Завещание

Дорога

Машину тряхнуло на очередной яме. Чтобы избежать следующую встряску, водитель Володя крутанул руль резко влево, и тут же раздался истеричный гудок встречной BMW.

– Ну, Володя, ты чуть меня на бабки не поставил.

– Чуть не считается, Владимир Алексеевич. А если бы в этой яме диски погнули или подвеску сломали?

– Дорога у нас ещё та, – согласился со своим водителем Владимир Алексеевич, – пара километров до склада, а яма на яме. Как специально.

Владимир Алексеевич, директор и владелец очень крупного коммерческо-производственного объединения, ехал на свой склад на окраину города.

– Вы бы поговорили с администрацией, мучаемся же с дорогой. Пусть сделают, у вас там есть связи. А, Владимир Алексеевич?

– Связи! Связи – это когда я им в карман бабки отстёгиваю, чтоб они мне жить не мешали. А про дорогу они говорят, что им бюджет не позволяет, денег нет.

– Жаль, – сказал Володя, и их тряхнуло ещё раз, и что-то заскрежетало с правой стороны.

– Только бы не диск, – взмолился Володя.

– Твою мать, чёртова дорога, – разозлился Владимир Алексеевич, – нашу администрацию по этой дороге бы катать. А то денег у них нет!

Владимир Алексеевич мрачно ходил по огромному складу, плохо слушая доклады подчинённых, что-то обдумывал, так же мрачно поехал в офис. Перед офисом он вдруг повеселел, видно, принял решение.

– Всё, Володя, ну их на хрен всех, сам построю дорогу до склада. Всего-то пара километров.

– Ну и правильно, Владимир Алексеевич, – одобрил шофёр, – ну и правильно.

В офисе Владимир Алексеевич развил бурную деятельность. Он кому-то звонил, вызывал к себе экономиста, бухгалтера, секретарша Юлечка сбилась с ног, нося в кабинет шефа кофе, чай, бутерброды, печенья, булочки.

В коммерческо-производственное объединение Владимира Алексеевича входили завод железобетонных изделий, две строительных фирмы и несколько торговых, как оптовых, так и розничных, короче – денег хватало.

Неделю шли подготовительные работы, и, наконец, началась укладка дороги. Владимир Алексеевич даже помолодел за это время, так ему всё это нравилось.

Осталось уложить несколько метров асфальта и нанести разметку. Дорога получилась гладкая, ровная, Владимир Алексеевич с явным удовольствием ходил по ней.

И тут неожиданно появился глава администрации.

– Ты что себе позволяешь, а, Владимир Алексеевич? Что это такое?

– Это? Дорога, Максим Максимович, а что?

– Без согласования, безо всего! Давно ты стал хозяином здесь?

– Да каким хозяином, Максим Максимович? На склад мой не проехать, диск погнул у своей «бэхи». Слегка поправил проезжую часть, ну и тротуары заодно.

– Это самоуправство, Владимир Алексеевич. Демонтировать! Срочно!

– Демонтировать?! Да вы в своём уме? Да пускай будет. Я с администрации и копейки не взял.

– Я-то в своём уме, а вот ты, Вова, с головкой не дружишь. Демонтировать, а иначе повестка в суд.

– Какой ещё суд, Максим Максимович?

– Наш суд, самый гуманный и справедливый.

Максим Максимович недовольно хлопнул дверью своего «Мерседеса» и уехал.

– И что делать, Владимир Алексеевич? – спросил прораб.

– Что делать? Доделываете.

Дорогу закончили в воскресенье, а уже в среду Владимира Алексеевича вызвали в суд.

– Как лихо-то! – возмущался он в своём «BMW». – Обычно тянут, тянут, а тут за два дня управились. Оперативно.

– За что судить-то будут? – удивлялся Володя.

– За дорогу, ясный пень, в смысле за самоуправство.

Из здания суда Владимир Алексеевич вышел радостно-весёлый.

– Всё в порядке? – с надеждой спросил Володя.

– Ну да, – сказал Владимир Алексеевич и потряс документами перед носом водителя.

– Что это?

– Штраф и счёт за работы по приведению дорожного полотна в первоначальный вид.

– Чего? – не понял Володя.

– Чего, чего. Работы осуществлялись без проекта и согласования с администрацией, что могло причинить вред местным жителям и их имуществу.

– Они там с ума сошли? Вы видели, Владимир Алексеевич, как они привели дорогу в первоначальный вид?

– Нет и смотреть не хочу.

– Поехали, посмотрим, должны же вы знать, за что платите.

– Ты что-то хитришь, Володя, по глазам вижу.

– Поехали, поехали.

Владимир Алексеевич с удивлением вышел из машины.

– Забавно, – произнёс он.

По краям дороги и по разделительной полосе аккуратно отбойным молотком были наделаны отверстия через каждый метр дорожного полотна.

– А что вы удивляетесь, Владимир Алексеевич? Да если бы эти ремонтники что-нибудь с дорогой сделали, их местные тут же и закопали.

Владимир Алексеевич вздохнул:

– Наивняк ты, Володя. Думаешь, рабочие посмели бы ослушаться нашу администрацию? Да и обыватели наши с дивана бы не сползли и тапки бы не надели, пусть хоть весь мир рушится. Тут всё хитрее. Думаешь, почему Максим Максимович в самом конце строительства появился? Думаешь, он не знал, что я дорогу строю? Знал. Администрация там, наверху, выпросит деньги на строительство дороги, дырки аккуратно залатает, а оставшиеся бабки честно поделят меж собой.

Водитель удивлённо хлопал глазами, а потом произнёс:

– Не расстраивайтесь, Владимир Алексеевич, ваши деньги не зря потрачены.

– Я не расстраиваюсь. Поехали, Володь, работать.