Взгляд со стороны – 2. Злой целитель

Интермедия 5

Да что за день-то сегодня такой??? Вначале с утра не завелась машина. И главное, вообще непонятно с чего вдруг, то ли аккумулятор сдох, то ли стартер. Выяснять проблему времени не было — на сегодня был намечена операция, потому пришлось ломиться в контору на общественном транспорте. А после этого из центра до вокзала не смогли доехать, несмотря на мигалки и матюгальник, — какая-то дурная авария произошла, перегородившая всю дорогу. Так ещё и именно меня отправили ловить этого внезапно испарившегося героя. Почему именно я? Я что самый крайний? Хотя, есть возможность, что начальство отметит, но маловероятно. А вот обратная ситуация, когда начальство заметит, что не выполнил то что нужно или выполнил, но не в срок — тут вероятность огрести гораздо выше.

Но в принципе — чего сложного пацана найти? Тем более, что есть его адрес. Пока ехал в троллейбусе, да-да, капитанам ФСБ нынче служебный транспорт не полагается, только личный, а личный сегодня меня здорово подвёл. Говорить об этом подполковнику, который яыно был не в духе — было как-то не с руки. В общем, пока я ехал на общественном транспорте по поручению любимого начальства (даже в мыслях называть начальство нелюбимым не стоит, кто его знает, как это эмоциями на лице проявится!), успел позвонить Коле, сегодняшнему дежурному, и попросить пробить адресок нашего героя.

Коля отзвонился буквально спустя пару минут и сообщил номер телефона, правда стационарный. Насчёт сотового — сложнее, тут надо пробивать через сотовых операторов — геморроя порядочно. А они ещё тоже горазды по мозгам покапать. Говорят, в советские времена было работать куда как приятнее. Никаких тебе неприязненных взглядов в спину, только испуганные… А сейчас не только взгляды, но и даже обматерить могут. Вообще не боятся, хотя и зря, в общем-то.

Пока ехал, позвонил гражданке Агаповой и поинтересовался, не приехал ли её сын. Та в ответ начала изливать на меня чуть ли не всю свою жизнь. Особенно про то, как она переживала, пока её сыночка не отпустили. Да блин, вон на кой хрен мне эта информация? Но сына её на месте пока не было. Чтобы совсем мозги не вскипели от еёжалоб — поскорее повесил трубку.

И вот уже, выходя из троллейбуса для пересадки на второй понял, что так спешил повесить трубку, что не попросил мамашу задержать сына до моего прихода. А это здоровенный такой прокол. Мало ли — вдруг он приехал, и куда уже сейчас собирается. Пришлось слушать опять пробиваться через её бурный поток словесного водопада:

— А вы случайно не знаете, куда ещё ваш сын мог поехать, если не сразу домой?

— Так он, наверное, к Максику поехал, в больницу! У Димки же друг в больнице лежит, так он перед отъездом дневал и ночевал в больнице, пока не уехал. Еле удалось его отправить на эту экскурсию. Эх, знала бы, что там такой ужас твориться будет, ни за что бы его не отправила!

— А в какой он больнице?

— Так в третьей городской, в травматологии он. — пришлось разворачиваться и опять идти на троллейбус. Опять почти к вокзалу ехать, ну что ты будешь делать!

— А ФИО друга не подскажете?

— Максим Федорович Мануйлов.

— Хорошо. Я тогда съезжу в больницу, а сына, когда придёт никуда не отпускайте, пусть меня обязательно дождётся.

— Ладно, передам.

Может поймать такси? Но на мою зарплату на такси не наездишься, а молодая супруга требует внимания и неслабых трат, так что в кармане ветер гуляет. Нет, придётся опять ехать на троллейбусе — благо тут корочки работают в качестве билета.

Когда я поинтересовался на стойке администратора, где палата Мануйлова, меня огорошили вопросом:

— А вам который нужен?

— А у вас их несколько?

— Ну да, Максим Фёдорович и Фёдор Максимович. Отец и сын.

— Мне нужен тот, который сын. — здраво полагал, что студент вряд ли будет дружить с отцом, ведь его ровесник, ставший папашей, точно не лежал бы в больнице отдельно от сына.

— Максим лежит в травматологии, я пятьсот четырнадцатой, но ещё не начался приём пациентов.

— Меня это мало волнует.

— Ну смотрите, я предупредила. Халатик накиньте и бахилы надеть не забудьте.

Так и быть, облачился в больничное одеяние и поспешил в указанную палату.

На подходе к палате меня повстречала огромная баба гренадёрского роста и ехидно так поинтересовалась:

— И куда это ты собрался?

— В пятьсот четырнадцатую, к Мануйлову!

— Я гляжу к нему сегодня зачастили!

— А кто зачастил, гражданочка?

— А ты кто такой, чтобы у меня интересоваться?

Показал удостоверение.

— Так что? Кто у него сегодня был?

— Да пацан какой-то. Крепкий, даже из хватки моей вырваться смог. Да и даже зубы на меня посмел оскалить, явно есть яйки у парнишки! Ну или просто глупый.

— Позвольте я тогда у Максима поинтересуюсь, не тот ли это человек, который мне нужен?

— Да, конечно, проходите. Но только не задерживайтесь, а то всё-таки ещё приёмное время не наступило.

Я недоуменно на неё посмотрел и прошмыгнул в любезно открытую для меня дверь.

Найти нужного мне пациента труда не составило.

— Мануйлов Максим Фёдорович?

— Да, — отозвался выбранный мною парень.

— Капитан ФСБ Петров. — Помахал корочкой у него перед носом. — Меня интересует Дмитрий Агапов. Он сегодня у вас не появлялся?

— Ну ни хрена себе, а шкет-то реально за базар отвечал! А я подумал, что он туфту гонит! — раздалось из угла от явного бывшего сидельца. Я на него только один взгляд бросил и тот тут же покаялся, — Молчу, молчу!

— А что он сделал-то, капитан? — донеслось с другой стороны. А этот человек явно военный, судя по выправке.

— Это не важно. Судя по возгласу вашего товарища по палате, он тут явно был. Опять не собирался приехать?

— Да собирался, только его бешенная Агнесса выгнала! — выдал тут же уголовник.

— Он обещал приехать в часы приёма. — Подтвердил Максим.

— А во сколько они?

— С одиннадцати до часу.

— Мда, целый час ждать… Долго. У тебя же есть его номер?

— Конечно.

Сотовая сеть мне сообщила, что абонент нынче не абонент. Вот гад! Телефон выключил! Ну ничего, сейчас я его маме позвоню. И чего я сразу у неё номер не спросил? Да что со мной сегодня такое? Словно проклял кто? Банальные вещи не могу сообразить?

Мама по телефону сообщила, что Дима домой приехал, но кто-то позвонил в дверь и он ушёл. Она не успела узнать, кто это был, поскольку была на кухне. А он ничего не сказал, чего за ним не водится. Она вообще думает, что его похитили ради выкупа. Ведь она пробовала ему позвонить, но там вначале не брали трубку, а потом телефон выключили. Но что с неё взять? Какой выкуп? Господи, ну откуда у неё такие бредовые мысли? Кто будет похищать сына училки ради выкупа? Что-то у меня от разговора с ней начала болеть голова. А ведь ещё только утро.

Пришлось снова звонить Коле и просить-таки выйти на связь с операторами и выяснить примерный район последней дислокации телефона. За это время кивком успел попрощаться с пациентами и уйти, услышав напоследок из палаты мощный бас бой-бабы:

— Я сейчас покажу тебе бешенную! Так позорить меня перед спецслужбами!

И вялый оправдательный скулёж уголовника разобрать не удалось совершенно, впрочем мне до него дела нет. В контору смысла ехать нет — начальник узнает — прибьёт меня. И будет в принципе не так уж неправ. Потому надо где-нибудь перекусить и дождаться звонка от дежурного.

Коля сообщил мне нужную информацию и я едва не застонал — судя по всему мой клиент находился в ментовке, относительно недалеко от своего дома. Но мне-то опять ехать через весь город! Да что за невезуха-то! В результате плюнул и решил взять такси. Не обеднею от одной поездки! Но сегодня у меня нет желания ездить опять на общественном транспорте.

Таксистом оказался какой-то Бастурмек из Средней Азии. Когда я ему махнул корочками ФСБ, он, смирившись, согласился помочь правосудию в моём лице и отвезти меня бесплатно. Явно за ним водятся какие-то грешки. Ну да не до него сейчас.

А вот отделение полиции меня совершенно не порадовало. Оказалось, наш герой каким-то образом по пути от дома избил двух прохожих, которые сейчас как раз писали заявление. И меньше всего они походили на прохожих, а больше всего на обычных гопников. И подполковник ОМОНа пострадал в драке с ним же, когда производил задержание. В чём, правда, это выражалось — я не совсем понял. Но самое странное, что этот подполковник явно полез в бутылку и хочет парня засадить.

И я едва не сорвался! Едва не до истерики докатился. Начал сыпать угрозами, что их всех посадят и меня в том числе, если у него хоть один синяк найдётся. У гопников с милой улыбочкой поинтересовался, а как отреагируют их друзья, когда узнают, что они из-за банальной драки пошли стучать в ментовку?

Те как-то сразу собрались забрать свои заявления, но подполковник не был так прост.

— Ну чего ты гоношишься капитан, Ну сядет этот кадр, и что с того? Кто он такой-то, чтобы из-за него такую бучу поднимать?

— Либо вы мне его сейчас покажете, либо я звоню начальству, оно звонит вашему, и тогда вы мне всё равно его показываете, но тогда проблем будет гораздо больше, причём у всех.

Меня отвели к камере, а там лежал парень с явными признаками ушиба всего лица и сотрясением мозга. Кранты. Мне кранты. Начальник меня сожрёт с говном! Что делать?

Мой язык начал при виде этой картины непроизвольно находить и выдавать решение для выхода из данной ситуации. И единственным вариантом тут были гопники, те самые несчастные, которые мало того, что отхватили, так теперь ещё и сядут. Да, не повезло парням — оказались не в то время, не в том месте.

Блин, лишь бы он коньки не отбросил от такого удара! И ведь здоровый этот подполковник, что твой лось, а вот ума точно с гулькин нос. Это надо же на ровном месте так нарваться, да ещ и меня так подставить. Да что за день-то сегодня такой? Когда он уже закончится?

Как ни странно, теория, выданная моим подсознанием, пока сознание паниковало, оказалась довольно стройной, и была принята подполковником на ура. И мы пошли её осуществлять. Гопники покочевряжились, но согласились написать чистосердечное признание, особенно когда подполковник им напомнил про какую-то трубу. А дальше уже было дело техники — вызвали скорую, которая должна была отвезти парня в травматологию. Ха-ха, к его другу. А сам я пошёл сдаваться к шефу, предварительно запасшись внушительными объёмами смазки. Вечером напьюсь, точно напьюсь!