Среди многих составляющих политики «дой мой» должна быть особо отмечена внешнеполитическая стратегия современного Вьетнама. Искусно приспособленная вьетнамским руководством к политическому моменту, целиком поставленная на службу интересам экономических реформ, она позволила в относительно короткие сроки в корне изменить международный имидж страны и тем самым обеспечить максимально благоприятные внешние условия для мощного экономического рывка.
Чтобы реально представить себе масштабы работы, проделанной вьетнамской дипломатией в рамках политики «дой мой», достаточно вспомнить, каким незавидным было международное положение Вьетнама в середине 1980‑х гг. В Камбодже находился многотысячный контингент вьетнамской армии, из-за чего Ханой подвергался нарастающему остракизму со стороны ООН и значительной части мирового сообщества. Крайне напряжёнными были отношения СРВ с шестёркой стран АСЕАН, явившихся застрельщиками международной компании осуждения затянувшегося вьетнамского военного присутствия в Камбодже. Достигла апогея конфронтация с могущественным соседом — Китаем. США продолжали сохранять жесткое торгово-экономическое эмбарго в отношении Вьетнама. Наконец, даже с главным военно-политическим союзником СРВ — Советским Союзом отношения начали становиться всё менее «братскими».
В этих условиях требовались чрезвычайные меры, чтобы быстро изменить к лучшему международный имидж страны, и ускоренными темпами интегрироваться как политически, так и экономически в мировое сообщество. С учетом этого в основу новой внешнеполитической стратегии Ханоя легли деидеологизация и диверсификация международных связей, политика «открытых дверей» во внешнеэкономической сфере, установление нормальных, взаимоуважительных отношений прежде всего со своими азиатскими соседями, а также со всеми великими державами. Вьетнамская дипломатия стала строить свою деятельность на основе выдвинутого КПВ лозунга: «Вьетнам — друг и достойный доверия партнёр в международном сообществе, активно участвующий в развитии международного и регионального сотрудничества».
Довольно скоро новый внешнеполитический курс принес поистине масштабные результаты, о чём красноречиво говорит даже краткий обзор основных внешнеполитических событий.
В 1970—80 гг. отношения с этой региональной организацией развивались в насторожённо-враждебном русле: в политических кругах стран АСЕАН Вьетнам рассматривался как представляющий для них реальную военную угрозу, а в Ханое, естественно, были недовольны поддержкой рядом асеановских стран агрессии США во Вьетнаме, а также антивьетнамской позицией АСЕАН в камбоджийском вопросе.
Однако обе стороны стремились возможно скорее открыть новую страницу в своих отношениях. Вот почему буквально на следующий день после подписания Парижского соглашения по урегулированию в Камбодже (1991 г.) состоялись первые официальные визиты премьер-министра СРВ в Индонезию, Таиланд и Сингапур, лейтмотивом которых стал лозунг «забыть прошлое — думать о будущем». В январе 1992 г. в Сингапурской декларации АСЕАН выразила решимость развивать новые отношения с СРВ и заявила о готовности принять активное участие в программе восстановления её экономики. В 1992 г. Вьетнам официально присоединился к Договору о дружбе и сотрудничестве в ЮВА. Наконец, в июле 1995 г. произошла политическая акция исторического значения: состоялся официальный приём Вьетнама в качестве полноправного члена в АСЕАН — одну из крупнейших региональных организаций, объединяющую сегодня 10 государств ЮВА.
Несомненно, это событие можно назвать самым крупным и исторически значимым внешнеполитическим достижением политики «дой мой». Для Ханоя АСЕАН — это прежде всего мощный союзник, на поддержку которого, особенно с учётом международного авторитета АСЕАН и её экономических возможностей Ханой вправе рассчитывать и уже реально получает её при решении задач экономической модернизации страны, укреплении своей национальной безопасности и международных позиций.
С другой стороны, со вступлением Вьетнама, обладающего крупным военно-политическим весом и растущим экономическим потенциалом, АСЕАН стала ещё более мощной региональной организацией, позиционирующей сегодня себя в ООН, в АТР и на международной арене в целом как своего рода «коллективная держава», способная обеспечить эффективное политико-экономическое сотрудничество стран ЮВА, долговременный мир и безопасность в регионе.
Для внешней политики Вьетнама его гигантский сосед — Китай всегда был и остаётся доминирующим регионально-глобальным фактором. Тем более на современном этапе исторического развития, в условиях крушения европейского социализма отношения с КНР приобрели для Ханоя стратегическую значимость.
Вывод вьетнамских войск из Камбоджи в 1989 г. и принятие как Ханоем, так и Пекином мирного плана ООН о камбоджийском урегулировании положили начало процессу перехода обеих стран от многолетней конфронтации и вражды к постепенному взаимопониманию и сближению. В ноябре 1991 г. по итогам визита тогдашнего генсека КПВ До Мыоя в Пекин был подписан совместный документ, в котором отмечалось, что положен «конец периоду отчуждения» между СРВ и КНР, и торжественно заявлялось о полной нормализации отношений.
В настоящее время отношения двух стран строятся на основе сформулированных Пекином 16 «золотых» иероглифов: «Добрососедство и дружба, всестороннее сотрудничество, долговременная стабильность, ориентация на будущее». Успешно развивается сотрудничество в политико-дипломатической сфере, утверждён механизм ежегодных двусторонних встреч партийных и государственных руководителей обеих стран. После длительных и весьма сложных переговоров подписаны важные соглашения о сухопутной границе и о делимитации Тонкинского залива. Семимильными шагами развиваются торгово-экономические отношения: сегодня Китай — один из самых крупных торговых партнеров Вьетнама: в 2005 г. общий объём их двухстороннего товарооборота составил 8,4 млрд долл.[19]
Ещё в 1964 г. Вашингтон объявил об установлении торгово-экономического эмбарго против Северного Вьетнама, а в 1975 г., после освобождения Южного Вьетнама и воссоединения страны, распространил его действие на весь Вьетнам. Отменить эмбарго США были готовы только после целого ряда предварительных условий, в числе которых было требование к Ханою об активизации усилий по поиску пропавших без вести в ходе войны во Вьетнаме американских граждан. К началу 1990‑х гг. Ханой не только выполнил все условия, но и немало сделал в политико-психологическом плане, чтобы помочь США «без потери лица» избавиться от синдрома военного поражения во Вьетнаме.
К этому времени и в самих США все громче стали звучать голоса, что из-за эмбарго американский капитал рискует остаться «вне игры» в освоении вьетнамского рынка. В итоге в феврале 1994 г. 30‑летнее эмбарго было, наконец, отменено, а в августе 1995 г. был подписан совместный документ о восстановлении полных дипломатических отношений между США и СРВ. В ноябре 2000 г. президент США Б. Клинтон принял по-своему мужественное решение — первым из высших американских руководителей совершил официальный визит в социалистический Вьетнам, что открыло принципиально новую эпоху в американо-вьетнамских отношениях. (Кстати, вьетнамцы не забыли об этом событии: в центре города Хошимина, напротив центрального рынка, находится кафе, стены которого были украшены фотоснимками о посещении его президентом США, а в народе до сих пор называют это заведение «кафе Клинтона»).
В первый же год после нормализации отношений правительство СРВ выдало нескольким крупным компаниям США лицензии на реализацию инвестиционных проектов на сумму в 1,2 млрд долл. После подписания двумя странами торгового соглашения, вступившего в силу в декабре 2001 г. торговые связи также развиваются рекордно быстрыми темпами. Так, всего через три года, в 2004 г. двухсторонний товарооборот составил 6,4 млрд долл., а к началу 2006 г. США стали главным покупателем вьетнамской продукции: доля США во вьетнамском экспорте достигла внушительной цифры — 21,2 %, что составило 6,83 % млрд долл.[20]
Хотя правящие круги Японии в своей политике в отношении СРВ всегда действовали с оглядкой на позицию Вашингтона, однако Токио не препятствовал частным японским компаниям развертывать коммерческую деятельность во Вьетнаме даже в период действия американского эмбарго. Ханой поощрял эти усилия, всеми мерами создавая преференциальную среду для деятельности японского бизнеса на территории страны. В результате на сегодняшний день Япония является одним из самых крупных кредиторов, торговых партнёров и инвесторов Вьетнама.
Начиная с 1992 г. две страны подписали десятки соглашений о сотрудничестве в разных областях. Первым из них было соглашение о ежегодной финансовой помощи по линии ОДА, благодаря чему в период 1992—2005 гг. Вьетнам получил от Японии в рамках этой международной программы в общей сложности 11 млрд долл. Последним по времени стало соглашение о сотрудничестве в области науки и технологий (2006 г.)
Все эти соглашения создали весьма благоприятную среду для интенсивного развития торгово-экономического сотрудничества между двумя странами. Так, в 2005 г. их двухсторонний товарооборот достиг 8,5 млрд долл., а за 7 месяцев 2006 г. вырос ещё на 16,8 %. Кроме того, на август 2006 г. Япония зарегистрировала в СРВ 677 инвестиционных проектов, в основном в промышленности, на общую сумму 6,8 млрд долл.[21]
В феврале 1996 г. парламент Европейского Союза ратифицировал Соглашение о сотрудничестве между СРВ и Европейским Сообществом — первый такого рода политический документ, подписанный ЕС со страной ЮВА. Как явствует из текста соглашения, основные его цели — развивать отношения с СРВ «на качественно новом, более высоком уровне», содействовать росту инвестиционных потоков из стран-членов ЕС во Вьетнам, расширению между ними торговых обменов и сотрудничества в финансовой сфере, в области культуры и образования[22].
Подписанное соглашение успешно реализуется, хотя, конечно, торгово-экономическое сотрудничество ЕС с СРВ по своим объёмам далеко уступает США, Китаю и Японии. Среди наиболее активных торговых партнёров Вьетнама из стран ЕС выделяются Германия и Франция.
После распада в 1991 г. Советского Союза российско-вьетнамские отношения несколько лет находились в состоянии, близком к коллапсу. Постепенно, прежде всего благодаря усилиям вьетнамской стороны, стремившейся восстановить традиционные вьетнамско-российские отношения дружбы и сотрудничества, а также по мере продвижения процесса концептуального формирования внешней политики России, начались активные поиски модели взаимоотношений в новых исторических условиях. Их результатом стало подписание двух основополагающих двусторонних документов: Договора об основных принципах сотрудничества между РФ и СРВ (1994 г.) и Декларации о стратегическом партнёрстве между РФ и СРВ (2001 г.).
Эти документы свидетельствуют о том, что несмотря на глобальные перемены на международной арене и особенно в самих наших двух странах, Россию и Вьетнам связывает множество исторически обусловленных сближающих факторов, поэтому сама жизнь требует от них продолжения тесного дружественного сотрудничества, разумеется, на взаимовыгодной основе и с учётом новых мировых реалий. Главное, в чём и Москва, и Ханой проявляют полное единодушие: «стратегическое партнёрство» было и остаётся основополагающим фактором взаимоотношений двух государств.
Сегодня российско-вьетнамские отношения успешно развиваются вширь и вглубь по всем основным направлениям. Обе страны наладили и развивают на регулярной основе контакты на разных уровнях, в том числе на высшем. Возобновились прерванные в начале 1990‑х гг. партнёрские связи между крупными городами и регионами двух стран. В 2005 г. произошло событие «прорывного» характера в торговых связях — впервые объём двустороннего товарооборота превысил 1 млрд долл., и обе стороны заявили о решимости довести его в ближайшем будущем до 2—3 млрд долл. Совместное вьетнамско-российское предприятие по добыче нефти и газа на шельфе Вьетнама «Вьетсовпетро» добыло 150‑й миллион тонн нефти. В декабре в СРВ состоялась церемония начала строительства при российском участии ГЭС Шонла с проектной мощностью 2,4 млн кВт, которая должна стать крупнейшей в ЮВА[23].
В целом, как признают обе стороны, потенциал двустороннего сотрудничества имеет весьма солидный и многообразный фундамент, но пока, к сожалению, не задействован в полную силу. Дальнейшее расширение и углубление российско-вьетнамского сотрудничества на основе принципа стратегического партнерства, несомненно, отвечает национальным интересам и чаяниям народов обеих стран.
Эти задачи успешно решались в ходе второго по счёту (первый был в 2001 году) официального визита Президента РФ В. В. Путина в СРВ в ноябре 2006 года. Подписанный сторонами целый комплекс двусторонних документов выводит российско-вьетнамские отношения на качественно новый уровень. Стороны подтвердили обоюдное стремление энергичнее реализовывать потенциал инвестиционного партнёрства и производственной кооперации в перспективных отраслях (этому, в частности, призвано способствовать создание первого совместного российско-вьетнамского банка), совершенствовать структуру и сбалансированность двусторонней торговли и дальше наращивать динамику сотрудничества в военно-технической сфере, в области культуры, образования, туризма.
Ко всему сказанному следует добавить, что социалистический Вьетнам имеет сегодня дипломатические отношения со 167 государствами мира и является членом около 20 всемирных и региональных организаций. В 1998 г. Вьетнам был принят в ряды Организации Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), и признанием его серьёзных экономических достижений и важной роли в позитивных процессах, происходящих в АТР, стало решение о проведении в ноябре 2006 г. очередного саммита АТЭС в столице СРВ — Ханое. Наконец, совсем недавно, 7 ноября 2006 года Вьетнам был объявлен новым официальным членом Всемирной торговой организации (ВТО).