Глава 2 Спеши, посланница

Молодой человек сидел на стуле с прямой спинкой. Этот стул он сделал своими руками – руками, которые сейчас сжимали полупустую кружку, стоящую на шатком самодельном столике для инструментов.

– У меня есть тайна, – тихо произнес молодой человек, глядя на призрачное существо, которое покачивалось перед ним в воздухе.

– Расскажи, – голос, прозвучавший в ответ, напоминал легкое дуновение ветерка.

– Это ужасная тайна, Ярго, – человек замолчал, его глаза удивительного голубого цвета напряженно вглядывались в глаза призрака. – Но я должен ею с тобой поделиться.

Юноша опустил взгляд и уставился на земляной пол. Он молчал, молчал и его собеседник – вернее, собеседница, ибо полупрозрачное создание, испускающее слабый зеленоватый свет, несомненно, было женщиной. И эта женщина всегда знала, когда нужно помолчать. Прошло несколько мгновений; она все так же покачивалась перед своим собеседником, ее одежды колыхались, как парус. Трудно было понять, где заканчиваются волны мерцающей ткани, пребывающие в непрерывном движении, и кончаются ее длинные серебристые волосы.

Вот уже четвертое лето голубоглазый красавец находился здесь – но почему? Этого женщина-призрак так и не выяснила. Его прошлое тоже оставалось загадкой. Ясно, что молодой человек образован и, судя по манерам, жил при дворе. Но о своей прежней жизни он сообщал не больше, чем книги, которые пылились в его домике.

Любопытство мучило Ярго с тех пор как ей поручили присматривать за таинственным гостем. Она незаметно вошла в его жизнь, однако не смогла ограничиться ролью наблюдателя. Конечно, это было явно против правил, установленных Смотрительницей Лисе – именно от нее и исходило поручение. Но Ярго была молода и пользовалась известностью среди богов Сонма. Она сама обратилась к Лисе с просьбой дать ей какое-нибудь поручение – после того, как ее божественный супруг навлек на себя гнев Повелителя и покрыл свое имя позором. Ярго решила искупить вину мужа, и Лисе пошла ей навстречу, поручив наблюдать за человеком, который представлял для Сонма величайшую ценность.

Одного взгляда этих печальных сияющих глаз было достаточно, чтобы Ярго влюбилась. Конечно, ее чувствам суждено оставаться безответными. Ведь в его мире присутствует лишь ее дух, и наслаждения, связанные с прикосновением, для нее недоступны. Но это было неважно. Прекрасный отшельник очаровал ее.

Он был высок ростом – по меркам его мира, даже чересчур высок, полагала Ярго, – и широкоплеч. Тяжелый ручной труд, которому он ежедневно посвящал некоторое время, явно пошел ему на пользу. Юноша говорил, что усталость тела помогает ему привести в порядок мысли и подготовиться к изучению книг, что требовало от него не меньших усилий. Впрочем, и этим занятием он никогда не пренебрегал.

От Лисе Ярго знала, что наставник юноши, старый Меркуд, могучий Чувствующий, сумел связать могучую силу своего ученика, чтобы извлечь его душу из тела. Освобожденная душа переместилась в тело Меркуда, а душа старика заняла ее место в теле молодого человека, которому предстояло принять мучительную смерть: его приговорили к распятию на кресте и побиванию камнями. Это был выбор самого Меркуда – умереть вместо своего ученика и спасти его.

Больше Ярго почти ничего не удалось выяснить. Она знала, что душа сидящего перед ней юноши совершила в теле Меркуда путешествие из Тала в Сердце Лесов, причем чувствовала себя в этом теле очень неуютно. Здесь, в Сердце Лесов, под наблюдением праведной отшельницы Арабеллы, она вновь вернулась в истерзанное тело, после чего Дармуд Корил, бог лесов, воззвал к силам Сонма, и вместе они вернули юношу к жизни. Это было истинное чудо: от ран почти не осталось следа.

Тем не менее, лишь на второе лето молодой человек снова заговорил. За это время Ярго отметила, что душевные раны заживают не так быстро, как телесные. Почему он страдает? Она не знала. Однако что-то подсказывало ей, что этот человек потерял все. У него не было причин жить дальше. Он продолжал жить, отгородившись от всего мира, словно в невидимом коконе. Такова была его воля.

Ярго сопровождала его во время долгих прогулок. Она тихо плыла рядом, почти невидимая, а в высоте над их головами кружил красавец сокол. День, когда юноша заговорил с ней, стал, наверно, самым счастливым днем ее жизни. Голос ее спутника был скрипучим, как звук механизма, которым давно не пользовались, но в нем уже слышались прежние певучие нотки, и вскоре она, забыв обо всем на свете, упивалась звуками его тихой речи.

Как ей нравилось вызывать у него улыбку! Как она трепетала, когда он чуть склонял голову набок, а потом смеялся – так заразительно! И как редко это случалось… Проще говоря, это был самый красивый мужчина, которого ей доводилось видеть в жизни, и каждый дюйм ее бесплотного тела жаждал лишь одного – прикоснуться к нему.

Да, она продаст душу за то, чтобы погладить эти прямые длинные волосы, которые их обладатель обычно туго стягивал на затылке. Или ощутить, как царапается темная щетина его коротко подстриженной бородки. Но куда сильнее было другое желание, которое он будил в ней: желание познать тайны его прошлого, которые он прятал где-то очень глубоко. Эта дразнящая таинственность в сочетании с давним подозрением – Ярго догадывалась, что жизнь прекрасного юноши приняла такой оборот из-за женщины, – воспламеняла воображение.

Мягкий голос прервал ее размышления.

– Мне нужно, чтобы ты стала моей посланницей, дорогая Ярго.

Молодой человек снова приложился к кружке. Сладкое ягодное вино, которое он пил, некоторое время охлаждалось в ближайшем ручье.

– Я вся внимание, Тор.

Ничто в мечтательном, баюкающем голосе Ярго не выдавало волнения, которое охватило ее. Еще немного – и тайна, которую она пыталась узнать все эти годы, будет раскрыта.

– Тогда тебе придется выслушать мой рассказ, а потом ты отправишься на поиски нужных мне людей. Возможно, это отнимет немало времени. Мне нужно, чтобы ты понаблюдала за ними. А когда почувствуешь, что момент настал – а ты это непременно почувствуешь, – доставишь их в Таллинор. И еще: ты должна их предупредить…

Ярго проплыла по комнате.

– А о чем я должна их предупреждать?

– Скажу чуть позже, – сказал он и провел ладонью по волосам.

Посланница отметила, что он выглядит усталым. Возможно, слишком много читал. А может быть, у него просто неспокойно на душе? Трудно сказать. Оставалось только плыть следом, хотя он сделал лишь несколько шагов к окну. Способность юноши не делать лишних движений поражала. На фоне пылающего заката его худощавая фигура казалась темным силуэтом. Молодой человек молчал, собираясь с мыслями, и Ярго пользовалась этими мгновениями тишины, чтобы лишний раз полюбоваться красотой его стройного тела. Это тело привезли в Сердце Лесов изувеченным и мертвым.

Лисе призвала Ярго, когда Торкин Гинт вернулся к жизни. Слова, которые сказала Лисе, назначая ее Спутницей Торкина, Ярго помнила очень хорошо.

– Его телу нужно много времени, чтобы стать прежним. А душе – и того больше. Он будет требовать: «Оставьте меня в покое». Но я хочу, чтобы ты стала его другом. Этот человек – наша самая большая ценность. Лишь ему по силам одолеть Орлака. Не торопись. Вы с соколом – его поддержка и опора. Постарайтесь разговорить его, рассмешить, заставьте рассказать о прошлом. Вместе вы исцелите его душу.

Это заняло четыре года.

Поначалу Тор делал вид, будто не замечает свою Спутницу. Ярго знала, что Тор беседует со своим соколом, обмениваясь с ним мыслями, и больше ему никто не нужен. Но она не сдавалась. Дармуд Корил и Сердце Лесов вернули искалеченному телу Тора прежнюю красоту. Отшельница Арабелла, вторая из Паладинов, связанная с Тором, много недель ухаживала за юношей, пока могучее волшебство Сердца Лесов возвращало его к жизни.

И когда Тор, наконец, очнулся, это была радость и для Сердца Лесов, и его обитателей. Едва окрепнув и встав на ноги, он покинул убежище и направился куда глаза глядят. Ярго последовала за ним. Она знала, что Лес сам ведет Тора, однако самого юношу, казалось, ничто не беспокоит. Он просто бродил, а невдалеке, как обычно, парил Клут. В один прекрасный день Тор выбрал место на краю рощицы, где протекал крошечный ручеек, и построил это скромное жилище. Он добывал себе еду тем, что охотился, собирал ягоды и плоды и даже сам делал вино. Вот уже четвертое лето здесь не появилось ни одного человека, кроме Арабеллы.

Ярго знала, что сердце Тора переполнено скорбью. Как часто ей хотелось, чтобы он приоткрыл дверцу, за которой скрывалась эта боль, и хоть немного облегчить ему ношу! Похоже, время пришло. Тор устремил взгляд в окно, посмотрел на солнце, которое опускалось за деревья, и заговорил. Его голос, обычно мягкий и певучий, сломался.

– Мне больно вспоминать о том, что тогда произошло.

Ярго ничего не ответила.

Тор помотал головой, собираясь с силами, снова опустился на стул, вытянул свои длинные ноги и скрестил их в щиколотках, потом наполнил кружку и начал рассказ. Впервые он позволил себе выстроить в единую цепочку события, которые привели его к гибели. Но не это заставило его заговорить о прошлом. Что-то произошло в Сердце Лесов. Пал еще один из Паладинов.

Больнее всего было вспоминать ранние годы. Тор знал, что так будет и ему очень и очень помогло то, что он был пьян – второй раз в жизни. Он говорил несколько часов, время от времени запинаясь; иногда слова просто налетали друг на друга. Ярго молчала, с трудом заставляя себя поверить.

Тор говорил тихо, но его слова гудели у нее в ушах, точно колокол, а картину казни она увидела как наяву. Тор признался, что под конец уже ничего не чувствовал. Он смотрел на себя глазами Меркуда, он видел, как из его собственного тела уходит жизнь, и знал, что душа, умирающая в этом теле – это душа его учителя.

– Он обманывал меня, играл мной, как куклой, которую дергают за ниточки, а потом отдал за меня жизнь, – грустно произнес Тор.

Ярго была готова разрыдаться, когда Тор признался в своем последнем предательстве. Он снова предал Элиссу, свою возлюбленную. Впервые он сделал это, согласившись отправиться в Тал и стать учеником придворного лекаря. Во второй раз – когда оставил ее в лесу. Он предал ее любовь и доверие, сообщив ей, что их новорожденный сын умер… и ни слова не сказав про второго ребенка.

– Но эта казнь была худшим предательством, Ярго. Элисса видела, как я умираю. Она видела, как моя голова раскололась, словно перезрелый фрукт, когда я висел на кресте, и палач бросал в меня камни. Она изливала на меня потоки своей любви и плакала от отчаяния. А потом, уже в теле Меркуда, когда я столкнулся с ней… Я мог дать ей знак… хоть какой-то… но не стал. Я просто позволил себе еще раз предать ее.

– Не стоит корить себя.

Это были просто слова, но едва произнеся их, Ярго испугалась. За эти годы она приложила столько усилий, чтобы Тор снова пришел в себя, – и все это будет напрасно, все утонет в этих пьяных слезах раскаяния, если он сломается. Пожалуй, лучше поговорить о другом.

– А теперь ты объяснишь, что я должна сделать?

Тор не колебался.

– Ты должна их найти. Соррель, моего сына, мою дочь. Приведи их ко мне, Ярго.

– Думаешь, время пришло? С чего ты взял?

– Сегодня утром в равновесии сил этого мира что-то изменилось. Разве ты не почувствовала?

– Я слышала, как стонет Сердце Лесов, – ответила Ярго.

– Я чувствую, как оно рыдает в отчаянии. Это означает гибель еще одного из Паладинов. И еще я почувствовал, как торжествует Орлак. Интересно, а мои дети? Мы все связаны с Сердцем Лесов. Думаю, они тоже должны это чувствовать, Где бы ни находились.

Ярго не поняла ни слова. Но теперь ясно, чего он от нее хочет. Она проплыла чуть вперед и теперь покачивалась в воздухе прямо перед Тором.

– Значит, я должна уйти?

– Да. Найди их. Лисе умеет проходить через порталы и откроет тебе путь. Ищи. Найди моих детей. Камни Ордольта приведут тебя к ним, они будут звать тебя. Я передал их Соррели, когда она ушла с моими детьми… – Тор передернул плечами. – Я до сих пор не знаю, что представляют собой эти камни. В свое время отец отдал их мне и сказал, что они имеют огромную ценность.

– И что я должна сказать, если найду этих людей?

– Когда ты их найдешь, – поправил Тор. – Скажешь Соррели, что я прошу ее вернуться в Таллинор вместе с детьми. Что они нужны мне. Прошу тебя, поспеши.

– Может быть, мне сначала посоветоваться с Лисе?

– Я с ней уже советовался. Она разрешила дать тебе это поручение.

Ярго молча парила в воздухе, окруженная переливами света. Она была опечалена. Тор знал это, но без помощи Ярго ему было не обойтись. Время работало против них.

Когда она, наконец, заговорила, ее голос был полон грусти.

– В таком случае я тебя покидаю.

– Я твой должник, Ярго, – произнес Тор.

Еще некоторое время он смотрел, как сияние Спутницы меркнет… пока, наконец, не угасло совсем.


Тор рассеянно барабанил пальцами по корешкам книг. Что там скрывается? Он снова и снова ломал над этим голову. Готовя повозку, которая должна была отвезти тело Тора в Сердце Лесов, Меркуд сложил на нее самые ценные из своих книг. Теперь, снова вернувшись к жизни и поселившись в своем отшельничьем домике. Тор с жадностью читал их одну за другой.

И только к двум так и не прикоснулся.

Про эти книги Меркуд не знал. Элисса обнаружила их в подземельях Карембоша и унесла их в Сердце Лесов, когда им с Тором удалось вырваться из лап Инквизитора Гота.

Стражники все-таки схватили Тора и Элиссу. Гот торжествовал. Но бесценные книги были спасены благодаря ослику по кличке Кетай. Не привлекая к себе внимания, ослик скрылся в лесу, а книги лежали в сумке, притороченной к его седлу.

Тор не представлял, каким образом они оказались у него. Когда он очнулся, исцеленный Сердцем Лесов, они просто лежали с ним рядом. В толстых фолиантах Меркуда рассказывалось, как управлять силой волшебства; это очаровывало, иногда пугало… Но книги, найденные Элиссой, – Писания Нанака – внушали Тору настоящий ужас. С момента своего воскрешения юноша ни разу не открывал эти книги: они напоминали об Элиссе. Теперь Элисса считает его мертвым… Эта мысль порой становилась невыносимой. Тору хотелось навсегда забыть о Триединстве. Но эта Лисе… Беспокойство, которое она вызывала, снова ожило в нем. Несомненно, у нее есть цель, к которой она стремится и ведет их всех за собой… вернее сказать, тащит. Тор знал, что может полагаться на ее помощь и советы, но терпеть не мог, когда им пытались управлять, не оставляя выбора. Он почти не сомневался, что книги – это часть какого-то хитроумного замысла.

«Да прочти ты их», – посоветовал Клут, который сидел поблизости на жердочке. Он только что поохотился и теперь чистил свой мощный клюв. Наверно, выпотрошил какого-то несчастного зверька – зрелище, от которого Тора бросало в дрожь.

Молодой отшельник провел пальцами по бледной нитке шрама, пересекающего лоб. След камня, еще одно печальное напоминание. Все, через что ему довелось пройти, снова воскресло в памяти. Теперь выбора нет: вперед и только вперед. Тор открыл первую книгу и внезапно уловил легкий аромат лаванды и фиалок. Запах висел в воздухе лишь мгновение, но этого было достаточно. Элисса… Она была последней, кто листал эти страницы. Тор отчаянно пытался снова уловить знакомое благоухание, но оно уже растаяло без следа.

Прошло больше часа, а Тор все смотрел на первую страницу, но не видел ничего, кроме лица своей возлюбленной. Наконец он начал читать.

Загрузка...