Замыкающие

Глава 38: Не он

Планета Миран, Бригстан

Элина Илларионова

Я потянулась к Стефану снова, потому что было приятно чувствовать его теплые сухие губы на своих губах, на щеках, на подбородке, на носу. И миранец не разочаровал, целовал меня нежно, мягко и очень ласково. Порхал губами по коже, то спускаясь на шею, то снова возвращаюсь к лицу. Наверное, именно с Рином, а теперь и со Стефаном я по-настоящему полюбила поцелуи. Потому что они были “говорящими”. Словно целуя мужчина без слов говорил “ты мне нравишься”, “ты - красивая”, “ты - желанная”. А еще пропитанными теплом, без налета откровенности, не как часть прелюдии перед близостью, а как самостоятельный и полноценный вид ласки. А вот Дрейк целовал меня по-другому, с напором, жарко, голодно. И каждый миг этой борьбы губами к губам чувствовалось, что еще немного, и от поцелуя мужчина перейдет на совсем другие, более интимные ласки.

Мне действительно было безумно хорошо. На кромке сознания маячили тревоги за других мужчин, страхи, вызванные ощущением ловушки, в которой мы сейчас находимся. Но я гнала их от себя, потому что сделать с происходящим действительно ничего было нельзя.

Стефан переместился с поцелуями ниже, сжимал талию, комкал ткань моей футболки. Гладил меня, прижимал к себе и целовал, много и сладко целовал. Отвлекал меня собой, окутывал, согревал. И тело полностью расслабилось, стало легким, наполнилось странным ощущением того, что внутри меня горит мягкий свет. Он проходит через каждый орган и каждую мышцу, словно расправляет свои лучи внутри меня. Получается, именно такая она, энергия Стефана? Мягкая, светлая, легкая.

Я ласкала миранца в ответ. Запускала пальцы в кудри. Целовала его, гладила по широким плечам, по рукам, покрытым россыпью еле заметных веснушек. А Стефан щурил глаза, глубокие, ярко-зеленые, и в какой-то момент мне показалось, что там, на их дне, я вижу вспыхивающие белые огоньки.

Мужчина аккуратно поддел мою футболку и стянул ее с меня, а я была так расслаблена и наполнена странным ощущением внутреннего света, что даже этого не заметила. Я словно плавала в каких-то бескрайних ярких теплых потоках, почти пьянея от этих странных, почти мистических ощущений. И только когда рот Стефана накрыл мой сосок, я будто вынырнула наружу, возвращаясь в реальность. Что со мной происходит?

Я уже поняла, что Стефан неспешен и методичен в своих ласках. И вот сейчас, когда его губы коснулись груди, от не сжимал, не прикусывал, он почти невесомо касался темно-розовой вершинки и гладил ее кончиком языка. Мое тело было не против. И я была не против. Я уже перестала понимать, почему тело так податливо пси-энергии моих миранцев, так легко принимает их, подавая мне только сигналы радости и удовольствия от касаний.

Я глубоко дышала, выгибалась, невольно подставляя грудь под нежные ласки влажного теплого языка. Постанывала от сомкнутых на ноющих сосках губ. Покрывалась мурашками от рук, которые ласками ребра и живот.

И дорожку легких поцелуев от ключиц до пупка восприняла все с тем же чувством правильности. И пальцы, которые цепляли кромку брюк и белья, а потом порхали по голым бедрам. И в какой-то момент мозг просто прекратил все анализировать и искать хоть какие-то признаки того, что что-то идет неправильно. А когда губы миранца прижались к бугорку клитора и сомкнулись на нем, из головы как-то разом вышибло все. Стефан изучал меня и мое тело. Мои реакции на то, что он делает. Прислушивался к всхлипываниям, когда его палец проник в меня и стал массировать изнутри. Ловил губами мурашки на коже. Слизывал языком влагу с лепестков плоти. И казалось, что все происходящее растянулось в бесконечность, заполненную ласками. Лоно сжималось вокруг пальцев мужчины. И наслаждение было ярким и необычным, потому что глаза на миг ослепило яркой вспышкой, а странный теплый свет, который я чувствовала где-то внутри себя, казалось прорывается наружу, нагревая кожу изнутри и заставляя кипеть кровь, а сердце стучать на пределе возможностей.

А потом я все испортила. Потому что в самый острый и невыносимый пик своего оргазма, сказала совсем не то, что транслировал мой охваченный эйфорией мозг. Назвала не то имя, совсем потерявшись во времени и пространстве. Я ведь понимала с кем я, знала кто меня ласкает, я не на секунду не задумалась о том, что мужчина со мной - один их трех моих мужчин. Сейчас для меня царил только Стефан. Только он заполнил мои мысли.

Но почему-то я все равно прошептала “Рин”. Тихо и хрипло. Как делала это уже несколько раз за последнюю неделю. И только потом осознала в какую кошмарную ситуацию я сейчас попала. Мне ведь подарил оргазм совсем другой мужчина.

И самое жуткое, что Стефан меня прекрасно услышал.

***

Было ощущение, что воздух вокруг нас закончился. И внутри легких он тоже иссяк. Было тихо, гудели системы очистки воздуха. Я боялась даже пошевелиться.

- Я - не он - услышала я глухое и четкое. Мужчина встал и молча покинул кровать.

Твою планету, что же я наделала? Кажется, я думала как-то о том, что вбиваю клин между мужчинами. Так вот, если до этого его и не было, сейчас я точно вбила его сама. Одним коротким словом из трех букв. Одним именем. Почему оно вообще пришло на ум? Почему именно так? Именно сейчас?

Тело задрожало, хотя было тепло. Меня затопил стыд, противный и едкий. Я не оправдывала себя, хотя где-то и слышала, что в момент оргазма просто невозможно себя контролировать. Я не виновата и нарочно обижать Стефана не собиралась. Пришлось повернуться и вжаться лицом в подушку. И думать, думать, как теперь все исправить.

Я смелая, я сильная. А такие люди не зарывают голову в песок и не бегут от собственных ошибок. Они признают их и находят в себе мужество смотреть в глаза и просить прощение у того, кому сделали больно.

Я рывком поднялась и прямо так, голая и босая, пошла искать Стефана. Ноги были ватными и слабыми. Оргазм, подаренный Стефаном оказался настолько мощным, что казалось, что в моем теле не осталось костей.

Стефан нашелся в кухонной зоне. Он стоял ко мне спиной, только в брюках. Вся его поза с чересчур ровной спиной выдавала огромное внутреннее напряжение. Он словно застыл и вообще не шевелился. Как андроид, которого выключили за ненадобностью. Страшно. Он, наверное, слышал мои шаги? Или не слышал, не важно. Я уже тут и поворачивать назад смысла уже нет.

Я подошла молча и обняла мужчину со спины. Прислонилась щекой к позвоночнику, сомкнула руки на его животе. Кожа миранца оказалась прохладной. Он дышал громко, словно выравнивал дыхание. И просто молчал, не показывая никакой реакции на меня. Только через пару минут все же накрыл ладонями мои руки и сжал запястья. Значит, можно начать говорить

- Провернись, пожалуйста - попросила я. Несмотря на внутренний мандраж, голос звучал ровно.

Миранец действительно развернулся. Лицо было спокойным, и, если бы я не знала этого мужчину уже какое-то время, подумала бы, что с ним все в порядке. Но только это было не так. Стефан почти все время улыбался. То лукаво, то открыто, то буквально уголками губ. А чаще всего он улыбался глазами. А сейчас на лице не было ничего подобного.

Не знаю, как мужчины могут реагировать на подобные ситуации. Темпераментные, наверное, кричат и ругаются, агрессивные, возможно, применяют силу и крушат мебель, спокойные обижаются и уходят, пытливые начинают выяснить подробности и выворачивать твою душу. Своей ошибкой я, по сути, показала какой из мужчин мне дорог сейчас, о ком я думаю во время близости с другим. Кого я представляю на месте Стефана. Хотя это было не так.

- Прости меня, Стефан - я смотрела ровно в глаза, не отводя взгляд, не пытаясь контролировать лицо - я не хотела тебя обидеть или сделать больно.

- Я знаю, Эля - прозвучало совершенно спокойно.

Так, и что делать дальше?

Я растерялась. Оправдываться - глупо. Врать - глупо. Молчать - глупо.

- Поцелуй меня - попросил миранец.

Хм.... хорошо.

Я потянулась к его губам, прикоснулась к ним и совершенно ошалела от того, что произошло дальше. Потому что случился и голод, огонь и жажда. И поглощающие касания языка и губ. Словно в Стефане сорвало какой-то внутренний предохранитель. А у меня совсем отключился мозг, устав все анализировать.

Стефан прошелся ладонями по моей спине. Не в неспешной ласке, а в какой-то хаотичной. Голая кожа отзывалась почти болезненными горячими мурашками. Мужчина прижал меня к себе. Поднял за ягодицы и посадил на стойку, заменяющую стол.

И снова в теле появилось странное ощущение света под кожей. Внизу живота пульсировал почти болезненный жар. Стефан, мягкий, нежный, спокойный мужчина, целовал и обнимал меня, будто завтра настанет конец света. Это так контрастировало с тем, что он делал со мной до этого, что я совершенно потерялась в вихре противоречивых ощущений.

Все перемешалось: и поцелуи шеи и плеч, откровенные и горячие, и язык на открытом для ласк горле и камешках сосков, и пальцы, сжимающие бедра, между которыми было мокро и скользко.

Миранец наклонился к самому уху и, выталкивая воздух, хрипло уточнил:

- Как меня зовут, звёздочка?

- Стефан - сообщила я тихо.

Твою галактику, что сейчас между нами происходит?

- Повтори - попросил меня миранец, наклоняясь к соску и прихватывая его губами.

- Стефан - простонала я, ерзая обнаженными ягодицами на поверхности из дерева и пластика.

- Мне остановиться, Эля? - спросил мужчина тихо и вкрадчиво.

Ощущение внутреннего света почти жгло, он словно гулял под кожей, расползаясь по всему телу. Если я закрывала глаза, казалось, что под веками взрываются световые блики. И возбуждение было сильным, почти болезненным. И даже смена поведения моего рыжего миранца не пугала.

- Нет - проговорила я, обнимая Стефана за спину, наслаждаясь тем, как его мышцы перекатывались под пальцами.

Миранец сдвинул меня к краю стойки, проводя руками по бедрам. Сжал ягодицы, прислоняясь горячим членом между ногами. В этот момент я не думала ни о чем. Совсем. Это пугало и радовало одновременно. Но страха, сомнений или еще чего-то негативного я точно не испытывала. Доверяла ли я своему второму мужчине? Не шла ли на этот шаг, чтобы не портить с ним отношения? Я не могла анализировать. Поэтому просто слушала тело, а оно уверяло, что все правильно. Все вовремя. Все...

-Ах... - я вцепилась в предплечья мужчины, когда его плоть заполнила меня медленно и до упора. Влаги было достаточно и член Стефана скользнул в меня легко, хоть его габариты оказались немного больше, чем у Рина. Ох, твою галактику, не думай о Рине, Эля, не думай о нем сейчас.

Стефан заполнил мое лоно, не отрывая глаз от моего лица. Он придерживал меня одной рукой за подбородок, считывая мои эмоции. И я смотрела на него и прикрыла глаза, только когда он двинулся обратно.

Миранец потянулся ко мне за поцелуем, снова толкаясь в мое тело. Его движения были растянутыми, он входил максимально глубоко, и внутренние мышцы отзывалось на его движения приятной пульсацией. Стефан положил ладонь на мой лобок, массируя большим пальцем клитор. Набухшая плоть отзывалась на эти ласки, посылая импульсы удовольствия и приближая мою разрядку. Я еще сильнее развела ноги в стороны, чтобы чувствовать Стефана сильнее и еще ближе.

Мне казалось, что я свечусь изнутри. И если сейчас на нулевом уровне вырубить иллюминацию, то мой личный свет не оставит нас в полной темноте. Голова запрокинулась, я зажмурилась и хрипло застонала. Разрядка накатывала волна за волной. Я сжимала член Стефана лоном, а он последовал за мной, наполняя своим освобождением.

- Как меня зовут, Эля? - прошептал миранец, не выходя из моего тела. Он держал меня за талию, лаская кожу. Прислонялся щекой к моей щеке. Тело вибрировало, а сердце билось очень быстро.

- Стефан - повторила я.

Мужчина улыбнулся, поцеловал меня и погладил по щеке.

- Ты невероятная, звездочка - Стефан прижал меня к себе - красивая, желанная, нежная. Я не обижаюсь на тебя, милая. И надеюсь, своим напором я тебя не напугал. Я все понимаю и знаю, как дорог тебе мой побратим, и как много он для тебя сделал. Если бы не он, ты бы не подпустила меня к себе. Рин показал тебе, как с нами может быть хорошо. И теперь ты нас не боишься.

- Мы настроились друг на друга, Стефан? - уточнила я, чувствуя, как плоть миранца, ставшая на некоторое время меньше, опять увеличивается и каменеет внутри меня.

- Не совсем - после паузы пояснил мужчина и сделал движение тазом назад и снова вперед, тараня меня своим членом. Моя плоть откликнулась, возбуждение снова усилилось, и я застонала - но мы сейчас это исправим. Мне кажется, это самый лучший способ не думать о плохом и не переживать.

Еще толчок, касание пальцами клитора, губы на соске. Еще один мой стон. Прикушенная губа. Откинутая назад голова. Язык Стефана на моем горле. Искры под закрытыми веками. Ощущение свечения изнутри.

- Ох...Стефан...ааа..

- Повтори, звездочка, повтори еще раз - зашептал мужчина. И я повторила.