Должно же было что-то измениться. Ведь за эти двое суток с ней случилось столько событии! Ася внимательно к себе прислушивалась. Искала, что теперь по-другому. Даже в зеркале себя разглядывала. Пожалуй, поменялся взгляд. В отражении была абсолютно счастливая девушка. Слово "женщина" к себе Ася не могла приклеить, как ни пробовала.
Колечко она спрятала в шкатулку с украшениями. Достала утром. Надела. Покрутила ладошкой у себя перед глазами. Потрогала камень кончиками пальцев. Бриллиант в ответ сверкнул всеми своими пятьюдесятью пятью гранями.
Менять "маску" стало сложнее. Превращаться из счастливой невесты в обычную школьницу. Слушать учителей, день ото дня всё больше накручивающих выпускников. Экзамены, экзамены и ещё раз экзамены. Главные итоги школьной жизни.
Вот только у Аси был не итог. А начало. Необыкновенное начало волшебной сказки для девочек. И теперь она тоже думала, что же было у принцев и принцесс после того, как сказка закончилась. И началось это знаменитое "Жили долго и счастливо". Как жили? Что делали для того, чтобы было и долго, и особенно - счастливо.
Её будущий муж прикладывал усилия, чтобы жили они по меньшей мере безбедно. И совершенно себя не жалел. Словосочетание "будущий муж", а не "жених" выдал вдруг Жорка. Ася сначала долго катала его на языке. К Митко оно отлично подходило. Не роль на свадьбе. А поступки в жизни.
И Митко был тысячу раз прав, оттягивая момент сватовства. Ася теперь могла думать только об этом. Даже не о свадьбе и не о платье. Хотя Света, сестра Митко, взбудоражила её своим предложением сшить платье на помолвку. Ася всё время думала о том, как она будет участвовать в "жили долго и счастливо". Что она может и должна для этого делать каждый день.
Хорошо, что можно было поделиться мыслями с Жоркой. К маме она пока с таким разговором не пошла бы.- Систер, странный вопрос, - Георгий всегда умел смотреть на ситуацию чуть со стороны, а тут сам бог велел, - Ты сейчас можешь и должна доделать начатое дело до конца. Думаешь, у Тодоровых есть в семье недоучки?
Последнее слово резануло слух. Нет-нет, Асе совсем не захотелось, чтобы его можно было применить к ней. Ясно конечно, что Жорка так резко сказал специально. Чтобы привести её в чувство и вывести из романтического розового ванильного тумана. Она протестующе замотала головой.
- Ты думаешь, мне слабо? Да? Учиться и к свадьбе готовиться? - почти разозлилась Ася.- Митко не зря тебе ничего не говорил.- Ну, да. А тебе вот сразу сказал, - Ася надула губы.- Мне сказал, потому что я прямо спросил. И потому, что ему скрывать нечего. Он и правда какой-то сказочный у тебя. Честный и прямой, как палка. Спрашиваешь - отвечает. Только, Аська, он как лучше хотел. А ты сейчас можешь все его усилия пустить под откос. Если не возьмёшь себя в ежовые руковицы и не напишешь последние диагностические работы так, чтобы у всех ваших учителей челюсти на пол попадали. Кстати, хотел бы я это видеть. Они почему-то в вас не верят. Боятся. Перестраховываются. Если хорошо сдадите, скажут: " Вот, как мы вас хорошо научили". А если плохо: "Мы же говорили, что надо лучше готовиться". Ты, давай, не для них. Для себя, Аська!
И Ася старалась. Каждое утро, слушая план Митко на день, она писала свой. Каждый вечер, когда он рассказывал, как прошёл его день, вычеркивала у себя пункты. И чувствовала, что она тоже немножко член его команды. А он не только болеет, но и "играет" за неё.