Даяна I. Ярость небес. Том 10. Часть 2

Глава 5

Флерал. Гарконская пустошь. Пасть Леты. Сердце Хаоса.

Далёкий звук боевых барабанов эхом отражался от возвышающихся по одну сторону скал, возвращаясь через некоторое время многократным стрекотом, заставляющим вибрировать весь воздух в Пасти Леты.

Мне сверху было очень хорошо видно, как лагерь «Милитари» всколыхнулся беспокойной шелестящей волной, а потом на одном из флангов вспучилась мёрзлая земля. Осыпаясь, образуя тем самым огромный кратер, из которого, сначала редким, а потом всё больше расширяясь, потоком хлынула зелёно-грязная лавина.

Гоблины.

Какого демона там происходит?

Не знаю, как «Милитари», но такого поворота я вообще не ожидал. Каким образом они вообще оказались под землёй? Как смогли обойти все сторожевые заслоны, выставленные лидерами рейда?

И самый главный вопрос: как они смогли прибыть так быстро и, главное, вовремя?

Сейчас я по-новому оценивал вклад зеленокожих в оборону Пасти Леты, как территории Хаоса. Да, заключая договор с Орихом, я рассчитывал максимум на то, что гоблины будут выполнять роль разведчиков. В лучшем случае, смогут своим «ктаром» задержать какой-нибудь рейд средней паршивости до подхода карательных органов в виде нас.

Но о таком я даже и помыслить не мог.

Количество зеленокожих, которое я мог неоднократно наблюдать в стане Ориха, сейчас абсолютно не било по количеству с тем, что я мог наблюдать. Они там что, почкованием размножались всё это время?

— Так сколько у нас гоблинов, говоришь, проживает в окрестностях? — вкрадчиво поинтересовался у меня Кастет. — Занюханный «ктар»? Так ты мне сказал? Я погуглил, Вова! «Ктар» — аналог «тумена», а «тумен», в свою очередь, это чуть меньше, чем дохера. То есть, примерно тысяч десять голов.

— Крупного рогатого скота? — хмуро произнёс я, понимая, что снова вылезла моя недоработка.

Ну кто мне мешал поинтересоваться у Ориха количеством его подданных?

— Ага. Баранов, — недобро усмехнулся дядя. — Десять тысяч и один баран… Звучит же да?

Гоблины продолжали прибывать, сея хаос и бардак в стане врага. Да, соплеменников Ориха великими воинами может назвать только отбитый на всю голову оптимист, но когда в тебя одновременно вцепляется десяток подобных противников — это крайне невесело.

Словно саранча или муравьи какие-то, гоблины метр за метром облепляли край вражеского фланга, неумолимо продвигаясь к центру.

Вспышка боевой магии, полыхнувшая в этом великом столпотворении рас и народов, породила дикий, полный животной злобы, визг, который донёсся даже сюда, на вершину крепостной стены.

— Ты ни разу не видел, как блохи избивают охотничью собаку? — хмыкнул дядя. — Я тоже. Но ужас, как интересно посмотреть.

— Я не знаю, как это вообще возможно, но у меня создаётся стойкое впечатление, что гоблины — это далёкие родственники гномов, — задумчиво произнесла Олес, в то время, как мы все смотрели на стремительно развивающиеся события на равнине. — Причём, с ещё более пакостным характером.

— Ты только гномам об этом не говори, — недовольно поморщился Утрамбовщик, делая несколько жадных глотков из своей артефактной посудины. — Не поймут. Ладно вы меня не уважаете… Но коренных…

Судя по стойкому запаху сивухи, в кружке содержался далеко не эль, а что-то намного забористее. И наш «танк» уже прилично принял на грудь, если уже начал «топить» за права бородатой расы. Ещё пара таких кружек, и как бы он не объявил Двалина своим двоюродным племянником.

На пьянство Утрамбовщика, а точнее — добровольное обвешивание себя «дебафами», я сейчас смотрел сквозь пальцы, поскольку в ближайшее время, даже в случае внезапной атаки на Сердце Хаоса, от «танка», вооружённого ростовым щитом и молотом, не будет никакого толку.

Дистанционными атаками он не владеет, а до схватки на крепостной стене цитадели Хаоса, если она когда-нибудь вообще состоится, фиолетовобородый панк успеет опустошить ещё десяток своих посудин и столько же раз протрезветь.

— А вообще, гномы, чтобы вы знали… — снова завёл свою шарманку гном, но был перебит моим раздражённым взмахом.

Я почувствовал, как внутри Сердца Хаоса возникла маленькая искра. Искра божественной энергии, постепенно набирающая мощь, превращаясь в бушующий ураган.

Видимо, это почувствовал не только я, поскольку мои соратники вопросительно начали озираться.

Будто тяжёлый стон исполина пронесся над шпилем донжона, а потом Сердце Хаоса вздрогнуло.

Заунывный вой, в котором чувствовалась тысячелетняя злоба, помноженная на лютый голод, раздался откуда-то из глубин нашей твердыни, а в следующее мгновение я обомлел третий раз за этот неполный час.

Окутанная непроглядной Мглой стена крепости задрожала, будто сотканная из грозовых туч, исторгнув из своих недр две стремительные тени.

С лёгкостью перемахнув через широкий ров Сердца Хаоса, значительно подросшие Стражи замерли, наклонив лобастые головы, будто приглашая ими полюбоваться во всей красе.

Теперь Стражи не походили на тех щенков, которых я призывал, считая, что в руках у меня «имба». Сейчас эти величественные звери, до самой макушки наполненные божественной силой, яростно полыхали Мглой.

Вряд ли теперь я смогу даже в прыжке дотронуться до брюха исполинских зверей, настолько они вымахали, повинуясь божественной воле Тиамат. Только она могла отдать команду на атаку своим верным слугам.

Со стороны лагеря появление новых действующих лиц не осталось без внимания, и я увидел, как центральная часть, находящаяся к нам ближе всего, начала втягиваться. Боковые же фланги, наоборот, стали раскрываться, словно образуя полумесяц.

Довольно грамотно, учитывая что как раз во впалый центр полумесяца и будет направлена атака Стражей, несущихся сейчас во весь опор навстречу вражескому лагерю.

Я бы не сказал, что тактика «Милитари» была идеальной, но учитывая, что один из их флангов терзали гоблины, решение их неведомых командиров было больше, чем оправданным. Это, пожалуй лучшее, что они могли сделать в данной ситуации.

Несясь гигантскими скачками, Стражи Хаоса всё больше набирали скорость, приняв вражеские правила игры.

Я сам не заметил, как мои пальцы судорожно вцепились в край обледенелого парапета. С возрастающим беспокойством я наблюдал, как Псы Тиамат мчатся навстречу подготовленной для них ловушке.

Если звери увязнут в этой толпе, то я даже не сомневаюсь, что полумесяц, словно гигантский бутон хищного растения, схлопнется, полностью отрезав Стражам все пути отхода.

И я никак не мог этому помешать.

Вот только у двух величественных зверей на этот счёт были совершенно другие планы.

Взвившись в высоких прыжках перед ощетинившимися копьями первыми рядами наступающих, они с лёгкостью перемахнули вражеский строй, оказавшись практически в середине.

Волна сокрушающей силы полыхнула от каждого из Стражей. Взрыв первозданной Мглы разметал врагов словно шахматные фигурки в стороны, образовав довольно значительный пустой радиус, в котором Псы Тиамат чувствовали себя весьма вольготно.

А потом Стражи начали собирать кровавую дань.

Дань во Имя Её.

Пасть Леты стонала от криков. Стражи двигались по вражескому лагерю ни на секунду ни останавливаясь, сея панику.

Весьма сложно оставаться спокойным, когда в твою сторону начинает стремительно лететь туша, размерами уступающая разве что мифическому Фенриру.

Пока Псы резвились, гоблины тоже не стояли на месте, отвоёвывая пядь за пядью, умирая пачками, внося дикий хаос и превращая хоть как-то желающий сформироваться вражеский строй в обычную всполошённую неорганизованную толпу.

И если на фланге, где игроки пытались отразить стремительные атаки Стражей, была хоть какая-то видимость порядка, то здесь властвовал полный бардак, щедро разбавленный истерическими воплями зеленокожего племени.

Несмотря на внезапную атаку, ни гоблины ни Стражи не смогли до конца деорганизовать вражеский лагерь. Было прекрасно видно, как глубоко в тылу формируется два ударных кулака, которые пока и не думали огрызаться боевыми заклинаниями.

Повсеместно вспыхивали огни накладываемых «бафов», работали на полную катушку порталы, прибывали новые игроки, которые моментально вливались в битву.

Мне было понятно, что хоть как-то отвлечь «милитаристов» выйдет совсем ненадолго. Ровно до того времени, как один из кулаков зайдёт в тыл одному из Стражей, полностью заблокировав его в плотной массе врагов.

После этого счёт пойдёт на минуты.

Уничтожив первого Пса, скосить второго будет намного легче. Так что, сам того не зная, Кастет невольно изрёк пророчество о блохах и охотничьей собаке, имея в виду на тот момент только гоблинов.

Вспышки Мглы становились всё реже, Стражи выдыхались на глазах. Мне показалось даже, что они слегка уменьшились.

— А вот это уже серьёзная заявка, — невозмутимо произнёс Хассараг, которого, казалось, ничуть не волновало происходящее внизу. — Я знаю эти машинки.

— Какие машинки? — не понял я, стараясь рассмотреть то, о чём он говорит.

— Имперские «Виверны». Такая своеобразная форма бывает только у них. Стоит на вооружении у Аиталской империи. И каждая из них стоит баснословных денег. Рассказывать, чем они опасны?

Оказывается, всё это время «милитаристы» неся сокрушительные потери, вовсе не собирались зажимать Стражей, отдав их на откуп разрозненным группам игроков, которые пока худо-бедно, но успешно справлялись.

Вместо этого, силами двух крупных групп «милитаристы» полностью блокировали подходы к грузовому порталу, из которого медленно и неотвратимо выползало что-то монструозное.

Плавные изгибы приземистой машины, явно свидетельствовали о том, что явно данная конструкция была предназначена не для полива близлежащих огородов. Как только она полностью выкатилась из портала, я окончательно понял о чём предупредил меня старый упырь.

«Виверной» оказался обыкновенный стреломёт.

Вот только каждая стрела в нём могла поспорить с толщиной с каким-нибудь многолетним кедром. Представив, что может натворить хотя бы одна, попавшая в цель, и сколько она снимет при этом очков прочности с крепостного «энергощита», я ужаснулся.

А если наконечник стреломёта будет с неприятным подарком?

«Похоже, на стенах отсидеться не удастся», — с отчаянием подумал я, видя, как из арки портала показывается силуэт следующей машины.

— Только не говори, что ты собрался вниз, — с беспокойством произнёс дядя, моментально сообразивший, какие мысли сейчас бродят в моей голове. — Ты понимаешь последствия?

— А что ты собрался здесь стоять и смотреть? — выпалил я, лихорадочно соображая, как мне попасть вниз так, чтобы наш отряд не срисовали разведывательные группы, которые в отрыве от остального лагеря рыскали около самых стен Сердца Хаоса.

Я и дядю отлично понимал, поскольку никак не удастся выйти не опустив башенного моста, что моментально нас дезориентирует.

Над Пастью Леты раздался жалобный заунывный вой, и я с тоской, пробирающей нутро осознал, что один из Стражей ушёл на перерождение.

Медлить больше было нельзя.

— Смотрите! — внезапно заорал Утрамбовщик. — Туда! — указал он рукой в небо.

Предчувствуя самое дерьмовое, мы бросились к зубьям крепостной стены.

Заворачиваясь в огромную спираль и постепенно растекаясь в стороны, ниже облаков формировался огромный дрожащий портал.

Божественный портал грязно-изумрудного цвета.