Ф. ЭНГЕЛЬС УРОКИ АМЕРИКАНСКОЙ ВОЙНЫ

Когда несколько недель тому назад мы обратили внимание на процесс чистки, ставший необходимым в американской волонтерской армии [См. настоящий том, стр. 393–397. Ред.], мы были лишены возможности полностью исчерпать ценные уроки, которые постоянно дает нынешняя война волонтерам по эту сторону Атлантического океана. Мы позволим себе поэтому снова вернуться к этому вопросу.

Способ ведения войны, происходящей в настоящее время в Америке, действительно не имеет прецедента. От Миссури до Чесапикского залива миллион солдат, разделенных почти поровну на два враждебных лагеря, стоят друг против друга вот уже около шести месяцев, ни разу не вступив в общее сражение. В Миссури эти две армии продвигаются, отступают, сражаются и снова поочередно продвигаются и отступают без всякого видимого результата; даже теперь, после семи месяцев маршей и контрмаршей, которые должны были страшно опустошить страну, ход событий, видимо, так же далек от какого бы то ни было разрешения, как и раньше. В Кентукки, после длительного периода кажущегося нейтралитета[235], в действительности периода подготовки, становится, по-видимому, неизбежным такое же положение; в Западной Виргинии происходят непрерывные мелкие стычки без всякого видимого результата, а у Потомака, где сосредоточены крупнейшие силы обеих сторон почти на виду друг у друга, ни одна из них не стремится к наступлению, доказывая этим, что при данном положении дел даже победа была бы совершенно бесполезна, И до тех пор, пока какие-либо внешние обстоятельства не внесут серьезного изменения, эта безрезультатная система войны, возможно, продлится еще целые месяцы. Как следует объяснить все это?

И на той и на другой стороне у американцев сражаются почти исключительно волонтеры. Маленькое ядро прежней регулярной армии Соединенных Штатов либо растворилось, либо слишком слабо, чтобы переварить огромную массу необученных рекрутов, сосредоточенных на театре военных действий. Для того чтобы превратить всех этих людей в солдат, нет даже достаточного числа инструкторов. Следовательно, обучение должно идти очень медленно, и действительно, нельзя даже предсказать, как долго продлится это обучение, пока прекрасный людской материал, собранный на обоих берегах Потомака, не станет пригодным, чтобы двинуть его крупными массами и дать или принять сражение соединенными силами.

Но даже если солдаты смогли бы пройти обучение в относительно короткие сроки, то нет достаточного количества офицеров для руководства ими. Не говоря о ротных командирах, которые, конечно, не могут быть взяты из гражданского населения, недостает офицеров в качестве командиров батальонов, даже если каждый лейтенант и прапорщик регулярной армии будут назначены на эти должности. Значительное число полковников из штатских поэтому неизбежно; и ни один человек, знающий наших собственных волонтеров, не сочтет ни Мак-Клеллана, ни Борегара слишком робкими за то, что они отказываются предпринимать решительные действия или сложные стратегические маневры, располагая, в качестве исполнителей своих приказаний, полковниками из штатских с шестимесячным стажем.

Предположим, однако, что это затруднение было в общем преодолено; что полковники из штатских вместе со своими мундирами приобрели знания, опыт, такт, необходимые при исполнении их обязанностей, — по крайней мере, поскольку это касается пехоты. Но как будет обстоять дело с кавалерией? Обучение кавалерийского полка требует большего времени и большего опыта от обучающих офицеров, чем подготовка пехотного полка. Предположим, что все люди придут в свои части с достаточным знанием искусства верховой езды, то есть, что они смогут крепко сидеть в седле, управлять лошадью и знать, как ухаживать за нею и кормить ее, — все же и это едва ли сократит время, необходимое для обучения. Военная верховая езда, то управление вашей лошадью, благодаря которому вы заставляете ее проделывать все движения, необходимые при перестроениях кавалерии, — это совсем другое дело, чем верховая езда, в которой обычно практикуются штатские. Небезызвестно, что наполеоновская кавалерия, которая, по мнению сэра Уильяма Нейпира («История войны на Пиренейском полуострове»)[236], была чуть ли не лучше английской кавалерии того времени, состояла из самых плохих всадников, когда-либо сидевших в седле, и многие из наших лучших спортивных наездников, вступая в волонтерские кавалерийские части, находили, что им еще многому нужно поучиться. Нам нет поэтому надобности выражать изумление при обнаружении того факта, что американцы испытывают острый недостаток в кавалерии и что то немногое, чем они обладают, состоит из чего-то вроде казаков или индийских иррегулярных кавалерийских частей (rangers), непригодных для атаки в сомкнутом строю.

В отношении артиллерии дело должно обстоять еще хуже; точно так же и с инженерными войсками. Оба эти рода войск владеют высоко техническими видами оружия и требуют длительного и тщательного обучения как офицерского, так и унтер-офицерского состава, а также, конечно, и более длительного, чем в пехоте, обучения солдат. Артиллерия, кроме того, является более сложным родом войск, чем даже кавалерия; вам нужны пушки, лошади, объезженные для их транспортировки, и две категории обученных солдат — канониры и ездовые; вам нужно, кроме того, большое количество повозок для снарядов и большие лаборатории для изготовления боевых припасов, литейные заводы, мастерские и т. д.; и все это должно быть оборудовано сложными машинами. Утверждают, что федералисты[237] имеют на фронте 600 орудий, но как они будут обслуживаться, мы легко можем себе представить, зная, что заново сформировать в шесть месяцев из ничего 100 полных, хорошо снабженных и хорошо обслуживаемых батарей совершенно невозможно.

Но предположим опять-таки, что все эти трудности были преодолены и что боевая часть двух враждующих американских группировок действует в прекрасных условиях, смогли бы они двигаться даже в этом случае? Конечно, нет. Армию нужно кормить, а большая армия в такой сравнительно слабо населенной местности, как Виргиния, Кентукки и Миссури, должна получать продовольствие главным образом со складов. Ее боевые припасы должны пополняться; за ней должны следовать оружейные мастера, шорники, столяры и другие мастера для поддержания ее боевой техники в должном порядке. Все эти необходимые условия отсутствовали в Америке; их пришлось организовывать почти на пустом месте, и у нас нет никаких оснований утверждать, что даже в настоящее, время интендантство и транспорт обеих армий вышли из младенческого состояния.

Америка, как Север, так и Юг, как федеральная, так и конфедератская, не имела, вообще говоря, военной, организации. Линейная армия по своей численности совершенно не подходила для борьбы против серьезного неприятеля; милиционная армия почти отсутствовала. Прежние войны Союза никогда не подвергали испытанию военные силы страны; Англия между 1812 и 1814 гг. не могла выделить много войск, а Мексику обороняла главным образом разношерстная масса. Дело в том, что, благодаря географическому положению Америки, у нее фактически не было врагов, которые могли бы где-нибудь напасть на нее, в самом худшем случае, с большими силами, чем 30 или 40 тысяч солдат регулярной армии, и огромные пространства страны скоро оказались бы для армии такой численности более страшным препятствием, чем любые войска, которые Америка могла бы выставить против нее; между тем ее армии было достаточно, чтобы образовать ядро для 100000 волонтеров и обучить их в надлежащее время. Но когда гражданская война потребовала больше миллиона людей, то вся система рухнула, и все надо было начинать сначала. Результаты налицо. Две огромных, громоздких массы людей, полные страха друг перед другом, боясь победы почти так же, как и поражения, стоят друг против друга, пытаясь путем огромных издержек создать что-то, напоминающее регулярную организацию. Огромная трата денег, как бы она ни была ужасна, совершенно неизбежна благодаря полному отсутствию того организационного основания, на котором могло бы быть построено новое здание. Но могло ли быть иначе при том незнании и неопытности, которые преобладают в каждом ведомстве? С другой стороны, польза от этих издержек, в смысле продуктивности и организации, исключительно мала. Но могло ли быть иначе?

Британские волонтеры должны быть благодарны своей судьбе, что они с самого начала нашли многочисленную, хорошо дисциплинированную и опытную армию, которая взяла их под свое покровительство. Если иметь в виду предрассудки, свойственные всем профессиям, эта армия хорошо приняла их и хорошо с ними обращалась. Нужно надеяться, что ни волонтеры, ни публика никогда не подумают, что новый вид войск когда-нибудь сможет в какой бы то ни было степени заменить старый. Если такие люди имеются, то мимолетный взгляд на состояние двух американских волонтерских армий должен доказать им их собственное невежество и глупость. Никакая армия, заново организованная из штатских людей, никогда не сможет стать боеспособной, если она не будет обучена и поддержана огромными интеллектуальными и материальными ресурсами, имеющимися в распоряжении многочисленной регулярной армии, а главным образом — той организацией, которая составляет самую сильную сторону регулярной армии. Предположите, что Англии угрожает вторжение, и сравните то, что произошло бы в этом случае, с тем, что неизбежно случилось в Америке. В Англии военное министерство, с помощью некоторого дополнительного числа чиновников, которых легко можно найти среди опытных военных, приступило бы к выполнению всей той дополнительной работы, которую потребовала бы армия в 300000 волонтеров; имеется достаточно запасных офицеров, причем особому наблюдению каждого из них можно было бы поручить, скажем, три или четыре батальона волонтеров, а при некотором усилии каждый батальон можно было бы обеспечить одним линейным офицером в качестве адъютанта и одним — в качестве полковника. Кавалерия, конечно, не могла бы быть создана импровизированным путем, но решительная реорганизация волонтерской артиллерии — с помощью офицеров и ездовых из королевской артиллерии — помогла бы укомплектовать много батарей полевой артиллерии. Гражданские инженеры страны ждут только удобного случая, чтобы изучить военную сторону своей профессии, что сразу же превратило бы их в первоклассных офицеров инженерных войск. Интендантство и транспортная служба уже организованы и, возможно, скоро оказались бы в состоянии удовлетворять потребности 400000 человек с той же легкостью, как и потребности 100000. Ничто не было бы дезорганизовано, ничто не было бы нарушено; со всех сторон волонтеры получали бы помощь и поддержку, и им нигде не нужно было бы бродить ощупью, в потемках; и — за исключением некоторых из тех промахов, без которых Англия не сможет обойтись в самом начале войны, — мы не видим причины, почему бы через шесть недель все не могло бы быть налажено в достаточной степени.

Теперь взгляните на Америку, и вы поймете, какую ценность представляет регулярная армия в деле создания армии волонтеров.

Написано Ф. Энгельсом в конце ноября 1861 г.

Напечатано в «The Volunteer Journal, for Lancashire and Cheshire» № 66, 6 декабря 1861 г.

Подпись: Ф. Э.

Печатается по тексту журнала

Перевод с английского

Загрузка...