Глава 8 Ноябрь 41-го

7-я гвардейская уходит в распоряжение генерала Рокоссовского. Давление немцев в центре и на правом крыле. Партизаны. Тыл. Резервы поступают из Серпухова. Гибель комиссара Каторгина. Противник накапливает в Высокиничах силы для решающего прорыва на серпуховском направлении. Морские пехотинцы под Серпуховом — 4-й гвардейский минометный морской дивизион.

Конечно, не одна пехота удерживала рубеж. В архивах удалось отыскать несколько документов, которые свидетельствуют о том, что за спиной у тех, кто сидел в окопах и поднимался в атаку, стояли значительные части усиления.

Вот донесение генералу Захаркину командира 4-го гвардейского артиллерийского дивизиона «катюш» майора Кочеткова. Документ открывает перед нами одну из малоизученных страниц войны, о которых принято было молчать. Я намеренно даю документ в полном объеме, так как в нем много, казалось бы, не нашей темы мелочей, которые, однако, очень сильно прибавляют к общей картине событий, происходивших под Москвой осенью и зимой 1941 года.

«До сего времени 4-й гвардейский минометный морской дивизион не обеспечен ротой прикрытия, что является невозможностью решать задачи с выездом в район ОП и также по месту базирования.

Прошу Ваших распоряжений о выделении роты следующего расчета:

Рота по сокращенному штату численностью в 70–80 человек 3-х взводного состава, причем один взвод будет использован для прикрытия дивизионного склада боезапаса и тыла и два взвода для прикрытии ОП и исходного положения. В роту должны войти подрывники, саперы в количестве 8 человек с командиром отделения, с расчетом на каждую систему и машину к ней с боезапасом — по одному человеку.

Рота должна иметь самостоятельное хозяйственное снабжение со своей кухней и автомашиной. 1/XI-41 г. в 7-й гсд был выслан один взвод прикрытия в количестве 30 человек, который обеспечивает сейчас дивизионный склад, но сегодня же был снят, и прикрытие совершенно отсутствует как с боевыми единицами (зап. Серпухова — роща), так и со складами — роща Съяново»[27].

На донесении красным карандашом по диагонали наложена размашистая резолюция командарма: «Выделить роту прикрытия и закрепить за 7 гв. див. 2.11.41». Далее неразборчиво.

Морской дивизион под Кременками и Малеевом поработал хорошо. До сих пор в лесу валяются ржавые разорванные трубы от корпусов реактивных снарядов. Огонь велся достаточно точно, потому что трубы лежат именно в районе базирования немцев, среди землянок и окопов. Из обрушенных землянок поисковики поднимают предметы обихода немецких солдат, стреляные гильзы от винтовки «Маузер» и пулемета МГ-38, мины с немецкими клеймами. Майор Кочетков требовал у генерала Захаркина роту охраны. Видимо, некоторое время этой необходимой охраны морской дивизион получить не мог и бездействовал. Некого было дать, в окопах каждый боец на счету. Но у гвардейских минометчиков был строгий приказ: на передовую без усиленной охраны не выезжать. Дело в том, что немецкая разведка и артиллерия очень быстро засекала район и квадрат огневых позиций «катюш», и туда вскоре либо прилетали снаряды, либо самолеты, либо разведывательно-диверсионная группа с целью захватить установку и, что не менее важно, боеприпасы. На тот период реактивная установка БМ-31-12 считалась новейшим секретным оружием, за которым противник вел постоянную охоту.

Дивизии 49-й армии в октябре-ноябре 1941 года сформировали заградительные отряды. Иногда в прессе или в современных кинобоевиках «про войну» нам показывают толстопузых румяных мужиков, одетых в форму войск НКВД, — кинозаградотряды. И они в этих опереттах показывают расстрелы из пулеметов отступающих красноармейцев. Может, где-то подобное и случалось. Но на фронте ответственности 49-й армии было другое. И заградотряды здесь были другие.

Сформировали их согласно Директиве номер 001919 Ставки ВГК главнокомандующему войсками Юго-Западного направления, командующим фронтами и армиями, командирам дивизий «о создании в каждой стрелковой дивизии по одному заградительному отряду с целью оказания помощи комсоставу в поддержании и установлении твердой дисциплины, приостановке бегства одержимых паникой военнослужащих, ликвидации паники и бегства». Генерал Захаркин издал соответствующий приказ по армии.

«Командующему 49 армии

Боевое донесение штадив-238.

Иньшино. 1.11.41. 12.00

Приказ по армии от 31.10.41 за № 11 в заградительном отряде на рубеже Дугна имеется, в Позняково высылается. Из-за отсутствия средств связи связь с отрядом затруднительна.

Ввиду большого фронта обороны (50 км) и при отсутствии третьего полка дивизия растянулась в ниточку, никаких резервов у командиров полков, а также и у меня нет, и создать не представляется возможным.

Наличие большого разрыва между соединениями и частями справа 12 км, слева 40–50 км, выставленные отряды не обеспечивают фланг дивизии от обхода, что подтверждается занятием противником Грязново, Титово и создает угрозу обхода дивизии с юга.

Выставить дополнительно отряды не могу, так как резервов командиры полков не имеют.

В целях создания активной обороны и удержания рубежа и предотвращения обхода левого фланга с юга районов Титово, Пластово, Замарино прошу вернуть в мое распоряжение 843 сп с дивизионом гап.

Командир 238 сд полковник Коротков.

Военный комиссар ст. бат. комиссар Груданов.

Начальник штаба полковник Махлиновский»[28].

Резолюция, красным карандашом поперек текста донесения: «По сформировании 5 гв. д. полк освободить, предварительно доложив. 2.11.41. Захаркин».

Из донесения можно понять, что командир 238-й стрелковой дивизии приказ генерала выполнил по-своему: заградотряды создал, но использует их пока не по прямому назначению, а непосредственно для действий против неприятеля, закрывая отрядами фланги. Заградотряды, занимая деревни, фактически выполняют роль мобильных, кочующих опорных пунктов. 238-я действовала на левом фланге 49-й армии, прикрывая алексинское направление и не позволяя противнику выйти к Серпухову с юго-запада.

А вот что происходило на правом крыле обороны армии две с половиной недели спустя.

415-я Дальневосточная, как ее тогда назвали, стрелковая дивизия занимала участок фронта на стыке с соседней 43-й армией. Сформирована она была в Приморском крае близ Уссурийска. На Западный фронт отбыла 24 октября 1941 года. 7 ноября ее эшелоны шли через Куйбышев, и командир дивизии полковник Латышев получил приказ о том, чтобы дивизия приняла участие в параде, который проводился в этот праздничный день в тыловом городе. А спустя двое суток ее головные эшелоны уже разгрузились в Серпухове и пешим маршем двинулись к Калугину и Станкам, на северо-запад от станции выгрузки. Судя по медальонам погибших, это были бойцы 1904, 1910, 1916 годов рождения. Резервисты. Папаши, как называли их на фронте молодые, 20-х годов рождения, солдаты. Дивизию сунули в самое пекло, в наступление, о котором я еще расскажу подробнее. Она пошла в атаку вместе с кавалеристами 2-го кавкорпуса генерала Белова. Но те были обстрелянные, уже познавшие науку войны ветераны. И дальневосточники, среди которых было много сибиряков, не выдержали и побежали. Их остановили заградотряды. Как это произошло, отчасти расскажет вот этот несколько странный документ. Донесение командира 5-й гвардейской стрелковой дивизии полковника Миронова. 5-я гвардейская к тому времени была передвинута левее. Так случилось, что командующий армией поручил полковнику Миронову навести порядок в соседней 415-й, так как еще десять дней назад окопы дальневосточников занимали гвардейцы. Дело в том, что дивизия после неудачного наступления первых дней и больших потерь личного состава в атаку подняться не могла. Причин небоеспособности новоприбывшей дивизии было много, в том числе и неопытность командира. Полковник Латышев[29] прибыл на войну из кабинета первого секретаря райкома партии. А воевать, как оказалось, — это не за партию агитировать.

«Командующему 49 армией

Генерал-лейтенанту т. Захаркину.

Доношу, что мною 19.11.41 г. в 415 были заслушаны командир и комиссар 415 сд — полковник ЛАТЫШЕВ и полковой комиссар ПИСОРЕНКО, которым даны исчерпывающие указания о приведении дивизии в порядок и выполнении Вашей поставленной боевой задачи.

В 6.20 за 10 минут до начала наступления комиссар дивизии доложил мне, что боевой состав полков состоит из 25–40 штыков, и просил час атаки перенести на 9.00, на что он получил мое разрешение.

Для наведения порядка и приведения дивизии в боевую готовность мною был послан ряд работников из управления дивизии, как то: нач-к политотдела со своим аппаратом, нач-к особого отдела, 3 человека из оперативного отделения и др., которые установили, что боевой состав дивизии разбежался по лесным массивам и управление боем не налажено. Заградительные отряды были поставлены на свои места, и к 11.30 в частях уже было собрано: 1321 — до 600 штыков, 1323 и 1326 — по 800 штыков боевого состава.

Минометные б-ны и дивизионы, роты автоматчиков в частях созданы не были, в данный период часть 1321 имеет роту автоматчиков и формирует минометный б-н.

Части 1323 и 1326 вечером 9.11.41 г. приступили к формированию указанных подразделений.

Все автоматы приказано изъять из тыловых частей и учреждений и немедленно передать в роты автоматчиков.

На месте, кроме того, была оказана помощь в организации управления боем, нужно отметить, что штабы и командиры частей своего места в бою не знают и подразделениями не руководят.

Считаю: необходимо оказать дальнейшую помощь частям 415 сд.

Командир 5 гвардейской стрелковой дивизии

полковник Миронов.

Комиссар Евсеев»[30].

Документ нуждается в небольшом комментарии.

По всей вероятности, командование 415-й стрелковой дивизии ситуацией не владело. Бойцы разбегались по лесу при любой опасности, будь то артобстрел или налет авиации противника. Счастье, что немцы в это время по фронту дивизии были ослаблены и сами посматривали в тыл. Но в окопах все-таки сидели прочно. Заградотряды сделали свое дело очень оперативно, и эффект, как видим, был. В течение четырех часов около двух тысяч бойцов были возвращены на свои позиции. При этом ни слова об арестах и других крайних мерах. В дивизии, как мы увидим из этого и других документов, которые я буду здесь цитировать, порядка действительно было мало. К примеру, автоматы, как наиболее новое и престижное личное оружие, оказались не в окопах, а в тылу. Ну как откажешь начфину, которому хочется иметь новенькие ППШ или ППД. Невозможно отказать и снабженцам. Точно такими же путями автоматы оказались у штабных работников. Полковник Миронов к тому времени был уже опытным командиром, бывалым солдатом и быстро, в рамках своих полномочий, дополнительно возложенных приказом командарма, начал наводить порядок в соседней дивизии, от действий которой зависели результаты усилий и 5-й гвардейской.

Но это произойдет в двадцатых числах ноября. А в начале месяца, до прихода кавкорпуса генерала Белова, 112-й танковой дивизии и 415-й стрелковой, обстановка здесь была тревожной. Продолжались упорные бои почти по всей линии фронта от Оки до узкоколейной железной дороги северо-западнее Серпухова, а именно в районах Калугина, Малеева, Кременок.

«Боевое донесение № 02 штадив 60.

Шатово.

20.00 3.11.41 г.

1. Противник продолжает удерживать Малеево. Малеево является сильно укрепленным опорным пунктом противника и обороняется 21 пп 17 пд (документы убитого унтер-офицера Франенбург Альфонса).

2. Части 60 сд в течение 1–2.11.41 вели упорные бои с противником за Малеево. Дивизия, понеся большие потери живой силы и не имея поддержки соседа справа, 5 гсд (которая 1.11.41 не наступала, а 2.11.41 оставила Синятино — 765 сп, чем создала угрозу флангу 60 сд) вынуждена была отойти на рубеж Екатериновка, Боровна.

В течение 3.11.41 полки приводили себя в порядок, пополнялись боеприпасами.

1281 сп наступал вдоль дороги на Малеево и, понеся большие потери живой силы, к исходу 2.11.41 отошел на юго-зап. окраину Екатериновка.

Потери: ранеными 219 чел., убитыми — 13 чел. 3 раза менялись командиры батальонов. Очень большой процент убитых и раненых комполитсостава. Осталось активных винтовок 251.

1283 сп наступал на Малеево с юго-востока. Полк встретил сильное сопротивление противника и, неся значительные потери, к исходу 2.11.41 отошел на зап. опушку Боровна.

Потери: ранеными — 78 чел., убитыми — 9 чел. Осталось активных винтовок — 250.

Наиболее боеспособная часть полков убыла (1283 сп. убыло 44 коммуниста). Оставшиеся в условиях ночного боя небоеспособны.

1. Решил: 4.11.41 уничтожить противника в Малеево, для чего, сковывая противника 1285 сп, вдоль дороги на Малеево с востока, главный удар нанести 1281 сп с севера и 1283 сп с юго-востока. Атака — 10.00. Артподготовка 15 мин.

Прошу:

а) М-13 дать два залпа по Малеево;

б) в период 9.45–10.00 бомбардировать авиацией Малеево и Воронцовка.

Командир дивизии

полковник Брилев.

Комиссар дивизии

полковой комиссар Громов.

Начальник штаба

капитан Либерзон»[31].

На левом фланге 49-й армии в эти дни после некоторого затишья наши подразделения снова начали беспокоить противника. Начальник штаба 238-й стрелковой дивизии полковник Махлиновский, сменивший полковника Короткова, внимательно следил за противником, высылал разведку, которая вела наблюдение и прослушивание, опрашивала местных жителей. Линия фронта к тому времени только-только начала стабилизироваться. Немецкие генералы, понимая, что приказы, которые приходят из Берлина, ничего общего с реальной картиной происходящих событий не имеют, начали готовиться к зимовке на том рубеже, который к этому времени захватили. Была надежда на то, что русские так же истощены непрерывными боями и неспособны к каким-либо масштабным действиям. Но уже в первых числах ноября начались яростные атаки на гарнизоны и опорные пункты. Русские всячески пытались выбить немцев из деревень, из теплого жилья в поле. Морозы еще не сковали землю и не остановили Оку, но уже чувствовались, особенно по ночам. 3 ноября 1941 года в 21.00 полковник Махлиновский докладывал командарму-49:

«1. Пр-к активных действий с западного берега р. Ока 3.11.41 не предпринимал. До 2-х б-нов пехоты с 10 минометами к утру 3.11.41 сосредоточились в районе Ломинцов, Борисово, Перешибово, Ащерино. Из опроса выходящих из окружения — в Грязново до полка пехоты.

2. Дивизия, обороняя 830-м сп (без 7-й роты и роты автоматчиков) и четырьмя ротами 837 сп восточный берег р. Ока от Богимово до Щукино тремя стрелковыми ротами при поддержке батареи 45-мм пушек, роты автоматчиков и роты заград. б-на, атаковали пр-ка в р-не Борисова со стороны Ушакова и Болото.

В результате боя сводный б-н отошел в исходное положение, потеряв 3-х убитых и 10 раненых. Потери пр-ка — до роты (в результате арт. обстрела 45-мм пушек, гаубичной батареи и огня стан, пулеметов), один миномет, одно орудие ПТО.

3. Решил — с утра 4.11.41 уничтожить Борисовскую группировку пр-ка.

4. Прошу:

1. Подавить пехоту пр-ка р-не Грязново.

2. Вернуть в мое распоряжение 843 сп.

3. Разрешить вернуть Дугненскую группу (3 и 6 усиленные роты) района Сукромна»[32].

Судя по характеру и содержанию донесений, генерал Захаркин к этому времени располагал не отдельными батальонами и ротами, находившимися неизвестно где, в каком положении и перед каким противником, а более или менее сколоченными, хотя и неполнокровными дивизиями, имевшими усиление в виде противотанковой и гаубичной артиллерии. И надо признать, командиры дивизий и полков умели грамотно использовать это усиление. Другое дело, что артиллеристы были ограничены в своих возможностях. Во время артналетов противотанковые орудия молчали, а артполки бросали десяток-другой снарядов и тоже умолкали. Сказывался крайне ограниченный боезапас. Правда, судя опять же по донесениям, положение вскоре начало меняться к лучшему. Более организованным стал подвоз. Войска стали лучше кормить. Обеспечивали теплой одеждой. Наладили ремонт и замену стрелкового оружия. Словом, оборона начала обустраиваться и обживаться на занятом рубеже.

А на правом фланге продолжалась упорная драка за населенные пункты. Зима, усиливающиеся с каждым днем морозы и снегопады гнали людей к жилью. Обе армии остановились на захваченных еще в октябре позициях и не сдвигались с них ни на восток, ни на запад. Так сложилось, что особенно упорные и кровопролитные бои завязались в лесах и полях близ деревни Малеево. Название этой небольшой лесной деревушки, утонувшей в снегах между двумя районными центрами Московской области — Серпуховом и Высокиничами, — чаще других упоминается в эти дни в сводках 5-й и 60-й стрелковых дивизий. А вскоре слово «Малеево» появится и в донесениях 415-й стрелковой, 112-й танковой, 5-й и 9-й кавалерийских дивизий.

Загрузка...