Джо Лэнсдейл Программа Двенадцати шагов для Годзиллы

Джо Лэнсдейл, известный писатель и сценарист из Техаса, является автором более тридцати романов всех жанров, включая детективы, вестерны, хоррор и приключения.

Его перу принадлежат «Акт любви» («Act of Love»), «Мертвец на Западе» («Dead in the West»), «Ночные беглецы» («The Nightrunners»), «Холод в июле» («Cold in July»), «Дно» («The Bottoms»), «Слабые отголоски» («Lost Echoes») и серия «Кинотеатр для автомобилистов» («Drive-In»). Лэнсдейл также прославился как создатель семи романов о двух друзьях из восточно-техасского городка, Хэпе Коллинзе и Леонарде Пайне, которые оказываются втянутыми в расследование самых разнообразных, зачастую жестоких и жутких преступлений. Первый роман этой серии — «Дикий сезон» («Savage Season») — был написан в 1990 году, за ним последовали «Mucho Mojo», «Мамбо двух медведей» («Two-Bear Mambo»), «Плохой чили» («Bad Chili»), «Тряска» («Rumble Tumble»), «Визит маски» («Veils Visit») и «Жестокие капитаны» («Captains Outrageous»).

Рассказы писателя представлены в сборниках «Причудливыми руками» («By Bizarre Hands»), «Гарантированные бестселлеры» («Bestsellers Guaranteed»), «Писатель багрового гнева» («Writer of the Purple Rage»), «Роскошный хлопок» («High Cotton»), «Небывалый урожай» («Bumper Crop») и «Родные и близкие тени» («The Shadows Kith and Kin»).

Лэнсдейл также создавал сценарии для комиксов и телевизионных кукольных представлений, а его номинировавшаяся на премию Брэма Стокера повесть «Бабба Хо-Теп» («Bubba Но-tер»), в которой состарившийся Элвис Пресли и чернокожий Джон Кеннеди сражаются с одноименной египетской мумией — пожирательницей человеческих душ, в 2002 году была экранизирована Доном Коскарелли. А по рассказу Лэнсдейла «Инцидент на горной дороге» («Incident On and Off a Mountain Road») Коскарелли снял первую серию первого сезона сериала «Мастера ужаса» («Masters of Horror»).

Лэнсдейл шесть раз завоевывал премию Брэма Стокера, присуждаемую Ассоциацией писателей жанра хоррор (Horror Writers Association), Британскую премию фэнтези, премию Эдгара от Общества американских писателей детективного жанра /Mystery Writers of America), американскую премию для создателей детективов (American Mystery Award), премию критиков жанра хоррор (Horror Critics Award) и «Выстрел в темноте» — международную премию писателей детективного жанра (International Crime Writers Award). В 2007 году на Всемирном хоррор-конвенте (World Horror Convention) он получил звание Мэтра, набрав рекордное количество голосов за всю семнадцатилетнюю историю существования этой премии.

«Замысел рассказа „Программа Двенадцати шагов для Годзиллы“ пришел ко мне внезапно, — вспоминает автор. — Кажется, я увидел в новостях сюжет о различных программах Двенадцати шагов[54] — для алкоголиков, наркоманов, сексуально зависимых и так далее — и подумал, что ее можно применить к чему угодно.

Вероятно, что-то натолкнуло меня на мысль о Годзилле. Так уже однажды случалось со мной: надувной динозавр заставил меня написать „Динозавр Боб отправляется в Диснейленд“ („Bob the Dinosaur Goes to Disneyland“), так что и на этот раз образ сыграл свою роль, помимо тех двенадцати шагов. Как бы то ни было, это один из моих любимых рассказов».

I. Честная работа

По дороге на работу в литейный цех Годзилла видит огромное здание, которое все вроде бы сделано из блестящей меди и темного зеркального стекла. Он смотрит на свое отражение и вспоминает былые времена, представляя, каково это — раздавить здание, изрыгнуть на него пламя, закоптить окна дочерна огненным дыханием, а затем с удовольствием поплясать на дымящихся развалинах.

Живи сегодняшним днем, говорит он себе. Живи сегодняшним днем.

Годзилла усилием воли заставляет себя не отрываясь смотреть на здание. И проходит мимо. Он идет в литейный цех. Надевает шлем. Он выдыхает огонь в огромный чан с обломками старых автомобилей, превращая их в расплавленный металл. Металл льется по трубам в новые формы для новых частей автомобиля. Дверцы. Крыши. И тому подобное.

Годзилла чувствует, как спадает напряжение.

II. Отдых

После работы Годзилла держипся подальше от центра города. Ему не по себе. Если целый день выдуваешь пламя, то трудно сразу остановиться. Он отправляется в ЦЕНТР ОТДЫХА БОЛЬШИХ МОНСТРОВ.

Там Горго[55]. Как обычно, пьяна от морской воды с нефтью. Горго вспоминает былые времена. Вечно она так. Только и знает, что твердит о былых временах.

Они выходят на задний двор и вдвоем дышат на кучи мусора, которые ежедневно там сваливают на нужды Центра. Тут же встречают Конга[56]. Пьяного, как обезьяна. Он играет с куклами Барби. Другого занятия у него нет. Наконец он прячет кукол, вцепляется в свой ходунок и ковыляет мимо Годзиллы и Горго.

— Он с самой осени такой, — говорит Горго, — ни на что не годный кусок дерьма. И зачем ему только эти пластмассовые шлюшки? Он чё, не знает, что на свете есть настоящие женщины?

Годзилле кажется, что Горго чересчур печально смотрит на удаляющуюся задницу Конга, поддерживаемую ходунком. Годзилла уверен, что видит, как глаза Горго увлажняются.

Годзилла сжигает в пепел кое-какие отходы, но удовлетворения почти не получает. Как-никак он целый день выдыхал огонь, а толку — чуть. Полегчало лишь самую малость. В литейном и то было лучше. Он идет домой.

III. Секс и разрушение

В этот вечер по телику показывают ужастик с чудищем. Как обычно. Огромные зверюги опустошают города один за другим. Топчут пешеходов лапами, раздавливая их в лепешку.

Годзилла внимательно рассматривает ступню правой лапы, где остался шрам оттого, что он расплющивал машины. Он вспоминает, как приятно хлюпали людишки, проскальзывая между пальцев в виде кашицы. Он думает обо всем этом и переключает канал. Минут двадцать смотрит «Мистера Эда»[57], выключает телик, мастурбирует, представляя горящие города и хлюпающую плоть.

Позже, глубокой ночью, он просыпается в холодном поту. Идет в ванную, торопливо вырезает из кусков мыла грубые человеческие фигурки. Месит мыло ступнями, так что оно хлюпает под пальцами, закрывает глаза и рисует в своем воображении картины. Пытается зафиксировать ощущение.

IV. Прогулка на пляж и большая черепаха

Суббота, Годзилла идет на пляж. Мимо пролетает пьяное чудовище, похожее на огромную черепаху, и врезается в Годзиллу. Черепаха обзывает Годзиллу, напрашиваясь на драку. Годзилла вспоминает, что черепаху зовут Гамера[58].

От Гамеры одни неприятности. Она никогда никому не нравилась. Эта черепаха — настоящая засранка.

Годзилла скрежещет зубами и сдерживает языки пламени. Он поворачивается спиной к черепахе и бредет вдоль берега, бормоча секретную мантру, которой с ним поделился наставник. Гигантская черепаха не отстает, обзывает его по-всякому.

Годзилла собирает свои пляжные вещички и возвращается домой. За его спиной черепаха по-прежнему сквернословит, по-прежнему задирается. Он едва сдерживается, чтобы не ответить огромной тупой негодяйке. Едва сдерживается. Он знает, что черепаха появится в завтрашних новостях. Или сама что-нибудь уничтожит, или ее саму уничтожат.

Годзилла размышляет, не следует ли поговорить с черепахой, подключить ее к программе Двенадцати шагов. Это его долг — помогать другим. Может быть, черепахе удастся обрести покой.

Хотя, с другой стороны, помочь можно только тем, кто сам хочет себе помочь. Годзилла сознает, что не может спасти всех монстров в мире. Они сами должны решать за себя. Но мысленно он берет на заметку отныне выходить из дома, вооружившись листовками о программе Двенадцати шагов.

Позже он звонит своему наставнику. Рассказывает, что день выдался плохой. Ему хотелось спалить пару зданий и сразиться с большой черепахой. Рептиликус[59] говорит, что все в порядке. У него тоже были такие дни. И еще будут. Никто от них не застрахован.

Родился монстром — монстром и останешься. Другое дело — исцеленный монстр. К этому нужно стремиться. Живи сегодняшним днем. Только так можно быть счастливым в этом мире. Нельзя сжигать, убивать и пожирать человеческие существа и их творения, не поплатившись высокой ценой — чувством вины и многочисленными ранами от артснарядов.

Годзилла благодарит Рептиликуса и вешает трубку. На какое-то время ему становится легче, но в глубине души он сомневается, накопилось ли в нем хоть сколько-нибудь вины. В конце концов он приходит к выводу, что ему по-настоящему ненавистны артиллерийские и ракетные снаряды, а вовсе не чувство вины.

V. Срыв

Все происходит внезапно. Он слетает с катушек. Возвращаясь с работы, Годзилла видит маленькую будку со спящим псом, вылезшим наполовину из отверстия. Вокруг — никого. Пес по виду старый. На цепи. Вероятно, живется ему паршиво. Миска для воды пуста. Жалкую жизнь влачит этот пес. На цепи. Без воды. Скукотища.

Годзилла подпрыгивает, обрушивается на будку и раздавливает пса в мокрую лепешку. Остатки будки он сжигает, выдохнув язык пламени. Потом топчется по пепелищу. Тлеющие головешки с кусками зажаренной псины проскальзывают между пальцами, напоминая о былых временах.

Он быстро убегает. Никто его не видел. Сильно кружится голова. Он едва переставляет лапы, настолько опьянен. Звонит Рептиликусу и попадает на его автоответчик.

— Меня сейчас нет. Я ушел творить добро. Пожалуйста, оставьте сообщение, и я вам перезвоню.

Автоответчик пищит. Годзилла произносит:

— На помощь.

VI. Наставник

Весь следующий день он думает только о будке. Работает, а сам вспоминает пса и то, как он сгорел. Вспоминает будку и то, как она разлетелась в щепы. Вспоминает танец, который сплясал на обломках.

День тянется целую вечность. Годзилла думает, что, когда работа закончится, ему, возможно, повезет и он отыщет другую будку, другого пса.

По дороге домой он смотрит во все глаза, но ни будок, ни псов ему не попадается.

Он возвращается домой, где его ждет мигающий огонек на автоответчике. Это сообщение от Рептиликуса.

— Позвони мне, — произносит голос Рептиликуса.

Годзилла так и делает.

— Рептиликус, — говорит он, — прости меня, ибо я согрешил.

VII. Утрата веры. Разочарование

Разговор с Рептиликусом оказывается не очень действенным. Годзилла рвет в клочки все листовки с программой Двенадцати шагов. Парой листовок он подтирается и выбрасывает их в окно. Клочки остальных листовок он складывает в раковину и поджигает своим дыханием. Заодно сжигает кофейный столик и стул. Покончив с этим, чувствует себя скверно. Он знает, что хозяйка потребует возместить ущерб.

Годзилла включает приемник, ложится на кровать и слушает станцию, передающую старую музыку. Немного погодя он засыпает под звуки «Жары» в исполнении «Martha and the Vandellas»[60].

VIII. Безработный

Годзилле снится сон. В этом сне к нему является Господь, весь в чешуе, дышащий огнем. Господь говорит, что ему стыдно за Годзиллу, и велит вести себя получше. Годзилла просыпается в поту. В комнате никого нет.

Годзилла терзается чувством вины. В голове у него витают смутные воспоминания о том, как он проснулся среди ночи, вышел и разрушил часть города. Он помнит, что здорово набрался, но не помнит всего, что натворил. Вероятно, позже он прочтет об этом в газетах. Он замечает, что от него разит обугленным деревом и расплавленной пластмассой. Между пальцев хлюпает какая-то кашица. У него возникает подозрение, что это не мыло.

Он хочет покончить с собой. Он начинает искать оружие, но слишком пьян, чтобы его найти. Он отключается на полу. На этот раз ему снится дьявол. Дьявол очень похож на Господа, только у него одна бровь на два глаза. Дьявол говорит, что пришел за Годзиллой.

Годзилла стонет и мечется. Ему снится, что он поднимается с пола и пытается атаковать дьявола — тычет в него лапой, дышит огнем, но все без толку.

На следующее утро Годзилла встает поздно, мучась похмельем. Он вспоминает сон. Звонит на работу и сказывается больным. Почти весь день спит. Тем же вечером читает о себе в газетах. Он действительно причинил кое-какой урон. Закоптил большую часть города. На одном очень четком снимке он откусывает голову какой-то женщине.

Звонит начальник с завода. Начальник тоже читал газету. Он говорит, что Годзилла уволен.

IX. Соблазн

На следующий день появляются людишки. В белых рубашечках, черных костюмчиках, начищенных ботинках и со значками. А также с оружием.

— Ты создаешь проблемы, — говорит один из них. — Наше правительство хочет отослать тебя обратно в Японию.

— Там меня ненавидят, — отвечает Годзилла. — Я спалил весь Токио.

— Здесь ты тоже не очень преуспел. К счастью, ты снес ту часть города, где живут цветные, иначе мы схватили бы тебя за задницу. А так у нас к тебе деловое предложение.

— Какое? — спрашивает Годзилла.

— Ты нам — мы тебе. — И людишки рассказывают Годзилле, что они надумали.

X. Выбор

В ту ночь Годзилла спит плохо. Он встает и включает песенку монстров на своем маленьком проигрывателе. Он кружит по комнате в танце, словно ему весело, но он знает, что это не так. Он идет в ЦЕНТР ОТДЫХА БОЛЬШИХ МОНСТРОВ. Встречает там Конга. Тот, сидя на табуретке, раздевает одну из своих куколок Барби и тычет пальцем в гладкую маленькую щелку между ее ног. Годзилла видит, что Конг нарисовал там полоску чем-то вроде синего чернильного карандаша и обклеил ее выкрашенными в чернила лобковыми волосами. Годзилла считает, что лучше бы Конг попросил кого-то сделать это для него, а то выглядит не очень естественно.

Ей-богу, он не хочет закончить, как Конг. Полным кретином. Хотя, с другой стороны, если бы ему дали куклы, чтобы расплавить, то, кто знает, может быть, он и расслабился бы.

Нет. После всех настоящих дел что такое Барби? Что-то вроде безалкогольного пивка. Совсем как те отходы, что сваливают на заднем дворе. Безалкогольное пивко. Литейный цех. Программа Двенадцати шагов. Абсолютно все. Безалкогольное пивко.

XI. Работа на правительство

Годзилла считает людишек, что пришли от правительства, засранцами.

— Ладно, — говорит он. — Я все сделаю.

— Вот и отлично, — говорит представитель правительства. — Мы так и думали. Загляни в почтовый ящик. Там находится карта с инструкциями.

Годзилла выходит из дома и заглядывает в свой почтовый ящик. Там лежит желтый конверт. С инструкциями. Они гласят: «Сожги все точки, указанные на карте. Покончишь с ними — мы найдем другие. Никаких штрафных санкций. Просто удостоверься, чтобы никто не спасся. В случае возникновения беспорядков пресекай их на корню. Расправляйся со всеми — будь то мужчина, женщина или ребенок».

Годзилла разворачивает карту. Находит на ней красные пометки. Над ними написаны пояснения: «Поселение черномазых. Деревня китаёз. Бомжатник белых. Скопление медиков. В основном демократы».

Годзилла размышляет, что теперь ему позволено делать. Без всяких ограничений. Он может сжигать, не испытывая вины. Он может топтать, не испытывая вины. Мало того, он получит за это чек. Он нанят на работу принявшей его страной для расчистки плохих в понимании правительства мест.

XII. Последний шаг

Годзилла приближается к первому месту, указанному в списке: поселение черномазых. Он видит ребятишек, играющих на улице. Собак. Взрослые смотрят на него снизу вверх и удивляются, какого черта он сюда забрел.

Внезапно Годзилла чувствует, как у него внутри что-то шевельнулось. Он понимает, что его используют. Он поворачивается и уходит прочь. Он держит курс в правительственную часть города. Начинает с особняка губернатора. Буйствует вовсю. Вызывают артиллерию, но она бесполезна, когда он в полном неистовстве. Как в былые времена.

Появляется Рептиликус с мегафоном и пытается уговорить Годзиллу слезть с небоскреба, но Годзилла не слушает. Он сжигает своим дыханием верхушку здания, спускается ниже, сжигает следующую часть, спускается ниже, сжигает еще несколько этажей, и так до самой земли.

Приходит Конг и подбадривает его. Конг отбрасывает ходунок, ползет на брюхе к ближайшему дому, подтягивается и начинает карабкаться вверх. Пули так и свистят вокруг гигантской обезьяны.

Годзилла наблюдает, как Конг достигает верхушки здания, цепляется одной лапой, а второй, в которой держит куклу Барби, размахивает.

Конг зажимает Барби зубами и достает голую куклу Кена. Годзилла видит, что Конг приделал Кену подобие пениса из какой-то дурацкой замазки или еще чего. Пенис размером с ногу Кена.

— Да, вот так! — вопит Конг. — Именно так! Я бисексуал, сучьи вы дети.

Подлетают реактивные самолеты и атакуют Конга. Ракета попадает прямо в зубы гигантской обезьяне. По серому небу красиво разлетаются зубы, мозги и Барби. Конг падает.

Из толпы выходит Горго, склоняется над обезьяной, обнимает ее и плачет. Конг медленно разжимает пальцы, из ладони выпадает Кен со сломанным пенисом.

Появляется летающая черепаха и начинает подражать Годзилле, но Годзилла не собирается терпеть подобной наглости. Он отрывает верхушку здания, по которому карабкался Конг, и дубасит ею Гамеру. Это вызывает восторг даже у полиции и армии.

Годзилла наносит черепахе удар за ударом, разбрызгивая кругом черепашье мясо. Несколько ловких прохожих подбирают куски черепахи, чтобы отнести домой и приготовить — по слухам, черепашье мясо напоминает цыпленка.

Годзилла принимает тройной ракетный удар в грудь, качается и падает. Вокруг него собираются танки.

Годзилла раскрывает окровавленную пасть и хохочет. Он думает: «Если бы мне дали завершить дело, я бы покончил с черным населением. Я бы покончил с желтым населением, белыми бродягами и гомосексуалами. Без всякой дискриминации. К черту программу Двенадцати шагов! К черту человечество!»

Потом Годзилла умирает, загадив всю улицу. Военные обходят на цыпочках кучу, держась за носы.

Позже Горго забирает тело Конга и уходит.

Рептиликус в интервью телевизионщикам говорит:

— Зилла почти достиг цели, чувак. Почти. Если бы он сумел завершить программу, с ним все было бы в порядке. Но он не выдержал давления общества. Нельзя винить его в том, что сделало из него общество.

По дороге домой Рептиликус думает, как здорово прошло. Горящие здания, орудийный огонь. Совсем как в былые времена, когда он, Зилла, Конг и та тупая черепаха были молоды.

Рептиликус думает о бунте Конга, который размахивал куклой Кена, зажав в зубах Барби. Он думает о Годзилле — как тот смеялся, когда умирал.

В Рептиликусе оживают старые чувства. Он не в силах их побороть. Он находит темное жилище в уединенном месте, мочится в открытое окно и уходит домой.

Загрузка...