаешь?

Мальчик замялся, но снизошел до ответа.

- Она плакала вчера в маленькой комнате возле лестницы. А я как раз спускался за пирожными. На балу всегда очень вкусные пирожные, - признался он, на мгновение превращаясь из сурового принца крови в ребенка-сладкоежку. - А потом видел, как она уходит с твоим отцом, и он почти нес ее на руках. Все говорят, что мой отец разлюбил ее, и Иллана вернулась к прежнему любовнику!

Я постаралась не обращать внимания на то, с какой легкостью ребенок рассуждает о любовных отношениях.

- Кто говорит?

- Все! - бросил мне Деллик. - Дамы говорят своим служанкам, те - конюхам, а те… В общем, все!

- Гхыр с ними! - решительно заявила я и встала, почувствовав, что ноги совсем затекли. - Деллик, нам надо серьезно поговорить.

Мальчик, колеблясь, все-таки прошел внутрь столовой. Мы сели за стол друг напротив друга.

- Теперь послушай меня и попытайся поверить, - очень деловым тоном начала я. - Забудь все дворцовые сплетни. Ты хочешь, чтобы Иллана навсегда осталась с тобой и твоим отцом?

- Да.

- Я приложу все усилия, чтобы так и случилось. Но ты должен помочь мне.

- И тогда отец вернет Иллану во дворец?

- Очень надеюсь на это.

Деллик внимательно посмотрел на меня и через пару минут кивнул.

- Хорошо. Как?

Я набрала воздуха в грудь, собираясь с духом. Идея взять в помощники ребенка, возможно, не самая лучшая, но ничего другого в голову мне не пришло. Деллик беспрепятственно бродит по всем закоулкам дворца и достаточно умен, чтобы выполнить мою просьбу. Кто обратит внимание на мальчика, забежавшего на кухню в поисках пирожного или булочки, даже если он сунет нос в серебряный кубок?

- Ты знаешь, что твой отец пьет "отвар бодрости"?

- Да, - равнодушно пожал плечами Деллик. - Ему прописал Травник в конце травня или начале сеностава. Отец всю весну кашлял и чувствовал слабость, а с этим отваром вновь стал, как и прежде, бодрым и сильным.

Я спрятала охватившее меня возбуждение. Около двух месяцев назад. Как раз тогда у Илланы и короля начались разногласия. Кажется, моя гипотеза подтверждается…

- Мне нужно это зелье, Деллик, - серьезно попросила я. - Не пить, только проверить, что это такое. Совсем немного, столовую ложку-две. Ты сможешь принести мне его?

Мальчик несколько секунд молчал.

- Зачем?

- Я хочу кое-что проверить.

- Это не для бодрости? Яд? Отца что, травят? Он скоро умрет?

- Нет-нет, что ты! - запротестовала я. - Просто я хочу проверить, что зелье на самом деле не яд.

- Ты разбираешься в ядах? - с подозрением осведомился Деллик.

- Не я. Камен, мой брат. Только не в ядах, а зельях, - поспешила уточнить я, не желая, чтобы у него сложилось превратное представление. - Так ты принесешь мне отвар?

- Попробую, - задумчиво протянул мальчик. - Думаю, что у меня получится.

- Хорошо, Деллик. Тогда я жду тебя у Илланы. Приноси к ней. Или, если не сможешь вырваться из дворца, дай мне знать, и я сама приду к тебе.

- Смогу, - презрительно покосился на меня принц. - Завтра утром, у Илланы. Не уходи никуда, чтобы мне не пришлось бегать по всей Этере.

- Договорились, - я протянула ему руку. Деллик важно пожал ее в знак заключения соглашения.

- Я пойду, - сообщил он, спрыгивая со стула. - Не хочу, чтобы нас увидели вдвоем.

- Разумеется, выше высочество, - опустила я голову, тоже вставая.

Мальчик милостиво принял мой поклон и удрал, предварительно выглянув в коридор. Я вновь подошла к окну и задумчиво прислонилась к стене. Надеюсь, что у него получится принести мне зелье, даже изображая из себя шпиона. Деллик всего лишь десятилетний мальчик, и любой решит, что он просто играет. Любой. И министр Овальд тоже.

Невероятно хмурый Лежек встретил меня на пороге дома.

- С тобой все хорошо?

Не удовлетворившись моим положительным ответом, он просканировал меня с помощью магии.

- Лежек! - укоризненно заметила я. - Мы же договорились не колдовать.

- А в гробу я видел все договоренности, - с необычной злобой огрызнулся маг. - Я еще вчера готов был разнести дворец по кирпичику, когда понял, что ты пропала.

- Вряд ли я сильно возражала бы против этого, - пробурчала я, проходя в дом. - Где Иллана.

- Спит, - сообщил Лежек. - Аленар просил не будить, пусть сама проснется. И, может быть, ты все-таки расскажешь мне, что произошло?

- А ты еще не в курсе? - удивилась я, садясь на диван и устало запрокидывая голову на его спинку.

- Только слухи, один другого страннее, - проворчал Лежек, устраиваясь напротив. - сначала Аллита прощебетала, что ты ушла прогуляться по саду с импозантным мужчиной под ручку. Потом кто-то из придворных дам с горящими от возбуждения щеками заявила, что ты приняла предложение баронета и в настоящее время выходишь за него замуж, пока отец занят успокаиванием своей любовницы. Ну и в завершение всего один из вояк командора Таллиса довел до моего сведения, что ты проведешь ночь в покоях его величества, а мы с Тереном можем отправляться домой.

- Самое интересное, - хмыкнула я, - что первый и третий слухи почти истинны, а второй тоже основан на реальных событиях.

- Элька, я не понимаю, - настороженно посмотрел на меня Лежек.

- Только держи себя в руках, ладно? - посоветовала я. - Меня действительно вывел погулять в сад баронет дар Корнелл, которого, вероятно, можно назвать импозантным мужчиной… Правда, не скажу, что я страстно настаивала на прогулке под луной наедине с ним. Вообще-то я пыталась найти тебя в зале, но нигде не видела. Где ты был?

- В саду, - гневно проговорил Лежек. - Эта крацца Аллита пропела, что ты ушла погулять, подхватила нас с Тереном под руки и поволокла на свежий воздух присоединиться к вашей теплой компании. Я еще подумал, что мы нужны как свидетели твоего нехорошего поведения.

- То есть вдруг бы ты застал нас горячо целующимися? - хмуро предположила я.

- Как-то так… Но в итоге мы просто побродили по освещенным луной тропинкам, повосхищались цветочным ароматом и вернулись в зал.

- А в это время баронет опоил меня какой-то гадостью, от которой я отключилась, не пройдя и сотни шагов. Дальше сей господин уволок меня во дворец, где…

Я замялась, не зная, как бы помягче описать намерения баронета. Лежек понял меня сам.

- Он посмел дотронуться до тебя? - звенящим от ярости голосом уточнил он.

- Нет! - поспешно ответила я. - То есть да, но не до конца… Он не успел. Я вовремя очнулась. Точнее, меня привел в чувство Огонь.

- Я убью его, - с холодной ненавистью прорычал друг.

- Тебе придется встать в очередь, - фыркнула я. - За мной, Аленом, Аленаром и королем.

- Делвер тоже в курсе дела? Хотя да, говорили же, что ты ночуешь у него…

- Он вел себя как истинный рыцарь, - серьезно проговорила я. - Защитил, успокоил и уложил спать, не отпустив домой в разорванном платье и со слезами на глазах. Баронет сидит где-то в башне и ждет суда. Не думаю, что он легко отделается… если, конечно, Аленар еще не прикончил его лично. Он не возвращался, кстати? И где Терен?

- Аленара пока нет, а Терен… Терен ушел учиться.

- Чему? - пораженно выпрямилась я.

- Магии, - мрачно ухмыльнулся Лежек. - Понимаешь, он получил предложение, от которого не смог отказаться ни как Терен Альвитский, ни как Камен дар Каэрстан. Правда, он не хотел уходить, не дождавшись тебя, но Аллита очень настаивала…

- Аллита?

- Да. Подожди. Я начну с самого начала. Вчера на балу она предложила Терену стать учеником ее знакомого мага, который согласен потратить время на юную поросль.

- Ну, что Терен возрадовался, я понимаю. А зачем это Аллите?

Лежек пожал плечами.

- Вероятнее всего, она хочет как-то использовать Терена в своих интересах. Сама понимаешь, иметь при себе прирученного мага очень и очень полезно.

- А Терен демонстрирует ей обожание и покорность…

Я прикусила губу, собирая в кучу разрозненные кусочки. Кажется, амбиции Аллиты сослужили ей плохую службу.

- Лежек, она не говорила, Травник это или маг-практик?

- Не знаю. Насколько я понимаю, дама абсолютно не разбирается в терминологии. Для нее колдун - он и есть колдун. А мы с Тереном, естественно, своих знаний не демонстрировали.

- Понятно.., - я ожесточенно потерла пальцами виски. - Кто бы это ни был, Аллита совершает глупость, если хочет познакомить мага и Терена. Знаешь, я почти полностью уверена, что это он готовит зелье для Делвера.

- Как Делвера?

- Я не успела тебе рассказать на балу. Подозреваю, что короля опаивают чем-то нехорошим, а утром я увидела подтверждение этому.

В нескольких фразах я передала Лежеку свои размышления и наблюдения, включая разговор с Делликом.

- И министр Овальд очень настаивал, чтобы король не забыл выпить шеттов отвар. Кстати, подозреваю, что гадость, которой меня напоили вчера, того же происхождения, от Аллиты и ее знакомого колдуна.

- Про колдуна ничего не могу сказать, зато по поводу Аллиты можешь не сомневаться, - произнес появившийся на пороге Аленар. - Как ты, девочка?

- Хорошо.

- Баронет еще жив? - одновременно со мной хмуро осведомился Лежек.

- Жив, но не скажу, что здоров, - пробурчал вампир, садясь в кресло. - Элька хорошо расправилась с ним.

- Огонь, наверное? - уточнила я, потому что совершенно не помнила, чтобы хотя бы пальцем прикоснулась к насильнику.

- Ну да, он самый. Баронет потерял всю свою шевелюру и обжег руки почти до костей, теперь страшно мучается от боли.

- Не могу ему посочувствовать, - мстительно пробормотала я.

- Элька… Если бы не обещание королю, я убил бы его голыми руками, - с ледяной яростью в голосе произнес Аленар. - Эта мразь корчила из себя страстно влюбленного, уверяя, что он не мог устоять перед твоей красотой. Ты знаешь, чего он хотел?

- Меня, - выплюнула я. - И моего приданого.

- Правильно, - протянул вампир. - Он предложил жениться на тебе и приносил глубокие извинения за то, что не смог справиться с собой и, так сказать, слегка преступил нормы благопристойности.

- Ничего себе "слегка преступил", - вздрогнула я, вспоминая руки баронета на моей груди. - И как-то мне не верится, что дар Корнелл так жаждал связать себя узами брака. А если бы я не согласилась?

- А тебе не оставили бы выбора, - мрачно хмыкнул Аленар. - По их плану, Аллита должна была случайно застать вас на месте, так сказать, преступления. Баронет немедленно предложил бы свою руку и сердце, я - по их представлению - согласился бы, а разочарованный и разгневанный король выслал бы новобрачных в поместье барона на окраине Картхейна. И все довольны: ты получаешь красавца мужа, баронет - твои деньги, а Аллита - короля.

- И действительно, - фыркнула я. - Надо полагать, мои возражения никто не стал бы слушать?

- Баронет был уверен, что ты не будешь возражать и проведешь остаток дней с ним.

- Ага, и его многочисленными любовницами, - пробурчала я. - Кстати, а каким образом многоуважаемая дама Аллита обнаружила бы мое падение? Проверяя все комнаты до единой?

- Ты не поняла, куда дар Корнелл отнес тебя? - ответил вопросом вампир.

Я напрягла память, но, кроме балдахина над кроватью и закрытой двери, ничего не вспомнила. И вообще, все спальни в темноте похожи друг на друга.

- В комнату Илланы, - мрачно сообщил Аленар. - По всей видимости, Аллита собиралась изобразить, что взволнована отсутствием своей дражайшей подруги, ничего не зная о нашем уходе, почему и отправилась ее проведать. И вместо этого она обнаружила бы тебя в объятиях малознакомого красавца.

- Потому что единственная комната, которую я могла бы найти, это покои Илланы…

Я с силой сжала кулаки, представляя, с каким наслаждением придушила бы мерзкую даму. Дзинькнула, разбившись, стеклянная вазочка, стоявшая на каминной полке.

- Успокойтесь оба, - посоветовал мне и Лежеку вампир. - Не хватало еще разнести дом Илланы. Особенно сейчас.

Я сделала над собой усилие, расслабляясь. Действительно, узнав о беременности, Иллана вполне способна превратить дом в руины, и посторонняя помощь ей совсем ни к чему.

- Ты знаешь об этом? - изумленно переспросил Аленар. - Откуда? Лана сама узнала только вчера вечером.

- Сложила два и два, - пожала я плечами. - Сегодня утром, во время разговора с Делликом. Так я права?

- Да.

- Вы о чем? - подал голос давно молчавший Лежек.

- Иллана беременна, - пояснила я. - Правда, я не очень понимаю, каким образом. Она ведь пила специальное зелье.

Зелье. Предохраняющее, которое почему-то не предохранило, хотя до этого работало без сбоев в течение нескольких лет. Ей дали другой состав? Или она забыла выпить из-за расстройства или разлада с королем?

- Пойдем поговорим с ней, - предложил вампир, внимательно следивший за ходом моих рассуждений, встал и протянул мне руку.

- Она проснулась?

- Вот и проверим.

Иллана не спала. Она сидела прямо на полу перед выдвинутым ящиком комода и немигающим взглядом смотрела на его содержимое. Рядом лежала раскрытая сумка, на дне которой сиротливо валялось что-то воздушное и кружевное.

- Куда ты собралась, Лана?

- В Асгор, - ответила она, не оборачиваясь. - Ты же возьмешь меня с собой?

- Лана, я всегда готов принять тебя как любимую сестру, поселить в собственном доме и обеспечить все для счастливой жизни и тебя, и твоего малыша…

- Ребенка не будет, - ровно проговорила Иллана.

- Лана, прекрати!

- Ты ничего не понимаешь, брат, - тем же безжизненным голосом произнесла дама, взяв из ящика еще что-то белое и бросив его в сумку. - Я не могу иметь детей.

- Лана!

Я почувствовала, что пора вмешаться.

- Иллана, послушай меня…

- Элька, девочка моя, - погладила меня по руке дама. - Ты тоже уже знаешь, да? Так получилось, милая. Не расстраивайся, я переживу это так же, как и раньше.

- Стоп. - Я села рядом и взяла ледяные руки Илланы в свои. - Посмотри на меня.

Она медленно повернула ко мне голову. Я содрогнулась при виде ее пустого безжизненного взгляда.

- Послушай меня. Все будет хорошо.

- Нет, Элька… Вспомни, о чем я говорила тебе. Я со страхом буду встречать каждое утро, а потом заканчивать день слезами и расцветающей верой в то, что еще могу быть счастлива. Я постоянно буду прислушиваться к происходящему в моем теле и потом, когда неминуемое наступит, прокляну себя за безумную надежду. Впрочем, я и так проклята…

Больше всего меня пугал не смысл слов Илланы, а ее безэмоциональный голос. Голос женщины, которая уже умерла или стоит на пороге смерти.

- Иллана! - я с силой сжала ее ладони, подпитывая собственной энергией. - Ты ошибаешься! На тебе нет никакого проклятия, поверь мне как ведьме. Меня учили распознавать и снимать порчу, и могу с полной уверенностью утверждать, что твоя аура чиста. На ней есть несколько пятен, возникших от недобрых взглядов или помыслов, но они не могут повлиять на ребенка. Проклятие лежало на твоем гхыровом муже, и только он виноват в твоем несчастье.

- Элька.., - все так же бесстрастно проговорила Иллана. - Я понимаю, что ты хочешь приободрить меня, но не надо, девочка. Я уже давно смирилась со своей судьбой.

- И она - Делвер, - заявила я. - Красивый здоровый мужчина, способный подарить тебе дитя и, что самое главное, который хочет этого.

- Элька права, - вмешался Аленар. - Ты видишь, что король относится к ней как к собственной дочери? Только потому, что считает тебя ее матерью, пусть и нерадивой.

- Я не нужна Делверу! - сорвалась Иллана. - Ни я, ни мой ребенок, если произойдет чудо и он родится здоровым!

- Родится, - уверенно вставила я. Дама не слушала меня.

- Я не хочу, чтобы Делвер узнал о беременности! Король немедленно решит: это древняя уловка, чтобы привязать к себе отвергнувшего меня мужчину. Я десять лет отказывала ему в этом, ссылаясь на невозможность иметь детей, и тут, когда он почти выгнал меня из дворца, такой неожиданный подарок. Делвер сочтет меня лживой краццей. Хотя, правда, он и так уверен в этом.

Я с облегчением выдохнула, глядя на катившиеся по ее щекам слезы. Уж лучше истерика, чем ступор…

- Что король сказал тебе? - напрягся Аленар.

- Ничего! - выплюнула Иллана. - Абсолютно ничего. Делвер даже не смотрел на меня. С тем же успехом он мог бы танцевать с чучелом или химерой.

- С химерой не получилось бы, - невзначай заметила я. - Она выше тебя на две головы, в полтора раза шире в обхвате и имеет длинный некрасивый хвост.

Истерика закончилась так же внезапно, как и началась.

- Ты же понимаешь, о чем я, - почти нормальным голосом сказала Иллана. - У меня два варианта: либо избавиться от ребенка, либо уехать в Асгор, чтобы ни одна дхарра не узнала о нем. Может быть, если звезды и стихии сжалятся надо мной,.. я еще смогу родить нормального здорового малыша. Но я почти не верю в это.

- О первом варианте забудь, - потребовал Аленар. Я поддержала его:

- Иллана, это действительно не выход. Поверь мне, на тебе нет никакого проклятия, и ты не можешь лишить жизни невинное существо.

- Я знаю, - грустно призналась она. - Я не смогу своими руками лишить себя единственного шанса на счастье, каким бы призрачным оно ни казалось. Если ты ошибаешься, Элька, ребенок просто умрет, не родившись или испустив первый крик. А если нет… Но мне надо уехать.

- Хорошо, - согласилась я. - Уедешь вместе с нами, если захочешь. А теперь скажи мне вот что: ты не задумывалась, как вообще оказалась беременной?

- Обычным путем, полагаю, - пожала плечами Иллана. - В постели короля. Но я понимаю, о чем ты спрашиваешь. Нет, я не знаю, как это могло получиться. Я постоянно пила предохраняющее зелье…

- И брала его у одного и того же Травника?

- Ну да. Я уже десять лет хожу к нему.

- А состав он случайно не менял?

- Знаешь, - наморщила лоб Иллана. - Где-то в начале лета зелье стало более сладким. Магистр Ларни сказал, что он не менял рецепта и мне просто кажется.

- Где оно?

- Что?

- Зелье. Его же надо принимать регулярно.

- Элька.., - вздохнула Иллана. - Я вчера в сердцах вылила его… Оно мне больше не потребуется, сама понимаешь, а я была очень расстроена.

- Тогда надо добыть еще. Аленар, ты же помнишь, где живет Травник? Проводишь меня?

Вампир кивнул.

- Нет, - одновременно произнесла Иллана, с трудом поднимаясь с пола. - Эльке там нечего делать, особенно после вчерашней бурной ночи. Если ты начнешь интересоваться зельями против беременности, боюсь, Магистр Ларни сделает однозначные выводы.

Я встревоженно посмотрела на Аленара. По моим представлениям, Иллана не должна была знать, что случилось со мной, и мне как-то не хотелось добавлять ей переживаний прямо сейчас, когда она только-только успокоилась.

- Не надо так смотреть, Элька. Я не сошла с ума и вижу, что на тебе мое платье, до вчерашнего дня висевшее в шкафу в спальне Делвера. А утром я слышала, как горничные шептались, что ты не ночевала дома.

- Я расскажу тебе все по дороге, - кивнул Аленар.

- Тогда подожди меня внизу. Я приведу себя в порядок и спущусь, - попросила Иллана.

Я, не желая оставаться с ней наедине, поспешно выскользнула за дверь вместе с вампиром.

- Что ты расскажешь ей?

- Все.

- А ей не повредит?

- Наоборот. Она отвлечется от своих проблем, переключится на твои, а потом привыкнет, что уже почти два месяца носит в себе ребенка.

Мои мысли переключились на другое. Два месяца? Почему тогда Аленар не сказал ей об этом раньше, а ждал бала? Ведь мою беременность он определил при встрече?

- Потому что я сам не знал, - коротко пояснил вампир. - Скорее всего, дело в том, что в твоих детях смесь рас, и они раньше развиваются, а ребенок Илланы человек на три четверти. Его сердечко я услышал только вчера. Правда, мы не виделись, пока вы жили в ее доме на берегу. Может быть, я определил бы и раньше. А вообще, я не специалист в межрасовых беременностях, прости…

В объяснении Аленара смысл присутствовал, и пришлось им удовлетвориться до момента, когда мне встретится какой-нибудь эксперт по проблемам рождения детей от родителей разных рас. Не исключено, впрочем, что таковых в мире насчитывается не очень много, и к тому моменту, когда нас сведет жизнь, его услуги уже не потребуются.

Иллана и Аленар отсутствовали недолго. Я успела только вымыться, избавляясь от мерзкого ощущения рук баронета на своей коже, переодеться и высушить на солнце волосы.

Главным результатом их прогулки стало изменение настроения Илланы. Как и предупреждал вампир, она отставила свои неприятности, если их можно так назвать, на второй план и переключилась на мои. Дама буквально кипела от негодования на Аллиту и баронета.

- Я знала, что она натуральная нарга, но не до такой же степени! Заключить союз с одним из самых крупных жбыхыдрызов, этим гхыровым баронетом… Дойти до такой мерзости! С невинной девочкой, которая еще не видела жизни! И в моей спальне! И эта бздрыга подливала какую-то гадость еще и мне.

- Аллита? - не особо, впрочем, удивляясь, переспросила я.

- Она самая! - продолжала возмущаться Иллана. С большим трудом ее удалось успокоить и убедить пойти наверх отдохнуть.

- И? - вопросительно посмотрела я на Аленара, когда его сестра удалилась, гневно стуча каблуками.

- Травник выдал очередную бутылочку, уверяя, что готовил зелье как обычно, не примешивая ничего постороннего, и был при этом абсолютно искренен. А вот его помощник, молодой человек, скорее даже подросток, постарался скрыться, услышав наш разговор.

- И ты с ним побеседовал, - утвердительно сказала я.

- Конечно. К мальчику пришла красивая дама и предложила ему хорошее вознаграждение, если он будет подменивать бутылочки с зельем для госпожи Илланы на то, что даст ему она.

- Аллита?

- Да. Мальчик, к его чести, сначала отказался, боясь, что там окажется яд, но дама убедила его, отхлебнув из бутылочки на его глазах, и придумала какую-то не сильно правдоподобную историю про то, что хочет сделать сюрприз ближайшей подруге. Помощник не отличается особым умом и сообразительностью, а блеск монеты уничтожил любые подозрения.

- И в результате Иллана пила пакость, приготовленную неизвестным магом, - невесело произнесла я, постукивая пальцами по оконной раме. - Интересно, что это было, если не яд? Вряд ли Аллите требовалась беременность Илланы…

- Сейчас сложно сказать, - проговорил Аленар. - Но меня больше беспокоит другое. Элька, постарайся вести себя осторожнее. Мне все больше и больше не нравится этот неизвестный маг.

- Мне тоже…Может быть, Терен сможет что-то рассказать, он ведь и ушел знакомиться с приятелем госпожи Аллиты. Надеюсь, у него все сложится удачно. Мог бы и сказать, куда идет, чтобы мы знали, где его искать в случае неприятностей.

- Элька, прекрати, - возмутился Лежек. - Все будет хорошо, вот увидишь. Терен не маленький глупенький мальчик.

- Этого я и боюсь, - проворчала я.

Но мои опасения оказались, к счастью, беспочвенными. Терен, весьма довольный, явился, когда солнце утомленно дотронулось до Этельского моря.

- У меня обнаружились способности, - с порога заявил он, бросая на стол средних размеров книгу. - И вы не поверите, какой стихией я могу управлять!

- Неужели воздухом? - изобразили мы с Лежеком изумление.

- Не угадали! - торжественно заявил Терен. - Водой. Господин Магистр Юбер добросовестно проверил меня на контроль стихий, помните, как на первом курсе Школы? Я решил, что с водой будет безопаснее, и заставил жидкость в стакане пойти волнами.

- А Магистр ничего не заподозрил? Ведь кабана-то ты снес воздухом? - обеспокоился Лежек.

- Он не поверил Аллите, - беспечно ответствовал его брат. - Так и сказал: дескать, для создания подобной волны требуется уровень мага повыше необученного, хоть и талантливого разгильдяя. И, по всей видимости, Аллита просто испугалась и неправильно поняла происходящее. Кабана все-таки застрелила та гхырная девица. Ну, то есть вы, госпожа Эллина, - шутовски поклонился он в мою сторону.

Я не ответила на шутку.

- В память он не лез?

- Если и лез, я не почувствовал, - посерьезнел Терен. - Но вряд ли он смог бы пробить блок Рейфа. Я не заметил подозрительности в его отношении ко мне. Он честно провозился со мной все это время, вручил на прощание книгу для самостоятельных занятий и ждет завтра после полудня.

- Дай мне посмотреть, - попросил Лежек, взял протянутую братом книгу и погрузился в изучение ее содержимого.

- Что там?

- Обычные упражнения по стихийной магии. Собрать каплю воды в заданную форму, заморозить, испарить и все такое прочее. Ничего интересного.

Лежек вернул учебник брату.

- А если ты просто не заметил его попыток, и Юбер маг очень высокой квалификации?

- Не сказал бы, - задумчиво покачал головой Терен, присаживаясь на край стола. - Он не архимаг, это точно. Вторая, может быть, первая ступень, никак не больше.

- А специализация?

- Практик, - не колеблясь, ответил друг. - Стихийный маг, скорее всего воды, потому что очень обрадовался, когда я взял ее под контроль.

- Темный или светлый?

- Вот это не знаю, - с грустью вздохнул парень. - Я же так и не научился различать потоки. Это надо тебе или Лежеку смотреть.

- Я встречаться с ним точно не буду, - категорически заявила я. - Лежек - возможно… Могут же быть у обоих братьев магические способности, которые не стали выявлять родители. Только не знаю, стоит ли идти на это. Нам нужен Травник, а не стихийный маг.

- А Травник зачем? - напрягся Терен. - С тобой все в порядке после вчерашнего? Извини, я не спросил сразу.

- Все в порядке, - отмахнулась я. - Относительном. Слушай, что у меня получается…

Я еще раз изложила свою теорию, с каждым разом становившуюся все более четкой и наполняющуюся новыми фактами.

- Может быть.., - вынес вердикт Терен. - Но меня очень смущают два месяца приема зелья без видимых последствий. У кого-то должны быть очень крепкие нервы и потрясающее терпение, чтобы спокойно ждать столько времени.

- Или зелье подливают крошечными дозами, чтобы не вызвать подозрений, - предположил Лежек.

- С Илланой же король почти разорвал отношения, - добавила я. - Значит, чего-то неведомый отравитель добился.

- Вот "почти" меня и смущает, - потер лоб Терен. - Ты говорила, что на ткани пятно стало черным?

- Да.

- Тогда это не горечавка. Но другие зелья имеют иной цвет… Слушай, а покажи мне то, что пила Иллана? Я не разбираюсь в дамских зельях, но все-таки вдруг что-то смогу сказать?

Получив от меня искомую бутылочку, друг бесстрашно открыл ее и отхлебнул. В следующую секунду емкость полетела в угол, разбрызгивая содержимое, а Терен выплюнул зелье на пол, ринулся в коридор, и, судя по доносившимся звукам, стал лихорадочно полоскать рот. Вернулся он лишь через несколько минут, покрасневший и задыхающийся от волнения.

- Как она пила его?

- По каплям, наверное, - не скрывая тревоги, ответила я. - Обычно так пьют. Что там было?

- Аконит. Концентрацию не знаю и не хочу определять, но если пить его в разведенном состоянии, то можно и не почувствовать. Но яд должен был накапливаться в организме Илланы, и если она принимает его с начала лета, то…

- Она наполовину вампир, - хмуро усмехнулась я.

- И что? - не поняли парни.

- На нее не действуют яды. Она сама рассказывала мне. Сам понимаешь, за десять лет соперницы за внимание короля неоднократно пытались ее отравить, но Иллана оставалась живой, здоровой и красивой, чем вызывала неутихающий зубовный скрежет при дворе. Вот и Аллита получила совсем не то, что хотела… Слушай, а ведь она пробовала свое зелье при мальчике-помощнике. Значит, обманула…

- Очень может быть, - согласился Терен. - Или изобразила, что глотает, или противоядие какое-нибудь приняла, или вообще сначала, для проверки, как все получится, дала мальчику безвредную воду. Элька, а твои дети тоже ведь частично вампиры? На них и тебя, пока ты их носишь, яды будут действовать?

- Спроси чего полегче, - пробурчала я. - Но баронет очень удивился, когда я очнулась. Может быть, тут сказалась и кровь вампира в их жилах, а не только действие Огня. Трудно сказать…

- Лучше не экспериментировать, - вмешался Лежек. - Не думаю, что это тот вопрос, на который надо непременно находить ответ. Хватит и одного раза.

- Я и не собираюсь, - максимально убедительно произнесла я. - Не горю желанием пить яды, не важно, подействуют они на меня или нет. Но теперь меня все больше интересует вопрос, чем опаивают Делвера.

- Завтра придет твой мальчик, посмотрим повнимательнее, что там за отрава, - пообещал Терен.

Деллик пришел, как и обещал, на следующее утро. Мы встретились в привычном месте - у пруда, и мальчик, сверкая гордостью, протянул мне небольшую темную бутылочку.

- Вот!

Я открыла пробку и принюхалась. Кисловатый аромат очень напоминал тот, который вчера исходил от "отвара бодрости". В общем-то, я не сомневалась, что мальчик не будет врать и приносить первый попавшийся под руку компот.

- Спасибо, Деллик. Зайдешь к нам? Иллана будет рада тебя видеть.

- Нет, - неохотно отказался ребенок. - Отец сегодня вне себя, и мне лучше быть во дворце. Я и так еле выбрался. Командор Таллис удвоил охрану.

- Что-то случилось?

- Да ничего особенного, - ухмыльнулся Деллик. - Ты вообще можешь радоваться. Утром в башне нашли труп баронета, который… ну, приставал к тебе.

Радость у меня возникла весьма относительная. Не то чтобы я переживала по поводу смерти взбдрызга, наоборот, мне казалось, что он легко отделался. Лучше бы он продолжал жить со шрамами на физиономии, пугая окружающих дам, с которыми так любил общаться раньше.

- От чего он умер?

- Никто не знает, - пожал плечами Деллик. - Его нашли, когда принесли завтрак. Отец подозревает, что баронета отравили, потому что у него на губах застыла пена. Но, по словам стражников, в башню никто не приходил со вчерашнего вечера, а во время ужина Корнелл был еще жив.

- Или яд был в еде, или стражник не договаривает, - заключила я.

- Отец тоже так думает, - кивнул мальчик. - И поэтому весь дворец ходит ходуном от рыцарей командора Таллиса. Слушай, я побегу, пока меня не хватились…

- Конечно. Удачного возвращения, - пожелала я шелохнувшимся веткам кустарника.

Значит, баронета отравили. Зельем, надо полагать. Что же за Травник живет в Этере? Травник, в изобилии снабжающий ядами королевских придворных, включая госпожу Аллиту. Голову могу дать на отсечение, что это она убила дар Корнелла, дабы тот случайно не выдал ее. Что бы там Терен ни говорил про стихийного мага, кажется, на досуге господин Юбер развлекается варкой нехороших зелий. Два мага разной специализации, в Этере, где их концентрация предельно низка, и оба знакомы с госпожой Аллитой? Я не верю в такие совпадения.

Парни согласились с моими доводами.

- Я постараюсь разузнать получше, - пообещал Терен. - Юбер вполне может знать зелья. Нам ведь тоже их преподавали, хотя мы практики. Кстати, дай-ка мне посмотреть, что там принес принц.

Получив от меня бутылочку, он действовал с большей осторожностью, чем вчера: посмотрел на свет ее содержимое, понюхал его и потом капнул на блюдце.

- Элька, а ты точно уверена, что это отворотное зелье?

- Нет. Я так предположила, судя по эффекту, которое оно оказывает на Делвера. А что?

- Я не помню, чтобы корень почечуйника входил в состав хотя бы одного отворотного зелья. Он действует только на психику.

- А где ты там видишь почечуйник?

Мы втроем сгрудились над блюдцем.

- Вот, видишь, - показал Терен. - Голубые хлопья. Такие дает почечуйник при смешивании с солью.

- И что ты хочешь этим сказать? - нахмурилась я.

- Пока только то, что королю не стоит пить "отвар бодрости". А я попробую разузнать побольше о Магистре Юбере и покопаться в его библиотеке, если получится. Как я понимаю, другого варианта у нас пока нет.

Глава 30.

- Госпожа Иллана. Госпожа Эллина. Прошу прощения за неожиданное вторжение.

- Добрый день, командор.

Иллана отложила вышивку в сторону и, приветливо улыбнувшись, встала навстречу мощной фигуре мужчины, заполнившей собой весь дверной проем.

- Чему мы обязаны такой чести? Неужели вы так соскучились по нашему обществу?

- Увы, нет. Служебные дела, госпожа.

С лица Илланы слетела улыбка.

- Что случилось?

- Ничего, госпожа. Не волнуйтесь, - громыхнул Таллис. - Мне нужно побеседовать с виконтом.

Обеспокоенность Илланы стала еще заметнее, впрочем, как и моя. Не возникало сомнений, что темой беседы станет смерть баронета, поскольку Аленар вчера виделся с ним. Не собирается ли король одним махом убить двух уток, обвинив его в отравлении дар Корнелла?

- Ему ничего не угрожает, - попытался сложить губы в подобие улыбки рыцарь. - Чистая формальность. Обвинения в убийстве не будет.

- Каком убийстве? - искусно изобразила удивление Иллана.

Я понадеялась, что смеси испуга, волнения и скрываемого интереса, читавшихся на моем лице, будет достаточно для отображения спектра эмоций, которые, как предполагается, должна испытывать в подобный момент юная девушка.

- Вы не знаете? - замялся командор. - Госпожа Иллана, это не для ушей юных девушек.

Иллана понимающе кивнула.

- Эллина, если тебя не затруднит, попроси Ириси принести командору что-нибудь прохладительное. Проходите сюда, господин Таллис. Разговор с виконтом может и подождать.

Я послушно вышла, добежала до кухни, передала просьбу Илланы служанке и вернулась, но не в гостиную, а в библиотеку, расположенную рядом. Приход командора оказался как нельзя кстати, если Аленару на самом деле ничего не грозит. Все утро мы с Илланой прикидывали, каким образом можно отговорить короля пить гхырово зелье.

Дама поверила нам сразу и безоговорочно, сказав, что и сама не видела особого смысла в принятии отвара летом, когда полно свежих овощей и фруктов. Однако министр строго настаивал на выполнении предписаний Травника. Сам Травник, в свою очередь, утверждал, что зелье необходимо для хорошего самочувствия. Один раз Иллана попыталась намекнуть, что незачем пить всякую гадость, но нарвалась на явное недовольство со стороны Делвера, уже начавшего охладевать к Иллане. Больше дама не захотела нарываться на монаршее раздражение, а сейчас она и вообще считала, что король не послушает ее.

Конечно, я могла просто прийти во дворец, напроситься в компанию к Делверу, мило похлопать ресницами и попросить не пить мерзкую гадость, испортившую салфетку. Только вот, боюсь, король в ответ погладил бы меня по голове, улыбнулся и порекомендовал бы не забивать ее всякими глупостями, поскольку : "Травник знает лучше, девочка, а любой яд давно бы проявился". Как доказать, что это, мягко говоря, не совсем так, не раскрывая себя и свое образование, мне в голову не приходило.

Иллана уверила меня, что лучший вариант - поговорить с Таллисом. Делвер доверял ему как самому себе, если не больше, а сам командор исключительно предан монарху и готов ради него на все. Поэтому она очень обрадовалась, когда служанка доложила о приходе командора, и пообещала сделать все, что в ее силах.

Я устроилась на кожаном диванчике, взяла в руки книгу, но любопытство оказалось сильнее обещания не пользоваться магией. Решив, что, в конце концов, всплеск потоков можно объяснить занятиями Терена, я наложила на стену между библиотекой и гостиной подслушивающие чары и с удовлетворением отметила, что еще не разучилась это делать.

- … никаких следов, кроме пены на губах, - раздался прекрасно слышимый хриплый голос командора.

- Как это ужасно, - вежливо прокомментировала Иллана. - Не могу сказать, что сожалею об этом. Но ведь баронет мог умереть сам, от боли или стыда, к примеру.

Презрительное фырканье Таллиса явно свидетельствовало о том, что обе причины кажутся ему нереальными и позорными.

- Я бы и разбираться с этим не стал, - рубанул он. - Собаке - собачья смерть, а Корнелл был подлинным жбыхыдрызом. Насиловать девушку на ее первом балу - так могут поступать только дразги!

- Не могу не согласиться с вами, командор, - без малейшей тени укоризны проговорила Иллана. - Мне самой не раз хотелось приложиться к лощеной физиономии гхырового красавчика.

- Баронет сам виноват в своей смерти! - отрезал Таллис. - Когда-нибудь его должны были убить: или ревнивая любовница ядом, или обманутый муж мечом. Любовные разборки не мое дело, и осталось только сжечь труп Корнелла, чтобы не провонял весь дворец. Но его величество считает по-другому…

Легкий стук, очевидно, свидетельствовал о том, что командор поставил на стол опустевший стакан.

- Не буду больше отвлекать вас, госпожа Иллана. Прикажите проводить меня к виконту.

- Еще минуту, командор, - остановила его Иллана. - Таллис, чересчур нервная реакция Делвера на смерть баронета беспокоит меня гораздо сильнее, чем могла бы. Вам не кажется, что в последнее время его величество ведет себя… несколько странно, так скажем?

Кресло скрипнуло. Видимо, командор пошевелился, переходя из расслабленного состояния в напряженное.

- Полагаю, вы имеете в виду то, о чем я подумал?

- Если вы о наших отношениях с Делвером, то нет. Я довольно давно живу с ним, и охлаждение вполне естественно. Но мне очень не нравятся его внезапные смены настроения, возникшие совсем недавно. Вы, наверняка, заметили, что с начала лета король не похож сам на себя. Уже почти подписанные не выгодные для Картхейна договора, а потом внезапное их расторжение и переход к более выгодным условиям. Странная забывчивость, когда утром он не помнит того, что происходило вчера. Теперь вот вчерашние события… Таллис, вы помните, чтобы Делвер хоть раз повысил на вас голос?

- До вчерашнего дня нет, - буркнул командор.

- И я тоже, - вздохнула Иллана. - Эллина рассказывала что-то про северные территории… За последние десять лет Делвер никогда не колебался в принятии решений, а сейчас не первый день спорит с Овальдом.

- Как раз здесь король прав, - резко заметил Таллис. - Овальд последний бздыр, и я не понимаю, почему Делвер до сих пор не выкинул его на гхыр.

- А что там происходит?

- Беспорядки в северных кланах. В Радужных горах расплодилась нежить. Местные не справляются сами и потребовали помощи. Делвер готов нанять магов в Гелессии и пройтись по горам мечом и колдовством. Вы знаете, как он к ним относится?

- Разумеется.

- И тем не менее, в данном случае король поступает исключительно разумно. Но Овальд против. Он не хочет дополнительных расходов, когда в стране есть армия. И еще считает, что магия убьет гусениц шелкопряда. Откровенно говоря, никогда не считал его таким нелюбителем магии.

- В горах не растет тутовник! - возмущенно воскликнула Иллана.

- Это знаете вы, знаю я, но Овальда такие мелочи не волнуют. Он тыкает пальцем в карту и нудит, что магия на севере убьет гусениц на юге.

Я задумчиво вызвала в памяти карту Картхейна. Не исключено, что Овальд прав… Если нашествие нежити приобрело настолько угрожающий характер, что требуется армия для ее уничтожения, то побочный эффект от магического воздействия может дойти и до Этеры. Правда, в таком случае лучше уж эффект от магии, чем гибель войска от зубов химеры или яда урела.

Таллис был со мной полностью согласен, хотя и не подозревал об этом.

- Я лучше пошлю в горы Овальда, чем подставлю под ядовитые жвалы моих рыцарей, - сердито проворчал он. - Ребята не стоят без дела, как считает министр. На юге тоже беспокойно. Я не хочу оголять степные рубежи.

- Плохо. Очень плохо. - Судя по стуку каблуков, Иллана начала ходить по комнате. - И Делвер согласился на предложение министра?

- Частично, - недовольно буркнул Таллис. - В горы отправлено два отряда рыцарей из Этеры. Но король свяжется с магами сопредельных государств и проконсультируется с ними.

- Все равно мне не нравится все это, - мрачно проговорила хозяйка дома, с шорохом и тихим скрипом возвращаясь на диван. - Таллис, я подозреваю, что Делвера опаивают.

- Это невозможно.

- Таллис, послушайте меня. Эллину на балу напоили чем-то, от чего бедная девочка потеряла сознание.

- Я помню и готов нести ответственность за это печальное событие.

- Я сейчас не про это, командор. Вы не можете проверять содержимое карманов и сумочек всех без исключения гостей. Речь про то, что баронет использовал зелье, не известно кем приготовленное.

- Иллана, вы говорили про его величество. Почему вы считаете, что его травят?

- В конце весны Магистр Гард прописал ему "отвар бодрости".

- Да, я помню.

- С этого времени - ну, может, чуть позже - и начались все эти непонятные изменения в поведении Делвера. Причем именно в тот момент, когда он не пил его - в Альбистейне - король порвал гхыровы договора и заключил другие. Вы понимаете, о чем я?

Командор молчал. Я ждала его ответа, представляя, как сейчас хмурятся темные брови Таллиса и морщится лоб, за которым идет напряженная работа мысли.

- Этот отвар делает Магистр Гард.

- Его можно подменить так, что Травник не узнает об этом.

- Это невозможно. Все, что попадает на стол короля, проверяется.

- Таллис, меня тоже пытались отравить, подменив зелье, которое я обычно применяю.

- Что?

Судя по стуку, командор резко вскочил на ноги.

- Да, Таллис, но мне бы сейчас не хотелось говорить об этом. Со мной не случилось ничего страшного. Я прошу об одном: уговорите Делвера не принимать отвар. Хотя бы на пару недель, посмотрим, к чему это приведет.

Еще одна пауза.

- Хорошо, Иллана. Не могу сказать, что до конца верю в яд у короля в стакане. Но займусь этим вопросом. Мы узнаем, кто и как готовит отвар. Но завтра Делвер перестанет пить эту мерзость. Иногда лучше перестраховаться.

- Спасибо, - благодарно выдохнула Иллана.

- Не за что, - проворчал командор. - Вы украшение двора, госпожа, и останетесь им и в дальнейшем. Я не сомневаюсь в этом. А теперь проводите меня к виконту. Формальности надо выполнять, гхыр их побери. Не волнуйтесь. Отцу госпожи Эллины ничего не грозит. Мы просто немного поговорим.

Подождав, пока шумы и стук каблуков в коридоре стихнут, я вернулась в гостиную. Иллана возвратилась очень быстро.

- Ты думаешь, у него получится?

- Ты все слышала, да? - Иллана, не удивившись, села в свое кресло и взяла вышивку. - Получится. Я тебе уже говорила, что Таллис сейчас единственный человек, к мнению которого прислушается Делвер. Командор отвечает не только за Рыцарей Дозора, но и за личную безопасность короля. Поэтому его приказы выполняются без промедления и лишних вопросов. Главное, чтобы мы получили желаемые результаты.

- Получим, - с уверенностью заявила я. - Через неделю, может, чуть больше, станет ясно, правы мы или нет.

И потянулись дни, заполненные тоской и ожиданием. Терен продолжал исправно "учиться" у Магистра Юбера, но, к сожалению, не узнал ничего нового. Только то, что колдун придерживается классической системы образования: "Повтори сто раз, чтобы запомнить, и потом еще пятьдесят, чтобы закрепить".

Они занимались в крохотной комнатушке в передней части дома, в которой стояли лишь два стула, стол и чаша с водой. Ни в библиотеку, ни в рабочий кабинет "учителя" Терена не пускали, поэтому с определенностью утверждать, что именно он на досуге занимается изготовлением зелий, парень не мог. Ему приходилось изображать старательную отработку заклинаний, изученных много лет назад, и друг впадал в уныние, но, тем не менее, не терял надежды проникнуть в тайну состава "отвара бодрости".

Впрочем, особого значения это уже не имело. Для нас зелье представляло только академический интерес. Король перестал принимать его, так следовало из лаконичной записки, присланной Таллисом на следующий день после их разговора с Илланой.

Вопрос, как ему это удалось, остался открытым. Командор больше не навестил даму, а сама она категорически отказывалась посещать дворец и встречаться там с кем бы то ни было, я не смела настаивать на этом и, в свою очередь, не горела желанием общаться с придворным серпентарием. Деллик не приходил, то ли занятый своими мальчишескими делами, то ли у него просто не получалось пробраться сквозь усиленную стражу - сложно сказать…

Нам оставалось только ждать, ловить малейшие слухи, приходящие из дворца, в попытках понять, меняется ли поведение Делвера и в какую сторону, и выстраивать самые дикие планы исследования состава "отвара бодрости". Впрочем, в итоге все они сводились к одному: нужен специалист. Лежек предлагал проконсультироваться у Магистра Илейны, и это казалось наиболее простым и логичным способом: всего-то несколько телепортов до Вийска и не больше недели на все. Но в Аррению никому из нас троих соваться не рекомендовалось. Намерениями Нааль убить меня при первой же встрече не стоило пренебрегать. Ребятам же грозило попадание в Орден и не самое приятное общение с Мораввеном, так что от этой мысли пришлось отказаться. В Гелессии меня ждали. В Ласинии… возможно, тоже. Правда, мы знали Ивэна, и он не стал бы выдавать нас местному Ковену, но против мага активно возражал Лежек. Бесплодные споры с ним на этот счет помогали коротать время в ожидании… чего-нибудь, нарушившего бы нудную рутину.

"Что-нибудь" наступило через неделю. В одно не особенно прекрасное утро (небо заволокли плотные облака, из которых периодически сыпалась на землю, дома и редких прохожих промозглая хмарь) в дом Илланы постучался один из рыцарей командора Таллиса. Он важно сообщил, что госпожу Эллину, то есть меня, его высочество просит немедленно прибыть к нему.

- Его высочество? - удивленно переспросила я. - Не величество?

- Его высочество Делвер Шестой, - вежливо повторил рыцарь, совсем молодой, неудержимо краснеющий. - Госпожа Эллина, мне приказано сопроводить вас и проследить, чтобы с вами ничего не случилось, так что можете не волноваться о своей безопасности.

- Я совершенно не волнуюсь, - ослепительно улыбнулась я, одновременно соображая, от Деллика ли исходит просьба, и, если от него, то почему меня провожают под охраной? - С таким воином, как вы, господин…

- Рой, - поспешно подсказал рыцарь.

- Как вы, господин Рой, на нас не посмеет напасть ни один… нехороший человек. Иллана, ты поедешь с нами? - спросила я больше для порядка, зная, что с утра она мучается от головокружения.

- Нет, дорогая, поезжай одна. Передавай мальчику привет.

- Обязательно, - пообещала я. - Подождите меня одну минуту, господин Рой, я только надену шляпку и плащ.

Деллик при моем появлении чрезвычайно обрадовался и удивился.

- Элька? Тебя пропустили?

- Не только пропустили, но и проводили до твоей комнаты, - с улыбкой пояснила я. - Иначе я бы заблудилась в дворцовых закоулках. А почему ты так удивляешься? Мне передали твое приглашение, выраженное в форме приказа, и я просто не могла не прийти.

- Мое приглашение? - озадаченно переспросил мальчик.

- Ну да… Деллик, если я не вовремя, то могу и уйти.

- Нет-нет! - встревожился принц. - Не уходи! Мне скучно одному, а выходить отец строго запретил.

- Тебя наказали?

- Да, - бесхитростно признался мальчик. - Отец долго ругался, обнаружив мое отсутствие. Когда я принес тебе зелье, помнишь? Мне пришлось выслушать и про "недопустимое поведение", и про "безответственное отношение", и все такое прочее…

- Могу себе представить, - посочувствовала я.

- А вчера я опять попытался сбежать к тебе, - вздохнул Деллик. - Мне очень хотелось узнать, что там с зельем.

- Ой, прости, пожалуйста, - виновато попросила я. - Мне не хотелось оставлять Иллану одну, а она категорически отказывалась приходить во дворец.

- Она не уедет?

- Нет, - искренне ответила я. - Не сейчас, по крайней мере.

Деллик несколько секунд пристально смотрел на меня, оценивая мои слова, и удовлетворенно кивнул.

- Хорошо. А что с зельем?

- Вот тут сложно сказать что-то определенное, - пожала я плечами. - Мы поняли только, что в него входит почечуйник.

- И что это означает? - нахмурился ребенок.

- Он влияет на психическое состояние.

Деллик вновь обдумал сказанное.

- То есть с Илланой отец не помирится?

- Не переживай раньше времени, - постаралась я утешить мальчика. - Командор убедил его величество не принимать зелье. Давай подождем еще немного, пока его тело не очистится. Я уверена, что отношения между Илланой и твоим отцом наладятся.

Лицо мальчика просветлело.

- А он на самом деле изменился, - задумчиво сообщил принц. - Вчера, когда меня поймали, отец уже не читал занудные нотации, а спокойно спросил, почему и куда я хотел удрать. Я честно ответил, что соскучился по тебе, и, видишь, ты сегодня ко мне приехала.

- Да, - ободряюще подтвердила я. - Это хороший признак. А теперь, ваше высочество, чем вы займете гостью? Гулять, как я понимаю, вам не разрешают, да и погода не самая подходящая.

- Хочешь посмотреть мою армию? - неуверенно предложил Деллик.

- Хочу, - согласилась я, не особенно, правда, понимая, что он имеет в виду, прошла вслед за ребенком в соседнюю комнату и, зачарованная, застыла на пороге. БОльшую часть помещения занимало "поле боя". Синяя ткань на полу, очевидно, символизировала море, омывающее раскрашенные зеленым и коричневым макеты гор, деревьев и земного рельефа. То там, то здесь стояли какие-то башенки и здания. Собственно армия - деревянные солдатики и корабли с поднятыми парусами - занимали, несомненно, важное, но непонятное мне место.

- Ничего себе, - только и смогла выдохнуть я.

- Нравится? - обрадовался Деллик. - Это Этерское сражение. Ты слышала про него?

- Боюсь, что нет, - с сожалением ответила я. - Меня учили другой истории.

- А, конечно же, - спохватился мальчик и заговорил заученными фразами, словно рассказывая урок преподавателю. - Этерское сражение произошло около тысячи двухсот лет назад, и его результатом явилось основание Этеры, а впоследствии - и государства Картхейн. До Этерского сражения побережье Этельского моря и прилегающие к нему области находились под властью разрозненных пиратских кланов, самый влиятельный из которых, клан Моллина Синелицего, избрал местом своего расположения бухту Кайссона.

Деллик встал на колени и показал на несколько стоящих на побережье домиков. Я устроилась на полу рядом с ним, с интересом слушая мальчика.

- Это один из самых удобных выходов в море, - продолжал он. - Торговцам приходилось терпеть большие убытки, или платя дань Моллину, или делая крюк в несколько сотен верст, выходя почти к степям Теллалии.

- Подожди, Деллик, - прервала я, внимательно вглядываясь в трехмерную "карту" передо мной. - А почему они не могли выйти к морю с этой стороны бухты Кайссона? Ведь сейчас здесь стоит Этера?

- Потому что там были подводные скалы, - торжествующе сообщил принц. - И фарватер знали только пираты. К ним невозможно было подобраться: с той стороны река, с этой - скалы, а здесь - море и рифы. Единственный существующий проход контролировался вот здесь. - Деллик ткнул пальцем в одинокую башенку форпоста.

- И как тогда до них добрались? - заинтересовалась я.

- Магия! - возбужденно выдохнул мальчик. - Картхейн Рыжебородый, глава соперничающего клана, заключил договор с несколькими богатыми торговыми семействами Гелессии. На ссуженные ему деньги он нанял боевых магов, собрал небольшую армию, выбрал подходящую ночь, и…

Деллик быстро поставил несколько корабликов в нужном месте, иллюстрируя свои слова.

- … маги сдвинули рифы, и корабли смогли пройти вот здесь, избежав стрел из форпоста.

Я автоматически прикинула, сколько нужно энергии, чтобы сдвинуть хотя бы небольшой камень, и скептически покачала головой.

- Деллик, это невозможно.

- Что? Избежать стрел? Элька, тогда еще не было арбалетов, а у луков меньшая дальность. К тому же ночь, темно, сложно целиться.

- Нет, Деллик, я не про то. Невозможно даже магией сдвинуть рифы.

- Элька, - с непередаваемым превосходством заявил мне Деллик. - Ты просто ничего не понимаешь в магии. Она может все! Даже закрыть луну и сдвинуть с места горы!

Неуместная веселость, возникшая при словах о моем непонимании магических чудес, пропала так же быстро, как и началась.

- Закрыть луну?

- Именно, - победно заявил принц. - Маги указали Картхейну Рыжебородому, в какой день, точнее, ночь, лучше всего атаковать Моллина. И, когда взошла луна, они своим колдовством закрыли ее. Море вскипело, горы задрожали и сместились. Воины Картхейна Рыжебородого подплыли к берегу незамеченными, напали на пиратов Моллины Синелицего и легко победили их. Так был основан Картхейн.

- Угу, - рассеянно кивнула я, занятая своими мыслями. - Деллик, а повтори, пожалуйста, когда это было?

- В 573 году, около тысячи двухсот лет назад. А что?

- Ничего… просто хочу запомнить. Ты прав, магия может все.

Особенно если маг рассчитал приход темной луны, что в те времена было не таким и редким знанием, и понимал, что он с собой приносит. Тогда, действительно, можно не только скалы передвинуть.

- Ага, - весело согласился мальчик. - А еще предание гласит, что у Моллины Синелицего был свой колдун, как раз находившийся в форпосте. Темный маг, - страшным шепотом уточнил принц. - Ему не понравилось происходящее, и он напал на магов Картхейна Рыжебородого. Завязалась магическая битва. Ну, знаешь, со всякими там вспышками и огненными шарами?

- Могу себе представить, - невольно улыбнулась я. - И форпост при этом уцелел?

- Нет! - возбужденно выкрикнул принц. - Там рухнула стена, и крепость так и не стали восстанавливать, потому что смысла в ней уже не было. Говорят, что в руинах с тех пор живет привидение. Правда, мне ни разу не удалось его увидеть, - огорченно закончил мальчик.

- У тебя будет такая возможность послезавтра, - послышался голос за нашими спинами. - Добрый день, Эллина. Надеюсь, Деллик не слишком докучает тебе.

- Нет-нет, ваше величество! - Я поспешно встала и вежливо склонила голову, приседая. - Ваш сын исключительно милый молодой человек.

- Не могу с этим поспорить, - хмыкнул король. - Хотя, откровенно говоря, я слегка удивился, узнав, что вы успели так сдружиться за одну короткую встречу в парке.

Он с усмешкой посмотрел на сына. Я еле слышно ойкнула и испуганно приложила палец к губам. Ну да, конечно, Делвер ведь не знал… или предполагалось, что не знал о побегах Деллика.

- Я приходил к Иллане, когда ты был в Альбистейне, - отважно сообщил мальчик, глядя прямо на отца. - И там подружился с Эллиной. С ней веселее, чем с Марлой.

- Не сомневаюсь, - рассмеялся король. - А почему, позволь спросить, ты пренебрегал своими обязанностями и правилами поведения, убегая к госпоже Иллане?

- Потому что скучал по ней, - открыто заявил принц. - И сейчас скучаю. Когда она вернется?

- Как только закончится ремонт в ее покоях, - серьезно ответил Делвер.

- Правда? - чуть не взвизгнул, но все же взял себя в руки Деллик.

- Правда. Если, конечно, она согласится.

- Согласится! Я сам ее попрошу, и она не откажет, - радостно заорал ребенок.

Я искренне позавидовала ему. Мне, по гхыровым правилам этикета, полагалось сдерживать свои эмоции. В данном случае - безудержную радость. Мы оказались правы. Это на самом деле влияло зелье, и король помирится с Илланой, и Деллик будет счастлив, и у них родится ребенок, хорошо бы девочка…

- Договорились, - подтвердил довольный Делвер. - Послезавтра я планирую прогулку по окрестностям, там и поговоришь с ней. Эллина, разумеется, ты и твои родственники тоже приглашены. Надеюсь, ты не откажешься?

- Нет! - не дал мне ответить Деллик. - Она обязательно поедет, и я покажу ей развалины с привидением.

- Я не могу устоять против такого предложения, - засмеялась я. - Конечно, ваше величество, мы с удовольствием примем участие в прогулке.

- Прекрасно. Госпоже Иллане я передам приглашение лично, когда провожу тебя домой.

- Что, прямо сейчас? - возмутился Деллик. - Она же только пришла!

- Вечером, - успокаивающе произнес король. - Играйте, дети. И, Деллик, постарайся не очень утомить свою… подругу.

Делвер ушел, оставив нас одних. Мы с Делликом прекрасно провели день. Правда, меня нет-нет, да и покалывала беспокойная мысль: король слишком хорошо уверил себя в том, что я дочь Илланы. Упрямство упрямством, но, когда правда вскроется - а она неминуемо должна вскрыться, не можем мы вечно поддерживать Делвера в его заблуждении - как это повлияет на него? Весь жизненный опыт, пусть и не слишком богатый, подсказывал, что не особенно хорошо.

Но и сделать я ничего не могла. Мелькнувшую было идею поговорить с Делвером по дороге пришлось отмести, в первую очередь потому, что присутствие двух дюжих рыцарей не позволяло поднимать вопросы интимнее погоды или планируемой прогулки.

Вновь оставалось только ждать: или подходящего времени для объяснения, или неподходящего, когда все раскроется само собой, а в процессе ожидания радоваться за Иллану. Говорить, что их отношения с королем вышли на прежний уровень, было еще рановато, но Иллана очень долго разговаривала с королем в саду, несмотря на моросящий дождь, после чего из-под ее кровати исчезла сумка с вещами, приготовленная к отъезду в Асгор.

Визит Делвера к нам и его продолжительное присутствие в нашем доме имели и другие неожиданные последствия. На следующий день Терен вернулся со своей "учебы" необычно рано и весь лучился от нескрываемого веселья. На резонный вопрос, чему он так радуется, ученик колдуна, рухнув в кресло и вытянув вперед ноги, торжественно заявил:

- Господа, я имел честь познакомиться с уважаемыми родителями дражайшей госпожи Аллиты.

- Она за тебя замуж собралась, что ли? - ошарашенно вопросил Лежек.

- Нет, это получилось спонтанно, так скажем, - отмахнулся его брат. - И мало того, теперь я знаю, почему "отвар бодрости" оказывал на короля такое слабое и странное воздействие.

Терен многозначительно замолчал, обводя взглядом комнату. Аудитория - то есть я, Лежек и Аленар - и без этого готовы были внимать каждому его слову. Впрочем, вампир, судя по сосредоточенному выражению его лица, уже самостоятельно искал ответы на интересующие его вопросы.

- Так вот, госпожа Эллина, - важно заговорил Терен, убедившись во всеобщем внимании. - Ваше тесное общение с его величеством Делвером чрезвычайно встревожило Аллиту. Особенно ваша милая прогулка почти наедине, каковую вышеупомянутая госпожа дар Тиваль наблюдала вчера лично.

- Надо же… А я ее не заметила, - хмыкнула я.

- Возможно, Аллита не стала попадаться вам на глаза, - предположил Терен. - Или ей сообщили люди, ведущие наблюдение за домом Илланы.

- Скорее всего…

- Как бы то ни было, дама встревожилась настолько, что запаниковала и, презрев осторожность, прервала мое занятие с господином Юбером. Меня так заинтересовала тема их весьма нервного разговора, что я позволил себе подслушать его и нисколько не пожалел об этом.

Терен вновь сделал паузу.

- Не томи, - поторопил его Лежек. - Аллита потребовала отравить Эльку, что ли?

- Почти, - весело кивнул его брат. - Только не Эльку, а короля, и не отравить, а отворотить. Теперь от Эльки, поскольку от Илланы, как полагает Аллита, он вполне себе отвернулся.

- Подожди, - перебила я. - Ты же говорил, что "отвар бодрости" не отворотное зелье, раз там есть почечуйник?

- Вот! - Терен, ухмыляясь, поднял вверх палец. - Магистр Юбер тоже весьма удивился, узнав, что зелье, которое он готовил для любимой и единственной дочери…

- Что? - хором воскликнули мы с Лежеком.

- А что вы так удивились? - изобразил недоумение Терен. - У госпожи Аллиты должен быть отец, так почему бы ему не оказаться господином Юбером? Кстати, с ее маменькой, госпожой Стеллой, я тоже познакомился. Она пришла разнимать мужа и дочь, и я решил, что пора уходить и так слишком задержался…

- Как ее зовут? - ошалело выдохнула я.

- Госпожа Стелла, - терпеливо повторил Терен.

- Как она выглядит?

- А зачем тебе? Кто-то знакомый, что ли? - недовольно проговорил друг. - Если ты так хочешь… Дама средних лет, красивая, но со своеобразным взглядом. Таким, знаешь, как у ее доченьки, который пригвождает к месту.

- А левая бровь у нее случайно не приподнята?

- Ты ее правда знаешь? - поразился Терен. - Или просто догадалась? Да, приподнята, как и у ее сыночка Овальда. Правда, мне показалось, что она слишком молода для такого взрослого сына, но, видимо, зелья мужа позволяют поддерживать свежий вид и красоту.

- Может быть, и молода… Надо бы уточнить у Илланы, - задумалась я, пытаясь соединить несоединимые на первый взгляд факты.

- Думаешь, это ее тетка? - полуутвердительно спросил меня Лежек.

- Да, - кивнула я. - И меня смущает не столько возраст дамы, сколько ее сына. Женский возраст - вещь относительная, а вот мужской… Насколько я помню, господин Менор прогнал свою жену около двадцати пяти лет назад. Так, Аленар?

- Так, - кивнул вампир.

- Ну вот, - продолжала я размышлять. - В браке у них детей не было. Не рожала же она в тайне, и никто не знал об этом?

- С Илланой, ее теткой и прочими родственниками разберемся потом, - отрезал Лежек. - Сейчас меня больше интересует зелье и Юбер. Что было дальше, Терен?

- Грандиозный скандал, - рассмеялся его брат. - Магистр Юбер буквально вышел из себя, узнав, что отворотное зелье предназначалось не надоедливому поклоннику, который не дает прохода его дочери, а его величеству.

- Она смешивала зелья? - недоверчиво поинтересовался Лежек.

- Именно! - с восторгом ответил его брат.

- Ну и нарга, - потрясенно заключил Лежек.

- Серьезно? - одновременно с ним переспросила я и, получив утвердительный кивок в голос смеющегося Терена, не знала, что делать: ругать себя за то, что не догадалась сразу, или возносить благодарности всем стихиям сразу за невежество Аллиты.

Магистр Илейна посвятила много часов рассказам о недопустимости смешивания зелий. Конечно, иногда они могли усилить друг друга, но таких сочетаний было очень мало, и они изучались отдельным курсом. В общем случае зелья при смешивании давали непредсказуемый результат: от совершенно противоположного эффекта до полной нейтрализации компонентов. Магистр Юбер не мог не знать об этом, отсюда и вытекала его несдержанность.

Зелье, угнетающее психику, в смеси с отворотным, очевидно, не утратило всех своих свойств, но существенно ослабило их. Отвар действовал, поведение короля изменялось, хотя и медленно, что устраивало заказчика, и одновременно Делвер начал охладевать к Иллане , а это радовало Аллиту.

- И они ничего не заподозрили, - заметил Лежек.

- Ну почему же, заподозрили, - оживленно возразил Терен. - Магистр Юбер долго распространялся на тему претензий некоего господина Рисса. Оный господин был сильно недоволен так долго тянущимся ожиданием требуемого эффекта. Магистру приходилось подбирать все более и более веские объяснения такому длительному противостоянию воздействия зелья. Он и подумать не мог, что причиной является глупость его собственной дочери!

- У нее не было соответствующего образования, - бросила я, пытаясь нащупать ускользавшую мысль. - Слушай, а ведь я была уверена, что отвар подливает Овальд, а тут вылез какой-то Рисс… Магистр случайно не упоминал, кто он такой?

- Ты слишком много хочешь, - хохотнул Терен. - Элька, лично я считаю, что для одного дня и так достаточно информации. Аллита увязла обеими ногами, Юбер тоже, пусть король дальше сам раскалывает их. Это он должен заботиться о своей безопасности, а не приезжие молодые маги. Осталось придумать, как сказать ему об этом, избежав ненужных вопросов. На тебя вся надежда.

- Тогда уж не на меня, а на Иллану и Таллиса, - запротестовала я. - Меня король считает девочкой, которой впору играть в куклы и даже о смерти насильника нельзя рассказать.

- Предполагается, что ты так и не знаешь о ней? - недоверчиво уточнил Терен.

- А гхыр его знает… Его величество ни полусловом не упомянул об этом, а я так и не знаю, имею ли право спрашивать. В своде шеттовых правил этикета ничего нет на эту тему.

- Как все сложно.., - хмыкнул Терен то ли сочувственно, то ли язвительно.

- И не говори, - грустно произнесла я. - Пусть Иллана сама решает, как донести эту информацию до ушей Делвера. Скорее всего, опять через командора. В конце концов, это его обязанность - обеспечивать сохранность жизни и здоровья его величества.

Иллана со мной согласилась. Она пообещала завтра во время прогулки поговорить с Таллисом, сочтя, что прямо сейчас вызвать его сюда было бы несколько неразумно, учитывая, что за домом следят. Мы договорились, что она не будет далеко отступать от истины и назовет источником информации Терена. Его "учеба" у Магистра не являлась тайной за семью печатями.

- Только, Элька, - взволнованно попросила дама, - передай Терену, чтобы он вел себя осторожнее. Тогда Магистр Юбер еще, может, и не осознал, что их ссору с дочерью подслушали, но, если Таллис начнет расследование, мальчику будет грозить опасность. А если там замешана еще и госпожа Стелла…

- Насколько это реально? Ты же говорила, что у нее не было детей, а Овальд чуть ли не старше тебя…

- Не знаю, Элька, - печально вздохнула Иллана. - Не забывай, когда дядя выгнал ее, мне только что исполнилось пять лет, и все, что я знаю о ней, - обрывки слухов и случайные обмолвки прислуги. С маленькой девочкой мало кто будет обсуждать бывшую хозяйку, сама понимаешь… Могу сказать одно: постарайся как можно дальше держаться и от Аллиты, и от Овальда, и от их матери.

Я с большим удовольствием последовала ее совету, поскольку и сама не испытывала большого желания общаться с вышеупомянутыми личностями. Поэтому утром, когда мы присоединились к живописной и красочной процессии, скромно пристроилась в хвосте, прикрываемая Лежеком и Аленаром. Терен, исправно продолжая играть роль преданного воздыхателя, сопровождал Аллиту. Иллана, гордо подняв голову и выдерживая град изумленных, недоверчивых, радостных и ненавидящих взглядов, вместе с его величеством и его высочеством возглавляла неорганизованную колонну всадников, всадниц, экипажей и рыцарей охраны в полном вооружении.

Прогулка в понимании королевского двора Картхейна представляла собой неторопливое шествие вдоль берега моря к специально подготовленному месту, где слуги заранее устанавливали шатер и готовили все необходимое для отдыха знати. В общем, некий вариант охоты, не предусматривающий "скачки по лесам и стрельбы по бедным зверюшкам". Иллана пояснила, что основной задачей подобных прогулок являлось слияние с природой и отдых на ее лоне, как меланхолично-мечтательный, так и двигательно-активный, кому что нравится. В ход шли и хоровое пение (в основном дам), и декламация стихов, и разнообразные соревнования: кто лучше стреляет, кто лучше всех преподнесет букет из полевых цветов, кто сплетет самый красивый венок или быстрее всех найдет пятнадцать различных трав.

Всем этим высшее общество Картхейна и намеревалось с упоением заниматься, чему весьма способствовала погода. Легкая облачность не обещала дождя, но гарантировала защиту от палящего солнца. Слабый ветерок не рвал пышные юбки и не портил аккуратно уложенные прически, а лишь еле шевелил бирюзовую гладь моря. Во второй половине жнивня трава потеряла сочный изумрудный цвет, но все еще радовала глаз зеленью и яркими крапинками последних летних цветов. Запах водорослей и йода смешивался с тяжелым сладким ароматом созревших фруктов в окружающих Этеру садах.

Аленар помог мне спешиться и увел Янта вместе с Эланом, чтобы привязать их подальше от остальных лошадей. Лежек предложил мне руку:

- Пойдем?

Я оглядела открывающийся передо мной пейзаж. Шатер с разноцветными вымпелами, улыбающаяся Иллана рядом с королем, сияющий от счастья Деллик, возбужденно щебечущий серпентарий, заигрывающий с окружающими их мужчинами, чем-то возбужденная Аллита и беспечно ухмыляющийся Терен. Министра, кстати, нигде не было видно, и я не могла припомнить, находился ли он в процессии. В стороне от всех стоял, как ему и полагалось, командор, и о чем-то говорил с одним из своих рыцарей.

- Пойдем. - Я положила руку на предплечье Лежека. - Вон туда, в тенек. Не хочется мне принимать активного участия в культурно-массовых мероприятиях.

- Ты себя хорошо чувствуешь?

- Да, - благодарно улыбнулась я. - Не хочу лишний раз слушать ядовитые фразы, сдабриваемые фальшивыми улыбками.

Лежек, коротко рассмеявшись, вопросов больше не задавал. Мы удобно устроились в тени раскидистого каштана с бокалами прохладного сока в руках. Однако посидеть и отдохнуть нам не дали. Вернее, не дали Лежеку.

Совещание придворных дам закончилось восторженными аплодисментами, отдельными обрадованными взвизгами особенно экзальтированных созданий и всеобщим рассредоточением по лужайке. К нам - к Лежеку - подбежала Тесса и, отчаянно краснея, залепетала о помощи в каком-то состязании.

- Иди, - легонько подтолкнула я его. - Когда просит красивая девушка, нельзя отказывать.

Тесса покраснела еще сильнее, хотя, казалось, это уже невозможно, робко ухватилась за предложенную Лежеком руку и повела своего "кавалера" в центр поляны. Насколько я поняла, подобной участи не избежали все мужчины, не состоящие в охране. Поскольку их было немного меньше, чем представительниц прекрасного пола, то меня никто не привлекал к участию в конкурсах, и я могла с чувством глубокого удовлетворения наблюдать за разворачивающимся действом со стороны.

Развлечение состояло из нескольких туров, в первом из которых кавалер должен был взять на руки даму, пробежать с ней по пересеченной местности до одиноко стоящей березки и вернуться обратно. Я от души посочувствовала Аленару, в партнерши которому досталась дама весьма пышных округлостей, хотя и не сомневалась, что вампирская сила поможет ему с честью выйти из положения.

Под восторженные, ликующие и ободряющие возгласы состязание началось. Я успела восхититься разнообразием приемов ношения дам: от забрасывания их на плечо, как мешок с картошкой, до банального усаживания к себе на шею, до того, как меня нетерпеливо дернули за юбку.

- Элька, хватит сидеть!

- А что такое? - повернулась я к Деллику.

- Как что? - возмутился мальчик. - Пойдем искать привидение. Ты же обещала.

- А, да, - вспомнила я, с нежеланием ставя бокал на траву и поднимаясь со стула. - Пойдем. А его величество знает?

- Конечно, - обиженно надулся ребенок. - Он сам мне разрешил.

Я, все еще сомневаясь, посмотрела на короля, готовящегося совершить забег с Илланой на руках, на Тессу, доверчиво цепляющуюся за руку Лежека, на невозмутимого Аленара и веселящегося Терена, бережно поддерживающего хмурую Аллиту.

- Это далеко?

- Нет, - нетерпеливо бросил Деллик. - Чуть дальше по берегу, вот за этой рощей. Ну, идем же!

- Хорошо, идем, - наконец согласилась я, усиленно отодвигая назад непонятно откуда взявшееся нехорошее предчувствие.

Что может случиться? Аллита здесь и уйти незаметно не сможет, Терен не отойдет от нее ни на шаг, Овальда вообще нет… Деллик свалится с лестницы? Тогда надо просто не пускать его в ненадежные места. Больше опасаться вроде бы нечего… Но на всякий случай я четко и ясно сформулировала в голове, куда мы с Делликом направляемся, адресовав телепатему Аленару. Поймал он ее или нет в потоке общих мыслей, мне так и не удалось узнать. Деллик потащил меня за собой.

"Совсем недалеко, вот за этой рощей" в итоге обернулось прогулкой в четверть часа довольно быстрым шагом. Быстрым настолько, насколько мне позволяла длинная юбка, путающаяся в ногах и цепляющаяся за корни и траву. Я неоднократно успела пожалеть, что гхыров этикет запрещает девушкам ходить в штанах.

Никакого привидения в руинах, естественно, не оказалось. Собственно, и руинами форпост назвать можно было с большой натяжкой. Небольшое здание, оплетенное вьюнком и покрытое мхом, стояло на скалистом берегу, как и много-много лет назад, в окружении мощных дубов и грабов, и о его воинственном прошлом напоминал лишь пролом в одной стене - там, где, по словам Деллика, и дрались маги.

- Вот, видишь, - с благоговейным придыханием проговорил мальчик, подводя меня к россыпи камней. - Тут произошла битва, и аршинной толщины стена не выдержала.

Я присела и поводила рукой над поросшими мхом камнями. Следы магии отсутствовали. Ничего удивительного, ведь прошло столько лет…

- А вот здесь, - Деллик потянул меня за собой, - есть след от энергетического сгустка! Знаешь, как они называются? Пульсары, вот как!

Я добросовестно осмотрела темные следы на потолочной балке, борясь с желанием рассказать ему, что маги, сражающиеся не на жизнь, а на смерть, кидаться пульсарами не будут, для этого есть заклинания посерьезнее. И вообще мне не очень хотелось бродить по зданию - внутри оно сохранилось значительно хуже, чем снаружи, и изъеденные жучками и временем полы скрипели и шатались при каждом шаге. Но Деллик рвался искать привидение, и пришлось идти вместе с ним, следя за мальчиком, оттаскивая его от внушающих наибольшее опасение мест и прислушиваясь к шорохам, пискам и шелесту в заброшенном форпосте, которые многократно усиливались, отражаясь от стен.

В подвал я его просто не пустила, показав сначала на узкие, полуразрушенные ступени, а потом на свою уже прилично запылившуюся юбку.

- Жаль, - огорченно протянул ребенок. - А мне казалось, что привидение там и будет жить. Ну ладно, если ты боишься упасть, то идем сюда. Здесь видна Этера.

Из щели, слишком узкой для окна, но широкой для бойницы, действительно открывалась прекрасная панорама бухты и Этеры.

- Справа, видишь, лестница на набережной, - показал Деллик, почти высовываясь наружу. Я с трудом затащила его внутрь, опасаясь, что мальчик все-таки рухнет вниз, но, к счастью, свалилось лишь несколько камешков.

- А еще правее - наш дворец!

- Вижу, - рассеянно отозвалась я, хотя на самом деле вместо рассматривания окрестностей пыталась понять, что меня так насторожило. Не звук, я не слышала никого, кроме Деллика, а стук упавших камней вряд ли мог так напугать меня. Не запах, вокруг стоял все тот же аромат моря, подгнившего дерева и пыли. Тогда откуда этот холодок по коже?

- А слева, если присмотреться…

- Деллик, - не дослушала я. - Давай уйдем отсюда. Мне тут не нравится.

- Может, это привидение? - возликовал принц, немедленно начиная оглядываться.

- Не знаю, Деллик, пожалуйста, давай уйдем…

Одного взгляда на меня мальчику хватило для того, чтобы к нему пришла серьезность. Он бережно взял меня под руку и повел к выходу.

- Деллик! - услышали мы, не успев еще подойти к пролому в стене. - Выходите, ваше высочество, я знаю, что вы там!

Я резко остановилась. Предчувствие уже не просто напоминало о себе холодом по коже. Теперь оно орало во весь голос, сжимая сердце ледяными путами.

- Это ведь не твой отец, правда? - на всякий случай спросила я, уже зная ответ. Деллик, тем не менее, с отвращением покрутил головой.

- Нет. Отец так не разговаривает. Подожди, я сейчас посмотрю.

Мальчик, не дав мне возможности ответить, отпустил мою руку, подобрался к ближайшей смотровой щели и осторожно высунулся наружу.

- Овальд, так я и думал, - пробурчал он, возвращаясь.

- Министр? - напряглась я. - Что он здесь делает? Его же не было на прогулке?

- Вроде не было… Может, приехал позже, и отец послал его за мной. Но он не один. Там еще какой-то мужчина. Незнакомый. Старый уже, старше отца, и с бородой. И руку так странно держит…

- Как именно? - небрежно осведомилась я, скрывая волнение.

- Как-то вот так…

Деллик согнул два пальца и прикрыл их третьим, вытягивая мизинец.

- Гхыр, - выдохнула я.

Действительно гхыр, полнообъемный и красочный. Теперь понятно, что меня насторожило: магия. Я, ленивая нарга, в последнее время почти не имеющая дело с магами, даже не подумала проверить потоки. Тренированное тело само сделало это, а расслабленный мозг не понял, о чем ему сообщают.

- Деллик, послушай меня очень внимательно, - серьезно начала я. - Здесь есть второй выход?

- Есть, конечно, - махнул мальчик в сторону коридора, из которого мы вышли. - Только он завален.

- Гхыр, - опять выругалась я.

- Но можно вылезти через окно, я так уже делал, - продолжил он. - Но ты не вылезешь… Там узко, и у тебя юбка.

Я прикинула, не расстаться ли с частью гардероба, но отказалась от этой мысли. Мне Овальд ничего не сделает. Вряд ли он вообще представляет, что я здесь, иначе звал бы нас обоих…

- Тогда вот что…

- А что? Ты не хочешь встречаться с Овальдом? - не дослушал меня Деллик.

- Не хочу, но придется.., - проворчала я. - А вот ты сейчас сбежишь через окно и быстро-быстро вернешься к отцу. Деллик, ты понял меня? Беги и не оглядывайся.

- Нет.

- Да, Деллик. Мне не нравится Овальд и еще меньше нравится его спутник. Но меня они не тронут.

- Меня тоже, - пренебрежительно бросил мальчик. - Я принц.

- Деллик! - вновь послышалось снаружи. - Его величество требует, чтобы вы вернулись. Немедленно.

- Деллик, - замялась я, не решаясь сказать мальчику, что незнакомый ему мужчина готовится сплести заклинание.

Если мальчик ничего не перепутал, то на него рухнет держащаяся на честном слове стена. Объяснение того, откуда мне это известно, займет слишком много времени, а Овальд может передумать и просто обрушить форпост целиком. Я понятия не имела, почему министр хочет убить ребенка, и не просто мальчика, а принца, но сомнения в этом не возникало. Пусть я даже ошибаюсь - очень хорошо, если я ошибаюсь! - но лучше перестраховаться и остаться в живых.

- Послушай меня. Приведи сюда моих братьев. Хотя бы одного. Как можно быстрее. Я хочу показать им форпост, а если Овальд уведет меня отсюда, то вернуться у нас уже вряд ли получится. Сможешь? Только так, чтобы тебя не заметили?

- Смогу, - недоверчиво протянул ребенок.

- Тогда беги. А я отвлеку Овальда и постараюсь его задержать здесь.

- Деллик! - позвал министр в третий раз. - Выходите, ваше высочество. Я не собираюсь играть с вами в прятки.

Мальчик молча кивнул, бесшумно отступил назад и исчез в темноте. Я, прислушиваясь, внесла дополнительные штрихи в свой внешний вид: растрепала себе волосы, провела запачканными пылью руками по щекам и лифу платья и надорвала в одном месте юбку. Теперь можно и отправляться на свидание к господину министру.

Я изобразила на лице самое наивное, испуганное и удивленно-обрадованное выражение, которое только смогла сделать, и, подобрав юбку, побежала к пролому, готовясь в любой момент выставить щит.

- Господин министр! Господин министр! Как хорошо, что вы оказались здесь!

Я буквально выпрыгнула из пролома и, едва касаясь ногами травы, бросилась на шею Овальду. - Я так испугалась! Так испугалась.

- Госпожа Эллина? – в сильном недоумении проговорил министр, бережно размыкая мои руки. - Что вы здесь делаете?

- Играю в похищенную принцессу, - невинно пояснила я. - Его высочество завел меня сюда и приказал сидеть и ждать прекрасного принца. Я сидела, сидела, ждала, ждала… Мне было ужасно страшно. Вы знаете, там есть привидение! Я чувствовала его ледяное дыхание на шее.

Я вновь прижалась к министру и позволила себе всхлипнуть. Очень надеюсь, что маг, стоящий поодаль, не будет разряжать заклинание в Овальда, пусть даже желая достать меня.

Выбранная мной роль наивной глупенькой девочки имела как свои недостатки, так и преимущества. К недостаткам относилась необходимость улыбаться, лепетать всякий вздор и цепляться за министра. Последнее, впрочем, относилось и к неоспоримым достоинствам. Овальд относился ко мне с очевидным пренебрежением, принимал как должное и лепет, и идиотское поведение. Я могла безбоязненно виснуть у него на шее.

- Я так боялась, так боялась, что спаситель не придет, и я навсегда останусь здесь, в этих пыльных руинах… Ведь вы мой спаситель, правда?

- Госпожа Эллина, - с отвращением проговорил Овальд, пытаясь отцепить меня от себя, и, в конце концов, добиваясь успеха и отходя на пару шагов. - Вы хотите сказать, что сидели там одна?

- Ну да, - растерянно призналась я, теребя юбку правой рукой. Левая пряталась в складках ткани, и очень хочется верить, что маг не присматривается к ней. - Его высочество сказал мне сидеть, я так и делала. Мы играли, понимаете?

- Понимаю, - с презрением бросил Овальд. - Юбер, в развалинах больше никого нет?

Нельзя сказать, что я удивилась. Удивление отсутствовало вообще. Естественно, кем же еще может быть колдун - спутник министра, если не Магистром Юбером, отцом Аллиты, а, может быть, и самого Овальда? Впрочем, в последнем я сомневалась, не чувствуя тесных родственных связей между стоящими передо мной мужчинами. Магистр Юбер имел что-то общее с Аллитой: тот же нос, разрез глаз и подбородок, но абсолютно не был похож на Овальда. Ничем: ни телосложением, ни чертами лица, ни манерами, хотя о них сложно было сейчас сказать. Ничего общего. Конечно, бывает, что дочь похожа на отца, а сын - на мать, но не до такой же степени.

- Никого нет, - пробурчал маг, послав поисковый импульс. - Здание пусто.

- Очень жаль, - скривил губы министр. - Эллина, вынужден вас огорчить, но вам придется еще некоторое время подождать спасения.

- Не придется, - издевательски захохотал маг. - Кто-то прячется в роще. Ставлю горшок золота против куриного пера, что это его высочество.

Я подавила ругательство, похолодев от ужаса. Юбер получит свое перо, если кто-то захочет поспорить с ним. Деллик, ну какого гхыра ты не делаешь то, что тебя просят?

- Вот и прекрасно, - прошипел Овальд и в мгновение ока притянул меня к себе, крепко обхватывая талию и прижимая к груди спиной.

- Ваше высочество! Прекрасная принцесса нуждается в спасении. Вы, как отважный рыцарь, обязаны освободить ее от злого дракона, иначе о вашей трусости узнают все, включая вашего отца.

Ничего. Ровным счетом ничего. Ни шороха, ни ответа Деллика, ни его появления. Я дернулась, и мне даже не пришлось изображать недовольство, вырываясь из тесных объятий Овальда.

- Стойте смирно, Эллина, - рявкнул министр. - Иначе вы можете пораниться.

Я замерла, ощутив, как что-то кольнуло правый бок. Положение ухудшалось с каждой секундой. Деллик, гхыр тебя раздери, не смей выходить! Если я парализую Овальда, то с Юбером как-нибудь разберусь, в крайности закроюсь щитом и буду убегать в лес.

Деллик не появлялся. Министр сжал меня сильнее.

- Юбер, где он?

- Все там же, в роще, - сообщил колдун. - Его высочество боится и не решается выйти.

- Тогда ему стоит придать храбрости, - усмехнулся Овальд.

Острое лезвие ножа надрезало мне кожу на обнаженном предплечье. Я вскрикнула больше от неожиданности и возмущения, чем от боли, и тут же, понимая, что поступила глупо, заорала:

- Деллик, нет!

Поздно.

- Не трогай ее! - одновременно со мной раздался мальчишеский голос. Ветви могучего дуба зашевелились, и вниз начала спускаться тонкая фигурка.

- Стой! - отчаянно закричала я, чувствуя, как ощущение непоправимого захлестывает меня с головой. Нежелательность использования магии, нож в руках Овальда - больше ничто не имело значения. Министр держал меня так, что я не могла видеть Магистра, но чувствовала потоки. Энергетические потоки, пришедшие в движение.

Я рванулась с такой силой, что Овальд выпустил меня. Может быть, он отвлекся на Деллика, может быть, понадеялся на нож, разрезавший мне платье и правый бок - не знаю и не хочу знать. Главное, что я, оказавшись свободной, немедленно запустила в него парализатором - самым простым и быстровыполняемым заклинанием, выводящим противника из строя и не грозящим задеть меня, и понеслась к стоящему под дубом мальчику. Достаточно добежать вон туда, и тогда щит прикроет нас обоих, и тогда все будет хорошо…

Гхырова юбка. Подлая тряпка спутала мне ноги. Я споткнулась, упала и потеряла драгоценные секунды, вставая.

Мне не хватило именно их. Я бы успела, обязательно успела закрыть Деллика… Но, выпрямляясь, услышала хриплый голос Юбера, произносящего заклинание, и с разрывающимся на части сердцем увидела, как падает на бок ребенок.

- Нет!

Я хотела убить обоих: и Магистра, и Овальда. Убить жестоко, используя весь свой арсенал заклинаний. Сила рвалась из меня наружу, и я огромными усилиями сдерживала ее, боясь разнести к мракобесам и остатки форпоста, и рощу вокруг него. Мне еще пригодится энергозапас - и в первую очередь для Деллика. Он не может умереть, вот так, от заклинания безумного колдуна, лежа на подстилке из мха и травы.

- Деллик!

Я опустилась на колени рядом с ним и чуть не разрыдалась, увидев, как дрожит синяя жилка на виске

- Только держись. Не уходи.

Руки сами собой легли на побледневшие щеки мальчика, подпитывая его.

- Элька.., - прошептал принц, пытаясь открыть веки.

- Тихо! - быстро проговорила я. - Лежи и держись.

- Как мило, - язвительно прокомментировал хриплый голос. - Оказывается, юная дева знает парочку заклинаний… А что ты скажешь на это?

Я выбросила левую руку, выставляя щит. Заклинание, пущенное Юбером, с силой ударилось в него, вспыхнув множеством искр.

- Оч-чень интересно, - протянул колдун. - А вот так?

Я очень старалась не обращать на него внимания. Деллик. Вот что сейчас было наиболее важным, а гхыров колдун мешал мне. Простая подпитка энергией не поможет, требовалось понять, что Юбер сделал с мальчиком. К счастью, я не видела признаков физического воздействия: кровотечения, пены на губах. Значит, скорее всего, это был ментальный удар, с последствиями которого я могу справиться, если хорошенько сосредоточиться. А вот как раз это мне не удавалось.

Еще одно заклинание влетело в щит, практически прогибая его. Левая рука протестующе заныла. Я, прикусив губу, подновила заклятие и вновь попыталась добраться до ускользающего сознания мальчика.

Мне требовалась срочная помощь. Немедленная. Я не могла одновременно и сражаться с Магистром, и вытягивать ребенка. Конечно, можно было попробовать покончить с колдуном, а потом уже заниматься Делликом, но я не решалась. Просто боялась, что принц не выдержит. Он и так почти не дышал, и жилка на виске билась все слабее и слабее, доводя меня почти до паники.

В щит ударилось третье заклинание, вновь выдергивая меня из так необходимого сейчас транса. По воздействию оно отличалось от предыдущих и словно бы впиталось в щит, а после - в мою руку. Я почувствовала, как онемели кончики пальцев, потом холод стал распространяться дальше, к ладони и запястью.

- Как тебе понравилось это? - насмешливо поинтересовался колдун. - Тебе не тягаться со мной, девчонка.

Я из последних сил немеющей рукой удерживала щит, понимая, что пора делать выбор. Или я - и мои дети - или Деллик. Или счастливая жизнь с Аленом, которого тоже, кстати, никто не спасет, если я умру, или мальчик, с которым мы познакомились совсем недавно. Выбор был очевиден. Меня никто бы не обвинил в смерти ребенка, я ничего не могла сделать… Но гхыр все побери, я так не хочу что-то выбирать!

Резким встряхиванием я сбросила щит, вскочила на ноги и с размаху послала в Магистра заклинание страха. Темная магия - не светлая. Закрываться от обеих сразу умеет считанное количество магов. Особенно если не подозревать, что от нее необходимо защищаться…

Мое заклятие сработало. Юбер перестал улыбаться, упал на колени и закрыл руками голову. Я выиграла себе несколько секунд - или минут. Пока он сообразит, что произошло, пока снимет заклинание, или оно распадется само… Хватит ли мне этого времени? И хватит ли этого времени мальчику?

- Деллик!

Я вовремя опустила уже поднятую руку с заклинанием, узнав в склонившемся над телом ребенка Делвера. И тут же вскрикнула от облегчения, увидев рядом с ним Лежека.

- Прикрой меня!

Лежек мгновенно оценил обстановку и не стал задавать вопросов. Точнее, отложил их на неопределенное, но более удачное время. Он встал в классическую стойку боевого мага, раскрывая над нами щит. Я могла больше не беспокоиться о своей безопасности и целиком заняться Делликом.

Пришлось очень невежливо отпихнуть в сторону короля, чтобы устроиться рядом с мальчиком, но, кажется, потрясенный Делвер даже не заметил этого. Я положила пальцы на виски принца и в который раз начала выстраивать мостик между своим сознанием и его.

Левая рука все еще немела, и пальцы плохо повиновались. Тонкая нить, связывающая меня и ребенка, все время рвалась, и ее приходилось вытягивать заново. Только на третий раз, когда я в отчаянии испачкала пальцы в собственной крови, стекающей из раны на предплечье, мне удалось соединиться с сознанием мальчика.

Темнота. Темнота и мрак без единой светлой точки.

- Нет, Деллик, только не это! Не сдавайся, - взмолилась я, не понимая, вслух я говорю или мысленно. И радостно вскрикнула, скорее почувствовав, чем увидев, еле заметное трепыхание в черной глубине.

Дальнейшее становилось делом техники. Опытный маг справился бы с этим гораздо быстрее меня, но и мне удалось осторожно подобраться к теплящемуся огоньку и бережно, как бабочку, подтащить его поближе, одновременно подпитывая, так что в итоге искорка разгорелась пусть в неяркое, но негаснущее пламя.

- Элька, - отчетливо прошептал мальчик, на этот раз сумев раскрыть глаза.

- Все хорошо, - искренне улыбнулась я, целуя его в лоб. - Полежи немного, приди в себя, и пойдем домой. А мне еще нужно кое с кем поговорить…

Я убрала руки и, подняв голову, встретилась с взглядом короля. Паника в нем преобладала, но присутствовали и восхищение, и благодарность, и неверие, и страх… Что же… Когда-нибудь это должно было случиться. Жаль только, что при таких обстоятельствах.

- С ним все будет хорошо, - пообещала я Делверу, вставая на ноги.

Колдун уже успел прийти в себя и теперь, белый от ярости, обстреливал Лежека - и нас за ним - боевыми заклинаниями. Друг, в свою очередь, не пытался прикончить мага, справедливо полагая, что когда-нибудь его энергозапас закончится, и вот тогда разобраться с Магистром будет проще, а сейчас важнее дать мне возможность спасти ребенка. Почему Юбер еще не удрал, честно говоря, не знаю. Вероятнее всего, он не видел угрозы в двух молодых магах. А может быть, просто не хотел сдаваться, предпочитая оставлять последнее слово за собой.

- Давай покончим с ним, - предложила я Лежеку, вставая рядом.

- Как скажешь, - пожал он плечами. - Предупреди, когда мне снять щит.

- Хорошо, - рассмеялась я, краем сознания отмечая, что Делверу этот смех должен показаться жутким.

Странный, зловещий смех ведьмы, а не мелодичное хихиканье юной девушки, только что переступившей порог совершеннолетия. Жаль. Очень жаль. Но я ничего не могу с этим поделать.

- Ты говорил, что мне не тягаться с тобой, Юбер? - холодно поинтересовалась я. - Может быть. А как тебе понравится вот это? Лежек, давай!

От моих рук пошла волна огня. Я постаралась не превысить константу, не хватало еще спалить всю рощу и завершить все грандиозным пожаром. Лежек, конечно, помог бы затушить его, но все равно, это стало бы перебором для еще не закончившегося дня. Достаточно и того, что волна выжгла траву, парочку попавших на ее край кустов и Магистра Юбера, оставив темное пятно на стене форпоста.

- Если там не было привидений, то теперь они вполне могут появиться, - прокомментировал Лежек. - Давай зачарую.

- Что? - не сразу поняла я.

Друг развернул меня к себе лицом и приложил руку к моему окровавленному боку, нашептывая заклинание. - Слушай, я и забыла про это… Там просто царапина, наверное, она и не болит совсем. Не болела…

Вот теперь, когда лихорадка боя спала, я начинала чувствовать свое тело: саднили содранные о траву ладони, ныли раны на предплечье и боку, гудела голова от накатывающей усталости.

- Угу, царапина. В полпяди глубиной. Хорошо, что ты быстро регенерируешь, и она сама затягивается. Кто это вообще был?

- Юбер. Ой! - Я дернулась, потому что Лежек чересчур сильно нажал пальцами на рану.

- Он что, с ума сошел?

- Хороший вопрос, - проговорил Делвер за нашими спинами. - И, как я понимаю, теперь мы не получим на него ответа. Жаль.

- Ваше величество, он едва не убил Деллика, и оставлять в живых разъяренного мага было опасно, - попыталась оправдаться я, абсолютно не чувствуя за собой вины.

- Я понимаю, Эллина. Но мне хотелось бы знать, почему он поднял руку на моего сына. Согласитесь, я имею на это право. А теперь это так и останется тайной. Или вы умеете расспрашивать мертвых?

Я-то могла и это, но не в данном случае, когда от тела осталась лишь тень на стене. И не думаю, что информация об умении обращаться с темной магией добавит светлых пятен к моему образу. От меня не укрылось холодное обращение на "вы".

- Нет, не умею. Но можно расспросить министра Овальда, принимавшего активное участие в нападении на нас.

- Он тоже был здесь? - резко переспросил король.

- Да. Я его оглушила, но, похоже, он успел прийти в себя и удрал. Лежек, ты никого не видел?

- Нет. Правда, я не особенно присматривался.

- Гхыр, - выругался Делвер. - Таллис должен узнать обо всем и немедленно. Эллина, Дэнил, я вынужден попросить вас еще некоторое время присмотреть за Делликом. Не позже чем через полчаса сюда кто-нибудь придет и проводит вас до поляны.

- Ваше величество…

- Эллина, - настойчиво перебил меня король. - Сами вы дорогу не найдете, а меня будете задерживать. На счету каждая секунда.

- Ваше величество, никто никого не будет задерживать. Сейчас мы откроем телепорт, и вы окажетесь на поляне через считанные мгновения. Добраться быстрее просто невозможно.

- Хорошо, - после короткой паузы кивнул Делвер.

- Я пройду через настоящий телепорт?! - дрожащим от слабости и возбуждения голосом вскрикнул Деллик.

Я поспешно повернулась и присела возле него. Мальчик явно приходил в себя. Его щеки еще оставались непривычно бледными, и под глазами синели круги, но ребенок уже старался приподняться на локте, а взгляд его сиял нескрываемым восторгом.

- Да, ваше высочество, - улыбнулась я. - Только ты должен слушаться Дэнила, а то твоя нога может остаться здесь, а сам ты окажешься… Дэнил, слушай, может быть, нам с ним сразу уйти домой? Или к Иллане, или к нему в покои, я высчитаю координаты.

- Нет, - одновременно произнесли Делвер и Лежек.

- Госпожа Эллина, пока я не знаю, что творится в Этере, вы и мой сын шагу не сделаете в направлении города, - мрачно пояснил король. - А там может происходить все, что угодно. Овальд не мог решиться на убийство принца без силовой поддержки за плечами. Поэтому Таллис и должен узнать все как можно быстрее.

Искать поддержки у Лежека я и не пыталась.

- Тогда открывай телепорт, а я пока платье в порядок приведу. Не могу же я выйти к придворным дамам в драной, пыльной и окровавленной одежде? У Илланы сердечный приступ будет.

Деллик зачарованно смотрел, как я быстро накидываю на себя морок. На лице Делвера не читалось ничего, кроме тревоги и нетерпения. Однако у меня не возникало сомнений: нас еще ждет длинный, очень длинный разговор с его величеством…

Лежек открыл телепорт за шатром, так что наше появление не привлекло к себе особого внимания. Общество, судя по взрывам смеха, аплодисментам и ободрительным возгласам, продолжало себя развлекать и в отсутствие монарха. Кто-то отдыхал в тени под деревьями, кто-то лакомился фруктами и пирожными, кто-то просто бесцельно прогуливался или беседовал. Только один человек встрепенулся и быстрым шагом, почти бегом направился к нам.

Аллита. Невероятно взволнованная, с горящими щеками и сочувствием на лице, небрежно отбросившая руку стоявшего рядом с ней Терена. Тот, в свою очередь, последовал за ней, стараясь не отставать.

- Ваше величество, я так волновалась, - затараторила она на бегу, даже не успев приблизиться. - Вас нет и нет, и мне уже стало казаться… О небеса, что с его высочеством?

Аллита замерла, тяжело дыша, и прижала к пылающим щекам ладони.

- Нет-нет, этого не может быть! Я знала, я подозревала, но не верила… Это она!

Дама простерла руку в мою сторону.

- Это все она!

- Госпожа Аллита, я не понимаю, о чем вы? - раздраженно спросил вынужденный остановиться Делвер, несший на руках Деллика.

Король испортил мальчику удовольствие, не дав ему самолично пройти через телепорт, посчитав, что тот еще слишком слаб. Ребенок возражал, но вынужден был подчиниться, а в момент перехода свернулся комочком и прижался к груди отца, видимо, боясь, что ему отрежет торчащую в сторону конечность. В таком виде нас и застала Аллита.

- Нельзя было позволять ей, - дама шагнула еще ближе и ткнула тонким пальчиком с аккуратно подстриженным ноготком мне в грудь, - уходить с несчастным ребенком и бродить по каким-то руинам, таящим в себе опасность.

- Там нет опасности! - вскинулся Деллик, поднимая голову и со злостью глядя на Аллиту.

- Он жив? - потрясенно прошептала она. - Но как… почему?

- Дэнил, будьте добры, отведите Деллика к госпоже Иллане, пусть она присмотрит за ним, - сдержанно попросил король, передавая сына Лежеку. - И срочно найдите Таллиса. А теперь, госпожа Аллита, потрудитесь пояснить, почему вы так удивились тому, что мой сын жив.

На Аллиту было страшно смотреть. Краска сошла с ее щек, губы задрожали, высокомерие куда-то делось, заменившись паническим смущением. Однако дама быстро взяла себя в руки.

- Потому что я была уверена, что должно произойти нечто ужасное, - заявила она. - Мне всегда казалась подозрительной эта особа, - и опять тонкий пальчик ткнулся мне в грудь, царапая кожу. - Не может девица просто так дружить с мальчишкой, играть с ним в солдатиков и таскаться по грязным развалинам!

- Хватит, Аллита, - повысил голос король. - К чему вы ведете?

- К тому, что мальчик, отправившись с ней гулять, выжил чудом! - обличающе выкрикнула Аллита.

Я устала. Устала и сама по себе - тяжелый день давал о себе знать - и от нелепых обвинений сестры министра, который час назад резал меня ножом. И я не выдержала.

- Мальчик действительно выжил чудом, - спокойно проговорила я. - А вот вашему отцу, Аллита, это чудо не помогло.

- Что? - изменившись в лице, прошипела дама.

- От Магистра Юбера осталось только пятно на стене форпоста, - холодно проинформировала я.

Король бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал.

Аллита несколько секунд осмысливала мои слова и вдруг кинулась на меня, норовя вцепиться ногтями в лицо. Терен еле успел оттащить от меня бешено вырывающуюся, яростно орущую мегеру.

- Ведьма! Ты врешь, как врала всегда! Ты обманом вторглась в доверие королю! Ты заняла мое место! Я уже давно стала бы королевой, если бы отец умел хорошо варить зелья!

Внезапно, осознав, что говорит, Аллита замолчала, прижав руку к губам.

- Какие зелья? - жестко спросил Делвер.

Дама молчала, обвиснув в руках Терена и исподтишка оглядываясь по сторонам.

- Какие зелья, Аллита? - еще суровее повторил король.

Наша компания пополнилась вернувшимся Лежеком и командором. Последний, хмуро сдвинув брови, не сводил пристального взгляда с дамы в тесных объятиях Терена.

- Никаких, - робко пролепетала она, очаровательно хлопнув ресницами. - Я просто переволновалась, вот и несу всякую ерунду. Простите меня, пожалуйста, и разрешите уйти. Я что-то нехорошо себя чувствую.

Я видела, что король перевел внимание на Таллиса, очевидно, теряя интерес к Аллите и решив заняться более неотложными делами, и вскипела от негодования. Еще немного - и дама все выложит, особенно если ей немного поспособствовать. А если ее сейчас отпустить, она удерет, и ищи потом следы по всему Картхейну… Как бы ни торопился Делвер, ребята помогут ему в кратчайшие сроки добраться до Этеры телепортом, так что он может подождать минуту-другую. Да и Таллису невредно послушать Аллиту.

- Почему же ерунду, госпожа Аллита? - как могла мягко прощебетала я, и не моя вина, что щебет получился несколько угрожающим. - Я уверена, его величество с интересом узнает, что он принимал в качестве "отвара бодрости".

- Что ты несешь? - сквозь зубы проговорила дама, мгновенно теряя облик почти потерявшей сознание слабой женщины. - Прикуси свой ядовитый язык, ведь…

- Она самая, - благожелательно улыбаясь, подтвердила я, беря под контроль сознание госпожи дар Тиваль. - Рассказывайте, Аллита.

Лежек первым из присутствующих здесь мужчин понял, что происходит. Он неслышно обогнул нашу живописную группу, встал за моей спиной и положил руки на мои запястья, тонкой струйкой подпитывая меня силой. Ни Делвер, ни Таллис не обратили на него внимания, слушая пустой и невыразительный голос Аллиты.

- Мой отец - старый взбдрызг. Мама всегда говорила, что я создана для короны и когда-нибудь стану королевой. Но для этого мне требовалось убрать Иллану. Я пыталась отравить ее, подменив зелье, но что-то пошло не так. Стерва оказалась на редкость живучей…

Делвер издал невнятный звук и с усилием сжал кулаки. Аллита видела это. Она страстно хотела удрать, провалиться сквозь землю, убить меня и закрыть свой рот, но не могла вырваться из-под контроля и продолжала все тем же бесстрастным голосом.

- Тогда я решила отвернуть от нее короля. Дядя Овальд…

На этот раз дернулся Таллис, только огромным усилием воли удерживая себя на месте.

-… хотел свести короля с ума и сам стать правителем Картхейна, но я собиралась стать королевой сама и ни с кем не делиться властью. Я смешала два зелья, и все шло хорошо, и король отвернулся от Илланы, и мило улыбался мне, и уже готов был пасть к моим ногам…

Делвер, белый от злости, шагнул вперед. Его остановила только тяжелая рука Таллиса, легшая ему на плечо. Я чуть отклонилась назад, опираясь спиной на Лежека. Держать под контролем полную сил и сопротивляющуюся даму становилось все труднее.

-… но тут появилась ее дочь, и все пошло наперекосяк. Ведьма быстро подчинила его себе. Я пыталась убрать ее с дороги, выдав замуж за Корнелла, но этот мгмыр не смог справиться с девчонкой. Или опять подкачало зелье, не знаю, мне так и не удалось понять. Пришлось отравить хмрыня, он слишком много знал. Яд, подсыпанный в его ужин, сработал превосходно. Баронет умер в мучениях.

Аллита злорадно рассмеялась. Я почувствовала, что контроль начинает ускользать от меня, и усилила нажим. Лежек сильнее сжал мне руки.

- Почему Овальд хотел убить моего сына? - звенящим от ярости голосом спросил Делвер.

- Убирал престолонаследника, - безразлично ответила дама. - Я была против, потому что хотела править сама, и он пока не представлял помехи. Но Овальд хотел вывести короля из равновесия смертью сына и объявить его недееспособным. Преданные ему комтуры отрядов паладинов помогли бы закрепиться на троне. Отец встал на его сторону и согласился помочь…А теперь… теперь все пропало!

- Достаточно, - жестко проговорил Лежек. - Элька, отпусти ее. Ты сейчас рухнешь.

Я и сама чувствовала, что безумно устала после стычки с колдуном, вытягивания Деллика, а теперь и контроля Аллиты.

- Отпустите, Эллина, - ровно произнес Делвер.

Я разорвала связь. Аллита вздрогнула, безумным взором обвела стоящих вокруг нее людей: короля, Таллиса, Лежека, меня… Испустив страшный пронзительный крик, она выхватила что-то из-за корсажа и бросила это в рот. Терен не успел ничего сделать, мы тем более. Аллита, бьющаяся в конвульсиях, рухнула на землю. У нее закатились глаза, изо рта пошла пена, скрюченные пальцы в агонии скребли траву. Вероятно, ей можно было как-то помочь. Но мы не знали, что за яд она приняла, не имели при себе противоядия, да и, честно говоря, не имели ни малейшего желания это делать.

- Нам нужно поторопиться, - бросил Делвер, отворачиваясь от умирающей Аллиты. - Дэнил, Камен, я не имею права требовать от вас помощи, но…

- Никаких проблем, ваше величество, - немедленно отозвался Терен. Лежек не стал торопиться.

- Элька, ты как?

Я осторожно отлепилась от него и, пошатываясь, сделала пару шагов.

- Нормально. Разберитесь с Овальдом, чтобы мы с Делликом смогли спокойно вернуться домой. Аленар за мной присмотрит.

- Хорошо, - кивнул Лежек. - Ваше величество, где нужно открыть телепорт?

- Около казарм, - подсказал Таллис. - Вы тренировались там. Одну минуту, я отдам распоряжения рыцарям. Сколько человек мы сможем переправить?

Оставив командора и магов обсуждать детали, Делвер подошел ко мне.

- Вы знали обо всем заранее, Эллина?

- Не совсем, - устало призналась я. - Что-то мы узнали, что-то додумали, что-то открылось только сейчас…

- Хотелось бы мне знать, почему недавно приехавшие в страну молодые люди знают больше, чем моя собственная служба безопасности.., - мрачно проговорил король. - Отдохни, девочка. Ты уже сделала все, что могла. Теперь своими делами я займусь сам.

Он легко поцеловал меня в лоб и ушел к Лежеку и Терену. Вскоре засветился голубой прямоугольник телепорта, в котором по очереди исчезали Таллис, его рыцари, Делвер и сами маги. Я устало потерла ноющее предплечье и побрела в сторону стула под каштаном, на котором так недавно, но, кажется, целую эпоху назад, сидела. Тело Аллиты осталось лежать на траве. Пусть им займется кто-нибудь из рыцарей. Я буду отдыхать, как повелел мне его величество.

Глава 31.

- Элька!

Меня настойчиво дернули за юбку.

- Элька, да проснись же!

Я неохотно открыла глаза и наткнулась взглядом на Иллану. Она смотрела на меня с непередаваемой смесью восхищения, потрясения, благоговения и страха.

- Элька, это была магия? - нетерпеливо продолжал тормошить меня Деллик.

Я мысленно вздохнула. Кажется, мне сейчас предстоит полноценный допрос. При том почти священном трепете, с которым мальчик раньше говорил о магах, увиденное возле форпоста должно потрясти его до глубины души. Очень похоже, что теперь он вытрясет из меня мою собственную душу.

Где-то в сознании промелькнул вариант изменения памяти - и немедленно скрылся. Может быть, Деллику и стоило бы немного откорректировать воспоминания, но я не буду этого делать. Не только потому, что на сегодня уже хватит контроля над личностями, хотя данный аспект тоже немаловажен. Когда-нибудь Деллик станет королем Делвером Шестым, и лучше бы ему хорошо представлять, на что способна магия, как темная, так и светлая. Его отец старался игнорировать ее существование и в результате попал в весьма неприятную историю. Будь при дворе хороший преданный маг, все завершилось бы намного раньше и с меньшими жертвами. А сейчас… Сейчас сложно сказать, чем и когда закончится попытка переворота. Будем надеяться, что это именно попытка.

Я повернулась к мальчику и таинственно прошептала:

- Да.

- А почему ты раньше не говорила, что умеешь колдовать? - немедленно поинтересовался ребенок.

- Потому что это страшная тайна, которую нельзя раскрывать, - тем же тоном прошептала я ему на ухо. - И ты должен дать мне слово, что никому и никогда не расскажешь ее.

Деллик виновато понурил голову, бросая быстрый взгляд на Иллану.

- Я… уже.

- Иллане можно, - поспешила успокоить я. - Но больше никому не говори. Даже отцу. Впрочем, он и так уже знает.

Глаза Деллика загорелись уверенностью. Он выпрямился, с очень серьезным видом положил правую руку на сердце и торжественно произнес:

- Я, Делвер Шестой, будущий король Картхейна, клянусь, что никогда и никому не расскажу о магии, которой владеет Эллина дар Каэрстан, моя подруга, спасшая мне жизнь.

Мимолетно я подумала, что клятва недействительна, поскольку относится не ко мне, а к мифической Эллине дар Каэрстан. С другой стороны, так меня зовут в Картхейне, иной дамы с таким же именем не существует. Да и какая, в сущности, разница, кому дана клятва, если главное, чтобы Деллик не болтал о случившемся направо и налево.

- Спасибо, - так же официально поблагодарила я осознающего важность момента ребенка. Торжественность тут же слетела с него, он сел на траву, уцепился за мою руку и с мольбой прошептал:

- А ты поколдуешь для меня еще немного? Пожалуйста!

- Обязательно, - улыбнулась я. - Только не сейчас, хорошо? Здесь слишком много людей.

Обнадеженный мальчик оглянулся и уныло кивнул, увидев приближающийся к нам королевский серпентарий практически в полном составе. Очевидно, конкурсы закончились. Победившую в них Виллару, лучившуюся счастьем, увенчали расшитой золотом лентой. На лицах остальных дам отчетливо читались наигранная радость за подругу и тщательно скрываемая зависть.

Тессе, идущей в хвосте ослепительного цветника, с трудом удавалось прятать огорчение и обиду. Гхыр, надеюсь, девочка обижается на проигрыш, а не вбила себе в голову увлечение Лежеком, который так бесцеремонно оставил ее в одиночестве? Скоро мы уедем отсюда и неизвестно, вернемся ли. Лежек, во всяком случае. Я-то, может быть, и приеду навестить Иллану…

Неожиданно пришедшая в голову мысль ударила ослепительной молнией: а ведь нам нельзя оставаться в Картхейне! Как минимум из Этеры надо уезжать, и как можно быстрее. Мы с Лежеком так тряхнули магическое поле, а ребята сейчас неминуемо добавят еще, что всплески можно будет уловить и в Аррендаре. А поскольку всем известно, что в Этере темных магов нет, ибо Делвер Пятый относится к ним не самым лучшим образом, то…

Гхыр все побери, как нехорошо-то получается… Нет, я не жалею, Юбера необходимо было убивать, а Деллика спасать, но проблема встречи с Амарантой вновь требует решения. Временно скрыться? Уехать на пару недель и вернуться к праздникам, надеясь, что нас не будут ждать в Этере? Поехать в Гелессию? На дворе середина жнивня, Амаранта и ее королева уже должны бы спуститься с гор, и, возможно, я успею нанести им визит до отбытия в Картхейн? При этом не попасть в лапы наблюдателей Мораввена и Нааль, которые меня там ждут. Или уже не ждут?

Я настолько погрузилась в невеселые размышления, что не сразу расслышала обращенный ко мне вопрос Виллары:

- Эллина, дорогая, с вами все хорошо? Вы такая бледная…

- А все потому, что юной девушке стоило бы посвящать свое свободное время активной деятельности, а не вялому отдыху под деревом. Очень жаль, девочка, что вы не приняли участие в наших соревнованиях, - наставительно сделала выговор Арвис. - Бег, азарт и общение с мужчинами пошло бы вам на пользу.

- Прекрати, Арвис, - презрительно бросила Инис. - Разве ты не видишь, что после бала госпожа Эллина предпочитает общество мальчиков, а не зрелых мужчин. Или своих братьев… Я уже, кажется, говорила, они весьма привлекательны, редкая девушка устоит перед ними. Не правда ли, Тесса?

Застигнутая врасплох бедная девушка вздрогнула и пролепетала свое полное и абсолютное согласие с мнением высокопоставленной подруги, похоже, не понимая, о чем идет речь.

- Вы совершенно правы, госпожа Инис, - кивнула я, вставая. - Мои братья - привлекательные мужчины. Хотя странно, что вы заметили это. Мало кто из женщин будет обращать свое благосклонное внимание на юношей, годящихся им в сыновья.

Щеки Инис покрылись багровыми пятнами. Она сжала губы в тонкую линию, резко развернулась, взмахнув широкой юбкой, и удалилась. За ней последовали остальные дамы. Кое-кто из них пыхтел от возмущения и гневно сверкал глазами, однако большинство прикрывало рты веерами, пряча смех.

- Неплохо, - усмехнулась Иллана. - Элька, ты достойно вписалась в элитный серпентарий.

- Только вот, боюсь, мне не удастся задержаться в нем, - помрачнела я.

- Это связано с Делликом? - предположила дама, инстинктивно придвигая мальчика к себе. - Элька, я так и не поняла, что произошло. Только то, что на вас кто-то напал и ты вынуждена была использовать магию.

- Потом, - остановила я ее. - Не здесь и не сейчас, ладно?

- Хорошо, потом, - неохотно согласилась Иллана. - Но сказать, где Делвер, Таллис и большая часть рыцарей, ты можешь?

Я замялась, растерянно прикусив губу. Не совсем тот разговор, который хотелось бы сейчас начинать. И что я могу рассказать чересчур проницательной Иллане, если сама не знаю, где сейчас король?

- В Этере, - подсказал подошедший к нам Аленар и обнял меня за плечи. - Лана, больше ни она, ни я не знаем.

- Хорошо, - помолчав, кивнула Иллана. - Вы ничего не знаете. Но насколько сильно мне нужно волноваться?

- Волноваться не нужно совсем, - заметил вампир. - Это вредно вам обеим. А Делвер под надежной охраной Таллиса и ребят, поэтому с ним…

Аленара перебил истошный, пронзительный женский вопль. Иллана непроизвольно вздрогнула, и в глазах ее появился панический ужас, смешанный с неверием и отчаянием.

- Стой.

Аленар крепко взял сестру за плечи и развернул лицом к себе.

- Все в порядке. Ты слышишь меня?

- Но там.., - прошептала Иллана, невразумительно качнув головой, - так кричат только при смерти...

- Делвер в Этере, ты слышала меня? - резко проговорил Аленар. - Там нашли тело Аллиты.

- Аллиты? - непонимающе переспросила его сестра и тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. - Аллиты? Гхыр ее побери!

- Уже побрал, - пробормотала я в спину Иллане, подобравшей юбку и устремившейся к шатру, где не переставала вопить придворная дама. И она была не единственной, кто торопился в ту же сторону. Какого шетта? Ведь кто-то должен был оттащить тело хотя бы в близрастущие кусты?

- Его и убрали, - бросил Аленар. - Но, похоже, плохо спрятали. Или кому-то повезло его найти. Деллик, стой!

Подхватив собственную юбку, я рванулась вслед за лучащимся возбуждением и любопытством мальчиком. Аленар успел первым и в последний момент ухватил за плечо принца, готового пробраться сквозь плотно стоящую толпу к зарослям орешника, в которых, как предполагалось, и должны были спрятать тело. Воздух дрожал и вибрировал от горестных всхлипов, невнятных междометий и отчетливых причитаний. Трава и кусты едва не дымились от злорадных торжествующих взглядов. Некоторые дамы сочли своим долгом упасть в обморок, предварительно, впрочем, проверив, что их будет кому поддержать. Особенно тяжело (в прямом смысле слова) приходилось кавалеру Парсонсу, который, пошатываясь, мужественно принял на себя вес пышной дамы, совсем недавно бывшей партнершей Аленара на конкурсах.

Я благоразумно не рвалась в первые ряды громко сочувствующих и тихо злорадствующих придворных, придерживая рядом с собой Деллика.

- Элька, - недовольно пыхтел он. - Отпусти меня! Я тоже хочу посмотреть на труп.

Близстоящая дама, услышав последние слова, вскрикнула и, всплеснув руками, картинно повалилась на Аленара. Находившийся неподалеку барон Ольгерд, отстраненно глядя на тяжело вздымавшуюся грудь дамы, задумался вслух:

- А почему труп? Отчего умерла госпожа Аллита?

Резонный вопрос вызвал новую волну вздохов, плача и высказываемых версий: от внезапного удара до отравления или укуса кого-то ядовитого. В удар никто не поверил: Аллита не производила впечатления человека, подверженного волнению. В яд - тоже, хотя и условно, иначе пришлось бы признать, что среди собравшихся на поляне представителей высшего света Картхейна скрывается отравитель, а это не укладывалось ни в какие рамки.

Оставался укус. И, когда сия идея плотно утвердилась в умах общественности, показная скорбь и искреннее любопытство сменились паникой. Драматично упавшие в обморок дамы мгновенно пришли в себя и постарались найти убежище на руках мужчин, которые поддерживали их. Кавалер Парсонс не выдержал веса прыгнувшей на него пышной красавицы и бесславно рухнул на траву. Это, казалось бы, обыденное происшествие довело всеобщую истерику и панику до апогея. Почему-то окружающие кавалера Парсонса дамы посчитали, что несчастный подвергся укусу зловредной твари и вот-вот скончается в страшных муках.

Бедняге на самом деле грозила безвременная смерть, но не от змеиного яда, а от удушения массивными выпуклостями, плотно закрывающими ему нос и рот. Молодой человек издавал придушенные мольбы и судорожно подергивал конечностями, пышная дама цеплялась за свою жертву, наиболее сознательные мужчины пытались оторвать ее и поставить на ноги, дамы ужасались, закатывали глаза, воздевали руки к небу и упоенно вопили.

Мы смотрели на весь этот хаос с безопасного расстояния. Аленар, как только рухнувшая на него дама начала подавать признаки жизни, передал ее барону Ольгерду и, невзирая на протесты Деллика, отвел нас подальше.

- Плохо, - не обращаясь ни к кому определенному, обронил вампир.

- Парсонса раздавили? - вскрикнула Иллана. Наконец-то поднятая пышная дама навзрыд рыдала и как-то съежилась под напором возмущенной мамаши кавалера. Сердобольная Тесса подносила к носу неподвижного лежащего юноши пузырек с нюхательными солями.

- Нет, он сейчас придет в себя, - хмуро сообщил Аленар. - Хуже другое. Сейчас вся эта орава придет к выводу, что надо спасаться, бросать все и срочно возвращаться в Этеру.

- А там… - Иллана не закончила предложения, встревоженно глядя то на брата, то на начинающую поспешно расходиться толпу.

- А там неизвестно что, - мягко ответил ее брат. - Лана, поверь, я действительно не знаю. Может быть, там кровопролитные бои… Стоп, дай мне договорить. А может быть, тишина и покой. Не волнуйся за Делвера, слышишь? Проблемы, если они и возникнут, то у Таллиса, и то в одном-единственном случае: если Овальд окончательно сойдет с ума.

Иллана неохотно кивнула, продолжая прижимать руку к губам, но из ее взгляда не исчезло выражение страха и тревоги. Из перевозбужденной толпы донесся крик:

- А где король? Где его величество? О небеса, он тоже погиб во цвете лет! Я не хочу больше находиться здесь! Забери меня отсюда! Я не хочу умирать!

Паника и кавардак поднялись на новый, доселе недостижимый уровень. Теперь одна часть высшего света Картхейна металась по поляне в поисках монарха, вторая - закатывала глаза и заламывала руки, а третья - сбилась в обеспокоенную группу. Именно она через какое-то время высказала разумное предположение, что король удалился по каким-то своим срочным делам в Этеру, не успев предупредить. Возможно, тоже не захотел рисковать быть укушенным, и, следовательно, остальным тоже следует возвращаться в столицу.

- Все, - морщась, заключил Аленар. - Через десять минут на поляне останется только суетящаяся обслуга.

- Их никто не будет останавливать? - озабоченно спросила я, немедленно представив, как группа возбужденных разряженных дам въезжает на залитые кровью улицы Этеры, в самом худшем случае, конечно.

- Кто? - хмыкнул Аленар. - Я, по крайней мере, не собираюсь. Это не моя проблема, а Делвера, пусть он и перехватывает свой двор на границе города, если это необходимо. Моя задача - охранять вас. И вы, ваше высочество, - сурово обратился он к Деллику, - смирно поедете за мной, не выдвигаясь вперед. Иначе я попрошу дочь, и она превратит вас в деревянную куклу.

Судя по лицу Деллика, он был бы не прочь попробовать на себе магию, но перспектива стать бессловесным чурбаном его явно не прельстила. Мальчик серьезно кивнул и с затаенной надеждой спросил:

- А мы прямо сейчас поедем?

- Да. Только вот подождем, пока схлынет основная масса торопящихся уехать. Элька, ты брала с собой арбалет?

- Да.

- Хорошо. Тогда ты прикрываешь правую сторону, а я левую. Впрочем, не думаю, что нам потребуется защищаться. Не от кого.

Аленар оказался прав. Мы беспрепятственно доехали до Этеры в хвосте растянувшейся кавалькады. Никто не выскакивал на тракт, никто не прятался в придорожных зарослях (я на всякий случай периодически запускала поисковый импульс), никто не поджидал у городских ворот. Столица встретила вернувшихся придворных обычной мирной суетой: играющими детьми, занятыми делами хозяйками, торопящимися посыльными и греющимися на солнце стариками.

Ничто не намекало на любые возможные трагедии и кровавые события. Иллана слегка расслабилась и без особого волнения приняла слова Аленара:

- Я поеду во дворец. Ждите меня здесь, никуда не выходите и никого не впускайте. Я вернусь, как только что-то выясню.

- Хорошо, - кивнула она. - Деллик, идем, у нас есть твои любимые пирожные. Элька, может быть, ты хочешь что-то более существенное?

- Хочу, - с энтузиазмом отозвалась я, проинспектировав желания своего организма. - Только сначала переоденусь.

С платья вот-вот должен был слететь морок, и заново ставить его мне не хотелось, как, впрочем, и показывать Иллане, во что превратилась одежда.

- Конечно, - согласилась дама. - И тебе, мальчик, не мешало бы умыться. Не торопись, Элька, мы тебя подождем.

Все-таки в движениях Илланы сквозила нервозность. Пока не вернется Аленар - а еще лучше, вместе с Делвером - она так и будет волноваться, и, боюсь, с каждой минутой еще больше. Я поднималась по лестнице, размышляя, сколько времени нам ждать. Не меньше получаса, а то и больше. Пока он доберется, пока сориентируется в обстановке, и хорошо, если не ввяжется в бой…

Успокоительными травками напоить Иллану, что ли? Только вот не помню я, что можно пить беременным, а что - нет… И спросить не у кого. Не Травника же вызывать? Потом придется чистить ему память, одна я с этим сейчас не справлюсь, а ребят поблизости нет. Придется нам обеим сдерживать тревогу, не желающую униматься даже в мирном спокойствии пустого коридора и тихих комнат без признаков жизни.

В доме никого не оказалось: ни служанок, ни поварихи, ни дворецкого. Конечно, мы вернулись раньше, чем ожидалось, и они могли воспользоваться случаем и прекрасной погодой, отправившись погулять, но мне не понравилась безжизненная тишина, царившая вокруг. Она только усиливала беспокойство, острой иглой впиваясь в сердце, а рядом царапалось еще что-то непонятное, но от этого не менее тревожащее. Что-то странное, скользнувшее по краю сознания и оставившее там неотчетливую тень. И что-то важное, раз уж эта тень не рассосалась в небытии, а продолжала беспокоить меня.

Шеттовски неудобная шнуровка на спине никак не поддавалась. Я пробовала дотянуться и так, и так и, в конце концов, выругавшись, разрезала лиф платья ножом. Гхыр с ним. Все равно восстановлению оно уже не подлежало, так что и жалеть нечего. Сдирая с себя остатки грязной тряпки, я соображала - есть ли в моем гардеробе что-нибудь, не требующее для одевания помощи служанки, или проще поискать старую рубашку и штаны? И влезу ли я в них, ведь дети внутри меня росли, и плоским живот уже никак нельзя было назвать.

Из приоткрытой дверцы шкафа пахнуло лавандой, любимым запахом Илланы. Я замерла, так и не распахнув ее до конца. Вот оно. Запах. Еле уловимый, но, несомненно, присутствующий, приторный и тяжелый. Запах, который я почувствовала, проходя к широкой лестнице на второй этаж. Запах, которого там не должно было быть - никто в доме не пользовался такими духами.

Скорее инстинктивно, чем сознательно, я произнесла заклинание подслушивающих чар, распространив их на весь дом, и вздрогнула, услышав пропитанный болью и страхом голос Илланы.

- Я все выпью, но, во имя всех стихий, скажи мне, почему?

- Потому что ты - копия твоей матери, - с презрением выплюнул незнакомый женский голос. - С каждым годом ты все больше и больше походила на нее, и каждый раз, как я смотрела на тебя, я видела ее. Менор трясся над тобой, как над бесценным сокровищем. Как же! Единственная дочь его любимой сестры, кровиночка, солнышко и свет в окошке А я, я должна была сюсюкать и притворяться, что ты моя сладкая девочка. Моя, ты понимаешь, моя! Змеиное отродье! Я с большим удовольствием отправила бы тебя к крысам, а мне приходилось целовать тебя в лобик на ночь.

Дама нехорошо рассмеялась. Я уже натягивала на себя первое попавшееся платье, выбегая из комнаты и буквально слетая вниз. А презрительный голос все продолжал:

- Этот мгмыр не знал, что представляет собой его сестренка - прелестное создание с золотистыми волосами и зелеными глазами. Это воздушное существо путалось со всеми мужчинами, которые попадались ей на пути. Она приманивала их к себе злыми чарами. Ни один из них, после того, как бросал на нее хотя бы единственный короткий взгляд, больше не смотрел на меня. Ни один, ты слышишь? Она не смогла даже назвать имя твоего отца. И ты, Лана, такая же, как твоя мать - лживая мраста, не знающая, что такое стыд и мораль. Осселд никак не мог быть отцом… Как ты назвала свою дочь? Эллина?

- Эллина не…

- Не ври мне, нарга! - рявкнула госпожа Стелла, я уже не сомневалась в том, что это бывшая родственница Илланы нанесла нам неожиданный визит. И, помня о ее, мягко говоря, нехорошем характере, не стоило врываться в комнату, не изучив предварительно обстановку. - Все знают, что эта девка - твое отродье! И Осселд не мог зачать ее, уж об этом я позаботилась.

- Что ты хочешь сказать? - дрожащим голосом проговорила Иллана.

- Ты так ничего и не поняла? - визгливо расхохоталась дама. - Я лично подобрала тебе мужа, и Осселд не возражал! Он с радостью взял и тебя, и твое приданое. И я сама налила ему зелье, гарантирующее, что у него никогда не будет детей, выдав его за средство для мужской силы. Сила-то у него окрепла и увеличилась, ты не сможешь отрицать это, а вот семя стало ядовитым. И Менор выдал тебя за барона, радуясь, что хоть кто-то согласился взять в жены незаконнорожденную дочь краццы. Как я смеялась в день твоей свадьбы.

Я заставила себя затормозить на пороге. Иллану было видно просто прекрасно. Она, бледная как смерть, одной рукой сжимала спинку стула, а второй - бутылочку зеленого стекла. Что-то подсказывало мне, что там не сок и не родниковая вода. Похоже, именно от маменьки госпожа Аллита почерпнула свою любовь к ядам. Но саму госпожу Стеллу я не видела, хотя голос ее доносился именно отсюда. Пришлось осторожно заглянуть в дверной проем.

Плохо. Очень плохо. Очень-очень плохо. Стелла стояла так, что я не могла попасть в нее заклинанием прямо с порога, требовалось зайти в комнату хотя бы на пару шагов. Но еще хуже было то, что она прижимала к себе Деллика одной рукой, второй приставив нож к его горлу. Мальчик замер в неудобной позе, и, кажется, боялся даже дышать.

Вживую, а не на портрете, дама еще сильнее напоминала своего… брата? Так, кажется, говорила Аллита? Любовь к холодному оружию - еще одна родовая черта семейства дар Тиваль, или как там их, гхыр побери, зовут? Едва затянувшаяся рана на боку, нанесенная мне Овальдом, не давала забыть о себе.

- Но ты как-то умудрилась родить, - протянула Стелла. - Кто это был? Конюх? Или повар? Заезжий тролль? И что ты предложила виконту, чтобы он согласился признать своей твое отродье?

- У нас гости, Иллана? - невинно поинтересовалась я, заходя внутрь и бросая быстрый взгляд на Деллика. Если она сейчас дернется… Если мальчик пострадает… Гхыр, я все равно вытащу его, но придется использовать стазис, и мне плевать, сколько сил вытянет у меня это заклинание.

Деллик радостно шевельнулся. Я напряглась, Стелла вздрогнула, лезвие ножа нажало на тонкую кожу сильнее, практически прорезая ее… Мой облегченный выдох замаскировался за не наигранно-испуганным вскриком. Я незаметно встряхнула рукой, убирая подготовленное заклинание стазиса. Обошлось. Кровь не появилась. Мальчик не пострадал, и с ним ничего больше не произойдет. Разве что ему придется пережить несколько неприятных минут, но он, скорее всего, придет от этого в бурный восторг, в отличие от схватившей его твари. Пальцы сами сложились в затверженную фигуру.

- Стой на месте, или я…

Парализатор прервал злобное шипение мегеры.

- Элька?! - испуганно позвала меня Иллана.

- Все хорошо, - бросила я, кидаясь к неподвижно стоящим фигурам. - Они просто парализованы. Не навсегда, на время.

Глаза Стеллы полыхнули яростным огнем. Я максимально аккуратно вытаскивала нож из ее стиснутых пальцев, чтобы не задеть Деллика. Во мне все переворачивалось при виде лезвия, прижатого к худенькой шее, и темная сила внутри поднималась на поверхность, выплескиваясь в жестоком язвительном тоне:

- И это самое легкое заклинание из моего арсенала. Видите ли, госпожа Стелла, я не дочь Илланы, она не владеет магией, в отличие от меня. И могу сделать так, что вы не просто замрете на месте, молча слушая меня. У вас остановятся легкие, вы не сможете сделать вдоха и через пять минут останетесь стоять безжизненной статуей. А могу.., - я отшвырнула наконец-то вытащенный нож, - сделать так, что вы выпьете то, что так настойчиво предлагали Иллане.

- Ты н псмеешь, - с трудом выдавила она еле ворочающимся языком. Очевидно, заклинание прекращало свое действие. Через две-три минуты Стелла и Деллик смогут двигаться.

- Еще как посмею, - усмехнулась я, немного отступая, чтобы получить место для маневров, а не стоять вплотную к застывшей паре. - И меня значительно больше привлекает второй вариант. Так сказать, отплатить той же монетой.

- Нет, Элька, - подала голос Иллана. - Нет. Ее судьбу должен решать Делвер, а не ты. Не бери на себя такой груз.

Я неохотно вынуждена была признать: она права. В том смысле, что король сам хотел бы разобраться с тварью, угрожавшей его сыну и будущей матери его ребенка, и не стоит отбирать у него возможность отомстить.

- Хорошо. Деллик, как только почувствуешь, что можешь двигаться, беги к Иллане, договорились?

Ребенок чуть заметно кивнул. По телу Стеллы пробежала дрожь, она попыталась дернуться, но остатки заклятия все еще надежно сдерживали ее. Я быстро соображала, как поступить дальше. Мне нужно две секунды, чтобы успел убежать Деллик, и тогда можно бить заклинанием. Только вот не факт, что дама в это время будет стоять спокойно и ждать нового парализатора. Подобрать и приставить нож к Стелле? Не выйдет, мне нужна правая рука для магии, а левая все еще немеет после драки с Юбером, на нее лучше не рассчитывать. Остается действовать по обстоятельствам и надеяться, что Деллик не станет строить из себя героя.

Я сложила пальцы, внимательно наблюдая за Стеллой, чтобы не пропустить момент, когда заклинание перестанет действовать.

- Ты пжалеешь, - пригрозила она уже почти внятно. - Н знаю, ткуда ты взялась, крацца, но мой муж дстанет тебя и на тм свете.

- Конечно, лучше на том, - весело проговорил Деллик. - Один маг сегодня уже не пережил встречи со Элькой на этом свете.

- Кто? - страшно прошипела дама. - Кто это был?

Я не успела остановить мальчика. Деллик с готовностью поделился информацией, выставлявшей меня в таком хорошем свете перед злой и нехорошей теткой.

- Магистр Юбер, очень сильный маг.

"Гхыр!" - только и успела мысленно простонать я. Разумеется, именно в этот момент заклинание полностью распалось. Время потекло медленнее, разбивая реальность на статичные картинки.

Раз - Стелла издает звериный рык и бросается вперед. Два - я уклоняюсь, ловлю Деллика, получившего толчок в спину, и рывком отправляю его за себя. Три - выпрямляюсь и перехватываю руки Стеллы, норовящие выцарапать мне глаза согнутыми страшными когтями. Четыре - с усилием отвожу их от своего лица и отшатываюсь, чтобы меня не снесло летящим на меня телом. Пять - с грохотом падает стул за моей спиной.

Какое счастье, что Ален в свое время тренировал нас не только в магии! Как хорошо, что он заставлял нас - и, главное, меня! - заниматься фехтованием. Против опытного рыцаря с двуручником я не выстояла бы и тридцати секунд, против рядового бойца с обычным мечом продержалась бы подольше, но светская дама, пусть и превратившаяся в берсерка, не такой уж и серьезный противник для боевого мага. У меня хватило сил не только не дать Стелле вцепиться мне в глаза и горло, но и после недолгой схватки повалить ее, перевернув при этом всего лишь один стул и хрупкий изящный столик.

- Kreeaann!

Время вернулось в свои берега. Стелла в нелепой изломанной позе застыла на полу гостиной. Я резко выдохнула, прикидывая, не стоит ли усилить заклинание, и пришла к выводу, что нет, иначе я на самом деле перекрою ей доступ воздуха в легкие. Темная сила, бушующая во мне, неохотно согласилась с этим решением и отступила, замещаясь тяжелой усталостью.

- Деллик, следи за ней. Если заметишь малейшее шевеление, сразу говори мне, я возобновлю заклинание.

- Хорошо, - кивнул мальчик. - Элька, у тебя кровь.

- Где?

- На боку.

- А… - Я приподняла руку и осмотрела расплывающееся багровое пятно. - Ничего страшного, это просто царапина. Потом переоденусь. Не хочу опять оставлять вас наедине с этой…

- Она уже была здесь, когда мы пришли, - надломанным голосом заговорила Иллана. - И ждала нас. Деллик забежал первым. Я ничего не подозревала, заходя в комнату, а она уже держала нож у его горла и приказывала мне взять это…

Дама с отвращением посмотрела на бутылочку, которую все еще сжимала в руке.

- Только не бросай, - торопливо предупредила я. - Терен посмотрит, что в ней.

Иллана с выражением предельной гадливости дрожащей рукой осторожно отставила бутылочку на край стола, максимально далеко от себя. Я со все возрастающим беспокойством следила за ее нервными движениями. Хотелось бы ошибиться, но, кажется, она скоро сорвется в истерику или впадет в ступор, и неизвестно, что из этого лучше…

- Деллик, беги на кухню и принеси воды. Быстро!

- А эта… крацца? - показал мальчик на Стеллу.

- Я посмотрю за ней. Быстрее!

- Элька, я даже не знала, что она так ненавидит меня… И не знала, почему… И до сих пор не могу этого понять… И это она лишила меня детей, ты слышишь, это все она!

Иллана рухнула на пол и разрыдалась, обхватив колени руками. Я кинула еще одно заклинание парализатора в Стеллу - гхыр с ним, некогда мне сейчас за ней наблюдать - и бросилась к бьющейся в истерике даме, падая рядом и обнимая ее за плечи. Пусть выплачется. Пусть выплеснет все страхи: за Делвера, Деллика, себя и нерожденного малыша, избавится от ненависти к мачехе и бывшему мужу, испортившим ей жизнь, чтобы потом забыть все это, как страшный сон.

Деллик сунул мне в руку стакан с водой. Я подождала, пока рыдания чуть стихнут, и буквально силой заставила Иллану выпить ее.

- Ты понимаешь, Элька? - дрожащим голосом проговорила она, отдавая пустой стакан. - Ты понимаешь, что это значит?

- Да.

- На мне нет проклятия, - прошептала она, явно не слыша меня. - Нет! Это не я!

- Да. - Я еще сильнее обняла ее, передавая уверенность в будущем счастье.

- И я могу…

Она замолчала на полуслове, словно боясь высказать то, что вертелось на ее языке, словно опасаясь, что, если ее надежду озвучить, она никогда не сбудется.

- Да, - улыбнулась я. - Да, Иллана.

Хлопнула входная дверь. Я подняла голову, напрягаясь, но тут же расслабилась. Вернулись мужчины: внешне спокойный Аленар, усталый Лежек с перевязанным плечом, взбудораженный Терен, хмурый Таллис и его величество Делвер Пятый, выслушивающий своего перевозбужденного сына. Королю хватило ровно двух фраз, чтобы оценить обстановку и негромко отдать распоряжения командору. Очень скоро два дюжих рыцаря поднимали с пола все еще парализованную Стеллу и, негромко ругаясь себе под нос, выносили ее из дома. Я тихо надеялась, что на этом мое знакомство с мачехой Илланы завершилось. Впрочем, оно, по-хорошему, так и не начиналось. Нельзя же назвать знакомством несколько злых фраз и драку? И официально нас так никто и не представил друг другу.

Я сжала губы, чувствуя, что готовый вырваться смех может перерасти в истерику не хуже, чем у Илланы. Все-таки у меня сегодня был день не из лучших, и накопившаяся усталость давала о себе знать.

- Как ты, девочка? - присел рядом король.

- Все хорошо, - смогла выговорить я.

- Вставай. - Он осторожно убрал мои руки с плеч Илланы, обнимая ее сам. - Тебе надо отдохнуть. А утром, если не возражаешь, я хотел бы поговорить с тобой.

- Да, - согласилась я, только сейчас почувствовав, как затекли ноги, и неловко поднялась на ноги. - Нам нужно поговорить. А уже все кончилось?

- Все кончилось. - Делвер встал вместе с отчаянно цепляющейся за него и не желающей отпускать Илланой. - Я не могу передать, насколько благодарен вам всем. Но мы поговорим обо всем завтра, хорошо?

Я не могла спорить с монархом. Да, честно говоря, и не хотела, понимая, что ребята расскажут мне все и во всех подробностях. Я кивнула и проводила до дверей короля, так и не спустившего Иллану с рук. Распрощалась с нежелающим уходить Делликом, который жаждал поделиться со мной своим ощущениями от парализатора, пообещав обязательно заглянуть к нему завтра после разговора с его отцом. Посмотрела на рану Лежека, убедилась, что опасности она не представляет и Терен ее хорошо заговорил. Показала им собственный порез на боку, подверглась тому же лечащему заклинанию и с облегчением переоделась в свою старую одежду. Штаны, к слову говоря, застегнулись, но с трудом. Еще немного - и мне придется что-то придумывать или переходить на просторные платья. И, наконец, устроилась на диванчике в гостиной со стаканом целебного отвара в руках, слушая скупые реплики Лежека и более пространные объяснения Терена.

- Мы успели вовремя.

- Овальд все рассчитал. Из пяти комтуров Таллиса двоих он подкупил, еще два отряда отправил в горы на север и рассчитывал, что сможет справиться с оставшимся. Особенно если учесть, что командор со своими паладинами был бы занят поиском убийцы принца. Министр планировал объявить короля, помешавшегося после потери сына, недееспособным, как и говорила Аллита. Даже если бы это было не так, мало кто стал бы спрашивать после того, как рыцари преданных Овальду комтуров заняли дворец. Дальше он, как первое лицо в стране, переводил властные полномочия на себя, и, собственно, все...

- Но просчитался.

- Овальд не учел тебя. Нас, - хмыкнул Терен. - Ты, к великому сожалению, не стала покорно выполнять его план и брать на себя роль убийцы. Министр пронаблюдал, как ты успешно защищаешься от Юбера, не стал досматривать представление и рванул в Этеру, готовясь осуществить план Б: силовой переворот. А тут помешали мы, открыв телепорт в казармы и перехватив Овальда до его встречи с комтурами. Пришлось, правда, серьезно поговорить с самыми упрямыми и настойчивыми рыцарями…

Лежек сморщился и потер перевязанное плечо, но промолчал.

- … но, в общем и целом, обошлось без жертв, - закончил Терен.

- А Овальд?

- Сидит в северной башне. Сначала возмущался и грозил всяческими карами, потом просил свидания с сестрой, оставленной на произвол судьбы, но, узнав, что Аллита мертва, впал в угнетенное состояние и ушел в себя. Дальше с ним будут общаться рыцари Таллиса.

- Аллита на самом деле его племянница? Овальд - брат Стеллы?

- Не родной. Дальний родственник. И, если я правильно понял, любовник Аллиты, - пояснил Аленар. - Поэтому они решили предстать перед двором как брат и сестра, чтобы все принимали их чувства за братскую любовь.

- Не очень-то она и любила Овальда, - задумчиво проговорила я. - Скорее, хотела воспользоваться им, чтобы стать королевой. Бррр…

Я вздрогнула, пытаясь избавиться от ощущения темной грязной ямы, в которую мы все чудом не упали.

- Ладно, гхыр с ними обоими, - невесело заметил Лежек. - Есть проблема поважнее. Элька, ты понимаешь, что мы должны отсюда немедленно уезжать?

- Понимаю, - не менее мрачно отозвалась я. - Уже думала над этим.

И я изложила мужчинам результаты своих размышлений. Они не привели их в восторг.

- Про Гелессию забудь сразу, - твердо потребовал Аленар при полной поддержке братьев. - Королева уже в пути, она путешествует не торопясь, проезжая за день десяток-другой верст. Увидишь количество ее служанок, сама поймешь, почему. Но даже если бы она сидела у себя в Гестане, тебе туда нельзя. Я не хочу рисковать без нужды.

- Тогда просто уехать куда-нибудь, а потом вернуться? Мне же требуется просто поговорить с Амарантой, совершенно необязательно присутствовать на праздниках.

- Можно и уехать. Но сначала я хотел бы знать, что ты скажешь Делверу.

Я озадаченно пожала плечами.

- Ничего особенного. То же самое, что и Деллику: что мы скрывали владение магией, потому что не имеем права об этом говорить. Причины ему знать необязательно. А вы сказали что-то другое?

- Мы ничего не сказали, потому что нас никто не спрашивал, - усмехнулся Терен. - Его величество назначил аудиенцию только тебе и тоже не объяснил причин своего решения. Но он король, ему положено, в отличие от простых подданных, пусть даже другого государства.

- Его причины ясны и понятны, - заметил Аленар. - Ни вы, ни я не интересуем Делвера. Скорее даже, он предпочел бы наше - особенно мое - отсутствие в Картхейне.

Парни понимающе кивнули. Мне, собственно, тоже нечего было возразить, особенно в отношении Аленара, который действовал королю на нервы еще в свой прошлый приезд.

- Именно, - подтвердил вампир. - Но ты - совсем другая история. В тебе он видит дочь. Не просто дочь Илланы, а свою. Знаешь, такую милую, красивую, нежную девушку, которой можно дарить подарки, устраивать балы и тщательно оберегать от жизни.

- И тут внезапно это трепетное создание предстает истинной ведьмой, - ухмыльнулся Терен. - Представляю, что думал его величество, глядя, как Элька берет под контроль Аллиту.

- А до этого она убила Юбера и вытащила с того света Деллика, - хмуро добавил Лежек. - Делверу было на что посмотреть, поверь мне.

- Может быть, хватит обсуждать мои таланты? - недовольно проворчала я. - Аленар, к чему ты клонишь? Увидел меня Делвер в деле, и что? Я и раньше не собиралась становиться его приемной дочерью, у меня своя судьба, так что вежливо извинюсь и уеду, чтобы не напоминать о себе своим присутствием при дворе, предварительно попросив разрешения встретиться с Амарантой.

- Он не отпустит тебя, - коротко сообщил Аленар.

- Почему?

- Делвер - практичный человек. Он предложит тебе должность придворного мага, резонно полагая, что таким образом убивает даже не двух, а целую стаю зайцев: заполняет вакантную должность, воссоединяет семью, находит подругу для сына.

- У меня же нет диплома!

- А зачем он ему нужен? Как ты сама только что заметила, Делвер видел тебя в деле. Ему нужен маг, и ты идеальный вариант.

- Вот гхыр…

Я отстраненно допила горький отвар и отставила стакан. При других обстоятельствах это на самом деле было бы идеальным вариантом для всех… И для меня, вчерашней адептки без диплома, и для Делвера, и даже для Деллика и Илланы. Мне нравится Этера. Я и раньше размышляла о том, чтобы жить здесь. Хороший климат, море, солнце - что еще нужно для детей? А если к этому будет прилагаться хорошая оплачиваемая работа, то и наличие королевского серпентария не станет помехой для благополучной жизни.

Но сейчас я не могу принять предложение Делвера. Меня ищут Нааль и Мораввен, и я должна вытащить Алена, а значит уехать из Этеры. Уехать обязательно, хочет того Делвер или нет. И как мне все объяснить королю, не доводя до конфликта?

- Скажи правду, - посоветовал Аленар. - Максимум того, что ему надо знать. В любом случае ты обязана предупредить Делвера о возможных гостях из Ордена, которые будут задавать вопросы о работающих в городе магах. И не отказывайся сразу. Не думаю, что король не согласится подождать. Он десять лет жил без мага, может и еще немного повременить, пока ты не разберешься со своей жизнью. Хорошо?

- Да, наверное, - задумчиво протянула я.

- Иди отдыхать, Элька. Ты устала, а завтра предстоит еще один тяжелый день.

- Он будет легче сегодняшнего, - фыркнул Терен. - Всего-то разговор с монархом и сбор вещей в дорогу.

- Знать бы еще, куда ехать, - вздохнула я и встала. - Я на самом деле пойду. Спокойной всем ночи.

- Спокойной ночи, - вразнобой отозвались мужчины.

К сожалению, их пожелание не собиралось сбываться. Я ворочалась в постели, не в силах избавиться от неистово мечущихся мыслей. С Делвером вопрос решился: в принципе, ему можно рассказать все, если потребуется. Все, за исключением имен, статусного положения Алена и моей беременности. Это не имеет особого значения в данной ситуации. И согласится король ждать или нет - тоже неважно. Конечно, хорошо иметь надежный тыл, он придает некоторую уверенность в жизни, но, учитывая, что я абсолютно не знаю, как буду жить после осеннего солнцестояния, это такая капля в бушующем океане хаоса…

Ален, с его "я ближе, чем кажется", Нааль, с ревностной ненавистью и желанием убить меня при первой же встрече, Мораввен, с маниакальным пристрастием к моему телу, критический день двадцать второе вересклета… А что дальше?

Я откинула мешающую мне простыню и перебралась на подоконник, прижав голову к прохладной раме.

Что будет дальше? Я сделаю все, чтобы вернуть Алена, как и он, со своей стороны. Я не сомневаюсь, что мой любимый хочет вернуться ко мне. Но вот ко мне ли?

Ален оставил безумно влюбленную в него адептку, так и не получившую диплома. Упрямую, талантливую, безрассудную, без малейшего жизненного опыта сиротку. Слепо верящую в то, что нас соединила судьба, и жизнь без него невозможна.

Но я живу без Алена уже три месяца и проживу еще как минимум один. Да, мне плохо, очень плохо, мне тоскливо, хочется плакать, хочется прижаться к нему, вернуть пылающее в нас пламя, сглотнуть застрявший в горле ком и вцепиться в широкие мужские плечи, как цеплялась сегодня Иллана. Но я живу без него.

Я принимаю решения сама. Правильные или неправильные, но это мои решения. Я пересекла Аррению и Клендар, вернулась на юг и добралась до Картхейна. За моими плечами как отобранные, так и спасенные жизни. И во мне растут наши дети.

Ален встретит не юную девочку, а молодую женщину на пятом месяце беременности. Ведьму, умеющую убивать и возвращать к жизни. Готов ли он к этому?

А еще… Готов ли он к тому, чтобы стать отцом? Мы ни разу не говорили о детях. Мы вообще мало говорили о будущей жизни, так уж получилось… У меня было три месяца, чтобы привыкнуть к мысли о материнстве, и то мне все еще страшно подумать о предстоящих проблемах. А Ален? Примет ли он такое изменение своей жизни?

Сердце сжалось от давящей тоски. Горло перехватило так, что я начала задыхаться и распахнула окно, жадно глотая теплый вечерний воздух. Полная луна висела над садом, заливая землю мягким серебристым светом. Мерный шум моря смешивался с шорохом листвы и приглушенным лаем собаки где-то вдалеке. Запах свежести, ночных цветов и зреющих фруктов бодрил и приводил мысли в порядок.

Безотчетно я перебралась через оконную раму, сплела левитирующее заклинание и плавно опустилась на мягкую траву. Босые ноги сами понесли меня к пруду. Руки вызвали к жизни крохотный огонек и опустили его на кучку сложенных вместе веточек. Сидя на теплой земле, все еще помнящей солнечный полдень, слушая неторопливое журчание воды, вдыхая пахнущий солью и цветами воздух, глядя на медитативно мерцающие язычки пламени, я наконец-то расслабилась, отдавшись всем четырем стихиям.

Ничего непоправимого не произошло. Пока. Даже если Ален по какой-то причине не вернется, я смогу выжить и вырастить наших детей даже без посторонней помощи. И Ален не уйдет из этого мира навсегда, его кровь будет течь в сыне и дочери, которых я уже видела во снах. В Итене и Каэль.

Но я - мы оба - сделаем все, чтобы Ален вернулся ко мне. К нам. И не только потому, что так хочет судьба. Не потому, что так написано в пророчестве. Потому, что так хотим мы оба. Потому что мы любим друг друга - сами, а не по чьему-то велению. Потому что против нашей любви не устоит ничто: ни Мораввен, ни Нааль, ни воплощение Мирового Мрака.

Но гхыр все побери, как же мне хочется сейчас оказаться рядом с Аленом, уткнуться в твердую грудь и почувствовать, как его ладони ложатся на округлившийся живот!

Пламя вспыхнуло сильнее, отгораживая меня от внешнего мира. Серебристый свет заменился яркими всполохами в кромешной тьме. Звуки, запахи, ощущения - все пропало, словно меня окутали прочной пеленой, не пропускающей ничего, кроме призрачного шепота, становившегося все отчетливее и отчетливее с каждой секундой…

- Arr lientall terries. Ell kriessetenn allienstriell merailiess. Kriessetenn arr allienstriell. Ell lienies kellies, karriellie…

Меня разбудил прохладный утренний бриз, забравшийся под промокшую от росы рубашку. Серые предрассветные сумерки сменили серебристое сияние луны. Костер давным-давно догорел, оставив после себя горстку углей, подернутых сизым пеплом. Все так же мелодично журчала вода, еле слышно шелестела трава, и запах влажной земли щекотал ноздри. Я встала, потянулась, разминая затекшие конечности, и отряхнула прилипающую к коже рубашку. Тело звенело от переизбытка энергии, а в ушах все еще звучал знакомый голос, шепчущий слова на элеандаре.

Я тоже люблю тебя, Ален. Мы будем вместе. Обязательно будем. Осталось только немного подождать и найти ответы на несколько вопросов. Обещаю, что решу их так или иначе. Но первым делом мне нужно поговорить с Делвером. Кажется, я нашла вариант, устраивающий нас обоих.

Делвер, настроенный официально и по-деловому, принял меня в своем кабинете.

- У меня есть к тебе предложение, Эллина, - начал он сразу же после приветствия, едва дождавшись, когда я усядусь на жесткий, обитый кожей стул. – Но прежде позволь мне еще раз выразить свою глубокую благодарность за спасение моего сына – в первую очередь, и короны – во вторую. Ты, твой отец и братья всегда будут желанными гостями в Картхейне.

Я успела заметить тень, мелькнувшую на лице короля, когда он говорил об Аленаре. Но надо отдать ему должное, ни в чем остальном его неприязнь не выразилась. Я пробормотала что-то приличествующее случаю, в свою очередь поблагодарив за оказанную честь и признав, что Картхейн произвел на меня незабываемое впечатление.

- Очень хорошо, - удовлетворенно проговорил Делвер и устремил на меня внимательный взгляд. – Эллина, надо сказать, что я потрясен и впечатлен вашими познаниями в области магии. Откровенно говоря, не предполагал, что столь юная дама может обладать таковыми, при этом тщательно скрывая их.

Король замолчал, продолжая сверлить меня взглядом. Надо полагать, от меня требуются какие-то объяснения.

- У меня были на это свои причины, ваше величество. Боюсь, если я изложу их, вы посчитаете меня юной фантазеркой. Обстоятельства сложились так, что мне и моим братьям не следовало демонстрировать свое владение магией.

- Хорошо, пусть так, - кивнул Делвер. – Я не буду настаивать, только замечу, что Камен все-таки выдал себя.

- У него не было другого выхода. Как и у меня вчера.

- Понимаю. И сейчас, когда все завершилось оглушительным поражением заговорщиков, я верю, что все делается к лучшему. Еще раз повторю, что на меня произвело большое впечатление твое владение магией. Мне кажется, что я нашел хорошее решение своей давней проблемы. Эллина, предлагаю тебе занять вакантную должность придворного мага Картхейна.

Я изобразила на лице положенную смесь удивления, потрясения и неуверенности.

- Ваше величество… Я…

Делвер протестующе поднял руку.

- Подожди, Эллина. Не отказывайся сразу и не говори, что ты менее достойна этой должности, чем твои братья. Я отдаю должное способностям и знаниям молодых людей, но предпочел бы видеть своим магом именно тебя. По ряду причин, о которых мне тоже хотелось бы умолчать, если позволишь.

- Да, разумеется, но все-таки.., - для приличия возразила я. Причины Делвера мне известны не хуже, чем ему самому. А вот как дать понять королю, почему я не хватаюсь за его предложение и не могу прямо сейчас принять его? И при этом не оскорбить монарха и не выставить себя высокомерной ведьмой?

- Объяснение с господином дар Каэрстаном я беру на себя, - твердо заявил король, очевидно, неправильно расценивший выражение моего лица. – Жалование и прочие полагающиеся тебе привилегии более чем удовлетворительны, поверь мне. Так что ты скажешь, Эллина?

Я вздохнула. Начиналась самая сложная часть переговоров.

- Ваше величество, это чрезвычайно лестное для меня предложение. Поверьте мне, даже без достойной оплаты и привилегий я, не раздумывая, приняла бы его и радовалась своей удаче. Но, к сожалению, обстоятельства сложились так, что…

- Что за обстоятельства, Эллина? Те, которые не давали тебе пользоваться магией?

- Да, - выдохнула я. И, запинаясь и тщательно подбирая слова, в нескольких фразах рассказала про Мораввена, Нааль, Алена и Амаранту. Ровно столько, чтобы не сообщить лишнего, но и чтобы у Делвера сложилась внятная картина происходящего.

Король выслушал, не задавая вопросов, и замолчал.

- Хотел бы я восхититься твоей фантазией, Эллина, - наконец проговорил он.

- Это не фантазия, - вскинулась я. Гхыр, неужели он не поверил мне? В голове уже начали возникать смутные идеи на тему повлиять на короля магией, но мне очень не хотелось делать этого. Подчинение работодателя не лучший способ начинать свою трудовую деятельность.

- Не кипятись, девочка, - мягко проговорил Делвер. – Я же сказал: «хотел бы». У меня нет… или почти нет сомнений в истинности твоего рассказа. Я понимаю, что ты рассказала далеко не все, что могла бы, но не стану требовать дополнительных подробностей.

- Спасибо, - смущенно улыбнулась я. – А почему…

- Почему я не сомневаюсь? Видишь ли, до меня доходили сведения о ситуации в Аррении. А Таллис, после вашего фееричного сражения с Магистром Юбером… Кстати, ты, наверное, не знаешь, что это именно он был моим прежним магом? Хотелось бы мне знать, где он пропадал все это время и почему вернулся? Впрочем, это мы узнаем от госпожи Стеллы… Так вот, Таллис напомнил мне о запросе из Аррении, валяющемся уже два месяца в канцелярии. Думаю, ты понимаешь, о чем речь?

- О поиске невесты Ариэна одд Шаэннара? – предположила я.

- Он самый. Я не буду разбираться, как твой учитель трансформировался в брата князя Белогорья и чья история правдивее. Но хочу, чтобы ты знала: тебе гарантирована защита и безопасность в Этере. Не думаю, чтобы Великий Магистр пошел на открытый конфликт из-за королевского мага Картхейна.

Я прикусила губу. Возможно, Делвер прав. Но он не знает Мораввена. Демон не будет начинать войну. Он просто выкрадет меня. И сомневаюсь, что сам Делвер станет начинать войну с Арренией ради своего мага.

- Ты не согласна со мной?

- Нет, - покачала я головой. – Боюсь, вы недооцениваете Мораввена, и я больше всего не хочу подставлять под удар вас и Картхейн. Мы сильно потревожили магическое поле. Всплески могут дойти и до Аррендара, и тогда в Этеру прибудут незваные гости. Я не утверждаю, что так и произойдет, но и отметать такой вариант нельзя.

- Допустим, что ты знаешь, о чем говоришь, - медленно произнес король. - Но, Эллина, никто не выдаст тебя.

- Ваше величество, если Мораввен что-то заподозрит, он вынет воспоминания из любого человека, не защищенного блоком, и очень болезненным способом. Я не хочу подобной участи для вас.

- Ты или кто-то из твоих братьев сможет поставить такой блок? - деловито поинтересовался Делвер, по-видимому, совершенно не встревоженный перспективой вторжения в его голову.

- Нет. Мы маги не того уровня, чтобы наши блоки не смог пробить Мораввен. Я могла бы подчистить ваши воспоминания, но, во-первых, это будет заметно, а, во-вторых, вы вряд ли захотите пойти на это.

- Не захочу, - согласился король. - И как тогда лучше поступить? У тебя есть предложения?

- Есть, - сообщила я. - Если Мораввен действительно прибудет в Этеру и начнет задавать вопросы, ответьте ему чистую правду. Да, маги были. Да, они колдовали, потому что вы хотели их нанять для искоренения нечисти на севере. И вы не решились рисковать экономикой страны ради уничтожения двух-трех химер, как бы на этом ни настаивал ваш первый министр. Последующие события показали вашу правоту.

- А вы в это время…

- А мы в это время будем далеко от Этеры. Не думаю, что Мораввен начнет обыскивать страну, чтобы проверить свои подозрения. Только не отводите его на поляну или в дом Илланы. Он узнает рисунок моей магии.

Король невразумительно хмыкнул, размышляя над моим предложением.

- И куда вы поедете?

- Пока не знаю, - пожала я плечами. - Подальше от Этеры, где можно будет провести две-три недели до праздника винограда.

- Тогда я знаю, куда. В мою резиденцию в Сумеречных горах. В ней каждый год останавливается Солента по пути в Этеру. Это и достаточно далеко, и безопасно. Кстати, ты можешь вернуться вместе с Солентой.

«Если это потребуется, - промелькнуло у меня в голове. - Правда, вряд ли Амаранта сразу же выдаст мне нужную информацию. В дороге мне будет проще расспросить ее».

- Да, вероятно, это будет лучше всего, - уже вслух произнесла я.

- Прекрасно, - удовлетворенно заключил Делвер. - Тогда запоминай, как добраться до "Гнезда беркута". Хотя не надо, я все равно пошлю с вами охрану.

- Не надо! - запротестовала я.

- Не спорь со мной, - твердо приказал король. - Это не подлежит обсуждению.

Но мы все-таки поспорили, и, как и следовало ожидать, ничего не вышло. Делвер не стал меня слушать, вызвав Таллиса и отдав соответствующие распоряжения. Мне нехотя пришлось смириться.

На прощание король тепло обнял меня.

- Возвращайся, девочка. Улаживай свои дела и возвращайся. Мы будем ждать тебя. Как, впрочем, и место мага при дворе.

- Вернусь, - искренне пообещала я, мысленно добавив: "Очень постараюсь это сделать. А если судьба уведет меня в другую сторону, то дам о себе знать, чтобы не мучить напрасными ожиданиями".

Потом было расставание с Делликом, печальное и тягостное для нас обоих. Я еще раз пообещала, теперь уже мальчику, вернуться и обязательно показать ему еще несколько заклинаний. Потом - еще более грустное прощание с Илланой, то и дело срывавшейся в слезы. Утешало то, что ее отношения с Делвером наладились. Она еще не рассказала ему о будущем ребенке и не дала согласие выйти замуж, но я видела, что этого осталось ждать совсем немного.

Потом - поспешные сборы, отбрасывание в сторону воздушных платьев и шляпок и подбор свободных штанов и рубашек.

После полудня мы покинули Этеру, в последний раз вдохнув запах фруктов и моря. Далеко-далеко на севере темнела лента Сумеречных гор. Стучали копыта коней, тихо позвякивало оружие рыцарей, взвивалась клубами пыль, и палило яркое солнце. Я знала, что еще вернусь сюда. Одна, или с Аленом - как получится. Но вернусь.

Глава 32.

Трактир мало чем отличается от всех виденных мною питейных заведений: все те же грубые деревянные столы, та же стойка и пузатый хозяин в потерявшем белизну фартуке, обязательный бочонок с пивом и единственная уникальная черта - изображение королевской виверны на стене. Точнее, образ зверя, которого неведомый художник представлял себе как виверну. От оригинала он отличается цветом, пропорцией, лишней парой лап и капающим из разверстой пасти ядом.

Помещение заполнено от силы на треть. Двое бородатых мужчин в запыленной одежде торговцев, могучий тролль с двуручником за плечами - их охранник, непременная компания выпивох, являющаяся неотъемлемой частью пейзажа, и разношерстная группа людей, занявшая лучший стол у давно немытого окна. Трое молодых ребят, одна девушка - с новенькими, сияющими даже в полутьме значками магов. Мужчина чуть постарше, по-собственнически положивший руку на плечи девушки. Молодящаяся дама неопределенного возраста, с нарумяненными щеками и гримасой напускного веселья на лице. Невероятно бледный, с седыми висками рыцарь Ордена Темных Всадников. И темноволосый синеглазый мужчина, недовольно вращающий в руках вилку с отломанным зубцом.

Ален.

Нааль. Только ей может принадлежать высокомерный презрительный взгляд. Но остальные не замечают этого. Почему? Я не удивляюсь спокойствию Марека, он и раньше не отличался наблюдательностью, но Тей, Лис, Брендт, Кесси - как они не видят различия?

Впрочем, Магистр Флоренна тоже не выказывает желания слиться в экстазе с новоиспеченными магами. С выражением скучающего пренебрежения она явно подсчитывает минуты до того счастливого момента, когда можно будет прекратить выполнение последних обязанностей преподавателя по отношению к адептам и покинуть трактир. Магистр Велен настроен еще менее любезно, чем взрослые маги. Искренне веселятся лишь мои бывшие однокурсники.

- За вас, маги! - высоко поднимает стакан Брендт. - За вашу новую взрослую жизнь.

- Жизнь, к которой мы были предназначены, - ухмыляется Тей, наливая свой стакан доверху, и, по-видимому, производит это действие далеко не в первый раз. - За начало успешной карьеры под руководством Великого Магистра Мораввена!

- Кто бы мог подумать, что все так повернется, - присоединяется к тосту Лис. - Год назад я и не слыхивал про Орден Темных Всадников. Тей, это же ты нам про него рассказал? Помнишь, тогда, в трактире, перед началом учебного года?

- Нет, не помню, - резко отвечает Тей, залпом осушая стакан и со стуком возвращая его на стол.

- Ну как же? - огорченно вопрошает Лис, пододвигая коллеге новую бутылку с витиеватой надписью "Медвяной букет" на этикетке. - Тогда же так весело было. Такой замечательный змий получился! Магистр Ален, уж вы-то должны его помнить, раз помогали нам его ловить.

Нааль вздрагивает и непонимающе смотрит на бывшего адепта.

- А потом мы еще учили ваше заклинание, - подсказывает Лис. - Только я не помню, как оно называется… "Серые тенета"? Или нет, "Серебряный невод"… Или… Магистр Ален, ну как оно называется?

- Я не понимаю, о чем вы говорите, - сдержанно отвечает Нааль.

- "Серебряная сеть", - оживленно подсказывает Марек, необычно веселый и захмелевший. - Я помню. Лис, ты тогда еще у какого-то бюста ухо отбил, и мы его долго поворачивали, чтобы скрыть повреждение.

- Точно, - радостно подтверждает Лис. - И я запомнил это заклинание. Хотите, повторим? Вот и подходящий бочонок с пивом стоит. Сейчас мы из него змия выпустим…

- Не надо, - смеется Кесси. - Мне уже хватило общения с тварюшкой. Не самая приятная нечисть, прямо скажем, а у тебя опять не получится ее убрать.

- А нам Магистр Ален снова поможет, - парирует Лис. - Правда ведь, Магистр, вы тряхнете стариной и собьете зверушку? Как тогда, на Солнцеворот?

Нааль напрягается до такой степени, что ломает еще один зубец у вилки.

- Да, разумеется, - сквозь зубы выдавливает она.

Кесси чуть заметно вздрагивает и кидает на нее озадаченный взгляд.

Я задерживаю дыхание. Кесси помнит тот праздник? В моей памяти последний Солнцеворот выжжен навечно. В тот вечер Ален впервые поцеловал меня. В тот вечер я узнала, что означает " karriellie", и молния пронизала наши тела, и мы сливались воедино под светом луны… Но вот помнит ли Кесси подробности Солнцеворота? Концерт, запущенного Лисом фиолетового змия, переполох в столовой, успокаивающий разошедшихся адептов Ален и меткое заклинание Карейна, сбивающее тварюшку в фонтанчик для питья.

- Вот, я же говорил, - бодро заключает Лис. - Магистр Ален никогда не отказывался нам помочь. И на Солнцеворот, и на ярмарке, со Стеной Мертвых. Магистр Велен, а ведь это вы тогда запустили это заклинание? Я бы хотел научиться плести его.

Магистр Велен не может стать бледнее, чем уже есть. И побагроветь не может - кровь уже не струится по его жилам. Но ярость, плещущаяся в глазах лича, дает полное представление об обуревающих его чувствах.

- Адепт… Магистр Олисандр, кто вам сказал такую чушь? - с трудом выплевывает он.

- Как кто? - невинно приподнимает брови Лис. - Магистр Ален. На занятии по некромантии после ярмарки. Разве не так?

Велен испепеляет взглядом Нааль. Я впервые в жизни вижу на лице Алена растерянность. Демонша окончательно ломает вилку, отшвыривает обломки в сторону и мямлит что-то невразумительное.

- Я… Да, говорил… Хотя…

- Да не говорили вы такого, Магистр Ален, - перебивает изрядно захмелевший Тей. - Лис, как всегда, все перепутал. Вы как раз отказались сообщать, кто мог сплести это заклятие. Рейф потом предположил, что заклинание послал кто-то из Ордена, чтобы стимулировать нас на учебу. А Лис додумал сам, что это сделали вы, Директор Велен, потому что больше никого из Ордена не знал.

- Именно так все и было, - собравшись, твердым голосом произносит Нааль. - У меня просто вылетели из головы такие мелкие подробности. Теперь, когда я служу Ордену, работа в Школе представляется такой жалкой и ничтожной, что не могу представить, как мог заниматься ею раньше.

На Нааль устремляются взгляды всех присутствующих за столом. И если Флоренна искренне поддерживает коллегу, а Велен одобряет его/ее поведение, то остальные не могут скрыть бескрайнее изумление. Первым со своими эмоциями справляется Тей.

- А я могу вам объяснить, - язвительно произносит он и, рассеянно поднимая стакан, опорожняет его. - Вас держала одна рыжеволосая ведьма, с готовностью прыгнувшая к вам в кровать.

- Тей, прекрати, - обрывает его Кесси.

- Почему? - вклинивается Флоренна. - Мальчик совершенно прав, и все в Школе, от уборщика до директора, знали о непристойном поведении Элиары. Магистр Ален, к вам, конечно, претензий быть не может. Понятно, что мужчине трудно устоять перед беспринципной девицей, в голове которой только одна мысль, да и та касается того, что находится ниже пояса.

Я закусываю губу, сдерживая возмущенное фырканье, хотя меня никто не может услышать. Кто бы говорил? Госпожа Флоренна, которая сама меняла мужчин как змея - кожу, смеет упрекать меня в соблазнении Алена?!

- Элька была невестой Магистра Алена, - запальчиво заявляет Кесси, гневно глядя на Травницу. Брендт успокаивающе похлопывает ее по плечу.

- Невестой, - пьяно смеется Тей. - Кесси, ты хочешь защитить подругу, но не трудись. Здесь, как правильно заметила госпожа Флоренна, все знают и Эльку, и Магистра Алена. Твоей подружке хотелось взрослого мужика, и она заполучила Алена. А потом ей наскучило, она нашла себе другого мужчину и теперь считается его "невестой", - выплевывает последнее слово Тей.

- Вы не совсем правы, - холодно произносит Нааль. - Но в любом случае это касается только меня и Элиары. Простите, вынужден вас покинуть. Меня ждут дела. Всего вам хорошего, господа маги. - Нааль встает и на короткое мгновение склоняет голову. - Поздравляю с защитой дипломов и началом карьеры.

Она уходит из трактира. Кесси провожает ее взглядом. Очень странным взглядом, в котором недоумение смешивается с подозрительностью. Она накидывается на Тея, как только хлопает дверь трактира:

- Ну, и зачем ты завел этот разговор? Договорились же, что ни одного слова об Эльке говорить не будем. Испортил весь вечер!

- На самом деле, Тей, - недовольно замечает Брендт. - Зря. Очень зря. Тебе еще работать с Магистром Аленом.

- Да и гхыр с ним, - выкрикивает вконец охмелевший Тей. - И с ней тоже! Я еще получу ее, после Алена, Мораввена и еще шетт знает кого. Вышколенную, податливую и наученную знать свое место. Элька не хотела меня как адепта, так получит меня как мага!

Тей выливает в стакан остатки из бутылки, осоловело смотрит на уровень мутной жидкости в стакане, едва доходящий до половины, и с обиженным видом выпивает ее до дна.

- Тей! - с суеверным ужасом прижимает Кесси ладони к покрасневшим щекам. - Я даже не знала… Мы и не подозревали…

- Да! - рявкает Тей. - Эта дрянная грацца растоптала мои чувства! Она еще получит свое. И я хочу получить свое! Где моя бутылка? Я хочу еще выпить. Сегодня мой день. И твой тоже, - он показывает трясущимся пальцем на Лиса. - Давай выпьем, друг…

Я разрываюсь от желания хорошенько врезать по физиономии героя-любовника. Одновременно съеживаюсь от отвращения и пытаюсь вспомнить, когда это я растоптала чувства Тея и были ли они вообще когда-нибудь? Даже при полном отсутствии опыта я должна была распознать мужской интерес к себе. А не я, так Кесси, придирчиво следившая за моими успехами на этой почве.

И вообще, даже если я не ответила на эти эфемерные чувства, какое он имеет право предъявлять мне обвинения? Это моя жизнь и мои желания! Если Тей встретится мне в реальности, а не во сне, то действительно получит все, что заслужил. И это будут совсем не страстные поцелуи!

Я все еще кипела от возмущения, спускаясь вниз к завтраку. Одного сна хватило бы для того, чтобы катастрофически испортить настроение, а еще добавилась и ухудшившаяся погода, и необходимость надеть платье вместо удобных брюк и рубашки. Сегодня ожидался приезд короля и королевы Гелессии, и я должна была выглядеть как придворная дама, а не боевой маг.

- Тебя так напрягает встреча с Амарантой? - окликнул меня Лежек. - Или не хочется оставаться дома? Так ты же сама решила.

- Решила, - буркнула я, хмуро оглядывая стол и останавливая выбор на поджаристой, аппетитно пахнущей ватрушке. Творог полезен будущим мамам. - Проведу день в домашних хлопотах, как положено радушной хозяйке перед приемом гостей.

Две недели, прошедшие после отъезда из Этеры, мы скоротали в необременительной общественно-полезной деятельности, вычищая близлежащие селения от наползшей, налетевшей, забредшей и вылупившейся прямо здесь нечисти. Рыцари Таллиса от помощи не отказывались, и через пару дней объединение воинов и магов достигло полного взаимопонимания. От Делвера не приходило никаких известий о незваных гостях, сильно интересующихся всплесками магического поля. Это вызывало робкую, но укреплявшуюся с каждым днем надежду на то, что наши выступления прошли незамеченными. Работа, к которой нас готовили все время обучения в Школе, приносила удовлетворение и радость, и я с большой неохотой приняла решение остаться сегодня в королевской резиденции.

Жнивень почти закончился, праздник винограда в Картхейне начнется через несколько дней, и в "Гнезде Беркута" полным ходом шло приготовление к приезду высокопоставленных гостей. Король, королева и сопровождающие их лица переночуют в замке, чтобы утром отбыть в Этеру. Слуги Делвера носились по резиденции, натирая, сметая, убирая и расстилая постели. Если я хотела, чтобы Амаранта приняла меня за даму из придворного серпентария Картхейна, то мне следовало встречать королевский двор Гелессии, сидя в гостиной с пяльцами в руках, а не гоняться в это время за крысолаком.

Кроме того, меня беспокоила левая рука, так и не восстановившаяся после заклинания Юбера. У меня неожиданно немели то кончики пальцев, а то и вся кисть, и так же внезапно все приходило в норму. Но онемение длилось все дольше и дольше, и становилось понятно, что мне нужна квалифицированная помощь. В ближайшие дни я никак не могла получить ее, поэтому лучше было бы дать руке - и себе, естественно, - небольшой отдых.

- Тогда почему ты в таком настроении? - включился в утреннюю беседу и Терен.

- Сон приснился очередной, - пробурчала я и с неохотой откусила бочок ватрушки.

- Про что? - заинтересовались братья.

- Про пьянку, посвященную новоиспеченным магам: Тею, Лису, Кесси и Мареку.

- И чего ты злишься? - недоуменно нахмурился Лежек. - Что однокурсники уже дипломированные маги, а мы болтаемся по свету? Ни за что не поверю.

- Правильно не веришь, - фыркнула я. - Плевать я хотела на диплом. Если очень потребуется, мы его защитим в любой подходящий момент. Нет, меня взбесил Тей.

- А что с ним?

Я в нескольких фразах, кратких, но красочных и выразительных, удовлетворила любопытство мужчин. Озадаченность, читавшаяся на их лицах, не только никуда не делась, но и усилилась.

- Растоптала его чувства? Это в какой момент, интересно? - недоверчиво уточнил Лежек.

- Не знаю, - проворчала я. - Мне бы кто рассказал…

- На седьмом курсе Тей глаз не сводил с той светленькой Пифии, - вслух задумался Терен. - Потом переключился на ее подружку, еще с Травником Кайлом из-за нее подрался… Дальше была девица в Вийске, которой он морочил голову простеньким колдовством.

- Надо же, - невольно вырвалось у меня. - А мы с Кесси и не знали.

- А откуда вам знать? - рассмеялся Терен. - В этот момент у вас обеих раскручивались собственные романы. Я, собственно, про то, что Тей никогда и намеком не упоминал о каких-то там чувствах к тебе.

- Ты же не хочешь сказать, что я все придумала? - вскинулась я.

- Нет-нет, - поспешно возразил друг. - Я верю и тебе, и твоим снам. Видишь ли, за время практики Тей сильно изменился. Я виделся с ним редко, поскольку Рейф оставил меня на кафедре, но даже эти единичные встречи говорили очень и очень многое. Мне показалось, что он уходит на темную сторону. А в состоянии измененного сознания можно внушить себе все, что угодно, в том числе несуществующие в действительности чувства.

- Возможно… - Я рассеянно дожевала ватрушку и запила ее молоком. - Даже скорее всего. Имздрюк гхыров, испортил мне настроение!

- Встретишь - дай пощечину, - посоветовал Лежек. - Или предоставь эту возможность Алену, как законному возлюбленному. А пока у нас есть проблема посерьезнее.

Я усилием воли выбросила Тея из головы, переключаясь на реальность.

- Какая?

- Ты думала, как заводить разговор с Амарантой?

- Да. - Я откинулась на спинку стула, хмуро глядя на кувшин с молоком. - Постепенно. Не затягивать, но и не прямо при встрече. Лучше всего - во время путешествия в Этеру. Я не хочу с места в карьер сообщать о своей специализации, хотя магическую ауру Амаранта должна почувствовать.

- Хорошо, - облегченно выдохнул Лежек. - Мы хотели тебе это предложить. Давай сначала присмотримся, а уже потом будем раскрывать карты. Может быть, с Амарантой лучше говорить кому-нибудь из нас, не ставя тебя под удар.

- Не исключено… - Я задумчиво вытерла пальцы салфеткой. - Но если она что-то знает, мне тоже хотелось бы это слышать.

- Будем действовать по обстоятельствам, - заключил Лежек, вставая из-за стола. - Вдруг Амаранта окажется милой и доброй волшебницей, готовой в любой момент прийти на помощь?

- Сомневаюсь, - фыркнула я. - Иллана слишком красноречиво кривилась при упоминании ее имени.

- Увидим, - хмыкнул Лежек. - У Илланы могли быть свои причины на это.

К сожалению, права оказалась я. Ничего милого и доброго ни во внешности, ни в характере придворной магички королевы Соленты нельзя было найти даже при самом пристальном изучении. Роскошная белокожая брюнетка с черными, как агат, глазами всем своим видом выказывала предельную усталость и нежелание общаться с людьми ниже ее по положению. Она едва мазнула по мне взглядом, задержала его на Аленаре, оценивая внешний вид моего "отца", и, благосклонно протянув ему руку, позволила отвести себя в предназначенную ей комнату, сухо обронив на прощание требование горячей воды и ужина. Сегодня дама больше не собиралась спускаться вниз. Я переадресовала приказание домоправительнице, которая, в свою очередь, поймала за передник одну из служанок, в изобилии мечущихся по замку и вносящих свою лепту в общую суматоху.

Немалую долю в переполох вносила ее величество королева Солента, немолодая пухленькая седоволосая дама с потрясающим талантом подключать к решению своих проблем максимально возможное количество окружающих.

- Ханна, деточка, проверь, пожалуйста, что отвязали все сумки и лошадям задали корма. Возьми с собой Варга, он поможет принести, если что-то осталось. Тейла, отправляйся на кухню и передай, что я хочу хорошо прожаренное мясо, а вот Антуану требуется только чуть подрумянить его. Правда, Антуан? Антуан? Ваше величество! Кто-нибудь видел его величество? Амаранта, девочка моя, где ты? У нас пропал король!

- Ваше величество, - осмелилась перебить монолог королевы одна из ее дам. - Его величество любуется горами.

- Да? - выдохнула Солента, обмахиваясь платочком. - Странно, что он это делает. У нас точно такие же горы, ничуть не хуже местных. Ингрид, дорогая, будь добра, сходи за ним и спроси, что его величество желает на ужин? Хорошо прожаренное мясо или с кровью? Или, может быть, курицу? А крылышко можно тогда отдать Цаце… О боги, а где Цаца? Кто видел мою малышку? Амаранта, да где же ты? Мы оставили мою девочку у господина Дариэна! Надо немедленно вернуться, Цаца не переживет моего отсутствия.

- Ваше величество, - подавила вздох та же самая дама. - Цаца где-то здесь. Пять минут назад я видела ее.

- Так найдите мою собачку! - не успокаивалась королева. - Она может сломать лапку или съесть что-нибудь не то. Вы же знаете, какой у нее слабый животик! Ингрид, ну что же ты стоишь?

В мою ногу ткнулось что-то мокрое и холодное. Я не вскрикнула, не дернулась и не запустила парализатором. Просто отошла в сторону и посмотрела вниз. Очевидно, это и была та самая Цаца - крохотная собачка с короткой светлой шерсткой, тонкими лапками и печальными черными глазами. Щупленькое тельце сотрясалось от крупной дрожи. Повинуясь острому приступу жалости, я присела, взяла собачку на руки и прижала трепещущую кроху к груди. Цаца, благодарно тявкнув, полезла облизывать мне шею горячим влажным языком.

- Полегче, малышка, - рассмеялась я, тщетно пытаясь увернуться от нее, и подошла к королеве поближе.

- Ваше величество, это ваша пропажа?

- О моя девочка! - вскрикнула Солента, непонятно к кому обращаясь: то ли ко мне, то ли к собачке. - Ты нашла ее! Прости, дорогая, не помню, как тебя зовут.

- Эллина, ваше величество.

- Эллина, конечно же! Благодарю тебя за то, что нашла мое сокровище. Давай, я заберу ее.

Королева протянула руки к собачке, но внезапно передумала.

- Хотя нет, дорогая, подержи ее пока у себя. Проследи, чтобы Цаца поела. Она любит мелко порезанное мясо и теплую водичку. Теплую, а не горячую, и никакого молока! Тогда у нее заболит животик, а он такой нежный… Ингрид, ты нашла Антуана или нет? Где он? На улице ветрено, и вот-вот польет дождь, он же простудится! Кто-нибудь, скажите его величеству, пусть немедленно заходит в замок! Ингрид, ты уверена, что он еще снаружи?

Солента занялась проблемой поиска его величества, оставив Цацу на мое попечение.

- Хочешь есть? - тихо осведомилась я у собачки и получила в ответ одобрительный взгляд черных выразительных глаз. - Тогда пойдем посмотрим, что повариха может тебе предложить.

Я понесла собачку на кухню, так и не спустив ее с рук. Подсознание подсказывало, что в ближайшие дни хлопоты по кормлению и выгуливанию крохи лягут на мои плечи. Я не возражала против этого. Собачка приблизит меня к королеве, а значит, и к Амаранте. Только почему это создание из всей хорошо знакомой ей толпы выбрало меня в качестве поддержки и опоры?

Природа подарила мне дополнительное время для поиска ответа на этот вопрос. Утром выяснилось, что серые тучи, обнимающие вчера вершины Сумеречных гор, приобрели темно-свинцовый оттенок. Из них беспрерывно летели крупные, холодные капли. В мрачном небе посверкивали молнии, гром оглушительным эхом раскатывался по ущельям, а поднявшийся накануне ветер теперь сбивал с ног любого, высунувшего нос наружу. О продолжении поездки в Этеру не стоило и думать. Сегодня, возможно, и завтра никто не тронется в путь, и королевскому двору Гелессии вместе с нами предстояло провести это время в "Гнезде беркута".

Особых проблем это принести не могло: продовольствия хватило бы на месяц, воды тоже. Опасность погибнуть под лавиной не угрожала ввиду грамотного расположения резиденции и качественной постройки массивного сооружения. Единственное, что грозило запертым в замке людям, - это скука и необходимость развлекать себя самим. Госпожа Амаранта предпочла заниматься этим в компании мужчин, избрав в нее Терена и Лежека. Соизволив после обеда спуститься в общую гостиную, дама обратила самое пристальное внимание на незнакомых ей молодых людей. Аленар был забыт, на меня Амаранта смотрела как на предмет мебели, зато ребятам достались и опущенные ресницы, и мило покрасневшие щеки, и нежный смех, и призывно вздымающаяся в вырезе грудь. Я с затаенным интересом наблюдала, как на моих глазах разворачивался беззастенчивый, бесстыднейший флирт.

Братья, слегка растерявшиеся от такого напора, быстро пришли в себя и с готовностью подыгрывали даме. Меня, в общем, устраивало такое положение вещей. Лежек найдет способ расспросить магичку, а потом передаст информацию мне. Если будет что передавать, конечно. Сейчас меня волновала только осведомленность Амаранты в области переселения сущностей.

Однако вечером возникла новая причина для беспокойства: очевидное безразличие Амаранты ко мне сменилось плохо скрываемым любопытством. Причиной этому послужила Цаца и амулет Алена.

К ужину мне пришлось надеть вечернее платье с вырезом, лишь на пядь превышающим допустимую величину обнажения груди для молодой девушки. Цепочка, на которой висел камень, была достаточно длинной, чтобы скрыть амулет за облаком кремовых кружев, но, к сожалению, не такой, чтобы не дать ему выскользнуть, когда я наклонилась поднять жалобно скулящую собачку. Кроха тут же заинтересовалась висящим перед ее мордой предметом и цапнула его. Мне пришлось осторожно извлечь камень из пасти под аккомпанемент недовольного порыкивания, стараясь уберечь пальцы от острых зубов. В конце концов операция завершилась успешно, и я уже собиралась вернуть камень под прикрытие кружевных рюшей, но меня остановила просьба Амаранты:

- Какой интересный камень! Эллина, вы не будете возражать, если я посмотрю на него поближе?

Я не могла воспротивиться и раскрыла ладонь, показывая лежащий на ней амулет.

- Очень любопытно.., - протянула Амаранта, подходя ко мне ближе и легко касаясь тонкими пальцами отшлифованной поверхности.

Ее прикосновения вызывали неприятные ощущения. Нечто похожее на искристую щекотку Алена, только с противоположным знаком. Мне очень хотелось сжать руку и убрать камень от посторонних глаз, но приходилось стоять и ждать, пока Амаранта удовлетворит свое любопытство.

- Я никогда не видела такой. Эллина, откуда он у вас?

- Достался по наследству от мамы, безвременно ушедшей из этого мира, - с нужной толикой грусти ответила я.

- Как печально, - соответствующим тоном проговорила магичка, продолжая поглаживать камень. - Такие камни должны дарить мужчины в знак своей безмерной страсти, чтобы подаренный амулет хранил их возлюбленную от злых чар.

Я невольно вздрогнула. Амаранта заметила это.

- Что с вами, Эллина?

- Ничего, - ответила я, справившись с нахлынувшими на меня чувствами. - Мама действительно получила этот кулон в подарок от моего отца. Только, к сожалению, он не смог защитить ее.

- Простите, - без капли сожаления произнесла Амаранта, приподняв камень двумя пальцами и хищно вглядываясь в него. - Но Магистры, как бы мне хотелось знать, что это за камень и откуда он взялся! Эллина, вы можете удовлетворить мое любопытство?

Я не могла больше терпеть неприятные ощущения, забрала амулет у магички и опустила его в вырез платья. Мне все больше и больше не нравился интерес, проявляемый дамой к амулету. Конечно, ничего настораживающего в вопросах Амаранты не было, обычное женское любопытство, но мне чудился за ним какой-то скрытый подтекст. Надо будет попросить Аленара поглубже заглянуть в ее сознание. Пока он сообщил только то, что голова магички забита неприязнью к королеве, презрением ко всем окружающим и любовью к красивой одежде и мужчинам. Ни то, ни другое, ни третье не представляло особого интереса, а глубже вампир лезть не стал, чтобы не вызывать подозрений. Маг высокого уровня, которым считалась Амаранта, почувствует, если кто-то начнет копаться у него в сознании, что вызовет неминуемые вопросы и необходимость давать на них ответы. Но в данном случае, возможно, стоит рискнуть.

- К сожалению, госпожа Амаранта, я ничего не знаю о камне.

- Амаранта, если тебя так интересует безделушка Эллины, расспроси ее отца и оставь в покое бедную девочку, - вмешалась королева. - Посмотри, как она побледнела, вот-вот упадет в обморок. Ей немедленно нужно выпить воды с капелькой укрепляющего средства. Ханна, проводи девочку к дивану. Ингрид, быстро сходи в мою комнату, там на туалетном столике стоит бутылочка с крышкой в форме цветка. Принеси ее, пожалуйста. Тейла, а ты налей воды в кубок, только проверь, чтобы она была свежей, а посуда - чистой, я не очень доверяю местной поварихе.

Одна из придворных дам усадила меня на диванчик под окном и, не слушая мои возражения, поднесла к носу флакончик с нюхательными солями, вынуждая вдохнуть. Вторая принесла воду с "капелькой успокоительного средства" и чуть ли не насильно заставила выпить. Третья попыталась забрать Цацу, так и сидевшую у меня на руках и, потерпев неудачу, отступила.

Наконец привычная уже суматоха улеглась, дамы расселись на диванчиках, кушетках и стульях и занялись вышивкой и легкой болтовней - своими обычными делами в ожидании мужчин, которые должны были присоединиться к дамам после того, как выпьют по бокалу вина и обсудят свои мужские проблемы. Королева Солента оказала мне честь, устроившись рядом и заведя беседу о моей жизни. Амаранта сидела напротив, не сводя с меня внимательного взгляда.

Любопытство ее величества, казалось, не имеет пределов. Она расспросила меня об отце, погибшей матери, двоюродных братьях, их отце - мифическом брате Аленара, нашем доме и климате. Я честно излагала придуманную нами легенду, на ходу внося в нее поправки и дополняя до сих пор ненужными сведениями. Хорошо еще, что Солента на большинство своих вопросов отвечала сама, ни секунды не сомневаясь в своих знаниях, и мне оставалось лишь соглашаться. Затем мы добрались до домашних питомцев.

- Как прелестно смотрится Цаца на твоих руках, дорогая! Она словно с рождения знает тебя. Я вообще считаю, что у каждой маленькой девочки должна быть маленькая собачка. Это воспитывает ответственность и любовь к братьям нашим меньшим. Эллина, ведь я права, и у тебя была собачка? Иначе ты никак не могла бы научиться так обходиться с ними!

Мой короткий ответ, разумеется, положительный - нельзя же противоречить королеве - заглушил вибрирующий голос Амаранты.

- Ваше величество, вы не совсем правы. Маленькой девочке скорее требуется маленький котенок, пушистый, мягкий и теплый. А потом он вырастет в огромного, вальяжного черного кота и точно так же будет требовать от своей хозяйки тепла, ласки и еды? Не так ли, Эллина?

Я постаралась сделать свой голос ровным, не выдавая своих эмоций.

- Не знаю, госпожа Амаранта. Предполагаю, что да, но мне не приходилось иметь дела с котами. Собаки, живущие в нашем доме, не потерпели бы рядом с собой наглое и внушительное животное.

- Но как же тогда вы справляетесь с крысами и мышами? - удивленно подняла брови магичка. Я недоуменно пожала плечами в ответ.

- Я не интересовалась подобными вопросами. Для этого есть слуги.

- Но, Эллина, вы же, как и положено молодой красавице, скоро выйдете замуж, - протянула Амаранта. - Как же вы будете справляться по хозяйству?

- Найду себе подходящую домоправительницу, - простодушно отозвалась я. - Она-то должна знать, что делать с крысами, мышами и пауками.

- Ты не права, девочка, - наставительно проговорила королева. - За любой, даже самой хорошей домоправительницей требуется пригляд и нужный совет вовремя. Но у тебя еще все впереди, дорогая. Ты же не собираешься выходить замуж через месяц-другой?

- Нет, - настолько равнодушно, насколько могла, ответила я.

Через месяц Ален уже будет со мной. Лето, на которое мы планировали свадьбу, уже прошло, во мне бьются сердечки наших детей, и вряд ли он будет тянуть со свадьбой. А если не вернется… Нет, этого просто не может произойти. Он вернется. Обязательно.

Грудь больно кольнуло. На короткое мгновение кожу обожгло жаром - и все пропало. Я не сразу сообразила, что произошло. Сработал амулет. На меня оказывали магическое воздействие, и об его авторстве не приходилось гадать. Амаранта.

Что можно было узнать за долю секунды? Упереться в блок? Проверить наличие магической ауры? Первое она не успела бы, а второе… Второе ничего не дает. Мало ли у кого есть способности к магии? Совершенно необязательно, что потенциальный колдун станет целенаправленно развивать их. Тем более светская девушка, рожденная для счастливого или не очень замужества, и в настоящий момент почтительно внимающая ее величеству.

- И послушай моего совета, Эллина, не заводи кошек. Они гораздо хуже собак! Эти вопли по ночам, следы от когтей, отвратительный запах повсюду… Кошки больше подходят страшным ведьмам, чем приличным дамам.

Грудь кольнуло еще раз. Так же коротко и обжигающе. На лице Амаранты царило все то же пренебрежительно-скучающее выражение, словно бы ее совершенно не занимали ни моя скромная персона, ни разговор, перескочивший на возможное появление щенков у Цацы и щедрое предложение мне взять себе одного. Я отделывалась невразумительными междометиями, стараясь понять, что делает Амаранта, что она обо мне знает и знает ли что-нибудь вообще? Являются ли ее замечания и вопросы случайными или преследуют какую-нибудь цель? И если да, то какую? Расколоть мою легенду и сдать Мораввену? Не пора ли мне тогда удирать из "Гнезда беркута" и как можно быстрее, пока сюда не явился Великий Магистр?

Но мы не можем уйти, не поговорив с Амарантой о переселении сущностей или хотя бы не выяснив, что она ничего не знает. Время по каплям сочится сквозь пальцы, осталось всего три недели, а я так и не знаю, как вытащить Алена. Гхыр все побери, Аленар, ты необходим мне сейчас!

Мужчины появились через четверть часа. За это время я успела выслушать длиннейшую родословную Цацы, согласиться взять щенка, если даст разрешение "отец", и почти решиться самой покопаться в сознании Амаранты. Останавливало лишь то, что тогда я однозначно выдам себя, и в случае плохого результата возможность поговорить с магичкой исчезнет окончательно. А будет ли он определенно плохим, неизвестно.

Амаранта больше не проявляла ко мне интереса, развлекая заскучавших дам безобидными разноцветными пульсарами, в хаотичном порядке летающими по комнате. Проснувшаяся Цаца приняла их за диковинных бабочек и порывалась схватить зубами пролетающий мимо огонек. При этом собачка вовсе не собиралась слезать с моих рук, явно чувствуя себя там более защищенной.

Приход мужчин внес еще большее оживление в и так царящее в комнате веселье. Королева сочла своим долгом устроить танцы, и, когда ей указали на отсутствие музыкальных инструментов, мгновенно нашла выход и предложила поиграть в фанты. Возражения, разумеется, не принимались, и четверых мужчин (в том числе и Терена) немедленно отрядили двигать мебель так, как хотелось ее величеству. Две дамы получили приказ снабдить всех присутствующих фантами, еще две раздавали бумажки для выбора ведущего, а Ингрид отправили за шляпой, миской или другим подходящим предметом для вытаскивания фантов. Сама королева забрала у меня Цацу и, поймав Аленара, начала рассказывать ему о благотворном воздействии собак на юных девушек и красоте, доброте и прекрасном нраве ее питомицы, намереваясь убедить его в кратчайшие сроки приобрести мне собачку.

Я успешно увернулась от распоряжений ее величества, выловила Лежека и уволокла его за раскидистый фикус, где можно было без помех поговорить.

- Амаранта не знакома с Мораввеном, - твердо сообщил парень в ответ на мои сбивчивые соображения.

- Точно?

- Да. Мы с Тереном как бы невзначай завели о нем разговор. Амаранта должна быть или замечательной актрисой, демонстрируя полное незнание его имени, или на самом деле первый раз о нем слышала. Но об Ордене Темных Всадников она имеет представление. Очень смутное.

- И что нам делать?

Лежек немного помолчал.

- Ты уверена, что Амаранта испытывала тебя?

- Нет, - признала я. - Была бы уверена, уже открывала бы телепорт.

- Куда?

- К Ивэну. Не хмурься, я знаю, что ты его не любишь. Но это единственное известное мне ближайшее место, где я могу возникнуть, и никто не задаст мне вопросов.

- Ты ошибаешься. Но сейчас не об этом. Телепорт можно проследить. На каскад уйдет много сил, и лучше бы готовить его заранее, а это приведет к всплеску магического поля, и тогда мы точно выдадим себя. Ты понимаешь, что это большой риск?

- Понимаю, - вздохнула я. - Понять бы еще, что более рискованно - уходить или оставаться. А для этого очень нужен Аленар. Посмотри, его еще не отпустила королева?

- Отпустила, - проинформировал Лежек, на секунду выглянув из-за фикуса. - Он идет сейчас к нам.

Аленару как всегда не требовались объяснения.

- Амаранта ушла из гостиной практически сразу после прихода мужчин, прихватив с собой двух рыцарей. Не думаю, что тебе следует в подробностях знать, чем была заполнена ее голова, - поморщился вампир. - Одно могу сказать точно: не тобой, не Мораввеном и не Орденом.

- Двоих?

- Да. Лежек, не ревнуй. Амаранте требовались опытные мужчины, а не юнцы.

- И не собирался, - обиженно проворчал друг.

Меня интересовало другое.

- Глубже ты не залезал? Это не могло быть прикрытием?

- Нет, - еще сильнее нахмурился вампир. - Элька, я, конечно, могу постоять за дверью и влезть в ее сознание, но… Но только если это очень важно для тебя. Мне не хотелось бы слышать, видеть и наблюдать за тем, что сейчас творится в спальне Амаранты.

Я на секунду представила себе магичку в объятиях двух мужчин одновременно и скривилась от отвращения.

- Не надо.

- Я надеялся, что ты это скажешь, - улыбнулся Аленар. - Элька, но если тебя что-то тревожит…

- Нет, - почти уверенно проговорила я. - То есть тревожит, конечно, но я уже четвертый месяц нервничаю. И если вы все утверждаете, что она ничего не знает про Мораввена…

Мужчины дружно покачали головой.

- То, скорее всего, у меня разыгралась знаменитая паранойя одд Шаэннаров. Судя по погоде, - я бросила взгляд в окно, - нам торчать здесь еще и завтра. Аленар…

- Можешь во мне не сомневаться, - не дал мне договорить вампир. - Я проверю ее.

- И тогда при необходимости мы все быстро уйдем.

- Только не к Ивэну, - возразил Лежек. - Я уже говорил и повторю: ему нельзя доверять. Лучше уходить в замок Руоль, там безопаснее.

- Может быть, ты и прав, - пожала плечами я, не желая спорить.

Друг пробурчал что-то про упрямых ведьмочек и перевел разговор на другую тему:

- Ты не хочешь, чтобы мы по очереди подежурили ночью в твоей комнате?

Я задумалась. Предложение, что и говорить, заманчивое. Только вот в моей комнате из мебели стояла одна кровать и неудобное кресло. Спать в нем всю ночь или даже несколько часов - добровольно подвергать себя пытке. Лежать на полу тоже не выход. А ложиться в мою постель… Как-то мне не очень нравилась эта идея. Одно дело - ночевка в полевых условиях возле костра, а другое - в уединении спальни. Было в этом что-то аморальное.

- Элька, ты стала мыслить как светская дама, - рассмеялся Аленар. - Давай договоримся так: ты оставишь дверь приоткрытой и в случае опасности, даже мнимой, будешь кричать как можно громче. Мы услышим и прибежим.

- Хорошо, - охотно согласилась я.

Однако, несмотря на эту договоренность и на уверенность в безопасности, которую я усиленно внушала себе, сон не приходил ко мне. В горах раскатисто ворчал гром. Редкие вспышки молний озаряли комнату. Барабанил в окно дождь. Что-то поскрипывало, шелестело, стучало и скрежетало. Возможно, те самые крысы и мыши, с которыми мне предлагала справляться Амаранта. Хотя нет, не они.

Скрежет трансформировался в цокот когтей по полу. В приоткрытую дверь протиснулось крохотное тельце, и вот уже Цаца скулит возле кровати, призывно глядя на меня.

- И что нам с тобой делать? - вздохнула я, поднимая собачку к себе. - Я же уеду скоро, и ты останешься с хозяйкой.

Вместо того чтобы усовеститься, Цаца лизнула меня в щеку, покрутилась на месте, удовлетворенно рыкнула и легла, прижавшись ко мне. У меня не хватило духу прогонять ее. Я опять положила голову на подушку, закрыла глаза, и вскоре мерное посапывание убаюкало и меня.

Ненадолго.

Меня разбудило злобное и одновременно испуганное рычание Цацы. Не понимая спросонок, что делаю, я рывком села на кровати и заученным движением запустила под потолок пульсар.

И наткнулась взглядом на улыбающуюся и очень довольную собой Амаранту, стоящую в проеме плотно закрытой двери.

- Kreeaannast!

Амулет раскалился, обжигая мне грудь, и остыл. Парализатор сковал мои руки, ноги и даже горло. Все, что я еще могла - это еле-еле дышать, слушать и думать. Цаце тоже досталось: собачка замерла с раскрытой пастью и злостью, пылающей в глазах. Кажется, что застыло даже время, вязкое, тягучее, обволакивающее со всех сторон.

- Я так и знала, что ты знакома с магией, Эллина, - весело заявляет магичка. - Могла бы и не трудиться доказывать это. Или правильнее называть тебя Элиарой?

Амаранта проходит в комнату, садится в кресло, заложив ногу на ногу, и небрежным заклинанием срывает с моей шеи цепочку с амулетом.

Я не удивляюсь. Совсем. Никто не будет кидаться с порога парализатором, если у него не будет на то веского повода. Амаранта действительно проверяла меня вечером. Паранойя, гхыр ее побери, основывалась не на воздушных базисах. Когда же, гхыр епп куратт, я научусь доверять своим предчувствиям? Сколько можно наступать на одни и те же грабли?

Впрочем, злость на себя, сетования на бздырных мужчин, поддавшихся очарованию дамы, и обиды на шеттову судьбу, постоянно ставящей мне палки в колеса, можно - и нужно! - отложить до более подходящего времени. Вот-вот появится Мораввен, и тогда я смогу все оставшуюся жизнь скорбеть по несбывшемуся. Хорошо еще, что недолго.

Но сколько-то минут у меня есть, так что рано пока сдаваться. Снимать парализаторы я умею, не в первый раз. Тем более что Амаранта не торопится вызывать демона, а с интересом разглядывает меня, откинувшись на спинку кресла.

- Глупенькая девочка, ты столько раз выдала себя… Мне можно было и не снимать твое эмоциональное поле, четко свидетельствующее, что ты врешь. Достаточно было посмотреть, как ты реагировала на пульсары. Кто еще, кроме знакомого с магией человека, мог так спокойно сидеть, когда они пролетали мимо, и позволять собаке охотиться за ними?

Я сжимаю зубы, продолжая распутывать заклинание. Потом, все потом: и самообвинения в невнимательности, и самообещание исправиться, и бессильный гнев на недостаток сообразительности и знаний. Я понятия не имею, что такое "эмоциональное поле" и как его снимают. В Школе такого не преподавали.

- А верх наглости и глупости - носить краденые амулеты, - протяжно произносит Амаранта, покачивая в воздухе камнем. - Ты думаешь, кто-нибудь верил в сказку о женихе, подарившем его на помолвку?

Я трудолюбиво продолжаю распутывать петли, не собираясь терять концентрацию. До финала остается не так и много. Мне неинтересно, откуда Амаранта почерпнула свои сведения. Я и так знаю: от Великого Магистра и Кесси. Бывшая подруга то ли перепутала, то ли специально добавила драматичности и извратила факты. Гхыр с ней. Не до нее.

- И ты сама поняла это, да, Элиара? - насмешливо фыркает магичка. - Легенда изменилась. Теперь амулет достался тебе от мамочки - служанки в трактире, а не от возлюбленного, которого никогда не существовало.

Амаранта на время замолкает, глядя на раскачивающийся амулет. Я только приветствую это. Петли заклинания расползаются, как всполошенные гусеницы.

- А ты действительно хорошенькая, Элиара. Понимаю, на что ты подцепила его: соблазнительная фигурка, сахарные губки, невинная мордашка. На это клюнет любой мужчина. Но ты не хуже меня знаешь, что нужно нечто большее, чтобы удержать его при себе: ум и страсть. У тебя нет ни того, ни другого, глупенькая пустышка. Ален прекрасно видел все твои уловки, подыгрывая им.

Ален? Я чуть не выпускаю последний узел, чудом успевая подхватить его. Какого гхыра я вообще слушаю Амаранту? Вероятно, мужчины были не так уж и неправы, утверждая, что магичка не знакома с Мораввеном. С ней вполне могла встречаться Нааль в обличии Алена, представившись учеником Магистра Теодгарда. Или они вообще могли быть давным-давно знакомы. Не в этом суть.

- А потом эта забава ему наскучила. Но ты не захотела уходить просто так и украла у него амулет. Впрочем, не удивляюсь. Ценная вещь. Пожалуй, я оставлю его себе. Только Ален будет на коленях упрашивать меня взять его.

Парализатор слетает с меня. Левой рукой я выставляю щит, правой делаю затверженный жест и возвращаю амулет себе. Жаль, цепочка разорвана и нет возможности его надеть.

- Какая талантливая девочка, - вежливо изображает удивление Амаранта. - Ален предупреждал меня. Он будет рад узнать, что ты еще кое-что помнишь.

В щит ударяется заклинание, рассыпаясь яркими искрами. Я с тревогой вспоминаю про левую руку. Все в порядке. Пока все в порядке. Щит даже не прогибается от напора.

- Молодец, - кривит губы в улыбке Амаранта. - Ален, наверное, обрадуется, узнав, как хорошо умеет держать щит его крацца.

Я пропускаю мимо ушей оскорбление, хотя постоянное упоминание имени Алена начинает напрягать. Где мужчины, в конце концов? Лежек же обещал страховать меня! Ладно, я не могу сейчас крикнуть, но неужели он не видит колебаний магического поля? Может быть, вышибить дверь, она с грохотом упадет, и сюда сбежится весь замок?

Амаранта замечает мой брошенный вбок взгляд.

- Дверь зачарована, девочка, - улыбается она. - Твоих силенок не хватит, чтобы справиться с ней.

С этим я бы поспорила, но доказывать неправоту магички экспериментальным путем не стоит. Сила пригодится мне самой.

- Кроме того, не жди на помощь своих любовников, - ухмыляется Амаранта. - Их двери тоже зачарованы, а сами они спят. Крепко спят, как только может спать мужчина после любовной схватки в постели. Ты должна помнить, как тяжело в таких случаях разбудить Алена. Мне приходилось прибегать к помощи магии.

Я невольно вздрагиваю. В сознании возникает образ спящего Алена, обнимающего и крепко прижимающего к себе, мерно дышащего мне в затылок и действительно с трудом просыпающегося.

- Алена?

- А ты думала, он будет хранить тебе верность? - смеется магичка. - Тогда ты еще глупее, чем я думала. Он забыл про тебя в тот момент, когда выставил из собственной комнаты. Но ни один мужчина, побывавший в моей постели, не смог вычеркнуть меня из памяти. Я сама бросаю их! Как брошу и Алена. Только получу от него то, что мне нужно.

- И что же? - нарочито равнодушно спрашиваю я.

Уколы Амаранты не достигают цели. Во мне нет ни капли уныния, тоски, ревности и скорби по потерянной любви. Я с трудом сдерживаю смех. Возможно, Амаранта и встречалась с Аленом. Но откуда ей знать, что это Нааль? Нааль, с сущностью женщины и телом мужчины. Телом, которое она ненавидит и вряд ли будет использовать по назначению для принуждения Амаранты к сотрудничеству. Одинокая мелькнувшая мыслишка: а что, если это на самом деле был Ален? - сворачивается в клубок и сжимается до размеров точки. Это не Ален. Это Нааль. И Амаранта полная нарга, если поверила ей.

- Ну, уж не предложение руки и сердца, - заливисто смеется Амаранта. - Мне нужна власть, и он обещал мне ее. Я прослежу за выполнением обещания, не отдавая ему тебя до тех пор, пока не займу высокий пост в Ордене. Великий Магистр будет рад заполучить ведьму, на блюдечке подарившую девушку, которую ищут четыре месяца по пяти странам. Я получу деньги, за ваши головы назначена награда, между прочим. Я заберу у Алена твой амулет…

Не дослушав первую фразу, я погружаюсь в свои размышления. Бред - он и есть бред, зачем к нему прислушиваться? Разве что краем уха, вдруг будет что-то занимательное?

С Амарантой надо что-то делать, вот только что? Уничтожение отпадает, мне все-таки хочется поковыряться в ее голове, пусть и не на добровольной основе. Огонь, соответственно, отпадает, как и все смертельные заклинания. А кроме них в моем арсенале мало что есть, особенно если учесть, что Амаранта вряд ли будет спокойно стоять и смотреть, как я колдую.

Магичке, по всей видимости, тоже надоела болтовня. Или она почувствовала изменение того самого "эмоционального поля". Она встает со стула, протягивает вперед руку и начинает сплетать хорошо знакомое мне заклинание. Заклинание подчинения. Подчинения меня.

Я напрягаюсь, усиливаю щит и лихорадочно пытаюсь вспомнить, можно ли каким-то образом избавиться от заклятия. Ничего не получается. Я не могу помнить того, чего никогда не знала. Мы всегда использовали заклинание подчинения в одностороннем порядке, воздействуя на кого-то, не предполагая - или не задумываясь - что его могут обратить на нас. Я еще успеваю подумать про связывающие потоки…

Рука немеет и бессильно опускается. Щит исчезает. Вся мощь заклинания Амаранты падает на меня.

Сознание заволакивается непроглядной мглой с редкими точками-проблесками. Но и они жестоко уничтожаются. Расслабляется тело. Повисают плетями руки, даже онемевшая левая. Перед глазами все расплывается. По одному пропадают чувства: слух, обоняние, осязание. Я словно заперта в крохотной коробочке. Мир перестает существовать.

Остаются только я, Ничто и крохотный уголек моих желаний: ненависть к врагам, жажда мщения, любовь и страх. Любовь и страх за Алена и наших детей. Если умру я, умрут и они. Если я попаду в руки Нааль, мы погибнем все четверо.

Уголек разгорается. Еле тлеющий багровый цвет сменяется ярко-алым. Он начинает жечь меня.

Боль.

Боль не дает мне уйти в небытие. Я намеренно разжигаю ее, подпитывая гнев, ярость, ненависть, любовь, страх, жажду жизни - все то, что держит меня в этом мире.

Мире, который начинает возвращаться.

Я скорее вижу, чем чувствую толстый, неприятно пульсирующий серый жгут, присосавшийся ко мне и точками вплескивающий в меня… что-то. Силу. Энергию. Приказы подчиниться, забыть все и всех и стать ничем.

Я не могу оторвать его - мне нечем ухватиться. Дергаюсь - и жгут тянется за мной, омерзительно подергиваясь. В меня вплескивается новая порция энергии. Не моей энергии. Чужой. Вызывающей отвращение и тошноту.

Возмущение, отчаяние, ярость, любовь, желание жить и взять на руки своих детей вспыхивают ярким пламенем. Огонь выталкивает чужую энергию назад, в жгут, хотя это, кажется, невозможно.

Я добавляю к сгустку эмоций еще и надежду и следую за ослепительным пламенем по жгуту, опаляя и выжигая все на своем пути.

Жгут корчится и извивается, но мы - я и Огонь - уже в нем. Амаранта не может избавиться от нас, потому что теперь я не даю разорвать нашу связь, прочно удерживая ее.

И попадаю в сознание магички. Ворох образов обрушивается на меня.

Двое обнаженных мужчин, обнимающих ее.

Ален в кресле с бокалом вина в руке.

Королева Солента, разыскивающая Цацу.

Король Антуан в постели с Амарантой.

Испуганная девушка с синяком под глазом, подшивающая подол ярко-бирюзового шелкового платья.

Мужчина.

Еще один.

Еще двое.

Магистр Теодгард, требующий повторять заклинание до вечера.

Женщина в поношенном платье, подводящая Амаранту к дверям Школы.

Деревянная кукла с облупившейся краской.

Темнота.

Краски, звуки, запахи, ощущения.

Лай Цацы, вспышка молнии, рычание грома, холодный каменный пол под босыми ногами, запах мочи, пыли и старой мебели - все это волной нахлынуло на меня.

Грохот распахнувшейся двери, сияние раскрытого телепорта, головная боль, все еще пылающий пожар эмоций внутри, дрожь во всем теле, теплая рука на плечах…

- Элька?!

- Гхырово бздырище!

- Лежек, отведи ее в сторону!

- Элька, посмотри на меня!

- Только не поднимай на меня руку, - через силу произнесла я, пугаясь собственного голоса, хриплого, царапающего горло.

- Аленар, она в порядке, - более спокойно проговорил Лежек.

- Вижу, - отозвался вампир. - Элька, пей. Потом все остальное.

Я почувствовала, как в мою руку вставили холодный стакан, с изумлением осознала, что страшно хочу пить, и жадно, в несколько глотков, выхлебала воду. Простую воду, но какой вкусной она мне показалась!

- Иди сюда, - потянул меня за руку Лежек. - Слушай, да замолчишь ты когда-нибудь или нет!?

Я подхватила заходящуюся от лая Цацу, прижала к себе и залезла на кровать. Еще несколько минут ушло на борьбу с собачкой, норовящей вылизать мне лицо, и, наконец, я смогла сфокусироваться на окружающей действительности.

Тело Амаранты лежало на полу в луже с острым, не оставляющим сомнений ароматом. Рубашка задралась, обнажая точеные бедра. Темные волосы живописно растрепались. Пышная грудь медленно поднималась и опускалась.

- Что с ней?

- Хороший вопрос, - ошалело отозвался сидящий на корточках Терен. - Элька, может, ты сначала расскажешь, что произошло?

- А что могло произойти? - зябко повела я плечами. Лежек поспешно укутал меня простыней. - Она хотела сдать меня Нааль. Я сопротивлялась.

- Хорошее сопротивление, - качнул головой Терен.

Лежек уточнил:

- Именно Нааль, не Мораввену?

- Нааль. В облике Алена. Амаранта долго и с удовольствием рассказывала об их тесном общении. Правда, лжи там содержалось больше, чем истины. Аленар, может, ты покопаешься в красивой головке Амаранты? Теперь она не будет сопротивляться.

- Не будет. - Вампир присел перед кроватью, заглядывая мне в глаза. - Но я уже не могу ничего узнать. Элька, ты выжгла ей сознание.

- Да? - безразлично поинтересовалась я. Потом слова Аленара дошли до моего разума. Дрожащими руками я переложила недовольно заворчавшую собачку на подушку и обхватила себя за плечи.

- Повтори.

- Ты выжгла ей сознание. Теперь это только тело. Оно умеет дышать, но все остальные действия, требующие сознательных действий, уже для него недоступны. Это все равно что новорожденный с неразвитым мозгом.

- Я защищалась, - медленно произнесла я. - Мы защищались. Мы не могли умереть, и теперь погибла она.

Я опустила голову, закрыв руками лицо. Рядом на кровать сел кто-то из мужчин, скорее всего, Лежек, и, обняв за плечи, притянул к себе.

Амаранты больше нет. Есть только ее тело. Пустая оболочка. Даже если магичка что-то и знала, вся информация пропала для нас навсегда.

Осталось три недели. Три недели до момента, когда может вернуться Ален. Мы вновь в начале пути. Самое худшее - то, что я не знаю, к кому можно обратиться. Не знаю, что делать с лежащим на полу телом. Не знаю, как объяснить все королеве, и не знаю, не повесят ли меня завтра за убийство королевского мага.

Светлый выход из темного тоннеля, маячивший передо мной последние месяцы, захлопнулся и превратился в черную непробиваемую стену.

Мужчины молчали. Посапывала Цаца. Бился в окна затихающий дождь. Рокотал откуда-то издали гром. Гроза заканчивалась.

В животе возникло странное ощущение. Слабое трепетание, словно рыбка качнула хвостом.

- Элька?

- Ты тоже слышал это? - испуганно посмотрела я на Аленара сквозь внезапно появившиеся слезы. - Тоже?

- Вы о чем? - встревожился Лежек.

- Это дети! - Я приложила ладонь к животу и вновь ощутила, как кто-то из малышей шевельнулся во мне. - Я чувствую их!

Все проблемы отошли на второй план. Пережитый стресс сменился эйфорией блаженства. Я еще долго могла сидеть с глупой улыбкой на губах, прижимая руку к животу, если бы Терен не вернул меня в действительность.

- Элька, это все прекрасно, но у нас есть нерешенные проблемы. Скоро начнет светать, и ее величество затребует к себе своего придворного мага. Что мы ей скажем?

- Ничего, - ответил за меня Аленар. - Положим Амаранту в ее собственную постель и пойдем спать сами. Пусть утром магичку будит прислуга. А когда не разбудит, посочувствуем королеве и предложим пожить здесь, пока заснувшая дама не проснется. Вы же знаете, что иногда, после сильного расхода энергии, маги впадают в коматозное состояние? А Амаранта вчера вечером могла и перетрудиться.

Мы первый раз слышали про коматозное состояние у магов, но вряд ли ее величество и остальные придворные могли вывести нас на чистую воду. Предложенный Аленаром вариант был практически идеален и снимал часть вопросов.

- А потом, когда Солента и ее двор уедут, мы сами уйдем телепортом?

- К Лейферу, - дополнил Лежек.

- К нему, раз ты так хочешь, - проворчала я. - Но что делать с телом Амаранты?

- Взять с собой, - хмыкнул вампир. - Элька, неужели ты еще не поняла? Это же прекрасное вместилище для Нааль!

- Гхыр все побери.., - только и смогла высказать я.

Конечно же… Магичка, красивая, относительно молодая, умеющая работать с темными потоками… Цвет волос, правда, подкачал, но перекрасится, если захочет. И теперь у меня есть что предложить Мораввену взамен себя.

- Как я понимаю, ты согласна? - усмехнулся Аленар. - Тогда предлагаю переложить дамочку на ее постель, пока она не простудилась на холодном полу. Лечить ее еще потом…

- Сама дойдет, - презрительно заявил Лежек. - Элька, только не лезь. Ты сегодня уже достаточно поработала. Теперь моя очередь.

Я не стала возражать. Не сомневаюсь, что смогла бы взять тело Амаранты под контроль, но мне на самом деле пока хватит. Пусть поработает Лежек. В дальнейшем, если потребуется, будем водить по очереди.

- Слушай, она же мокрая вся! Подожди, я сейчас найду, во что ее переодеть.

- Голая пойдет, - нехорошо ухмыльнулся друг, уже явно попавший под влияние темных потоков. - У нее в кровати два мужика лежат, так что никто не удивится.

Я запоздало догадалась, от какого зрелища хотел уберечь меня Лежек, и усмехнулась, вспомнив образы из сознания Амаранты. Там было еще и не такое… Аленар торопливо отвернулся и закашлялся.

- Так, дама и господа, - с подозрением посмотрел на нас Лежек. - Я, пожалуй, поведу укладывать в постельку сию даму. Все остальное: разбор произошедшего, новый план действий и сборы в дорогу - после завтрака.

- Элька идет со мной, - не принимающим возражений тоном заявил Аленар. - Бери собаку, она все равно увяжется за тобой, и уходим. Я уже и так выспался.

- А кстати, почему вы не приходили? - вспомнила я. - Выбраться не могли? Амаранта говорила, что зачаровала вам двери.

- И зачаровала, и усыпила, - со злостью пробурчал Лежек. - Я ощутил ее колдовство, но не успел отреагировать - отключился. Очнулся только после смерти Амаранты, когда заклятия слетели. Иди спать, Элька. Обсудим все позже.

Я забрала сонно проворчавшую Цацу и в сопровождении Аленара ушла в его спальню. Амаранта соврала насчет братьев. Впрочем, я и не сомневалась в этом. Точно так же она лгала и про Алена, бесстыдная гарзда.

- Ложись, Элька, - тихо рассмеялся Аленар.

Вампир заботливо укрыл меня простыней. Моя рука сама собой легла на живот, прикрывая спящих детей.

В окно пробился первый рассветный луч.

Глава 33.

Заходящее солнце золотило башни замка Руоль.

Позади остался длинный день, наполненный слезами, вздохами, причитаниями и суматохой. Королева Солента, как и следовало ожидать, обнаружив, что ее придворный маг погружен в кому, сначала долго не могла поверить в происходящее, а потом весьма опечалилась. Ее величество, захлебываясь рыданиями, требовала самых лучших Травников, порывалась забыть про торжества в Этере и остаться у постели неподвижно лежащей Амаранты. Она согласилась продолжить путешествие только после сурового напоминания короля Антуана о долге правящей особы и многочисленных заверений Аленара, что присутствие высокопоставленной дамы ничем не поможет. Амаранта либо проснется, либо отойдет в мир иной, и нужно надеяться на первый вариант, но готовиться и ко второму. Последней соломинкой, переломившей настроение королевы, стало злобное рычание и остервенелый лай Цацы, постоянно норовившей сорваться с рук ее величества и наброситься на неподвижное тело. Вспомнив, что Амаранта никогда не любила собачку и, напротив, относилась к ней с большой неприязнью, Солента утерла слезы белоснежным платочком и приступила к раздаче поручений и просьб, касающихся предстоящего отъезда. Солнце весело сияло в умытом небе, дорога просохла, и их величеств ждала Этера.

Вопрос моего возвращения в столицу Картхейна оставался открытым. Я пока не отказывалась окончательно от этой мысли, но и не могла сказать ничего определенного. С охраной мы отправили Делверу сообщение, в котором коротко рассказали о случившемся и попросили через некоторое время сообщить королеве о смерти Амаранты. Так будет лучше. Даже если Солента встретится с Нааль, демонша искренне скажет, что первый раз видит ее величество. Мало ли в мире похожих людей? А если кто-нибудь заинтересуется нашим отсутствием, Делвер придумает, что ответить.

Мы собирались покинуть "Гнездо беркута" как можно скорее и уходить в Руоль, а потом - в Асгор. Я не стала спорить с Лежеком и стараться побороть его странное предубеждение к Ивэну. В Лиалле мы уже искали информацию, и вряд ли там появилось что-то новое. Ремар точно так же может посмотреть мою руку, а заодно подсказать новое направление поисков, если ему что-то придет в голову.

На крайний случай у меня есть собственный вариант. Плохой, очень опасный, практически не предвещающий успеха, но есть. Я пойду на него, если ничего другого не останется.

- Даже не думай об этом, - негромко и твердо проговорил Аленар.

- Ты не сможешь мне запретить.

- Смогу. Это касается не только тебя, но и детей.

- Знаю. Но это мое решение.

- Мы еще поговорим об этом.

- Обязательно, - кивнула я, чуть прикоснулась коленями к Янту и двинулась вперед. Аленар, братья, Ремар могут сколько угодно возражать. Этот вопрос касается меня и только меня. Я поступлю так, как подсказывает мне подсознание. Хватит уже игнорировать его.

Руоль производил впечатления заброшенного и нежилого замка. Я запоздало сообразила, что Лейфер мог не захотеть покидать уютный дом в Лиалле. Там бурно цветут астры, эшшольция и вербена в палисаднике, вкусно пахнет тушеным мясом и натирает полы стройная темноволосая хозяйка. Здесь же на клумбах чахлые блеклые хризантемы прятались в буйных зарослях чертополоха и лебеды. Ворота, в прошлый раз выломанные нами и кое-как прилаженные на место, грустно поскрипывали еле держащимися петлями. Конюшня продолжала оставаться в прежнем неприглядном состоянии. Правда, из трубы тянулся зыбкий дымок, так что в замке явно жил не только Магистр Хилдар, и мы могли надеяться на чашку горячего настоя.

Дверь, как и в прошлый раз, долго не открывалась, и Лежек, продолжающий контролировать тело Амаранты, мрачно предположил, что Берт с горя сам пристрастился к своему целебному бальзаму и дверь нам придется взламывать самостоятельно.

- Не хотелось бы, - вздохнула я. – И так получается, что при каждом нашем появлении в замке он разрушается все больше и больше. Дыру в кабинете Магистра Асея так и не заделали, ворота выломали, теперь дверь…

- Стену проламывали не мы, а рыцарь Ордена, - педантично заметил Лежек.

- Но из-за нас, - упрямо ответила я, поежившись – по спине словно бы пробежал холодок.

- Элька, хватит брать на себя все грехи, - недовольно фыркнул друг. – Мораввен виноват в разрушении Руоля никак не меньше нас, если не больше. Но не он стоит сейчас под запертой дверью и ждет, пока старый дворецкий проспится и соизволит отпереть замок. Может быть, все-таки взломать ее?

- Не стоит, - заметил Аленар. – Сейчас отопрут.

Замок заскрежетал, засов с лязганьем отодвинулся в сторону, дверь распахнулась, и на пороге возник Берт. Абсолютно трезвый, в чистой и новой одежде, казалось, сбросивший с плеч пару, а может, и тройку десятилетий.

- Господа Магистры, - церемонно поклонился он, - добро пожаловать. Вас всегда рады видеть здесь.

Холл сиял свеженатертыми полами и светлыми, очищенными от застарелой пыли и копоти стенами. В совокупности с заброшенным садом и нежилым видом замка снаружи это создавало странное впечатление. Я невольно задумалась: ну, допустим, Лейфер начал наводить порядок изнутри, а до приведения в приличный вид сада дело еще не дошло. Но и раньше Руоль не мог похвастаться идеальной чистотой. Что же случилось? Неужели мы с Ивэном, собирая из кусочков сознание Лейфера, что-то сложили не так?

- Элька! Лежек! – К нам торопливо приближался сам хозяин Руоля, сияющий от радости и одновременно краснеющий от смущения. – Господин Аленар… Терен…

- Добрый вечер, Лейфер, - улыбнулась я, пристально изучая психолога.

Кажется, все было хорошо. Вид Магистра не внушал ни малейших опасений. Наоборот, Лейфер, похудевший и аккуратно подстриженный, в отглаженной и чистой одежде, производил самое приятное впечатление. Никаких резких движений, внятная речь, ясные глаза без признаков безумия или прострации - в общем, нормальный, здоровый, симпатичный мужчина в самом расцвете сил. Мы с Ивэном могли гордиться своей работой.

- Прости, мы опять ворвались без приглашения.

- Пустое, - расхохотался Магистр. - Ты прекрасно знаешь, что всегда желанная гостья в моем доме. Как и твои спутники. - Он выразительно посмотрел на Терена и Аленара, особенно внимательно разглядывая последнего. - Мы не были официально представлены, но, поверьте, я глубоко признателен вам за то, что вы сделали для меня. И хотелось бы сразу принести извинения за тот неподобающий вид, в котором…

- Магистр Лейфер, - прервал его Аленар. – Не стоит оправдываться за то, в чем вы не виноваты. Мы поступили так, как и положено добрым друзьям, а я надеюсь, вы считаете нас своими друзьями.

- Разумеется! – облегченно согласился хозяин. – Прошу вас, господа и… дамы…

Магистр внезапно замолчал, с подозрением вглядываясь в стоящую у двери Амаранту.

- Это Марта, - поторопилась сказать я, запоздало вспомнив, что мы, вроде бы, обещали Лейферу не приводить в замок зомби. - Дама немного не в себе, поэтому не ответит тебе.

- Очень жаль, - странным голосом проговорил Лейфер, не отрывая взгляда от неподвижного тела с пустыми безжизненными глазами. - Элька, мне кажется…

- Прости, Лейф, - виновато вздохнула я. - Если тебе неприятно ее соседство, мы можем переночевать где-нибудь еще.

- Прекрати говорить глупости! - возмутился Магистр. - Конечно, вы останетесь здесь. Я хотел предложить показать даму Магистру Ивэну. Если с ней то же самое, что было и со мной…

- Он рассказал тебе? - насторожилась я.

- В общих чертах. Остальное я понял сам, как никак имею профильное образование. Обсессивно-компульсивный синдром на почве дистанционного воздействия, отягощенного алкогольным влиянием.

Лейфер подошел к Амаранте, провел рукой перед ее лицом, потом коснулся запястья и замер, считая пульс.

- У госпожи Марты, судя по всему, такое же состояние, разве что без влияния алкоголя. Поэтому я и предлагаю показать ее Магистру Ивэну.

- Спасибо, Лейф, но в Лиалл мы не поедем, - с сожалением проговорила я.

- Зачем в Лиалл? - удивился психолог. - Магистр Ивэн сейчас ждет вас в гостиной. Не сомневаюсь, что он с удовольствием проконсультирует, а то и поможет справиться с недугом.

- Ивэн здесь? - недовольно нахмурился Лежек.

- Ну да, - подтвердил Лейфер. - Так получилось. Видишь ли, через несколько дней после вашего отъезда я почувствовал, что мне пора возвращаться: нехорошо столько времени надоедать Магистру и его дочери. Правда, не могу сказать, что они очень уж настаивали на этом, скорее, наоборот… Зара…

Лейфер, смутившись, замолчал. Судя по особенной нежности, с которой он произнес имя девушки, ростки интереса со стороны Зары укоренились и в сердце Магистра, окрепли там и в скором времени обещали превратиться в плодоносящее дерево взаимной любви. Если уже не сделали этого. Вряд ли девушка осталась в Лиалле, а ее отец переехал в Руоль вместе со своим пациентом.

- Так что случилось с Ивэном? - нетерпеливо напомнил Лежек.

- У него начались проблемы с Ковеном, - пояснил Лейфер, вернувшись из романтических мечтаний. - Насколько я понимаю, достаточно серьезные. После одной напряженной беседы Ивэна с тамошним главой Ковена, сопровождающейся повисшими в воздухе угрозами, я предложил ему и Заре пожить здесь.

- И он, конечно, согласился, - ядовито прокомментировал Лежек.

- Не сразу, но согласился, - кивнул Лейфер. - Не последнюю роль в этом сыграли уговоры дочери.

- Которая, в свою очередь, не хотела бросать отца на произвол судьбы и последовала с ним по пути тягот и лишений, - насмешливо продолжил Лежек.

- Прекрати! - одернула я его и вновь обратилась к Магистру, не сомневаясь, впрочем, в ответе:

- Так Зара тоже здесь?

- Да, - мечтательно улыбнулся он. - Она тоже будет рада видеть вас.

- Подожди, - остановила я Лейфера. - Мы встретимся с ней чуть позже. Я бы хотела поговорить с Ивэном без нее.

"Элька!" - возник у меня в голове возмущенный голос Лежека.

"Даже не начинай, - так же мысленно предупредила я. - Мне нужна помощь Ивэна. Хотя бы понять, что произошло с Амарантой и как я это сделала".

"Он не нравится мне".

"Он не сделает мне ничего плохого".

"Я в этом не уверен".

"Я не сниму амулета, обещаю. И вы с Тереном все время будете рядом со мной".

"В этом можешь не сомневаться", - фыркнул Лежек напоследок.

Гостиная встретила нас таким же поразительным контрастом с тем, как она выглядела два месяца назад: почти стерильная чистота, вымытое до блеска приоткрытое окно, пропускавшее в комнату последние лучи заходящего солнца и вечернюю свежесть, выстиранные шторы и новая мебель, похоже, привезенная из Лиалла. Теперь я уже не задавалась вопросом, почему в замке чистота и уют – Зара, несомненно, взяла все домашние дела в свои хозяйственные руки.

Ивэн ждал нас, стоя в центре комнаты.

- Элька. Господа маги. Рад вновь видеть вас.

Он, радушно улыбаясь, обвел нас взглядом и вдруг посерьезнел, пристально вглядываясь в Амаранту.

- Вам опять требуется моя помощь? Элька, я считал, что ты сама можешь справиться с восстановлением личности.

- Вероятно, могу, - пожала я плечами. - Но, боюсь, не в этом случае.

- Да? - приподнял бровь колдун. - С твоего разрешения, я посмотрю сам.

- Лежек, - попросила я.

Друг нехотя усадил зомби на диван, расцепил связь и отошел в дальний угол гостиной. Тело Амаранты бессильно обмякло. Ее голова с растрепавшимися волосами запрокинулась на спинку.

- Оч-чень любопытно, - пробормотал Ивэн и сосредоточился, внимательно вглядываясь в даму.

Не желая мешать ему, я тихо прошла к Лежеку и устроилась на подоконнике. Терен присоединился к нам, сел в кресло и с интересом поглядывал то на колдуна, то на зомби.

Тишина, наступившая в комнате, нарушалась только сонным гудением мухи, лениво бьющейся в окно и рвущейся к теплому осеннему солнцу, чахлым цветам на клумбе и переливающимся радужным сиянием вершинам гор.

- Просто очень занимательно, - повторил Ивэн, встряхнул кистями рук и вернулся в свое кресло. - Кто это сделал?

Я оторвалась от изучения пейзажа за окном. Лежек предупреждающе приподнял руку.

- Элька…

- Лежек, - таким же тоном проговорила я. – Ивэн, это мое колдовство.

- Впечатляет, - только и сказал колдун, задумчиво сплетая пальцы. - Ты права. Здесь действительно больше ничего не поможет. Личность уничтожена неотвратимо.

- У меня не было другого выхода, - сочла своим долгом оправдаться я. - Иначе пребывала бы сейчас в таком же состоянии.

- Кто она?

На секунду я задумалась. Сказать правду или поступить так же, как с Лейфером, назвав вымышленное имя? Ивэн помог мне.

- Мне не нужно знать, как ее зовут. Это темная магичка, я ведь не ошибся?

- Да.

- И связана с Мораввеном?

- Скорее, с Нааль. Но фактически это одно и то же.

- И она напала на тебя, чтобы отдать Ордену, - утвердительно произнес колдун. – Элька, ты опаснее, чем мне представлялось. Не удовлетворишь мое любопытство: как это у тебя получилось?

- Хороший вопрос, - мрачно вздохнула я. - Боюсь, я сама не до конца понимаю это. Проще показать, чем рассказать.

- Нет! – резко проговорил Лежек. – Даже не думай об этом.

Я сердито повернулась к нему, с тоской понимая, что сейчас начнется очередной нудный спор, но Ивэн неожиданно поддержал моего друга.

- В данном случае я соглашусь. Элька, ты должна сама разобраться в том, что сотворила, иначе впоследствии не сможешь повторить. Никто другой не сможет сделать это за тебя.

Можно было бы и возразить, контрпример у меня имелся: случай на хуторе, когда я сплела вместе темную и светлую магию, выжигая слайнов, и Ален потом повторил это заклинание на заброшенном кладбище, вытянув его из моей памяти. Но Ивэн тоже прав. Учеба давно закончилась, и теперь никто не будет вкладывать в меня тщательно пережеванные знания. Пора уже самой добывать их, не надеясь на посторонних и близких. А если не получится, то вот тогда попросить помощи знающих людей.

- Амаранта застала меня врасплох.., – начала я, воспроизводя в памяти события прошлой ночи. Мужчины – все до единого, включая Аленара – слушали очень внимательно. По сути, никто из них еще не знал подробностей. Я не успела поделиться ими ни ночью – меня уложили спать; ни утром и днем – суматоха с королевой и сборами не дали возможности спокойно поговорить. Они не перебивали, не подгоняли и терпеливо ждали, когда я, замолкнув, подбирала правильное слово. Правда, мой рассказ продлился недолго. Я не стала передавать ни плоды безумной фантазии Амаранты об Алене, ни свою обиду на Лежека, обещавшего помощь, ни боль и страх, которые помогли мне удержаться на краю бездны. Только сухие факты и мои предположения о том, что мне удалось сделать.

- Судя по всему, я воспользовалась выстроенной связью и попыталась завладеть сознанием магички, но переборщила с силой и уничтожила ее.

- Не переборщила, - покачал головой Ивэн. – Не могу сказать абсолютно точно, но, похоже, ты просто обратила заклинание противницы против нее же. Сделала с ней то, что она собиралась сделать с тобой.

- Но она читала заклинание подчинения, - напомнила я.

- И подчинила тебя, правильно? А потом начала методично выжигать сознание, отключая от органов чувств. Ты нашла единственно верный способ выжить – отразить заклятие.

Я с сомнением прикусила губу. Отражение заклинания... Не исключено, что и так, Амаранта явно пыталась уничтожить меня... Но огонь? Огонь, который повел меня по жгуту, связывавшему меня и магичку? Он не мог быть ее стихией. Его не было в энергии, вплескивающейся в мое тело и убивающей меня.

- А это ответ на вопрос: как у тебя это получилось, - усмехнулся Ивэн, выслушав мои соображения. – Ты инстинктивно вызвала на помощь свою стихию, с которой у тебя довольно необычные отношения. Честно говоря, мне еще не приходилось слышать о таком.

- Нас научил Ален. А откуда узнал он... Вероятно, у своего учителя. Сложно сказать что-то более определенное. Ни Магистра Теодгарда, ни его учеников сейчас.., – я замялась и подобрала обтекаемое выражение, не желая говорить, что Ален мертв, - нет на этом свете.

- Оставим это, - махнул рукой колдун. – Меня больше интересует, что с твоей рукой? Почему она онемела?

- Это еще одна история, - снова вздохнула я. – И опять про темного мага.

На этот раз спокойно рассказать мне не дали. Как только я упомянула Юбера, Лежек резко вскинулся:

- Это с того времени? Почему ты ничего не говорила нам?

- Юбер? – одновременно с ним напрягся Ивэн. – Как он выглядел?

- Потому что не считала это особенно серьезным, - ответила я сначала другу, а потом, проигнорировав краткое нецензурное высказывание, максимально подробно описала внешность Магистра.

- Точно, это он, - поморщился колдун. – Откуда же выполз старый дхырбзг…

- Вы его знали?

- Встречался, - неохотно бросил Ивэн. – Не будем сейчас об этом. Я слушаю тебя, Элька.

Я продолжила свой рассказ. Напряжение в комнате нарастало с каждым моим словом. Ивэн хмурился все сильнее и сильнее, Лежек с трудом сдерживал эмоции, Терен, судя по всему, глубоко задумался, помрачневший Аленар не сводил взгляда с колдуна, очевидно, читая его, и только Амаранта безвольно полусидела, полувисела на диване.

- Так почему ты не говорила, что у тебя немеет рука? – опять задал вопрос Лежек, когда я, наконец, замолчала.

- Не видела необходимости, - пожала я плечами. – Ни ты, ни Терен ничем не помогли бы, больше мы обратиться ни к кому не могли. И я надеялась, что со временем рука пройдет, все-таки заклинание проходило не напрямую, а через щит.

- Юбер потратил пару десятилетий, чтобы разработать заклятия, от которых нельзя закрыться, - пробормотал Ивэн, подходя ко мне. – Дай-ка мне твою руку, девочка…

Просьба явно была формальностью, поскольку колдун, не дожидаясь ответа, взял меня за запястье и осторожно ощупал пострадавшую конечность.

- Ты не чувствуешь ничего странного?

- Сейчас? Нет. Может быть, только легкое покалывание в кончиках пальцев.

Ивэн хмуро кивнул и произнес несколько слов.

- Дхкар тха гхыр, - не сдержался Лежек, в сердцах стукнув кулаком по стене. Терен вскочил с кресла, со встревоженным любопытством глядя на меня. Аленар с силой сжал подлокотники. Сама я со внезапно пересохшим горлом и заколотившимся сердцем смотрела на светившиеся ядовито-зеленым пальцы. Ближе к ладони плотное сияние угасало и переходило в своего рода сетку или паутину, покрывавшую руку до локтя и выше. Отдельные нитки уже подбирались к плечу.

- «Паутинный клещ», - с каким-то странным выражением проговорил Ивэн. – Редкая гадость. Не думал, что еще когда-то встречу гхырово заклятие. Знаешь, как оно действует?

- Нет, - отозвалась я, в глубине души понимая, что не очень-то и хочу это знать.

- Заклинание двойного действия. Первое направлено на то, чтобы снять защиту мага и уничтожить его любым доступным способом. Так ведь и произошло, правильно?

- Не совсем… Меня отвлекал Деллик, иначе бой складывался бы по-другому.

- Хорошо, - согласился Ивэн. - Тогда я поправлюсь: после снятия защиты началось бы прямое сражение магов с непредсказуемым исходом. Но, даже если волшебник, пораженный «паутинным клещом», выживает в схватке, заклинание продолжает действовать. Оно начинает медленно распространяться по телу, видишь?

- Да, - сдерживая тревогу, кивнула я, с отвращением и ужасом проводя пальцем по мерцающей зеленым нити на загорелой коже. Разумеется, она никуда не исчезла и не стерлась.

- В итоге заклятие доходит до сердца и оплетает его паутиной. После этого пострадавшего мага уже не спасти.

Напряжение в комнате достигло предела и стало явственно ощутимым. С печальным звоном рассыпалась на осколки вазочка с астрами, залив водой и засыпав лепестками поверхность низенького столика. С сухим треском сломался подлокотник кресла, в котором сидел Аленар. Я опасалась поднять взгляд, чтобы посмотреть на мужчин, страшилась уточнить у Ивэна, обратимо ли еще заклинание, и смертельно боялась услышать отрицательный ответ. Стыдно признаться, но мне казалось, что, пока роковые слова не произнесены, все еще можно поправить.

- Тебе повезло дважды, Элька, - абсолютно спокойно, словно бы не замечая накаленной атмосферы, произнес колдун. – Во-первых, паутина дошла только до локтя, а это поддается лечению, а во-вторых, я один из немногих магов, которым доводилось иметь дело с «паутинным клещом».

Вода вместе с лепестками взвихрилась и повисла в воздухе причудливой спиралью. Опомнившись, Лежек махнул рукой, и цветные капельки вылетели в окно и упали на заросшую полынью и осотом клумбу. Кто-то из ребят привел вазочку в первоначальный вид. Я так и не поняла, кто именно, поскольку, облегченно выдохнув и загнав подальше страх вместе с беспросветным унынием, сосредоточилась на главном в этот момент.

- Ты можешь вылечить меня?

- Могу. – Ивэн чуть сильнее сжал мою руку и точно так же, как и я, провел по ядовитой нити. На этот раз я ощутила сильное жжение и инстинктивно попыталась высвободиться. – Но это займет некоторое время.

- Сколько?

- Сложно сказать. Десять – двенадцать дней, может быть, больше. Все зависит от того, сколько волокон мы сможем убирать за один раз. Это довольно болезненная процедура.

Он вновь провел по нити, что-то прошептав при этом. Жжение усилилось настолько, что мне пришлось прикусить губу, чтобы не простонать, и несколько раз моргнуть, смахивая выступившие слезы. Но зато зеленое свечение исчезло, не оставив после себя и следа на коже.

- И так с каждым волокном, - сочувственно произнес Ивэн, отпуская мою руку. – Альтернативного лечения я, к сожалению, не знаю. Но если его не провести, ты проживешь месяц, от силы полтора.

Я задумчиво потерла запястье. Вариант не лечиться совсем отпадал сразу, я не самоубийца. Искать другого специалиста, который может вылечить меня быстрее и менее болезненным способом – бесполезная трата времени, а его и так в обрез.

Ивэн обещает справиться за десять дней. Если я сожму зубы и потерплю, может быть, уложимся за неделю. У меня останется еще две на то, чтобы попробовать найти нужную информацию. Или не пытаться идти туда, не знаю куда, и искать то, не знаю что, и сосредоточиться на реально осуществимом варианте.

- Я уже говорил, что не допущу этого, - резко проговорил Аленар. Я недовольно вскинула голову.

- Здесь могу решать только я.

- О чем вы? – насторожился Лежек.

- Элька собралась в гости к Мораввену, - сердито бросил вампир. – Она считает, что сможет договориться с ним, принять участие в процессе переселения и потом уйти вместе с Аленом.

- Ты с ума сошла, - потрясенно заявил Лежек. Терен только хмыкнул и одобрительно подмигнул мне. Я слегка расслабилась: по крайней мере, хоть кто-то не будет вставать непреодолимой стеной на моем пути. Оказалось, преждевременно.

- Вообще хорошая мысль, - бодро заявил Терен вслух. – Только идти к Мораввену должна не Элька, а мы с Лежеком. Один контролирует будущую Нааль, другой ведет переговоры.

Я с трудом подавила нецензурную фразу.

- Нет, Терен. Он даже не будет вас слушать, просто сразу возьмет под свой контроль, заберет тело, и мы потеряем последний козырь.

- У нас есть твой корешок.

- Это если мы не ошиблись с его определением, и он действительно сработает. А если нет? Или если он погасит магию Мораввена не полностью, а только частично? Лежек имел с ним дело, он понимает, с чем придется столкнуться. Терен, я не могу рисковать вами.

- И при этом предлагаешь нам рисковать тобой, - разозлился Лежек. – Ты действительно думаешь, что мы пойдем на это?

Я с силой выдохнула воздух.

- Лежек, у меня есть и амулет, и гхыров корешок, и уверенность в том, что я смогу выстоять против него. Один раз у меня это уже получилось, получится и вторично. Мое тело ему не подходит, Нааль не переселится в него ни под каким видом…

- И собирается убить тебя при первой же возможности, - ядовито напомнил Лежек.

- Мораввен не позволит ей, - твердо сообщила я, не особенно понимая, откуда взялась эта убежденность, но ни капли не сомневаясь в своих словах.

- Нет, Элька. Должен быть какой-то другой способ.

- И мы будем его искать, - согласилась я. – Мне тоже совершенно не хочется лезть в пасть демонам. Но если другого варианта не останется…

- То этот тоже непригоден, - жестко сказал Аленар. - В таком случае Риэн будет сам спасать себя: единолично, с помощью Рейфа, Ремара – кого и как угодно. Но ты не будешь принимать в этом участие. Ты отвечаешь не только за себя.

Дискуссия явно зашла в тупик, и поддерживать ее не имело смысла. У меня есть время, чтобы переубедить мужчин. Если же они по-прежнему будут возражать…

«Я все равно поступлю так, как считаю нужным», - мысленно сообщила я, получила в ответ гневный взгляд и непреклонно сжатые губы, и повернулась к Ивэну, который с любопытством наблюдал за происходящим.

- Когда мы можем начать лечение?

- В любое время, - усмехнулся колдун. – Хоть сейчас. Только удобнее переместиться в мой кабинет. И вот еще что… Если вы действительно задержитесь здесь на некоторое время… - Ивэн испытующе посмотрел на меня.

- У меня нет другого выбора, - пожала я плечами. – Если, конечно, Лейфер не выгонит нас завтра утром.

- Конечно, нужно спрашивать у него, - задумался Ивэн. – Но, скорее всего, он только обрадуется продлению вашего визита. А я хотел предложить поместить тело дамы в стазис, чтобы не тратить силы понапрасну. Как вы на это смотрите, господа?

Мы смотрели положительно. Лежек даже не стал восстанавливать связь между собой и Амарантой. Аленар просто взял ее на руки и отнес в крохотную комнатушку, где когда-то, вероятно, проживала служанка. Ивэн вместе с Лежеком сплели над ней невидимый кокон, поместивший тело в безвременье до тех пор, пока оно не потребуется нам.

Лейфер, разумеется, не стал возражать и великодушно предложил жить в замке столько, сколько нам потребуется: неделю, месяц, год или всю жизнь. Зара не скрывала искренней радости, приветствуя нас, и в ее глазах читалась не только эйфория от встречи, но и затаенная признательность, и сложно было не угадать, с чем, вернее, с кем она связана.

После потрясающе вкусного ужина Ивэн проводил меня в комнату в восточном крыле.

- Садись поудобнее, - показал он на диван, ничем не отличающийся от собратьев, стоящих в рабочих кабинетах магов по всему миру. – А я сейчас кое-что поищу…

Я с максимальным удобством устроилась на узкой бугристой поверхности, положив руку на прохладный подлокотник. Ивэн, что-то бурча себе под нос, копался в шкафу, звякая стеклом и шурша бумагой. Наконец он повернулся ко мне.

- Я хотел бы упростить задачу и себе, и тебе, девочка, - вздохнул он. – Но ты ведь беременна?

Я не видела причины скрывать очевидное.

- Да.

- С одной стороны, это спасло тебе жизнь. Ни Юбер, ни дама, напавшая на тебя, не брали это в расчет и считали, что имеют дело с обычным магом.

- Юным и неопытным? – поддразнила я.

- И это тоже, - согласился Ивэн. – Но вообще я имел в виду обычный, не увеличенный энергозапас, который можно вынудить растратить и после этого расправляться с противником без особых хлопот. Беременность редко кто берет в расчет. Магички, ожидающие детей, как правило, не принимают участия в сражениях.

- Их не пускают мужья, - закончила я его мысль.

- А с другой стороны, твое положение сейчас серьезно затруднит нам лечение. - Ивэн захлопнул дверцу шкафа, пододвинул кресло и сел рядом со мной. – У меня есть зелье для снижения болевых ощущений, но для беременных женщин оно не подходит.

- А что входит в состав? – заинтересовалась я.

- На девяносто процентов – алкоголь, - хмыкнул Ивэн. – Еще десять – различные травы, и, как минимум, полынь и красавка тебе противопоказаны.

- Ну что же поделать, - пожала я плечами, не особенно расстроившись. Чего-то такого следовало ожидать. Если мне повезло в одном, то в другом я должна была потерпеть неудачу, и лучше пусть это будет болезненное лечение, чем потеря любимого навсегда.

Ивэн утвердительно качнул головой и вновь произнес заклинание. Паутина на руке засветилась. Я морально приготовилась к жжению и, чтобы отвлечься, полюбопытствовала:

- Так ты знал Юбера?

Ивэн медленно повел пальцем по светящемуся волокну. Боль немедленно пронизала руку, и мне пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть.

- Знал, - сочувственно посмотрел он на меня, но не прекратил процедуру. – Наверное, ты и не слышала о войне между Ласинией и Парстаном лет этак семьдесят назад?

- Ну, - протянула я, пытаясь извлечь из памяти сведения о Парстане. Вроде бы, это страна южнее Ласинии? Или нет?

- Не старайся убедить меня в том, что адептам в Аррении преподают историю сопредельных стран, - расхохотался Ивэн. – Все равно не поверю, потому что отлично знаю, как с этим обстоит дело у нас. Вам бы собственную историю изучить.

Я прекратила мысленные изыскания и призналась в собственном невежестве. Руку обожгло опять – Ивэн принялся за новую нить.

- Парстан сейчас – это семь или восемь станов, таких небольших провинций, объединенных в одно государство под управлением паргала Нарида. Станы постоянно воюют друг с другом, поглощаются и распадаются, поэтому их число все время изменяется. Сегалы – правители станов – редко удерживаются на своем посту дольше десяти лет. В общем, страна с бурным настоящим и непредсказуемым прошлым.

- Понимаю, - невольно улыбнулась я сквозь выступившие слезы.

- А семьдесят лет назад это было единое королевство, раздираемое на части внутренними проблемами, - продолжил Ивэн, принимаясь за третью нить. – Их правитель не нашел ничего более умного для укрепления страны, чем напасть на соседа, то есть на Ласинию.

- Надо же, – вежливо отреагировала я только ради того, чтобы что-нибудь сказать, а не концентрироваться на охватившем руку жжении.

- Вот так, - с сожалением проговорил колдун. – Я тогда был молодым магом, только что получившим четвертую ступень, и ринулся защищать страну. Меня зачислили в боевой отряд магов. Там и произошла наша встреча с Юбером. Элька, может быть, хватит на сегодня?

Я отрицательно покачала головой. Боль – это всего лишь боль. Ее можно пережить. А растягивать это непереносимое удовольствие нет никакого желания.

- Как только почувствуешь, что больше не выдержишь, немедленно говори, хорошо? – предупредил Ивэн и приступил к следующей нити. – Юбер уже тогда отличался своеобразными чертами характера. Ему нравилось мучить людей. Вот ты – как ты будешь сражаться с противником?

- Ледяной звездой, - с силой выдохнула я. – Или огненной стеной.

- То есть заклинаниями, убивающими сразу. Юбер же предпочитал использовать заклятия, действующие долгое время, и желательно необратимыми.

- Вот имздрюк гхыров, - не скрывая собственных чувств, определила я, не решаясь смотреть на пылающую руку: существует она еще в реальности или нет?

- Он самый, - подтвердил Ивэн. – Про «паутинного клеща» Юбер сам рассказал мне, бурля от несдерживаемого смеха и показывая на тело молодого мага, сражавшегося на стороне Парстана. А годом позже, когда война завершилась, мне пришлось собственноручно снимать эту гадость с себя, поэтому я хорошо понимаю, что ты сейчас чувствуешь… Все, Элька. Хватит, иначе ты упадешь в обморок.

- Может быть, так оно было бы лучше, - пробурчала я из последних сил. Ивэн только грустно хмыкнул.

Я не упала в обморок ни тогда, ни позже, в следующие дни, когда колдун продолжал избавлять меня от последствий заклинания медленной смерти. Он пытался отвлечь меня рассказами о своей жизни, о Ласинии, которую безмерно любил, о своей покойной жене и Заре. Я узнала, почему снаружи Руоль казался таким заброшенным. Ни Лейфер, ни Ивэн не хотели показывать, что хозяин замка вернулся в него, поэтому демонстрировали случайному взгляду разруху и заброшенность. Мало того, Ивэн набросил на ворота сторожевое заклинание, и о нашем появлении узнали задолго до того, как мы постучали в дверь. И Берт, открывающий ее, уже заранее знал, кто стоит за ней – колдун незаметно проверил, нет ли на непрошеных гостях морока.

Я с интересом слушала его, откинувшись на спинку неудобного дивана и отдав руку в полное распоряжение Ивэна. Паутина исчезала с нее медленно, очень медленно. Каждый день я старалась продлить сеанс излечения – время уходило, день становился все больше и больше равным ночи. Каждый день мне удавалось продержаться чуть-чуть дольше, чем в прошлый раз. Но все равно наступало мгновение, когда перед глазами появлялась черная пелена, и достаточно было одного мелкого толчка, чтобы я рухнула в нее. Ивэн чувствовал этот момент и немедленно прекращал свое колдовство, отправляя меня отдыхать, восстанавливаться и дремать, греясь в осеннем солнечном свете.

- Я уже говорил тебе, Нааль, и повторю еще раз: прекрати накручивать себя. Пройдет чуть больше двух недель, и ты получишь красивое женское тело.

Негромкий стук прерывает Великого Магистра. Дверь кабинета приоткрывается.

- Господин Мораввен? О, простите, я не хотел вам мешать…

- Добрый день, Брендт, - доброжелательно обращается демон к неловко застывшему на пороге молодому человеку. – Что ты хотел?

- Вообще-то я хотел посоветоваться с Магистром Аленом, господин Мораввен, но нигде не мог его найти и позволил себе заглянуть к вам. Но если я не вовремя, то могу зайти попозже.

Или Великий Магистр искусно скрывает свое раздражение, или он действительно рад приходу Брендта, чтобы не продолжать разговор с Нааль. По крайней мере, в его тоне не слышится ни капли недовольства.

- Нет, все в порядке. Проходи, мальчик. Если ты хочешь поговорить наедине, я могу попросить госпожу удалиться.

Нааль сердито вздрагивает и поджимает губы, но молчит.

- Нет.., - мнется Брендт. – Возможно, госпожа Нааль тоже могла бы дать мне совет…

- Что случилось? – посерьезнев, приподнимает бровь демон.

- Кесси, господин Мораввен! – выпаливает Брендт, порывисто проходя в центр комнаты. - Я не знаю, что с ней делать.

Нааль еле слышно фыркает. Мораввен остается по-прежнему серьезным.

- А почему с ней надо что-то делать? Насколько я помню, твоя невеста умная девочка и с ней можно сначала договориться.

- Я тоже так считал! – в сердцах произносит молодой маг. – Но сейчас она вбила себе в голову всякие глупости, перестала слушать меня и хочет сбежать.

- Успокойся, - мягко говорит Мораввен, поднимаясь из-за стола. – Сядь, налей себе чего-нибудь и объясни более внятно, чего хочет Кессиана и почему тебя это так тревожит? Что за глупости ты имеешь в виду?

- Я не буду их повторять, - яростно качает головой Брендт, но садится в кресло и залпом выпивает стакан воды. – Это чушь и ерунда!

- Это то, на что намекала Элиара? – осторожно интересуется Великий Магистр.

- Намекала? – вскидывается маг. – Она говорила их напрямую! А Кесси, которая всегда жалела подругу, сейчас как заведенная повторяет то же самое: Ален – не Ален, Нааль – не Нааль…

Брендт внезапно замолкает, поворачивается к рыжеволосой даме и виновато пожимает плечами.

- Простите, госпожа. Я просто повторял слова Кесси.

- Я понимаю, - кивает Нааль. Вот ей с трудом удается сдерживаться и сохранять невозмутимость. Хорошо заметно, как пылают ее глаза, как сжаты губы и напряжено тело.

- А Орден – страшная организация, - уже более спокойно завершает Брендт.

- Разумеется, страшная, - улыбается Великий Магистр. – Для преступников и разного рода нечисти. Кесси, кажется, нравилось здесь.

- Нравилось! – горячо подтверждает маг. – Но после защиты диплома ее словно подменили… Она начала убеждать меня в правоте Эльки, то и дело срываться в слезы, уговаривать бросить все и сбежать, грозя в случае моего несогласия удрать одной. И как мне поступить, господин Мораввен? Я не хочу уходить из Ордена, но и не могу отпустить ее.

- Она просто устала, Брендт. – Мораввен обходит свой стол и присаживается на его край. – Вспомни, какое у нее было лето: подготовка к диплому, пропажа подруги, месячное пребывание у незнакомых людей без единой родной души рядом, потом возвращение в Аррению, защита, работа в Ордене… А если еще учесть, что рухнула вся ее налаженная жизнь, разбились отношения с Элиарой, то Кессиана еще долго держалась. Ей нужно отдохнуть.

- И что мне делать? – непонимающе смотрит Брендт.

- Она хочет уехать, так увези ее. К родителям, например. Заодно и представишься будущим родственникам. Погуляйте по золотым березнякам, пособирайте грибы, ягоды или что там еще положено делать в лесу ранней осенью влюбленной молодой паре… А через пару недель, к равноденствию, вернетесь. Хватит вам этого времени, чтобы прийти в себя?

- Конечно! – не сомневаясь в своих словах, кивает Брендт. – И все?

- И все, - чуть приподнимает уголки губ в улыбке Великий Магистр. – Только не нападай на нее. Не отрицай ее слов. Соглашайся со всем, что она будет тебе говорить. Не говори о том, что я разрешил вам отдохнуть, можешь даже инсценировать побег, если это поможет. На свежем воздухе, в окружении близких, в теплых объятиях любимого человека Кессиана быстро станет прежней, и вы с новыми силами приметесь за работу.

- А если она не захочет возвращаться? - с сомнением уточняет молодой маг.

- Тогда вернешься ты один, а Кессиана останется скучать в кругу любящих родственников. Но не думаю, что, проведя столько времени наедине с тобой, она согласится на разлуку.

- Все так и будет, господин Мораввен! – сияет от несдерживаемых эмоций маг. – Спасибо вам за совет. Я знал, что только вы можете помочь мне.

- Не за что, мой мальчик. – Мораввен встает и протягивает ладонь для рукопожатия. – Иди. Забирай свою Кессиану и отвези ее к маме, пока девочка не сглупила и не сбежала сама. Разыскивай потом ее по всей стране…

Брендт торопливо пожимает руку Великому Магистру, склоняет голову перед Нааль и исчезает за дверью.

- Прекратить накручивать, да? – с пугающим спокойствием произносит Нааль, и стакан, оставленный молодым магом, начинает подрагивать. – Все будет хорошо, да? Красивое женское тело?

- Нааль.., - Мораввен, устало вздохнув, возвращается за свой стол. – В чем дело? Почему ты опять завелась?

- Я еще не завелась, Вен, - с тем же надрывным равнодушием произносит дама. – Пока я просто хочу знать, почему ты отпустил Кесси к родителям? Ты не думаешь, что она или не вернется оттуда, или вообще пропадет на просторах Аррении, как и ее подружка?

- Я послал с ней Брендта, - терпеливо поясняет демон. – Он и проследит за Кессианой, и привезет ее сюда к равноденствию. Нааль, ты же сама слышала наш разговор. Почему вновь начинаются безосновательные упреки?

- Ты считаешь, у меня нет оснований? – повышает голос дама. – Вен, а что ты скажешь этому милому молодому человеку после обряда? Прости, так получилось, но твоя невеста стала моей? И это после того, как он уже предстал перед ее родственниками в качестве жениха?

- Я подчищу ему память, - пренебрежительно машет рукой Великий Магистр. – Мальчик и вспоминать не будет, что когда-то любил Кессиану.

- А потом сделаешь то же самое со всеми родственниками и знакомыми этой парочки, - понимающе кивает Нааль. – Вен, у меня полное ощущение, что ты принимаешь меня за набитую наргу. Свежий воздух, теплые объятия, прогулки по лесу… Ты не в курсе, чем обычно заканчиваются подобные развлечения?

- Брендт не осмелится лишить Кессиану девственности, - уверенно произносит Мораввен. Но все-таки в глубине его глаз таится нечто, вызывающее всплеск эмоций у Нааль.

- О да, конечно! Вен, ты столько времени провел здесь и все еще веришь в чистоту и нравственность? Знаешь, что мне кажется? – Дама резко вскакивает с кресла и начинает нервно ходить по комнате тяжелыми мужскими шагами. – Ты и не собираешься переселять меня. Для тебя намного удобнее оставить меня как есть, в мужском теле, а самому утешиться с Элиарой. Не надо никого искать, проводить обряды, готовиться и запасать энергию. Вообще ничего не надо делать!

Женский образ постепенно слетает с Нааль, словно бы растворяясь в воздухе, и в какой-то момент к столу Мораввена подходит темноволосый мужчина с яростно пылающими синими глазами.

- А может быть, и обряда не существует? А, Вен? И ты просто полгода морочил мне голову, только делая вид, что занимаешься этой проблемой?

Мораввен, все это время терпеливо выслушивающий демоншу, не выдерживает.

- Да что с тобой происходит, Нааль! Куда делась та милая и ласковая девушка, в которую я влюбился столько сотен лет назад? Я устал выслушивать твои беспочвенные претензии. Тебе не кажется, что, если бы мне была нужна Элиара, я не мучился бы с темной луной и обрядами? Я мог бы уже давно наслаждаться счастьем с этой девицей, а не морщиться при виде тела ее любовника. А что до заклинания - оно существует! Ты хочешь его увидеть? Пожалуйста!

Он сплетает заклинание с такой быстротой, что я едва опознаю его – отпирающее, но с каким-то дополнительным блоком - открывает ящик стола и достает из него древнюю книгу, неуважительно бросая ее на стол.

- Читай! Можешь вызубрить его, чтобы потом проверить, то ли заклятие я применяю, пытаясь вытащить тебя из тела дар Лиаллана.

Сердце замирает от понимания: это то, что мне требуется! Это описание нужного мне обряда. Я каким-то непонятным мне самой способом перемещаюсь в пространстве, вставая прямо за плечом Алена. При желании я могла бы обнять любимого, прижаться к его спине, потереться щекой о шелк рубашки… Но это Нааль, и я просто внимательно слежу за ее действиями.

Она пододвигает фолиант к себе, раскрывает, перелистывает несколько страниц и замирает, внимательно вчитываясь в содержимое. Выцветшие буквы кто-то заботливо и бережно обвел, очевидно, для удобства чтения, и я легко различаю слова: «Кlien», «tariest», «gaa’rd testan»… Язык незнакомый, но сейчас это неважно. Я вглядываюсь в пожелтевшую страницу, стараясь охватить ее взглядом, всю, целиком, не пытаясь пока уловить смысл. Неизвестно, сколько у меня времени, а Ивэн потом вытащит из моей памяти все до последней точки и помарки. И мы найдем мага, способного перевести это заклинание. Я верю в это. Я верю в нашу судьбу.

Карминово-красные буквы внезапно сливаются в одно пятно. Лист пергамента рассыпается в труху, опадая к моим ногам. Кабинет Мораввена, мебель, сам Великий Магистр и Нааль исчезли. Я вновь стою в жаркой степи, обжигая горло воздухом, а ураганный ветер рвет мою юбку. Уже привычное ощущение безумного ужаса пригибает меня к выжженной земле. Я, собрав все силы, держусь на ногах, вглядываясь в черное облако на горизонте. Он – оно – кем или чем бы ни являлось – не получит моих детей. Пусть даже ценой моей собственной жизни.

Ветер внезапно стихает.

- Ты зря так плохо думаешь обо мне, - шепчет странный мертвый голос. – Я не сделаю ничего плохого ни тебе, ни им. Просто уступи мне. Только и всего.

- Нет.

- Ты все равно сделаешь это, Элька…

Голос словно оплетает меня паутиной, сковывает ноги, не дает поднять руки. Даже веки поднимаются с трудом.

- Ты все равно будешь моей…

- Нет!

Слепящая вспышка затмевает даже солнце. Паутина сгорает мгновенно, опаляя кожу адским жаром. Я падаю на землю, подгибая колени к груди, и с удовлетворенной улыбкой замечаю, что черное облако растворилось. Его больше нет. Осталась только степь, солнце и горячий сильный ветер…

- Элька?

Я выдралась из липкой дремоты, сфокусировала сонный взгляд и ошалело тряхнула головой, автоматически складывая пальцы в защитном заклинании. Склонившийся надо мной мужчина весело рассмеялся и чуть отодвинулся в сторону.

- Не надо кидаться пульсарами, пожалуйста. Не пугайся, это действительно я.

- Тогда тут не хватает Гренны, - бросила я первое, что пришло в голову. - Или ты и ее прихватил?

- Нет. Гренна ждет тебя в Асгоре и очень скучает.

- Придется ей потосковать еще немного, - вздохнула я, окончательно приходя в себя, приняла предложенную руку и встала с травы, нагретой солнцем. Как уже вошло в традицию, пришлось сначала отряхнуть мелкий мусор и листики, прилипшие к одежде, прежде чем выпрямиться и, вежливо присев по всем правилам этикета, поздороваться:

- Рада приветствовать вас, князь Ремар одд Шаэннар.

- И я весьма рад видеть вас, Элиара, - таким же невыносимо официальным тоном ответствовал он.

- Что привело вас в эти негостеприимные края? - продолжила я светскую беседу, на самом деле теряясь в догадках, откуда Ремар здесь взялся, кто его вызвал и с какой целью? Хотя, кажется, ответы очевидны. Мужчины вызвали себе подкрепление.

- Элька, если ты не возражаешь, я предпочел бы обойтись без формализма и церемоний. Мне, знаешь ли, хватает их и дома. Честное слово, я оценил твои безупречные манеры.

- Не возражаю, - кивнула я, расслабляя напряженную спину, слегка нывшую после отдыха на земле. - Так зачем ты приехал? Наставить непокорную деву на путь истинный? Ты не мог не выполнить просьбу любимого дядюшки и ради этого бросил Белогорье без присмотра?

- Белогорье пару дней переживет под присмотром госпожи Биэллы, моей дражайшей мамы, - усмехнулся Ремар. - А вообще я прибыл навестить будущую родственницу, пострадавшую в бою, которая наверняка соскучилась по моему обществу. Но, если тебе больше нравится собственная версия, могу выступить в роли Алена, - усмехнулся он, обнял меня за плечи и повел к дому по заросшей сорняками дорожке. - Какого гхыра ты надумала? Кто дал тебе право рисковать собой?

Я длинно и протяжно выдохнула. Ремар явно прикидывался - иначе в его глазах не сияли бы веселые искорки - но даже и в таком ключе мне не хотелось вновь поднимать поднадоевшую тему. И что-то назойливо покалывало меня изнутри. Что-то очень важное, которое ни в коем случае нельзя было забывать. Что-то, безусловно связанное с Аленом. Что еще может быть для меня настолько важным? Я опять видела сон? Ремар разбудил меня, может быть, поэтому он спрятался в дальних закоулках памяти?

- Ремар, что мне снилось, когда ты подошел?

- Хм.., - нахмурился он. - Ты же знаешь, во сне мысли размыты и нечетки. Я не обратил особого внимания. Что-то жаркое, пыльное и ветреное.

Я остановилась, зажмурившись и сжав руками виски. Снова степь… Солнце, жара, страх и темное облако… Но это не то, степь и сгусток мрака я вижу уже давно. Должно быть нечто другое, связанное с Аленом.

- Элька? - встревоженно позвал Ремар. Я только качнула головой, стараясь выловить за кончик мелькнувшую и вновь ускользнувшую мысль. - Подожди, я помогу тебе.

Его пальцы легли на мои, князь негромко проговорил заклинание, и я сосредоточилась, стараясь не захлебнуться в потоке обрывочных фрагментов.

- Что нужно искать? - уточнил Ремар.

- Сон, - невразумительно ответила я, морщась от ощущения жары, вновь рухнувшего на мои плечи. - Недавний. То, что было перед степью и жарой и, скорее всего, связано с Аленом.

- Настраивайся, - посоветовал князь, сильнее сжимая мою голову. - Степь. Откуда ты в нее попала?

- Из кабинета Мораввена, - не раздумывая ответила я, мысленно воссоздавая такой знакомый мне интерьер: два кресла, низкий столик, массивный шкаф, громоздкий письменный стол, стопка книг, свитки…

Толстый раскрытый фолиант.

Карминово-красные буквы.

Слова на непонятном мне языке.

- Ты сможешь считать их?

Ремар ответил не сразу.

- Нет. Точнее, не таким образом. Некоторые буквы прочитываются нечетко. Тебе надо максимально концентрироваться на образе в течение довольно длительного времени. Будет проще, если ты уйдешь в транс и разрешишь подключиться к твоему сознанию.

- Тогда нам нужен Ивэн. - Я осторожно повела плечами, высвобождаясь из рук Ремара. Он чуть сильнее сжал их, удерживая меня на месте.

- Подожди, не торопись. Зачем тебе потребовался Ивэн?

- Это колдун из Лиалла.., - начала я, но Ремар не дал мне продолжить.

- Я знаю, кто он. Мы уже успели познакомиться и побеседовать, пока ты спала в саду.

- Но ты можешь не быть в курсе о его специализации, - фыркнула я. - Ремар, Ивэн темный колдун. Мало того, он учил меня работать с потоками, подключившись к моему сознанию. Информацию из моей памяти можешь вытащить и ты, но вряд ли тебе удастся разобраться в заклинании. Я не уверена, что смогу сделать это самостоятельно. Мне нужна помощь, а единственный темный колдун, который сейчас может помочь мне, - это Ивэн.

- А он хочет тебе помогать? – нахмурившись, приподнял бровь Ремар. - Ты спросила его, хочет ли он втягиваться в драку с Мораввеном или предпочтет отсидеться в стороне, не подставляя под удар себя и своих близких? Вспомни, что случилось с Лейфером. Одно дело - вылечить руку малознакомой барышне, и совсем другое - вступать в противостояние с Великим Магистром.

- Я понимаю, - мрачно пробурчала я, не задавая глупых вопросов о том, откуда Ремару все известно. Гхыровы Повелители и их племянники… - Но почему-то мне кажется, что Ивэн не станет отказывать мне в помощи.

- Тогда пойди и спроси его об этом.

Я оказалась права. Ивэн даже слегка оскорбился, услышав мой вопрос, и недовольно заметил, что он уже и так знает слишком много о Мораввене и Ордене Темных Всадников, чтобы пугаться дополнительной информации и оставить неопытную, хотя и талантливую девушку одну с неизвестным заклинанием. И вообще, маг, воевавший в армии Ласинии, не может оставаться в стороне, когда Аррению захватило зло, которое, возможно, угрожает и его стране.

Лежек, узнав обо всем, не обрадовался, но, с другой стороны, не стал и активно возражать. Скорее всего, потому, что не хуже меня понимал всю важность текста, скрытого в моей памяти. А еще свою роль наверняка сыграло присутствие Ремара.

Меня уложили на диване в кабинете Ивэна. Немного поерзав, я устроилась с максимально возможным удобством, чтобы не затекло тело. Неизвестно, сколько времени займет процедура.

- Готова? - Ремар пододвинул свой стул к изголовью. Ивэн сел рядом и протянул руку, коснувшись кончиков моих пальцев.

- Почти. Вот, возьми. - Я сняла с себя амулет и передала его князю. - Теперь все.

- Тогда закрывай глаза и расслабляйся. Я почувствую, когда ты впадешь в транс, и сообщу Ивэну.

Я прикрыла веки, вызвала в памяти образ фолианта и начала погружаться в него, стараясь раствориться и уйти от внешнего мира.

Гхыр.

Привычного отрешения не наступало. Мир продолжал светить, скрипеть, шелестеть, пахнуть и впиваться в бедра твердой планкой. Образ книги с кровавыми буквами колебался и дрожал, то размываясь, то становясь отчетливее. Мне никак не удавалось сконцентрироваться на нем. Из глубины сознания все назойливее пробивалась степь - с ураганным ветром, пеклом и колючей травой под ногами.

- Помочь?

- Да, - благодарно выдохнула я. Пальцы Ремара легли на мои влажные от пота виски. Непонятная рассредоточенность начала сдавать свои позиции. Книга проступала все отчетливее. Я уже могла различить загнутый уголок страницы, надорванный корешок, небольшую кляксу на полях…

Мир исчезает. Темнота принимает меня в ласковые объятия, укутывая покрывалом отчужденности. Все, что остается, - это висящая на угольно-черном фоне книга с кроваво-красными буквами. Чей-то знакомый, очень знакомый, до безумия, до слез на глазах и острой тоски в сердце голос начинает медленно и внятно читать странные слова на неизвестном языке, произнося их по буквам.

- Daar hargrazd ker estan…

Время застыло янтарной смолой. Я не чувствую своего тела. Мне не жарко и не холодно, не душно и не свежо. Я вообще не представляю, где нахожусь и существую ли вообще. Все, что сейчас имеет значение, - это четкие буквы и твердый мужской голос.

- Klien viest zarast err gaa'rd testan…

Я устала. Мне все тяжелее всматриваться в раскрытую книгу. Сложнее улавливать произносимые буквы и складывать их в слова на жестком, грубом языке. Но я продолжаю концентрироваться, понимая, что сейчас самое важное - получить гхырово заклинание, дающее мне шанс на спасение Алена, на нашу счастливую, длинную жизнь.

Мои плечи слегка сжимают теплые руки, вливая новые силы, придавая уверенности и спокойствия. Тело прошивает вспышка молнии. Искристая щекотка будоражит кровь. Я прикусываю губу, боясь поверить в то, что ощущения правдивы. Мне ужасно хочется обернуться, посмотреть в синие глаза и дотронуться до темных волос.

Но нельзя нарушать сосредоточенность. Осталось всего три строчки. Три - нет, уже две с половиной - и цель будет достигнута.

- Tariest dhaard grezd nokard…

Я перевожу дыхание. Все. Теперь текст надо расшифровать, понять и отработать, но с первым этапом, надеюсь, мы справились. Мужские руки чуть сильнее сжимают мои плечи, не давая повернуться.

- Я ближе, чем кажется, Элька. Помни это. Ell lientienn, Eliara…

Я все-таки высвобождаюсь и разворачиваюсь, но вместо любимого лица вижу только угольно-черную темноту. Пустую, одинокую и безграничную.

Притягивающую к себе.

Затягивающую в косматый мрак.

- Элька?!

Второй раз за день я открыла глаза и уткнулась взглядом в Ремара. Правда, сейчас он не улыбался, а хмуро смотрел на меня. Ивэна рядом уже не было.

- Не получилось? - забеспокоилась я, еще до конца не выбравшись из транса, и приподнялась на локтях.

- Нет, все в порядке, - покачал головой Ремар. - Все записано и проверено, не переживай. Ты хорошо поработала.

Я выдохнула и опять опустилась на диван, закрывая глаза и погружаясь в остатки транса. Теплые руки, голос и элеандар.

Ален. Ален? Откуда он взялся, если это действительно был мой любимый?

- Элька, я никого не ощутил. Скорее всего, это работа твоего подсознания. Меня заинтересовало другое. Что за степь ты видишь во снах?

- Не знаю, - пробурчала я, неохотно расставаясь с мыслью об Алене, пришедшем мне на помощь из астрала, и села, откидываясь на спинку. Подсознание так подсознание. В конце концов, я безумно соскучилась, а в моем состоянии еще и не то причудится. - Это просто сон. Степь, жара и сгусток мрака, желающий заполучить меня. Обычный кошмар.

- Точно обычный? - недоверчиво переспросил Ремар.

Я задумалась, добросовестно вспоминая все сны, в которых мне виделась степь. Да, не исключено, что это некое предвидение, наподобие той закатной реки с песчаным пляжем. Но кто тогда выступает в роли мрака? Мораввен?

Очень сомнительно. Мрак хочет не только меня, но и моих детей, а демон не знает о моей беременности. По крайней мере, я ему точно не говорила. И вообще не делилась с окружающими сведениями о своем интересном положении. В момент нашей последней встречи он не мог увидеть набухший живот, потому что его тогда у меня еще не было. Услышал сердцебиение детей? Прочитал мои мысли? Ощутил седьмым или десятым демонским чувством? Даже Кесси была не в курсе, так что и с этой стороны Мораввену не выяснить столь любопытного факта моей биографии.

- Не знаю, - наконец, проговорила я. - Наверное, это действительно кошмар будущей мамы, который месяц находящейся в нервном напряжении.

- Может, и так, - с сомнением хмыкнул Ремар. - Но все равно не нравится мне этот сон…

- Мне тоже не нравится, - призналась я. - Если вдруг меня занесет в безлюдную жаркую степь, на горизонте которой клубится черное облако, то надо немедленно удирать оттуда, прихватив с собой детей, ежели таковые окажутся со мной. Я не намерена отдавать их ни невнятному злому сгустку мрака, ни Мораввену.

- Кстати, о Мораввене…

Ремар как-то нехорошо посмотрел на меня. Я немедленно напряглась, готовясь дать отпор еще одному представителю семейства одд Шаэннаров, вознамерившемуся указать мне правильный вариант действий. Князь, улыбнувшись, приподнял руки:

- Не волнуйся. Я не собираюсь давать тебе никаких советов и отговаривать от безумных поступков. Мало того, при необходимости обязуюсь лично проводить тебя в Орден, выступая в качестве охранника, высокопоставленной особы, имеющей право являться к Великому Магистру без приглашения, и брата Ариэна одд Шаэннара.

- Тогда о чем ты? - непонимающе переспросила я.

- Хочу напомнить, что такая необходимость может наступить только при очень неблагоприятных обстоятельствах.

Ремар замолчал, и мне пришлось недовольно попросить его пояснить, о чем идет речь.

- Ты забыла? Мы же говорили перед вашим отъездом в Картхейн, что есть масса способов раздобыть тело Ариэна.

Я прикрыла глаза, вспоминая события двухмесячной давности. Как недавно и одновременно как давно они происходили… Неудивительно, что слова Ремара практически выветрились из моей памяти.

- Я напомню, - подсказал князь, без зазрения совести следивший за моими размышлениями. - У Рейфа есть несколько надежных людей и парочка хороших планов, как похитить Нааль в таком дорогом для нас теле и приволочь ее… или его в нужное место. Ему требуется только одно: сообщить, где именно находится искомое место.

- Да, - медленно протянула я. - Помню. Антарные наручники и стихийные телепорты. Ремар, ты уверен, что у Рейфа на самом деле получится?

- Я надеюсь на это, - пожал он плечами. - В конце концов, Магистр Рейф далеко не самый слабый маг в Аррении, да и его близкие друзья чего-то стоят. Ну а если и они оплошают, то тут уже придется действовать тебе, идти к Мораввену, оглушать его известием о своей беременности и все такое прочее... Только я прошу тебя подумать вот о чем: стоит ли рисковать не только собой, но и детьми? Стоит оно того, или все-таки жизнь и будущее твоих малышей важнее?

- Жизни их отца? - мрачно дополнила я и прикусила губу.

Конечно, определенный резон в словах Ремара есть. Риск, о котором он говорит, существует, и достаточно большой. С другой стороны, есть немаленькая вероятность того, что я сумею договориться с Мораввеном, и пока мне кажется, что она перевешивает все возможные опасности.

- А если ты ошибаешься? - спросил Ремар, ворвавшийся в мои размышления.

- Может, и ошибаюсь, - вздохнула я, растирая пальцами виски. - Если Рейфу на самом деле удастся похитить Нааль, мне не придется выбирать между жизнью детей и мужа. А если не удастся… Вот тогда я подумаю, обещаю.

Ремар неопределенно качнул головой, то ли соглашаясь со мной, то ли разочаровываясь.

- Логично, - подал голос сидящий за столом Ивэн. - Вполне разумные слова. А теперь, господа маги, я предлагаю закончить бесплодные прения, результат которых все равно зависит от пергамента в моих руках, и перейти к его расшифровке. Могу сразу сказать, что сделать это будет довольно сложно.

Две страницы из книги Мораввена оказались написанными на древнем языке. Вчерашние адепты - то есть я и братья Альвитские - добросовестно посмотрели на лист, грустно переглянулись и отошли в сторону. От нас никто ничего и не ждал - точка зрения Ремара и Ивэна на современное образование мало отличалось от мнения Алена. Лейфер, закончивший школу пятнадцать лет назад, обладал примерно такими же знаниями, как и мы, то есть не имел ни малейшего представления ни о языке, ни о сути текста.

Оставались Ремар, получивший нестандартное образование у своего отца, и Ивэн, уже давно работавший с темной магией и ее заклинаниями. Оба мага отбросили все свои дела и погрузились в изучение пергамента, делая лишь краткие перерывы на сон и еду. Некоторые проблемы могла бы доставить моя не вылеченная окончательно рука, но Ремар, посмотрев на процесс избавления от паутинного клеща, изготовил безопасный для беременных эликсир, почти полностью снявший болезненные ощущения. Легкое жжение я могла терпеть, и Ивэн за несколько часов полностью избавил меня от смертельной гадости, после чего оба мага утонули в лингвистике и дешифровке.

Ни Ремар, ни Ивэн не опознали языка. Они сошлись во мнении, что он родом из южных областей, найдя сходство с известными им словами, но полного перевода сделать не могли. Хотя им удалось вычленить собственно заклинание, в первую очередь потому, что колдун заметил знакомые компоненты. Остальное - судя по всему, описание обряда - пока было тайной за семью печатями.

Требовался либо словарь, либо специалист по древним наречиям. Разумеется, и те, и другие в природе существовали, и, скорее всего, не в единственном экземпляре. Загвоздка состояла в том, что ехать куда-то далеко не позволяло время, а в близлежащих странах нам показываться не рекомендовалось. Ивэн справедливо опасался поджидающих его в Лиалле господ с распростертыми объятиями и не самыми добрыми намерениями. Лейфер все понял правильно. Ивэна навестил его приятель из Ковена Лиалла и дружески предупредил, что некие мужчины в плащах с эмблемой единорога со змеей очень хотят задать ему несколько вопросов о недавних гостях - двух юношах и девушке. И добавил: если колдун не захочет искренне ответить на них, это сделает его очаровательная дочь. После этого предупреждения Ивэн собрался и покинул свой дом вместе с Зарой и Лейфером.

Ковен Аррении тоже отпадал по вполне ясной причине: всех тамошних магов подчинил себе Мораввен, и демон, несомненно, узнал бы о любителях древних языков. Ремар подумывал обратиться к Рейфу, и останавливало его от немедленного отбытия только нежелание лишний раз приходить в убежище к беглому Магистру и, кроме того, просить его заняться не только подготовкой похищения Нааль, но и переводом. Скорее всего, ему пришлось бы пойти на это, если бы не случай в виде Магистра Хилдара.

Почтенный призрак так обрадовался возвращению внука с молодой красивой девушкой, что впал в летаргическое состояние и не появлялся на людях. По крайней мере, так мне рассказала Зара, когда я удивилась отсутствию Магистра. Прикрывая рот рукой и оглядываясь, она шепотом добавила, что даже рада этому, потому что как-то не ожидала увидеть в замке привидение. И, когда перед ней в воздухе сгустился пожилой господин в старомодной мантии, громко заорала и выронила поднос с фарфоровым сервизом.

Лейфер, дождавшись, когда девушка убежит по своим делам, посмеиваясь, изложил несколько другую версию. По его словам, призрак, возмущенный появлением в замке "молодой нахалки" и ее не самым вежливым приветствием, оскорбился и поселился на верхнем этаже Руоля, куда еще не добрались хлопотливые ручки настырной девицы. Периодически он появлялся в спальне своего внука, занудно бубнил о нравах современной молодежи и сравнивал Зару со своей покойной женой, разумеется, в пользу последней.

Правда, Лейфер утверждал, что Магистр Хилдар постепенно привыкал к наличию в замке посторонних, не особенно протестовал против этого и приходил к мысли, что "могло быть и хуже". Психолог считал, что привидение вот-вот вновь начнет бродить по замку, и оказался прав. Призрак выбрал для своего появления самое подходящее время.

Парни, не зная, чем заняться, начали перерывать библиотеку замка в поисках любых словарей, которые могли там оказаться. Мало кто верил, что искомая книга там окажется, Лейфер, как ни старался, не мог вспомнить ни предков с юга, ни интересующихся лингвистикой. Но проверить стоило. Копание в старых книгах, дело однообразно-скучное, все же внесло приятное разнообразие в нашу жизнь, и мужчины не без удовольствия просматривали вытаскиваемые с полок книги.

Магистр Хилдар материализовался в центре библиотеки в тот момент, когда Терен не удержался на верхней ступеньке шатающейся лестницы и упал, роняя только что вытащенную с полки книгу. Он смог затормозить сам, бесценную инкунабулу поймала заклинанием я, а призрак, побагровевший настолько, насколько это может сделать привидение, на несколько секунд потерял дар речи. Правда, быстро нашел его и разразился речью о юных варварах, небрежно обращающихся с раритетами.

- А что вообще вам потребовалось в библиотеке? - немного остыв, поинтересовался Магистр.

- Словарь, - пояснил Терен, благополучно левитировавший на пол. - Нам нужно перевести один текст.

- А что, в Школе теперь не преподают ничего, кроме Всеобщего? - ехидно осведомилось привидение.

- Изучают, - вежливо ответил Лежек. - Но с этим языком не знаком ни один живущий в замке маг.

- В наше время каждый считал своим долгом знать не меньше десятка языков и диалектов, не считая эльфийского и гномьего, - фыркнул Магистр Хилдар. - Про троллий я и упоминать не буду при даме. Покажите мне ваш текст.

С внезапно заколотившимся сердцем я достала копию текста, давно сделанную нами, чтобы уменьшить вероятность потери.

- Вот, Магистр Хилдар, смотрите.

Привидение неслышно переместилось ко мне и воззрилось на исписанный пергамент.

- Хм… Ну… М-да… Откуда это у вас?

- Приснилось, - постаралась я максимально честно удовлетворить любопытство призрака, не вдаваясь в излишние подробности.

- Приснилось, - недоверчиво повторил Магистр Хилдар. - Хорошие сны вам снятся. На мертвых языках.

- Вы знаете его? - уточнила я, сдерживая волнение.

- Конечно, - пренебрежительно буркнул призрак. - В мое время знание гарнадского считалось необходимым для адептов старших курсов. Мы писали на нем заковыристые эссе и заполняли бесчисленные страницы дневников…

Привидение мечтательно возвело глаза к потолку и задумалось. Пауза явно затягивалась, мое нетерпение вкупе с нервозностью возрастало с каждой секундой, и наступил момент, когда я не выдержала.

- Магистр Хилдар, а вы можете перевести нам текст?

- Что? - очнулся призрак, на мгновение растаял и вновь собрался в устойчивую полупрозрачную фигуру. - Да, разумеется. Так… Что тут у нас?.. Как же это было?

Сзади послышался шепот - Терен сплетал заклинание, обостряющее память. Судя по виду мага, он сам не был уверен, подействует ли заклятие на привидение, но проверить стоило. А вдруг?

Вдруг произошло. Магистр Хилдар как-то встрепенулся, устроился в воздухе, скрестив ноги, и начал читать:

- Место, осиянное силой, найти впрежь всего надобно…

Я незаметно махнула Лежеку, но тот уже и без моей подсказки схватил перо и первую книгу, попавшуюся под руку, и быстро записывал в ней диктуемые привидением слова. Терен внимательно следил за призраком, готовясь в случае необходимости возобновить заклятие. У меня не было ничего, кроме пергамента с текстом, и я могла только слушать, следить за бесплотным пальцем, прослеживающим черные буквы с завитками, и стараться запоминать перевод.

- Камней набор собрать следует, числом тринадцать общим…

Через два с небольшим часа в кабинете Ивэна не осталось свободных сидячих мест, включая подоконник. К нашей сияющей от счастья компании, ворвавшейся в комнату и оторвавшей от дел господ Магистров, присоединился еще и Аленар. Призрак, благосклонно приняв все полагающиеся на его долю благодарности и признания в нашем невежестве, удалился читать мораль Лейферу, чем, собственно, и собирался заниматься с самого начала.

Лежек неторопливо и внятно зачитал вслух странно построенные фразы и отложил в сторону книгу.

- То есть нам нужен Круг, - задумчиво произнес Ремар. - Активный Круг. Аленар?

- Конечно, - отозвался вампир. - Он в вашем распоряжении. И камни тоже.

Я озадаченно потерла виски: Круг в Асгоре? Но зачем он там нужен, еще и активный? В вампирской долине, в которой нет магов, насколько мне известно?

- Это долгая история, - пояснил Аленар, разумеется, заметивший недоумение и мое, и братьев Альвитских. - Если кратко, то вампиры-Повелители - и только они, рядовые не способны на это - могут активировать Круг и проходить через него в другой мир, спасая жизни своих соплеменников. Активный Круг есть в каждой долине. Асгор не исключение.

- Но у него нет никаких особенностей? - напряглась я, уже представляя возможные сложности. Аленар успокоил меня.

- Нет. Самый обычный Круг. С этой стороны никаких проблем не возникнет. Вот только камень… Лежек, что там говорится про алмаз?

- Однако дня алмаз заменить на ночи алмаз следует, - процитировал молодой маг.

- Темный алмаз, - перевела я. - Таким же открывал Круг Мораввен в ночь прихода темной луны. В общем, неудивительно, могли бы и сами догадаться. Я правильно понимаю, что теперь нам надо каким-то образом забрать камень у демона? И заодно отобрать у него возможность открыть Круг самому? Ведь второго, насколько я помню, не существует…

- Ошибаешься, - возразил Ремар. - Есть. С самого начала существовало пять камней. Один исчез со смертью отца, второй, которым я занимался, украли, а три оставшихся лежат в хорошо защищенном месте. Ты получишь его, как только мы вернемся в Белогорье.

- Значит, Круг есть, камень тоже, - удовлетворенно выдохнула я. - Что еще требуется?

- Маг для проведения обряда, тело для переселения и тело, из которого вытаскивают душу, - сообщил Лежек.

- Вместилище, так сказать, уже есть, проблему Алена надо решать с Рейфом, а вот маг… Ивэн, ты сможешь провести обряд?

Взгляды всех присутствующих скрестились на колдуне, не произнесшем за последний час ни слова и в задумчивости поглаживающем подбородок.

- Смогу, - отозвался он. - Я понимаю, на каком принципе основано заклинание и что требуется сделать. Но, Элька, обряд надо проводить тебе.

- Мне?

- Тебе, - твердо заявил Ивэн. - Позволь, я поясню. Обряд основан на проникновении в сознание, поиска там сущности, в данном случае чужеродной, извлечение ее и перемещение в иное тело.

- Ну да, - растерянно подтвердила я. - И ты считаешь, что я справлюсь с этим лучше тебя?

- Да. Ты знаешь своего… Алена лучше кого-либо, была близка с ним настолько, насколько только может быть близка женщина с мужчиной, - колдун кашлянул, бросая взгляд на мой живот, - а я никогда не встречался с ним. Определить чужую личность в его теле тебе будет намного проще, чем кому-нибудь из нас. Чем любому магу в мире, за исключением, быть может, Мораввена.

- Наверное, ты прав, - после некоторого раздумья признала я. - Но…

- Не бойся, Элька, - безошибочно угадал мои колебания и страх Ивэн. - Ты уже работала с сознанием и очень успешно. Кроме того, я все время буду рядом: и во время отработки заклинания, и во время обряда. У нас есть почти две недели на подготовку. Мы справимся. Ты справишься. Поверь мне.

Я поежилась и обхватила себя руками, физически ощутив, как на мои плечи улеглась ответственность, внушающая неотчетливый страх. А почему, собственно, она дала о себе знать только сейчас? Этот груз всегда лежал там. Я всегда знала, что обязана вытащить Алена. Это всегда было моим и только моим делом. Я неоднократно повторяла эти слова и себе, и окружающим.

Я прикрыла рукой выступающий живот. Я справлюсь. Мы все справимся. Теперь, когда у нас есть почти все необходимое, тихое семейное счастье не за горами. Его практически можно потрогать, настолько близко оно подошло. Все будет хорошо. Обязательно.

Я подняла голову.

- В Руоле нельзя тренироваться. Всплески магии привлекут нежеланное внимание. Нам надо уходить в Асгор. Аленар, придется тебе пережить нашествие не троих, а четверых гостей.

- Пятерых, - поправил Ивэн. - Мы уже и так сильно злоупотребили гостеприимством Магистра Лейфера.

Я сильно сомневалась, что Зара с восторгом примет предложение уезжать, учитывая все то, что невольно приходилось мне замечать: однозначные взгляды, касания, необходимость находиться в обществе Лейфера. Если отец и увезет ее силой, психолог, скорее всего, увяжется с нами. Боюсь, Аленару придется принимать шестерых гостей.

- Сколько угодно, - равнодушно пожал плечами вампир.

- Прекрасно, - удовлетворенно произнес Ивэн. - Я поговорю с Зарой и потороплю ее со сборами. Времени достаточно мало, и задерживаться не стоит.

Но нам пришлось остаться в Руоле еще на один день.

Зара категорически отказалась переезжать в вампирскую долину. Она закатила удивительную для такой спокойной девушки истерику, в слезах уверяя, что страшно боится вампиров и ни за что не хочет жить по соседству с ними, из двух зол предпочитая привидение. Девушка не поддавалась на уговоры отца, своей жизнью гарантирующего безопасность дочери, и не особенно усердствующего Лейфера, готового, как я и предполагала, сопровождать даму хоть на край света. Вопрос проживания в Руоле Аленара она с удивительной легкостью обходила стороной.

Еще раз посмотрев на залитую слезами Зару, Лейфер сжал ее руку, приосанился и отправился к Ивэну. Говорили они не меньше часа, но, очевидно, Ивэн вынужден был согласиться с доводами Магистра-психолога. Еще через полчаса раскрасневшаяся, вытершая слезы девушка торжественно приняла руку и сердце Магистра Лейфера Руольского. Ремар, как представитель верховной власти, пусть и другого государства, согласился сочетать молодых людей браком.

Следующий день ушел на лихорадочную подготовку. Из сундука достали свадебное платье матери Лейфера, Зара, молниеносно работая иглой, подгоняла его под себя. Лейфер, Лежек и Терен восстанавливались после импровизированного мальчишника. Привычно мрачный Ивэн просматривал свои книги, прикидывая, что может пригодиться ему в Асгоре. Ремар о чем-то вполголоса разговаривал с Аленаром в гостиной. А я…

А я делала все, что могла: закалывала платье на Заре, помогала Марте чистить овощи, бродила по саду, обрывая увядшие лепестки астр и роз, и боролась с неопределенной, накатившей на меня тоской.

А позже, стоя в залитой закатным солнцем гостиной, слушая торжественную речь Ремара, глядя на счастливого Лейфера и смущенную Зару, представляла себя на ее месте. Мы будем точно так же стоять в центре огромного гулкого зала, и слова Ремара будут эхом отдаваться от увешанных гобеленами стен. Ален будет крепко держать меня за руку, по телу разбегутся искры, а в крови вспыхнут яркие молнии нашей любви.

И Ален назовет меня своей женой. Перед стихиями и людьми.

Кто-то из детей шевельнулся в животе. Я нежно прижала к нему ладонь, еле слышно прошептав:

- Все так и будет. Поверь мне.

Глава 34.

- Давай, Элька, соберись. У тебя уже почти получилось.

Ивэн небрежно подхватил со стола неподвижное тельце крысы и бросил его в угол, посылая вслед пульсар. Трупик исчез в трескучей зеленой вспышке.

- Последний раз, и хватит на сегодня.

- Так и крыс уже не осталось, - устало заметила я, встряхивая кистями рук и морально готовясь к новой попытке освоить гхырово заклинание.

- Завтра еще наловим, не переживай, - утешил меня колдун. - Время есть. Ты и так далеко продвинулась и за оставшиеся пять дней успеешь отточить заклинание. Все будет хорошо.

- Конечно, будет, - не очень уверенно отозвалась я. Последние два дня на меня все чаще накатывали приступы паники, справляться с которыми становилось сложнее и сложнее. Да, я вызубрила формулу, в принципе, верно применяла ее, но, когда дело доходило до практических результатов… Я подчиняла себе сознание крысы, научилась собирать сущность в крохотный невесомый комочек, а потом… Потом что-то происходило, и лежащая на столе ворона не хотела оживать.

А что хуже всего: я боялась. Невыразимо, смертельно боялась. У меня нет возможности тренироваться на людях, а человек не крыса. Ален с Нааль не противный грызун. Их сознания колоссально отличаются. Удастся мне отделить Алена от демонши? Справиться с отчаянно сопротивляющейся сущностью? А никто не мог дать гарантии, что Нааль согласится со мной сотрудничать. Правда, проблема ее переселения меня не особенно волновала. Станет Амаранта Нааль, не станет - мне все равно. Главное, чтобы она больше не сидела в теле моего любимого мужчины.

- Все будет хорошо, - повторил Ивэн. Я с подозрением покосилась на него и проверила блок. В последнее время мне приходилось постоянно контролировать его. Нет, блок стоял, надежно скрывая мои мысли от любого любопытствующего. Очевидно, колдун просто понимал обуревающие меня эмоции.

- Начинаем.

Ивэн встал позади, кладя руки на мои плечи. Вздохнув, я привычно сосредоточилась и начала воспроизводить формулу, выстраивая канал между собой и тушкой крысы на столе. Крохотные искорки в прозрачной тьме, которые надо смести в один комок, преодолевая их сопротивление. Точно рассчитанное усилие для того, чтобы поднять светящееся облачко и осторожно направить его в неприятно пульсирующий жгут. Разрыв канала и закрепление искрящегося сгустка в непроглядном мраке.

Все. Можно раскрыть глаза.

- Получилось? - недоверчиво проговорила я, со смесью ужаса и восторга разглядывая шевелящуюся ворону.

- Кажется, да, - удовлетворенно отозвался Ивэн и убрал руки.

- Впечатляюще, - восхищенно произнесли от двери. Я порывисто развернулась, пошатнувшись от излишне резкого движения, и расслабила уже сложенные в защитном заклинании пальцы.

- Ремар? Ты принес?

- Я же обещал, - успокаивающе хмыкнул князь, проходя в помещение и засовывая руку в карман. - Держи.

На его раскрытой ладони лежал камень размером с голубиное яйцо. Темный, точнее, черный, словно втягивающий в себя свет и не выпускающий его наружу. Я осторожно дотронулась до него, подспудно опасаясь, что камень окажется холодным, как лед. Ничего подобного. Обычный камень, слегка нагревшийся в кармане Ремара. Вот только…

В сознании назойливо закопошилось воспоминание, расталкивающее остальные и выползающее на поверхность. В животе возникла нехорошая пустота. Ноги подогнулись, и мне пришлось опереться бедром о стол, на котором пыталась подняться на лапы ворона. Губы внезапно онемели, и мне пришлось постараться, чтобы внятно проговорить:

- Мораввен вставлял другой алмаз. Тоже темный, но в лунном свете камень искрился.

- Ты уверена? - уточнил Ремар.

- Абсолютно.

- Элька, не обижайся, - хмуро попросил он. - Ты понимаешь, насколько это важно.

- Да. Камень искрился.

- Я помню алмаз, который украл Мораввен, поскольку работал с ним. Он был точно таким же, как этот: черным, без всяких искр. Так что или Великий Магистр использовал другой камень, или ты ошиблась. Ни первый, ни второй вариант мне не нравятся.

- Есть еще третий, - встрял Ивэн. - Над алмазом могли провести какой-нибудь обряд.

Колдун взял драгоценность с ладони Ремара, подвесил в воздухе еще один пульсар и в его свете стал внимательно изучать камень. В моей памяти что-то щелкнуло.

- Обряд… - Я сжала пальцами виски, пытаясь вытащить мелькнувшую мысль. - Кто-то говорил мне про обряд с камнем. Ален говорил… На кладбище…

Ремар накрыл мои руки своими, взметывая вихрь воспоминаний. Я, перебрав их, выбрала нужное.

- Да, на кладбище Аррендара, напротив ремонтируемой королевской резиденции. Алмаз прятали именно там и в полнолуние вынесли на башню. Ален еще предположил, что его хотят подпитать от лунного света.

Я убрала руки Ремара, бросая взгляд в окно на светлые сумерки, опускающиеся на горы и долину.

- Сегодня же полнолуние, правильно?

- Да. Но придется подождать часа полтора-два, пока луна выйдет из-за Дагар-рона. И вот еще что… Элька, нас ждут в парадной столовой на торжественный ужин.

- Может быть, обойдется как-нибудь без меня? - поморщилась я. - Перекушу по-быстрому на кухне, ничего страшного.

- Не выйдет, - сочувственно покачал головой Ремар. - Ты должна там быть.

- Госпожа Альстана наконец-то заметила мое присутствие в ее замке? - недоверчиво прищурилась, имея полное право сомневаться.

После недолгих переговоров мы решили телепортироваться в Белогорье. Мораввен, скорее всего, продолжал отслеживать всплески магии, моей магии. Изучение заклинания наверняка приведет к мощным колебаниям магического поля, и никто из мужчин не горел желанием раскрывать мое местоположение. Асгор, к сожалению, не мог похвастаться наличием экранированного помещения, зато кабинет покойного князя Эркаста отвечал всем нашим требованием: удаленный от жилых помещений и не пропускающий ни звуков, ни магии.

Биэлла одд Шаэннар встретила свалившихся на ее голову родственников и незваных гостей совсем не распростертыми объятиями. Аленару досталась суровая отповедь на тему брошенного на произвол судьбы Асгора. Ремару - скупая материнская улыбка. Ивэну - сухое приветствие, не выходящее за рамки приличий, но и не вызывавшее желания задержаться подольше. Братьям Альвитским - возмущенная тирада про невозможность нахождения зомби в Белогорском замке. Вопрос, как она опознала живого мертвеца в хорошо одетой женщине с нежным румянцем на щеках, оставался открытым совсем недолго: пока я не сообразила, что Биэлла, как и все Повелители, читает мысли и не могла не заметить их прискорбное отсутствие у Амаранты. Этот факт напомнил мне о необходимости собственного блока. Я проверила его наличие и периодически подпитывала, следуя необъяснимому желанию закрыться от госпожи Альстаны.

Молодые маги в ответ на возмущение княгини коротко переговорили с Аленаром и все трое, плюс тело Амаранты, исчезли во вспышке телепорта, уходя в Асгор. Я осталась в замке без дружеской поддержки.

А она совсем не помешала бы. Биэлла игнорировала мое присутствие. В тех редких случаях (которые можно было пересчитать по пальцам одной руки), когда ей приходилось бросать на меня взгляд, на лице госпожи Альстаны появлялось плохо описываемая смесь презрения, брезгливости и… радости. Весьма странный набор. Но мне не хотелось разбираться в обуревающих даму эмоциях. Я старательно удерживала на лице маску непоколебимого равнодушия, твердо решив переложить все проблемы налаживания родственных отношений на Алена. В конце концов, это его мама.

Ремар вначале пытался смягчить атмосферу, но через день был вынужден уехать за темным алмазом, выразив надежду, что, вернувшись, застанет замок целым, а нас обеих - невредимыми. Я с легким сердцем пообещала ему это и сократила свое общение с госпожой Биэллой до полного его отсутствия, все свободное время сидя в кабинете Магистра Эркаста, а питаясь на кухне.

И вот теперь мне предстояло провести в обществе Биэллы полноценный обед.

- Элька, это всего лишь обед, - попытался утешить меня Ремар, сам, впрочем, не особенно веря в свои слова.

- Ну да, конечно, - хмыкнула я. - Так в честь чего обед? Из-за твоего возвращения?

- Не только, - усмехнулся князь. - У нас гость.

- Кто? - повинуясь вызубренным правилам приличия, поинтересовалась я.

- Не скажу, - весело качнул головой Ремар. - Это сюрприз. Но тебе понравится, обещаю. Иди переодеваться.

Он приобнял меня за плечи, разворачивая в сторону дверей, но я высвободилась. На столе совершенно ошалелая ворона пыталась пробежаться по поверхности, используя крылья в качестве второй пары лап.

- Starkress.

- Зачем? - удивился Ивэн.

- Завтра попробую вернуть их на место, - пояснила я, погружая в стазис птицу и крысу. Ворона, замершая с полуоткрытым клювом, казалось, послала мне благодарный взгляд.

Через полчаса я, уже одетая в привезенное из Картхейна платье с очень скромным вырезом и аккуратно причесанная по последней моде, застыла на пороге небольшой гостиной, с подозрением разглядывая мужчину, стоявшего у окна. Пожилой, с коротко стриженными седыми волосами, гладко выбритый, в добротной, но простой одежде. Очень похожий на кого-то… кого-то знакомого и близкого мне.

- Добрый вечер, Элька. Рад видеть тебя, девочка.

Я вздрогнула, пристальнее вглядываясь в гостя.

- Ты не узнаешь меня?

Из-под нависших кустистых бровей блеснули бледно-голубые глаза. Я мысленно надела на мужчину мантию, добавила длинную седую бороду, волосы до плеч, вставила в руки посох… и улыбнулась.

- Добрый вечер, Магистр Рейф. Вас действительно тяжело узнать.

- Зато ты почти не изменилась, - пробормотал директор Школы и вдруг запнулся. Я без чтения мыслей могла сказать, куда он смотрит: на собранную под грудью юбку, из-под которой слегка выступал животик. - Элька?!

- Да, Магистр Рейф, - пожала я плечами.

- Но… как же?

- Магистр, не думаю, что вас действительно волнует этот вопрос, - смущенно опустила я голову.

- Да, конечно, прости, - извинился директор. - Просто я как-то не ожидал… И, конечно, эту деталь не стоит использовать при создании фантома.

- Чтобы выманить Нааль?

- Разумеется, - привычно менторским голосом произнес Рейф. - Ремар разве ничего не рассказал тебе?

- Из него надо вытаскивать информацию так же, как и из Алена, - пожаловалась я. - То есть клещами, тисками и пытками. А у меня в последние дни нашлись другие занятия.

Рейф, нахмурясь, кивнул и показал мне на кресло.

- У нас еще есть немного времени. Присядь, тебе, вероятно, тяжело стоять.

- Нет, все нормально, - привычно ответила я, мысленно посетовав на мужчин, считающих беременных дам болезненными существами, не способными к самостоятельным действиям. Но в кресло села. Просто чтобы не стоять в дверях памятником самой себе. Директор устроился напротив на диване и привычным движением поднес руку к подбородку, намереваясь погладить бороду. Не обнаружив под пальцами ничего, кроме гладкой кожи, архимаг недовольно крякнул.

- Так вот, Элька, ты правильно догадалась насчет фантома. Через два-три дня Нааль получит сообщение, что девица, подозрительно похожая на разыскиваемую Элиару Запольскую, приехала к Магистру Оррику.

- И вы рассчитываете, что Нааль ринется туда?

- Рассчитываю, что ринется. Собственно, даже уверен в этом.

- И там она нарвется на.., - я замолчала, вопросительно взглянув на Рейфа.

- Я и встречу. Как ты думаешь, Нааль обрадуется, увидев перед собой ту, кого так долго стремилась найти?

Рейф провел перед собой раскрытой ладонью, и на диване передо мной появилась я. Только одетая в обычную рубашку и кожаные штаны, с растрепавшейся косой и без живота.

- Несомненно, - засмеялась я и тут же осеклась. - Но Мораввен же не отпустит ее одну.

- Может быть, и не отпустит. Постарается не отпустить, - ухмыльнулся Рейф. - Только он будет очень занят, упокаивая городское кладбище.

- Да? - заинтересовалась я. - А кто его поднимет?

- Найдутся подходящие люди, - прищурился директор. - Некромантия под запретом всего полсотни лет. Маги, изучавшие ее, правда, не выбравшие в качестве своей стези, еще бодры и полны сил. Хотя бы Магистр Терстан Альвитский.

- Отец Лежека и Терена?

- Ну да. Он считает, что господам рыцарям невредно будет проявить свои профессиональные качества, освобождая Аррендар и еще десяток-другой городов от нашествия зомби.

Я представила себе Великого Магистра во главе собственного Ордена, упокаивающего медленно бредущую толпу живых мертвецов, и кивнула:

- Пусть в кои-то веки поработают на благо общества.

- Совершенно верно, - согласился директор. - А Лис проследит, чтобы Мораввен не слишком быстро покончил с этим увлекательным занятием.

- Так это все-таки вы устроили его в Орден?

- Ну разве можно дать пропасть такому таланту? - туманно проговорил архимаг, не подтверждая мое предположение, но и не отвергая его. - Лис очень хорошо справляется в Ордене. Впрочем, ему там на самом деле нравится. Темная сила не воздействует на него так, как, например, на Тея…

Голос Рейфа смолк. Магистр опечаленно вновь попытался погладить бороду, выругался, когда ему это не удалось, и с силой ударил по подлокотнику дивана.

- С Теем творится что-то не то, - хмуро подтвердила я.

- Этого мы с Ариэном и боялись с самого начала, - неохотно проговорил директор. - Что не все из вас смогут удержать баланс между темным и светлым. К счастью, тебе это удалось.

Я отстраненно подумала о том, с каким трудом мне приходилось бороться с темными потоками, когда я контролировала Лейфера, о Лежеке, утратившем свое хладнокровие и ставшим еще более желчным во время управления телом Амаранты, и неопределенно хмыкнула. Да, возможно, Тей просто не смог справиться с ощущением властности и всемогущества, которое дает сила.

"Я" напротив меня понимающе кивнула головой.

- Магистр Рейф, а вы не могли бы принять свой прежний облик? - вздрогнув, попросила я. - А то как-то не очень ловко смотреть на себя саму. Да и зайти может кто-нибудь, та же госпожа Биэлла. Объясняй ей потом, откуда в замке две Эльки.

- А ты не очень ладишь с ней, - утвердительно проговорил Рейф, легким движением руки снимая с себя морок.

Я прикусила губу, подбирая подходящий ответ. Лгать не хотелось. Магистр Рейф распознает ложь, проверено неоднократно. Говорить правду и жаловаться - тоже.

Пауза затягивалась. В глазах директора возникло понимающее сочувствие. Он неловко кашлянул, что-то неразборчиво пробормотал и встал, предлагая мне руку.

- Пойдем, Элька. Кажется, нас уже ждут.

Торжественный ужин в парадной столовой Белогорского замка проходил именно так, как я и ожидала. Горели, слегка потрескивая, свечи. Тихо постукивали приборы по тарелкам. Шелестело разливаемое по бокалам вино. В приоткрытые окна вливалась вечерняя свежесть, плавно переходящая в ночную. Над вершинами Дагар-рона всходила раздобревшая темно-оранжевая луна. Атмосферу в просторном гулком помещении при всем желании нельзя было назвать приятной и дружелюбной.

Напряжение создавала госпожа Альстана Тор Ордвинд Шелиарр, княгиня одд Шаэннар, с непроницаемым видом отрезавшая крохотные кусочки от своей отбивной и отправлявшая их в рот безупречно плавным движением. Очень редко дама роняла одну-две фразы, поддерживая натянутую застольную беседу, и вновь возвращалась к отлично поджаренному куску мяса, казалось, не уменьшавшемуся в размерах. Общалась Биэлла исключительно с сыном. Ни Магистр Рейф, ни я, ни сидящий напротив меня Ивэн даму не интересовали и, казалось, вообще не присутствовали за обедом.

Лично я бы с большим удовольствием поела на кухне и ушла к себе, обдумывая план Рейфа. На первый взгляд, он был безупречен, но что-то в нем смущало, и в тишине, возможно, мне удалось бы понять, что. Но Ремар, как и полагается князю и радушному хозяину замка, поддерживал разговор, втягивая в него всех присутствующих. Он расспрашивал Ивэна про Ласинию, меня - про Картхейн, честно признавшись, что еще не бывал там, а Аленар делился информацией без особого желания. Из всех присутствующих за столом я единственная понимала причину скрытности Повелителя Асгора и не собиралась раскрывать семейные тайны людям, официально не считающимися моими родственниками. Приходилось тщательно фильтровать свои слова, обходя стороной личность Илланы и ее отношения с Делвером, сосредоточившись на жизни королевского двора и раскрытии заговора.

- Очень поучительная история, - презрительно фыркнула княгиня, когда я замолчала и вернулась к еде. - На твоем месте, Ремар, я бы вела себя поосторожнее.

Ремар, поднесший ко рту бокал, поперхнулся и поставил его на стол.

- Что ты хочешь этим сказать, мама?

- Ничего нового, - криво изогнула губы в улыбке Биэлла. - Что не сработало у одной дамы, прекрасно может получиться у второй. Особенно если иные способы соблазнения уже опробованы.

Нож в моих руках чуть дрогнул, скрипнув по тарелке. Я, усилием воли сохранив на лице безмятежность, наколола на вилку кусок такой полезной моркови и отправила ее в рот. Биэлла может думать обо мне что угодно. Это ее право. И ошибка Алена, не сообщившего своей дражайшей родительнице о грядущем изменении семейного положения. Я не собираюсь ни оправдываться, ни переживать, поскольку ничего не требую от госпожи Альстаны, а в замке живу по приглашению князя Белогорского.

- Мама, ты несправедлива к Эльке, - с нажимом проговорил Ремар.

- Она для тебя уже Элька? - с восхитительным возмущением приподняла бровь княгиня. - Сын, все-таки проверь свой сок на наличие зелья. Я еще могу поверить, что Ариэн поддался чарам этой девицы-полукровки, но ты…

- Хватит, Биэлла, - не выдержал Рейф. - Девочка не заслужила такого отношения к себе.

Княгиня со стуком опустила на тарелку нож и вилку.

- На твоем месте, Рейф, я бы помалкивала, - процедила она. - Кто бы мог подумать, что в школе магов, которой ты так гордился, приличном учебном заведении, могут оказаться подобные особы. Где ты нашел ее, Рейф? В грязном обшарпанном трактире? Девчонка без рода, без племени, без подходящего воспитания не может учиться вместе с детьми из хороших семей.

Я крепко сжала нож и вилку. На губах замерзла невозмутимая улыбка. Глаза щипало от злых слез, но я безразлично смотрела в окно на лунный диск, полностью показавшийся над пиками гор.

- Элиара одна из лучших моих адепток, Биэлла, - сдерживая ярость, проговорил Рейф. - Неважно, откуда родом маг, главное, насколько он талантлив.

- Элиара, безусловно, талантлива, - ядовито улыбнулась княгиня. - Причем ее способности явно распространяются не только и не столько на область магии. Девица успешно соблазнила одного моего сына, потом брата, и сейчас, очевидно, вознамерилась залезть в постель ко второму.

- Хватит, мама! - резко стукнул по столу Ремар.

- Достаточно, Биэлла! - одновременно с ним рявкнул Рейф. - Прекрати, или я нарушу данное Эркасту обещание и все-таки превращу тебя в лягушку! Или змею. Это больше подойдет для твоего ядовитого языка.

- Превращай в кого хочешь, - процедила в ответ Биэлла. - Ты уже уничтожил мою жизнь, убив мужа. Мне все равно, как я проведу остаток своих дней.

- Эркаст погиб по собственной неосторожности, - гневно возразил директор.

- Но это ты попросил его изучить гхыров камень! И это ты настаивал, чтобы он поторопился… Ты никогда не любил меня, Рейф, и отобрал Эркаста, чтобы я всю оставшуюся жизнь скорбела по мужу. А она, - Биэлла бросила на меня кинжальной остроты взгляд, - хочет забрать у меня детей. Но я не допущу этого!

Тело княгини словно бы подернулось легкой дымкой и начало раздаваться в стороны. Я растерянно моргнула, посчитав, что мне привиделось из-за готовых пролиться слез. Ремар и Рейф отреагировали совершенно иначе. Первый схватил бокал с водой и вылил ее на голову матери, второй послал в Биэллу незнакомое мне заклинание. Госпожа Альстана резко выдохнула и схватила салфетку, прижимая ее к лицу и промакивая капли. Ее тело вновь приняло нормальные очертания.

- Мама, тебе лучше уйти, - голосом, не принимающим возражений, потребовал Ремар. Биэлла молча бросила на стол влажную ткань, встала, с шумом отодвинула стул и торопливо вышла из столовой. На пороге дама обернулась, еще раз пронзила меня ненавидящим взглядом, убившим бы на месте любую нежную трепетную натуру, и, стуча каблуками по полу, удалилась.

Я осталась в живых. Только аппетит куда-то пропал и мясо на тарелке вызывало скорее тошноту, чем желание съесть его. В столовой повисла тяжелая гнетущая тишина.

- Элька, - наконец, решился нарушить ее Ремар. - Прости.

- Не надо, - поспешно качнула я головой, не желая ни принимать ненужных извинений, ни отвечать на них. - Лучше скажи… Госпожа Альстана тоже может менять ипостась, как Аленар?

- Да, - с некоторым облегчением выдохнул князь. - Только не в волка, а в крылатую тварь наподобие гарпии.

- Понятно.., - кивнула я, представляя себе последствия появления в парадной столовой существа с размахом крыльев в полторы сажени. - Веселая у вас жизнь, господа. Ремар, я, пожалуй, пойду. Луна встала.

- Мне проводить тебя? - приподнялся из-за стола князь.

- Нет, - мягко проговорила я. - Дорога на башню мне известна. А если какой-нибудь королевской виверне или гарпии вздумается напасть на одинокую девушку на смотровой площадке, то это их проблемы. Я теперь знаю главное средство против них: стакан с водой и успокаивающее заклинание.

Мужчины заулыбались в ответ.

- Хорошо, - неохотно согласился Ремар. - Только постарайся не задерживаться, хорошо?

- Договорились.

Я покинула столовую с гораздо меньшим шумом, чем Биэлла. Алмаз лежал в моей спальне. Точнее, в спальне Алена, которую я заняла, невзирая на явное недовольство госпожи Альстаны. Подумав, я прихватила еще и толстую шерстяную кофту с высоким воротником, принадлежавшую моему жениху. Неважно, что она на несколько размеров больше, чем требуется, и висит на мне объемным мешком. В середине вересклета ночи ветреные и прохладные, а колдовать я не собираюсь. Просто посижу на вершине башни под полной луной, держа на ладони темный алмаз, и подумаю в одиночестве.

Нааль и план по ее захвату никак не хотели лезть в мои мысли. Я все время переключалась на мечты о будущем: Ален, наши дети: синеглазый темноволосый мальчик и рыженькая девочка, шорох моря, шелест виноградных лоз и сливовых деревьев, теплый ароматный ветерок, пахнущий солью и фруктами…

Романтичная ночь способствовала подобным грезам. Поднявшаяся над Дагар-роном луна заливала долину таинственным серебристым сиянием. Мерцало зеркало озера, колышущегося под слабыми дуновениями ветра. В воздухе стоял запах свежести, яблок и горьковатого дыма от сжигаемой листвы. Тихо поднимался дымок из труб на засыпающих домах. Кое-где светились прямоугольники окон. Согнувшиеся под тяжестью плодов яблони лениво перешептывались между собой. Сонно тявкали собаки. Где-то далеко, на пределе слышимости, в Чернолесье выл леанар. Нет, все-таки нацыга. Нет глухого ворчания в конце трели.

Камень на ладони жадно впитывал серебристый свет. Его цвет менялся - от угольно-черного к более прозрачному. Я зачарованно смотрела, как внутри зарождалось еле уловимое свечение, постепенно распадающееся на крохотные сияющие искры. Алмаз приобретал вид, запавший мне в память во время восхода темной луны. Зрелище искрящегося сгустка темноты на ладони завораживало и притягивало, не давая отвести взгляда.

Легкий хлопок телепорта за спиной вывел меня из транса, но повернулась я не сразу, досадливо посетовав в мыслях на чересчур опекающего Ремара. Однако послышавшийся голос заставил меня забыть и о будущем девере, и об опеке, и вообще обо всех событиях бурного торжественного обеда.

- Добрый вечер, Элиара.

Я вскакиваю, не веря своим ушам, а чуть позже - и глазам. Но темный алмаз, крепко сжатый в кулаке, больно царапает гранями кожу. Я не сплю. Точно не сплю и… - я провожу ладонью перед глазами - не галлюцинирую. Напротив меня действительно стоит красивая рыжеволосая дама в длинном платье, очень смахивающая на меня лет эдак через тридцать. Или пятьдесят.

Какого гхыра Нааль делает на башне Белогорского замка?

Вопрос исключительно риторический - она пришла за мной. Тут же холодной волной накатывает осознание: шетт все побери, так она сама пришла ко мне? Теперь нет необходимости в сложных планах выманивания ее из Ордена и отвлечения Мораввена. Только как, гхырные мракобесы, совладать с ней? У меня нет с собой ни антарных наручников, ни зачарованных веревок. Каким образом обездвижить демоншу и перетащить ее в Асгор? И что с ней делать на протяжении пяти дней? Мораввену вряд ли понравится, что его избранницу держат под стражей.

На меня накатывает вторая волна тошнотворного беспокойства: Нааль на самом деле одна? Или сейчас раскроется телепорт, и из него появится Великий Магистр собственной персоной?

Что-то подсказывает мне: этого можно не опасаться. Нааль не возьмет с собой Мораввена, собираясь встречаться со мной. Она слишком сильно ревнует, чтобы сводить нас в одном месте.

Наползает третья волна, самая тяжелая и сильнодействующая. Я с кристальной ясностью понимаю, что нахожусь одна на башне лицом к лицу с демоншей, поклявшейся меня убить. Убить при первой возможности. И вот она, кажется, наступила.

Я одна. На помощь никто не придет, считая, что мне хочется побыть одной. Разве что господа Магистры уловят колебания магического поля и заподозрят неладное, но рассчитывать на это нельзя.

Я безоружна, хотя столько раз давала себе обещание закидывать ножны за спину даже при походе в уборную, но и с мечом вряд ли смогла бы применить его. Тело Алена должно остаться неповрежденным, насколько это возможно. По той же причине нельзя пускать в ход и магию, разве что простенькие защитные заклятия.

Гхыр все побери, что мне делать?

Нааль, похоже, воспринимает мое молчание как удивление. Или непонимание. Или растерянность. Или все вместе взятое, взбитое до устойчивой пены и приправленное солидной порцией страха.

- Ты не узнаешь меня, дорогая? - ехидно хихикает она, и внезапно ее голос становится грубым и жестким. - А так тебе больше понравится?

Морок слетает с дамы, превращая ее в красивого темноволосого мужчину, в синих глазах которого горит безумная ярость. Камень падает из моей руки. На платье и мужской шерстяной кофте нет карманов, до типично женского места хранения ценных безделушек - выреза - не добраться из-за высокого воротника.

Алмаз с тихим стуком ударяется о каменные плиты и отскакивает в сторону. Я провожаю его полет беглым взглядом и вновь перевожу внимание на Нааль. Мне нужны обе свободные руки. Сейчас в первую очередь я должна выжить, а с темными алмазами разберемся позже. В конце концов, у Мораввена есть еще один.

Нааль делает жест рукой. Меня окутывает облако щита, но демонша просто притягивает к себе упавший камень.

- Надо же, какие стекляшки у тебя водятся.., - ехидно фыркает дама. - Ремар все-таки поверил неизвестно откуда взявшейся девице. Надо же, никогда бы не подумала, что князь Белогорский может быть таким доверчивым. Весь в свою мамочку. Правда, госпоже Биэлле ты не пришлась по вкусу.

Нааль странно и жутко смеется. Я вздрагиваю. И от вызывающего мороз по коже звука, и от внезапной мысли: откуда ей знать про наши отношения с госпожой Альстаной?

И тут же вспыхивает догадка: дамы встречались. Не знаю, была ли Нааль в женском облике или же пришла к госпоже Альстане в виде ее сына. На самом деле это не так уж важно. Но очень вероятно, что они на самом деле договорились, и Биэлла сообщила Нааль о моем пребывании в Белогорье. А демонша уже улучила момент и застала меня одну.

- Но ей недолго придется сносить твое присутствие в замке, - все еще улыбаясь, сообщает Нааль, подбрасывает алмаз, ловит его и опускает в карман рубашки, делая шаг в мою сторону. Я инстинктивно отступаю, но тут же останавливаюсь. Дальше нельзя. Еще немного - и край. Лететь с башни долго и, главное, смертельно. Даже заклинание левитации не спасет. Для него требуются обе руки, щит придется снять, и Нааль просто добьет меня простым пульсаром.

И я молчу, не реагируя на колкие реплики дамы в теле Алена. Лихорадочно просчитываю варианты. Проще всего - парализовать и бежать в замок, звать на помощь Магистров. Есть вероятность, что Нааль не успеет освободиться, пока сюда не прибегут Рейф и Ремар. Но для этого надо сделать так, чтобы демонша не смогла закрыться. Второго шанса может не представиться.

А еще можно… А больше мне ничего не приходит в голову. Разве что положиться на судьбу.

- Все подумают, что сошедшая с ума девушка бросилась с башни, - продолжает тем временем Нааль. - Тебя найдут утром. И уже никто, даже Мораввен, не сможет воскресить тебя.

Тон, которым произнесены последние слова, обжигает меня - такая ярость и злоба звучат в нем. Я вздрагиваю. Нааль замечает это.

- Ты испугалась, дорогая? Правильно. Прощайся с этим миром, Элиара, у тебя остались последние мгновения.

- Стой на месте, Нааль, - холодно произношу я, чуть смещаясь в сторону так, чтобы у меня была возможность прыгнуть к люку. К сожалению, он закрыт, лично опускала гхырову крышку, и, к счастью, его можно с легкостью пробить пульсаром - доски не окованы железом.

- Какая умная девочка, - заходится в кратком приступе смеха дама, делая еще один шаг ко мне. - Даже знает мое имя. И что ты можешь мне сделать, дитя?

- Я получила неплохое образование, - небрежно кидаю я, смещаясь еще немного. - Меня учили опытные маги. И я могу колдовать так, как тебе, даже находясь в теле Алена, никогда не суметь.

Нааль вспыхивает гневным румянцем, заметным даже в серебристом свете, и, теряя самообладание, запускает заклинание. Только меня уже нет в том месте, куда оно прилетело. Я бросаюсь к люку, путаясь в длинной юбке, одновременно кидая парализатор в Нааль. Она сейчас отвлечена и не может отбить его.

Проверять результат некогда. Надо еще разбить люк, и в него летит пульсар.

Хлопок. Треск. Яркая слепящая вспышка. Я подбираю платье, готовясь прыгнуть и надеясь, что лестница не пострадала, иначе придется левитировать до самой земли. Все занимает считанные секунды. Две, от силы три. Я должна, просто обязана успеть…

Мне на талию ложатся две сильные ладони, оттаскивая от зияющего провала. Знакомая щекотка рассыпается по телу.

- Далеко собралась, дорогая? - хрипит обозленный голос.

Нааль разворачивает меня к себе лицом. Я невольно вздрагиваю. Ален близко. Так близко, что я могу заглянуть в его темные глаза, горящие ненавистью. Так, что наши тела соприкасаются и мой живот, скрытый объемной кофтой, вдавливается в пряжку на его ремне.

- Твои заклинания не действуют на меня, - шипит Нааль, еле приоткрывая хорошо знакомые губы, которые столько раз целовали меня. - Не только ты умеешь гасить магию, направленную на тебя. Ты носишь амулет, подаренный твоим любовником, а я - своим любимым.

Я едва слышу ее, потерявшись в нахлынувших на меня ощущениях и эмоциях. Ален - его тело - намного сильнее меня. Вырваться не удастся. Подействовать заклинанием - тоже. Мне осталось жить несколько мгновений. Ровно столько, чтобы Нааль успела подойти к краю башни и разжать руки, отпуская меня. И еще несколько - чтобы пролететь десяток-другой саженей, пока в меня не попадет пульсар.

Все кончено.

- Никто не спасет тебя, никто! - повышает голос Нааль, делая шаг к краю. - Неприятно было познакомиться с тобой, Элиара!

Я зачарованно гляжу на движущиеся губы Алена, отсчитывая оставшиеся мне секунды.

Еще шаг.

Еще секунда.

"Я ближе, чем кажется."

Ален смог заменить Нааль, спасая Оррика и ту пухленькую магичку от гравейров.

Я могла проникнуть в его сознание во время поцелуев.

Все кончено?

Ален, помоги мне!

Я с усилием закидываю руки на шею Нааль и прижимаюсь к ее губам своими. Демонша ошалело замирает, потом возмущенно пытается отвернуться, но я продолжаю целовать ее. Страстно, отчаянно, вкладывая в поцелуй всю свою любовь к Алену, желание жить, выносить и родить детей, повторяя в голове одну и ту же фразу: "Ален, помоги мне!"

Руки, обхватывающие мою талию, на мгновение разжимаются и вновь притягивают меня к мужскому телу.

Губы, только секунду назад пытающиеся оторваться от моих, приоткрываются и отвечают на поцелуй.

"Eliara, еll lientienn, alliarr, kessiarr, lieniellie!"

"Ален!"

Слезы ручьем катятся по щекам. Я могу только плакать, целовать своего любимого - а это именно он, без всяких сомнений - и крепко цепляться за его шею. Облегчение, счастье, восторг и всепоглощающая любовь переполняют меня, выплескиваясь в соленых каплях из глаз и внезапно накатившей слабости, заставляющей прижиматься еще теснее.

И только одна трезвая мысль, ледяной иглой засевшая в сознании, мешает подняться на седьмое или десятое небо.

Время.

Сколько у нас времени до того, как Нааль вернет себе власть над телом?

Успеем ли мы добежать до Ремара и взять антарные наручники, или надо парализовать Алена прямо сейчас?

Где, гхыр побери, прятать ее пять дней и как отвязаться от Мораввена?

- Почему именно пять дней? - врывается в мои мысли голос Алена.

Поцелуй прекращается. Я продолжаю обнимать любимого, цепляясь за воротник рубашки, быстро и фрагментарно объясняю суть проблемы: обряд, тело Амаранты, Асгор и равноденствие, и все еще таю от неприкрытого ощущения счастья и уверенности, что теперь все будет хорошо.

- Элька, слушай меня.

Ален обхватывает руками мою голову, приподнимая ее, и смотрит прямо в глаза.

- Ритуал надо провести немедленно. Как можно быстрее.

- Но…

- День не так важен. Равноденствие просто увеличивает шансы на благополучный исход.

Мне кажется, что в глубине его глаз что-то мелькает. Я напрягаюсь, пытаясь понять, что бы это могло быть.

- Элька, у нас мало времени, - подтверждает Ален мои предчувствия. - У тебя все получится, слышишь?

Он с силой сжимает мои плечи, словно пытаясь передать мне свою уверенность. Я вновь вижу промелькнувшее в темных глазах безумие. Внезапно все становится четким и ясным.

Время пришло.

Ритуал, он же обряд, надо проводить немедленно.

Я высвобождаю правую руку и открываю телепорт в Асгор. Ален первым шагает в него, продолжая обнимать меня за плечи.

Каменные плиты перед домом Повелителя вампирской долины.

Запах сосен и ночной прохлады.

Шорох ветвей и травы.

Луна, повисшая над кронами сосен.

Ярко светящиеся окна.

Приглушенный расстоянием крик филина.

Быстрые тени летучих мышей на темном фоне неба.

Рука, лежащая на моих плечах, внезапно хватает меня за горло и пережимает артерию. Я успеваю только изо всех сил вскрикнуть, прежде чем перед глазами темнеет, а в голове появляется звенящая пустота.

А потом я оказываюсь сидящей на траве и привалившейся спиной к стене. Гренна жарким шершавым языком вылизывает мне лицо. Терен, ругаясь себе под нос, безуспешно пытается оттащить ее. С другой стороны сидит на корточках Лежек, озабоченно вглядывающийся в меня. Нааль прижата к толстой сосне, и в ее шею упирается кончик светящегося в темноте меча Аленара.

Время.

Нааль уже вернулась, но ей осталось недолго жить в теле Алена.

- Дай руку, - хрипло произношу я.

- Элька, посиди еще немного, - предупреждающе просит Лежек.

- Дай, - повторяю я и хватаюсь за неохотно протянутую другом руку. Терен отпускает мантикору и встает рядом со мной, подхватывая под свободный локоть. Мы вместе подходим к вампиру и демонше.

- Дернется - ее проблемы, - все еще хрипло произношу я.

- И ты переживешь смерть своего любовника? - с безумным смехом интересуется Нааль. Впрочем, ее голос ощутимо подрагивает.

- Из мертвого тела проще вытаскивать сознание, - сухо роняю я. - Аленар потом воскресит Алена. В нем есть вампирская кровь, как тебе должно быть известно.

Я отчаянно блефую, опираясь на собственную интуицию и краткие сведения, полученные от Повелителя. Но Аленар согласно кивает. Нааль нервно дергается. Кончик меча протыкает кожу, и темно-багровая струйка, кажущаяся почти черной в темноте, стекает на светлую рубашку.

- Элиара, ты не можешь так поступать. Душу нельзя просто так вытаскивать из тела, ее надо переселять!

- Знаю, - коротко отвечаю я. - Не волнуйся. У нас приготовлено прекрасное тело. На мой взгляд, слишком хорошее для тебя, но выбора у нас нет.

Нааль нервничает еще сильнее.

- Ты всего лишь неопытная магичка. Ты просто не умеешь это делать. Элиара, тебе придется смириться и отступить, иначе погибну не только я, но и он! - тычет она пальцем себе в грудь.

- Это тебе придется смириться, - невежливо фыркаю я. - Мораввена здесь нет, как и других магов. Только мы - неопытные вчерашние адепты.

- Вызови Вена, пожалуйста! - умоляюще просит Нааль, внезапно меняя тон. Я брезгливо передергиваюсь, настолько противно видеть унижающегося Алена.

- У меня нет связи с Великим Магистром. И знаешь, Нааль, я не для того столько времени избегала его, чтобы в конце пути отдаться в его лапы.

В глазах Нааль смешиваются страх и злоба, но она молчит. Я удовлетворенно киваю.

- Аленар, где мне взять камни?

- В изголовье моей кровати. Увидишь. Как у тебя с силой?

- Полный запас.

- Хорошо. Все равно не торопись, я присмотрю за дамой.

Гренна подтверждает его слова грозным рычанием и садится перед демоншей, не мигая глядя на нее свирепыми желтыми глазами.

Терен провожает меня в дом и делится одеждой - моя собственная осталась в Белогорье, а штаны и рубашка Лежека могут просто не застегнуться на мне. Колдовать же в платье и огромной кофте я категорически не хочу.

Совместными усилиями мы находим потайной шкафчик в изголовье кровати Аленара, вскрываем его и достаем мешочек с заветными камнями. Лежек за это время успевает вывести из стазиса Амаранту, взять ее под контроль и привести к сосне. В качестве последнего аккорда я достаю из кармана Нааль темный алмаз и крепко сжимаю его.

- Мы готовы.

Нааль, словно окаменев, смотрит на меня. На мой живот, судя по застывшему колючему взгляду.

- Ты… ты… - Она даже не может закончить фразу.

- Да. Идея твоего любовника переселить тебя в мое тело была изначально обречена на неудачу.

Аленар ловким движением дергает на себя ошеломленную демоншу, прижимает к себе и приставляет лезвие меча к шее.

- Не советую дергаться. Элька права, я потом вытащу Ариэна, а вот что будет с тобой, боюсь даже предсказывать.

Нааль и не пытается вырваться.

Мы идем по ночному лесу, подсвечивая себе пульсарами. Гордо задравшая хвост Гренна возглавляет процессию. За ней - Аленар с присмиревшей Нааль. Следом - я и Терен. Лежек с Амарантой замыкают шествие.

Мне страшно. Безумно, откровенно страшно. Мнение Нааль обо мне как о неопытной юной девочке, неудачные опыты с крысами, сомнения и страхи - все это смешивается в противный липкий комок в желудке, склизкими щупальцами расползающийся по телу. Ему могут противостоять лишь слова Алена: "У тебя все получится", воспоминания об ожившей вороне и надежда на судьбу, которая не даст нам потерять единственный шанс на будущее.

Не так уж и мало. Но не так и много. Я пыталась отогнать от себя унылые мысли. Воспроизводила в памяти заклинание и способ плетения. Представляла, как Ален вновь поцелует меня, и на этот раз никто и ничто не помешает нам. Прикидывала, как отреагирует мой любимый на будущее отцовство. Соображала, как и когда лучше сообщить ему об этом: сразу или подождать более подходящего момента? Или мой набухший живот скажет все сам за себя?

Но, тем не менее, колебания и страхи находили себе дорогу. Все настойчивее формировалась одна очень нехорошая мысль: не стоит ли в самом деле подождать? Парализовать Нааль, связаться с Мораввеном - теперь у нас на руках есть все козыри. Он ничего не сможет противопоставить нам. Я знаю заклинание, буду стоять рядом с ним в Круге и контролировать правильность произнесения, и…

И ничего не смогу сделать, если Мораввен захочет поступить по-своему. Великий Магистр не даст мне влезть в сознание Алена/Нааль, не позволит проследить за их разделением, и в итоге может произойти все, что угодно.

Я боязливо ежусь, обхватывая себя руками. Терен, безошибочно определивший мое настроение, приобнимает меня.

- Не бойся. Все будет хорошо.

- Конечно, будет, - заученно отвечаю я на поднадоевшую мантру, но не верю своим словам.

- Элька, прекрати накручивать себя, - сердится позади Лежек. - Лучше сосредоточься. Не может Нааль так легко сдаться. Я не верю ей. Вот гхыр!

Деревья впереди расступаются, пропуская лунный свет. Очевидно, мы приближаемся к нужному месту. Нааль словно бы ждала этого момента. Она резко взмахивает рукой и дергается в сторону, несмотря на приставленное к горлу лезвие меча.

Не знаю, на что рассчитывала демонша. Может быть, на то, что, потрясенные смертью Аленара, мы не будем преследовать ее, и она успеет открыть телепорт. Возможно, планировалось методично расстрелять нас, ошеломленных потерей Повелителя долины, "Пчелиным роем" из засады в орешнике. Сложно сказать. Мы так и не узнали этого, поскольку на вампиров-Повелителей магия не действует. Нааль если и знакомилась с местными обитателями, то явно по курсу "Разумные расы", в котором мало что говорится о вампирах, и еще меньше там содержится правды.

Грязно-зеленый, неприятно гудящий комок скользит по телу Аленара, отскакивает и попадает в сосну. Дерево исчезает в облаке вонючего дыма, которое быстро развеивается ночным ветерком. Нааль не удается ни отпрянуть, ни тем более удрать. Вампир продолжает крепко держать ее, и только неглубокая рана на горле свидетельствует о произошедшем.

- Хорошая попытка, - комментирует Аленар. - Жаль, неудачная.

Нааль безуспешно пытается закрыть рану носовым платком. Кровь пропитывает тонкую ткань с кружевной окантовкой, стекает по пальцам на рубашку, окрашивая ее в багровый цвет. Я злюсь. Очень сильно злюсь. Окажись на месте Аленара Лежек или Терен, ситуация складывалась бы совсем по-другому. Но, с другой стороны, парни иначе вели бы себя, зная, что могут пострадать от магии. И кровь надо остановить, иначе Ален ослабеет еще до обряда.

Терен тоже понимает это, сосредоточенно сплетая заклинание.

- Подожди, - говорю я ему, подхожу к Нааль поближе и протягиваю руку. - Амулет.

Дама не шевелится, с ненавистью и ужасом глядя на меня.

- Амулет, - повторно требую я. - Или ты истечешь кровью, не дойдя до Круга. Мы не сможем остановить ее, если на тебя не действует магия.

Подбежавшая Гренна издает сердитый рык и выразительно ведет хвостом, чуть не задевая скорпионьим жалом кожу демонши. Издав странный звук, больше всего напоминающий рыдание, Нааль снимает с шеи цепочку с округлым камешком и отдает ее мне.

Я небрежно сую его в карман. Потом, на досуге, вместе с Аленом изучим подробнее. И кстати, не забыть бы у него узнать, откуда он взял свой амулет, так верно служащий мне. Терен быстро залечивает рану, оставляя только красный след. Мы готовы продолжить путь.

- Элька, пожалуйста, - внезапно дрожащим голосом произносит Нааль. Демонша трясется или от ярости, или от страха, или от нервного напряжения. По щеке катится крупная слеза. Надеюсь, что я больше никогда не увижу Алена плачущим. - Подожди пять дней. Свяжись с Мораввеном. Он сделает все, как ты хочешь, как я попрошу его. Он даже оставит в живых Алена дар Лиаллана.

Последняя фраза заставляет меня вздрогнуть. Последние сомнения, страхи и робкое желание поддаться на уговоры исчезают. "Оставить в живых" меня не устраивает. Лучше я сама постараюсь сохранить жизнь Нааль. Если получится.

В Круг вступает уже не вчерашняя адептка, а темная ведьма, горящая желанием вернуть себе любимого.

Небольшая полянка в окружении ровного ряда высоких сосен. Тринадцать каменных фигур грифонов с раскрытыми клювами и полуразвернутыми крыльями, стоящие по кругу. В центре - большая каменная плита на четырех гранитных столбах. Все. Собственно, больше ничего и не требуется.

- Ложись, - командую я Нааль и, подумав, добавляю:

- Поверь, тебе лучше сотрудничать со мной. Не усложняй мне задачу. Я ведь могу и ошибиться.

На лице Нааль отражается безумный ужас, ярость, отчаяние и… покорность. Она легко забирается на плиту и ложится, устремляя взгляд в небо, на яркий диск луны.

Амаранта пристраивается рядом. Плита тесновата для двоих, но все-таки достаточно широка, чтобы ни одна из дам не упала с нее. Гренна пристраивается в ногах, опуская морду на щиколотки Нааль и обвивая хвостом ее ступни. Демонша вздрагивает, но молчит.

Приковать ее нечем. Зелья, ограничивающего волю у меня нет. Все это с успехом заменяет жало мантикоры и меч Аленара, приставленный острием к сердцу.

- Следи за ней, - прошу я вампира, хотя понимаю, что он и так не спустит глаз с Нааль, и достаю из кармана мешочек с камнями.

- Не волнуйся, - отзывается он. - Элька… Ален будет гордиться тобой.

Я равнодушно пожимаю плечами. Это сейчас неважно. Я полностью сосредоточена на обряде.

- Sestain tar lelein degrett…

Бирюза. Сапфир. Аметист.

Я иду по кругу, вкладывая камни в раскрытые клювы грифонов и размеренно читаю заклинание. В этой части нет ничего сложного. Я должна просто активировать Круг, делая завесу между мирами тоньше и прозрачней.

- Ramrenn arr oklendatt…

Рубин. Изумруд. Опал. Золотистый топаз.

Лежек с Тереном молчаливыми тенями следуют за мной. В качестве охранников, проверяющих или просто поддерживающих - не знаю. Я немного злюсь - могу справиться и сама. И вместе с тем не требую от них уйти: любая помощь сейчас неоценима.

- Kastell drag qustenn…

Кошачий глаз. Аквамарин. Дымчатый топаз. Горный хрусталь. Агат.

Темный алмаз.

Последний камень занимает свое место в клюве фигуры грифона.

Птицельвы, как по команде, словно бы оживают. Перья топорщатся. Крылья полностью раскрываются. Мы оказываемся в своеобразном замкнутом круге, составленном из массивных тел и трепещущих перьев.

Камни начинают светиться. Разноцветные лучи протягиваются от раскрытых клювов к пьедесталу, скрещиваясь в одно пятно, покрывающее голову и грудь Алена. Нааль обреченно сглатывает и закрывает глаза.

Начинается самое сложное.

Я набираю воздуха в грудь, закатываю повыше рукава рубашки, чтобы не мешались, и разминаю пальцы.

- Ell stain mardallenn kois…

Круг дает почти неприличную власть над потоками. Я с непривычной легкостью подхватываю их, выстраивая связь между собой и телом Алена, а потом соединяя его и Амаранту. И если с зомби не возникло никаких проблем - черная пустота и есть черная пустота, то сознание Алена вынудило меня вздрогнуть и нервно выругаться. Это не разум крысы с крохотными сияющими точками. Не разрушенный мозг Лейфера - беспорядочная куча обрывков и осколков.

Это лабиринт, пронзительно сверкающий, слепящий, состоящий из сплошных поворотов и тупиков.

Гхыр все побери, что же мне делать?

Идти.

Я осторожно делаю шаг. Другой. Третий. Стены смыкаются где-то в вышине надо мной, позади, впереди, по бокам, под ногами. Везде одно и то же зеркальное сияние.

И только через десяток - или сотню - или тысячу шагов я замечаю чужеродные точки. Они явно не принадлежат этому лучистому свечению. Точки крепко внедрились в стены, тускло мерцая на сверкающей поверхности. Их можно отодрать и слепить вместе, в противно-липкий комочек.

У меня появляется занятие. Вместо бездумного продвижения по лабиринту я собираю кляксы. Комок в руках растет от горошины до некрупной тыквы, но мешает лишь своим размером. Веса в нем не прибавляется ни на унцию.

Я настолько увлечена поиском и сбором, что не сразу замечаю изменения. Стены лабиринта стали ниже и уже доходят мне до плеча. Еще через час - два - вечность они еле достигают колена. Комок еле умещается в моих руках. Он настолько вырос, что мешает всматриваться в продолжающие уменьшаться стены. Я боюсь, что могу пропустить несколько клякс, и изо всех сил напрягаю зрение.

Проходит еще одна вечность.

Я стою в беспросветном сумраке, с трудом удерживая в руках скользкий, вызывающий тошноту комок. Стены закончились. Пятна - кляксы собраны все. Или почти все. Возвращаться и проверять я не хочу и не могу.

Конец.

Я сделала все, что могла. Осталось одно-единственное действие - избавиться от Нааль.

Как?

Вокруг сумрак и тишина. Однообразное пространство без признаков неоднородности. Серое и безжизненное.

Хотя нет. Я скорее чувствую кожей, чем слышу пульсирующие удары и иду в ту сторону.

Шаг. Десять. Тысяча. Пульсация становится более явственной, я уже вижу созданный мною канал и подношу к нему комок. Невообразимым образом он втягивается внутрь и исчезает в сером переплетении потоков.

Нааль нашла себе новое прибежище.

Связь можно разрывать.

Я открываю глаза.

Луна сильно сместилась к западу. Если раньше она висела почти в зените, то сейчас зацепилась за кроны сосен. Значит, прошло два-три часа, а не две вечности, как мне казалось. Камни погасли. Фигуры грифонов сложили крылья и вновь смотрят невидящими глазами.

Меня крепко держат за плечи. Ладони Лежека и Терена касаются обнаженной кожи, вплескивая в меня энергию. Возможно, именно поэтому я достаточно твердо держусь на ногах и не мучаюсь от головокружения и тошноты.

Оба тела на каменной плите неподвижны. Аленар, убравший меч в заспинные ножны, смотрит на них с нечитаемым выражением лица. Гренна спряталась под пьедестал и свернулась там клубком, закрыв крыльями тело и морду.

- Что? - еле слышно выдыхаю я, боясь услышать ответ. И через мгновение вижу его.

Амаранта - или теперь это Нааль? - шевелится, приподнимаясь на локти. Движения неуверенны и неловки, но, тем не менее, руки, ноги и прочие части тела слушаются ее. Дама медленно слезает с плиты и, пошатнувшись, опирается на нее бедром.

- Элиара.., - чуть хриплым, но повинующимся ей голосом, шепчет она. - У тебя получилось.

Словно не веря себе, она вытягивает правую руку, потом левую, растопыривает пальцы, сжимает их в кулак, подносит к глазам, рассматривая ухоженные ноготки. Проводит ладонями по телу, ощупывая грудь, талию, бедра.

- У тебя действительно получилось.

В ее голосе, все еще хрипловатом, звучат восхищение и недоумение. Я никак не реагирую. Меня гораздо больше беспокоит Ален, по-прежнему неподвижно лежащий на плите. Он даже не моргнул. Не шевельнул и кончиком пальца. Только едва вздымающаяся грудь говорит о том, что он жив. Его тело живо.

Я стою на месте, хотя больше всего хочу ринуться к нему. Гашу панику, не позволяя ей разрастись до вселенских размеров.

Этого не может быть.

Я не ошиблась.

Я не могла уничтожить Алена.

Нааль что-то произносит. Я не разбираю ни единого слова. Не могу даже определить язык, на котором она говорит.

- Лежек, Терен, уведите ее.

Я не узнаю своего голоса - настолько он чужеродно звучит. Парни неохотно отпускают меня.

- Элька, ты уверена?

- Да. Уведите ее в Асгор. Оставьте меня.

Меня?

Два коротких слога больно ранят. Я уже считаю, что осталась одна? Я уже не верю, что Ален вернется?

Братья быстро уводят из Круга возбужденную, продолжающую что-то говорить Нааль. Я поднимаю взгляд на Аленара, не сдвинувшегося с места.

- Не знаю, - странным голосом отвечает он на мой незаданный вопрос. - Я не могу прочитать его. Никогда не мог.

- Иди в Асгор.

- Элька…

- Уходи, - повторяю я, добавляя в голос настойчивое требование. - Я найду дорогу.

И вновь сердце сжимается от режущей боли. Подсознание не допускает и мысли, что мы вернемся вдвоем.

- Меня доведет Гренна, - зачем-то поправляюсь я. Слез нет. Голос не дрожит. Со мной вообще ничего не происходит.

Только наползает откуда-то издали темнота. Еще немного - и она поглотит меня целиком. Лучше, чтобы в этот момент никого рядом не было.

Аленар молча смотрит на меня.

- Иди, - в третий раз приказываю я.

Вампир уходит из Круга, скрываясь за соснами. Я забираюсь на плиту, приникая к неподвижному телу.

Теплому.

Мгновенно пославшему сноп искр по моей коже.

Не шевельнувшему ни единым мускулом.

В всплеске последней надежды я целую Алена. Может быть, мне второй раз за ночь удастся притянуть его в тело?

Ничего не происходит.

Угольная безысходность мешком наваливается на меня. Я кладу голову на плечо Алена, всем телом прижимаясь к нему - то, о чем мечтала все последние месяцы.

Поза, в которой я больше никогда не буду лежать.

Кто-то из детей шевелится в животе.

Потом второй.

Такое ощущение, что малыши понимают: произошло нечто ужасное, и таким образом выражают свое сочувствие.

Или возмущение.

Или печаль.

Или напоминают о своем существовании.

Разве можно печалиться так бурно?

Я прикрываю живот рукой, стараясь угомонить их. Дети буянят так активно, что, кажется, их толчки доходят и до тела Алена.

Отца, который никогда не увидит своих детей.

Мою ладонь накрывает другая.

Мужская.

- Элька?

- Ален!

Я вскидываюсь, совсем забывая о том, что лежу на краю плиты, и не падаю только потому, что меня подхватывают и держат две сильные руки. Через миг я лежу на Алене, вглядываясь в любимые темно-синие глаза.

- Ты все-таки сделала это, Элька…

Дети прекращают буйствовать. Или я просто не чувствую их, полностью растворяясь в поцелуе. Ослепительные молнии прогнали тьму. Безысходность, поджав хвост, поспешно удрала, и на ее месте прочно воцарилось счастье.

Я сделала это. Ален вернулся. Все сомнения, страхи, непроглядный ужас и горькое одиночество остались где-то там, в прошлом, и больше уже никогда не вернутся.

Я готова всю оставшуюся жизнь провести здесь, на твердой каменной плите, прижимаясь к Алену, чувствуя на себе его руки и губы. Но реальность бесцеремонно напоминает о себе обликом наглой усатой морды, влезшей между нами.

- Гренна! - хором кричим мы, вынужденно отстраняясь друг от друга. Мантикора тыкается холодным влажным носом, облизывает горячим языком и щекочет длинными усами. Я соскальзываю с Алена, продолжая крепко обнимать его. Одной рукой он прижимает меня к себе, второй пытается спихнуть Гренну с пьедестала. Мои глаза сами собой закрываются. Усталость накатывает волной на утомленное тело.

На востоке просыпается солнце, расправляя затекшие лучи. Туман поднимается с земли, раскидывая повсюду рваные влажные лохмотья. Воздух наполняется пряным осенним ароматом. Искристая щекотка мягко убаюкивает меня.

Мантра воплотилась в реальность.

Теперь все действительно будет хорошо.

Всегда.

Глава 35.

- Никогда не представлял, что мне может быть настолько страшно. Ты помнишь заклинание, которому я учил вас?

- Конечно, - фыркнула я, передернувшись от неприятных воспоминаний. Ален слегка сжал мое плечо.

- Мне было еще страшнее. Я-то считал, что оставил тебя в безопасном месте, в Школе, под присмотром десятка преподавателей во главе с Рейфом. И все, что увидел при возвращении, – пустые комнаты и безмятежную Кесси, лепечущую какой-то вздор про необходимость срочно что-то подписать у директора. Рейфа в кабинете нет, Оррика и Карейна тоже, и вообще Школа словно вымерла. Ни единой живой или неживой души во всем здании.

Я молча кивнула, утыкаясь в твердую мужскую грудь, отчасти для того, чтобы согласиться: да, действительно, Школа в тот памятный вечер казалась пустой и вымершей, особенно коридор возле кабинета неестествознания. А отчасти – из подсознательного желания проверить, не чудится ли мне все это. Ален – мой Ален! – сам прочитает незаданный вопрос.

Несмотря на теплое тело под щекой, на искристую щекотку, пробегающую по коже, на незнакомый аромат с сладкими фруктовыми нотками и на ритмичное сердцебиение под моей ладонью, я никак не могла поверить полностью, что все закончилось. Нет, разумеется, еще не все, еще надо разобраться с Мораввеном и Нааль, решать проблемы жизне- и мироустройства, получать диплом, в конце-то концов. Но мне не верилось, что завершились мои блуждания по миру, метания, переживания и неуверенность в будущем, поиски заклинания и обряда. Я осознавала разумом, что Ален вернулся, и мы оба лежим на широкой постели в доме Аленара, и в окно вливается веселый солнечный свет и аромат сосен. Но где-то в глубине рассудка мельтешила назойливая остроконечная мысль о том, что это лишь сон или галлюцинация усталого от безысходности рассудка, и скоро придется приходить в себя и окунаться в нерешенные проблемы.

Ален прикоснулся губами к моей макушке.

- Ты не спишь, и это самая реальная реальность из всех существующих. Что касается твоего неозвученного вопроса, все преподаватели сидели на кафедре стихийной магии, куда их собрал какой-то гхыр из Ковена.

- Выполняющий указания Мораввена, - на сей раз вслух проговорила я.

- Вероятно. Мне некогда было разбираться с ним. Честно говоря, даже не помню, как он выглядел и ради чего все собрались. Я чувствовал, что происходит что-то на редкость пакостное, угрожающее вам, в первую очередь - тебе и потом уже остальным адептам, поэтому влетел на гхырово заседание, выбив дверь ногой, и, невзирая на возмущение представителя Ковена, вытащил Рейфа в коридор. После короткого диалога подозрения превратились в уверенность, я передал директору координаты Круга и немедленно телепортировался сам.

- А там узрел необычайно занимательную картину…

Я представила, как все выглядело со стороны: Круг камней, неподвижно стоящие адепты, напряженно замершие рыцари и лежащая на алтаре рыжеволосая девица, то есть я…

- Еще добавь начинающий багроветь серебристый диск луны и Мораввена, размеренно читающего заклинание. Элька, боюсь, эта сцена еще долго будет приходить ко мне в кошмарах.

Я снова кивнула. Образ распростертого на камне Алена, в грудь которого бьет яркий свет, тоже навсегда врезался в мою память.

- Эпическое сражение можно пропустить, - я теснее прижалась к Алену и поморщилась, неприятный запах притирания или чем там пользовалась Нааль, находясь в теле моего любимого, щекотал ноздри. – Я видела его собственными глазами. И даже принимала посильное участие.

- Слишком активное, на мой взгляд. – Ален сильнее обнял меня, прижимая к себе. Мне пришлось пошевелиться, чтобы иметь возможность дышать. – Ты ушла в последнюю секунду. Круг уже активировался. Портал раскрылся. Еще мгновение – и Нааль вошла бы в тебя. Я не смог бы защитить тебя.

- Как не смог защитить себя.

Фраза звучала скорее утвердительно, чем вопросительно, однако Ален отозвался:

- Да, Элька. Когда-то я подозревал, что Мораввен – один из самых сильных магов нашего мира. Теперь я уверен в этом. Не знаю, есть ли кто-то, способный справиться с ним.

Я вспомнила собственные ощущения от личной встречи с Великим Магистром: жесткая, грубая, мощная сила, давящая и расплющивающая, поглощающая собой все.

- Примерно так, - хрипло согласился Ален. – Я выжил только потому, что Мораввену срочно требовалось тело и выбирать ему не приходилось. Время истекало.

- Но тебе удалось закрыться от Нааль. Мораввен утверждал, что я, то есть моя сущность, исчезнет навсегда.

- Удалось, - невесело усмехнулся мой жених. – Честно говоря, я сам не сразу сообразил, что происходит. Ты ушла, я сплетал очередное заклинание и вдруг почувствовал, как спина ударяется о камень. В груди возникла резкая боль, останавливающая сердце и перехватывающая дыхание. Я посчитал, что умер.

Я почувствовала настоятельную необходимость, абсолютно нелогичную, но непреодолимую, схватиться за ладонь Алена и сжать ее.

- Я жив, Элька, - успокаивающе произнес он, не отнимая, впрочем, руки. – И тогда понял это довольно быстро. Боль начала сдавливать меня со всех сторон. Все вокруг исчезло: Круг, багровый лунный свет, ночная прохлада и твердость камня. Я словно очутился в мешке, затхлом и пыльном, который непрерывно сжимался.

- И яркие светящиеся точки, пропадающие по одной, - припомнила я «общение» с Амарантой.

- Может быть, и так, - сымитировал пожатие плеч Ален. – Мне некогда было оглядываться по сторонам. Я строил… стену, наверное, так будет правильнее сказать, закрываясь от давления. И уже намного позже, когда яростный натиск утих, понял, с чем столкнулся: Нааль, которую Мораввен хотел вселить в твое тело, оказалась в моем.

- Подожди, - я приподнялась на локте, заглядывая ему в лицо. – Откуда ты узнал про Нааль? Или она представилась тебе?

- Нет, конечно, - рассмеялся Ален. – Сложно, знаешь ли, соблюдать правила этикета, занимая чье-то тело. Да и потом затруднительно поддерживать общение.

- Тогда как? – Но, задавая вопрос, я уже сообразила, каким будет ответ.

- Правильно, из твоих же мыслей. Я прочитал их, пока ты лежала на алтаре, чтобы хоть как-то сориентироваться в ситуации, и, откровенно говоря, пришел тогда в еще больший ужас, хотя считал это невозможным.

Ален замолчал, стискивая меня в объятиях. Мы лежали, слушая шепот осин и берез, по которым прошлась легкими цветными мазками осень, шорох травы, вдыхали свежий запах леса, чувствовали мягкость подушки и гладкость простыни, и одновременно оба были в той страшной травеньской ночи. Вновь слышались хриплые заклинания, стоны, хлопки и ругань, вновь стало темно и холодно, вновь я видела, как, скорчившись, сидит под камнем Лежек, по виску которого течет багровая струйка, и неподвижно лежит на алтаре Ален.

Несмотря на хорошую, почти летнюю погоду и теплое тело рядом, я вздрогнула и постаралась переключиться на что-то если не более жизнеутверждающее, то менее страшное – все ведь уже кончилось, не так ли?

- А что было дальше? Как ты оказался в том туманном и пустынном мире?

Расфокусированный взгляд Алена вновь стал сосредоточенным.

- Хороший вопрос. Тема для пары-тройки диссертаций на архимага, если специалисты подобного рода вообще существуют.

- Если нет, то ты станешь первым, - улыбнулась я.

- Вряд ли, - хмыкнул он в ответ. – Я сам не понял. Первое время мне приходилось постоянно укреплять стену, боясь, что Нааль продавит ее и меня окончательно раздавит. Уже позже, когда стало понятно, что опасность в какой-то мере миновала, я огляделся по сторонам и обнаружил то, что ты видела сама: туман, невидимый лес, траву под ногами и ни единой души вокруг. Поначалу я считал, что сижу где-то в глубинах собственного подсознания. Но потом там появилась ты, и мои представления о мире резко изменились, как и мой настрой.

- Настрой? – непонимающе переспросила я.

- Ну да. Понимаешь, я торчал в том тумане, не чувствуя ничего: ни боли, ни голода и жажды. Полное безвременье и бесчувствие. Я не имел ни малейшего представления, что делать и как выйти отсюда, мог только лежать на влажной траве и размышлять. По большей части мои мысли касались ненаступившего будущего, того, что я хотел бы сделать с Мораввеном, и тебя.

Ален убрал прядь волос, упавшую мне на лоб, и отвел ее назад.

- Я очень надеялся, что с тобой все в порядке, ты в Белогорье под присмотром Ремара, и мой братец, которому по долгу титула положено быть здравомыслящим и осторожным, никуда тебя не отпустит. И какое счастье, что я не знал о твоей…

Ален вновь замолчал, рукой накрывая мой живот. Словно почувствовав отца, в его ладонь немедленно толкнулся кто-то из детей.

- Я и сама тогда ничего не знала… - Я легла поудобнее, потому что локоть уже начал затекать, и сжала лежащую на животе руку Алена. – Мы зачали их в Живень-День. До ночи темной луны я даже поколдовать как следует не успела, чтобы осознать увеличение энергозапаса, а во время битвы мне было не до него.

- Я понимаю, lieniellarr, - со вздохом проговорил Ален. – Мне самому следовало бы подумать о такой возможности, послать к гхырам диплом, Школу и пророчество и спрятать тебя в безопасном месте.

- Даже против моей воли? – вскинулась я, садясь на кровати.

- А ты уверена, что, зная про беременность, сама не захотела бы уехать подальше?

Я прикусила губу и задумалась. С одной стороны, спокойная обстановка, Ален рядом, впереди – долгие месяцы счастливого ожидания рождения детей, а с другой – спасение мира и неведомое мировое зло. Хороший выбор, нечего сказать…

- Я бы сделал все, чтобы ты выбрала первый вариант, - убежденно сообщил мой возлюбленный, притягивая меня к себе на грудь. Укладываясь щекой на его плечо, я и не сомневалась в этом. Весь вопрос в том, согласилась бы я? И кстати, сейчас передо мной встанет та же дилемма… Дети и Мораввен, который никуда не делся и не собирается исчезать из нашего мира. Пророчество же не реализовано, и мы все еще главные претенденты на его воплощение. Но куда я гожусь с животом наперевес? Он же скоро будет мешать колдовать… Придется миру и Мировому Злу подождать, пока я рожу, а до этого времени, действительно, прятаться где-нибудь в безопасном месте.

- Правильное решение, - одобрил Ален. – И было бы еще правильнее, если бы ты придерживалась его с самого начала. Ты не представляешь, как я испугался, удивился и обозлился, почувствовав твое присутствие. Мало того, Аленар, который, по идее, должен был остановить упрямую девицу, поехал вместе с ней…

- Никто не мог бы остановить меня, - резко ответила я.

- Ты беременна, Элька, - упрямо возразил Ален. – Аленар, да и Ремар не имели права отпускать тебя гхыр знает куда. Ты рисковала не только собой.

Я вновь села, сердито встряхнув головой и откидывая назад волосы.

- Да, я рисковала не только собой, но и тобой. Все, все без исключения твердили мне, что надо сидеть дома, шить распашонки и ждать, пока кто-нибудь тебя спасет. При этом ни один человек или вампир не мог сказать, каким образом это произойдет или кто на это способен. Даже Аленар, Повелитель гхыров, лишь недавно обмолвился о своих талантах.

- Элька, он не хотел давать тебе напрасную надежду. Я не уверен, что Аленар смог бы вытащить меня.

- Нааль он сказал по-другому.

- Ну, в той ситуации иначе и быть не могло, - пожал плечами Ален. – Вообще он сам может не знать, а проверять, сама понимаешь, никому не хочется. Повелители могут вытащить вампиров с того света, это правда. Но я же не чистый вампир, а полукровка, и в моем случае со смертью все не так однозначно.

- Тем более, - хмуро заявила я. – Твоя жизнь, как и жизни наших детей, зависела только от меня, и я чувствовала это. Никто и ничто не могло меня остановить или переубедить. Как показало время, я была права.

- Элька…

- Хватит, Ален. Давай договоримся не поднимать больше эту тему. Я сделала то, что считала нужным, и все твои возражения ничего не изменят, только заставят меня нервничать, а мне нельзя волноваться.

Ален несколько секунд пристально смотрел на меня, плотно сжав губы. Я в ответ не сводила упрямого взгляда с темно-синих глаз, всем своим видом подчеркивая, что не собираюсь отказываться от своих слов.

- Lien nitestenn, kell assienn arr, Elliarra, - наконец, выдохнул он. - Kell arr dierienn kessi?

- Я вытащила из тебя Нааль, - фыркнула я. – Видимо, именно для этого и появилась в твоей жизни.

- Иди ко мне. – Ален протянул ко мне руки. - Ell lientienn, alliarr.

- Я тоже тебя люблю, - вздохнула я, укладываясь и удобно устраиваясь у него на груди. – Давай вернемся к твоему настроению в туманном мире.

- Как скажешь, дорогая, - согласился Ален. – Так вот, твое, мягко говоря, неожиданное появление вытряхнуло меня из полукоматозного состояния. Я осознал, что уже достаточно времени провалялся на траве и пора действовать. Стена, по-прежнему крепкая, стояла. Нааль периодически пыталась ее проломить, но безуспешно. Я подумал: а нельзя ли, не трогая стену, проникнуть через нее? Неужели для создателя не существует возможности сделать ее проницаемой с одной стороны?

- И у тебя получилось.

- Да. Не сразу, правда. Мне помог случай. В какой-то момент Нааль словно бы ослабела, перестала давить и вообще отключилась.

- Лежек, - безошибочно определила я. – Он оглушил тебя… ее… короче, твое тело на острове Теодгарда. Я даже посчитала тебя мертвым, - голос против моей воли дрогнул. Ален ободряюще сжал мне плечо.

- Все хорошо. У него не было другого выхода. Наверное, мне следует гордиться такими талантливыми учениками.

- Наверное? – я вновь возмущенно дернулась, но рука Алена крепко прижала меня к нему.

- Кто-то говорил, что ему нельзя волноваться, вот и лежи спокойно.

- Ты сам заставляешь меня возмущаться! – недовольно буркнула я.

- Прости, alliarr, - мгновенно повинился он, но в его голосе явственно слышалось веселье. – Я неправильно выразился. Вами, безусловно, стоит гордиться. Двое юных магов, едва начавших свой путь по стезе битв и сражений, выстояли против архимага некромантии.

- Архимага?

- Когда-то Магистр Теодгард носил это звание. Не думаю, что за прошедшие годы он растерял свои знания.

- Мне сложно судить…

Я задумалась, вытаскивая из памяти завесу над островом, небрежную легкость, с которой колдовал Магистр, его яростное и мощное сопротивление даже после смерти…

- Архимаги бывшими не бывают, - заметил Ален. – И вы, безусловно, молодцы, что смогли справиться с ним.

- Но?..

- Элька, kessiarr, - тяжело выдохнул он, - вам не хватает банального опыта. Вы обладаете талантом, силой и знаниями и со всем этим багажом лезете в самое пекло, не продумывая последствий. Стоп, не начинай снова возмущаться.

Ладонь Алена снова легла на мое плечо.

- Вы же почувствовали сторожевое заклинание на мосту?

Ответа от меня не требовалось, вопрос явно был риторическим, но я, тем не менее, мрачно кивнула.

- Аленар, конечно, тоже хорош. Ему следовало бы оставить вас за мостом, сменить ипостась и выяснить положение самому, прежде чем позволять вам идти.

- А смысл? – возразила я. – Твой Магистр закрывал и свои мысли, и запах, и облик. Аленар даже в обличии волка не смог бы его обнаружить. Это дело магов.

- Может, и не смог бы, а может, и смог. Сейчас это уже не проверить. В любом случае, вы пошли в долину и совершенно правильно выставили щит. Так почему сняли его? Вас встречал незнакомый маг, явно не стремящийся привечать гостей и скрывающийся от людей на краю света за прочной завесой. Почему вы ему доверились? Только потому, что он когда-то учил меня?

Я промолчала, не желая спорить. Осторожность или же ее отсутствие ничего не значили в той ситуации. Мы задели сторожок, и Теодгард вызвал Мораввена, или тот явился сам, уловив сработавшее заклинание - неважно. Даже если бы мы оставались закрыты щитом, от силовой клетки он бы не спас, только в ней оказались бы мы все вчетвером. Положение не перестало бы быть гхыровым, только складывалось бы немного по-другому. И Магистр Теодгард все равно бы погиб.

- Да, alliarr, скорее всего, ты права, - вмешался в мои размышления голос Алена. – При тех обстоятельствах вы могли только убивать.

- Тебе жаль Магистра?

Я повернулась, чтобы видеть глаза Алена. В темно-синих глубинах мелькнуло что-то, похожее на сожаление, и мгновенно пропало.

- Как тебе сказать… И да, и нет. Магистр Теодгард многому научил меня, сделал из юного дарования сильного мага, завершил огранку, если можно так выразиться. Незаурядный человек, опытный волшебник, талант, граничащий с гениальностью… Примерно так написали бы о нем в некрологе. Но, с другой стороны, с Магистром было невероятно тяжело общаться. Нелюдим, мизантроп, ревниво относящийся к своей свободе и эгоистичным желаниям, надменный и высоко себя ставящий маг… Кроме того, он хотел отдать тебя Мораввену. Одно это убивает во мне все светлые чувства к Магистру Теодгарду.

- А мне вот немного его жаль, - призналась я. – Он попал под контроль Мораввена, и если бы не это, может, все и закончилось бы благополучно. Хотя не могу сказать, что у меня вообще когда-то были к нему теплые и светлые чувства.

- У тебя им неоткуда взяться, - мягко поцеловал меня Ален. – А с третьей стороны, в результате вашего эпического сражения я смог проникнуть через стену. Сначала на считанные мгновения, затем все дольше и дольше. Я начал потихоньку изучать свои возможности. Оказалось, что можно влиять на желания и поведение Нааль, и вообще взять власть над телом, правда, ничего хорошего из этого бы не вышло.

Я понимающе кивнула, потому что вспомнила и неожиданные для Мораввена истерики его возлюбленной, и ее постоянные требования оставить меня в покое, и баргеста в Липниках.

- Откуда ты знаешь про баргеста? Оррик все-таки нашел тебя? Я очень надеялся на это.

- Нет, не Оррик. С ним я не виделась с травня. Это все сны.

- Сны? Ты никогда не отличалась способностями к прорицанию, - нахмурился Ален.

- Знаю, хотя… Помнишь, я рассказывала, что мне все время снился один и тот же сон: речка, закатное солнце и мы с тобой на траве.

Ален свел брови еще сильнее.

- Да, помню. Речка возле Лютенево, так? Мы еще договорились вернуться туда позже, чтобы сон реализовался полностью.

- Именно, - обрадовалась я. – Так вот, после твоего исчезновения мне периодически начали сниться сны, яркие, отчетливые и, как потом выяснилось, демонстрирующие реальность. Вначале мы не верили в них, затем, после нескольких подтверждений, начали относиться как к источнику информации. Мне казалось, что это ты каким-то образом передаешь мне ее.

- Нет, не я, - отрицательно покачал головой Ален.

- Понимаю. Несколько раз я видела во сне события, в которых ты – то есть Нааль – не принимал участие, и вообще не мог о них знать.

- Ты хочешь сказать, что внезапно стала Пифией? – недоверчиво прищурился Ален.

- Вряд ли. Обычно такие способности проявляются с рождения, разве не так? А мне всегда с трудом натягивали тройку по пророчествам.

- Обычно да… Но ты же видела тот сон про речку на закате, - задумчиво проговорил Ален. – Возможно, какие-то зачатки дара дремали в тебе, а беременность его разбудила.

Я скептически пожала плечами.

- Гхыр его знает. Пусть специалисты разбираются, если им интересно. Мне достаточно того, что эти сны очень и очень помогли. Я всегда знала, что задумал Мораввен, и могла скорректировать свои планы.

- Ладно, шетт с ними, с твоими снами, хотя мне очень хочется поговорить о них хотя бы с Рейфом…

Ален немного помолчал, словно бы не мог отделаться от мешающих ему мыслей, и вернулся к прежней теме.

- С баргестом получилось не очень удачно. Я вернул себе власть над телом, чтобы выжить, иначе Нааль угробила бы нас обоих. Выжить-то мы выжили, но она безумно испугалась. Мне пришлось опять прятаться за стеной и верить, что Оррик найдет тебя и передаст мои слова. И еще на то, что ты запомнила мои слова…

- Купавина ночь? – тихо спросила я, хотя не нуждалась в ответе.

- Да, - так же тихо произнес Ален. – Я так и не понял, что тогда произошло… Но ты казалась настолько реальной, настолько живой, теплой и страстной, что это просто не могло быть сном…

- Это Купава, Ален. Она исполнила мое желание. А я больше всего хотела быть с тобой…

Мы, как в ту ночь, слились в поцелуе, одновременно жарком и нежном, до распухших губ и затрудненного дыхания, боли в опустевших легких и гремящих молний внутри.

- Ell niestenn arr mestekarr, lieniellie. Ell niess ell krienn, tienn darrrellie…

- Я тоже не представляю себе жизни без тебя, Ален, любовь моя, счастье мое…

- Мне пришлось очень осторожно вести себя. Нааль реагировала на каждую попытку выбраться и, не переставая, ломилась сквозь стену. Мне приходилось круглосуточно укреплять и поддерживать ее. Хотя понятия «сутки», «час», «минута» потеряли смысл. Время опять превратилось в бесконечность.

- Ален, - вдруг вспомнила я. – Несколько дней назад я вытаскивала из сновидения заклинание переноса сущности. Мне тогда показалось, что ты стоишь за спиной и диктуешь нужные слова. И еще раньше, когда мы снимали барьер на море, я совершенно четко ощущала твое присутствие.

Ален помолчал, надо полагать, копаясь в моих воспоминаниях.

- Это не я, Элька. Мне бы очень хотелось обратного, но… Вероятнее всего, это работа твоего подсознания. Или же ты чью-то помощь воспринимала как мою.

- Может быть, - неохотно согласилась я. Да, тогда, на корабле, мне помогал Ингвар, а в Руоле – Ремар и Ивэн. Мое измученное подсознание вполне могло представить их в образе Алена.

- А кто такой Ивэн?

Мне не понравился внезапно изменившийся тон Алена, но я максимально спокойно ответила:

- Один маг из Лиалла. Он очень помог мне, научив работе с сознанием.

Следующий вопрос прозвучал еще более жестко:

- Он влезал в твой разум?

- Да. Так получилось. Никто, кроме меня, не мог восстановить личность Лейфа, а я не умела это делать.

- Гхыр все… - Ален резко замолчал и после небольшой паузы продолжил, явно сдерживаясь:

- Элька, никогда, слышишь, никогда не позволяй кому-то лезть в твою голову. В этот раз тебе повезло, но никто не может гарантировать, что в следующий ты не нарвешься на какого-нибудь… скажем так, непорядочного человека. Ты вообще понимаешь, что с тобой могли сделать? Элька, в лучшем случае ты стала бы рабыней, а в худшем – превратилась в безвольную куклу, зависящую от фантазии твоего хозяина.

- Лежек говорил, что тебе не понравится мое обучение у Ивэна, - сердито буркнула я.

- Отрадно слышать, что хоть кто-то в вашей компании может здраво мыслить, - хмыкнул Ален. – Ты зря не послушала его.

- Вообще-то я обязана жизнью Ивэну, - вскинулась я. - Без него я никогда бы не справилась с Амарантой. Последствия можешь прикинуть сам.

- И все-таки ты сильно рисковала, - не уступал он.

- Мне, в отличие от Лейфа, ничего не угрожало, - с нажимом возразила я. – Зато мы обзавелись хорошим союзником.

Ален тяжело выдохнул.

- Давай договоримся: ты никогда больше так не поступишь.

- Даже если от этого будет зависеть чья-то жизнь? К примеру, твоя или нашего ребенка?

- Хорошо. Ты не будешь рисковать собой без веской, очень веской, подчеркиваю, причины.

На это я, для приличия подумав, согласилась и дала требуемое обещание, ни к чему, собственно, меня не обязывающее: рисковать своей жизнью без особой необходимости будет только круглая нарга.

- А с Ивэном я еще поговорю, - тихо добавил мой будущий муж. – И поблагодарю Лежека.

- Не сомневаюсь, что он обрадуется.

- Кто? Ивэн или Лежек?

- Оба, - уверенно заявила я, укладываясь рядом с ним. – Лежек – из-за моральной поддержки, а Ивэн еще и сам расспросит тебя о безвременье и беспространстве и том, как ты себя там чувствовал.

- Как-как… - Ален вновь помрачнел. – Тоскливо, тревожно и нервно. Нааль старалась добраться до меня, что происходит с тобой, оставалось лишь гадать, а ощущение приближающейся развязки становилось все четче и четче. В какой-то момент давление внезапно ослабло, и я услышал твой крик.

- Она хотела убить меня.

Ален кивнул.

- Я понял, что происходит что-то на редкость плохое, и, не раздумывая, буквально смел Нааль в куда-то, упрашивая все стихии разом дать мне возможность вытащить тебя из неприятностей.

- Я не верила, что у меня – у нас - это получится.

- Ну, как видишь, получилось, - без улыбки проговорил он. – До Асгора мне удавалось сдерживать Нааль, но там она все-таки взяла верх. Я пытался, как обычно, спрятаться за стеной, но демонша так рассвирепела, что сооружение рухнуло. Тот самый пыльный мешок начал стискивать меня, затягивая в облако беспамятства.

Ален вздрогнул и сжал мою руку так сильно, что, скорее всего, завтра на ней проявится хорошенький синяк в форме ладони. Но я не стала ничего говорить, зачарованно и испуганно слушая ставший хриплым голос своего любимого.

- Представь себе абсолютный черный мрак, без проблесков света. Ни звуков, ни запахов, ни травы или камней под ногами. Ничего, кроме холода, неумолимо высасывающего тепло.

- Это же ожидало и меня.., - пробормотала я, инстинктивно прижимаясь к Алену.

- Думаю, что да, - негромко подтвердил он. – Откровенно говоря, я запаниковал, не представляя, что делать. У меня словно отключили все чувства. Я висел в Ничто и постепенно сам становился Ничем.

- Я звала тебя…

- Я не слышал, Элька. Совсем ничего не слышал, хотя и старался уловить хоть что-то. И уловил – вибрацию. Слабую, едва ощутимую, но она существовала и явно не принадлежала мраку.

- Дети.

- Да. Но тогда я не знал этого. Просто потянулся к этой дрожащей тьме, пытаясь ухватиться за нее и не отпускать. Она становилась все отчетливее, в висках начали отдаваться болью ее удары, в глазах засверкали вспышки, с каждым мгновением делаясь ярче и ярче, пока не превратились в свет. И тогда на меня свалилась реальность: свежий воздух, запах травы и листвы, холод камня и ты рядом. Вы.

Ален положил руку на мой живот. На этот раз дети никак не отреагировали – может быть, спали, а может, испугались. Лично мне не очень хотелось представлять себе ту темноту и холод, в которой Ален мог остаться навсегда.

- Откровенно говоря, наличие ребенка под твоим сердцем стало большим сюрпризом.

- Мы уже говорили об этом, - напомнила я.

- Да. Но, alliarr, попробуй меня понять: во-первых, я в тот момент осознал, что стал самим собой, а, во-вторых, ты на солидном сроке беременности.

- Не такой он и солидный. Всего пятый месяц, - пожала я плечами.

- Для меня прошла почти вечность. А еще одну вечность минус три месяца назад ты должна была стать моей женой. Я не хочу больше ждать. Наша свадьба состоится в самое ближайшее время, как только я договорюсь с Ремаром.

- Стоп. – Я сняла с себя руку Алена и повернулась к нему лицом. – Ты планируешь свадьбу в Белогорье?

Ален тоже приподнялся, и в его глазах блеснул огонек напряжения.

- Ты что-то имеешь против?

- Да. Подожди, дай мне сначала сказать, - быстро предупредила я, видя, как огонек в глазах быстро превращается в пламя. – Я хочу выйти за тебя замуж: сегодня, завтра, через неделю или год – не имеет значения. Я – твоя karriellie, и это никто и ничто не изменит.

- Тогда в чем дело?

Я сосредоточилась, подбирая правильные слова и утихомиривая эмоциональную бурю внутри. Как, скажите, жаловаться будущему мужу на будущую свекровь?

- Я не хочу, чтобы мы вступали в брак в Белогорье. И вообще у меня огромное желание всю оставшуюся жизнь держаться подальше от замка.

- Мама, - утвердительно произнес Ален. – Что она сказала тебе?

- Если бы дело было только в словах, - вздохнула я, быстро решая, стоит говорить сейчас о своих подозрениях или нет? У меня нет доказательств, что Нааль вызвала именно Биэлла. Только собственные домыслы, поведение княгини, особенно за обедом, и странная радость госпожи Альстаны, видимо, считающей, что любимый сынок скоро избавится от беременной навязавшейся ему краццы.

Простыня взметнулась белым вихрем и с тихим шорохом осела на пол. На то самое место, куда секунду назад глухо стукнули пятки соскочившего с постели Алена. Я позволила себе несколько мгновений полюбоваться застывшим в любимой позе у окна будущим мужем: широкая спина, узкие бедра, длинные мускулистые ноги… Потом, опомнившись, слезла с постели сама и встала рядом с ним, накинув на плечи прихваченную рубашку.

- Ален… Я не уверена в том, что это была именно она. Но у меня нет другого объяснения появления Нааль на башне. Я никогда не поверю, что ее вызвал Ремар или кто-то еще из обитателей замка.

- Она в открытую назвала тебя краццей?

- Ну… Не совсем такими выражениями, но смысл передан. Если хочешь, я попробую вспомнить дословно.

- Не нужно, - быстро ответил Ален, обнял меня за плечи и притянул к себе. – Я представляю и свою мать, и то, что она может высказать.

Если он хотел таким образом успокоить меня, то не вышло. От Алена мощной волной распространялось напряжение, вызывающее мурашки на моей коже. Меня кольнуло иррациональное чувство вины. В конце концов, Биэллу тоже можно понять. Как мать, она хочет для сына лучшего. Так уж получилось, что в это понятие для нее не вписывается девочка-сирота, бесприданница, только что закончившая Школу Магов и с ребенком в животе.

- Прекрати, Элька, - чуть более мягко попросил Ален. – Это моя жизнь. И только я могу решать, с кем проведу ее остаток. Кроме того, если ты действительно права, и мать приняла Нааль за меня, то…

- То что? – поинтересовалась я, когда пауза чересчур затянулась.

- То она совершенно не знает меня. Все, Элька, не думай о ней больше. Давай вернемся к нашим проблемам. В Белогорье ты свадьбу не хочешь, я уже понял. Асгор тебя устроит?

- Асгор…

Хороший вопрос. А где вообще можно провести гхырово мероприятие? Вийск, Школа и Аррения отпадают сразу – мы только что говорили о ненужных рисках. Картхейн? Единственное место, которое я могу назвать своим домом, точнее, то, в котором мне предлагали жить. Но устроить свадьбу там? Тихим бракосочетанием не отделаешься, Делвер наверняка устроит пышное празднество.

Я представила себе богато украшенный зал, придворных дам в роскошных платьях, завистливые и ехидные взгляды, приторные улыбки и счастливую, радующуюся за меня Иллану и мысленно фыркнула. Нет уж, спасибо, не надо. Я переживу отсутствие свадебного бала и вполне обойдусь обещанной простой церемонией. Как бы я ни любила Иллану и Деллика, нежелание видеть на своей свадьбе придворный серпентарий пересилит все.

- Как же много я пропустил, - Ален нежно коснулся меня губами. – Значит, Асгор?

- Асгор.

- И когда? Учти, я не хочу долго ждать.

- Двадцать первого вересня.

- Осеннее равноденствие? Через четыре дня? Прекрасно.

Наши губы вновь встретились. Пережив ослепляющие молнии и захлестывающий поток пламени страсти, мы еще долго стояли, обнявшись и восстанавливая дыхание.

Мирно шумел за окном лес. Старательно трудилось солнце, выливая на землю последние запасы тепла перед тем, как уйти на зимний покой. Бодро журчал неподалеку ручеек, разбрызгивая искрящуюся водяную пыль. Умиротворенно похрапывала под окном Гренна, чуть не сошедшая с ума, увидев ночью Алена со мной на руках.

Кто-то настойчиво стучал в дверь.

- Ну их всех на гхыр, - тихо предложила я. – Мы еще спим, правда?

- Не получится, - вздохнул Ален.

- Почему?

Ответ я получила от Аленара, который, собственно, и пытался достучаться до нашего внимания.

- Элька, я бы с удовольствием дал вам отдохнуть, но Инара категорически настаивает, что тебе надо поесть. А еще она хочет осмотреть тебя, и, если ты не выйдешь сама, взломает дверь.

Я неохотно высвободилась из объятий Алена.

- Придется выходить, иначе не миновать Аленару ремонта.

Мой жених, щелкнув пальцами, поймал подлетевшую к нему одежду и передал мне штаны Терена. Второй щелчок открыл дверь.

- Золотые слова, - подтвердил вошедший Повелитель. – И моя глубокая благодарность за заботу о сохранности моего дома. Я сдерживал ее сколько мог, но Инара…

- Суровая дама, - улыбнулся Ален, застегивая последние пуговицы на рубашке, - не признающая авторитетов и чужого мнения. Пойдем, alliarr, а то и в самом деле придется чинить половину дома.

Мы быстро позавтракали – хотя по времени это скорее был обед - и я попала в цепкие руки Травницы. Ален попытался было остаться при осмотре, но его железной рукой выставили за дверь, сообщив, что мужчинам не стоит влезать в столь деликатные женские дела, и посоветовав вместо этого пойти и смыть с себя запах дешевой краццы.

Мой любимый вынужденно подчинился и ушел, оставив меня на растерзание Инары. Битый час она осматривала, ощупывала, прослушивала и измеряла и, закончив, кажется, осталась разочарованной тем, что у меня все в порядке. Дети развивались, их сердечки равномерно бились, беременность протекала нормально, и даже напряжение последних месяцев никак на ней не сказалось. Инара вручила мне мешочек с травами для заварки и настойку люцерны, которую следовало принимать два раза в день, и неохотно отпустила.

И то, и другое я отнесла в свою - нашу с Аленом – спальню, посмотрела на заправленную кровать, пустое кресло в углу – и вышла, решительно отказываясь проводить время в одиночестве, если поблизости бродит мой обретенный возлюбленный.

Оный нашелся в зале для заседаний, причем не один, а в теплой дружеской компании, включающей, помимо Аленара и братьев Альвитских, еще и Ремара, Рейфа и Ивэна. Удивление при виде последних исчезло в долю секунды. Конечно же, им сообщили про возвращение Алена, или они сами обнаружили мое исчезновение с башни и в процессе поисков прибыли в Асгор. Второй вариант оказался верным, но узнала я про это уже позднее, а пока тихо, стараясь не мешать, вошла, села на подлокотник кресла Алена (он быстро перетащил меня к себе на колени) и прислушалась к дискуссии.

Речь шла о Нааль.

- Да казнить ее, и все, - предложил Терен. – Торжественно, на главной площади, при стечении граждан.

- Во-первых, у нас никого не казнят, - серьезно заметил Ремар. – А во-вторых, за что?

- За покушение на жизнь Эльки, к примеру.

- И кто на нее покушался? Красивая дама неопределенного возраста или мужчина, который сейчас обнимает вышеупомянутую деву?

- М-да.., - только и проговорил Терен.

- А если еще учесть, что Амаранта – подданная Гелессии, Элька – Аррении, а Ариэн – Белогорья, то дело становится еще более сложным и переходит в разряд межгосударственных, - добавил Рейф.

- Нет, - возразил Ремар. – Госпожа Нааль просто удивительно похожа на покойную госпожу Амаранту, мир ее праху. Так что Гелессию можно исключить. А если учесть, что госпожа Элиара оказала честь господину Ариэну одд Шаэннару и согласилась стать его женой, то проблема и вовсе становится внутренним делом Белогорья. Что, впрочем, не отменяет главного: официально мы ничего не можем предъявить Нааль.

- И мы просто отпустим ее? – возмутился Терен.

- А у тебя есть другие предложения? – изогнул бровь Ремар.

- Есть, а как же, - с готовностью кивнул парень. - К примеру, заколдовать ее. Внушить желание во время близости задушить своего любовника, то есть Мораввена.

Лежек выразительно постучал пальцем по виску. Я готова была присоединиться к нему, настолько нелепым показалось мне предложение Терена. Остальные пораженно молчали. Первым нарушил тишину Ален.

- Не получится. Мораввен мгновенно заметит, что в сознание Нааль вмешивались.

- Что, он так сразу и полезет к ней в голову? – скептически поинтересовался Терен.

- А ты считаешь, Великий Магистр немедленно после обретения возлюбленной поволочет ее в постель? Терен, Мораввен, зная, что сущность Нааль переселяли в другое тело, обязательно захочет удостовериться, что с ней все хорошо, и натолкнется на поставленную закладку. Думаю, не стоит объяснять, чем все закончится.

- А я добавлю еще кое-что, - встрял Ивэн. – Сознание Нааль еще не полностью сжилось с телом. Я бы не рекомендовал влезать в него. Результаты могут быть непредсказуемы.

В дверь негромко постучали, открыли ее, не дожидаясь ответа, и в проем просунулась голова молодого вампира. Аленар встретился с ним глазами, встал и быстро вышел в коридор, ничего не объяснив. Я настороженно проводила его взглядом и тихо спросила Алена:

- Ты понял, что случилось?

- Кто-то пришел в Асгор, - прошептал в ответ он. – Стражи сочли нужным поставить Повелителя в известность.

- А кто?

- Не знаю. Страж выражался очень уклончиво.

- Мне это не нравится.

- Не волнуйся, - Ален успокаивающе сжал мне плечо. – Все хорошо. В Асгор время от времени наведываются самые разные личности.

- Тебе виднее, - с сомнением проговорила я и прислушалась к Терену, который после недолгого раздумья внес новое предложение:

- А если просто убить? Тихо, без стечения народа, раз у вас казни не применяются. Амаранта же официально умерла, так давайте сделаем вымысел реальностью.

- Терен, прекрати, - не выдержал Лежек. – Нааль живая полезнее, чем мертвая. Приманкой она не может послужить? У нас же был разработан примерно такой же план, только ловить хотели Нааль на Эльку.

- Да? – нехорошо осведомился Ален, приподнявшись в кресле. Ремар развернулся к нам.

- Не смотри так на меня, братец. На фантом твоей невесты, разумеется. Никто не стал бы подвергать ее опасности. Но вообще в словах Лежека что-то есть…

- Есть, но в таком случае Мораввена проще выманивать на меня, а не на незнакомую ему даму, которую он видит впервые в жизни.

- Но Нааль в тебе больше нет, - резонно заметил Ремар.

- А Великий Магистр знает об этом? Как ты думаешь, он поверит, что переселение сущностей осуществила вчерашняя адептка?

- Вообще-то поверю, если речь будет идти об Элиаре, - послышался голос с порога.

Я не успела опомниться, как очутилась сидящей в кресле, а Ален стоял передо мной. С тихим щелчком раскрылся щит. Стукнул по полу упавший стул, и рядом с моим женихом выросли Лежек и Терен, загораживая меня от… Я приподнялась, разглядывая, кого провел в зал Аленар, и озадаченно рухнула на мягкое сиденье. Гхыр все побери… Какого вздбрызга здесь делает Мораввен?

- Добрый день, господа, - вежливо произнес Великий Магистр. – Прошу прощения, что без приглашения вторгся на ваше совещание, но господин Аленар уверил меня, что я не помешаю.

Ремар взял на себя обязанность ответить.

- И вам добрый день, господин Мораввен. Чем обязаны вашему визиту?

- В первую очередь тем, что я хотел бы принести искреннюю благодарность за успешно проведенный обряд и высказать не менее искренне восхищение талантами госпожи Элиары.

Он сделал шаг в сторону, чтобы увидеть меня, и уважительно склонил голову. Лежек немедленно передвинулся, вновь перекрывая ему обзор.

- Она приняла их, - сквозь зубы проговорил Ален. – Вы можете возвращаться в Аррендар.

Великий Магистр примирительно поднял руки.

- Это еще не все, господин дар Лиаллан. Или к вам лучше обращаться досточтимый одд Шаэннар?

- Магистр Ален будет достаточно, - процедил мой жених, усиливая щит.

- Очень хорошо. Магистр Ален, не нужно так нервничать. Я пришел один, без рыцарей Ордена и вооруженных бойцов, просто поговорить.

- Мы слушаем вас.

- Магистр Ален, - Мораввен по-прежнему говорил примирительно и дружелюбно, -разговор будет длинным. Я боюсь, что у кого-нибудь из ваших молодых коллег сдадут нервы, мне придется ответить, завяжется драка с непредсказуемым исходом, и ничего хорошего из этого не выйдет. Я предпочел бы пообщаться без лишних эксцессов.

Лежек даже не подумал опускать руки, сложенные для заклинания. Терен придвинулся ближе к Алену.

Великий Магистр вздохнул.

- Я все понимаю, господа, но поверьте мне, я хочу только поговорить. Господин Эст-керстен может подтвердить, что у меня нет иных намерений.

Мужчины, стоящие передо мной, не шелохнулись.

- Нет, так дело не пойдет, - хлопнул рукой по столу Ремар. – Господин Ивэн, мне кажется, события прошлой ночи утомили вас. Не смею больше задерживать.

Ивэн неохотно кивнул и покинул помещение.

- Теперь вы, молодые люди, - обратился Ремар к братьям Альвитским. – Я бы попросил вас подежурить в комнате госпожи Амаранты. Вдруг ей потребуется помощь?

- Но.., - попытался возразить Терен. Брат Алена резко оборвал его:

- Здесь ваше присутствие излишне, а там оно будет неоценимо.

- Нет, - коротко ответил Лежек.

Ален убрал щит, стряхивая заклинание с руки.

- Лежек, идите. Я лично гарантирую безопасность Эльки.

Парни не стали – или не смогли - спорить с ним и с очень недовольным видом вышли, по дороге опалив Мораввена ненавидящим взглядом.

- Я прослежу за ними, - негромко пообещал Аленар и бесшумно удалился, плотно закрыв за собой дверь.

В комнате остались не сдвинувшийся с места Рейф, теребящий бороду, внешне спокойный Ремар, окаменевший от напряжения Ален и я, озадаченно-настороженно-встревоженная. Какого гхыра здесь делает Мораввен, и о чем он хочет поговорить?

Ремара явно интересовал тот же вопрос.

- Присаживайтесь, господин Мораввен, - вежливо предложил он, показывая на стул. – Так о чем вы хотели поговорить?

Великий Магистр воспользовался предложением и положил руки перед собой на стол.

- Чтобы вам, Магистр Ален, было проще. Ногами я колдовать не умею, и хвоста у меня нет. Вы и ваша очаровательная подруга в полной безопасности.

- Моя невеста, которая через несколько дней станет моей женой, - холодно сообщил Ален и, излишне громко двинув стулом, присоединился к сидящим за столом.

Я осталась в кресле, словно бы выключенная из разговора, и к обуревающим меня эмоциям добавилась обида. Да, они все – мужчины, занимающие высокие посты в государствах, но это не означает, что мне следует тихо сидеть в уголке и вышивать чепчик. Вся заварушка началась из-за меня, я принимала самое активное участие во всех событиях и послужила если не прямой, то, как минимум, косвенной причиной появления здесь Мораввена.

Мне хватило нескольких секунд, чтобы принять решение.

- Поздравляю, - учтиво проговорил Великий Магистр, перевел взгляд на меня, подошедшую к столу и занимающую место рядом с Аленом, и его голос еле заметно дрогнул. – Кажется, я должен поздравить вас еще раз.

- Пока еще рано, - сухо ответил Ален. – Но вы правы. Вернувшись из небытия, я обнаружил, что скоро наша семья увеличится, и несказанно рад этому.

- Могу себе представить, - отвлеченно пробормотал Мораввен, судя по всему, еще не опомнившийся от потрясения. Ален не собирался затягивать его визит.

- Вы о чем-то хотели нам сказать, Вен. Сомневаюсь, что поводом послужила наша свадьба и скорое рождение ребенка.

- Нет, разумеется, хотя мне приятно слышать про такие радостные события. – Великий Магистр вернул себе самообладание и прежний тон. – Я уже говорил, что благодарен вам, и в первую очередь Элиаре, - улыбнулся он, - за более чем благополучное разрешение сложившейся ситуации.

- А кстати, откуда вы узнали? – несколько невежливо перебила я.

Мораввен повернулся ко мне:

- Прошлой ночью обнаружилось, что Нааль нет на территории Ордена. С помощью определенных заклинаний мне удалось выяснить, куда она телепортировалась – в Белогорье. Я немедленно отправился за ней, но нашел в замке лишь госпожу Альстану. Дама была не слишком расположена к общению, особенно к обсуждению ее семейных проблем, но неохотно сообщила: оба ее сына сейчас в Асгоре. Собственно, уже тогда я начал понимать, что произошло: колебания магического поля чувствовались даже на таком расстоянии и через столько времени, поэтому, не теряя времени, переместился в долину. Стражи отвели меня к господину Эст-керстен, и уже тот ввел меня в курс последних событий. Я удовлетворил ваше любопытство, Элиара?

- Да, вполне, - чуть склонила голову я.

- Прекрасно. На этом, как мне кажется, можно считать конфликт исчерпанным.

- Вы считаете это всего лишь конфликтом? – ледяным тоном осведомился Ален.

- Считаю. Магистр Ален, лично я ничего не имею ни против вас, ни против Элиары. Напротив, за последнее время пришел к выводу, что даже рад такому повороту событий. Судьба бывает излишне жестокой, но, тем не менее, всегда права.

- Не уверен, что соглашусь с вами.

- И все же я советую вам это сделать. Не стоит посвящать мести свою жизнь. Я предлагаю прекратить необъявленное противостояние между нами.

Рейф, издав непонятный звук, затеребил бороду. Ален откинулся на спинку стула и приобнял меня за плечи. Ремар, явно заинтересовавшись, поставил локти на стол и переплел пальцы:

- И что это должно означать?

- Полную неприкосновенность для любого участника конфликта, возвращение Магистру Рейфу должности директора Школы, снятие всех обвинений, гарантированное место в Ордене для вас, Магистр Ален, Элиары и ваших адептов, при желании, разумеется.

- Снятие блокировки и заклятия подчинения с Ковена Магов Арренни, - таким же тоном дополнил Рейф.

- Это займет некоторое время и может не привести к ожидаемому результату. Но не возражаю.

- Какое щедрое предложение, - с издевкой произнес Ален. - И что взамен потребуется от нас?

- Сущие пустяки, - не поддаваясь на провокации, ровно ответил Мораввен. – Вы прекращаете любые попытки снять меня с поста Великого Магистра или убить и возвращаете мне Нааль.

- И все?

- Все. Дальше мы расходимся если не друзьями, то политическими партнерами и начинаем строить новую семейную жизнь.

- И что заставляет вас думать, что мы согласимся на это?

- Ваш здравый смысл, - невозмутимо проговорил Мораввен. – Вражда – это бесчисленные мелочи, нарушающие нормальную жизнь, вроде ломающихся ретрансляторов, внезапно возникших паутинок, подмененных приказов, исправленных дат и срыв сроков выполнения, саботаж и партизанские действия. Не так ли, Магистр Рейф? Вы же не будете отрицать, что это дело рук ваших сторонников?

- Не буду, - хмыкнул Магистр.

- Я так и думал. Чтобы восстановить порядок, приходится отвлекать людей от выполнения их повседневных обязанностей, наказывать саботажников и искать партизан. Жизнь постепенно приходит в упадок, что не улучшает обстановку. А если оппозиция, как она планирует, перейдет к прямому противостоянию, все еще более ухудшится. Будут бессмысленные жертвы с обеих сторон, как магов, так и случайно попавших под удар граждан Аррении. Жители возненавидят колдунов, те будут враждовать как между собой, так и с ними. Количество опытных волшебников будет сокращаться с каждым днем, а мне абсолютно не хотелось бы этого при таком разгуле нечисти в стране. А если учесть еще и опасность, нависшую над миром… Аррения не переживет этого.

- О чем вы? – насторожился Ален. Его рука, лежащая на моем плече, сжалась чуть сильнее, чем следовало бы. Ледяная иголочка страха пронзила мое сердце и надежно укрепилась в нем. Слова Мораввена вызвали у меня смутные подозрения, только я никак не могла сообразить, что настойчиво пытается всплыть из моей памяти.

- Как о чем? – непонимающе приподнял бровь Великий Магистр. – Ален, разве вы не помните то пророчество Валлиасдара Кменофийского?

- Из-за которого меня назвали одержимым и порекомендовали выкинуть из головы глупые бредни, ибо пророчества о конце света никогда не сбываются?

- М-да… Вероятно, тут я должен принести вам свои извинения. Вы общались с Магистром Мертольфом, наверное, самым закоснелым бюрократом в Аррении. Если бы вам довелось поговорить с более склонным к анализу и предвидению магом…

- То результат был бы тем же самым, - не дал договорить Мораввену Ален. – Или вы хотите мне сказать, что, узнав о скором приходе Зла на землю, отказались бы от своих планов?

Мораввен непонимающе потер виски.

- Подождите, Ален. Вы намекаете на то, что Нааль – это и есть пришедшее на землю Зло? И, очевидно, я вместе с ней?

Иголочка в моем сердце дрогнула и увеличилась в размерах. В ногах появилась противная слабость, а желудок скрутился узлом. Дети заволновались и зашевелились. Я с силой глотнула воздуха внезапно пересохшим горлом и защитным жестом приложила к животу руку, стараясь закрыть их от чего-то ужасного, несущего смерть для всего мира.

- А вы хотите сказать, что это не так? – невозмутимо поинтересовался Ален, и только затвердевшее тело выдавало его напряжение.

- Ален… Я польщен, что вы выдвинули меня на роль Мирового Зла. Но подумайте вот над чем: у меня была прорва времени, чтобы поработить мир. Нааль мне для этого не требовалась бы, будь я столь могуществен, как вы полагаете. Однако мир все еще живет как считает нужным. Могу вас уверить, что и Нааль не стремится к мировому господству.

Ален после недолгого раздумья кивнул, признавая справедливость слов Мораввена, хотя бы частичную.

- Тогда о чем или о ком говорится в пророчестве? – вслух задумался Магистр Рейф.

- О Мраке, - неожиданно для самой себя ответила я и с кристальной ясностью поняла, что права, вспомнив степь. Ту самую степь, с жарким солнцем и колючей травой, приходящую ко мне во снах. Ту, где возникло черное облако, грозящее заволочь собой весь мир. Облако, несущее с собой гибель и разрушение всего мира.

- Ты тоже знаешь о нем, Элиара, - утвердительно произнес Мораввен. – Давно?

Я честно попыталась припомнить.

- Кажется, на Клендаре, в середине сеностава. Вначале я видела только степь, наводящую жуткий страх. В последнее время в ней появилось черное облако Мрака.

- Оно постепенно формируется, насколько я понимаю, - пояснил Великий Магистр. – В ночь возвращения Нааль я уловил, что в наш мир пришло еще что-то, где-то там, на юге, но не придал этому значения, поскольку отвлекся на более важные для меня проблемы. Но с течением времени ко мне стало поступать все больше сообщений, говоривших о наступлении, скажем так, крупных неприятностей.

- Какого рода сообщения вы имеете в виду? – уточнил Рейф.

- Думаю, вы догадываетесь и сами, - пожал плечами Мораввен. – Рост, иногда в разы, популяции нежити, ее необъяснимая миграция на юг, появление новых или давно вымерших видов, поднятие кладбищ в самых разных уголках страны, причем для их упокоения требуется все больше и больше сил.

- Мы считали, что это связано с присутствием в Аррении вашего Ордена, - задумчиво высказал Рейф.

- Частично – может быть, - признал Мораввен. – Но не в таких масштабах. Боюсь, Зло, пришедшее в наш мир, обладает огромным могуществом, и для того, чтобы справиться с ним, потребуются усилия многих и многих магов.

- Чтоб мир не рухнул в пропасть безвременья,

В защиту Света должен Ковен встать, - отстраненно процитировала я.

Наступившее молчание прервал Ремар.

- Если Зло уже пришло в наш мир, то с юга должны поступать какие-то сообщения об этом.

- Так и есть, - отозвался Мораввен. – Вы, возможно, пока не обращали на них внимания, но я знал, что искать. В Парстане начали ходить слухи о страшной эпидемии, косящей кочевые племена. Пока сведения разрозненные и обрывочные, не дающие внятной картины. Дело усугубляется обострением междоусобной войны станов Заргана и Карраха. Я послал туда группу магов на разведку, но известий от них пока не поступало.

- Таким образом, у нас есть сны Эльки, - заключил Рейф, загибая палец, - рост и миграция нежити, поднятие кладбищ и эпидемия на юге Парстана. Не очень и много.

Он покрутил перед собой сжатый кулак с отставленным в сторону большим пальцем.

- Но и не мало, - возразил Мораввен. – Достаточно, по крайней мере, для меня, чтобы отказаться от эскалации конфликта и пойти на определенный риск, вторгаясь в Асгор с предложением мира. Если мои опасения подтвердятся, нам потребуются все маги, которых можно собрать. Если же нет… смерти никому не нужны, особенно бессмысленные.

- А какие у нас гарантии? Предположим, вы получите Нааль и внезапно придете к выводу, что заблуждались, мифического Мирового Зла не существует, и оппозиция начнет очень сильно вам мешать выстраивать мировой порядок?

Ремар пристально вгляделся в Мораввена. Тот не моргнул и глазом.

- Точно такие же, как и у меня. Вдруг сторонники господина Рейфа поднимут Арренское кладбище, добавят к нему парочку урелов и баргестов, и, когда рыцари Ордена во главе со мной рухнут от потери сил, методично добьют их?

- То есть ваше слово против нашего.

- Если это не устраивает, могу предложить договор, подписанный кровью: моей и Элиары.

- Нет, - резко высказал Ален.

- Почему Эльки? – одновременно с ним спросил Ремар.

- Потому что она единственная из присутствующих, чью жизнь вы не поставите под удар.

Мораввен не ошибался. Я понимала, что ни Ремар, ни Рейф, ни тем более Ален не смогут напасть на Великого Магистра, зная, что этим практически стопроцентно убьют меня. И в то же время во мне поселилась странная, неизвестно откуда взявшаяся уверенность: Мораввен сам не сделает мне ничего плохого.

- Я согласна.

Ален порывисто отодвинул стул и отошел к окну, встав спиной к общественности. Ремар добыл заклинанием два листа пергамента и совместно с Мораввеном и Рейфом начал писать договор, уточняя формулировки. Я, чуть поколебавшись, присоединилась к Алену, как несколько часов назад, и на этот раз сама обняла его.

«Ты не веришь ему?»

Мой любимый прижал меня к себе спиной и соединил руки на животе, накрывая детей ладонями.

«Я ненавижу его, - раздалось у меня в голове. – Никогда не смогу забыть, что он покушался на твою жизнь. Никогда не смогу стереть из памяти те четыре месяца, что я провел в Нигде: то время, что я мог бы жить с тобой и радоваться появлению на свет ребенка. Забыть, что ты бродила по миру, пытаясь отыскать способ спасти меня и подвергая себя опасности, и все это произошло по его милости. Но…»

«Но?»

«Я уже говорил тебе, что Мораввен – это один из самых сильных магов в мире. Может быть, мы и сможем одержать над ним верх, но это дорого обойдется. Я не готов сейчас идти на такие жертвы».

«Особенно если Мрак не порождение моих кошмаров».

«Особенно в этом случае. Что ты видела?»

Я начала воспроизводить все, что видела во снах: выжженную землю, палящее солнце, жаркий ветер, детей, тонущих во Мраке… Ален вздрогнул, сжимая мой живот.

«Если это действительно наше будущее… Я пойду на сделку с кем угодно, чтобы защитить детей».

«Поэтому я и согласилась».

- Элька, - позвал меня Ремар.

Мы с Аленом вернулись к столу и, взяв по листу пергамента, изучили договор. Точнее, изучал мой будущий муж, я лишь скользила взглядом по безупречно начертанным строчкам, выхватывая отдельные слова: «обеспечить безопасность», «полная свобода передвижения», «снятие блокировки и подчинения»…

- Моих однокурсников это тоже касается? – уточнила я. – И Брендта?

- Брендта – да, - понял меня Мораввен. – А выпускников Школы я не заговаривал на подчинение. Они связаны только контрактом, но, при желании, могут в любой момент расторгнуть его.

- И Тея тоже? – удивилась я.

- Мне нет нужды лгать тебе, Элиара. Я не производил над ним никаких манипуляций. Его преданность мне и Ордену исходит исключительно от него.

- И может так же внезапно покинуть его, как и началась, - дополнил Ален, кладя пергамент на стол. – У меня нет замечаний и возражений.

Расписались все: не только Мораввен и я, но и Рейф, Ремар и Ален. Потом Великий Магистр достал небольшой кинжал, уколол палец и капнул кровью на оба экземпляра договора.

- Теперь ты, Элиара.

Ален отвел предложенный мне кинжал.

- У меня есть свой.

Короткое нажатие – и на пальце выступила багровая капелька. Еще секунда – и она упала на желтоватый лист рядом с моей подписью. Вторая – и на другом листе тоже расплылось багряное пятно.

- Этот договор остается вам, - деловито проговорил Мораввен, сворачивая свой пергамент. – Господин Ремар, не сочтите за труд, проводите меня к Нааль. Благодарю вас за доверие. Всего хорошего. И, Элиара, примите еще раз мои поздравления.

- Надеюсь, мы не пожалеем об этом, - негромко пробормотал Рейф, когда за ушедшими закрылась дверь. Ален, заговоривший мне палец, медленно свернул пергамент и сунул его в карман.

- Время покажет.

Я промолчала. Он все равно знал мой ответ. Сердце подсказывало мне, что мы поступили абсолютно правильно.

Глава 36.

- Замечательно, - выдохнула Зара. Я задумчиво повернулась перед зеркалом, разглядывая изображение, которое должно было быть моим. Но, честно говоря, плохо верилось, что девушка, отражающаяся в блестящей поверхности, имеет какое-то отношение ко мне.

Глаза, ставшие, казалось, еще зеленее, сияли каким-то мягким и теплым светом. Отросшие волосы, вернувшие прежний цвет, тяжелыми волнами спускались на грудь, обтянутую тонкой белой тканью. Низкий вырез подчеркивал золотистый цвет загорелой кожи. Облегающие рукава у локтей переходили в невесомое кружево, приоткрывающее запястья. Свободная юбка, изящно собранная под грудью, скрывала беременность и создавала впечатление стройной фигурки.

- Нет, подожди, - Ленора вспорхнула со стула, с опаской отпихнула страшно заинтересованную всем происходящим Гренну и расправила шлейф позади. – Вот теперь действительно замечательно.

- Да, - восхищенно согласилась с ней Зара.

Обе девушки, очевидно, вызванные кем-то из ребят, появились в Асгоре на следующий день после того, как мы назначили дату свадьбы. Одна, разумеется, прибыла в сопровождении мужа, и Лейфер, какое-то время с подозрением приглядывавшийся к Алену, в конце концов успокоился и засыпал нас валом благодарностей и комплиментов в мою сторону.

Вторая появилась вместе с… ну, скажем так, очень близким другом, хотя мало кто сомневался, что она в ближайшем же будущем обретет статус невесты Ингвара. Молодой шаман полностью оправился от последствий заклинания Теодгарда, стал еще шире в плечах и обрел властность во взгляде. Во всем остальном он остался прежним: стоически перенес мою изумленную радость, пристально изучил Алена, в защитном жесте положив мне руку на плечи, и, наконец, облегченно выдохнув, скупо улыбнулся.

Нам удалось перекинуться лишь несколькими словами. В Хаствике все шло хорошо, мать Ингвара вернулась и продолжала вести хозяйство, не выпуская из рук любимый ухват, а лосята Найры скоро перерастут ее. Узнать подробности я не успела: быстро познакомившиеся и моментально сдружившиеся Зара и Ленора уволокли меня шить платье.

Ален обещал мне простую, скромную церемонию. Никаких выкупов, проламываний ворот и свадебных поездов. Даже торжественный обед с речами, криками «горько» и традиционной дракой трансформировался в празднование Дня осени – мы очень удачно назначили обряд на один из праздников Асгора. Ален готов был взять меня в жены любой: босоногой девчонкой в домотканой блузке и мешковатой юбке, боевым магом в рубашке и кожаных штанах или придворной дамой в платье по последней моде Картхейна. Я склонялась к последнему варианту. Однако девушки, переглянувшись, сурово заявили, что невеста должна выглядеть невестой. Три оставшихся до равноденствия дня мы провели в облаках тонкой белой ткани, кружев и россыпи жемчужин.

Критически оценив мое умение владеть иглой, подруги доверили мне только самую простую работу, а потом, когда платье начало приобретать законченный вид, и вовсе отобрали его. Оставалось только наблюдать, как порхают в воздухе иглы, и развлекать подруг историями из Школы и королевского двора Картхейна.

Ленора, в свою очередь, поделилась своей историей. За те несколько дней, что мы провели на хуторе острова Лидгарт, ей глубоко запал в сердце Ингвар. Собственно говоря, я заметила восторженные взгляды и зачарованные вздохи еще тогда, но не думала, что все настолько серьезно.

А Ленора не переставала думать о молодом мужчине, так внезапно вошедшем в ее жизнь и так же внезапно вышедшем из нее. Она верила, что судьба сплела их нити в один узор, и поэтому не удивилась, когда в один не такой и прекрасный день почувствовала, что должна уезжать на Мерейн. Ингвару нужна ее помощь.

Братья отказывались везти юную девушку неизвестно куда неизвестно зачем, основываясь только на ее пылких заверениях. Чем больше они возражали, тем сильнее волновалась и горячилась Ленора, в конце концов пригрозившая уйти в плавание одна. Теннар в ответ посулил запереть настырную девицу в амбаре, пока не образумится. Страсти, как говорится, накалялись.

Положение спасла Алроса. Мудрая мать прочитала в глазах дочери что-то, заставившее ее собрать в узелок травы, дать четкие указания, когда и что применять, и отпустила девушку к суженому.

Насколько я поняла, описанные события происходили сразу после эпической драки с Теодгардом, когда Ингвар чудом не погиб. Парень отлежался несколько дней в Асгоре под присмотром местных знахарок, а потом потребовал вернуть его на Клендар, мотивируя кучей скопившихся дел и хорошим самочувствием. Инара, как водится, возражала, Ремар, как глава княжества, понимающий серьезность обстановки, поддержал молодого шамана и отправил его домой.

А в Хаствике его ждала Ленора. Из рук Инары Ингвар попал в другие, нежные и мягкие, и, судя по всему, этот вариант понравился ему гораздо больше. Девушка так и осталась в селении, заняв вакантное место Травницы, и, глядя на лучащиеся любовью глаза, ни я, ни Зара не сомневались, что скоро и на ее пальце заблестит кольцо.

Время за болтовней, смехом и изумленными вздохами летело со скоростью стрелы. Я давно не проводила время так безмятежно – без мрачных размышлений о будущем, без страданий и сомнений, без сожалений о прошлом. Только спокойная умиротворенность и предвкушение чего-то очень хорошего и важного.

Ален, все дни проводивший с Аленаром и Ремаром, забирал меня вечером, и мы, в сопровождении не желающей покидать нас ни на секунду мантикоры, бродили по долине, поддавая ногами опавшую березовую и осиновую листву и глядя, как в небе зажигаются потускневшие от лунного света звезды. Совсем не похожие на те, яркие и крупные, которыми я любовалась в Картхейне. Ален прижимал меня к себе, бережно обнимая за талию. Покой и чувство полной, абсолютной защищенности окутывали меня незримым покрывалом. Ни одна тревожащая сознание мысль не смела приподнять голову и проникнуть сквозь него.

Я рассказала Алену об Этере. Он с невозмутимым спокойствием принял известие о появившейся тетушке.

- Всегда подозревал, что Аленар очень многое умалчивает, - только и прокомментировал мой жених.

Точно так же он отреагировал на предложение Илланы жить в ее доме.

- Тебе нравится Картхейн?

- Да.

- Тогда поживем в доме моей тетушки, пока не найдем себе что-нибудь более подходящее.

Зато к новости о предложенной работе Ален отнесся совсем не так благосклонно.

- Ты говорила, что очень похожа на Иллану?

- Да. Многие считали, что я ее дочь.

- Тогда я не уверен, что его величество Делвер Пятый жаждет видеть тебя во дворце именно как придворного мага.

- Ален, не ревнуй, - рассмеялась я. – Делверу очень нужен придворный маг, и он это хорошо понимает.

- Тогда он получит двоих вместо одного. Ты же не думаешь, что я отпущу тебя одну в этот королевский серпентарий?

- Ну как-то я там справлялась без тебя, - отвлеченно пробормотала я, задумавшись над внезапно выплывшей мыслью. – Кстати, надо придумать легенду. Ты слишком похож на Аленара, считающегося моим отцом, между прочим.

- Придумаем что-нибудь, - беззаботно отмахнулся Ален. – К примеру, я его племянник. Сын брата, с которым Аленар давно разорвал всякие отношения и по этой причине не пускавший меня на порог своего дома. Но мы встретились, полюбили друг друга и вступили в тайный брак. Твой отец, он же мой дядя, заподозрил неладное и увез тебя в Картхейн, чтобы солнце, море и свежий воздух вычистили глупости из твоей хорошенькой головки. Но потом дали о себе знать последствия нашего бракосочетания, - Ален выразительно провел рукой по моему животу, - и Аленар вынужден был смириться. Но в отместку выгнал нас из своего замка, и мы решили жить в Картхейне.

- Слушай, мне кажется, это очень напоминает слезливые романы, - усомнилась я.

- Давно ты стала специалистом по такого рода литературе? – удивленно приподнял бровь мой жених.

Я картинно потупилась и прикрыла рот воображаемым веером.

- Видите ли, досточтимый Ален, проводя время в обществе придворных дам, иногда приходится занимать себя чтением, чтобы не слушать сплетни, неподходящие для ушей юной девушки.

- Понял, - сочувственно улыбнулся он. – Ну, значит, лучшие экземпляры королевского цветника посплетничают и на наш счет. А его величество и так будет знать правду.

- И даже раньше, чем ты сам ему расскажешь, - хмыкнула я. – Делвер – умный мужчина. Скоро сам убедишься.

- Жду не дождусь, - прижал меня к себе Ален.

И я тоже с замиранием сердца ждала осеннего равноденствия. Разумеется, не для того, чтобы узнать новые слухи Картхейна. И не для того, чтобы вновь встретиться с Илланой. Аленар с помощью Ремара связался с ней, и тетушка Алена с нетерпением ждала нас, пообещав предоставить дом на побережье в наше полное распоряжение, тем более что сама сейчас жила в королевских покоях.

И даже не для того, чтобы, как выражаются в эльфийских романах, «отдать себя в руки избранника и навечно принадлежать ему перед миром, людьми и стихиями». Просто я чувствовала, что, став Элиарой одд Шаэннар, закрою за собой невидимую дверь и перейду в новый, неизвестный мне мир. Внушающий определенные опасения, но вместе с тем и волнующе прекрасный. Сулящий подлинное счастье, огромное, теплое и пушистое. Счастье семейной жизни рядом с любимым человеком, которое не померкнет даже в тени Мирового Зла.

И я собиралась насладиться им максимально полно и столько, сколько получится, а для этого требовалось не терять ни минуты. И, стоя перед зеркалом в роскошном белом платье, превращающим девочку-сироту в невесту брата белогорского князя, мечтательно улыбнулась – осталось меньше суток. Завтра в полдень Элька Запольская станет Элиарой одд Шаэннар.

- Элька, снимай платье, - вытащила меня в реальность Зара. – Я уберу его до завтра, а то скоро придет Ален, и нехорошо, если он увидит тебя в свадебном наряде.

Причин этого поверья я не знала. Ни Ленора, ни Зара тоже не смогли мне их объяснить, но хором утверждали, что жених должен увидеть платье невесты только в день свадьбы и ни мгновением раньше, иначе… В этот момент обе подруги возводили глаза к потолку и хмурились, что долженствовало означать самые разные неприятности, грозящие обрушиться на наши головы.

Я не спорила с ними ни тогда, когда они тщательно убирали по вечерам недошитый наряд в сундук и просили наложить на него запирающие чары. Не стала перечить и сейчас, послушно (хотя и нехотя) снимая платье и передавая его девушкам. Не стоит рисковать без особой необходимости: кажется, так я пообещала Алену?

Аккуратно свернув шедевр портновского искусства, девушки пообещали прийти завтра утром, пожелали хорошего вечера и умчались к своим мужчинам. Мой должен был появиться с минуты на минуту.

Я оделась - обычная рубашка, широкий сарафан, доходящий до щиколоток по последней асгорской моде и невысокие сапожки, в которых так удобно ходить по лесу - и повернулась к зеркалу, намереваясь причесаться. Длинные распущенные волосы – это, безусловно, красиво, но они имеют обыкновение лезть в глаза и рот при малейшем дуновении ветерка и путаться в низкорастущих ветках. Я предпочитала заплетать и закалывать их.

В дверь постучали. Гренна, мирно спавшая под окном, насторожилась и приподняла голову. Я слегка удивилась: с чего бы это Алену вздумалось стучать, если он всегда забывал о правилах этикета и входил без предупреждения? Впрочем, возможно, ему тоже наговорили страшилок про платье невесты, и он не хочет рушить древние, освященные временем традиции.

- Можно входить! – отозвалась я, поспешно расчесывая длинные пряди.

- Элька?

Щетка дрогнула в моих руках. Я медленно отложила ее на стол и, тщательно пряча эмоции, повернулась к двери.

- Добрый вечер, Кесси.

- Удивлена? – хмыкнула однокурсница, входя в комнату. – Откровенно говоря, я тоже удивилась, узнав, что ты выходишь замуж. И не из приглашения на свадьбу, а окольными путями.

- Это какими? – ровно поинтересовалась я.

- А есть разница? – обиженно бросила Кесси и, обведя комнату взглядом, села на скамью, небрежно сбросив валяющиеся на ней лоскуты.

- Вообще-то есть. – Я тоже села, заложив ногу на ногу и натянув на колени сарафан. Почему-то мне не хотелось, чтобы Кесси заметила мой выступающий живот. Гренна, подозрительно поглядывающая на гостью, хмуро рыкнула и легла рядом с моим креслом, уложив голову на вытянутые лапы. – Только не надо меня уверять, что это сделали Терен или Лежек. Один раз в ложь еще можно поверить, но два - это уже чересчур.

- О чем ты? – непонимающе вскинула бровь бывшая подруга.

- Ты не помнишь? – Я откинулась на спинку кресла, скрещивая руки на груди. – Когда мы виделись в последний раз, Брендт убеждал меня, что узнал о неудавшемся нападении на Алена от кого-то из братьев. Я тогда посчитала это возможным. Но первый же вопрос, заданный ребятам, разрушил все иллюзии.

- Брендт.., - тяжело вздохнула Кесси и, подобрав оставшийся лоскут, нервно сжала его. – Элька, ты поверишь мне, если я скажу, что ничего не знала? Я считала его прежним, моим Брендтом, городским магом Вийска, с которым мы вместе били расквыр и целовались в зарослях цветущей сирени. Он так убедительно говорил, что никогда не встречался с Магистром Мораввеном, что Великому Магистру дела нет до молодого мага захудалого городка на окраине, что Рейф защитил его на всякий случай… У меня не было причин не доверять ему.

- Поэтому ты сразу же после нашей встречи уехала с ним в Орден, - невозмутимо продолжила я.

- А, ты знаешь об этом.., - утвердительно проговорила Кесси. – Ну да, конечно, Ален же вернулся…

Я не стала разубеждать ее в том, что Ален не мог, в принципе, рассказать мне о происходящем в Ордене, поскольку последнее время пребывал неизвестно где. Но попытка это объяснить привела бы к совершенно ненужным расспросам, разговорам о вещих и не вещих снах и прочем. Мне абсолютно не хотелось этого, и неверная гипотеза Кесси об источнике сведений о них меня вполне устраивала.

- Вернулся и все рассказал тебе, - задумчиво проговорила однокурсница, комкая в руках лоскуток. - А как бы ты поступила на моем месте? Тоже смирно сидела в чужом замке, без единой знакомой души рядом, и ждала, пока твою лучшую подругу притащат в Аррендар под охраной? Или пока твой любимый мужчина окончательно превратится в куклу на ниточках, которые дергает Великий Магистр?

- Нет, - вынужденно признала я под строгим взглядом Кесси.

- Конечно, нет! – воодушевленно повторила она. – Вот и я не смогла торчать в Белогорье, врастая в каменные полы. Кстати, Элька, тебе надо с ними что-то сделать. Они ледяные даже летом. Представляю, как там будет холодно зимой.

Я непонимающе тряхнула головой, удивившись внезапной смене темы.

- Так ты из-за холода уехала в Аррендар?

- Да причем тут холод? - горячо запротестовала Кесси. – Это я по ассоциации вспомнила: большой пустой замок, холодные полы и беспокойство за тебя и Брендта. Элька, ты на самом деле выглядела непохожей на себя: похудевшая, осунувшаяся, глаза горят мракобесовым огнем, нервная и подозрительная. Тебе явно требовалась помощь, и не только от братьев, которые охраняли тебя, но и моя. А когда Брендт сообщил, что Ален в Ордене… Я не выдержала, сделала вид, что поддалась на его уговоры, и встретилась с Магистром Мораввеном.

- И встреча прошла более чем продуктивно, - не выдержав, ядовито заметила я.

- Да, - радостно согласилась Кесси, сделав вид – или действительно не заметив моего скепсиса? – Элька, ты бы видела, как я сыграла пугливую недоверчивую девочку, озабоченную только своим будущим и безопасностью страны. Магистр Мораввен ничего не заподозрил, представляешь? И предложил мне место в Ордене, даже несмотря на то, что со мной не заключали контракта, как с вами. Конечно же, я согласилась, не сразу, посомневавшись для вида, но согласилась, и мы стали работать вместе с Лисом. Ты же знаешь, он тоже пришел в Орден, и нам поручали важные, но не самые сложные, разумеется, операции: с разгулявшимися домовыми разобраться, выехать в близлежащую деревню угомонить гулей, уложить в могилу поднявшегося мертвеца… Но самое главное – я увидела Алена. Он, наверное, рассказал тебе про нашу встречу. И, Элька, я специально провоцировала его, и он реагировал совсем не так, как должен был. Тогда я полностью поверила тебе, потому что, знаешь, до этого какие-то сомнения, крохотные, но еще оставались. Брендт так хорошо отзывался о Великом Магистре, и мне он тоже показался приятным мужчиной…

Я рассеянно кивнула, чуть прикрыв глаза, и вошла в сознание продолжающей восторженно говорить Кесси. Сложно сказать, зачем. Точнее, сложно сказать, почему я не сделала этого с самого начала – зная то, о чем она не подозревала. То, о чем раньше и сама не догадывалась и увидела во снах.

Блок, в который я боялась уткнуться, отсутствовал. Точнее, не то чтобы отсутствовал: Кесси закрывалась сама, тонкой, еле ощутимой перегородкой. Я прошла через нее легко и непринужденно, не прилагая усилий и не встревожив однокурсницу.

Не стоял блок Мораввена. Не знаю, почему он не поставил его. Может быть, не хотел влезать в сознание предполагаемого тела для Нааль, а может быть, просто не считал нужным, не посвящая Кесси ни во что важное. Меня ошеломило другое. Я вздрогнула и зажмурилась сильнее, ощутив мощный поток эмоций, исходящий от бывшей подруги: ликующее торжество, непередаваемое чувство превосходства и глубокую, черную зависть. Иллана все-таки хорошо разбиралась в людях. Кесси жгуче завидовала, считая, что не меньше меня заслужила знатного и богатого мужа.

- И так получилось, что мы все-таки получили свои дипломы, - продолжала весело щебетать она. – Элька, сейчас, когда все завершилось, тебе стоит поговорить с главой Ковена, как там его… Магистром Крастом, по поводу окончания Школы, а то ты так и будешь считаться адепткой с незаконченным образованием. Хотя, насколько я слышала, Магистр Рейф должен вернуться на пост директора, и он все устроит.

Я с трудом выносила участливый, снисходительный тон, в котором чувствовалась легкая нотка наставительности. Смесь эмоций Кесси, к которым добавилось еще и мстительное удовлетворение, выводила меня из равновесия.

Во мне поднималась темная, неукротимая сила, грозящая снести все на своем пути, и в первую очередь – Кесси. Гренна, словно бы что-то почувствовав, приподняла голову и насторожилась. Я сжала одну руку в кулак, опуская другую на теплую спину мантикоры, успокаивая и ее, и себя. Кесси такая, какая есть. Я не могу – и не буду! – ничего с ней делать. Но, боюсь, на этом наши отношения завершатся навсегда.

- И Орден… Элька, тебе стоит подумать о службе в нем. Ален уже носит плащ с единорогом и змеей, и не думаю, что он будет теперь возражать. Вы же подписали договор с Магистром Мораввеном, и ты сама увидишь, что он не такой и плохой человек.

- Именно поэтому ты рассказала ему о моем амулете, Кесси? – максимально спокойно, с огромным трудом утихомиривая бьющуюся во мне силу, поинтересовалась я. – И поэтому предложила поискать нас по браслету, который так предусмотрительно подарил мне Брендт?

- Ты знаешь? - с округлившимися от изумления глазами пробормотала она. – Но откуда? Там не было Алена… И Мораввен обещал хранить все в тайне…

- Знаю, - коротко бросила я, изо всех сил сжимая руки и чувствуя, как короткая шерсть Гренны впивается в кожу. – Неважно, откуда. Некоторые вещи трудно сохранить в тайне.

- Пусть так! – оправившись от удивления, гневно выкрикнула Кесси. – Но ты не можешь меня в этом винить. Я считала, что так будет лучше для тебя! Элька, ты не видела себя со стороны. От тебя осталась только тень! Тебе просто необходима была помощь!

- И таковой помощью, очевидно, стало то, что ты настроила против меня Биэллу, - высказалась я, повинуясь внезапному желанию, и с интересом ждала, как Кесси начнет возражать. К моему глубокому удивлению – даже бушующая во мне энергия притихла на мгновение – бывшая подружка только потупила глаза.

- Ален не подходил тебе, - мрачно заявила она.

- Это почему же? – искренне удивилась я. – Помнится, ты сама нас сводила. Еще убеждала меня, что он мне не безразличен, как и я ему.

- Я ошиблась, - сердито буркнула Кесси. – Никогда не думала, что тебя можно изменить. Но ему это удалось. Элька, ты стала не просто тенью! Ты стала темной тенью! Ты убивала, Элька. Убила Стена!

- Стена убил Лежек, - отстраненно заметила я, все свои силы пуская на то, чтобы справиться с бушующей во мне энергией. Мне не хотелось демонстрировать Кесси, какой темной я могу быть. Пока не хотелось.

- Неважно, - горячо воскликнула она. – Я знаю, твои руки обагрены кровью, но в этом виноват гхыров некромант! Это из-за него вы оказались под воздействием темных потоков. Это он не смог понять, что вы не справились с темной силой и начали перерождаться! Это из-за…

- Мораввена вообще началось наше обучение некромантии, - резко прервала я Кесси. Пора прекращать этот балаган, иначе во мне все-таки возобладает желание показать однокурснице, каких высот я достигла за время нашей разлуки. А этого не стоит делать. Наверное. – Я очень была рада тебя видеть, дорогая, и потрясена твоим добросердечием. Ты телепортировалась в Асгор только для того, чтобы сообщить, что мой будущий муж мне не подходит. Я приняла это к сведению. А теперь прощай. Думаю, ты сможешь уйти отсюда сама, не прибегая к помощи презренных некромантов.

Я поднялась с кресла. Гренна, которая, несомненно, чувствовала напряжение в комнате, мгновенно встала рядом со мной, грозно махнув хвостом. Жало на конце зацепилось за сарафан, дернуло ткань и прелестным образом обрисовало мой живот.

- Так вот оно что.., - прошипела Кесси. – А я-то все думала, к чему такая спешка… Оказывается, все очень просто: Ариэн одд Шаэннар торопится дать свое имя неродившемуся ребенку. Или это ты торопишься, Элька? Потому что Ален может узнать, что ребенок не от него?

Глухо рявкнула Гренна. Энергия, бурлящая во мне, вышла из-под контроля. Последним усилием я направила ее не на Кесси, а чуть в сторону - на огромный дубовый шкаф, таящий внутри залежи какого-то хлама, который за последнюю сотню лет никто не удосужился разобрать. Теперь в этом не было нужды. Шкаф исчез вместе с содержимым, и о его существовании напоминал только пыльный след на полу.

- Это ребенок Алена, Кессиана, - медленно, слово за словом процедила я. – Надеюсь, ты помнишь, как давно состоялась наша помолвка. Но в любом случае, только наше дело, где и когда мы зачали его. Может быть, Ален и плохо повлиял на меня, но, знаешь ли, мне это нравится. Очень нравится. Всего хорошего, Магистр Кессиана.

По-прежнему бурлящей во мне силой я распахнула дверь, постаравшись не уничтожить ее, и вышла, щелкнув пальцами скалящей зубы и рычащей Гренне. Мантикора неохотно, все время оглядываясь и угрожающе помахивая жалом с капелькой яда на конце, последовала за мной. Дверь с грохотом захлопнулась, навсегда отсекая меня от Кесси.

- Элька, что опять стряслось? – встревоженно поинтересовался вбежавший в дом Лежек.

- Проверь, чтобы она ушла. – Я коротко качнула головой, показывая на комнату, из которой только что вышла.

- Кто? – Лежек схватил меня за плечи и обеспокоенно вгляделся в глаза.

- Кесси. – Я осторожно повела плечами, высвобождаясь, и под аккомпанемент неразборчивых ругательств и стука торопливых шагов покинула здание. Надеюсь, Кесси успела уйти сама. Лежек тоже не особенно ее любит.

Ален нашел меня и Гренну в одном из наших любимых мест: у небольшого водопадика, где так приятно было сидеть на мягкой траве и слушать мелодичное журчание. Сейчас, правда, вода не пела успокаивающие песни, а сердито падала на камни, потому что я заставляла ее подняться в воздух крутой дугой, вместо того чтобы неторопливо и полого спускаться. Мантикора лежала неподалеку и, прикрыв глаза крыльями, мирно спала.

- Неплохо получается. – Ален сел рядом и притянул меня к себе. – Но ты скорее насилуешь ее, а не просишь помощи.

- Знаю. – Я тряхнула кистью руки, сбрасывая заклинание и села поудобнее, прижимаясь спиной к груди Алена. Освобожденная вода облегченно зажурчала, сбегая вниз по веками проложенному пути. Гренна сонно приподняла голову, огляделась и, удовлетворенно муркнув, вновь улеглась спать. – Мне требовалось сбросить энергию, а огнем я бы спалила тут всю долину. Вода показалась безопаснее.

- Да, Лежек упомянул про Кесси. Ты расстроилась?

- Ты же сам видишь. – Я откинула голову ему на плечо и прикрыла глаза. – Тяжело после стольких лет дружбы признавать, что все не так, как казалось… Но нам требовалось поговорить. Теперь у меня исчезли все иллюзии.

Если Кесси последними словами хотела заронить во мне зерно сомнений, то ошиблась. Я провела последние четыре не самых лучших месяца в своей жизни, привыкая к мысли, что буду растить детей одна, не зная, увижу ли еще Алена или нет. И сейчас, когда он рядом… Для меня нет разницы, какую фамилию я буду носить и есть ли на моем пальце обручальное кольцо. Я выхожу за Алена замуж не для того, чтобы кто-то содержал меня и детей. Я просто хочу быть с ним. Всегда.

- Я тоже хочу быть с тобой, - тихо проговорил над ухом мой любимый. Я чуть повернулась и уткнулась в его шею.

- Тогда почему ты сегодня пришел так поздно? – Я выразительно повела рукой, показывая на сумеречное небо и тусклые бусинки первых звезд. - Встретился бы с Кесси, пообщался с бывшей ученицей и… А как назвать женщину на службе Ордена? Не рыцарем же, это мужской титул.

- Ведьмой Ордена? – предложил Ален.

- Ведьмой? – повторила я. – Пусть будет ведьма. Так вот, ты упустил прекрасную возможность пообщаться с коллегой, ведьмой Ордена Темных Всадников.

- Не у одной тебя бывают неприятные разговоры, - вздохнул он.

- С Мораввеном? – насторожилась я. – Он опять появлялся в Асгоре?

- Нет, не с ним. С моей матерью.

Нельзя сказать, что это известие обрадовало меня больше, чем возможное появление в долине Великого Магистра.

- Надеюсь, не для того, чтобы пригласить ее на свадьбу в качестве почетной гостьи?

- В первую очередь для того, чтобы выяснить, откуда появилась в Белогорье Нааль.

- И? – еще сильнее нахмурилась я, видя, что Ален не торопится делиться информацией.

- Ты была права. Это она. Мама сильно удивилась внезапной перемене моего отношения к тебе, высказала мнение, что меня опоили, и предложила хорошенько подумать.

Я не знала, как реагировать. С одной стороны, хорошо, что меня очень не любит Биэлла, а не, к примеру, Ремар. Но, с другой стороны, это все-таки мать Алена, которая не узнала демоншу в собственном сыне. А с третьей стороны, прекрасно, что Биэлла не стала изображать несчастную жертву, обманутую внешним видом любимого сына, и Алену не пришлось ее утешать до завтрашнего вечера.

- Там некого утешать, Элька, - негромко рассмеялся Ален.

- Не поняла? – приподняла я голову. – Она что, признала собственные ошибки, смирилась с наличием невестки и жаждет прижать ее к груди? Никогда не поверю.

- Правильно не веришь, - продолжал улыбаться мой жених. – Она очень долго и очень красочно высказывала мне свое мнение о тебе.

- Могу себе представить, - поморщилась я.

- Надеюсь, что нет, - на этот раз серьезно покачал он головой. – Мне до сих пор не по себе. Очень бы не хотелось еще раз услышать подобные выражения по отношению к моей жене.

- Ну тогда тебе придется всю жизнь разделять нас, - устало предложила я, вновь устраиваясь на его плече. – Мы – отдельно, мама – отдельно. Честное слово, я не буду протестовать. Если мы будем жить в Картхейне, это вообще получится само собой. Мы – там, она – здесь.

- Даже если мы останемся в Асгоре, - хмыкнул Ален, - мама все равно будет от нас довольно далеко. Она настолько разозлилась, когда я не внял ее настоятельным требованиям, что схватила сумку и уехала к родственникам, за пару тысяч верст от Белогорья.

- Ты расстроился? – повторила я его же вопрос.

- Нет. Когда-нибудь ей придется смириться с тем, что я нашел свою karriellie.

- Возможно, - неопределенно отозвалась я. – Но, по крайней мере, свадьбу нам никто не испортит.

- Кстати… - Ален встал с земли и помог подняться мне. – Давай-ка возвращаться. Завтра для нас тяжелый день.

- И важный, - кивнула я, отряхивая сарафан от сухих листьев. - Как там пишут в напыщенных романах: «… и два одиноких пути сольются вместе и лягут широкой и светлой дорогой в счастье…»

- Вот именно, - веско проговорил мой жених. – И перед тем, как пойти по этому широкому и светлому пути, не помешает хорошо отдохнуть. А чует мое сердце, не дадут нам завтра выспаться…

Ален оказался неправ. Нежаркое осеннее солнце уже давно взобралось на небо и неторопливо играло с пуховыми облаками в прятки, когда к нам постучались, негромко, но настойчиво.

- Аленар? – уверенно предположила я, потягиваясь и смиряясь с мыслью о необходимости вставать и начинать движение в светлое будущее вместе с Аленом.

- Хуже, - поморщился он, надевая штаны. – Сводный отряд женщин Асгора под предводительством Инары. Готовься, сейчас начнется инструктаж о тонкостях семейной жизни.

- А тебя не будут инструктировать? – заинтересовалась я, натягивая рубашку.

- А мужчин учить бесполезно, - сурово сообщила возникшая на пороге Инара. – Искусство поддерживать семейный очаг доступно только женщинам. Все, что могут их мужья, – это посвящать время внешней политике, пополнению семейного бюджета и своему хобби, которое у каждого свое. Кто-то сливает в мензурки цветные жидкости, кто-то пишет возвышенные стихи, лежа на лужайке, а кто-то поднимает мертвецов.

- Хорошего ты о нас мнения, Инара, - хмыкнул Ален.

- А вы почему здесь, досточтимый Ариэн? – повернулась к нему Травница, словно бы только что заметила его. – Вы в курсе, где положено вам быть? Вот и идите туда. До заката осталось не так много времени, а у нас куча дел.

- Считайте, что меня уже здесь нет, - деловито сообщил он и, легонько поцеловав меня, прошептал: - Держись. Вечером я тебя уже никому не отдам.

- До вечера еще нужно дожить, - усмехнулась Инара, прекрасно расслышав его слова. – Иди, Ариэн. Не мешай мне делать из девочки невесту.

Ален исчез за дверью, оставляя меня в состоянии легкого напряжения. Свадьба свадьбой, обряды обрядами, подготовка подготовкой, но в словах Инары звучала скорее угроза, чем обещание.

Начала она с того, что впихнула в меня то ли поздний завтрак, то ли ранний обед. Не плотный и обильный, но и не такой, чтобы я свалилась к вечеру от слабости. Потом Травница отвела меня в баню, где меня принял тот самый «сводный отряд асгорских вампирш», и следующие два часа я провела в приятной компании жизнерадостных тетушек. Мне намазали волосы чем-то приятно пахнущим, покрыли лицо чем-то, сильно напоминающим гламарию, но с дополнительным, не опознанным мной компонентом, и уложили в огромную лохань с теплой ароматной водой. Все эти действия сопровождались веселыми рассказами из жизни самих женщин, их сестер, невесток, золовок и прочих родственниц. Вероятно, под этим и подразумевалось «введение в курс семейной жизни». Очень может быть, что в этот момент юным невинным невестам советовали и еще кое-что, более интимное, но мое состояние явно говорило о бессмысленности подобных бесед.

Чисто вымытую, сияющую красотой и свежестью, меня опять препроводили в дом Аленара и вручили Травнице. Инара занялась моими волосами, промакивая их мягким полотенцем и бережно расчесывая. Я предложила просушить их магией – и в ответ получила суровую отповедь. Суть ее заключалась в том, что опытные Травницы разбираются в вопросах красоты гораздо лучше молодых безалаберных магичек, поэтому мне следует сидеть и ждать, когда специалист закончит свою работу. Тягость ожидания скрашивал все тот же отряд бодрых тетушек, правда, сократившийся до двух персон – Марлы, уже знакомой мне по первому визиту в Асгор, и ее двоюродной сестры, некоей Виды, темноволосой стройной хохотушки, и их пространные истории, напичканные невероятным количеством действующих лиц.

Где-то на середине повествования о шестилетнем сыне зятя кумы Марлы, который съел половину начинки для какого-то очень сложноприготовляемого обрядового пирога, чем ввел мать в состояние полного шока и непередаваемого ужаса, Инара объявила, что наступил черед платья. Оборвав рассказ на полуслове, вампирши метнулись в соседнюю комнату и через несколько секунд торжественно, на вытянутых руках, внесли созданный Зарой и Ленорой шедевр. На меня надели тонкое невесомое белье, помогли влезть в платье, аккуратно застегнули ряд крохотных пуговок на спине, расправили складки и усадили на табурет в центре комнаты, отвернув от зеркала.

- Потом посмотришь. Не порти себе впечатление, - пояснила Инара, вооружаясь расческой и горячими щипцами. Кстати, окончание истории о пироге и мальчике я так и не узнала. Вида, после загадочного напоминания Травницы, куда-то умчалась, а Марла набила рот шпильками и помогала священнодействовать над моей головой.

Все заканчивается, и моя прическа тоже, наконец, удовлетворила придирчивых вампирш.

- Можно посмотреть? – Я попыталась встать, но две сильные руки нажали мне на плечи.

- Подожди. Мы еще не закончили.

Инара чем-то стукнула (отложила расческу?), выдвинула ящик комода, щелкнула, прошуршала и подошла ко мне.

- Вообще-то полагается, чтобы ты выходила замуж в рубинах, как все невесты одд Шаэннаров, - необычно мягко проговорила она. – Но Ариэн настоял на изумрудах.

Мне на грудь легло тяжелое ожерелье из крупных темно-зеленых камней в изящной, почти кружевной оправе. Инара закрепила на моей голове диадему, тоже, надо полагать, с такими же изумрудами. Комплект завершили серьги.

Марла помогла мне обуть туфельки на невысоком каблуке и отступила в сторону.

- Превосходно, - восторженно прошептала она, прижав к пышной груди пухлые ручки.

- А вот теперь посмотри на себя, Элиара.

Инара помогла мне встать и повернула к зеркалу.

В свете опустившегося до горизонта солнца, сочившимся из окна, дополненным парочкой пульсаров под потолком, на меня смотрела… я. Но не адептка Элька, готовящаяся к последнему балу в Школе и с замиранием сердца предвкушающая танец с преподавателем, похитившим у нее сердце. И не Эллина одд Каэрстан, собирающаяся на бал к его величеству Делверу Пятому и не ожидающая от праздника ничего хорошего. На меня смотрела Элиара, невеста Ариэна одд Шаэннара.

Платье облегало там, где должно было облегать, и скрывало фигуру там, где должно было скрывать. Волосы частично подняли вверх, закрепив в форме короны, а частично распустили по плечам и спине. Изумруды подчеркивали рыжину волос и золотистый цвет кожи. Нежно розовели щеки, и невыносимым счастьем сияли глаза…

- Элиара одд Шаэннар… - Завороженная зрелищем, прошептала я сама себе.

- Пока еще нет, девочка. Но скоро ты ею будешь.

Хлопнула дверь, что-то зашептала ворвавшаяся Вида, и Инара осторожно тронула меня за локоть.

- Пора, девочка. Солнце уже садится. Тебя ждут.

Я бросила последний взгляд на свое отражение и отвернулась.

- Я готова.

Наши пути вот-вот сольются, Ален. И я не хочу оттягивать этот момент.

Платье нежно шелестело, пока я шла по коридору. Тихо стучали каблучки. Вампирши следовали за мной почетным караулом, сопровождая в новую жизнь.

На пороге я замерла от неожиданности.

Меня встречали Лежек и Ремар, одетые в одинаковые белые рубашки и черные брюки. Нет, меня предупредили, что невесту будут провожать до места проведения обряда друзья жениха. Только я совершенно не ожидала, что при моем появлении они синхронно опустятся на колено, склонив головы и приложив правые руки к сердцу.

- Иди же! Что же ты встала? – подтолкнула меня сзади Инара.

Мужчины выпрямились, когда я подошла к ним, неторопливо спустившись по ступенькам. Все с тем же торжественно-невозмутимым видом они помогли мне сесть на Янта, явно осознающего важность момента. Ремар встал справа от меня, взяв к’ярда под уздцы, Лежек занял место слева, и мы медленно двинулись по вечернему притихшему лесу.

Где-то неподалеку точно так же ехал Ален в компании Зары и Леноры. Точно так же шуршала трава под копытами Кулона, желтели березы и багровели осины, осыпая листьями наш путь, и перебирал волосы легкий, почти незаметный ветерок. Точно так же закатное солнце пропускало последние лучи через крону деревьев, сплетались запутанным лабиринтом длинные тени и тянуло свежестью от озера.

На поляне нас ждали. Деловито заканчивающие подготовку к празднеству вампиры при нашем приближении бросали все дела и приветствовали: мужчины – опускаясь на колено и склоняя головы, женщины – низко приседая. Даже возбужденные дети замирали и восторженными взглядами провожали меня.

Я улыбалась, видя знакомые лица. Инара. «Сводный женский отряд». Марла. Вида. Девочка, которая когда-то показала мне Ремара. Ивэн. Лейфер. Магистр Рейф. Ингвар. Терен, чуть ли не единственный из всех широко улыбающийся и не старающийся удержать на лице торжественную маску. Водяной, с которым мы перекинулись весной парой фраз, наполовину вылезший из воды и с интересом наблюдающий за происходящим. Кто-то смутно знакомый, стоящий в густой тени на краю поляны. Я попыталась вглядеться получше, но отвлеклась, увидев важно выступающего Кулона.

Ален, одетый полностью в черное, сам вел его, а две подружки сидели на широкой спине к’ярда, крепко обнимая друг друга. Конечно же, он не стал рисковать их здоровьем, доверяя поводья. Кулон не очень-то терпит посторонних.

Мы одновременно подъехали к сложенному, но еще не зажженному костру, высокому, почти в мой рост. Мужчины помогли спуститься мне. Мой жених по одной снял с Кулона тщетно прячущих улыбки девушек и, опустив на землю, поцеловал каждой руку. Ревность больно кольнула меня – и тут же исчезла, растворившись в глубокой убежденности: Ален мой. Мой, иначе его не было бы сейчас здесь, на этой поляне, в преддверии Дня Осени.

- Идем, - шепнул мне Ремар.

Он и Лежек, не отходя больше чем на шаг, провели меня вперед, на пустое пространство перед костром. Зара и Ленора точно так же следовали за Аленом.

Мы оказались друг напротив друга: я, в ослепительно белом платье, выделяющемся на фоне вечернего леса, и Ален, в черной рубашке и таких же брюках, практически сливающийся с темнотой. Я почти ждала, что он примет сейчас свою любимую позу, заложив за спину руки, слегка расставив ноги. Однако Ален опустился на колено, склонив голову и прижав к сердцу правую руку.

- Элиара.

Я низко присела в отработанном в Картхейне приветствии.

- Ариэн.

Он легко выпрямился, предлагая мне руку. Я молча приняла ее, и Ален подвел меня к ожидающему неподалеку Аленару, в такой же, как у Ремара, одежде и с обручем Повелителя на голове.

- Элиара. Ариэн.

Аленар говорил, вроде бы, негромко, но его голос слышали как и мы, стоящие перед ним, так и вампиры, рассредоточившиеся по всей поляне.

- Вы долго шли к этому дню. Много пережили, приближая его. Преподаватель и адептка. Маг воздуха и маг огня. Юная девочка и взрослый мужчина. Такие разные – и все же я знаю, что вы значите друг для друга. Будьте счастливы.

Ален крепко сжал мою руку, прижимая ее к своему сердцу. Мы повернулись друг к другу, вглядываясь в глаза.

«…Не будет ни высокопарных речей, ни запутанных и сложных обрядов – они не нужны, когда соединяются два любящих сердца...»

Я помню твои слова, Ален. Нам не нужны многословные клятвы, чтобы дать напыщенные обещания беречь, любить и поддерживать друг друга. Ты чуть не умер, спасая меня. Я обошла половину мира, вытаскивая тебя. Судьба – загадочная дама. Мы все равно встретились бы: не в Школе, так на поднятом кладбище. И мы не можем расстаться. Не только потому, что нам назначено исполнить пророчество. Просто я люблю тебя, Ален. Arrnell lientall terries, Arien. Ell lientienn, lienienell, karrienell.

«И я люблю тебя, Элька. Ell lientienn, lieniellie, karriellie».

- Я, Ариэн одд Шаэннар, беру тебя, Элиару Запольскую, в жены.

- Я, Элиара Запольская, беру тебя, Ариэна одд Шаэннара, в мужья, - эхом отозвалась я.

На мой палец скользнуло кольцо с изумрудом в изящной оправе. Ремар уже протягивал мне второе кольцо – для Алена. Мои руки чуть дрожали, когда я надевала его, чувствуя, как искристая щекотка превращается в странное возбуждение.

- Перед четырьмя стихиями и перед жителями Асгорской долины я объявляю вас мужем и женой, - торжественно проговорил Аленар.

В озере фонтаном взвилась вода. Внезапный порыв ветра пригнул ветки деревьев и взметнул юбку моего платья. Зашелестела трава под нашими ногами. Вспыхнул и тут же погас язык пламени в костре.

Ален обнял меня, прижимая к себе. Наши губы соединились в поцелуе, и вспыхнувшие молнии пронзили пространство, отгораживая нас от мира.

Я люблю тебя. Мы всегда будем вместе - ты и я. Мы навечно принадлежим друг другу. Ell kriessetenn allienstriell merailiess… Arr lientall terriess…

- Зажги огонь, Элька. Пусть он всегда согревает вас.

Ален, обнимая меня за плечи, подвел к сложенным горкой дровам. Какой-то местный житель уже с готовностью кинулся к нам, протягивая кресало, но кто-то из магов остановил его. Я присела, протягивая руки к мелким щепкам на земле.

- Riell.

Оранжевые язычки засветились на моей ладони, прыгнули вперед и жадно вцепились в сухое дерево. Не прошло и нескольких секунд – и костер уже пылал жарким пламенем, доставая, казалось, до самого неба.

- Это ты…

- Да, я пришла. Ты ждал меня?

- Я всегда тебя жду… И ты всегда будешь приходить ко мне…

Языки пламени обняли меня, провели по волосам, плечам и спине, задевая при этом Алена, но не причиняя ему вреда.

- И он всегда будет знать об этом… Но сегодня твоя ночь, Элька… Ваша ночь…

Огонь прощально дотронулся до моих губ и отпустил, возвращаясь в костер.

Я поднялась и повернулась лицом к моему мужу.

«Он – часть моей жизни».

«Знаю. Но, уходя от него, ты всегда будешь возвращаться ко мне», - раздалось в моей голове.

- Приготовься, - вслух проговорил Ален. – Сейчас нас будут поздравлять.

Первым оказался Лежек, сердечно обнявший меня и пробормотавший на ухо приличествующую моменту чушь. Алену досталось нечто совершенно другое:

- Береги ее, Ален. Иначе тебе придется иметь дело со мной.

- И со мной, - добавил Аленар, похлопывая по плечу жениха и ласково целуя меня в щеку.

- Ну, пожалуй, и со мной тоже, - бодро заявил Ремар, оттесняя дядюшку в сторону. – Тебе, брат, еще предстоит понять, какое сокровище ты взял в жены.

Ален, кажется, напрягся и попытался выяснить, что именно князь белогорский имеет в виду, но на нас налетели Зара и Ленора. За всхлипами, горячими поздравлениями и поцелуями Ремару удалось скрыться с наших глаз.

Дальше потоком пошли знакомые и незнакомые (мне, по крайней мере) лица, с объятиями, поздравлениями, поцелуями (девушки с особенным удовольствием чмокали Алена, зато мужчины – меня) и пожеланиями счастья. Наконец, нам удалось вырваться и спрятаться в тени густого кустарника.

- Устала? – Ален обнял меня и притянул к себе.

- Немного, - призналась я.

- Все почти закончилось. На нас больше не будут обращать внимания, и мы можем просто веселиться и отдыхать, как обычные жители Асгора. Или, если хочешь, можем уходить в Картхейн. Но я бы предпочел остаться еще на некоторое время. Здесь хорошая атмосфера.

Я задумчиво кивнула. В Этере сейчас ранний вечер, солнце сядет только часа через два, а мне не хотелось телепортироваться туда засветло. Да и поесть следовало бы, а там, в пустом доме, вряд ли кто-то будет ждать нас с накрытым столом… Съеденный давным-давно завтрако-обед оставил после себя только смутные воспоминания, а в суматохе подготовки и я сама, и Инара забыли, что будущим матерям надо питаться регулярно.

- Бедная ты моя, - поцеловал меня Ален. – Идем, посмотрим, чем могут накормить новобрачных.

Но далеко уйти мы не смогли. Светловолосый мужчина под руку с белокожей брюнеткой преградили нам путь.

- Элиара. Магистр Ален. Уделите нам несколько минут, пожалуйста.

Я запоздало вспомнила фигуру на краю поляны, которую мне не удалось рассмотреть. Не зря она показалась мне знакомой. Наверное, даже хорошо, что я не знала об их присутствии здесь во время бракосочетания. Это явно не прибавило бы мне положительных эмоций и заставило бы еще сильнее нервничать.

Ален сжал мне локоть.

- Что вы хотите, Вен?

- Только поздравить молодоженов, - чистосердечно улыбнулся Великий Магистр. – Больше ничего.

- Мы слушаем вас.

- Ален, я понимаю, какие эмоции по отношению к нам вы испытываете, и, должен признать, заслуженно. Но поверьте мне, я искренне рад, что все закончилось так, как закончилось. Вы – прекрасная пара, прекрасно подходящая друг другу, и впереди вас ждет, несомненно, счастливая семейная жизнь.

- Благодарю вас, - сухо ответил Ален. Мораввен не собирался раскланиваться и уходить.

- А чтобы она стала еще более безоблачной, разрешите преподнести вам небольшой подарок в день свадьбы.

Он достал из кармана и раскрыл небольшую коробочку. На темном бархате лежали два кулона-амулета из берилла, оправленного в серебро. В глубине каждого овального камня размеренно махал крыльями крохотный мотылек.

- Они зачарованы друг на друга, - пояснил Мораввен. – Если владельцу одного кулона будет грозить смертельная опасность, второй камень даст об этом знать.

- Полезная вещь, - признал Ален.

- Несомненно, - улыбнулся Великий Магистр. – Особенно если учесть вашу квалификацию, Магистры.

Я не стала упоминать о том, что официально еще никем не являюсь. Мораввен и сам знает об этом. И то, что он уважительно признал меня опытным магом, значило больше, чем бумажка Кесси.

- Поздравляю вас. – Великий Магистр закрыл коробочку и передал ее Алену. – Будьте счастливы. И прощайте. Не трудитесь провожать нас, мы уйдем сами.

- Одну минуту, - попросила Нааль. – Я тоже хочу кое-что сказать.

Я напряглась. Вряд ли, конечно, она будет сейчас угрожать мне или требовать держаться подальше от Мораввена. Но все-таки наш последний разговор прошел совсем не на мирных тонах. Ален успокоительно положил руку мне на талию и привлек к себе.

- Элиара… Я должна, наверное, поблагодарить вас. Если честно, мне не верилось, что такая юная девочка… Неопытная, как мне казалось… Может сделать то, что не по силам и убеленным сединами старцам. Я ошибалась.

- Спасибо, - сдержанно ответила я.

- Я не прошу извинений за то, что произошло. Это проделки судьбы, если мне позволено будет так сказать. Но все завершилось. Вы вместе. И мы – вместе. Будьте счастливы, Элиара.

- И вы тоже, Нааль, - неожиданно для себя самой произнесла я и поняла, что поступила правильно. Все действительно закончилось. Страница закрыта. Нельзя вечно жить прошлым, когда впереди неоднозначное будущее, и только одно я знаю точно: Ален будет со мной. Нааль тоже требуется поддержка любимого мужчины. Никто не требует от нас теплой дружбы, но и враждовать нам незачем.

- Спасибо, Элиара, - мягко проговорила дама и вместе с Мораввеном исчезла за кустарником.

- Странно, что Аленар не знал о прибытии Мораввена, - прокомментировала я, глядя на колышущиеся ветки.

- Он знал, Элька. Но мы решили тебе ничего не говорить, чтобы не усиливать твою нервозность.

- А он не мог просто отказать? – возмутилась я.

- Не мог. Большая политика, видишь ли, - пожал плечами Ален. – Выброси Мораввена из головы. Сегодня наша свадьба, кажется, и ты должна думать только обо мне.

После обжигающего поцелуя я с легким сердцем могла выбросить из головы не только Великого Магистра, но и весь остальной мир в придачу, за исключением Асгора. Мы влились в веселую толпу празднующих День Осени вампиров, ели крохотные бутербродики и кусочки жареного на палочках мяса, пили клюквенный морс (правда, как мне показалось, в стакане Алена было налито нечто более крепкое, но я не возражала), смеялись, шутили, кидались опавшими листьями и упоенно целовались без всяких глупых криков о горькой плюшке. А потом вдруг все затихло, и над поляной понесся высокий женский голос…

- Мы с тобой повстречались осенней порой,

И кружилась листва с озорным ветром в танце.

Необычно серьезным казался взгляд твой

Даже в ярком сиянье полденного глянца.

- Что это? – недоуменно посмотрела я на Алена.

- Госпожа, позвольте мне пригласить вас на танец, - вместо ответа церемонно склонился он.

- Мы с тобой танцевали в разгаре зимы,

И шуршал платья шелк на натертом паркете,

И секунды как век становились длинны,

И мерцали любовью глаза в лунном свете.

Мы кружились на пожухлой траве, и одновременно мы танцевали в пустом холле Школы, в полной тишине, нарушаемой только шорохом наших шагов. Глаза Алена, почти черные, точно так же затягивали в себя. И я таяла тогда в его объятиях – точно так же, как таю сейчас…

- Мы любили друг друга зеленой весной,

И пылали костры, разрезая тьму светом,

И журчала река под полночной звездой,

И ловила трава шепот наш до рассвета.

Костры – такие же, как сейчас, уходящие в небо столбы пламени, в иссиня-черное небо с умирающей луной. Огонь, пылающий в нашей крови. Резкий запах травы – или осенней листвы? Тихий шелест воды, набегающей на берега – это река в Аррении или озеро в Асгоре?

- Все исчезло, когда распустились цветы.

Лето жгло на глаза накатившие слезы,

Разрушались меж миром и мною мосты,

И гремели в душе бесконечные грозы.

- Это песня про нас, да? – не ожидая ответа, прошептала я.

- Да.

- И опять у осин красит осень листву,

Покрывая слоями густого багрянца.

Продев нитку судьбы через жизни канву,

Мы друг друга нашли, чтоб уже не расстаться.

Мы остановились, глядя друг другу в глаза. Ален, не говоря ни слова, повлек меня в сторону. Я так же молча шла, прижимаясь к нему. Мы продолжим наш праздник уже не здесь. В другом месте, под яркими крупными звездами Этеры.

- Мы поможем, - материализовалась рядом с нами фигура Ремара. – Откроем телепорт до Руоля. Дальше вы справитесь сами.

Коллектив магов в составе Лежека, Терена, Ивэна и белогорского князя быстро и деловито собрались в удобном, скрытом от общественности месте.

- Спасибо вам.

Я быстро поцеловала каждого, чувствуя, как взгляд Алена прожигает платье на моей спине, и вновь вернулась к мужу.

- Идем.

- Рем, попроси Аленара проверить долину. Он ушел, но осторожность не помешает, - бросил Ален, беря меня за руку.

- Хорошо. Не волнуйся так, брат, скоро вы будете далеко отсюда.

Маги открыли нам голубоватое окошко на траве. Ален, подхватывая меня на руки, шагнул в него.

- Береги ее! – кажется, услышала я. Но, может быть, мне это только показалось.

Громада Руоля темнела на фоне светлых гор и ночного неба.

- Теперь твоя очередь, - усмехнулся Ален, опуская меня на землю. – Я понятия не имею, где эта твоя Этера.

Я взяла его руки, сосредоточилась, произнесла заклинание - и через мгновение мне в лицо ударил морской бриз, обдающий запахом соли и водорослей. Мы стояли в запущенном саду, полном увешанных яблоками деревьев, а в трехэтажном доме светилось несколько окон.

Этера.

Ален, оглядевшись, решительно взял меня на руки и понес в дом, дверь которого предупредительно открылась.

- Добро пожаловать, господин и госпожа одд Шаэннар, - церемонно встретил нас дворецкий Илланы. – Для вас приготовлена сиреневая спальня. Вторая дверь слева по коридору. Не желаете ли еще чего-нибудь?

- Спасибо. Нет, благодарю вас, - бросил на ходу Ален, двигаясь в указанном направлении.

- Хорошо. Если вам что-то потребуется – только позвоните, - проговорил нам вслед дворецкий, исключительно для проформы. Что еще нужно новобрачным, кроме уединения?

И была ночь. Мы лежали на широкой постели, прижавшись друг к другу, и в окна заглядывали любопытные звезды и проникал запах моря. Размеренно шумели волны, в нас пылало обжигающее пламя, и взрывались ослепительные молнии.

Все, как обещал мне мой муж.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ