Анджела в стране эльфов [мини]

3

После жуткой уборки пришлось использовать проверенное успокоительное. И полночи я читала, не в силах остановиться — вечная проблема запойного книгоголика, а оставшиеся часы пыталась поспать с мелкими на кровати. И пусть она была королевских размеров (прям как в моих книгах!), но мелкие жались ко мне с двух сторон, пинались и лягались.

Так что мои синяки под глазами поутру были особенно насыщенного цвета.

В итоге большую часть времени до презентации я потратила на приведение себя в приличный вид, получилось… терпимо. В любом случае, у меня нет магии, чтобы сбросить десять лет жизни и лишние десять (а лучше пятнадцать) кило веса. Последнее бы особенно не помешало, когда я влезала в треклятый кожаный костюм — чтоб там Глории икалось! С трудом, лежа на полу, натянула штаны, а потом кое-как застегнула кожаную куртку, едва сошедшуюся на груди. При этом я истово надеялась, что пуговицы пришиты на совесть и не отвалятся в самый разгар презентации. На такой перформанс я не подписывалась!

Я с тоской посмотрела на свой филей, обтянутый черной кожей. Да и пуговицы куртки заканчивались не намного выше вчерашнего декольте. Видок, прямо скажем…

Ладно, меня здесь никто не знает, я в Аларии первый и (надеюсь!) последний раз, так что сегодняшний позор останется только в моей памяти. Главное, чтобы гонорар за него был соответствующим, он точно поможет сгладить все неприятные воспоминания.

Около полудня в дверь постучали. За ней оказался Дираль, но не один. Рядом с ним стоял пожилой исключительно интеллигентного вида эльф с приятным располагающим лицом.

Ой, только не говорите, что этот божий одуванчик будет следить за детьми!

Дираль прошелся голодным взглядом по моей фигуре и выдохнул.

— Доброе утро, — поздоровался он, глядя на мои верхние сто десять сантиметров.

— Доброе, — ответила я и кашлянула, привлекая внимание.

— Хотел представить вам мэтра Киваля, — встрепенулся помощник повелителя. — Он проведет экскурсию по дворцу для ваших замечательных детей.

Я скептически посмотрела на эльфийского старичка. И еще скептичнее переспросила:

— Экскурсию по дворцу?

Для активных шестилеток? Серьезно? Рассказ про живопись и архитектуру?

— Молодому поколению очень важно приобщаться к прекрасному, — на одном дыхании произнес мэтр Киваль.

Ну да, ну да. Только моим куда больше бы подошел молодой и активный эльф, который бы поиграл в прятки или догонялки.

Но выбора не было. Презентация начнется с минуты на минуту, а на нее грозился явиться сам правитель объединенного эльфийского государства. Так что опаздывать нельзя.

Поэтому с тяжелым сердцем и прочитав детям нотации, как вести себя во дворце, я передала мелких старичку, сразу поведшему их в сторону “интереснейшего паркового ансамбля и скульптурной группы”, а сама направилась в другую сторону — на презентацию, организованную в оранжерее дворца.

Честно скажу, я надеялась увидеть с десяток эльфов, случайно заглянувших на огонек. Но никак не битком набитый лекторий! Свидетелей моего позора набралось больше сотни точно! Да какой там! Я бегло насчитала двадцать рядов по двадцать стульев!

Откуда такой ажиотаж?!

На самом деле половину присутствующих составляли человеческие женщины, которых в Аларии жило немало. Собственно, и эльфиек пришло прилично, но куда больше удивляло количество эльфов. Эти-то что здесь забыли? В наших краях я популярностью у мужского сегмента читателей не пользовалась. Глория проводила исследования рынка. Неужели эльфы-мужчины настолько сентиментальны, что читают любовные романы?

Правда, уже встреченные в особой сентиментальности замечены не были.

На первом ряду сидел повелитель эльфов собственной персоной. Рядом с ним — Кариэль, которого держала за руку молодая человеческая девушка. Очень миленькая, русоволосая, с исключительно страшной черной сумкой на коленях.

Впрочем, мой внешний вид сейчас тоже был тот еще. Зад буквально дымился от чужих взглядов, поэтому я поспешила сесть за стол с табличкой “Анджела Страйк” и моей книгой с витиеватым названием на эльфийском.

Я бросила на нее беглый взгляд и с удивлением заметила, что обложка стала еще откровеннее! На девушке вместо облегающего платья было нижнее белье. Вот так номер! Белье, конечно, красивое, спору нет, да и девушка…

Но эльфы меня удивили.

Надеюсь, больше сюрпризов с эльфийским изданием не будет.

— Кхэ-кхэм, — кашлянула я, привлекая внимание и заодно прочищая горло. — Добрый день! Я — Анджела Страйк, пишу горячие любовные романы про горячих… мужчин, — в последний момент решила заменить “эльфов”. — Хочу рассказать вам немного о своей книге “Мой начальник — эльф”, а также ответить на ваши вопросы.

Которых, надеюсь, не будет!

Я еще раз кинула взгляд на обложку. Если девушка в соблазнительном платье хоть немного отсылала к рабочей теме, то эта, красовавшаяся в нижнем белье, вызывала закономерный вопрос: а кем же она работает?

— Это история про простую человеческую девушку, желающую найти свое место в жизни, — начала я. Все-таки не впервые на презентации. — Она долго искала работу, чтобы обрести независимость, и вот… нашла.

Я опять посмотрела на обложку. Кто вообще писал к ней техническое задание художнику?

— А вы не владеете эльфийским? — неожиданно спросил повелитель. — Боюсь, не все вас понимают.

— Увы, — я развела руками и улыбнулась. — Не успела выучить.

За полтора дня, которые выделила мне на сборы и подготовку Глория.

— Тогда предлагаю Кариэлю, переводившему вашу книгу, помочь ее презентовать.

Кариэль встал, поклонился публике и, захватив свой стул, присоединился ко мне.

— Элиния преодолевает много трудностей, поскольку на работе ей не рады и коллектив не принимает молодую амбициозную новенькую, — вдохновенно продолжала я, а Кариэль подхватывал мои слова на эльфийском. — Ей строят козни и всячески пытаются выжить, и тем удивительнее ей было получить одобрение и поддержку от начальника — оказавшегося эльфом, — я подмигнула аудитории, — славящегося своей строгостью и требовательностью. Разумеется, Элиния влюбляется в холодного и неприступного эльфа, но не решается как-то проявить свои чувства, боясь разрушить их удачно сложившиеся рабочие взаимоотношения. Но постепенно эльф сам начинает оказывать ей знаки внимания, особенно после того, как они вместе делают огромный годовой отчет, — такое всегда сближает.

Стоило Кариэлю перевести первую же фразу про работу, как из зала полетели вопросы на эльфийском. Какие-то он переводил, а на какие-то отвечал сам, особенно мужской части аудитории.

— Госпожа Анджела! — подняла руку рыжая девушка с третьего ряда. — Позвольте узнать, а чем обусловлены разночтения между версией на человеческом и эльфийском?

— Разночтения? — не поняла я. — Какие именно?

— Например, — девушка достала из сумочки книгу с торчащими из нее разноцветными закладками. — В версии на всеобщем героиня боится даже заговорить с начальником, а в эльфийском варианте она уже в третьей главе пьет с ним кофе. А заодно жалуется на прессинг со стороны коллег.

— Жалуется?

Я требовательно посмотрела на Кариэля, который сейчас как истинный эльф пытался активно слиться с природой, прикрываясь здоровым пальмовым листом.

— Это еще что? — с тихим рыком поинтересовалась у него.

— Я переводчик, я так вижу! — выглянул из-под листа Кариэль.

— А еще Элиния почти каждый день угощает начальника домашней выпечкой собственного приготовления, — не унималась девица из зала. — Когда она успевает ее готовить, ведь она работает до ночи?

— Действительно… — я повернулась к Кариэлю. — И когда она все успевает?

— Ее окрыляет сила любви! — снова выглянул из-за листа эльф.

— И в своих чувствах Элиния признается первая, — добила меня читательница.

— Да ладно?! — я резко отодвинула лист. — Это правда?

— Да они всю книгу ходили вокруг да около! Я просто немного ускорил события! И кто сказал, что инициативу всегда должны проявлять мужчины? Нам, может, тоже хочется инициативных девушек!

— И домашней выпечки? — спросила я, теряя терпение.

— И ее, — кивнул Кариэль. — И на сотрудников стоило сразу пожаловаться начальнику. Эльф отвечает за коллектив и его слаженную работу. Его задача — решать конфликтные ситуации. Так что Элиния была неправа, что так долго терпела. Это же вредило рабочему процессу!

Наверное, устраивать разборки при таком количестве свидетелей было бы не лучшей идеей. Да и за костюм страшно — он и так трещал по швам. Тут не то что драться — шевелиться лишний раз опасно.

— А откуда тогда такой объем? — я взяла томик, по ощущениям двое толще нашего, человеческого, и потрясла у эльфа перед носом. — Он же должен был сократиться.

— Я насытил его постельными сценами, — признался Кариэль.

— Насытил???

— У тебя их было всего три! И это ты называешь “эротикой”?

— Господин переводчик… — начала я, чувствуя, что подошла к точке кипения.

— Если других вопросов нет, то Анджела Страйк с удовольствием расскажет вам о своем творческом пути! — объявил хитрый эльф на всеобщем и тут же повторил на эльфийском.

— Мы к этому еще вернемся, — прошипела я и с дежурной улыбкой повернулась к залу.

— Анджела, можно? — робко подняла руку девушка с галерки. — Вы написали уже более двадцати книг, скажите, откуда вы черпаете идеи и вдохновение?

“Из желания кушать и кормить детей”.

— Я обычно сажусь и пишу, не жду вдохновения, — решила честно признаться.

Вдохновения можно ждать долго, Глория столько терпеть не будет и так или иначе книгу из меня вытрясет. Так что лучше уж не рассусоливать и написать самой по-хорошему, пока не пришла редактор с кнутом.

— Может, у вас есть особые ритуалы, чтобы настроиться на творчество? — не унималась девушка.

Ага, есть. Отвести детей в сад, убраться в доме и приготовить обед — отлично настраивает!

— Обычно я делаю себе чай и беру каких-нибудь вкусняшек, — все-таки вспомнила более презентабельные факты.

Правда, эта порочная практика и привела меня к лишним килограммам. Лучше бы уж с помощью ароматических свечей настраивалась, честное слово.

— А как вы преодолеваете творческие кризисы? Бывает ли, что писать совсем не хочется?

Конечно, бывает! В последнее время почти постоянно. Но когда крыша течет, дети выросли из одежды, и твои собственные осенние ботинки прохудились…

— Я стараюсь находить вдохновение в повседневных вещах, — сформулировала ответ. — И тогда все творческие кризисы обходят меня стороной.

Потому что в итоге финансовый кризис всегда побеждает творческий!

— А что служит для вас главной мотивацией? — продолжала сыпать вопросами девушка.

Наверное, она сама пробует себя в литературе — догадалась я. И тогда ее ждет много чудных открытий. Но вываливать на юный неокрепший ум суровую правду я не собиралась. Как и признаваться, что моя главная мотивация — это гонорар. Слава и признание — это хорошо, но сыт ими не будешь.

— Конечно же, отзывы моих читательниц. Я же дарю радость людям, помогаю отвлечься от серых будней и создаю волшебную сказку!

А заодно и сама отвлекаюсь от своих будней с их вечными проблемами.

Но горар важнее всего.

— Спасибо! — искренне поблагодарила девушка и села конспектировать мои ответы.

После пошли более забавные вопросы.

— А существуют ли прообразы ваших героев?

Да, в роли самого мерзкого злодея я всегда представляю своего бывшего.

— Как правило, это или вымышленные, или собирательные образы, — выкрутилась я.

— А есть в ваших героинях что-то от вас?

“Они такие же худые, как я в своих мечтах”.

— Как правило — нет. Стараюсь не ассоциировать себя с героинями.

И юношескую наивность я уже давно изжила, а право на необдуманные поступки потеряла с рождением детей. Без этого ни у одной из моих героинь таких приключений бы не случилось.

— Скажите, у вас такие горячие постельные сцены, вы используете личный опыт при написании? — распевно задала вопрос на всеобщем эльфийка.

А читала-то она, поди, “насыщенную” кариэлевскую версию.

Совсем разочаровывать публику не хотелось. Но и напропалую врать, что да, практикую и меняю любовников пачками, еще глупее. Откуда у меня на любовников время? Днем я шуршу по хозяйству, ночью — работаю. Еще и любовника я просто не потяну!

— Ну… у меня богатый жизненный опыт и фантазия… — я улыбнулась.

И пусть дальше додумывают самостоятельно, так сказать, в меру своей испорченности.

На самом деле, опыт у меня совсем небогатый, но фантазия действительно все компенсирует. Еще и этот горе-переводчик постарался.

— Скажите, а как много символизма в ваших историях? Например, в четвертой главе главный герой ложится спать на черные простыни. Это показывает его настроение? Или черный как знак мужского начала? Или предвестник неприятностей, ведь на следующий день к ним в отделение банка приехала проверка? — огорошила меня другая читательница, серьезная и в очках. Такую и не заподозришь в чтении любовных романов.

“Какие они все у меня разные!” — умилилась я, а потом осознала вопрос.

Ничего себе, однако! Когда писала, я совсем не задумывалась о каком-то подтексте. Черные простыни и черные простыни. Удобно, эффектно и не марко…

— Я всегда предлагаю читателям найти что-то свое в тексте.

И ведь они находят! Такое, о чем я и сама не подозревала. Скрытые смыслы, подтексты и прочее-прочее, чего и в помине не было, но нашлось!

Мы еще немного пообсуждали мое творчество, начало творческого пути, как я докатилась (зачеркнуто) — дошла до эротических любовных романов. Но на это у меня имелся проверенный ответ о том, как я всю жизнь только и мечтала, что эротику писать, но не решалась. А потом как решилась — и понеслось!

В реальности ведь почти так и произошло.

Дальше следовала раздача автографов, вручение и без того поправившемуся автору конфет (эх, плакала моя талия, но эльфийский шоколад сильнее моей воли).

Когда основная часть публики разошлась, ко мне обратились две девушки. Блондинка со страшной сумкой и сидевшая рядом с ней брюнетка.

— Я Нитана, можно просто Нита. Я шью нижнее белье, у меня есть целая коллекция, на которую вдохновили ваши книги. Это комплектик из нее, — и с этими словами брюнетка протянула мне красивый пакетик и заговорщицки зашептала: — Злате такое помогло выйти замуж, так что считайте, что мое белье приносит удачу и заговорено на брак.

Я едва удержалась, чтобы не закинуть подарок подальше в кусты. Мужчинам я давно не верила и о замужестве не мечтала. Как говорится, хорошее дело браком не назовут.

— Кстати, на обложке тоже модель из моей коллекции, — окончательно добила меня девушка. — Кариэль попросил для книги что-нибудь особенное.

— Ах вот кто придумал поставить обнаженку на обложку! — развернулась я к переводчику.

— Она одета! — раздался голос из-под пальмы.

— В нижнее белье?

— А разве это не одежда? — выглянул из-за листа Кариэль. — Нита, ты же швея, скажи свое веское слово!

— Ох, Анджела, не обращайте на него внимания, — посоветовала блондинка. — Мы с ним уже почти год женаты, а я до сих пор не привыкну. И про перевод можете не переживать: оказывается, половина эльфов отлично знает всеобщий, так что они читали историю в оригинале. А вторая половина все равно не узнает, как было на самом деле.

— Мне, кстати, вариант Кариэля тоже понравился. Ваш более чувственный, а его, скажем так, ближе к реальности, — заявил повелитель, прислушивавшийся к нашему разговору.

— И почему же он ближе к реальности? — обиделась я. — Тем, что эротических сцен больше?

— Ну смотри, — вышел из-за пальмы мой переводчик. — Возьмем героиню и ее влюбленность в начальника. У тебя она по нему сколько страдала? Больше ста страниц! Я просто пожалел бедняжку, ей там и без того нелегко пришлось.

— В этом был конфликт истории! Эльф для Элинии недоступен, и она разрывается между чувствами и здравым смыслом!

— Да ну брось! Весь твой конфликт решался одним разговором по душам, а не хождением две трети книги вокруг да около. Я вообще заметил, что у мужчин-авторов героинь никогда особенно не мучают. Зато вы, женщины, отрываетесь по полной! И из дома выгнали, и коллеги козни строят, и денег нет, еще и любовь неразделенная, — перечислил все невзгоды, выпавшие на долю Элинии, Кариэль. — Только женщина может так издеваться над другой женщиной.

— Ни над кем я не издеваюсь!

— Еще как издеваешься! И над мужчинами тоже! Главный герой ведь тоже две трети книги страдал. Разве можно столько динамить бедолагу? Конечно, тот эльф будет злой и раздраженный — такое долгое воздержание кому хочешь характер испортит.

И бросил при этом взгляд на Дираля, стоявшего с кипой бумаг (откуда только их достал?) возле повелителя и что-то ему объяснявшего.

— Пиши свои книги, раз такой умный!

— А вот и напишу!

— Только мои больше не исправляй!

— Не буду, — неожиданно согласился эльф. — Это был ход для привлечения внимания и заметь — сработало! Остальные обещаю перевести нормально. Жена проконтролирует!

Я хотела усомниться в такой неожиданной перемене, но тут над оранжереей пронесся сигнал тревоги, а следом за ним влетели охранники.

— Повелитель! — они синхронно поклонились. — Кто-то проник в тронный зал и похитил Сердце Аларии!

Все присутствующие тут же позабыли про спор и посерьезнели.

— Проник в тронный зал? — удивился Лариант. — А сначала проник на территорию и затем во дворец?

— Следов взлома защиты нет, — признался один из эльфов. — Мы ищем похитителей, но они не оставили никаких следов. Зал был просто открыт, замок не взломан.

— Интересно, — протянул повелитель. — Тогда заканчиваем мероприятие и начинаем масштабный поиск.

Последнее было обращено к нам. Действительно, какая уж тут презентация.

— Ой, а автограф? — встрепенулась Злата.

Пришлось подписывать книги ей и Ните буквально на ходу. А после почти бегом возвращаться в комнату. Надеюсь, с детьми все в порядке! Страшно подумать, что по дворцу так просто разгуливают злоумышленники!

— А что именно похитили? — спросила я у Дираля, когда мы спешно возвращались по коридорам.

— Древний артефакт, принадлежавший еще первым правителям Аларии. Большой красный камень с заключенной в нем мощнейшей магией, — отозвался эльф, шедший чуть позади меня.

Кажется, вид сзади ему нравился не меньше, чем спереди.

Дверь в свою комнату я распахивала с замиранием сердца, но мелкие оказались внутри. Они чинно сидели на стульчиках и внимательно слушали рассказ мэтра Киваля. Ничего себе! Как ему удалось их так увлечь?

— Мама! — дети бросились ко мне, наверное, тоже испугались.

— Давно вернулись? — я чмокнула обоих и потрепала по и без того взъерошенным макушкам.

— Только что, когда раздался сигнал тревоги, — отчитался сын.

— Все прошло нормально? — спросила я у почтенного мэтра.

— Да, мы замечательно погуляли по дворцу. Если бы не тревога, то успели бы посетить больше интересных мест. Я бы еще рассказал о ротонде и северном крыле, — несколько расстроенно покачал седой головой мэтр. — Надеюсь, нам еще удастся восполнить эти пробелы.

Дети активно закивали. И откуда у них такая похвальная тяга к эльфийской архитектуре и истории?

Мэтр Киваль ушел, Дираль немного помялся и после третьего намека тоже ушел, а я еще раз обняла мелких, успокаиваясь сама. Они тоже выглядели серьезными, видимо, на них произвел неизгладимое впечатление эльфийский дворец, а может, сирена напугала.

— Точно все в порядке? — на всякий случай переспросила я.

Дети переглянулись, и сын, шагнув вперед, выдал:

— Мама, пообещай, что не будешь ругаться!

Так-так-так. После подобных просьб всегда следуют признания, за которые

обязательно

нужно ругать. Даже интересно, что они вытворили в этот раз.

— Ничего обещать не буду, — заявила я, упирая руки в боки. — Выкладывайте!

— Мам, мы не нарочно! — присоединилась к сыну дочь.

Ох, если это еще и совместная шалость… так сказать, группой лиц по предварительному сговору…

— Выкладывайте! Я жду.

Дети переглянулись, и Винс, чуть помедлив, вытащил из-за пазухи…

Большой светящийся камень красного цвета. О нет! Только не говорите…

— Из тронного зала? — севшим голосом спросила я.

— Да, — подтвердили мелкие.

— Сердце Аларии?

— Да, — сознались они.

— Вот дерьмо!

— Мама! Так нельзя говорить! — укорила меня дочь.

— Нельзя. Это очень плохо. Вы так не говорите.

А сама судорожно соображала, что делать? Не выдавать же родных детей?! Мало ли что за это полагается?

От пронесшегося в голове видения самых страшных кар захотелось выругаться снова. Но я сдержалась.

— Так. Так. Садитесь, — я указала на стулья, на которых они слушали мэтра. — И рассказывайте все по порядку.