Характерный легкий скрип, блеск стекла открывающейся дверцы книжного шкафа, блаженная свежесть летнего утра, устремляющегося в недра книжного шкафа с плотными рядами книг. Окна распахнуты, и вся комната наполнена/напоена особым ароматом, какой ощущается лишь в начале лета, торжественно сопровождая чудо вхождения в это время года, полное предвкушения томительного счастья и перемен, которые, кстати, бывают и не нужны, но стремление к обновлению в человеке неистребимо.
Нижняя нота аромата – запах дубового паркета, проявляющего свой оливковый оттенок дерева в жарком луче солнца, падающего прямо на него;
«повышенном» тоне – остаток недопитого с ночи янтарного виски в стакане на маленьком столике рядом с диваном;
в «вызывающем» – особый тягучий запах кожи брошенного на этот же столик портмоне;
в «умиротворяющем» – запах сока зеленой травы, молодого, еще не полностью проявленного, имеющего привкус млечности нарождающегося стебля:
в «верхнем, райском» – едва уловимый, тонкий и призрачный, словно мысленное мечтание поленовских пейзажей – запах распускающейся сирени.
А ты вдруг крутишь головой. Вокруг себя оборачиваешься, к ушам руки прикладываешь, смотришь потрясенно, недоверчиво. Звуков нет? Не было совсем, или ты их не слышал всего какое-то мгновение, в чем твое беспокойство? Вот ведь… счастлив был только что, а испугался чего-то.