Я тебя купил

Глава 42

— Катя, да твою ж мать, — сквозь окутавшую меня темноту доносятся ругательства Саши. В голову будто песка насыпали. Открываю глаза, не сразу понимая, где нахожусь. Вижу перед собой испуганные лица троих мужчин и постепенно начинаю приходить в себя. Это что же я в обморок грохнулась что ли?

Самым испуганным выглядит Саша, кажется, ему уже достаточно потрясений и переживаний за мое состояние.

— Блядь, к Астахову давай, в клинику, — обращается он к Кариму, занявшему место на водительском сидении. До меня не сразу доходит смысл сказанных им слов, но как только доходит, я в миг прихожу в себя и подскакиваю на сидении. Никаких клиник.

— Не надо, со мной все хорошо, — причитаю, умоляюще глядя на Сашу, — я просто устала и перенервничала, едем домой, — говорю, и Карим, подмигнув мне, заводит машину и трогается с места.

— Котенок, не зли меня, — угрожающе рычит Саша, вызывая у меня тем самым улыбку. Поворачиваюсь к нему, кладу ладонь по верх его и невесомо целую в губы, не обращая внимания на наблюдающего за нами через зеркало брата. А вот Саше эти гляделки оказываются не по душе и он, бросив на брата гневный взгляд, тянет руку к небольшой панели, что-то на ней нажимает, до слуха доносится скрипящий звук и уже через мгновенье возникает перегородка, скрывающая нас от пристального взгляда брата.

Окончательно смелею, перебираюсь с сидения на колени Саши, обхватываю его лицо руками и целую, пока он снова не опомнился и не завел разговор о больнице. Глажу пальчиками его лицо, шею, зарываюсь им в его густую шевелюру и стону от удовольствия, когда его руки проникают под мою футболку. Двигаю бедрами, ощущая твердое уплотнение, упирающееся мне между ног.

— Прекрати, — хрипло произносит от и слегка отстраняется, а меня ведет от его расфокусированного взгляда, от сиплого голоса и сбившегося дыхания.

Повторяю движение, лукаво глядя в его глаза.

— Котенок, не делай так, — рычит он и сжимает руки на моих боках, доставляя легкую боль, — я и так еле сдерживаюсь, чтобы не сорвать с тебя эти джинсы.

— С этим я могу тебе помочь, — подмигиваю ему, целую быстро и перебираюсь обратно на свое место. Саша все это время не сводит с меня глаз, в которых читается безумный голод, но заниматься со мной сексом в машине, когда спереди сидит мой брат, он точно не станет. А потому, не давая себе ни секунды на то, чтобы передумать, касаюсь пряжки его ремня, и прежде, чем Саша успеет возразить, расстегиваю его вместе с ширинкой, ныряю внутрь и обхватываю горячую, твердую плоть рукой. Зашипев и втянув воздух сквозь стиснутые зубы, он перехватывает мою руку в попытке помешать мне, но я лишь сильнее сжимаю ее, двигаю вниз, провожу большим пальцем по головке, размазывая выступившую капельку и он сдается. Наклоняюсь вперед, провожу языком по чувствительно плоти и чувствую, как меня слега тянут за волосы. Отстраняюсь и смотрю непонимающе на Сашу. Не нравится?

— Что ты творишь, ненормальная, — хрипло шепчет он, поглаживая мои волосы, — тебя изнасиловать пытались меньше часа назад, а ты мне минет решила сделать, серьезно? — он говорит рвано, то и дело сбиваясь, выдавая себя с потрохами. Он хочет этого не меньше меня, еще чуть-чуть и его выдержка полетит к чертям собачьим. Облизываю губы, вырывая этим простым жестом очередной стон из его груди.

— Я хочу, — все, что могу из себя выдавить. Сжимаю руку у основания его члена и обхватываю его губами, всасываю головку и провожу по ней языком, ликуя от того, как дергаются бедра мужчины, как он откидывается на спинку сидения, окончательно капитулируя. Хватка на моих волосах усиливается, когда я начинаю скользить губами к основанию и возвращаюсь обратно к головке, лаская ее языком. Слышу его сбивчивое дыхание и ругательства, то и дело срывающиеся с губ, но он сдерживается, позволяя мне ласкать его в моем ритме и мне это чертовски не нравится.

— Не сдерживайся, — прошу, оторвавшись от процесса, — хочу, чтобы ты показал мне, как тебе нравится, — произношу и снова обхватываю губами плоть, рука на моем затылке надавливает чуть сильнее и намотав мои волосы на кулак, Саша двигает бедрами вверх, одновременно насаживая меня на свой член, так глубоко, что приходится дышать носом, но мне это нравится, нравится то, что он делает со мной, нравится, когда он не пытается сдерживаться. Все заканчивается быстро, с глухим стоном он замирает и в горло ударяет теплая, вязкая струя. Вбираю в себя все до последней капли, даже мысли нет о том, чтобы отстраниться, я хочу его всего.

— Прости, — шепчет он, когда я выпускаю его изо рта и смотрю в глаза, в глубине которых снова читается уже знакомое чувство вины. Да сколько можно-то? Неужели не понимает я дурею от него такого.

— Мне понравилось, — говорю, улыбаясь и поправляю на нем одежду. Только успеваю поправить ремень, как он подхватывает меня, сажает на колени и целует.

— Ненормальная, — шепчет мне в губы, — чокнутая девчонка, с ума меня сводишь, люблю тебя до одури, — прижимает меня к себе и целует в макушку, поглаживая спину.

Так и сидим, пока машина не въезжает на территорию особняка Деминых. Саша снова нажимает кнопку на панели, и перегородка опускается, открывая нас взору Графа и Аида. Смотрю в зеркало и прикрываю глаза от стыда, видок у меня тот еще — растрепанные волосы, припухшие губы и горящие глаза, сложно не догадаться, чем мы тут занимались. Все это, конечно, не может ускользнуть от взгляда Леши и он усмехнувшись, качает головой, чем вызывает во мне очередной прилив стыда.

В дом Димы вхожу молча, опустив глаза в пол. Все-таки натворила я дел, поставив всех на уши. Внутри нас встречают хозяева и Громов.

— Иди пока наверх, прими душ, отдохни, я скоро приду, — шепчет Саша и кивнув, я удаляюсь наверх под пристальные взгляды присутствующих.

Вхожу в комнату, только сейчас в полной мере осознав, насколько сильно устала. Прохожу в душ, попутно прихватив с собой белье и халат. Снимаю с себя одежду и встаю под теплые струи воды, откинувшись на стенку душевой. Закончилось, все наконец-то закончилось. Намыливаю себя тщательно, желая смыть с себя этот день и всю ту грязь, что он принес с собой.

Из душа выхожу спустя долгих полчаса и натыкаюсь на сидящего на кровати брата. Отшатываюсь от неожиданности, вызывая у брата усмешку.

— Дожил, уже родная сестра, как от прокаженного шарахается, — улыбается он и качает головой, а глаза все такие же пустые, ни намека на тепло и улыбку. Больно видеть его таким и понимать, что прежним он уже никогда не будет, что душа его выжжена и тлеет где-то глубоко внутри, запечатанная за семью замками. Может быть, однажды найдется та, что сможет вернуть его к жизни, вернуть ему душу и растопить лед в сердце, во всяком случае я очень на это надеюсь.

— Прости, — шепчу опусти глаза в пол.

— Ты хоть понимаешь, как рисковала, Лисенок, — отчитывает меня брат, но в голосе уже не слышится прежнее раздражение, — мы ведь могли не успеть.

— Но успели ведь, — отвечаю, делаю шаг к нему и крепко обнимаю. Такой родной и одновременно совершенно чужой. Неожиданно он обнимает меня в ответ, прижимает к себе и гладит осторожно по голове.

— Да, будущему родственничку нужно отдать должное, я бы не додумался установить жучок, — усмехается брат, вызывая у меня улыбку. Он принял мой выбор, сегодня смирился окончательно, — но ваши отношения все равно ненормальны, он тебе в отцы годится, — шутливо журит меня брат и я начинаю смеяться в голос. Ну и пусть, зато я люблю его, и он любит меня, и плевать на возраст.

— Мне с ним хорошо, — шепчу, уткнувшись носов в грудь брата.

— Я уже понял, — отвечает брат и слегка отстраняется, — я рад, что ты не останешься одна, когда я уеду, — произносит он, размыкая объятия.

— Уедешь? — непонимающе спрашиваю и во все глаза гляжу на Лешу. Зачем ему уезжать? Куда? Он ведь отомстил, нет больше надобности мотаться по стране в поисках Забарского.

— Да, Кать, — отвечает Леша, — я пришел поблагодарить и попрощаться, — выдыхает он улыбаясь.

— Но я не понимаю, — шепчу и чувствую, как на глаза снова наворачиваются слеза, я ведь только его обрела, мы не виделись толком за это время, нам о стольком стоит поговорить, — зачем тебе уезжать, ты ведь уже отомстил? — произношу всхлипывая.

— Мне нужно хорошенько обо всем подумать, Лисенок, — говорит брат и улыбка сходит с его лица, снова это холодное выражение

— Куда ты поедешь? — спрашиваю, хотя какая разница, куда он поедет, его не будет рядом, я снова лишусь брата — вот, что важно, а не конечная точка.

— Пока не знаю, — отвечает Леша, — куда-нибудь за границу, мне нужно отдохнуть от этой страны, слишком много плохого с ней связанно.

— На моей свадьбе тебя тоже не будет? — задаю зачем-то глупый вопрос, какая свадьба, после того, что он пережил.

— Я ни за что не пропущу свадьбу единственной сестры, — произносит Леша, чем сильно меня удивляет, — ты всегда можешь мне позвонить, номер Аида у твоего жениха имеется.

— Он едет с тобой?

— Конечно, — кивает Леша, — мне пора, Кать, меня уже ждут, — виновато добавляет он и обняв меня напоследок, целует в лоб.

— Возвращайся поскорее, — прошу его, когда он выпускает меня из объятий. Конечно, я могла бы разреветься, попросить его остаться, надавить на жалость и воззвать к его братским чувствам, но я этого не делаю, потому что это будет крайне эгоистично с моей стороны. Если для того, чтобы ему стало легче, ему нужно уехать, пусть уезжает, рано или поздно он все равно вернется.

Саша появляется как раз в тот момент, когда за Лешей захлопывается дверь. Подходит ко мне, обнимает и я наконец даю волю эмоциям, в очередной раз намочив его футболку.

— Он уезжает, — всхлипывая произношу я и начинаю рыдать еще сильнее.

— Я знаю, Котенок, но его можно понять, — ласково произносит Саша, гладя меня по голове и стирая слезы с моих глаз, — после того, что он пережил, вернуться к нормальной жизни практически невозможно, будем надеяться, что ему это удастся.

Я молча киваю, не зная, что еще сказать. Он, конечно, прав. После такого не каждый найдет в себе силы продолжать жить, а Леша нашел, пусть и жил лишь одной только местью.

— Тебе нужно поспать, Кать, — снова нарушает тишину Саша, — завтра утром поедем к Астахову, — заявляет он и мне хочется его стукнуть. Нет, ну я так старалась выдворить эту идею из его головы, а он опять завел свою шарманку. Ну какой Астахов, какая клиника? Мне просто нужно отдохнуть и прийти в себя, отойти от событий последних дней, в остальном со мной все в порядке.

— Со мной все нормально, — произношу устало, — я никуда не поеду.

— Тогда я так и передам Кириллу, скажу, что видеться ты с ним не хочешь, — ошарашивает меня он. Кириллу? Какая связь между Киром и клиникой Астахова? Поднимаю на Сашу непонимающий взгляд, а он улыбается.

— Его перевезли к Марку, — поясняет Саша, — с ним уже все хорошо, я подумал, ты захочешь его навестить, — он не успевает договорить, а я с визгом бросаюсь к нему на шею и целую во все места, до которых только достаю. Все-таки он самый лучший, я ведь знаю, как сложно далось ему это решение, как ревностно он относится к моему общению с представителями мужского пола, а здесь еще и Кирилл — как красная тряпка для быка.

— Знал бы, что ты так обрадуешься, не предлагал бы, — обиженно произносит она, но продолжает улыбаться.

— Дурак ты, — смеюсь, продолжая покрывать поцелуями его лицо, — я же тебя люблю, — теперь приходит моя очередь обижаться, кажется, я уже достаточно сделала для того, чтобы он перестал сомневаться в моих к нему чувствах.

— Знаю, Кать, знаю, — шепчет он и накрывает мои губы своими.