Глава третья

В горах Галилеи расположены города Сафед и Назарет. Местные жители возделывают землю, выращивают апельсины, откармливают индюшек и живут себе припеваючи, не зная горя и печали.

В заливе Хайфа расположен один из самых оживленных портов Средиземноморья. Помимо огромных портовых складов, там есть металлургические заводы, нефтеперерабатывающие комбинаты, фабрики по производству удобрений, тканей и стекла.

В Иудее есть такой город, как Иерусалим. При всех разительных контрастах между старой и новой частью города, его жителей объединяет общность веры и взгляда на мир.

Ну а в Тель-Авиве есть небольшая организация, члены которой – при всей их малочисленности – несут ответственность за безопасность израильского ядерного оружия и использование его в случае, если Израиль окажется под угрозой уничтожения со стороны тех, кого в дипломатических кругах Вашингтона называют «их арабские соседи». Вернее, называли до тех пор, пока количество еврейских детей, уничтоженных арабскими террористами, не превысило все критерии добрососедства, даже с точки зрения аналитиков «Нью-Йорк таймс».

На двери этой организации имеется табличка с надписью на иврите «Захер лахурбан», что в переводе означает: «Помни о разрушенном храме». Секретная организация действовала «под крышей» статуса археологической исследовательской группы, а ее миссия заключалась в том, чтобы государство Израиль не превратилось в сноску в исторических штудиях.

В офисе сидел человек, закинув ноги на стол и пытаясь удержаться и не чесать правую сторону лица. Доктор рекомендовал ему не делать этого, поскольку зуд носил фантомный характер. Вообще-то у Йоэля Забари правая сторона лица отсутствовала начисто. Нельзя же, в самом деле, считать частью лица сочетание зарубцевавшейся ткани и кожи, пересаженной в ходе ряда пластических операций.

Правого глаза у Забари не было. Вместо этого ему вставили немигающий стеклянный протез. Вместо правой ноздри виднелось отверстие на зловещем бугорке, а правая часть рта была просто щелью, результатом работы хирурга.

Год назад кто-то оставил старый диван возле торы мусора неподалеку от его офиса. Когда Забари вышел из здания и повернул налево, раздался взрыв. Осколки изуродовали правую часть лица – от щеки до переносицы. Левая часть осталась невредимой, если не считать шишки, которую набил Забари, брошенный взрывом на землю.

Все же Йоэль Забари уцелел. Двенадцати другим мужчинам и женщинам, возвращавшимся, на свою беду, в этот час с работы и оказавшимся возле офиса Забари, повезло куда меньше.

Премьер-министр Израиля назвал это чудовищным преступлением против невинных мирных граждан. Новый американский представитель в ООН, разрываясь между гласом души и проблемой цен на нефть, от комментариев воздержался. Ливия приветствовала новый успех в борьбе арабского народа за свои права. Уганда назвала это возмездием за агрессию.

Забари вовремя направил руку выше и почесал седеющие завитки на макушке. В этот момент вошел его первый заместитель – Тохала Делит. Он явился с ежедневным докладом.

– Привет, То! – воскликнул Забари. – Рад тебя видеть. Как прошел отпуск?

– Отлично, – отозвался Тохала Делит. – Вы, кстати, отлично выглядите.

– Ты так думаешь? – отозвался директор организации «Захер лахурбан», ведавший проблемами как ядерной безопасности, так и археологических изысканий. – Я только недавно смог заставить себя смотреться в зеркало. Когда видишь только половину румянца, это немного действует на нервы.

Делит рассмеялся без признаков смущения или стеснения и уселся на привычное место – в красное плюшевое кресло у зеленого металлического стола.

– Семья в порядке? – осведомился он.

– Они молодцы, – отозвался Забари. – Собственно, ради них я и живу. Свет никогда не меркнет в очах моей супруги, а младшая дочь на этой неделе выразила желание стать балериной. Во всяком случае, на сегодняшний день. – Забари пожал плечами. – Повторяю, это на этой неделе. Поглядим, что взбредет ей в голову на следующей.

Изувеченное лицо и приятный голос принадлежали человеку по имени Йоэль Забари. Солдат, шпион, герой войны, безжалостный убийца и ярый сионист, он был также хороший муж, любящий отец и человек с чувством общественного долга. Несмотря на то, что у него была, по сути, лишь половина рта, он не испытывал трудностей со словесным выражением своих мыслей.

– Тебе обязательно нужно жениться. То, – сказал он заместителю. – Как гласит Талмуд, неженатый еврей не может считаться полноценным человеком.

– В Талмуде также говорится, что невежда прыгает первым, – рассмеялся Делит.

– Понятно, – тоже со смехом проговорил Забари. – Ну а какие ужасные новости ты мне принес сегодня?

Делит раскрыл папку на коленях.

– Наши агенты из Нового Света доносят, что сюда направлены еще двое американцев.

– Что в этом нового?

– Это не простые шпионы.

– Все американцы убеждены, что каждый из них представляет особый случай. Помнишь, один из них уговаривал поделиться нашим ядерным арсеналом с тем, кто возглавлял ливанское правительство?

Делит фыркнул.

– Ну а что хотят эти двое?

– Мы пока не знаем.

– От какой они организации?

– Это еще предстоит уточнить.

– Откуда они?

– Это мы и пытаемся выяснить.

– У них два глаза или три? – спросил Забари, с трудом сдерживая свое неудовольствие.

– Два, – отозвался Делит, на лице которого не дрогнул и мускул. – А всего, стало быть, четыре на двоих.

Забари улыбнулся и погрозил пальцем.

– Мы знаем только, что одного зовут Римо, а другого – Чиун, а также, что они должны прибыть завтра. И знаем мы это только потому, что американский президент сообщил это нашему послу на официальном обеде.

– С какой стати он это сделал?

– Наверное, чтобы показать свое дружеское отношение, – предположил Делит.

– Хм... – задумчиво проговорил Забари. – Беда с новыми шпионами заключается в том, что мы никогда не знаем, что представляет собой очередной новичок – пустышку или нечто весьма серьезное.

Делит поднял взгляд от папки, лицо его было серьезным.

– Эти люди действуют по инструкциям из Вашингтона, недалеко от которого был убит Бен Айзек Голдман.

Левая сторона лица Забари потемнела.

– А мы сидим в Тель-Авиве, недалеко от которого был убит Хегез. Я это понимаю, То. Приставь человека к этим двоим, надо выяснить, что у них на уме.

– Что-то шевелится в песках, – мрачно сказал Делит. – Сначала это убийство, затем усиление движения на маршруте между Ближним Востоком и Россией. Наконец, появление этих Римо и Чиуна. Мне это все не нравится. Тут существует какая-то взаимосвязь.

Забари наклонился вперед, поднял руку, чтобы почесать правую щеку, но, вовремя спохватившись, опустил и принялся барабанить пальцами по крышке стола.

– Нет человека, которого это волновало бы больше меня, – сказал он. – Будем начеку, примем все меры предосторожности, будем следовать по пятам за этими американскими агентами. Если окажется, что они хотят посягнуть на нашу безопасность, мы с ними разберемся.

Забари откинулся в кресле и глубоко вздохнул.

– Ладно, То, хватит о мрачном. Лучше скажи, писал ли ты в отпуске стихи?

Делит заулыбался.

Загрузка...