ТИМУР ТАМЕРЛАН (1336–1405)

Полководец, эмир с 1370 года. Создатель государства со столицей в Самарканде. Разгромил Золотую Орду. Совершал завоевательные походы в Иран, Закавказье, Индию, Малую Азию и другие, сопровождавшиеся разорением многих городов, уничтожением и уводом в плен населения.

Тимур, сын барласского бека, эмира Тарагая, родился в селении Ходжа Ильгар (недалеко от города Шахрисабза) С юных лет Тимур был хорошо знаком с военным делом и принимал участие в междоусобных распрях.

По-видимому, личная храбрость и ярко выраженные качества вожака создали Тимуру широкую популярность среди молодежи. Вокруг него собрался хорошо вооруженный отряд, который совершал набеги на земли соседей и грабил купеческие караваны. Тимур хорошо знал среду кочевников-скотоводов, оседлых земледельцев и горожан. Он выдвинулся в период нападения на Мавераннахр моголистанского хана Тоглук-Тимура, который дважды — в 1360 и 1361 годах — пытался подчинить себе эту богатую страну и, не встретив сопротивления, дошел до Кашкадарьи, правитель которой Хаджи-барлас бежал в Хорасан. Тимур поступил на службу к Тоглук-Тимуру, который, отправляясь домой в Моголистан, передал ему управление чешским вилайетом. Так, в 25 лет Тимур стал владетелем небольшого, но богатого тумена.

Тимур недолго был на службе у моголистанского хана. Когда последний назначил правителем в Мавераннахр своего сына Ильяс-ходжу, Тимур не пожелал ему служить, порвал с ним и стал самостоятельным владетелем. Возможно, этот разрыв произошел благодаря поддержке Хусейна — внука влиятельного тюркского эмира Казагана, с которым Тимур вступил в союз в 1361 году.

Последующие четыре года (1361–1365) являются периодом наибольшей близости между двумя эмирами, которые вступили в родственные отношения, сестра Хусейна Улджай Туркан-ага стала женой Тимура. Союз эмиров представлял собой значительную силу в Мавераннахре, однако он использовался главным образом в их личных интересах для грабительских набегов. Во время военных походов (на Сеистан) Тимур получил тяжелые ранения в правую руку и правую ногу. Рука впоследствии почти высохла, а на правую ногу Тимур хромал всю жизнь, почему и получил прозвище «Тимурленг» — Тимур-хромец, в европейском произношении — Тамерлан.

После смерти Тоглук-Тимура изгнанный из Мавераннахра Ильяс-ходжа не захотел примириться со своим положением и в 1365 году с большим войском выступил в поход на Мавераннахр Хусейн и Тимур подготовились к сражению Битва, вошедшая в историю под названием «Джанг-и-лой» («Битва в болотистой местности»), состоялась между нынешним Чиназом и Ташкентом. Во время сражения начался ливень, образовалась липкая скользкая грязь, всадники теряли устойчивость и падали. Из-за несогласованности действий Тимур и Хусейн потерпели неудачу. В самый разгар сражения, когда войско Тимура добилось серьезного успеха, Хусейн не поддержал его, и это решило исход битвы. Оба эмира покинули поле боя и с остатками войска отступили сначала в сторону Самарканда, а потом на юг, к Амударье, переправившись через которую, укрылись в Балхской области.

Теперь дорога на Самарканд, оставленный без гарнизона и военачальников, была для Ильяс-ходжи открыта. Таким образом, население было брошено на произвол судьбы. К счастью для жителей, в городе в это время находилась значительная группа сарбадаров, выступавшая против эксплуаторской власти Моголистана.

Когда весть о приближении Ильяс-ходжи дошла до жителей Самарканда, Маулан-задэ, учащийся самаркандского медресе, обратился к народу с пламенной речью, призвав защищать город до конца.

Войско Ильяс-ходжи попало в умело расставленную ловушку. Захватчикам пришлось поспешно уйти, потеряв, по одним данным, 1000, а по другим, 2000 человек и огромное количество лошадей.

Весть о победе сарбадаров над Ильяс-ходжой дошла до эмиров — Хусейна и Тимура. Зиму Тимур проводил в Карши, а Хусейн — на берегу Амударьи. Весной они встретились и вместе двинулись к Самарканд. Остановились они у самого города, в местности Кан-и-Гиль. Оба эмира дали знать сарбадарам, что одобряют их действия и хотели бы с ними встретиться. Сарбадары поверили «добрым» намерениям эмиров, на приеме у которых им действительно было оказано много знаков внимания. Однако, когда на следующий день они вновь появились в ставке Хусейна и Тимура, их вероломно схватили, связали и казнили всех, за исключением Маулана-задэ, которого своим заступничеством перед Хусейном спас Тимур.

Покончив с сарбадарами и их вождями, Хусейн и Тимур весной 1366 года вновь подчинили себе Самарканд.

Между тем отношения между Тимуром и Хусейном изо дня вдень ухудшались. Оба эмира втягивали в свои распри других мавераннахрских владетелей. Однако феодальная анархия в стране не могла продолжаться бесконечно. Объединения хотели купцы, ремесленники, мусульманское духовенство и земледельцы.

Тимур лучше, чем Хусейн, понимал требования времени и группировал вокруг себя духовенство и городское население, сочувственно относившееся к его политической линии.

В конце 60-х годов Хусейн стал укреплять принадлежавший ему Балх, перестроил в нем цитадель Хиндуван и восстановил городские стены. Туда он перевез все свое имущество и много оружия. Прекрасно понимая, на что направлены приготовления Хусейна, Тимур решил опередить его.

В 1370 году, собрав хорошо вооруженное войско, он осадил Балх и ценой больших потерь овладел городом. По его приказу была разрушена цитадель и город отдан на разграбление воинам. В цитадели Тимур захватил казну. Хусейн принял смерть от руки союзника Тимура, правителя Хутталяна Кейхосрау. По словам летописцев, еще в самом начале похода на Балх Сейид Береке, родом из Мекки, предсказал Тимуру великое будущее и вручил ему символы власти — барабан и знамя.

Взятие Балха и смерть Хусейна явились решающими событиями в жизни Тимура. На курултае начальников войска (командиров туменов и тысячников) Тимур был провозглашен единым государем. Он называл себя эмиром курагани, так как женился на вдове Чингизида эмира Хусейна. Чувствуя пиетет к величию империи Чингиза, он назначил подставным ханом Чингизида Суюр-гатмыша. Влияние и авторитет Тимура были безграничны. Термезские шейхи, братья Абулмаали и Али-Акбар, носившие титул худованд-задэ (владыка) первыми поняли это. Их свидание с Тимуром в Балхе положило начало прочной связи с духовенством, которая не нарушалась в течение всего правления Тимура.

Из Балха Тимур направился в свой родной город Кеш (Шахрисабз), где занялся устройством внутренних дел государства Давуда, одного из своих сподвижников, он назначил эмиром дивана, то есть везиром. Сохранив прежнее административное деление Мавераннахра на трумены, сделанное Кебек-ханом, Тимур назначил на должности начальников туменов и тысячников новых лиц.

В 1370 году Тимур переехал в Самарканд, где приступил к вооружению городских стен, цитадели и дворца. Ему необходима была хорошо укрепленная столица — надежный оплот против оппозиционных владетелей, со стороны которых он мог ожидать вооруженного выступления против себя.

Тимур знал, что стране нужна твердая власть. Он привлек и подчинил себе мелких владетелей Мавераннахра, организовав несколько грабительских набегов на соседние страны. Тимур хорошо разбирался в настроениях большинства владетелей Мавераннахра. Свою среду он знал очень хорошо с ранней юности, знал, как стремятся мавераннахрские владетели совершить поход с целью получения добычи — он и сам стремился к таким же походам. Большой государственный ум сочетался у Тимура с привычками феодала-владетеля, который не упустил бы случая захватить у соседа добро, если бы для этого в данный момент у него имелись достаточные военные силы.

Уже первые годы правления Тимура показали, что он стал сочетать государственную деятельность по объединению Мавераннахра с организацией походов, не связанных с объединением государства, а носивших чисто грабительский характер.

Объединить и подчинить земли между Амударьей и Сырдарьей, а также Фергану и Хашскую область Тимуру не представляло особого труда. Здесь не было такого владетеля, который мог бы противопоставить Тимуру свою волю. Иначе обстояло дело с Хорезмом — древней культурной областью. Хорезм был разделен на две части Северный Хорезм с городом Ургенчем вошел в состав Золотой Орды, а Южный — с городом Кятом — в улус Чагатая. В начале 60-х годов, в смутное время, наступившее в Золотой Орде после смерти хана Бердибека (1359), из племени кунграт выдвинулась самостоятельная династия Суфи.

Хусейн Суфи начал объединение Северного и Южного Хорезма и захватил два города Кят (тогда крепость) и Хиву. Тимур, претендовавший на все наследие улуса Чагатая, считал этот акт незаконным и в 1372 году отправил к Хусейну Суфи посла с требованием вернуть захваченные города. Хусейн отказался выполнить это требование. Тимур немедленно двинул против него свое войско. Путь к Ургенчу лежал через Кят, который был взят после недолгого сопротивления. Затем та же участь постигла и Хусейна. Он укрылся в цитадели Ургенча, где вскоре умер. Место Хусейна занял его брат Юсуф Суфи. Тимур предложил ему мир, одним из условий которого было требование выдать за своего сына Джехангира Хан-задэ дочь Хусейна — внучку Узбек-хана. Юсуф Суфи согласился.

После ухода Тимура Юсуф Суфи не выполнил условий мира и вновь захватил Кят. Своими действиями он вызвал второй поход Тимура в Хорезм(1373–1374), но до военного столкновения дело не дошло, так как Юсуф принес повинную, обещая немедленно выполнить все условия мира.

В результате Южный Хорезм вошел в состав государства Тимура, однако успех оказался временным. Юсуф Суфи, воспользовавшись отсутствием Тимура (воевавшего с Урусханом), в 1375 году вновь овладел Южным Хорезмом. Взаимные стычки и обиды продолжались до 1379 года, когда Тимур после трехмесячной осады овладел Ургенчем, и Южный Хорезм окончательно вошел в состав империи Тимура.

Существовала еще сильная Золотая Орда, которая, так же как и Белая орда, угрожала могуществу Тимура. С первых лет своего правления Тимур внимательно следил за тем, что происходило в улусе Джучи, в состав которого входили Золотая и Белая орды. Постепенно Белая орда обособилась и ввела своих собственных ханов. Урус-хан, правивший в ней до 1375 года, задумал объединить обе части улуса Джучи под своей властью.

Тимур, опасаясь этого объединения и его возможных последствий для своего государства, искал повода для вмешательства. Удобный случай представился. Один из узбекских эмиров Белой орды, правитель Мангышлака Туйходжа-оглан, был убит Урусханом за то, что не выступил с ним в поход против Золотой орды. Сын Туйходжи-оглана Тохтамыш бежал из Белой орды и явился в 1376 году к Тимуру, предлагая свои услуги.

Учитывая общую обстановку в орде и считая чрезвычайно выгодным для себя иметь в Белой орде своего ставленника, Тимур предложил Тохтамышу военную поддержку, тут же снарядил войско и отправил его в Белую орду отвоевывать у Урусхана белоордынский престол. В двух походах (1376) Тохтамыш был разбит. Тогда Тимур, несмотря на зимнее время, направился с войсками против Белой орды, но из-за сильных морозов поход был прерван. Только в 1379 году Тимуру удалось посадить Тохтамыша на престол Белой орды.

Тохтамыш не оправдал надежд Тимура. Став ханом в Белой орде, он пошел по стопам Урус-хана и начал борьбу за объединение и усиление Золотой Орды. Победа над Мамаем в 1380 году дала возможность Тохтамышу захватить верховную власть в Золотой Орде и вновь объединить обе части улуса Джучи.

Стремясь возродить Золотую Орду и расширить ее пределы, Тохтамыш предпринял несколько походов в Закавказье и Азербайджан. В 1385 году он направил многочисленное войско для захвата Тебриза.

В конце 80-х годов Тохтамыш явно искал случая для столкновения с Тимуром, стремясь отвлечь его от персидских походов. В 1387–1388 годах, воспользовавшись отсутствием Тимура, он напал на Мавераннахр. В это же время поднял восстание Сулейман Суфи и Тимур совершил последний поход на Хорезм (1388. Заняв Ургенч, Тимур уничтожил династию Суфи, а жителей города переселил в Самарканд. В течение десяти дней войска Тимура грабили прекрасный богатый Ургенч, в результате один из центров торговли между восточной Европой и Средней Азией был уничтожен. Только в 1391 году Тимур приказал восстановить город. Так прекратило самостоятельное существование небольшое, но богатое и культурное Хорезмское государство. Хорезм вошел в состав державы Тимура, а позже государства Тимуридов. Таким образом, все земли Средней Азии, за исключением Семиречья и низовьев Сырдарьи, оказались в руках завоевателя.

Тимур, ведя войны с Тохтамышем, стремился полностью ослабить улус Джучи, так как видел в самом существовании могущественной Золотой Орды постоянную угрозу своему государству. Он провел три больших похода против Тохтамыша (в 1389, 1391 и 1394–1395 годах).

В 1395 году произошло решающее сражение между Тимуром и Тохтамышем на Северном Кавказе, в долине реки Терек. Тохтамыш потерпел поражение, и Тимуру открылась свободная дорога в Поволжье, к самому сердцу Золотой Орды — ее столице городу Сараю Берке. Большой и богатый город был захвачен, разграблен и сожжен, причем из него была вывезена огромная добыча, в состав которой кроме разнообразных материальных ценностей входило большое число пленных — мужчин, женщин и детей, обращенных победителями в рабство. Пострадало не только Нижнее Поволжье с его главными городами — Сараем Берке и Хаджи Тарханом (Астрахань), но и Крым с его приморскими городами (например, Кафа), а также Азак (Азов) и Северный Кавказ.

Известно, что опустошения и разрушения здесь были настолько велики, что все эти места долго не могли экономически возродиться… Если борьба Тимура с Хорезмом и Золотой Ордой была вызвана интересами объединения Средней Азии в сильное государство, то походы в Персию, Закавказье и Индию носили завоевательный и грабительский характер.

Таков был и поход Тимура в 1381 году на Герат, которым владел в то время Гиясуддин Пир-Али из династии Куртов. Жители не оказали упорного сопротивления Тимуру, так как поверили его обещаниям гарантировать им жизнь и неприкосновенность имущества, если они останутся в домах и не примут участия в защите города.

Понятно, что в такой обстановке Тимуру легко было взять один из наиболее укрепленных городов Хорасана. Наложив на жителей огромную дань, Тимур приказал наиболее именитым жителям Герата покинуть город и отправиться в Шахрисабз, который Тимур в то время всячески старался возвеличить и украсить.

Опасаясь возможного восстания жителей Герата, Тимур приказал срыть укрепления города (городские стены с башнями), снять ворота и т. д. Не тронута была только цитадель Ихтияруддин. Предположения Тимура оправдались в 1383 году, то есть через два года после взятия города, гератцы восстали, однако победить не сумели, восстание было жестоко подавлено. На этот раз они заплатили значительно большую дань. В том же 1383 году династия Куртов (с 1381 года вассалов Тимура) была окончательно низложена, а еще через шесть лет, в 1388 году, сын Тимура Мираншах коварно убил на пиру ее последнего представителя.

К середине 80-х годов весь Хорасан уже принадлежал завоевателю. На этом его движение в глубь Персии не остановилось. Тимур совершил еще три длительных похода в Персию сначала «трехлетний» (с 1386 года), затем «пятилетний» (с 1392 года) и, наконец, «семилетний» (с 1399 года). Походы эти были успешны и завершились покорением всей Персии. Военачальники и простые воины Тимура были жестоки и безжалостны к населению, у которого они отнимали имущество, свободу, а часто и саму жизнь.

Особенной жестокостью Тимур отличился в 1387 году в походе на области Фарса и Исфахана, которыми владели Музаффариды. После захвата Исфахана он приказал жителям выкупить свою жизнь и право на имущество. Для сбора выкупа кварталы города были поделены между эмирами войска Тимура. Однако исфаханцы не желали платить дань и подняли восстание против оставленного в городе гарнизона. Почти все чиновники Тимура, которым поручили собирать дань, погибли. Узнав об этом, Тимур приказал войскам вновь захватить город. Началось массовое убийство населения. Каждый воин должен был доставить Тимуру определенное количество голов. Шарафуддин Али Иезди при всем своем пристрастии к Тимуру вынужден был признать, что не все воины решились убить такое большое число мирных мусульман и предпочли уплатить за голову по двадцать кебекских динаров. В исфаханском побоище было собрано 70 000 голов, из которых по приказу Тимура в «назидание» другим были сложены высокие башни. Не раз ходил Тимур с большим войском и в Азербайджан, но покорил его лишь в 1397 году. Армению и Грузию он подчинил себе в 1392 году, оставив в памяти народа воспоминание о себе, как об одном из жесточайших завоевателей.

В индийском походе (1398–1399) Тимур ограбил огромную страну, безжалостно перебив 100 000 безоружных индийских пленных, заподозренных им в организации восстания в его тылу во время битвы с султаном Насируддин Махмудом Дехлийским Тимур, разбив войска дехлийского султана и захватив прославленный город Дехли (Дели) и близлежащие области, вывез огромную добычу.

В 1400 году Тимур вступил в борьбу с турецким султаном Баязедом I и египетским султаном Фараджем, захватил Сивас в Малой Азии и Халеб (Алеппо) в Сирии. В 1402 году при Анкаре Тимур столкнулся с Баязедом в решающем сражении. В каждой армии насчитывалось более 200 000 воинов. В этой битве могущественный османский султан Баязед был наголову разбит и взят в плен. Победа при Анкаре в 1402 году почти на 50 лет отсрочила завоевание Константинополя турками-османами.

В течение нескольких лет Тимур тщательно готовился к походу на Китай и начал его в конце 1404 года, выступив с 200-тысячным войском. И только смерть Тимура, последовавшая 18 февраля 1405 года в Отраре, прервала поход.

Тимур, отличавшийся большим военным и государственным талантом, был сыном своей эпохи. За свою жизнь он истребил девять династий. Он жестоко разорял завоеванные земли, зачастую истреблял население Тимур стремился к завоеванию всего мира, утверждая, что «если на небесах есть только один Бог, то и на Земле должен быть только один правитель» Власть его была абсолютной.

Огромным государством Тимур управлял через своих сыновей, внуков и приближенных, назначив их правителями. При этом он широко использовал систему суюргала (вознаграждение со стороны правителя). Лица, получившие суюргальные владения, управляли ими как вассальные правители.

Только сила и страх держали в узде вассалов Тимура. В 1375 году Тимур казнил непокорного главу племени джалаир, а джалаиров распределил по разным округам, уничтожив таким образом целое кочевое владение в районе Ходженда. Согласно рассказу Ибн Арабшаха, в 1338 году Тимур коварно перебил в Самарканде некоторых эмиров, выразивших недовольство. Он отнял Фарс с городом Ширазом у сына Омар-шейха Пирмухаммеда, который не выступил в поход по его приказу Впрочем, в 1403 году он снова вернул Пирмухаммеду его суюргал.

Военная история называет Тимура в числе крупнейших полководцев средневековой Азии. и Его военное дарование раскрылось в двух направлениях как реорганизатора войска и как полководца. В его армии соблюдалась железная дисциплина.

Свои войны Тимур вел с исключительной жестокостью, бесчеловечностью, которая ничем не могла быть оправдана. Чем можно оправдать постройку башни из 2 000 живых людей, переслоенных битым кирпичом и глиной при взятии Исфизара (город в Афганистане) или сооружение в восставшем Исфагане башен из 70 000 голов, или, наконец, погребение заживо 4 000 людей после взятия города Сиваса в Малой Азии?

Тимур не принадлежал к Чингизидам, поэтому никогда не именовал себя ханом. Как и все люди того времени, он относился к титулу «хан» с большим пиететом и, несмотря на свое честолюбие и властолюбие, вынужден был носить титул эмира, присоединив к нему титул «курагана» (зятя, в данном случае ханский зять). Право на титул курагана он приобрел после женитьбы на Сарай Мулькханым, которую он взял из гарема эмира Хусейна в 1370 году и которая была дочерью Чингизида Казан-хана, последнего хана Мавераннахра из дома Чагатаев.

Тимур, по словам Хафизи Абру, имел познания в истории тюрков, арабов, персов, особенно он ценил практические знания. Он был прежде всего политиком и, стараясь из всего извлечь пользу для государственного дела, сохранял самые дружеские связи с представителями мусульманского духовенства, создавшими ему популярность среди феодальной верхушки и воинов. Как тогда было принято, он держал при себе духовника — шейха Береке, — который «молитвой старался подкрепить то, что делал Тимур мечом». Однако политический расчет Тимур ставил выше споров между отдельными правоверными толками.

В Мавераннахр, центр своего обширного царства, Тимур ввозил не только различные материальные ценности, но главным образом пленных специалистов-ремесленников, художников, архитекторов, ученых. В Самарканде можно было увидеть мастеров Хорезма, Исфагана, Шираза, Халеба и других городов Востока. Их технические знания и творческое вдохновение использовались при строительстве дворцов, мечетей, медресе, мавзолеев, загородных садов. Испанский посол Клавихо, посетивший Самарканд в 1403–1404 годах, был поражен размахом строительных работ Тимура.

Самарканд был украшен новыми величественными зданиями, благоустроенными базарами, пополнен кварталами ремесленников самых разнообразных специальностей. Тимур до конца своих дней находился в здравом рассудке. Он позвал к себе принцев и принцесс из гарема, придворных и значительных эмиров, которые сопровождали его в Отрар, и объявил им, что знает о своей скорой смерти и ожидает ее спокойно, он возражает против обычного в таких случаях громкого плача Эмирам и принцам он приказал позаботиться о том, чтобы Иир Мухаммед, сын Джахангира, стал его преемником, они все должны дать обязательство привести к соответствующей присяге остальных его потомков. Предложение одного из присутствующих, что нужно срочно вызвать принцев из лагеря под Ташкентом, он отверг. Его жизнь так долго не продлится, всех тех, кто здесь в Отраре присутствует, достаточно для того, чтобы засвидетельствовать его последнюю волю. В конце он предостерег их «Что бы я ни говорил и ни советовал, вы не можете ни в чем проявлять слабость, вы должны крепко держать в руках рукоятку меча, так как если тело позорят, а в сердце допускают слабость, то это ведет к уничтожению разума и к смерти души. Низость не позволить достичь того, к чему стремился, кто проявляет слабость, тот не достигнет того, чего он желает». Приближенные старались скрыть от членов династии смерть Тимура, тем не менее весть о ней быстро распространилась Наступил период смут.

Загрузка...