Глава 4

Значит, «Набор Колониста»? «Говорящее» название, да и состав крайне интересный. Я рассчитывал на стандартный аварийный набор для потерпевших крушение – паек, медпакет, средства спасения, а по факту получил расширенный комплект, который в перспективе позволял достаточно долгое время продержаться вне цивилизации. А если прикинуть набор инструментов, батареек и снаряжения, то вполне возможно создать базовый лагерь.

Набор колониста. Значит, меня, вернее, нас, сбросили, чтобы осваивать этот дикий край? Стать первопоселенцами новой планеты? Любопытно… И еще Схемы… Вот зачем мне Схемы? Получалось, что у кого-то на поверхности есть репликаторы, и мы должны объединиться? Но как?

Я достал вокс, пришлепнул металлический кружок за левое ухо – жест вышел неосознанным, привычным, в прошлой жизни я тысячи раз проделывал это движение. После демонстрации логотипа корпорации VOX устройство запустилось – и сразу же вспыхнуло записанное сообщение.

Табло дополненной реальности трансформировалось в полупрозрачный экран – как будто открылось окно в другой мир. В нем отработанно улыбнулся элегантный мужчина в черно-серебряном мундире со звездным плетением на плечах и жестком воротнике. За его спиной виднелся мостик космического корабля, серебристые консоли управления и огромный обзорный экран, сияющий тысячами звезд.

– Приветствую, колонист! Меня зовут Йан Воглер, я координатор Звездного Флота и капитан ковчега «Хельга». То, что вы сейчас прослушиваете это автоматическое сообщение, означает, что самая сложная часть нашего пути успешно преодолена и посадка прошла успешно.

Сообщение на миллисекунду затормозило, чтобы тут же продолжиться, но с новой ноты; голова капитана и выражение лица были чуть иными, словно из записи вырезали небольшой кусок.

– Вероятно, сейчас вы находитесь в шоке, ничего не помните, мало что понимаете и испытываете слабость и тошноту. Пожалуйста, не волнуйтесь – вашему здоровью ничего не угрожает, это абсолютно нормальные последствия криогенного стазиса, в котором долгое время находился ваш организм.

Снова схожая пауза. Секундная метель помех. И продолжение как ни в чем не бывало:

– Вы являетесь одним из миллиона добровольцев, согласившихся участвовать в проекте «Космо». Миссией нашего проекта является повторная колонизация Земли после глобальной катастрофы класса «А». Мы провели в безопасном космосе… – изображение вновь остановилось, поплыло разноцветными штрихами, но сбой тут же закончился, и капитан невозмутимо закончил, – … лет. Не пугайтесь, сейчас все уже позади, и нам предстоит заново построить наш дом. Сброс капсул и грузов с ковчега происходит согласно запрограммированным алгоритмам в заранее намеченных для колонизации районах. Краткая инструкция: после приземления не покидайте район посадки. На капсуле установлен маяк, передающий непрерывный сигнал, который поможет поисковой группе легко обнаружить вас. Связь с «Хельгой» осуществляется через вокс-канал, при необходимости воспользуйтесь ракетницей из аварийного набора или подайте дымовой сигнал. Ваша задача – немного продержаться, если вы попали в неблагоприятный район, и дать себя найти. Координаторы проекта «Космо» получили нужные инструкции и уже занимаются вашим вопросом. Внимание! Поблизости могут оказаться другие колонисты, объединяйтесь и помогайте друг другу. Следуйте инструкции и берегите себя! До скорой встречи!

Вот так. Значит, проект «Космо»? Один из миллиона добровольцев? Повторная колонизация Земли?

Я еще раз посмотрел вверх, на голубое веретено – то ли пульсар, то ли диск аккреции. Совершенно очевидно, это светило не имело отношения к желтому карлику, на третьей планете которого зародилась земная цивилизация. Невозможно представить, что должно произойти с нашим Солнцем, чтобы на его месте появилось вот такая голубая хреновина. Затем я взглянул на сияющее древо на горизонте. Вспомнил летающую медузу и ночного шестиглазого волка, ночь без звезд и странный бесконечный горизонт.

Что за бред я только что прослушал? Какой, к чертовой матери, Земли? Как моя родная планета могла превратиться в такое, сколько лет вообще мы провели в криостазисе?

Нет, это какая-то ошибка. Этот мир не может быть Землей. Вокс был запаян, скорее всего, это сообщение было записано на устройства всех колонистов заранее, возможно, когда ковчег проекта «Космо» находился еще на Земле. А вот что произошло дальше и как мы очутились здесь, а главное, где и когда это «здесь», – самый большой вопрос, на который пока нет ответа.

Тем не менее полезные зерна в сообщении тоже были. Я действовал правильно, оставаясь около места крушения – если маяк не сгорел, по его сигналу найти капсулу проще всего. И другие выжившие просто обязаны существовать, раз началась высадка на планету!

Так, он там что-то говорил про связь…

Я мысленно пролистал видимое только мне меню дополненной реальности. Нет, ничего нет, пустое, нулевое, даже не активированное устройство. Все разделы – серые, иконки сетевых приложений горят вопросительными знаками.

Вокс-сетей не обнаружено.

Связи не было.

Ладно. Попутно синхронизировав вокс с браслетом-криптором, чтобы использовать мнемоуправление на обоих девайсах, я залез в настройки и начал сканировать расширенные протоколы сетевого доступа, а заодно – все радиочастоты. Где обещанная капитаном связь? Даже если на секунду предположить, что я на Земле, чудовищно измененной катастрофой с загадочным префиксом «А», где уничтожены все передающие и принимающие устройства, «Хельга», по идее, уже должна запустить на орбиту рой спутников-ретрансляторов, которые обеспечат нормальную вокс-сеть…

Но мои тайные надежды не оправдались. Ничего нет. Никаких сигналов. Я уже начал отчаиваться, когда поиск неожиданно обнаружил странную чужую сеть. Или она нашла мой вокс? В любом случае мой девайс попытался подключиться к чему-то, на мгновение высветив полный сигнал, однако попытка присоединения была отвергнута.

Подключение невозможно. Неизвестная ошибка.

Встрепенувшись, я попытался снова и снова, разными способами, однако не добился ничего, кроме череды сообщений «подключение невозможно», «неизвестный тип шифрования», «неизвестный протокол». Природа блуждающего сигнала, который обнаружил вокс, оказалась загадочной – она вроде бы и функционировала по принципам вокс-сетей и в то же время нет. Или соответствовала лишь частично. Или была странно закодирована. Здесь требовался специалист по сетям, которым я, к сожалению, не являлся.

Сообщение меня встряхнуло, но никто не обещал, что найдут меня быстро. Так что следовало продолжать свою робинзонаду. Хорошенько перекусив и тщательно перебрав и вновь упаковав в криптор находки, я отправился к озеру. На берегу вырубил длинную жердь, распаковал и запустил пневматический самонадув лодки.

Небольшая, двухместная, черная с оранжевым, с острым носом и овальной кормой, она отлично держалась на воде. Плавать больше не придется!

Переправиться на островок было несложно, почти везде шест доставал до дна. Я нашел пологое место, загнал лодку в заросли синей осоки (жесткой и острой как бритва) и спрыгнул на берег, даже не замочив ног.

Остров был вытянут в длину и относительно невелик. Ну как – сотня на полсотни шагов, места хватало для густых прибрежных кустов, рощицы деревьев и большой скалы, вернее, трех покатых скал, вместе с россыпью валунов образовавших уютную ложбинку.

Она мне сразу приглянулась как отличное место для лагеря, с трех сторон защищенное от ветров и дождя покатыми каменными боками. Три стены уже есть, сделать навес или крышу – несложно, а при желании вообще можно соорудить там капитальное убежище.

Однако, как оказалось, уютное местечко понравилось не только мне. У него уже были жители!

Я в растерянности остановился, глядя на разбитые сразу после высокой травы аккуратные грядки. Огород, больше ничем это быть не могло. Маленький, шесть рядов, но культурно обработанный, полностью прополотый от сорняков и даже окученный. На ближних ко мне грядах в маленьких зеленых кустиках алели ягоды, затем зеленела ботва каких-то овощей, а дальше – желтели ребристые бока круглых плодов вроде тыкв или дынь.

Ничего себе! Я осторожно обошел огородик, заглянул в ложбинку между скал. Пусто, высокая трава, камни и кусты. Прогулялся вокруг скал, ожидая лицом к лицу столкнуться с таинственными аборигенами – никого.

Остров был абсолютно пуст.

Я вернулся к огороду. Никаких следов человека вокруг, тропок, примятой травы, сломанных кустов или орудий труда, с помощью которых все это вскапывали, окучивали и орошали. Никаких, кроме тех, что только что оставил я сам.

Но кто-то ведь это все сделал! Или на этой планете огороды растут сами по себе, как светящиеся деревья на горизонте?

В задумчивости я присел и сорвал одну из ягод. Крупная, ало-фиолетовая, она мало чем отличалась на вид от земной клубники. Пахла съедобно, слюна мгновенно заполнила рот. Решившись, я откусил половинку ягоды, и кисло-сладкий аромат защекотал рецепторы. Вкусно, черт побери! Очень вкусно!

Мои гастрономические эксперименты прервал негромкий свист. Его источник обнаружился мгновенно – мохнатый зверек возле грядок, вставший на задние лапы и смотрящий на меня точь-в точь как законный хозяин огорода на воришку. Он снова возмущенно присвистнул и подпрыгнул, нервно притопывая одной лапой.

Кажется, он пытался меня прогнать, но выглядел настолько забавным и безобидным, что я не сдержался и рассмеялся. Зверек походил на хомяка или белку, пухлый и трехцветный, с уморительной кошачьей мордочкой и белыми кисточками на ушах. Возможно, впечатление было обманчиво, однако у меня даже мысли не возникло охотиться на него – скорее наоборот – хотелось потрепать по загривку это рассерженное создание.

Отчаявшись меня напугать, толстый мохнатик с важным видом выдрал пару травинок на грядках, быстрым движением задних лап разрыхлил мой след и юркнул куда-то в сплетения лоз. Там обнаружилась норка, ведущая прямиком под грядки, откуда при моем приближении послышался возмущенный свист.

– Подожди, так получается… это ты построил? – растерянно спросил я у норы.

Приглушенный свист. Затем в норе мелькнула мохнатая задница и в мою сторону полетели мелкие комья земли. Видимо, таким способом огородник снова выразил свое отношение к двуногим воришкам. Забавно, но он меня совершенно не боялся. Легкая добыча, но…

– Уверен, мы подружимся, – сказал я ему. – С соседями нужно дружить.

Зверек выглядел безобидным, а феномен огородничества требовал изучения. Отказываться от удачного места из-за неожиданной встречи я не собирался и начал распаковывать вещи.

Палатка – хорошая, как минимум двухместная, надувная. Лежанка. Навес из купола парашюта – так, чтобы его было хорошо видно с высоты. Сухой мох, трава, дрова (за ними пришлось еще раз сплавать на берег). Я подготовил два костра – очаг для приготовления пищи и – поодаль – большой, сигнальный, дым от которого можно заметить издалека… Теперь проблема с разведением огня исчезла – в бивачном наборе имелись и огниво, и воспламенитель, и даже сухое горючее. С пищей, слава богу, тоже все было хорошо. Имеющиеся в наборе продукты можно было разделить на два вида: сухие прессованные пластины пеммикана – его я уже распробовал – и разнообразные сублиматы в фольге. Также имелись таблетки для обеззараживания воды, пакет с клапаном для мусора, очищающие салфетки и даже губка для мытья посуды.

Я заострил новым ножом две рогульки из сучьев и воткнул их в землю, повесил над огнем новенький титановый котелок. Бросил туда разломанную на куски пластину сублимата, вытряхнул из пакетика приправы и, глядя на закипающую воду, опять почувствовал себя туристом в национальном парке. С синими деревьями и инопланетными животными.

Справа послышался шорох и уже знакомый свист. Любопытная мордочка зверька мелькнула за грудой хвороста. Все время постройки лагеря он бдительно следил за мной со своего огорода, а теперь, значит, решил прийти и проведать нового соседа?

Снова свист, но другой тональности, требовательный, что ли?

– Кыш! – попытался припугнуть я гостя в ответ.

Огородник присвистнул и исчез, быстрой тенью юркнув в норку. Двигался он, несмотря на безобидную пухлость, удивительно стремительно.

А на земле в двух шагах от меня остался густо-фиолетовый овощ с длинным хвостиком ботвы. Такие же пышные розетки зеленели на грядке. Подняв, очистив от комьев земли и осмотрев, я пришел к выводу, что это корнеплод, удивительно похожий на земную морковь. Немного другого цвета и более плотный на ощупь, но что я знал о сортах моркови? На всякий случай я скормил кусочек анализатору, который прилагался к медпакету, и прибор одобрительно замигал зеленым.

Это означало, что продукт не содержит опасных веществ и потенциально годится в пищу. Ну точно, морковь, просто инопланетная и фиолетовая. Получается, сосед ко мне знакомиться с морковкой пришел, а его «кыш»? Некрасиво. Отмыв корнеплод в воде, благо далеко идти не нужно было, я отрезал кусочек, схрумкал – сладковатый, вполне съедобный, – а затем мелко почикал его в кипящий бульон. С овощами будет наваристей.

Золотой день сменил золотой вечер. Я долго возился, загораживая вход в лагерь нарубленным «копейным» деревом – так, чтобы тварь вроде шестиглазого волка, даже если ухитрится переплыть озеро, не смогла просто так пробраться к моей палатке. Кто сказал, что здесь нет других хищников – аллигаторов там или ядовитых змей? Конечно, полноценный частокол за несколько часов соорудить невозможно, но импровизированную баррикаду из заостренных палок – вполне. В результате у меня появился небольшой клочок земли, с трех сторон защищенный скалами, а с четвертой – огороженный кольями. Палатка, навес и дворик с очагом внутри – уже можно жить.

Разобрал необходимые мелочи, немного потренировался с пистолетом. Патронов было откровенно жаль, однако я все равно сделал десяток выстрелов по самодельной мишени. Следовало понять, как обращаться с оружием, вытаскивать, стрелять, перезаряжать. Привыкнуть к отдаче, понять его возможности. Если возникнет экстремальная ситуация, отстрелянный на тренировке магазин может спасти жизнь.

«Защитник» порадовал. Тихий хлопок выстрела, незначительная отдача, целеуказатель – вещь! Буквально с третьего патрона я пристрелялся и уверенно попадал в бумажную обертку от сухпайка, закрепленную на стволе дерева в двадцати шагах. Возникло ощущение, что раньше приходилось заниматься чем-то подобным – не то чтобы профессиональный, но четкий навык стрелять и попадать в цель у меня имелся. Моторика «вспомнила», как набивать патронами и защелкивать магазин, как доставать и правильно держать двумя руками пистолет. У меня это было… вот только откуда?

Под вечер в озере начала бить рыба. И неплохая, судя по расходящимся кругам. Вспомнив, что в кейсе есть рыболовный набор, я распаковал его, осмотрел мотки лески, блесны и крючки, но в сгущающихся сумерках не рискнул собирать снасть и заниматься не особо знакомым делом. Еды у меня пока было предостаточно, хотя нельзя пренебрегать ничем. Попробуем завтра, на рассвете.

Вытаскивая лодку из воды и обустраивая ее ночлег на берегу, я заметил кое-что новенькое.

Над озером скользила медуза. Огромная, не чета той крохе, что накануне ужалила меня. Оценить размер точно было сложно – далековато, однако навскидку не меньше меня самого. От полупрозрачного, окруженного золотистым нимбом существа исходила бахрома светящихся нитей, внутри переливался перламутр и голубые жилки. Медуза то поднималась на несколько метров, то снова опускалась, почти касаясь озерной глади; за ней и возле нее кружились штук десять маленьких спутниц, образуя танцующий рой.

Я замер, наблюдая за ними. Последние золотые лучи Древа побежали по воде, рождая множество разноцветных бликов, погрузили озеро в густую фиолетовую мглу, но медузы не уходили, упорно кружась над одной и той же точкой. И с приходом сумерек стало ясно почему.

В озере что-то светилось. Сияние, слабое, но хорошо различимое в темноте, исходило из-под воды, будто на дне был установлен прожектор. И именно этот свет явно привлекал пляшущих медуз.

Любопытно, надо запомнить место. У меня есть лодка – можно будет проверить, что такое там спрятано. Но не сейчас – ночь не вдохновляла на подвиги; я не знаю, кто обитает в озере, а столкновение с электрической медузой таких размеров может быть смертельно опасно.

Ночка выдалась неожиданно спокойная. Может, конечно, сильно утомился за двое почти бессонных суток, а может, разморило от сытной еды, но вырубился я практически мгновенно. И проснулся только от сигнала, заранее установленного на браслете. Уже светало, таймер показывал, что прошло ровно восемь часов. Это означало, что темное время суток здесь меньше или равно световому дню, который растет по мере приближения к древу-исполину. Когда оно погаснет следующий раз, я узнаю точную длительность местных суток.

Снаружи кто-то шуршал мусором. Не очень громко, деликатно так. Затем звякнул котелок – любопытствующий явно интересовался моим ужином.

– Кыш! – грозно предупредил я, выползая наружу с пистолетом наизготовку. Шестиглазых волков не было, как и других следов ночных визитеров, но у самого входа неожиданно обнаружилось несколько ягод с грядки, сложенных аккуратной пирамидкой. Секунд десять я тупо смотрел на них, затем расслышал свист и разглядел упитанную мордочку зверька-огородника, торчащую между кольями частокола.

– Ничего себе, – растерянно сказал я новому другу, – это ты принес?

Я запалил костерок, поставил на камни очага подфляжник с кофе. Распробовал утренние гостинцы – да, на вкус неплохо. Зверек не уходил, шнырял вокруг совсем близко, совершенно меня не опасаясь. Обнаглел просто на глазах.

– Спасибо за завтрак, очень вкусно, – кивнул я ему. – И кыш отсюда!

Тот с довольным свистом исчез на грядках, а спустя секунду вернулся, держа в передних лапках еще одну ягоду. Остановившись в полуметре от меня, он явно как будто протягивал ее и настойчиво свистел.

– Ничего себе, да ты ручной? – изумился я. Протянул раскрытую ладонь но огородник бросил ягоду между нами, так что мне пришлось подобрать ее. Тот довольно засвистел и вновь метнулся к грядкам. На этот раз он притащил тыкву размером чуть ли не больше себя. И вновь остановился от меня, но уже гораздо ближе.

– Ты что, меня прикармливаешь?

Зверек свистнул – бери, мол, пока дают. Кто тут кого, интересно, еще приручает…

Я протянул руку и забрал тыкву. На этот раз огородник не отпрыгнул испуганно.

– Кыш! – шутливо произнес я.

Довольный свист. Уходить он не собирался, наоборот, подошел поближе, изучая меня глазами-бусинками. Ишь ты, какой смелый…

– Ладно. Будешь Кыш, раз откликаешься, – сообщил я мохнатому поставщику продовольствия его новый позывной. Тот, кажется, ничего не имел против.

Тыква оказалась вкусная, хотя не имела никакого отношения к тыкве. Синеватая, разделенная на дольки ароматная мякоть, больше похожая на огромный апельсин. Мой желудок воспринял подношение весьма благосклонно. Над лесом и горами наливалось золотистым свечением Древо, птицы кружились в вышине.

Нам предстоял новый день.

Загрузка...