Глава 9

Гельдер вслед за другими сорока мужчинами вошел в небольшую аудиторию и сел в первом ряду. За прошедшие после его прибытия сюда две недели он впервые занимался вместе с остальными. Он ждал этой встречи и сразу же столкнулся с неожиданностью. В любом подразделении Советской Армии всегда ожидаешь встретить представителей многоэтнического разнообразия Союза Советских Республик, с его пятьюдесятью областями, с дюжинами этнических типов и языков. Он знал, что во многих подразделениях большинство не говорит по-русски, и, управляя ими, приходится довольствоваться ограниченным числом команд. Здесь же каждый говорил не только по-русски, но по-английски и/или по-шведски, и внешне эти люди выглядели если не шведами, то уж во всяком случае, западноевропейцами.

* * *

В начале аудитории у пустой стены стоял стол, на котором было разложено ручное оружие, некоторые экземпляры из которого он еще никогда не видел. На подлокотнике каждого сиденья висела пара противошумных наушников, которыми обычно пользуется гражданский и военный персонал наземных служб у реактивного самолета. Вскоре после того, как все расселись, в зал вошел Майоров в комбинезоне военного образца и в сопровождении человека, несущего две металлические коробки с боеприпасами. Майоров прошел на середину и остановился перед столом с вооружением.

— Доброе утро, джентльмены, — сказал он с легкой улыбкой. — Мы только что получили новое пополнение в наш арсенал вашего вооружения, и я хотел бы вас с ним познакомить. Как правило, наши военные операции должны проводиться тремя волнами участников: инфильтраторы, ударные войска и обычные войска.

Майоров взял два небольших автоматических пистолета и поднял их так, чтобы было видно.

— Те из вас, кто составит инфильтрационные команды, будут, по вполне понятным причинам, вооружены только личным оружием. Также очевидно, что ни к чему привлекать ненужное внимание к нашему оружию, если вы или другой член вашей группы попадет в руки противника; следовательно, вы будете вооружены хорошо известным «вальтером-РРК», который, разумеется очень похож на наш стандартный «Макаров» — или, лучше сказать, наоборот?

В аудитории раздался приглушенный смех тех, кто знал, что «Макаров» — точная копия «вальтера-РРК».

Майоров продолжал:

— ...или «береттой» модель 84, самовзводным пистолетом. Оба они стреляют девятимиллиметровыми боеприпасами. Все эти модели хорошо известны, но я вас уверяю, что каждый экземпляр был разобран, обследован и, при необходимости, обновлен. Большинство из вас уже так или иначе пользовались ими, поэтому я не буду понапрасну отнимать у вас время на ознакомление с ними.

Майоров положил эти пистолеты на стол, а взял другой, незнакомый Гельдеру.

— Теперь мы переходим к оружию, которым будут снабжаться ударные войска. Тут нам идентификация вооружения не так важна. И вот это, джентльмены, «ЗИГ-Зауэр» модель Р-226, полуавтоматический пистолет, производимый швейцарской оружейной фирмой «Швайцарише Индастри-Гезельшафт» совместно с западногерманской фирмой «Й.П.Зауэр и Сын». Этот пистолет, наряду с конкурирующими, разрабатывался для перевооружения вооруженных сил США и их береговой охраны. Американцы оказались слишком глупы, отказавшись взять его на вооружение. А он, по моему хорошо информированному мнению, является самым лучшим из автоматических пистолетов. Он стреляет девятимиллиметровыми патронами модели «парабеллум» и снабжен магазином, куда входит пятнадцать патронов.

По залу прошел гул одобрения.

Майоров положил этот пистолет на стол и взял в одну руку короткий квадратный автомат, а в другую — толстый черный цилиндр.

— А вот это наиболее интересное из вашего нового вооружения, джентльмены.

Он принялся накручивать цилиндр на короткое дуло оружия.

— Это автомат «ингрем» модель 10, также известный как «Мак-10», о котором, я уверен, вы наслышаны. Нам удалось раздобыть около двух тысяч единиц этого превосходного оружия, и очень непростыми путями. У него масса преимуществ. Удивительно компактный, наподобие израильского «Узи», он стреляет боеприпасами сорок пятого калибра. Среди плюсов и магазин на тридцать патронов, и скорострельность — около тысячи ста сорока пяти выстрелов в минуту. А этот цилиндр — не просто глушитель, но шумоподавитель, который сделан так, что скорость пули не падает, зато отсутствует даже звук глухого хлопка, характерный для обычного глушителя. Все, что слышит противник, это звук перехода пулей сверхзвукового барьера, и потому невозможно определить, откуда вы стреляете. Я думаю, вы согласитесь, что это существенное преимущество в операциях того рода, к которым вы готовитесь. Это вооружение предназначено для команд, оперирующих на открытых пространствах, где противник не должен определить ваше местонахождение по звуку и огню от выстрела. Ну а находящийся здесь сержант Петров, — он кивнул в сторону пришедшего с ним мужчины, — позднее продемонстрирует вам его и проинструктирует, как с ним обращаться. Я думаю, вам понравится.

Майоров положил автомат и взял другой, тоже незнакомый Гельдеру. По залу пронесся шум реплик, очевидно, остальные тоже никогда не видели ничего подобного. Оружие было похоже на плоскую металлическую коробку около трех футов длиной, двух дюймов толщиной в одном конце и шести дюймов — в другом. Он вообще не походил бы на оружие, если бы посередине у него не было предохранителя и пистолетной рукояти, а наверху — прицела и ручки для переноса.

Покачивая этот предмет в руках, Майоров начал говорить:

— А теперь о новом оружии, которое применяется командами, действующими в городских условиях. В 1982 году американские вооруженные силы выступили инициаторами программы, которую приблизительно можно назвать «Система вооружений ближнего боя», целью которого было создание нового вида боевого пулемета. Большое число производителей оружия проявили интерес к проекту, и западногерманская фирма Хеклера и Коха, чью продукцию вы хорошо знаете, разработала прототип, один из экземпляров которого, вместе с набором чертежей, гм, встретился на нашем пути. За два года особая группа государственного советского артиллерийско-технического управления развила и улучшила данную идею, и теперь мы имеем довольно ограниченное количество не более, не менее как в высшей степени усовершенствованного, в высшей степени надежного суперпулемета.

Аудитория издала общий вздох, когда Майоров продемонстрировал оружие.

Майоров продолжал:

— Разработан и целый ряд высокоэффективных боевых приспособлений к нему, включая противопехотную картечь, боеприпасы с газом Си-Эс и бронебойный снаряд, пробивающий тридцатимиллиметровую броню (один дюйм с четвертью) с расстояния до ста пятидесяти метров.

Новый вздох. Майоров взял толстую обойму и воткнул ее в оружие позади пистолетной рукояти.

— Для стрельбы применяется обойма с двадцатью четырьмя патронами, в режиме одиночных выстрелов или автоматическом, со скорострельностью пятьсот выстрелов в минуту. На расстоянии в сорок метров картечь разлетается на девятьсот миллиметров (три фута), следовательно, в одну секунду стрелок выпускает пять пуль в площади не больше квадратного метра, и на таком расстоянии остаточная энергия пули на пятьдесят процентов выше, чем при стрельбе из автомата калибра 7,65. Подсчитывая приблизительно дальше, приходим к выводу, что в узком участке, скажем, на городской улице, шесть человек, имея каждый по две обоймы, в течение менее десяти секунд могут уничтожить роту пехоты обычных войск.

На минуту в аудитории повисла тишина, взорвавшаяся затем аплодисментами вставших слушателей.

Пока они аплодировали, Майоров кивнул сержанту-оружейнику, который подошел к распределительному щиту и щелкнул выключателем. Пустая стена позади Майорова скользнула вверх, открыв хорошо освещенное пятидесятиметровое стрельбище. Аплодисменты мгновенно оборвались. Гельдер, который в едином спонтанном порыве тоже вскочил вместе с остальными, упал назад на сиденье со сжавшимся желудком. Остальные сделали то же самое. В сорока метрах от них висела дюжина человеческих тел, привязанных к потолку за руки. В первую минуту Гельдер подумал, что они без сознания, но что-то в их позах подсказало ему, что они мертвы, и вскоре он был рад этому.

— Пожалуйста, джентльмены, наденьте наушники, — сказал. Майоров, и когда они их надели, он повернулся, зажав супер-пулемет подмышкой, взвел курок и, ведя слева направо, опустошил обойму из двадцати четырех патронов в эти тела. Фигуры задергались, разбрызгивая кровь и ошметки по стенам, потолку и полу тесного пространства. Когда обойма иссякла, он извлек ее из оружия, заменил другой и повторил стрельбу, на этот раз справа налево.

Гельдер пытался закрыть глаза, но не мог. Грохот стоял невероятный, даже через наушники; тела отчаянно извивались, словно стараясь уклониться от плотного дождя пуль. Когда иссякла вторая обойма, у трех фигур не было голов, у остальных не было конечностей, две были разрезаны пополам. Довольно долго никто не шевелился. Затем, когда Майоров повернулся к ним лицом, слушатели вяло стянули наушники.

— Джентльмены, — спокойно сказал Майоров, — если противники хоть раз увидят это оружие в действии, они будут бояться вас так, как ничего в жизни не боялись.

Загрузка...