Дэвид Дрейк, Билл Фосетт Война

Кристофер Сташеф. ПИРАТЫ

Транспортный лайнер поймал лучом прожектора маленький пиратский корабль, но тот так стремительно отскочил, будто исчез, и вновь появился в другом месте. Огромный земной звездолет снова поймал пирата, теперь уже в перекрестие прицела, и выпалил по нему из кормовых орудий, но противник, будто играючи, увернулся от удара. Он явно издевался над неповоротливой громадиной.

— Тысяча чертей? — завопил штурман. — Вы что, не можете прихлопнуть эту муху?! Она в четыре раза меньше нас. В чем дело, командир? Ваши парни разучились стрелять?

— Я служил главным артиллеристом на Цели, — огрызнулся помощник капитана. — В чине лейтенанта. Но этому старью далеко до настоящих боевых лазеров. Не говоря уж о том, что у меня только два орудия. Черт бы побрал этого москита!

Помощник снова нажал на клавишу пуска, и снова безрезультатно. Огненный цветок распустился на экране — там, где корабль пиратов находился мгновение назад.

— Мой звездолет предназначен для перевозки людей и грузов, — веско возразил капитан судна. — Тяжелого вооружения на нем нет. Он не похож на боевые корабли Флота, к которым вы привыкли за время службы, лейтенант.

— Если бы я только знал, — проворчал штурман, но договорить он не успел. Изображение корабля халиан на экране увеличилось, словно по волшебству.

— Он в мертвой зоне! — заорал первый помощник. — Я не смогу попасть в него, он слишком близко. Какого дьявола?..

Раздался удар, за которым последовал дикий скрежет. Пассажирский лайнер задрожал.

Капитан первым пришел в себя. Он отстегнул противоперегрузочные ремни и взревел:

— Пошевеливайтесь, черти! Раздайте пассажирам оружие. Сейчас будет драка. Пираты прицепились к нам. Еще минута, и они прорежут корпус и полезут внутрь!

Экипаж вскочил на ноги. Они быстро открыли ящик с ручным оружием и, набрав, кто сколько мог, бросились в пассажирский салон. Но было уже поздно.

Целая секция стены рухнула, и сквозь облако дыма и пыли в помещение хлынули хорьки. Раздались вопли пассажиров. Воздух вспороли красные нити лазеров.

Штурман взвыл и упал навзничь с ровной, идеально круглой дырой в груди. Капитан и первый помощник отпрыгнули в разные стороны, отшвырнули лишнее оружие и открыли ответный огонь. Капитан прострелил одному хорьку плечо. Тварь завыла и, перекинув свой лазерный пистолет в другую лапу, выпустила в ответ огненный луч. Капитан ничком бросился на мостик, и лазер опалил переборку над его головой. Прежде чем землянин успел выстрелить снова, раненый хорек рухнул. Но врагов было слишком много.

Лазерный луч, отразившись от зеркальной поверхности какого-то прибора, попал в пассажирский отсек, оставив глубокий разрез на руке пассажирки. Она истошно завопила, сидевший рядом мужчина стал сбивать огонь с рукава ее платья.

Негромко хлопнул выстрел, и в переборке рядом с головой капитана появилась дыра. Он, не целясь, выстрелил и услышал визг хорька. Из пассажирского салона доносились дикие вопли, похоже, там произошла разгерметизация. Еще выстрел, и капитан почувствовал, что пуля пробила плечо.

В двери появился здоровенный детина, облаченный в шикарнейший костюм. В руках он держал что-то вроде дубины. Детина подскочил к врагу и, не долго думая, обрушил ему на голову дубину. Халианин упал, как подкошенный, а луч его лазера, миновав капитана, скользнул по стене, едва не задев какого-то обезумевшего от страха пассажира.

Один хорек был явно крупнее остальных, на нем красовались яркие кожаные доспехи. В него-то и направил капитан свой последний выстрел. Луч вспорол шкуру, но хорек мгновенно развернулся и с диким воем выстрелил в ответ. Тяжело раненный капитан рухнул на мостик, выронив оружие.

Человек с дубинкой размахнулся для нового удара, собираясь отправить на тот свет главаря. Но тут другой хорек с пронзительным визгом прыгнул навстречу и вцепился ему в руку. Халианский босс обернулся и заметил человека, замахнувшегося снова. Он уклонился от дубины и с воем ринулся вперед, ударив нападавшего в грудь с такой силой, что тот свалился между рядами кресел. Острые когти вспороли шикарный пиджак.

Не растерявшись, человек снова поднял дубину, но остановился, увидев прямо перед глазами когтистую пятерню. Неожиданно хорек провизжал на стандартном галактическом:

— Прояви мудрость и брось оружие!

Пальцы землянина невольно разжались — скорее от удивления, чем от испуга.

В ответ раздалось визгливое икание — халианин смеялся.

— Тебя удивляет, что я знаю твой язык, пришелец? Знай же, бывший воин, что я служил переводчиком в службе разведки во время войны. А ты? Ты не похож на этих трусливых людишек. Ты был воином. Как твое имя и звание?

— Сайрес, — выдавил из себя человек. — Капитан второго ранга Сайрес Лонгрин.

— Ах да! Какой забавный обычай у твоей расы — говорить только имя и звание. А как насчет рода войск и номера? Для вас, людей, номер значит так же много, как и имя, разве нет?

Халианин снова рассмеялся своим икающим смехом.

— А ты, — проворчал землянин, — как твое имя?

Острые когти тут же оказались у его лица.

— Будь осторожен, Сайрес. Ты храбр, и я уважаю тебя за это, но не настолько, чтобы дать тебе власть над моим именем. В конце концов, я победитель.

— Нет, — фыркнул Сайрес, — это мы победили халиан.

Когти над его лицом устремились вниз и замерли у самых глаз. Человек постарался не выдать испуга. С удивлением Сайрес заметил, что хорек тоже старается не показать своих чувств. Подумать только, халианин, культивирующий самоконтроль!

— Вы не победители! — прошипел хорек. — Нас предали те, кого мы считали друзьями, люди из Синдиката, очень похожие на вас. Некоторых моих соплеменников это настолько разозлило, что они заключили союз с Альянсом. Разве не так?

Сайрес проигнорировал сверкающие острия у самых глаз.

— Если ты это знаешь, зачем напал на нас? Мы не Синдикат. Мы ваши союзники!

— Только не мои! — прошипел халианин. — Заводить дружбу с бывшим врагом? Никогда! Я не приму такого бесчестья! Смотри, это же трусы, считающие, что они победили халиан. Это позорный союз, и я его отвергаю! Я буду сражаться с вами, пока не умру. Как сражался до перемирия. И так же поступят все мои люди. Но перед этим мы возьмем столько жизней воинов-землян, сколько сможем. Не будет покоя вашему Флоту и другим кораблям, пока мы не убьем каждого, кто убивал халиан. А может быть, мы убьем вас всех!

— Ты неправ, нельзя в мирное время мстить за то, что происходило в войну.

— Для меня мир еще не настал. Правильно это или неправильно, но для халиан есть только один путь — те, кто убивал нас, должны умереть. Мы расправимся и с вами, и с теми, кто предал нас, с Синдикатом. Все люди или потеряют свою честь, или умрут.

— Ваши собственные правители приказали всем халианам сложить оружие! Если ты-не сделал этого, то преступил закон!

— Да, — согласился хорек, — я преступник и изменник. Никогда не ступить мне на халианскую землю, не дышать ее сладким воздухом и не видеть родного дома. Глупо напоминать мне об этом.

Когтистая лапа провела кровавую черту на щеке человека, но тот не внял предупреждению.

— Путь мудрости не всегда путь чести.

— Ах да, честь. Она требует, чтобы я взял что-нибудь в знак своей победы. — Взгляд хорька остановился на груди человека, его морда искривилась в улыбке. Затем лапа халианина потянулась к горлу Сайреса. Тот напрягся, готовясь достойно встретить смерть, но хорек опять рассмеялся: — Успокойся, воин. Разве не стоит пожертвовать полоской ткани, чтобы сохранить жизнь?

Это и есть та самая пресловутая потеря чести, которая для халианина хуже смерти? Отдать противнику хоть что-нибудь в качестве трофея считалось позором. Но Сайрес был человеком, и он лежал не двигаясь, пока хорек стаскивал с его шеи яркую полоску ткани.

— Прекрасная вещица, — сказал халианин и тут же просвистел эту фразу на родном языке, вызвав бурное ликование всей пиратской команды.

«Сумасшедший дом», — подумал Сайрес. Он понял, что сказал хорек, поскольку знал халианский язык не хуже, чем главарь пиратов.

Пират обвязал галстук вокруг шеи, соединив концы неуклюжим узлом. Затем обратился к своим:

— Смотрите на меня! Теперь я тоже важный бизнесмен! Это мой трофей. Разве каждый из вас не хочет получить такой же?

Раздался одобрительный свист, и хорьки бросились сдирать галстуки с перепуганных пассажиров. Те не думали сопротивляться — некоторые даже сами живо стянули приглянувшиеся врагам трофеи.

— Теперь ты узнаешь меня, если мы снова встретимся, — важно бросил пират Сайресу.

— Разве? — невесело пошутил землянин. — Неужели вы не взорвете нас вместе с кораблем после того, как соберете добычу?

— Вот еще! Весь этот звездолет наша добыча! Но вас я оставлю в живых. У вас здесь есть маленький корабль, который называется спасательной шлюпкой, не так ли? Пусть земляне сядут в него и отправятся восвояси. По крайней мере те из них, которые слишком трусливы, чтобы сражаться, или слишком плохо умеют воевать, чтобы умереть в бою.

Сайрес покраснел. Халианин обнажил в усмешке острые клыки.

— Будь доволен, землянин. Твоя неловкость спасла тебе жизнь. Кроме того, я отпускаю вас, чтобы вы донесли мои слове другим людям. И пусть не вздумают летать вблизи Халии, иначе наш гнев падет на их головы. Пусть помнят обо мне и моей команде.

— Хорошо, — ответил Сайрес, стараясь вложить в свои слова побольше сарказма. — А как мы расскажем о тебе, даже не зная твоего имени, имени халианина с таким добрым сердцем, который оставил нас в живых?

Но хорек предпочел не заметить насмешки.

— Доброе Сердце? Это самое лучшее имя! Скажи своим соплеменникам, что меня зовут Доброе Сердце и что они всегда узнают меня и мою команду по этим ярко раскрашенным полоскам ткани. Расскажи им о Добром Сердце, и пусть они трепещут от страха!

— Доброе Сердце, — согласился Сайрес с кислой улыбкой. — Пират Доброе Сердце.

— Доброе Сердце! — пролаял хорек, обернувшись к своим. — Все слышали? Этот человек дал мне имя. Мое имя заставит трепетать всех землян. Начиная с сегодняшнего дня меня зовут капитан Доброе Сердце!

Зубастая команда одобрительно заулюлюкала. Они еще долго дико вопили, взвизгивали и подвывали — совершенно невыносимая какофония для человеческих ушей.

Спасательная шлюпка была забита до отказа. Без лишних церемоний халиане запихивали туда оставшихся пассажиров. Одна женщина завопила от страха, ее крик подхватили другие. Наконец посадка закончилась, и по команде капитана Доброе Сердце два хорька впрыгнули внутрь шлюпки, размахивая оружием. Началась паника. Завывая от ужаса, люди старались отодвинуться как можно дальше, буквально лезли на головы друг другу. Вокруг хорьков тут же образовалось пустое пространство.

Пока двое вооруженных пиратов расчищали место, остальные втащили внутрь шлюпки бесчувственное тело капитана, положив его на сделанные на скорую руку носилки. Затем они перенесли первого помощника, раненного и находившегося без сознания. Последним внесли мертвого штурмана, милосердно прикрыв тело тканью. Увидев неподвижные тела своих защитников, пассажиры замолкли.

Когда пираты вылезли из шлюпки, туда запрыгнул Сайрес. Он повернулся к стоявшему в проеме люка халианскому капитану:

— Я благодарю тебя за честь, оказанную моим поверженным соплеменникам.

— Я воздаю им должное, — ответил пират. — Они нашли в себе мужество вступить в бой, пусть неумело, но по доброй-воле. — И хорек улыбнулся, оскалив зубы. — Запомни, Сайрес, меня и мою любезность. — Пират отступил назад, и крышка люка с лязгом захлопнулась.

— Не беспокойся, — прошептал Сайрес, — я ничего не забуду.

— Проклятый болван! — взвизгнул вдруг один пассажир. — Из-за твоей глупости нас всех чуть не убили!

Люди, избавившись от мучительного страха, явно жаждали выместить на ком-нибудь злость. И Сайрес оказался самой подходящей кандидатурой. С перекошенными от злости лицами пассажиры обступили его, выкрикивая нелепые обвинения.

Вспомнив старые добрые флотские времена, капитан второго ранга рявкнул с такой силой, что перекрыл все звуки:

— А ну тихо! Хватайтесь за что-нибудь, да покрепче!

Ему ответили недоверчивые вопли, лишь несколько пассажиров, наверное, также служившие в войсках, вняли его совету и быстро ухватились за то, что оказалось под рукой, призывая остальных последовать их примеру. Но было поздно. Сайрес сам едва успел вцепиться в кольцо люка, как шлюпка стартовала. Словно гигантский мул лягнул копытом жалкое суденышко, выбрасывая его в открытый космос.

Люди с криками повалились друг на друга. Толчок прижал орущую, копошащуюся человеческую массу к переборке. Корабль двигался с огромным ускорением, и сила инерции буквально вдавливала людей в стену. Сайресу удалось устоять на ногах, — он мысленно пожалел несчастных, оказавшихся внизу этой кучи малы. Но ему было сейчас не до них. Он должен пробраться в штурманскую рубку и взять на себя управление шлюпкой, если, конечно, пираты не передумают и не отправят их всех в преисподнюю.

Но Сайрес не верил в подобную глупость. Зачем хорькам уничтожать хороший корабль, когда они могли перебить людей «вручную» и оставить шлюпку себе? Кроме того. Доброе Сердце совершенно определенно дал понять, что он далеко не безразличен к общественному мнению и будущей славе. Поэтому вряд ли он станет уничтожать беззащитных беженцев, которые к тому же не являются воинами.

Сайрес осторожно пробирался к носу шлюпки. Один из пассажиров загораживал вход в рубку, и капитан просто отпихнул его с дороги, не обратив внимания на протестующие вопли, и пролез в узкий проход. Внезапно изменившееся ускорение едва не выбросило его обратно, но он удержался и рухнул в кресло пилота, с облегчением накинув на себя противоперегрузочные ремни. Затем включил панель управления. По многочисленным приборам пробежали огоньки, толчки прекратились. Прямо перед глазами Сайреса ожил большой экран, появилось изображение пиратского корабля рядом с огромной махиной захваченного торгового лайнера.

Звездолеты уже пришли в движение. Доброе Сердце не собирался проверять, насколько быстро люди успеют позвать на помощь. Но Сайрес и не пытался включать сигнал бедствия, он сосредоточился на приборах, определяя координаты и направление движения пиратов.

Крики в салоне поутихли, и в проходе показалось несколько лиц. Кто-то сердито осведомился:

— Какого черта вы тут делаете?

— Зову на помощи — соврал Сайрес, не оборачиваясь и не отрывая глаз от экрана.

Изображения кораблей начали мигать, потом меркнуть, пираты уходили в гиперпространство. Сайрес вел наблюдение до последней секунды, и только когда экран опустел, включил сигнал бедствия.

Покончив с делами, он обернулся к пассажирам, по-прежнему толпившимся в проходе.

— Пусть все рассядутся, если смогут. И спросите, нет ли среди пассажиров врача или кого-нибудь, кто сможет оказать первую помощь раненым.

Кто-то повернулся, чтобы выполнить его приказ, но другие продолжали злобно взирать на Сайреса.

— Да кто вы такой, чтобы тут командовать! — крикнул один из пассажиров.

— Сайрес Лонгрин. Капитан второго ранга разведслужбы Флота.

— Садитесь, капитан, — сказал адмирал, не поднимая глаз от компьютера.

Сайрес опустился в одно из высоких кресел напротив главнокомандующего и, почувствовав себя немного уютнее, осмотрелся.

Стены комнаты тонули в сумраке, единственным источником освещения был ярко светящийся экран монитора. В его неверном свете лицо сидящего за столом человека казалось каким-то неестественным, и Сайрес решил, что это как раз то, что нужно. Ведь они собирались воевать с демонами.

Адмирал поднял наконец глаза.

— Вы проявили себя с самой лучшей стороны, капитан. Большая удача для всех пассажиров, что, направляясь на Землю с документами для Генерального Штаба, вы случайно попали именно на этот лайнер.

— Благодарю вас, сэр.

— Но объясните, как могло случиться, что, кроме дубинки, у вас не оказалось никакого оружия?

— Это — требование службы безопасности межзвездных перелетов. Пассажирам не разрешается иметь при себе оружия. Поэтому я и прихватил дубинку, на ней нет металлических частей, так что обнаружить ее на пункте контроля невозможно.

Адмирал кивнул.

— Пакет документов, который вы везли на Землю, будет передан с другим курьером. Нам крупно повезло, что пираты не стали вас обыскивать, иначе важные дипломатические бумаги, подписанные халианскими лидерами, исчезли бы навеки.

— Да, они бы их тут же сожгли. Господин адмирал, если вы освобождаете меня от прежнего задания, могу я просить о новом назначении?

— Каком именно? — улыбнулся адмирал.

— Я хотел бы принять участие в операции по уничтожению пиратов, сэр.

Командующий кивнул.

— Неплохая мысль. Я и сам Подумывал послать вас по следу этого Доброго Сердца. Так что считайте вопрос решенным. Кстати, поздравляю с повышением, вы теперь капитан первого ранга.

Команда пиратского корабля оживленно обсуждала небывалое событие — их капитан взял себе человеческое имя!

— Я понимаю, что это необходимо, — сказал один из членов экипажа, которого звали Пралит. — Теперь каждый человек, который нам встретится, сразу поймет, с кем имеет дело. Но как можно отринуть от себя имя своей семьи и своего клана? Разве это может быть хорошим поступком?

— Это должно быть хорошим поступком, — с отчаянием в голосе возразил ему Хлители. — Ведь наш капитан самый храбрый и благородный среди халианских сирот.

— Что ты сказал? — возмущенно прошипел третий хорек по имени Хопил.

— Что наш капитан отмечен храбростью и благородством.

— Нет, ты назвал нас сиротами Халии!

Все на время замолчали, осмысливая значение сказанного.

— Если так, то нам действительно нужны новые имена, — заметил Пралит.

— Даже если это всего лишь перевод на халийский жалкого человеческого имени?

— Конечно. — Пралит оскалил зубы. — Ведь мы понимаем весь сарказм, вложенный в новое имя капитана.

— В этом имени есть доля правды, — задумчиво сказал Хопил, — но больше иронии.

— Гораздо больше иронии, — добавил Хлители.

Хорьки уставились на Салпина, одного из офицеров экипажа, который как раз вошел в кают-компанию. За ним появился другой офицер и, видимо, продолжая начатую раньше беседу, спросил:

— И какой же приказ?

— Капитан, — Салпин обращался ко всем присутствующим, — хочет, чтобы каждый из нас тоже взял себе новое имя. Причем имя воина должно отражать одно из присущих ему качеств.

Кают-компания наполнилась визгливым лаем.

— Успокойтесь! — рявкнул второй офицер. — Вы поняли причины, по которым капитан изменил свое имя, так выслушайте же по крайней мере, почему он требует от вас того же.

— Новые имена докажут преданность команды капитану и, кроме того, — Салпин сделал паузу, — старые клановые имена должны быть забыты.

— Забыты!

— Да, забыты. — Голос Салпина стал жестким. — Капитан стремился собрать в своей команде всех изгнанников, каждого из новых сирот Халии. Он не желает, чтобы здесь между нами вспыхнула вражда из-за старых клановых распрей. Мы должны быть едины.

В кают-компании воцарилась тишина. Хорьки молчали, стараясь не смотреть друг на друга. Каждый из них отлично понимал смысл сказанного. Вся команда была выходцами из одного рода, и хорькам казалось совершенно невозможным вступить в союз с каким-либо враждебным кланом. Но сейчас перед ними стоял гораздо более страшный противник. И ради победы все кровные распри должны быть забыты.

— И, — добавил второй офицер, — если не будет родовых имен, то не будет и вражды между кланами. Это путь мудрых.

Подождав немного, чтобы до всех дошел смысл его слов, Салпин перешел к делу.

— С этого дня я беру себе новое имя. Я буду зваться Быстрый.

— Мое новое имя Добряк, — сказал второй офицер.

Сначала в комнате было тихо, как в гробу, но затем сначала медленно, потом все быстрее и быстрее хорьки начали выкрикивать свои новые имена.

Тот факт, что Сайресу поручили уничтожить пиратов, вовсе не означал, что он будет носиться по космосу на боевом крейсере в сопровождении команды дюжих храбрецов. Космос велик, а корабль пиратов всего лишь былинка. Прежде чем начать охоту, надо установить, где вероятность встречи с противником выше всего. Поэтому Сайрес засел за компьютер. Умная машина просеивала бесчисленные сообщения со всех звездолетов и искала среди них нужные по ключевым словам: нападение, спасательная шлюпка, галстук и несколько других.

Постепенно проделки Доброго Сердца начали выплывать наружу. Истории были похожи друг на друга как две капли воды, отличаясь только местом и временем. Пират обстреливал пассажирские и грузовые звездолеты, лишая их вооружения и маневренности. Затем его собственный корабль, используя магнитные присоски, цеплялся к борту беспомощного звездолета, и пираты, прорезав в корпусе дыру, устремлялись внутрь захваченного судна. Пираты убивали экипаж, затем запихивали пассажиров в спасательную шлюпку и отправляли восвояси. Среди хорьков всегда выделялся один, который знал человеческий язык, этот хорек носил на шее кричаще-Яркий галстук и называл себя Добрым Сердцем. Главарь пиратов отличался вежливостью и жестокостью.

Проделок этих было так много, что вскоре слух о кровожадном пирате в галстуке разнесся повсюду.

Корабль содрогнулся, и целая секция корпуса провалилась внутрь. Из дыры хлынули хорьки. Экипаж открыл огонь, ни силы были слишком неравны — с полдюжины человек против нескольких десятков халиан. Хорьки ловко уклонялись от лазерных лучей и непрерывно стреляли. Вскоре все вооруженные люди были тяжело ранены или убиты. Из пролома появился здоровенный хорек в галстуке. В салоне корабля раздались крики ужаса. Те, кто еще мог стоять на ногах, поднялись, чтобы с достоинством встретить свою смерть.

Через минуту все было кончено, и пираты ворвались в пассажирский салон, оставив за спиной недвижные тела.

— О Боже, что с моим мужем?! — вскрикнула одна из женщин.

— Не беспокойтесь, мадам, полагаю, с ним все в порядке, — вежливо ответил главарь пиратов на почти безупречном стандартном. — Скорее всего он просто без сознания, если, конечно, ваш супруг не оказался выдающимся бойцом, в чем я лично сомневаюсь. Будьте покойны, моя команда не воюет с гражданскими лицами.

— Ваша команда? — Женщина судорожно вздохнула. — Но кто вы такой?

— Вы можете называть меня Доброе Сердце. Трудно оспаривать это, ведь я сохраню вам жизни. Но только жизни, драгоценности придется отдать. — Волосатая лапа потянулась к ожерелью на шее женщины. — Прошу вас, мадам.

Трясущимися от страха руками пассажирка расстегнула колье и отдала пирату, потом стянула браслет. Другие хорьки уже вовсю потрошили беззащитных пассажиров, отбирая бумажники, кольца, часы и прочие ценности.

Две женщины, чьи мужья тоже принимали участие в попытке отразить налет, тихо подвывали, остальные молчали.

— Займись сейфом! — приказал Доброе Сердце своему помощнику.

Перепуганные пассажирки безропотно расставались со своими украшениями. Вскоре все ценности с лайнера перекочевали в лапы пиратов. Тогда хорьки набросились на мужчин, срывая с них галстуки.

— Но что вы делаете! — Женщина поперхнулась словами, но, справившись с собой, продолжила: — Зачем вы снимаете с них одежду?

— Зачем нам галстуки? — Доброе Сердце коснулся яркой полоски ткани на собственной шее. — На память, мадам. Неужели вы откажете нам в этих маленьких сувенирах?

— И они отобрали у нас даже галстуки! — орал красный от гнева мужчина. — Каким я должен называть ваш Флот, если халиане могут летать где им вздумается и орудовать как пираты.

— Галстуки? — Лицо дежурного офицера Флота неожиданно выразило значительно больший интерес к инциденту. — Только ваш галстук? Или каждого пассажира?

— Все галстуки, черт бы их побрал! Ради чего я плачу налоги?!

Офицер, а это был Сайрес, кивнул и встал.

— Благодарю вас, мистер Баггер, за информацию. Вы оказали нам большую помощь.

Сайрес развернулся, собираясь выйти из комнаты, но внезапно передумал и снова взглянул на пострадавшего.

— Кстати, скажите, пожалуйста, с какой целью вы направлялись на Халию?

— Разумеется, для того, чтобы прикупить там землицы. Хорьки продают ее задешево. Я собираюсь открыть на Халии большой магазин. Это очень выгодное вложение капитала.

Выходя из комнаты, Сайрес со стыдом признался себе, что он прекрасно понимает некоторые мотивы, движущие капитаном Доброе Сердце.

Собрав всю полученную информацию, Сайрес постарался представить ее графически. Он зажег топографическую карту окрестностей, в центре которой мерцало рубиновое солнце Халии. Сайрес отметил места нападения пиратов желтыми точками. Постепенно начала вырисовываться общая картина. Инциденты происходили на поверхности сферы радиусом примерно в три астрономические единицы с центром в солнце. Это было понятно, так как именно на таком расстоянии выныривали из гиперпространства звездолеты, опасаясь слишком сильно приближаться к звезде из-за гравитационных искажений. Но дальше закономерность исчезала. Желтые точки были рассыпаны примерно одинаково по всей поверхности сферы. Пират мог подстерегать свои жертвы в любом направлении.

Проблема состояла в том, что Сайрес не мог наладить патрулирование боевых кораблей Флота таким образом, чтобы охватить все это колоссальное пространство. Однако, поколдовав над картой, он обнаружил, что в одном месте — там, где выныривали из гиперпространства корабли, курсирующие между Халией и Целью, нападения происходили чаще, чем в других. Там Сайрес и решил устроить засаду. Специально оборудованный крейсер-невидимка станет караулить бандитов на таком расстоянии, чтобы оставаться незамеченным и в то же время способным при случае быстро оказаться на месте действия. Тщательно обдумав все детали, Сайрес решился. Теперь ему оставалось лишь убедить в своей правоте главнокомандующего.

— Вы подали нам хорошую мысль, Сайрес, но поймите меня правильно, я не могу допустить вашего прямого участия в операции. Нельзя рисковать вашей жизнью. Вы единственный человек во всем Флоте, который знаком с этим хорьком, только вы можете проникнуть в ход его мыслей и предсказать его действия.

— Я составил очень подробный отчет, сэр, — Сайрес не терял надежды убедить адмирала. — Описания всех инцидентов, их координаты и время, анализ поведения пиратов. Словом, все, что может представлять интерес, находится в компьютере.

Адмирал испытующе смотрел на него. Сайресу казалось, что он слышит, как ворочаются мысли в голове командующего. Присутствие капитана Сайреса на крейсере увеличивает шансы на победу, но, с другой стороны, в случае его гибели Флот может потерять бесценную информацию. Наконец адмирал принял решение:

— Ну хорошо, капитан. Поручаю вам лично позаботиться об этом пирате.

Сайрес застегнул противоперегрузочные ремни и откинулся в кресле в ожидании старта. Он был на седьмом небе от счастья. Как замечательно снова оказаться во главе боевого звездолета, да еще отправляющегося на охоту за пиратами! Сайрес пребывал на верху блаженства.

Тяжелый крейсер неподвижно застыл среди космической ночи. Специально оборудованный звездолет находился неподалеку от точки, в которой обычно выныривали из гиперпространства корабли, идущие с Хаджа. Он был невидим для приборов стороннего наблюдателя. Крейсер, словно затаившийся паук, следил за бесконечной чередой кораблей, выныривающих из гиперпространства или ныряющих в него, чтобы направиться к неведомым звездам. Но интересующий Сайреса маленький пиратский корабль не появлялся.

Миновала неделя, потом вторая, началась третья. Люди стали потихоньку ворчать. Солдатам прискучило однообразное ожидание, прерываемое только учебными тревогами. Они хотели действовать или, по крайней мере, отправиться в какое-нибудь местечко повеселее.

К концу третьей недели Сайрес и сам стал сомневаться в правильности своих расчетов. Но чудо наконец произошло. Прозвучал резкий звуковой сигнал, а затем раздался бесстрастный голос наблюдателя:

— Вижу халианина.

— Командующего Сайреса на мостик! — прорычал капитан корабля в селектор. — Экипажу занять боевые позиции!

Взвыла сирена, и коридоры звездолета наполнились топотом быстро бегущих ног. Сайрес ворвался в командный пункт и замер, уставившись на экран, где застыло увеличенное компьютером изображение чужого корабля.

— Это он, — прошептал Сайрес. — Капитан, полное ускорение!

— Полное ускорение, — скомандовал капитан крейсера. Опять завыла сирена, предупреждая о перегрузках. Сайрес, не отводя глаз от пятнышка света, мерцающего на экране, бросился к противоперегрузочному креслу. Снова прозвучал сигнал — где-то вблизи появился еще один корабль.

— Экраны на полный обзор! — скомандовал капитан, но наблюдатель уже переключил приборы. Изображение пирата уменьшилось, зато стал виден другой звездолет — огромная махина явно земного происхождения вынырнула из гиперпространства и теперь торопилась к Халии.

— Вот за кем он охотится! Это грузовой звездолет.

— Торпеда! — приказал капитан. Сайрес не почувствовал никакой отдачи, но через секунду услышал ответ артиллериста:

— Торпеда пошла.

— Он ведь не стоит на месте! — воскликнул Сайрес, но капитан только досадливо мотнул головой.

— Мы подправим скорость торпеды, как только пират начнет шевелиться.

Халианский корабль резко дернулся, отпрыгнул от земного грузовика и развернулся носом к крейсеру. Полыхнул огонь, и подбитая торпеда взорвалась, не достигнув цели.

— Хорьки почуяли нас, — проворчал Сайрес. — У них чертовски быстрый корабль.

— Противник в зоне поражения… — Артиллерист не успел закончить фразу, как прозвучал приказ капитана:

— Огонь!

Бортовые компьютеры получили команду открыть огонь и одновременно уклоняться от обстрела противника. Плавное движение сменилось безумным танцем, корабль резко дергался из стороны в сторону. Компьютер складывал это движение с таким же танцем пиратского корабля и непрерывно корректировал направление стрельбы. Земной крейсер уничтожал ракеты противника, уклонялся от лазерных лучей и палил по врагу из всех орудий. То же самое делал и пират. Его изображение дергалось на экранах, пиратский звездолет изрыгал пламя, отплевывался ракетами, резал пространство нитями лазеров. Корабли постепенно сближались.

Люди не принимали участия в схватке, они были недостаточно быстры. Это был поединок двух компьютеров. Какое-то время маленький пиратский корабль на равных сражался с тяжело вооруженным, но не таким подвижным земным крейсером. Затем положение дел изменилось.

У Сайреса имелось преимущество над Добрым Сердцем — двенадцать вспомогательных суденышек, которые обычно использовались для тренировок личного состава крейсера, но могли и участвовать в бою. По сигналу тревоги они автоматически отделились от земного звездолета и окружили противника кольцом.

Каждая шлюпка имела на борту собственный компьютер и вооружение. В какой-то момент двенадцать маленьких точек со всех сторон набросились на пирата, ведя непрерывный огонь.

Халианский звездолет попытался уклониться от этой новой напасти, но на этот раз не успел сманеврировать и получил несколько прямых попаданий по корпусу. Полыхнуло яркое пламя разрывов, экраны наблюдения автоматически приглушили яркость изображения, оберегая глаза людей. Затем Сайрес увидел, как потускневший корабль пиратов развернулся и устремился прочь.

— Мы его зацепили! — рявкнул капитан, ударив кулаком по колену. — Эй, на штурвале! Полный вперед!

— Есть, сэр, — прозвучал ликующий голос пилота, и тут же вновь взвыла сирена, предупреждая о максимальном ускорении. Начиналась охота. На экране еще был виден улепетывающий противник, но изображение быстро уменьшилось. Перегрузка вдавила людей в кресла.

— Может, он заманивает нас? — предположил Сайрес.

— Мы следили за этим.

Изображение на экране снова начало расти.

— Им не уйти, — капитан не скрывал своей радости. — Часу не пройдет, как я поджарю этих хорьков прямо в их корабле. — Внезапно пятнышко на экране замерцало.

— Они уходят в гиперпространство!

— Это невозможно! — воскликнул Сайрес. — Их корабль поврежден! Они же могут прыгнуть в никуда.

— Но если они этого не сделают, мы отправим их туда наверняка, — буркнул капитан.

Мерцание усилилось, затем изображение стало меркнуть и через пару секунд исчезло совсем.

— Они ушли! — Сайрес сжал кулаки в бессильной злобе. — Ускользнули у нас из-под носа!

— Не обязательно, — веско возразил капитан крейсера. — Корабль поврежден и находился слишком близко к нам в момент прыжка. Пираты вполне могли отправить сами себя в преисподнюю.

— Только не эти, — ответил Сайрес, все еще глядя на пустой экран. — Кто угодно, но только не этот хорек. Эта изворотливая тварь осталась в живых!

Он устало откинулся в кресле.

— Благодарю вас и ваших людей за отличную службу, капитан. От вас можно ускользнуть только в ад. Лучшего желать просто невозможно.

— Спасибо, сэр, — лицо капитана было хмурым, — но вы преувеличиваете. Команда неплохо потрудилась, однако пират ускользнул, и значит, боевой задачи мы не выполнили. Видимо, где-то мы оплошали.

— Не могу представить себе, где. — Сайрес чувствовал себя донельзя уставшим.

— Я тоже, сэр. Но нам надо избавиться от пиратов, и поэтому придется что-то придумать.

— Мы должны знать, кто командовал этим кораблем, Быстрый. Это ведь не случайная встреча. Кто-то охотился именно за нами. — Доброе Сердце разъяренно метался по каюте.

— Да, не случайная, — согласился помощник.

— Нам нужна информация. О таких вещах надо знать заранее. Мы должны повсюду разослать шпионов, которые станут следить за Тем, что предпринимают против нас люди.

Быстрый нахмурился.

— Но как мы сможем узнать замыслы землян, капитан? У нас ведь не может быть среди них агентов.

— Как это не может?! — Доброе Сердце взглянул на своего офицера горящими глазами. — Многие хорьки вертятся вокруг людей и на Цели, и на Халии. Неужели не найдется никого, кто посочувствовал бы нашему делу?

— Найдутся и очень многие! — Быстрый был поражен прозорливостью своего капитана.

— Мы совершим тайную посадку на Халии. Пусть каждый из членов экипажа переговорит со своими старыми друзьями. С теми из них, кто предан Халии, а не только старейшинам кланов. Мы дадим им передатчики и шифры, сделаем из них свои глаза и уши. Они будут передавать наверх любую касающуюся нас информацию, какую только удастся разнюхать.

— Хорошо, капитан. — Заметно повеселев. Быстрый бросился выполнять приказ.

Оставшись один. Доброе Сердце погрузился в раздумья. Что еще можно предпринять? Прежде всего, язык. Он должен обучить свою команду земному языку и наладить прослушивание радиопередач, благо у Альянса и Синдиката язык один и тот же. Надо взять за правило выуживать все, что можно, от экипажей и пассажиров захваченных кораблей. Многое можно сделать. Во что бы то ни стало он должен научиться предвидеть действия своих врагов.

Одни старые друзья переговорили с другими, те с третьими, те еще с кем-то. Даже самое тщательное расследование не смогло бы обнаружить концов запутанной цепочки, и в скором времени чуть ли не половина хорьков на Халии знала, кому следует шепнуть словечко, если вдруг станет известно что-то интересное. Какую-нибудь мелочь, которая, возможно, и значения никакого не имеет. А возможно, и имеет…

Пираты старательно сопоставляли друг с другом поступавшие к ним разрозненные кусочки информации, которые в один прекрасный момент складывались вдруг в цельную картину.

— Так, значит, капитан первого ранга Сайрес Лонгрин? — Доброе Сердце задумчиво смотрел на портрет, переданный каким-то неизвестным другом на пиратский корабль. Капитан хмурился, стараясь вспомнить, где он видел это лицо. Оно определенно было ему знакомо.

Остальные пираты молча смотрели на своего капитана. Они терпеливо ждали. Доброе Сердце не обращал на них внимания, он рылся в своей памяти, перебирая множество событий, случившихся с тех пор, как он вступил на стезю разбоя.

— Сайрес! — прошипел наконец пират. — Тот человек, который дрался со мной, когда мы впервые захватили корабль землян. Тот, с дубинкой! Значит, вот кого они послали охотиться за мной!

— Мы опозорили его, — заметил Быстрый, — и теперь он жаждет мести.

— Ах, он жаждет мести?! Я тоже хочу отомстить. — Доброе Сердце оскалил зубы в недоброй усмешке. — Он решил поохотиться за мной? Отлично. А я поохочусь за ним.

Быстрый внимательно слушал своего командира. Сердце хорька кольнуло недоброе предчувствие. И на то были причины.

Даже оставшись один в своей каюте, Доброе Сердце никак не мог успокоиться. Он метался по каюте, то выпуская, то втягивая острые когти. Хорек кипел от гнева и ярости, осознавая свое бессилие. Ему требовались агенты среди людей. Только они могли спасти его. Но как их заполучить?!

Как привлечь на свою сторону человека, достойного доверия? Порядочные люди преданы своей расе. А прочие ради выгоды продадут все, что угодно, даже честь. С ними нельзя иметь дело. Как решить эту задачу. Доброе Сердце не знал. Он лишь понимал, что должен ее решить. Обязан.

Нельзя сказать, что у Джорджа Деррика было много друзей в детстве. По правде говоря, их у него вообще никогда не было, парень слишком отличался от остальных. Чрезмерно длинное туловище, несуразно короткие ноги да еще замкнутый характер в придачу (то ли от рождения, то ли от того, что Деррик никогда не играл с другими детьми, вернее, другие дети никогда не играли с ним). В общем, он абсолютно не походил на героя. Добавьте к этому острый длинный подбородок, лошадиные зубы и огромные, выпученные из-за слишком сильных контактных линз глаза, и вы поймете, что Джордж не тот человек, который может порадовать взгляд. Детство Джорджа было невеселым, но он не озлобился, всю жизнь его поддерживала искренняя вера в Бога. А его друзьями стали книги.

Джордж читал все подряд: книги по истории, энциклопедии, книги из серии «Сделай сам», всевозможные справочники, учебники, словом, все, что попадало ему в руки. В пятом классе он уже освоил университетские курсы физики и химии, а еще через два года к ним добавились кибернетика и электроника. Его неловкие руки не могли с должным умением обращаться ни с паяльником, ни с пробирками, но в теории ему не было равных.

Кроме того, Джордж обладал удивительным качеством: он мог внимательно слушать преподавателя, усваивая все, что тот говорит, и одновременно интенсивно размышлять над интересующим его вопросом. Парень приобрел это свойство в школе, уроки навевали на него невыносимую скуку, и он занимался на них своими делами, но приучился в то же время следить за словами учителя и был в состоянии с ходу ответить на любой самый каверзный вопрос.

Разумеется, он учился на одни пятерки. К сожалению, этот факт не способствовал росту его популярности.

К окончанию школы Джордж уже имел на своем счету несколько изобретений, патенты на которые приобрели известные фирмы и доходы от которых были весьма недурны. Возможно, именно поэтому нескладный парнишка и привлек к себе внимание военного ведомства. Важный чиновник предложил ему продолжить образование в любом из престижных вузов Земли за счет правительства на том условии, что после этого он будет работать над проблемами, которые укажут ему военные.

И главное, Джорджу пообещали, что у него появятся друзья.

Все это оказалось правдой, кроме, конечно, друзей. Парня поселили на казенной квартире вместе с другими кандидатами в офицеры, но тот факт, что молодые люди спали в одной комнате и ели за одним столом, отнюдь не означал дружбы. Соседи даже не разговаривали с Джорджем. Они разговаривали при нем, через него, за ним, но только не с ним. И если им случалось взглянуть на Джорджа, то их лица выражал и что угодно, но только не дружелюбие. Это были рослые молодцы, прекрасно развитые физически, общительные и веселые, и они ненавидели невзрачное головастое чучело, вечно торчавшее у них перед глазами.

Так что в этом отношении жизнь Джорджа нисколько не изменилась, у него по-прежнему не было ничего, кроме книг. И он учился как проклятый, за что твердолобые соседи ненавидели его еще больше.

Джордж окончил физический факультет за три года, получив не только диплом, но и докторскую степень по физике. Через год к ней добавились степени по химии и металлургии. Возможно, Джордж получил бы еще какой-нибудь диплом, но тут военное ведомство заявило, что пришло время оплатить долги, и вскоре парень оказался на боевом корабле, среди проходящих практику курсантов военного училища. Предполагалось, что этот корабль доставит Джорджа на одну из недавно открытых планет, где ему предстояло поработать на правительство. Не прошло и недели, как белоручка, который все свободное время проводил в своей каюте за книгами, заслужил всеобщее презрение курсантов. Служить козлом отпущения Джорджу было не впервой, но на этот раз дело обернулось гораздо серьезнее. Один из курсантов, рассчитывая укрепить свой авторитет, подбил товарищей сыграть над злополучным недотрогой жестокую шутку.

Глухой ночью Джордж проснулся от того, что его схватили крепкие грубые руки, и не успел он открыть рот, как его заткнули кляпом. Затем несчастному сковали наручниками руки и ноги и потащили куда-то сквозь тьму. Изрыгая непристойности, молодые балбесы засунули Джорджа в маленькую спасательную капсулу, напоминавшую гроб, и захлопнули люк. А потом кто-то запустил капсулу в космос.

Разумеется, дело тут же открылось, но курсантам удалось представить все как обычную шутку, которая по нелепой случайности зашла слишком далеко. Поэтому офицеры ограничились суровыми дисциплинарными взысканиями, и только зачинщику пришлось искать себе другое занятие в жизни (и он нашел его, став процветающим бизнесменом). А Джорджа предоставили его судьбе.

Когда страшный толчок выбросил капсулу наружу, Джордж потерял сознание. Он очнулся в темноте, нарушаемой лишь мерцанием приборов на панели управления. Вытолкнув изо рта кляп, Джордж добрался до бутылки с водой из аварийного запаса и, изрядно помучавшись, отвинтил скованными руками крышку и поднес бутылку к губам. Жадно сделав несколько глотков, он заставил себя оторваться от горлышка и внимательно осмотреть контрольную панель. Его охватил дикий ужас.

Когда капсула катапультировалась из корабля, она мгновенно вернулась в обычное пространство. И теперь находилась на расстоянии тридцати световых лет от ближайшей звезды.

Джордж включил сигнал бедствия, не питая, впрочем, особых надежд. Затем разделил воду и продукты на микроскопические порции. И стал ждать неизбежного конца. Так прошло две недели, четырнадцать дней бессмысленного полета в пустоте. А потом забарахлила система регенерации воздуха.

Он сумел прожить эти две недели и не сойти с ума. Возможно даже, что Джорджу было проще, чем любому другому, окажись тот на его месте. Джордж привык к одиночеству, и, кроме того, его поддерживала вера. Но всему приходит конец.

И когда Джордж почувствовал, что ему становится нечем дышать и мысли путаются от недостатка кислорода, высокая плотина, долгие годы сдерживавшая все его обиды, разочарования, накопившуюся злобу, рухнула без следа, и Джорджа окатила волна испепеляющей ненависти ко всем людям, которые презирали его, издевались над ним, а теперь бросили умирать. Эта волна смыла смирение, дарованное ему религией, и зажгла безумную жажду мести всему человечеству.

Джордж ощутил всю неимоверность этой жажды и потерял сознание.

Очнулся он от воя, который раздирал уши. Джордж вздрогнул и с удивлением обнаружил, что еще жив. Удивление возросло, когда, открыв глаза, он увидел прямо перед собой морду халианина. Морда искривилась в улыбке — Джордж и не знал, что хорьки умеют улыбаться. Покрытая шерстью лапа похлопала человека по щеке, а затем произошло и вовсе невероятное событие — халианин заговорил на земном языке:

— Не бойся. Мы вытащили тебя из капсулы и как раз вовремя. Еще пара минут, и было бы уже поздно, но теперь ты в полной безопасности и среди друзей.

Джордж не знал, что сказать, и только во все глаза смотрел на своего спасителя. Он чувствовал, как слипаются веки, и ничего не мог поделать с одолевавшим его сном.

Когда он проснулся во второй раз, рядом с кроватью опять сидел халианин, но уже другой. Хорек протявкал что-то в висевший на стене микрофон, и через минуту в каюте появился первый халианин. Джордж попытался сесть, но хорек мягко толкнул его обратно в кровать.

— Не торопись. Еще рано. Твоему телу необходим отдых.

Джордж покорно лег и внимательно посмотрел на собеседника. Тот был гораздо крупнее обычного хорька. Удивительное дело, но на шее халианина болтался настоящий человеческий галстук, яркий и довольно безвкусный.

— Почему вы спасли меня? Я ведь даже не вашего племени!

Доброе Сердце улыбнулся во всю ширь своей зубастой пасти. Он уже слышал этот вопрос от своей команды.

— Потому, что нас восхитило мужество, с которым ты боролся за свою жизнь в этом утлом суденышке, не питая никаких надежд, но и не сдаваясь. А халиане ценят мужество больше всего. Как долго тебя испытывал космос? Неделю? Две?

— Две недели.

— А как это произошло? Случилось кораблекрушение? Или просто несчастный случай?

— Нет, меня… изгнали. Мое собственное племя вышвырнуло меня вон.

— Ах вот оно что! — Доброе Сердце посмотрел на свою добычу с внезапным интересом. — Тогда мы с тобой очень похожи друг на друга.

— Но, капитан! Как может человек носить имя на халийском языке?

— Точно так же, как ты и я, Быстрый. А кроме того, это не человек больше. Он отказался от своего племени и считает себя одним из нас.

И Джордж действительно так считал. Он умер для человечества, вернее, человечество само убило его. То, что непосредственно виноваты были лишь несколько жестоких лоботрясов, ничего не меняло. Джордж нисколько не сомневался, что командиры списали этот инцидент как несчастный случай и Флот не предпринял никаких попыток разыскать пропавшего. А что до всей человеческой расы, то вряд ли она вообще помнила его имя, хотя люди широко применяли изобретенный им прибор для связи в гиперпространстве. Всю жизнь он слышал от сородичей лишь насмешки и получал пинки да затрещины.

А вот халианам было все равно, как он выглядит. И они сделали очень дружественный жест, приняв Джорджа за своего. И теперь он готов сделать все ради своих друзей. Он без колебаний пойдет на смерть, прикажи ему только Доброе Сердце. В конце концов, он обязан капитану своей жизнью, и тот может потребовать уплатить долг, когда пожелает. Кроме того, Джордж не воспринимал экипаж корабля как тех хорьков, с которыми прежде воевали люди. Они были пиратами, такими же гонимыми существами, как и он сам. И отнеслись к нему как братья.

Правда, Джордж (в скором времени он научился понимать халийский) слышал несколько раз, как хорьки прохаживаются за его спиной по поводу «капитанского любимчика». Но Быстрый и другие офицеры быстро ставили таких на место. Его друзья, неслыханное дело, заступались за него!

Только с одной особенностью нового члена экипажа не могли смириться хорьки — с его полной физической неразвитостью. При всем совершенстве технического развития их расы каждый халианин в глубине души оставался средневековым воином и превыше всего ценил искусство боя.

Доброе Сердце лично занялся Джорджем. Медленно, терпеливо он обучал его простейшим приемам самообороны. Затем за неуклюжего ученика взялся Быстрый, также терпеливо тренируя его в умении не только отражать, но и наносить удары. После года занятий Джордж с удивлением обнаружил, что стал гораздо крепче физически и вполне способен постоять за себя. Более того, он научился преодолевать боль и страх.

Если после занятий возмущенный Быстрый и докладывал капитану, насколько бестолковый у него ученик, то Джордж не знал об этом. А Доброе Сердце никогда не обращал на такие доклады ни малейшего внимания. Главарь пиратов хорошо сознавал истинную ценность Джорджа. Возможно, в глубине своего сердца Доброе Сердце и считал этого несуразного человека предателем, но скорее воспринимал его просто как бедного доверчивого глупца.

Сайрес никак не мог смириться с мыслью, что пират, которого он почти уже держал в руках, в последний момент ускользнул от возмездия. Несмотря на неудачу, благодаря инициативе капитана первого ранга был спасен торговый корабль, пират получил повреждения и уж во всяком случае Сайрес продемонстрировал, что знает, где искать Доброе Сердце. Поэтому адмирал доверил своему офицеру дюжину крейсеров, которые тот расположил в местах наиболее вероятного появления пиратов.

Но удача отвернулась от Сайреса. Доброе Сердце ни разу не оказался вблизи звездолетов. Он орудовал в десятках других мест, нападал на торговцев, грабил пассажирские лайнеры, но только не там, где караулили его земляне. Возможно, пират располагал приборами, которые заранее Предупреждали его о противнике, или же у него имелись агенты во Флоте — среди новых союзников землян, халиан, сказать наверняка было нельзя. Кроме того, пиратским шпионом совсем не обязательно мог быть хорек. Им мог оказаться и агент Синдиката.

Сайрес не исключал возможности, что разведка Синдиката работает на Доброе Сердце. Пират был серьезной помехой для торговли между Землей и Халией, что, конечно, играло на руку их противнику.

Какое-то время Сайрес размышлял, а не является ли Доброе Сердце сам агентом Синдиката, но отказался от этой мысли. Хорек слишком ненавидел людей.

Пока земляне тратили время в бесполезных поисках пирата, тот значительно расширил зону своих действий. Теперь ограбления происходили и довольно далеко от Халии, на расстоянии в несколько световых лет. Чтобы найти потенциальную жертву на таком удалении, требовалось очень тонкое оборудование. Возможно, среди пиратов оказалось несколько классных специалистов или же Синдикат, довольный деятельностью Доброго Сердца, изыскал способ доставить ему необходимые приборы. Пираты могли и сами заполучить их на одном из захваченных кораблей, а потом научиться ими пользоваться. Они были толковые ребята, эти хорьки, несмотря на свое пристрастие к средневековому кодексу чести.

Карта в кабинете Сайреса все разрасталась и разрасталась, прежняя область поисков теперь выглядела как булавочная головка. По-прежнему маленькие точки, изображавшие места грабежей, заполняли шар с центром в Халии. Но теперь радиус этого шара увеличился до двенадцати световых лет.

И Сайресу пришлось задуматься о каком-то ином способе перехвата неуловимого противника. Например, найти пиратскую базу. Она должна находиться где-то внутри этой огромной сферы, хотя бы ради экономии топлива. Но где именно?

— Вот то, о чем я говорил. Превосходное место!

Быстрый хмуро и недоверчиво рассматривал унылую картинку на экране, которая чем-то прельстила его капитана.

— Что может быть прекрасного в безжизненном астероиде? Здесь нет ни солнца, ни воздуха, ни воды.

— Как? Неужели ты не понимаешь? — Доброе Сердце повернулся к Джорджу. — Скажи нам, приемный сын, что ты думаешь?

— Прекрасное место, — протявкал Джордж, — для астероида, конечно. — Он говорил на халийском с чудовищным акцентом, служившим неиссякающим источником для шуток экипажа. И достаточно хорошо понимал чужую речь, чтобы следить за разговором. И Джордж принялся излагать свое мнение: — Астероид достаточно велик для нашей базы, здесь найдется место для целого десятка крейсеров с их экипажами.

Быстрый и другие хорьки смотрели на человека со все возраставшим интересом.

— Вероятно, некоторые из этих ям на поверхности служат входом в пещеры, а если нет, такие пещеры нетрудно вырезать. Под землей можно устроить склады, жилые помещения и оранжереи. Входы в пещеры можно переоборудовать в воздушные шлюзы, и база готова.

— Вы видите?! — прорычал Доброе Сердце своему экипажу. — Вы видите, даже для чужака очевидно то, что никак не дойдет до вас.

Джордж покраснел от смущения. Он чувствовал, что слова главаря задели других хорьков.

— С вашего позволения, капитан, я хотел бы сказать…

— Говори. Я всегда рад слышать твои умные речи. Не стесняйся, Гемоглобин.

Услышав забавное имя, которое избрал себе Джордж, халиане заулыбались, напряжение спало. Хорьки придавали очень большое значение именам, и Джордж выбрал свое имя таким образом, чтобы халиане всегда ощущали свое превосходство над ним. Это устраивало обе стороны. В каком-то смысле новые друзья Джорджа очень мало отличались от людей. Обстановка разрядилась, и человек продолжил:

— Разве не лучше избрать в качестве базы планету? Такую, где есть кислород и вода?

Хорьки молча смотрели на Джорджа. Тот аж вспотел под их взглядами, но глаз не опустил. Даже перед капитаном.

— Такой вариант возможен, — спокойно сказал Доброе Сердце. — Но как защитить большую планету от противника?

— Надо использовать корабли, из которых состоит наше нынешнее логово. Вооружить как следует эти бывшие торговые звездолеты и отправить их на стационарную орбиту вокруг планеты.

— Хорошая мысль. Но где взять оружие?

— Захватим несколько маленьких кораблей Флота, на которые мы раньше не обращали внимания.

Экипаж одобрительно заворчал, но Доброе Сердце все еще не выглядел убежденным.

— Неплохая идея, Глобин. А ты подумал о топливе? Ведь для того, чтобы опуститься на планету и взлететь обратно, требуется много топлива. Где мы возьмем его.

Джордж спросил себя, где у этих хорьков мозги, но постарался не выдать своего удивления.

— Нашим двигателям нужен водород, капитан, а вода состоит из водорода и кислорода. Их можно разделить, пропуская через воду ток. Давайте выберем мир, где есть моря и реки, и поставим на реках турбины для производства тока. С помощью электролиза мы получим водород.

По рядам пиратов пробежал гул одобрения, и даже капитан оттаял и улыбнулся.

— Наш Глобин не разменивается на мелочи! Но где найти такой мир?

— На Вирге. Недалеко от Спики. — И он тут же дал им координаты.

Джордж не сказал хорькам только одно — это был его собственный мир. Он открыл его для себя, читая бесчисленные отчеты исследовательских экспедиций. В долгие одинокие часы, проведенные в библиотеках, Джордж населил эту планету своими фантазиями, превратил далекий мир в свое убежище, где можно спрятаться от человечества, презиравшего и оскорблявшего его, от насмешек, от снобизма, от оболтусов с крепкими мышцами, которые избивали его просто ради развлечения, от девушек, таких прекрасных и таких недоступных. Джордж открыл пиратам свою тайну по доброй воле и без колебаний. Его мечта исполнится, он попадет на свою планету! Более того, он окажется там не один, а вместе с друзьями.

И вот новый мир появился на экранах, маленький драгоценный шарик бирюзового цвета. Гладкий, чуть сплюснутый сфероид с белыми прожилками. Этот мир не представлял интереса для колонистов, он был мал, беден полезными ископаемыми и слишком далек от Земли. Но зато он был близок к Халии и к торговому пути, связывающему Халию и Цель.

Пиратский корабль приземлился, и приборы подтвердили то, что Джордж прочитал в отчетах: атмосфера пригодна для дыхания, воздух и вода не содержат вредных химических иди биологических добавок. Люки распахнулись, и истосковавшийся по твердой земле экипаж с дикими воплями вырвался на волю.

— Можете прошвырнуться по окрестностям, — скомандовал Доброе Сердце своей команде. — Но не отходите далеко от корабля и смотрите в оба! Я и Глобин останемся охранять звездолет.

Оживленно галдя, хорьки немедленно скрылись в зарослях. Джордж был очень доволен, что Доброе Сердце оставил в звездолете именно его.

— Капитан, может, мы используем это время для урока? Вы покажете мне особенности ведения боя в условиях планеты.

С гортанным криком Доброе Сердце бросился вперед и ловко нанес человеку удар.

— Приятно слышать такие слова от тебя, который никогда не любил борьбы. Разумеется, Глобин, мы будем тренироваться.

Капитан огляделся, и глаза его блеснули.

— Ты видел, как обрадовалась команда? Спасибо тебе. Глобин, за мой мир.

— Добро пожаловать, капитан. — Джордж отдал бы все на свете ради своего кумира.

— Как ты назовешь его?

— Назову? — Джордж задумался. — Новая Халия, конечно.

— Нет. Прошлое закрыто для нас, Глобин, и должно быть забыто. Пусть у нового мира будет новое имя!

— Ну тогда Фатум.

Глобин все время потел от страха. Он всегда чувствовал себя не в своей тарелке среди себе подобных, но теперь это неприятное чувство усилилось многократно. На время он лишился милого его сердцу общества пиратов-халиан. Ибо капитан дал ему важное поручение, и, как бы там ни было, Глобин его обязательно выполнит.

Он достиг окрестностей небольшого городка на Цели, постоянно напоминая себе, что теперь он в состоянии постоять за себя. Но никто не обращал на него никакого внимания.

Глобин не верил своим глазам. Ему все время казалось, что на него все смотрят, что вот-вот люди схватят шпиона. Но сколько новоиспеченный тайный агент ни оглядывался, никто не выказывал ни малейшего интереса к маленькому несуразному человечку в сером неприметном костюме.

Постепенно Глобин успокоился. Он добрался до вокзала и купил себе билет до столицы.

В столице Глобин поселился в гостинице и забронировал место на одном из звездолетов, совершавших рейсы между Целью и Землей.

— Он предаст нас, капитан. Предаст, как только окажется среди своих. Он сообщит Флоту, где расположена наша база.

— Не посмеет.

— Но ведь его могут схватить и вытянуть правду на допросах. Дать ему наркотики, в конце концов.

— Спокойно, Быстрый. Наши умельцы состряпали для Глобина прекрасные документы. Ты ведь не сомневаешься в их мастерстве? Это точная копия паспорта, который мы забрали у одного из землян, изменилось только имя и голограмма.

— Да, конечно, — проворчал Быстрый. — Но я ни на грош не верю и тому «торговцу», с которым должен встретиться Глобин. Он может оказаться агентом Флота, он может заманить нас в ловушку.

— Ну, если это так, то мы потеряем нашего дорогого Глобина. Но вряд ли, схватив его, люди извлекут из этого для себя пользу. Он знает только координаты Фатума да еще может описать, как выглядит изнутри наш корабль. Я готов принести в жертву и то, и другое. Смею думать, что в этом случае я буду искренне сожалеть о потере для нас Глобина, но, в конце концов, он ведь даже не хорек. Думаю, мы как-нибудь переживем эту утрату.

— Нас могут перехватить, когда мы прилетим на место встречи за обещанным оружием, — продолжал упорствовать Быстрый.

— Верно, сказка об оружии может оказаться кусочком сыра в мышеловке. И по этой причине за товаром отправятся только двое из нас в маленькой шлюпке.

Доброе Сердце взял в руки маленький кусочек картона — визитную карточку, на которой было написано «Сел Адамсон, торговый посредник». Халианин снова поразился нахрапистости человека, который всучил ему свою визитку во время налета! «Я могу быть вам полезен, капитан. Мы оба можем принести большую пользу друг другу». Главарь пиратов стиснул визитку и еще раз посмотрел, как меняется на ней картинка, показывая всевозможные виды оружия, от ручного до тяжелых плазменных пушек, торпед и танков.

— Нет такого предательства, которое не совершили бы люди, если они почуют запах денег, — сказал Доброе Сердце своему помощнику.

— Но почему ты думаешь, что Глобин не предаст нас? Он ведь слеплен из того же теста, что и остальные.

— А потому, дорогой мой помощник, что его богатство — это мы.

Доброе Сердце щелчком отправил визитку в полет и смотрел, как она кружится, медленно опускаясь вниз.

Глобин честно испил свою чашу до дна. Он прошел через все испытания: предварительные переговоры в каком-то ресторане, подробное обсуждение условий сделки в специальной комнате, защищенной от прослушивания, долгий торг и, наконец, выяснение порядка обмена оружия на деньги. Иногда Глобину казалось, что все эти действия совершает кто-то другой, а он лишь смотрит на него со стороны, удивляясь упорству и находчивости. У него никогда не достало бы смелости пройти через все это, если бы не просьба Доброго Сердца. Именно новые друзья стали источником его силы.

Огромный грузовой звездолет вынырнул из гиперпространства точно в условленном месте. Компьютер остановил тяжелую махину и включил передатчик с заранее оговоренным сигналом. Товар был доставлен.

Доброе Сердце на своем корабле уже ждал поблизости, но пират не торопился к месту встречи. Он внимательно ощупывал пространство чуткими механическими глазами приборов, пытаясь определить, не пожаловали вместе с торговцем незваные гости — боевые крейсеры Флота. Но космос был пуст.

— Не торопитесь, капитан, — сказал Глобин. — Я хочу испытать свой новый детектор.

Доброе Сердце с видимым уважением взглянул на своего помощника.

— Объясни, Глобин, как ты собираешься определить, не прячется ли кто-нибудь в гиперпространстве, когда мы находимся в обычном?

— Благодаря интерференции гравитационных волн из обоих пространств, — улыбнулся человек. — И сейчас мой детектор показывает, что во всей доступной ему области нет ни одного объекта, масса которого сравнима с массой звездолета.

— Ну тогда Горячий и Соленый могут отправляться. — С этими словами Доброе Сердце нажал клавишу на пульте, и в ту же секунду от корабля отделилась маленькая шлюпка.

Шлюпка приблизилась к огромному грузовику и скрылась в приемном шлюзе. Пираты приготовились терпеливо ждать, пока два их товарища проверят груз и убедятся, что на корабле нет ни людей, ни взрывного устройства.

Потянулись томительные минуты ожидания. Наконец шлюпка отвалила от грузовика и начала уходить в гиперпространство, направляясь на место встречи с торговцами оружием. Похоже, все было в порядке.

— Корабль в гиперпространстве, — доложил Глобин. — По своим параметрам похож на прогулочную яхту земной постройки.

— Это они, — сказал Доброе Сердце. Он подключился к системе связи. — Как там у вас дела, Соленый?

— Все нормально, капитан. Они забрали свои деньги и уходят.

— Возвращайтесь обратно на грузовик и отведите его к тому астероиду, о котором я говорил. Там проверите оружие.

— Сколько нам ждать, капитан?

— Сутки. Я должен быть уверен, что этот грузовик не мина замедленного действия. А пока веселитесь, ребята. Можете пострелять от души.

Доброе Сердце облегченно вздохнул и повернулся к Глобину. Он сграбастал человека за плечо и восхищенно прорычал ему в ухо:

— Ты выполнил свое задание, Глобин. И сделал это превосходно.

Воздух наполнили довольные визги и рычание пиратов. Глобин стоял под восхищенными взглядами команды и не мог удержаться от глупой радостной улыбки. Он гордился собой и был счастлив. Очень счастлив.

— Неужели вы действительно проверили все записи, касающиеся продажи оружия на всех населенных людьми планетах.

— Мы заставили поработать компьютеры, адмирал, — объяснил Мо. — Разумеется, мы регулярно получаем полную информацию с военных заводов. Насколько нам известно, это достоверные сведения, так что найти зацепку было нетрудно.

— Хорошая работа, капитан Сайрес. — Адмирал восхищенно посмотрел на своих собеседников, а потом снова уткнулся в отчет. — Итак, небольшие потери произведенной продукции с доброго десятка различных заводов.

— И больше сотни случаев закупок ручного оружия анонимными покупателями из специализированных магазинов, — добавил Мо. — Все вместе это складывается в очень приличную партию оружия. И все оно нашего производства.

— Потрясающая работа. И куда ушло это оружие?

Сайрес молча положил на стол командующего еще одну бумагу. Адмирал внимательно прочитал ее, и лицо старого вояки помрачнело.

— Вы арестовали этого Адамсона?

— Нет, сэр. Он как сквозь землю провалился.

Ресторанчик был забит битком и почти исключительно женщинами-хорьками. У Быстрого разбегались глаза, пират целый год не видел ни одной женщины, а здесь их было так много, и некоторые из них были так красивы. Но Быстрый не торопился. Он сам видел, как они выходили из проходной завода и на большинстве до сих пор остались темно-коричневые защитные костюмы работниц со знаками отличия. Это настораживало пирата.

Наконец он решился, подсел к Ристине, безусловно, самой красивой из всех, и заказал выпивку. И хотя они пили безалкогольный напиток. Быстрый чувствовал, как пьянеет от одного запаха Ристины, у него кружилась голова от желания. Он не мог скрыть своего состояния, и, очевидно, собеседница заметила это.

— Какой ты смелый, — с издевкой заметила она, — раз пришел туда, где столько женщин, обделенных лаской. Похоже, тебя сильно беспокоит наше численное превосходство.

Быстрый больше не мог ходить вокруг да около и заговорил напрямик:

— Как вы можете работать на захватчиков? Вы похожи на рабов!

— А что нам оставалось, — пожала плечами Ристина. Она говорила с безразличием обреченной. — Мы просто хотели остаться в живых. Война унесла много жизней, слишком много жизней наших мужчин. Ни у одной из нас нет мужа. Кто даст нам кров и пищу?

Быстрый глубоко вздохнул и спросил:

— Скажи, а насколько далеко ты готова зайти, чтобы вновь обрести семью и дом?

Посадочный челнок опустился на поверхность Фатума, опалив землю огнем из дюз. Открылся люк, из корпуса корабля опустился трап, по которому, удивленно озираясь по сторонам, начали сходить женщины.

Пиратская команда, взвыв от удовольствия, устремилась навстречу гостьям. Самые быстрые и удачливые заграбастали себе подруг и удалились с ними под завистливыми взглядами остальных. Большая часть пиратов осталась ни с чем, но ненадолго. Приземлился второй челнок, за ним третий, и одновременно с ним первый взлетел обратно, за очередной порцией пассажирок.

Доброе Сердце следил за своей счастливой командой, с трудом удерживаясь от того, чтобы самому не броситься в веселую кутерьму. Рядом с ним замер Глобин.

— Ты нашел для меня планету. Глобин, а Быстрый принес сюда жизнь.

— Я очень рад видеть твою команду счастливой, — ответил человек.

Уловив в голосе товарища невеселую нотку, Доброе Сердце обеспокоенно обернулся.

— Ах мой бедный, одинокий Глобин. Скажи только слово, и мы приведем тебе столько женщин, сколько ты пожелаешь!

— Нет. — Человек решительно покачал головой. — Те девушки, которые мне нравятся, не захотят иметь со мной дело, а если и захотят, то только потому, что у них не будет другого выбора. Такой любви мне не нужно. Я и так счастлив, служа тебе и своим товарищам.

Доброе Сердце не нашелся, что ответить. Он лишний раз убедился, что новый член его экипажа действительно неординарная личность.

— Глобин, ты абсолютно уверен, что поблизости в гиперпространстве не прячется ни один корабль?

— Я уверен, капитан. Мой детектор ничего не показывает.

— Но этого не может быть! Слепому ясно, что нас заманивают в ловушку. Пассажирский лайнер, находящийся в обычном пространстве и посылающий во все стороны сигналы о помощи. Легкая, беззащитная добыча! Что это, как не кусок сыра в мышеловке? Люди не так глупы.

— Ну да, они делают все возможное, чтобы заманить нас поближе, — согласился Быстрый.

— Но, может, им действительно нужна помощь? — предположил Глобин.

— Ну если так, то мы им поможем. — Доброе Сердце решился. — Разумеется, после того, как ограбим. И на всякий случай, вдруг это все-таки ловушка, я полечу туда один. Приготовьте шлюпку!

Экипаж пиратского корабля будто взорвался:

— Нет, капитан!

— Вы не должны рисковать собой!

— Без тебя мы погибнем!

— Я полечу туда вместо капитана!

— Я тоже!

— И я!

— И я!

Через минуту от борта пиратского звездолета отвалила шлюпка с тремя добровольцами. Быстрый вместе с другими офицерами следил за капитаном горящими глазами. Они были готовы удержать своего кумира силой, если тому вздумается полезть на рожон.

Шлюпка вышла в обычное пространство и прицепилась к борту лайнера. Три фигурки в космических скафандрах скрылись в воздушном шлюзе.

— Лейкоцит, — осведомился по рации Доброе Сердце, — как вы там?

— Шлюз заполняется воздухом, капитан. Сейчас посмотрим.

Изображение на экране, передаваемое камерой, встроенной в шлем Лейкоцита, позволяло видеть помещение шлюза и внутренний люк. Клавиша рядом с люком зажглась зеленым цветом: система завершила работу.

— Сейчас мы войдем, — послышался голос Лейко, и на экране появилась его рука в перчатке, нажимающая на клавишу. Люк медленно отъехал в сторону.

Пираты застыли, не веря своим глазам. Корабль был битком забит пассажирами. И все эти пассажиры были хорьками.

— Что привело воинов в эту холодную пустоту? — услышал Доброе Сердце вопрос Лейко.

— Мы хотим встать под начало Доброго Сердца, — ответил один из халиан.

А потом эфир заполнили безумные вопли:

— Мы не желаем быть рабами пришельцев!

— Не откажи нам в праве сражаться с врагами!

— Ни один из кланов не хочет воевать. Возьми нас к себе. Доброе Сердце!

— Возьми нас!

— Возьми!

— Возьми!

— Не отсылай нас прочь!

Экипаж пиратского корабля застыл в благоговейном молчании.

— Так, значит, к нам прибыли добровольцы, — сказал наконец капитан.

— Да, Доброе Сердце, — ответил ему Глобин. Человек сиял от счастья, глаза его горели. — И я знаю по себе, что они чувствуют. Ты подарил нам всем новую жизнь, капитан!

— В звездолете были одни халиане?

— Да, сэр. — В комнате горела только настольная лампа, и лицо Сайреса скрывалось в тени. Но даже в тусклом свете было видно, что на лице Сайреса написано брезгливое отвращение. — Не знаю, чем думал представитель транспортной компании, который позволил халианам арендовать целый лайнер.

— Тем же, чем думали в иммиграционной службе, — ответил адмирал, мрачно уставившись на экран компьютера. — Они не рабы, а свободные существа, и мы не можем им ничего запретить без веских причин. Если они хотят куда-то улететь, мы не в состоянии остановить их.

— Даже если они собираются убивать людей?

Адмирала передернуло.

— Поймите, вы не можете доказать, что они собираются присоединиться к Доброму Сердцу, до того, как это произойдет. А я не могу нарушать закон. Но будем надеяться, что все обстоит не так плохо. После инцидента с потерей корабля я не думаю, чтобы хоть одна компания согласилась доверить хорькам звездолет. Ни за какие деньги. А вам, Сайрес, следует предупредить о потенциальной опасности владельцев маленьких кораблей и прогулочных яхт. И пусть таможенники внимательно следят за ними.

Так они и сделали. В скором времени таможня космических портов задержала несколько яхт, арендованных халианами для «увеселительных прогулок». Формальной причиной послужило наличие на яхтах невероятно большого арсенала оружия. Оскорбленные хорьки утверждали, что они вынуждены были приобрести вооружение на случай встречи с пиратами. И на это было трудно что-то возразить.

Тем более что у Сайреса не было никаких сомнений, что хорьки говорили чистую правду.

У халиан имелся еще один способ попасть к Доброму Сердцу — они покупали себе билеты на регулярные рейсы звездолетов и летели на них вместе с людьми. Если пираты нападали на такой звездолет, то хорьки просто исчезали вместе с бандитами. И тут Сайрес был бессилен.

Он не поверил своим глазам, когда прикинул, сколько халиан, не щадя своего живота, работает ради того, чтобы накопить денег на билет куда угодно в надежде, что их корабль будет перехвачен пиратами.

— Он называет себя Глобином. — С этими словами Сайрес положил на стол адмирала голографическую фотографию шпиона халиан. Снимок был сделан в тот момент, когда Глобин, стоя рядом с информационным экраном в космопорте, уставился прямо в камеру.

— Довольно уродлив. — Адмирал брезгливо рассматривал фото. — Так это он занимается поставками оружия пиратам.

— Да, мы все тщательно проверили. Трижды он покупал оружие, а в последний раз еще и цветные металлы.

— Цветные металлы? — Адмирал нахмурился.

— Да, сэр. Он заказал тяжелый транспортный корабль с грузом марганца, алюминия, никеля, хрома и других редких металлов и сплавов, здесь целый список.

— Да это же поставки в производственных масштабах! Этот пират ведет себя как хозяин индустриального комплекса.

— У него есть база, сэр. И, судя по всему, большая база.

— Да уж, достаточно большая, если у него там имеются собственные военные заводы. Мы должны остановить его, Сайрес. Дело зашло слишком далеко. Пора положить этому конец. — Адмирал швырнул фотографию на стол. — Если этот Глобин еще когда-нибудь сунет нос на населенную людьми планету, арестуйте его. Я хочу, чтобы его схватили, осудили и изжарили!

— Слушаюсь, сэр.

Сайрес не стал редактировать последнюю фразу начальника и в точности передал ее репортерской братии. И через очень небольшое время не осталось в мире ни одного человека, который не знал бы о выродке Глобине и не считал бы его самым отвратительным созданием, когда-либо рождавшимся среди людей.

— Почему вы нападаете на нас, а не на корабли Синдиката? — хнычущим голосом спросил бизнесмен у пирата.

— Кто вам сказал такую глупость? — удивился Доброе Сердце. — Уверяю вас, у них тоже водятся неплохие денежки. А теперь ваш бумажник, пожалуйста.

Теперь уже буквально через день приходили сведения об очередном нападении пиратов. Маленький корабль нападал не только на торговцев, но даже на небольшие военные звездолеты. Сценарий был всегда один и тот же: пираты прицеплялись к жертве, прорезали корпус корабля, а затем рычащая свора в галстуках сметала все на своем пути. Хорьки убивали тех, кто оказывал сопротивление, и нещадно грабили остальных. А напоследок они всегда забирали у мужчин галстуки.

Даже если объектом нападения становился военный корабль и битва шла до последнего, хорьки всегда оставляли несколько человек в живых и отправляли их восвояси в спасательных шлюпках, как когда-то Сайреса. Им поручалось сообщить всему миру, что Доброе Сердце жив и продолжает орудовать безнаказанно. Как и раньше, пират очень заботился о своем реноме.

Чаще всего пираты нападали на корабли, курсирующие между Халией и Целью. Это обстоятельство и решил использовать Сайрес. Налет мог произойти в любой точке, пока звездолет находился в пределах двенадцати световых лет от Халии. Разумеется, Сайрес не мог поставить по сторожевому крейсеру на каждой астрономической единице столь длинного пути. Но он мог поступить иначе.

С некоторых пор между Халией и Целью стал курсировать очень необычный корабль. Внешне он ничем не отличался от других лайнеров, только пассажирами были переодетые в штатское добровольцы. Кроме того, Сайрес позаботился о некоторой технической модификации лайнера, и теперь всякого, кому вздумалось бы напасть на этот корабль, ждал небольшой сюрприз.

Вырезанный кусок оболочки провалился внутрь, и в пассажирский салон ворвалась группа хорьков с оружием наготове.

— Приветствую вас, леди и джентльмены. — Доброе Сердце протиснулся сквозь ряды своих подчиненных. — Я счастлив быть вашим гостем, хотя, боюсь, мой визит не затянется. Но что же вы! Разве вы не способны проявить хотя бы немного гостеприимства? Неужели вы не хотите предложить нам угоститься и немного отдохнуть? Ах, я не верю в подобную невоспитанность! Наверняка вы не отпустите нас без подарков. Я предлагаю для начала принести нам в дар свои драгоценности и кошельки.

Доброе Сердце повернулся к сидевшему рядом крупному мускулистому человеку.

— Отчего бы вам не встать и не поприветствовать…

Тут главарь пиратов запнулся, глаза его широко раскрылись. Он узнал этого человека, он неоднократно видел его в сводках новостей.

— Сайрес! — взвизгнул Доброе Сердце.

— Открыть огонь! — рявкнул в ответ человек, и в руках у него, как по волшебству, появился пистолет. — Задайте им жару, парни!

Салон пронзили обжигающие лучи лазеров. Раздались крики раненых. Стоны людей и пронзительные вопли хорьков. Воздух заполнился отвратительным запахом горящей плоти и паленой шерсти. В руках каждого пассажира оказался лазерный пистолет, и халиане попали под убийственный огонь с двух сторон.

Но они были быстры — эти хорьки. Очень быстры. Люди едва успели поднять оружие, а они уже скользнули в стороны и отступили назад. Несколько искромсанных тел осталось лежать между рядами кресел, но большинство халиан успело вовремя отскочить, и теперь разъяренные хорьки, почти все раненные, быстро скрывались в спасительной дыре, ведущей к их кораблю.

— Назад! — взвыл Доброе Сердце. — Вы опозорили себя! Будьте достойны ваших отцов, сражавшихся на Цели!

Пираты повернули обратно и, открыв беспорядочный огонь, ранили несколько человек, но тут в кучу хорьков, столпившихся у прохода, полетели гранаты. Одну гранату какой-то очень ловкий хорек перехватил в воздухе и метнул обратно, но остальные взорвались прямо в гуще халиан. Сущий бедлам.

— Они повредили наш шлюз! — взвизгнул один из хорьков.

— Только наружный, внутренний цел! Назад на корабль, мы закроем внутренний люк и смоемся отсюда! — скомандовал Доброе Сердце. Всякое желание дать бой у него почему-то вдруг исчезло.

Те пираты, что сохранили способность передвигаться, бросились в пролом и исчезли, будто их всосало внутрь. Сайрес бросился вперед с маленьким ломиком в руках и успел пропихнуть его между крышкой люка и корпусом пиратского корабля. Затем он прорычал на халийском:

— Что я слышал, Доброе Сердце?! Похоже, ты испугался.

— Это последнее, что ты сказал в своей жизни!

Люк снова распахнулся, да так резко, что Сайрес чуть не упал. Через мгновение перед ним оказался пират с горящими от ярости глазами, и, прежде чем человек успел выстрелить, хорек вцепился в него когтями. Сайрес не растерялся и, прикрыв горло руками, с силой опустил тяжелый сапог на лапу хорька. Доброе Сердце взревел от ярости и боли и попытался добраться до шеи человека, но тут же рычание перешло в жалобный визг, и хорек, словно обжегшись, отпрянул назад. На животе у него зияла глубокая рана.

— Видишь, — прорычал Сайрес, — у меня тоже есть коготь.

В руке человека был длинный тонкий кинжал, с лезвия капала кровь. Сайрес прятал кинжал в рукаве и в критический момент пустил его в ход. Визжа от боли и злобы, хорек стремительной тенью метнулся вперед и ударил противника в грудь с такой силой, что тот отлетел назад и упал. Только это и спасло Сайреса от острых клыков хорька, щелкнувших у самого горла. В последний момент перед столкновением Сайрес успел с силой ударить хорька кулаком в живот, и теперь Доброе Сердце скорчился над поверженным противником, задохнувшись от боли. Но прежде чем Сайрес успел вскочить на ноги, хорек пришел в себя и, развернувшись, скользнул в открытый люк. Оттуда, вращаясь, вылетел какой-то черный продолговатый предмет, после чего крышка люка с лязгом захлопнулась. Прощальный подарок пиратов зашипел, и Сайрес почувствовал отвратительное зловоние. Газовая бомба!

Задыхаясь от кашля и почти ничего не видя, Сайрес нащупал на полу металлический кусок оболочки корабля, вырезанный пиратами. Один из его помощников сообразил, что он собирается предпринять, и бросился на помощь командиру. Вдвоем они приподняли металлическую пластину.

Сейчас в корпусе звездолета появится дыра в никуда, и эту дыру следовало заткнуть, но не раньше, чем выветрится отравленная атмосфера. Рискованный трюк, но ситуация не оставляла иного выхода.

Корабль содрогнулся, как-от удара — это пираты убрались восвояси, и тут же воздух с ревом начал выходить из отверстия. Два человека изо всех сил налегли на металлическую пластину, которую с силой тянуло наружу.

В помещении сгустился туман, мгновенно стало очень холодно. Сайрес задержал дыхание. Происходящее казалось ему нереальным. Из внутреннего салона появился один из членов экипажа в скафандре. Он волочил аварийный комплект в громоздком ящике. Подтащив ящик к самой дыре, ремонтник выудил оттуда что-то вроде многократно сложенной пачки бумаги. В помещении уже практически не осталось воздуха, аварийные переборки отделили его от остальной части корабля. Ловким движением ремонтник встряхнул пачку, и она развернулась в металлическое полотнище площадью примерно с квадратный метр, которое тут же притянуло к дыре. Под давлением оставшегося воздуха металл выпучило наружу. Ремонтник махнул рукой, и два человека одним движением приставили на место недостающий кусок переборки. Из ящика появилось еще одно полотнище, которым поврежденное место прикрыли изнутри. Ремонтник вытащил ручной сварочный аппарат и начал методично приваривать к корпусу края временной пломбы. В этот момент заверещала аварийная система подачи воздуха. Похоже, самое страшное позади.

Хотя смертельная опасность миновала, Сайрес по-прежнему почти ничего не видел. Неожиданно он почувствовал, как чья-то рука коснулась его воспаленных слезящихся глаз и бережно нанесла на них какую-то прохладную мазь. Боль сразу ушла, и через несколько секунд зрение вернулось. Это капитан корабля вместе со штурманом обходили пострадавших солдат, смазывая им глаза лекарством.

Корабль снова заметно вздрогнул. Сайрес заставил себя подняться на ноги и, хромая, направился в рубку, стараясь не задеть тела пострадавших, которые валялись на палубе.

Изображение корабля пиратов на экране уже мерцало, но Сайрес ясно разглядел вспышку взрыва на его броне, прежде чем звездолет исчез.

— Сколько раз вы в него попали? — просипел Сайрес.

— Только один, сэр, — виновато ответил артиллерист. — Защитные системы пирата подбили все остальные торпеды. Мне еще удалось пару раз зацепить его лазером, но, боюсь, я только поцарапал броню.

В рубке появился еще один человек, он был в скафандре. Сняв шлем, солдат доложил:

— Задание выполнено, сэр!

Сайрес через силу улыбнулся.

— Так, значит, мы все-таки продержали их у себя достаточно долго?

— Да, сэр, — подтвердил солдат. — Я успел прицепить передатчик к броне пирата.

Сайрес кивнул и повернулся к капитану.

— Ну что, нам пора нырять в гиперпространство за нашими гостями.

— Ну и дьявол этот Сайрес! — воскликнул Доброе Сердце.

Пират вздрогнул, почувствовав прикосновение врача, который пытался поудобнее усадить его в кресле.

— Капитан, я настоятельно рекомендую вам лечь в постель.

— Мое место здесь, — резко возразил пират. — Я должен следить за тем, как летит и сражается мой корабль. Каковы наши повреждения, Быстрый?

— В двух местах серьезно поцарапан корпус. Но сквозных дыр нет, и с ремонтом можно подождать до возвращения на базу. Еще их торпеда покалечила наши направляющие плоскости, и при полете в атмосфере могут возникнуть проблемы. В остальном корабль цел.

— И то хорошо. Будем считать, что мы легко отделались. — Доброе Сердце откинулся в кресле, чтобы передохнуть. Когда пират почувствовал в своем брюхе нож, он решил, что настал его смертный час. И хотя Доброе Сердце спасся, мучительная боль в животе не позволяла забыть об унижении. Пират справлялся с болью только потому, что его ярость была еще сильнее.

— Какое коварство! — прорычал он снова. — Переделать пассажирский лайнер в военный корабль. Установить на нем скрытые орудийные башни. Переодеть солдат в гражданскую одежду. Блестящая выдумка и мастерски исполненная. Перед нами достойный противник!

— Окажись он хоть-чуть-чуть более достойным, нас бы уже не было в живых, — сварливо проворчал Быстрый.

Посмотрев на свою сердитую, потрепанную команду, Доброе Сердце порадовался, что в этот раз Глобин остался на Фатуме. Хорьки разорвали бы его в клочья, просто чтобы выместить злобу.

— Корабль в гиперпространстве, — доложил наблюдатель. — Похоже, следует за нами.

В рубке воцарилось молчание. Капитан первым пришел в себя.

— Что за корабль?!

— Судя по характеристикам, крупный звездолет земной постройки.

— Это Сайрес! Он выследил меня! — взвыл Доброе Сердце. — И теперь будет преследовать, пока не убьет. Или пока я не убью его.

— Но как? — поразился Быстрый. — Как он смог разыскать нас в гиперпространстве?

— Какая разница, как! Главное, что он здесь и приближается.

— Нет, капитан, — отозвался наблюдатель, — расстояние не меняется, оно все время около миллиона километров.

— Почему не меняется? — удивился Быстрый. — Зачем же он следит за нами, если не собирается драться?

— Да потому, что хочет узнать, где находится Фатум. — Доброе Сердце злобно ухмыльнулся. — Тогда он смоется и вернется вместе с эскадрой Флота. Но мы не позволим ему этого сделать! Возьмем курс в сторону от Фатума, Халии и Цели, прочь от любого места, где живут халиане.

— Но куда же нам идти, капитан?

— В никуда! Мы пойдем к краю галактики, туда, где нет ни одного населенного мира. Там мы попробуем заманить Сайреса поближе к какой-нибудь звезде, тогда при выходе из гиперпространства его погубят гравитационные искажения.

— Есть, капитан! — В голосе штурмана чувствовалось сомнение, но он подчинился своему командиру.

И их звездолет понесся вперед, туда, где мало звезд и еще меньше жизни. Они летели сквозь абсолютную пустоту гиперпространства, и только приборы показывали, что корабль минует звезду за звездой. Они словно летели в сплошном сером тумане, где изредка мелькали огоньки.

А затем вновь раздался голос наблюдателя:

— Корабль рядом с нами, идет почти параллельным курсом.

— Это Сайрес? — вскинулся Доброе Сердце. — Он больше не прячется. Верно, догадался, что мы водим его за нос!

— Нет, это другой звездолет. Судя по приборам, рядом с нами летит торговый корабль Синдиката.

— Вот как? — Доброе Сердце уставился на экран, и мучительные мысли о поражении тут же оставили его. — Мы потеряли одну рыбку, зато натолкнулись на другую. Лечь параллельным курсом. Как только купец вынырнет из гиперпространства, мы преподнесем ему сюрприз.

— Действуем, как обычно? — спросил Быстрый. — Выныриваем сразу же за ним и нападаем?

— Именно так, — ответил капитан. — Что там слышно про Сайреса?

— Я его не вижу, — ответил наблюдатель. — Наверно, расстояние слишком велико для наших датчиков.

— Отлично, значит, он не помешает нам немного разбогатеть. Экипаж, боевая тревога!

Они внимательно следили за своей добычей, готовясь вынырнуть в обычное пространство следом за ней. Прошел час, потом десять часов, потом сутки, но ничего не менялось. Халиане ели и спали урывками, оставаясь на боевых постах.

Погоня длилась уже тридцать часов. И вот наконец изображение чужого звездолета замерцало.

— Они уходят из гиперпространства, — доложил наблюдатель.

— Живо, следом за ними! — приказал капитан своему штурману.

Пиратский корабль трясло и бросало из стороны в сторону — переход произошел почти мгновенно и без должной подготовки. Доброе Сердце, не обращая внимания на головокружение, впился в экран. Торговец находился прямо перед ними, большой темный прямоугольник, прямо в центре экрана. Их разделяло всего пятьсот километров.

Доброе Сердце подключился к системе общей связи.

— Приношу извинения за слишком резкий переход и спешу сообщить, что наша добыча находится прямо перед нами. Сейчас начнется заварушка. — Тут Доброе Сердце увидел, что, по показаниям приборов, совсем рядом с ними находится еще один источник гравитационного поля.

— Уменьшить масштаб изображения, — скомандовал пират. Чужой звездолет уменьшился, но зато на краю экрана показался сегмент диска.

— Уменьшить масштаб в десять раз! — взревел капитан, не веря своим глазам. Картинка скакнула, корабль торговцев превратился в точку, но теперь в углу экрана появился кружок — изображение неизвестной планеты.

— Что это? — нарушил общее молчание Быстрый.

— Пункт его назначения! — взвыл, не помня себя от радости, Доброе Сердце. — Мы нашли один из миров Синдиката! Вперед, ребята, ощиплите этого жирного индюка и не забудьте оставить несколько человек в живых, чтобы было кому о нас рассказать. Синдикат предал Халию, так пусть теперь его купцы дрожат от страха за свою мошну даже у самых ворот своего дома. Захватите этот корабль!

Тут Доброе Сердце вспомнил об осторожности и добавил:

— Пусть связисты направят сообщение на Халию, чтобы все знали, что мы нашли.

Один из хорьков склонился над передатчиком и протявкал сообщение о планете и ее координаты. Тем временем пиратский корабль на максимальном ускорении устремился к чужому звездолету.

И вдруг на краю экрана зажглось множество маленьких огоньков. Два из них быстро увеличились в размерах и превратились в сторожевые корабли Синдиката.

— Смотрите, они приближаются! — взвыл Доброе Сердце. — Огонь! Пускайте торпеды!

Пиратский корабль огрызнулся огнем, навстречу новым врагам полетели ракеты. На время все забыли о торговце. И зря…

Один из уродливых наростов на корпусе огромного звездолета пришел в движение, превратившись в орудийную башню. Оттуда плюнула огнем тяжелая плазменная пушка. Экран перед капитаном пиратов предупреждающе вспыхнул, а через долю секунды вспыхнул весь корабль. Доброе Сердце успел подумать об иронии судьбы, поменявшей местами охотника и жертву. Еще он подумал, что руководители кланов были правы — настоящий враг халиан вовсе не Флот.

А потом наступило небытие.

— Они возвращаются в пространство, сэр.

— За ними, — скомандовал Сайрес. Он уселся в свое противоперегрузочное кресло и с мстительным удовольствием подумал, что пиратов подвел их собственный детектор. Шпионы Сайреса донесли, что Глобин изобрел прибор, чувствующий массивные тела в гиперпространстве. Этого факта, а также знания, что до своего перерождения Глобин был Джорджем Дерриком, оказалось достаточно, чтобы повторить открытие. Инженеры Флота проанализировали все предыдущие изобретения Деррика и, заранее зная, что искомый прибор существует, создали детектор заново. Более того, инженеры улучшили его, превратив в мощную систему слежения.

Земной звездолет долго преследовал пирата, находясь на максимальном удалении, которое допускали приборы. Охотники надеялись, что так они останутся вне поля зрения своей жертвы и смогут выйти на пиратскую базу.

«Неужели их база находится на таком расстоянии от обитаемых систем?»— удивленно спрашивал себя Сайрес. После некоторого размышления он решил, что такое вполне возможно. Далековато, конечно, но зато безопасность гарантирована.

Головокружение от перехода быстро прошло, и Сайрес уставился на экран, разыскивая знакомый силуэт пиратского корабля. И он нашел его, но в окружении целого роя маленьких истребителей Синдиката. А чуть в стороне — огромный диск неизвестной планеты.

— Они хотят изжарить моего пирата! — закричал Сайрес. — Стреляйте по ним! Уничтожьте их!

— Торпеды пошли, — отозвался артиллерист.

— Капитан, раздавите этих вшей!

— Полное ускорение, — рявкнул капитан, и двойная тяжесть прижала экипаж к креслам.

Одновременно от торгового корабля отделился сгусток пламени и распустился огненным цветком там, где только что был халианский звездолет. Корабль пиратов исчез, превратившись в облако раскаленного газа.

— Подонки! — взвыл Сайрес, не помня себя от гнева. — Воры! Убийцы! Им это не сойдет с рук! Капитан, взорвите этот «мирный» торговый корабль.

Капитан не успел подать команду. Два истребителя врага исчезли с экранов, и в то же мгновение большой звездолет снова изрыгнул из себя огонь. Боль пронзила все существо Сайреса и тут же отступила, словно освобождая дорогу смерти. В этот короткий промежуток времени поместилась всего одна мысль. Он выбрал не того врага.

Загрузка...