Я… Я…

— Испугался?

— Простите, Высокий Господин.

— Представил?

— От десяти до сорока лет. И наших и деревенских. Вы ж перед отъездом всех крестьян за стены загнали. Когда приказ на смотрины вышел, мужики за вилы похватались. Зато потом, когда началось

— носа из-под крыши не высовывали. Скотина некормленая ревет, девки воют, а мужик по щелям забились и трясутся.

— Стоп! Стоп! Что началось?

— Так Высокие Господа стаей вокруг цитадели летать пошли. Ближе, ближе. Так по кругу и растянулись. Вы говорили, что за стену им хода нет. А как прорвутся?

Андраг рухнул в кресло. Ни хрена себе заморочки! Похоже на войну. Похоже, хотя бы по тому, что сим демаршем соплеменники попрали массу пунктов и подпунктов основного закона долины.

Как то: имущество отпускника - неприкосновенно! Это он здорово придумал, что перед отъездом людишек в замок согнал. И ничего, что помитинговали. Домов им, видите ли, жалко! Сейчас небось рады радешеньки, что живы остались. А дома новые поднимут. На то они и люди, чтобы терять да строить, терять да строить.

— Не прорвались? - собственно, вопрос был задан исключительно для поддержания разговора. В крепости стен собственного замка Андраг не сомневался. Выступление драконов - чистой воды авантюра. Зуб даю, Молодые с умной головы ринулись на штурм. Никто из Высшего Совета хулиганского демарша не санкционировал, если вообще, Совет о нем знал.

— Извините, Высокий Господин.

— А? Продолжай.

— Столкновение таки случилось.

— Со стеной? - удивился Андраг.

— Не совсем. Они там летали, летали. Потом как жахнет. Одного подбросило и на остальных ринуло. И пошло.

— Я тебя сейчас проглочу! То частил, то из тебя слова не вытянешь.

— Высоких Господ друг на дружку покидало же. Огонь, рев, дым! Драка началась. На что у нас стены крепкие - дрожали.

— Надеюсь, они все там передрались и погинули?

— Половина сразу отвалила. А половина… того.

— Жертвы?

— Были - скорбно поднял бровь нахальный лицемер.

— И что же маменька? - вернулся к началу разговора Андраг.

— Девок осмотрела и в окно плюнула, так что по нему трещины пошли.

Андраг поднялся и дернул за край тряпки. Обнажилось все в тонких разводах надтреснутое стекло. В центре как след от пули белел маменькин плевок.

Он опустился обратно в кресло и жестом отослал Конрада. Надо было подумать. Отпуск закончился. Наступили суровые будни. К тому же настроение не было лучезарным. Отнюдь. Он вернулся с некоторой толикой печали. Мир, в котором он много лет отдыхал и расслаблялся, за краткий промежуток - что такое десять лет? - сильно изменился. С другой стороны: отсутствовал дома всего три недели, вернулся - смута.

Бабке надо позвонить. Старушка, несомненно, в курсе последних событий. Матушке тоже придется. Но - позже. До встречи с мадам надобно собрать как можно больше информации. Хотя и на данный момент кое-что вырисовывается. Имей Совет веские доказательства Андраговой неблагонадежности, ни какой атаки вообще бы не было. Его бы тихо-мирно дождались из отпуска и взял тепленьким. Но слухи, видимо, бродят. Не зря маман устроила смотр - Светланку искала.

Мысль перекинулась на девушек вообще. Это в отпуске надо было ждать да догонять, выстраивать отношения, позволять себе тратить время. Дома - никчему. Сейчас он поднимется на второй этаж и прямиком пойдет в девичью светелку. А уж они ему покажут почем женский страх в

Драконьей долине. Выместят все до последней толики.

— Конрад!

— Я здесь, - слуга далеко не ушел, топтался за косяком.

— Позови стекольщика, пусть все тут заменит.

— Но… Мы и сами… хотели.

— И?

— Жжет.

— Ясно.

Андраг щелкнул пальцами. Стекло стало матовым, - трещинки теперь напоминали морозный узор, - но, блин, не вылетело. Тогда Высокий Господин потомок Старой крови плюнул. Окно разлетелось тысячью мутных брызг. Что значит - переплюнул маменьку!

— Завтра свадьба, - обречено вымолвил Лендор. Он сидел против зеркала на своем любимом продавленном диванчике.

— Она хоть ничего?

— Обыкновенная. Я сильно не перебирал. Указал наименее противную. Не в ней дело. Одну ночь как-нибудь перетерплю.

— А вдруг понравится?

— На долго ли? Я тебе уже говорил, мне после свадьбы жить только до оглашения зачатия.

— И здесь - масса вариантов. Наколдуй себе презерватив и трахай дражайшую супругу до скончания веков, если уверен, что с зачатием против тебя будет устроена каверза. Я по-прежнему считаю твои опасения бредом. Лендор очнись. В долине творится, черт знает что. Я только-только из отпуска, а уже такого наслушался! Ты в курсе, что мой замок подвергся нападению? - Андраг говорил с той долей беспечности, которая должна была свидетельствовать о его полной непричастности к событиям. Бабушка, милейшая старая крокодилица, на связь так и не вышла. Очень скоро в зеркале забрезжит лик любимой маменьки, а барон еще толком ничего и не знает. Но спрашивать Лендора напрямую - дураков нет. Из него завтра же все вытянут. Пропил друг не только потенцию и интуицию, но и остатки воли. Все выложит, как нажмут посильнее.

— Не просто в курсе. Наблюдал. Сущая глупость со стороны юных отморозков. Представляешь, кто-то что-то такое сказал - причем что именно никто не знает - Молодые враз сорвались с насеста в

Доме Советов и рванули к твоему замку. Дикая Охота, как ты помнишь, не задалась. Думаю, они решили выпустить пар, а заодно покалечить твое владение. Деревню сожгли.

— Я перед отъездом переселил людей в замок.

— Это только еще больше разозлило Высоких Господ, наших собратьев. Они уже напрямую орали, что ты отступник. Что чуешь за собой вину, что нарушаешь, попираешь…

— Конрад мне доложил - были жертвы.

— Двое. Дуракам счастье. Могли бы в массе полечь. Их отнесло на довольно большое расстояние. В образовавшейся куче началась потасовка. Они даже не поняли, что произошло.

— В Высшем Совете разборки были?

— Вяло. Представь, созвали нарушителей, пожурили и отпустили.

Лендор говорил, не глядя на Андрага. Так и сидел, свеся голову. За спиной - стена с обрывками обоев. Диванчик, любимое место друга - остов былого великолепия. Вместо ножек подсунуты кирпичи. От самого Лендора веяло запустением. Еще живой и здоровый, он смирился с неизбежной гибелью. И что самое паршивое, кажется, заразил этим Андрага. Даже разубеждать как-то расхотелось. Не было уверенности, что слова прозвучат достаточно искренне. Лендор мог заметить фальшь и впасть в уже совсем черную меланхолию. Руки бы на себя не наложил.

— Свадьба будет проистекать во дворце Совета? - свильнул в сторону Андраг.

— Естественно. Ты приглашен.

— Идти обязательно?

— Не откажи в любезности. Рад буду видеть тебя вживую. К тому же, представь, как высокие господа, братья наши меньшие, "обрадуются"?

— Я бы на их месте особенных камуфлирующих заклинаний не использовал. Там будет много

Старых. Все колдовство разлетится.

— Так то - ты. А то - они! Им попросту ума не хватит.

— Буду.

Разговор с маман, противу ожидания прошел почти мирно. Разумеется, не обошлось без упреков и претензий. Все по списку: ты нарушаешь, ты попираешь, ты разрушаешь… Маман, к слову, даже не поинтересовалась, как Андраг провел отпуск. Ей в сущности никогда и дела не было до его жизни. В который раз высокий Господин вспомнил Ивана. Мужик за дочерью попер на верную смерть. Такого среди драконов не водилось. Имеются ввиду нормальные драконьи семьи. Старые не в счет. Известно

— вырожденцы.

Полезной информации Андраг получил с гулькин нос. Маман пересказала, все что он и так знал, новым знанием не порадовав. А докапываться, расспрашивать, наводить на нужную тему он поопасился. Дура-то она дура, только чутье имеет потрясающее. Если сама не сообразит что к чему, побежит советоваться с более умными. С некоторых пор Высокий Господин мысленно поместил маменьку в стан своих противников. На какую-либо поддержку с ее стороны надеяться не приходилось.

Бабка на связь так и не вышла.

Драконьи свадьбы, если в брак вступает пара из Молодых - явление наискучнейшее. Сойдутся на церемонию разряженные Высокие Господа, чинно раскланяются, обожрутся, о делах своих скорбных покалякают и - по домам. Другое дело - смешанный брак. Есть на что посмотреть. Есть над чем в тайне посмеяться. Но избавь Высокое Небо, мина должна оставаться постной. Вроде и не замечаешь, как зрачки у гостей вытягиваются, как следом вытягиваются физиономии и т.д.

Лендор оказался прав, не вняли соплеменники здравому смыслу, понацепляли на себя камуфлирующих заклятий. То-то смеху было Старым. Но опять же, все - чинно, благородно. Не случись смуты, Андраг не преминул бы сказать барону Фуну комплимент по поводу золотого уха, которое оный барон приставил себе, вместо оторванного. Но посмотрел на физиономию визави и осекся. Свекольная харя пылала гневом. Пальцем ткни - прорвется как мешок с гнилой жижей. Все обрызгает. Теми брызгами не долго пол долины отравить. Живите себе, барон, спокойно.

В какой-то момент захотелось вульгарно, как в отпуске напиться. Жаль, удовлетворить сие ну никак невозможно. Каникулы дракону для того и даются, чтобы он все свои естественные хотения и движения души реализовал и вернулся пресыщенным, годным к новому циклу безупречного существования. Вполне вероятно, что именно длительный перерыв - десять лет - втечение которого

Андраг не был в отпуске, сыграл с ним недобрую шутку. С чего бы иначе Высокому Господину захотелось потрясать устои? А ведь хотелось. И что самое странное, несмотря на только что отгулянный отпуск, хотение то не прошло. Разве осторожности прибавилось. Бегаете вы, Высокий

Господин, по краешку. Силы девать некуда? Так женились бы, вон как друг ваш. Тогда все помыслы уйдут в одну сторону - как отвоевать у супруги клочок независимости и не дать, превратить свой дом в бабий вертеп.

Он с постной миной ходил между гостями. Изредка в поле зрения попадал кто-нибудь из Старых.

Но особой охоты разговаривать, тем более откровенничать не случилось. Лендоровы опасения не шли из головы.

Эксперт Совета подошел к нему сам. С этим хотелось говорить еще меньше нежели с другими.

— Как ваш отпуск?

— Вы первый кто спросил меня об этом по прибытии. Остальные только и делают, что мусолят инцидент с моим замком. Не подскажете, что там произошло? Согласитесь - у меня к тому самый оправданный интерес.

— У вас великолепная выдержка, - двусмысленно проговорил визави. Андраг остался спокоен как снаружи, так и изнутри. Копай, копай! В кармане грелось малое зеркальце в виноградных завитушках. Старенькая вещ, маломощная, зато, как выяснилось, способная отвести любые глаза.

Даже проницающий взгляд Старого мага.

Двусмысленность, таким образом, осталась как бы в стороне. Пожевав губами, эксперт продолжил:

— Случился печальный недосмотр. Общее настроение в тот момент оставляло, желать лучшего.

Часть Высоких Господ не справились с эмоциями.

— И только? Я так понял, официальных извинений мне не дождаться.

— Требуете расследования?

Невинный вопрос таил под собой нешуточный подвох. Только официального расследования

Андрагу и не хватало!

— А разве оно не было проведено по горячим следам?

Теперь застопорилось у собеседника. Если было, почему не наказали виновных? Ну, или его, отступника и еретика. Если не было… Такой вариант Андрагу наруку. Только по свежим следам можно было определить, чьи останки он принес в узелке. Сейчас - бесполезно. А домысливать себе господа могут все что угодно.

— Было, - наконец неохотно откликнулся эксперт, Но не внесло полной ясности. Не откажитесь ответить на несколько вопросов. Вам оно не в тягость, а Совету не придется назначать повторное расследование.

— Меня в чем-то подозревают?

— Уже нет. Уже нет. Но прояснить кое-что не мешает

— Спрашивайте. Но если ваши вопросы мне не понравятся, или станут угрозой для некоего третьего лица - увольте - отвечать не стану. Один дракон не может…

— Это вы меня увольте от выслушивания пошлых истин. Мы с вами не Молодые.

Ласточка ты моя старенькая! Не Молодой он! А для кого стараешься? Но и раздражение не вырвалось за экран старого зеркальца.

— На ратном поле вы предъявили Высоким Господам останки, некой сбежавшей собственности, и объяснили, где и при каких обстоятельствах их нашли.

— Да.

— Вы утверждали, что жертву убил и съел дракон в образе леопарда.

— Да.

— Нувязочка получается, - протянул эксперт тоном штандартенфюрера Мюллера. -

Расшифровать по оставленным магическим следам Молодого представителя драконьей расы не трудно. Однако наши попытки ни к чему не привели. Эрго? Над трупом поработал Старый. И тут неувязка! Старые не любят человечины. Сии несовпадения очень меня насторожили. Повторяю, я включился не сразу и мог что-то упустить. Меня интересует ваше мнение. При вашем уме и способностях… изначально должны были запасть некие сомнения. Я прав?

Андраг изобразил мыслительный процесс. Торопиться было ни в коем случае нельзя. Долго тянуть, впрочем, тоже. Барон быстро нашел чем огорошить собеседника, но подвел издалека:

— Сомнения, разумеется, имели место. Леопард оставил неповторимый след, в котором только дурак не разобрал бы старой магии.

— Вы не пытались его догнать?

— Ни в коем случае.

— Барон Андраг не любит поединков, это знает каждый, но этот же барон страшно любопытен и достаточно безрассуден. Не поверю, что вы оставили загадку, даже не попытавшись разгадать.

— Придется поверить.

— Почему.

— Дважды за последнее время - и замечу, очень короткое время - меня пытались убить.

Андраг на мгновение раскрылся. На собеседника хлынули образы: неизвестный противник, сталь под ребром, бесследное исчезновение врага. Но ворота пришлось спешно захлопнуть.

Ошеломленный потоком информации эксперт, уже в следующий миг изготовился, прорываться сквозь Андраговы защиты, дабы почерпнуть еще. А оно вам надо, Высокий Господин? Узнай вы хоть на гран больше, мне придется вас убить.

Эксперт недовольно поморщился, но протестовать не стал. И так, в попрание кодекса, назадавал вопросов. Дальше залупаться, можно и по рогам огрести. А нахал, у которого молоко на губах не обсохло, соврет потом осиротевшему Совету, что эксперт сам нарвался. Поди, проверь. Барон

Брандарег был единственным, кто согласился сотрудничать с Советом. Остальные Старые брезгливо отвернулись. Не понимают, дурачье просвещенное, что начнись в долине свара, от зыбкого мира в миг ничего не станется. Страну охватит позиционная война. Сами же Высокие Господа и пострадают.

От драконов останется едва ли половина. Людей не останется вообще.

Он принципиально не желал перемен. Ленивые, занятые своими исследованиями и своими фантазиями снобы, не дают себе труда помыслить на столетие вперед. Остается, ему думать за всех.

Но он отвлекся. То, что показал ему юный наглец, многое объясняло. Да и пугало, чего греха таить. В долине, получается, уже некоторое время орудует никому неведомый мощный маг. Барон

Старой крови подвергся нападению. Его попросту могли прикончить. Тогда почему не прикончили?

Нет! Андраг так и останется под подозрением. В свете последних откровений - спору нет - беспочвенным, но, поскольку те подозрения, по прошествии слишком большого времени, ни отвергнуть, ни разрешить, следует от барона Андрага избавиться.

В кармане эксперта тоже лежала вещица, экранирующая от любых проникновений. Однако отголосок последней мысли Высокого эксперта до Андрага докатился. А следом накатила злость.

Молодые, ничтоже сумнящеся, напали открыто, Старый продажный гад замыслил каверзу. Такое требовало ответа.

А вокруг заворачивалась свадьба. Лендор сидел в кресле пьяный в дым. Мадам Лендор недовольно косила в его сторону. Переживает, как тот станет исполнять супружеский долг, не иначе. А что - тоже метода. Напивайся до посинения каждый вечер, протянешь чуть дольше. То есть, пока печени хватит. Молодежь сгрудилась в центре. Не танцы танцевали, беспорядочно тыкались друг в друга под какофоническую музыку. Произведение местного композитора оставляло далеко позади все потуги самого бездарного андеграунда. Под сводами холла плясали цветные огоньки. Метались по стенам блики стробоскопа. В дальнем углу стояла компания Старых: улыбались, изредка перебрасываясь словом.

Подойти что ли? Проталкиваться сквозь толпу не хотелось и Андраг подался вобход через малые залы, через зеленый внутренний дворик, мимо беседок. В одних шумно пили. В других не менее шумно стонали. Остался короткий промежуток глухой тени, за ним - вход в парадный зал.

Из плотной темноты к нему качнулась женская фигура:

— Барон Андраг?

— Да, мадам.

— Не хотите посидеть со мной в беседке?

— Увы, мадам, меня ждут, иначе с удовольствием составил бы вам компанию.

— Мне говорили, что вы врете легче, чем дышите. Однако ваше вранье звучит приятно для женского слуха.

— Мужское вранье всегда было приятнее женщинам нежели правда. Другое дело, что стоит оно дороже.

— В конечном итоге.

Андрагу стало интересно. Никогда, никто из женщин драконьей расы с ним так не разговаривал.

Дам хватало обычно на короткий грубоватый натиск. Иногда он уступал, чаше выворачивался из рук претендентки. Уж лучше простые женщины. Разумеется, мадам жаждет того же чего и остальные. Да она и не скрывает. Но - умно, смело, и где-то даже интригующе. Жаль толком ее не разглядеть. А то, пригреешь такую в темноте, днем глянешь, и кандрашка хватит с перепугу.

— Мне говорили, - засмеялась незнакомка, - Что вы не первый храбрец долины. Однако не настолько же чтобы пугаться слабой женщины.

Беседка озарилась теплым матовым светом. Столик, лампа с язычком пламени, широкая тахта, ковры на полу, ваза с виноградом, бокалы, вино - не общественное место, а тайный альков. Мадам рехнулась?

Она, кстати была вполне. Достаточно простое, даже слегка костистое лицо ничем не выдавало принадлежность к драконьему племени. А глаза! В глазах полыхал характер. От нее исходило нечто… вроде легкого электрического покалывания. Андрагу вмиг обнесло голову. Он не встречал ее раньше. Кто такая?

— Мадам представится?

— Почему бы и нет?

— Я жду.

— Я - баронесса Юр.

Ни фига себе! Не было в долине дракона не знавшего о Юрах. Он - первый витязь, или, если хотите, первый дракон долины. Она - вторая половина. Их брак считался образцовым. Двое детей.

Две девочки похожие на мать. Если хотели привести пример безупречной драконьей семьи, указывали на Юров.

И все это - у ног вырожденца!?

— Мадам желает посмеяться?

— Нет. Желаю понять, что такое есть в бароне Андраге, чего нет в других.

— Много ли других, мадам встречала?

— Хотите получить полный отчет?

— Нет, разумеется. Но согласитесь, ваш выбор, по меньшей мере, странен. До сих пор слышал о вас только положительные отзывы. Вы образцовая жена и мать образцового семейства. И вдруг…

— Вы разве никогда не прибегаете к камуфляжу?

— Столь всеобъемлющему? Нет.

— Барон Андраг трусит?

Она не оставила ему выбора. Но не зацепи она его за живое, развернулся бы и ушел. Простите, Высокая Госпожа - вы не в моем вкусе…

Зрачки баронессы Юр напоминали две полыхающие щели. Умница - никакого камуфляжа.

Андраг шагнул к даме и, не размениваясь на дальнейшие политесы, задрал юбку. Только бы на бедрах не росла чешуя, приходилось, знаете ли, встречать, но там все оказалось в порядке. Ладони легли на гладкую теплую кожу. Она вцепилась в его плечи пальцами, застонала и раздвинула ноги. Ладонь сама пошла в промежность. Ничего себе! Со вчерашнего, что ли дожидалась?! От ее запаха у

Андрага закружилась голова. Только у драконесс был такой аромат. Он уже не размышлял, не взвешивал. Сейчас он мог только действовать. Ее пальцы на плечах превратились в клещи. Или она выпустила когти? И черт с ним. Его бы сейчас не остановил даже огненный клинок под ребром. Вперед! С хрипом, с воем, с болью. Только вперед! Пока не перестанет царапаться и выть, пока не повиснет тряпкой.

Оргазм слился с ее визгом и вспышкой. Андраг даже не сразу сообразил, что вспыхнуло во вне. А когда сообразил, было поздно.

Все пространство вокруг заливал ярчайший белый свет. От алькова не осталось следа - обшарпанная беседка Сломанная скамейка в углу, да кучка мусора посередине. Только баронесса Юр осталась на месте. На нее светопреставление не произвело никакого впечатления. Она еще пристанывала от спазмов, - достал, так достал! - даже глаз не открыла. Или боится открывать? Дражайший супруг ведь нарисовался в самый неподходящий момент; все видел своими глазами.

Свидетелей не надо - убьет на месте.

Андраг поправил одежду и обернулся. Свидетели присутствовали. Двое незнакомых баронов. Ни хрена не понятно. Юр решил таким образом развестись?

От одной мысли, что его таки подловили, и теперь не миновать женитьбы,

Андрага передернуло. Но с другой стороны, когда-то это все равно случится.

Пусть будет баронесса Юр. Она ему понравилась. И, кажется, с ней можно будет договориться.

— Барон Юр, ситуация очевидна. Я согласен взять в жены вашу неверную супругу. Тем более, свидетели подтвердят факт измены.

Долженствующая формула была произнесена. Осталось пережить пять минут трындения Высокого Господина. Порядок требует…

— Ты забеременела? - спокойно спросил Юр у супруги.

— Да, - прохрипела дама за спиной у Андрага.

— Ты уверенна?

— Да.

— Барон Андраг, я вызываю вас на смертный поединок. Вы силой взяли мою жену. Она ни в чем не виновата. Здесь присутствуют двое свидетелей. Она кричала. Она рвала вас когтями. Вы насильник! Я вас убью.

Только тут дошло окончательно. Его по настоящему подловили. Смертельно.

Это вам не игрушки неврастенических мамаш. Это - нечто глобальное.

Он резко обернулся. Баронесса смотрела спокойно. Его подловили. И угроза убить барона Старой крови - не пустое сотрясение воздуха. На таком поединке

Юр мог выставлять свои условия. Свидетели все подтвердят. Высший Совет сошлется на статью закона. Далее - по сценарию.

А он не верил стенаниям Лендора. Дурак! Юр сначала убедился, что его жена беременна. Драконесса с первого мгновения чувствовала в себе проросшее семя.

Барон Андраг оставил потомство. Барон Андраг может умереть.

Кишка у них тонка! Злость захлестнула с такой силой, что он едва удержался от скорой расправы. И только уняв жуткий порыв, быстрым умом сообразил: скорее всего, ничего бы у него не вышло. Хрена бы Юр сам, по собственной инициативе, устроил такой спектакль. Его подготовил куда более искушенный и сильный противник. Не Высокий ли Совет явился инициатором и вдохновителем? Сто раз прав Лендор. Только теперь это уже не важно. Старые не станут вникать.

Посетуют на неосторожность сородича и отвалят по своим замкам. Молодые - тем более. Эти сорвутся крушить его фьер, как только услышат. Их и подговаривать не надо.

— Я так понимаю, вы прямо сейчас собираетесь огласить вызов? - вежливо поинтересовался Андраг у Юра.

— Следуйте за мной!

— Даму берем с собой?

Туповатый Юр замер. По закону следовало вести на спрос неверную жену. Как без этого! Однако барону очень уж не понравился тон, каким заговорил щенок

Старой крови. Почему он заостряет внимание на женщине? Хочет отыграться за поражение? Сам Юр заговорен. Свидетели тоже. На нем такое заклятье, такие цацки под камзолом! А на жену ничего не повесили. Иначе бы щенок за версту почуял неладное. Прихлопнуть на месте!

Барон Юр всю жизнь ненавидел Старых. Кланялся, улыбался и ненавидел. Он

— первый боец Долины. А они кто? Сборище вырожденцев, не умеющих как следует взять меч в руки. Но будь ты хоть трижды силен, победи хоть в ста турнирах, завоюй все награды - ничего против мозгляка с тонкими пальцами и ехидной усмешкой старого мальчика не сделаешь. Как же он их ненавидел!

— Баронесса останется под охраной свидетелей. Ей не стоит еще больше волноваться. Вы пойдете за мной один и предстанете перед Советом прямо сейчас.

Решение достойное великого ума!

Юр развернулся и шагнул из круга света. Андраг - за ним. Терять мятежному дракону было нечего и по тому, попирая все и всяческие правила, он включил одно из самых мощных, произвольных, ему одному доступных заклинаний.

Дворец Совета на мгновение погрузился в темноту и неподвижность. Андраг готов был зуб дать - Старые успеют заэкранироватося, Молодые, просто перетрусят, а кто и обгадится. Мгновения ему оказалось достаточно. Барон

Старой крови Андраг дал деру наиредчайшим в этом мире способом, идею которого почерпнул в отпуске. Ломая заклинания, которыми был напичкан дворец Совета, и калеча пространство, он телепортировался под ворота собственной цитадели. А когда за спиной захлопнулись тяжелые створки, доломал уже зыбкое пространство. Никто, никогда не перешагнет порога его дома! Они ничего не получат. Кроме него самого. Он выйдет на бой и, скорее всего, погибнет, но его замок не достанется никому!

С инцидента прошли сутки. Замок погрузился в гробовую тишину. Даже на девичьей половине перестали выть и орать. Андраг спешно заканчивал с делами.

Конрад получил необходимые наставления. Страшно подумать, во что превратится дом без хозяина. Но лучше пусть они тут друг дружку перережут сами, чем их раздерут Высокие Господа.

На почтовом столике в зале приемов скрипел пергамент, каждые пять минут напоминая зуммером, о своем существовании - Совет постарался.

Дальнюю связь Андраг отключил, справедливо полагая, что перебьются.

Экстренные вызовы, типа матушкиного, через выставленную защиту не прорывались. Старые не стали тратить энергию на дозвон. Оно им надо!? Тогда

Совет воспользовался Высшей связью. Тонкостей процесса Андраг не знал.

До поединка оставалось три часа. Совет постановил, что барон Юр должен получить сатисфакцию на ратном поле при стечении Высоких Господ, всенепременно в полночь. И, разумеется, ни какой магии. Противники могут пользоваться только физической силой. Андраг другого и не ожидал.

Вдруг заело жуткое любопытство: как, всетаки, действует почтовый столик?

Он понимал, что порыв проистекает исключительно от психотического напряжения. Тем более понимал, начни магические изыскания в таком состоянии, выпустишь на волю пару тройку древнейших неучтенных заклинаний, от которых, вполне вероятно, все его попытки защитить свой замок, пойдут прахом.

Надо было себя чем-то занять. Барон пошел на второй этаж. Дверь в библиотеку со вчерашнего дня находилась под дополнительной защитой. Умри он через три часа, еще пятьсот лет сюда никто не войдет.

Книги стояли на своих местах. Ничего не нарушало покоя залы. Андраг прошел вдоль стеллажей. Пальцы касались корешков: кожа, пергамент, бумага, золотое теснение, тусклые полоски металла. Ему было их жаль оставлять, как компанию старых веселых и умных друзей. Впрочем, он в той компании являлся частым, но все же сторонним товарищем. Приходил и уходил, когда хотел. Мог задвинуть надоевший том на дальнюю полку и забыть. Тот не возмущался, не протестовал, как не возмущаются по настоящему близкие, те, которые любят и понимают.

Барон сел в кресло, вытянул ноги. Если он не выйдет на поединок, последует полное уничтожение. Его замок просто сотрут с лица земли вместе с хозяином.

На то существует соответствующее заклинание. Не просто формула - целое уравнение, в деталях которого так никто и не разобрался. Однако невежество не мешает нынешним хозяевам Платиновой долины той формулой пользоваться. Так что, выходя на поединок, Андраг отнюдь не добрую волю проявлял, а повиновался закону.

Его передернуло - вспомнил баронессу Юр. Высокие Господа знали, кого ему подкладывали. Такую мимо не пропустишь. Когда барон, ее муж, двинулся в сторону залы Совета, Андрага зацепил прощальный взгляд баронессы. Ах, мадам еще и сожалели? Сука!

Время утекало. Следовало оставить немного на полет к ратному полю. А вообще-то, Высокий Господин, пора вам уже и собираться. Явиться что ли к ним в саване? Не поймут, а кто поймет, таки не устыдится. К кому взывать? Кричи, не кричи - глухо все в драконьем королевстве.

Растрачивая последние минуты, Андраг полез наверх. Старинный том легко вышел из гнезда. В нем явно убыло веса.

"Ак…" Запись обрывалась. Андраг пролистал несколько пустых страниц, пока не нашел бледные строки - жалкие остатки закона.

"Дракон - мерило справедливости". Ни хрена себе, прежние заворачивали!

"Дракон есть любовь". Это про меня. Я - есть любовь. А остальные: кто алкоголизм, кто стяжательство, кто праздное любопытство. А в большинстве своем - примитивные жадность, голод и страх.

Он откровенно ерничал. Но странность уже захватила. Древние жили совершенно по другим законам. Те законы были ужасно прямолинейны и требовали от дракона непрерывного и постоянного напряжения. Быть благородным, справедливым, мудрым и терпимым, это вам не наряды менять в соответствии с последней модой, да лопушастые уши бриллиантами завешивать.

Так и надорваться не долго.

Андраг лихорадочно перелистал несколько страниц. Строчки бледнели на глазах. Он быстро выхватывал куски текста, что бы нестись дальше. Так и не придумал консервант. На все остальное времени хватило, на дело, как всегда - нет.

"… дракона способна изменить мир."

Что способно? Андраг глянул в начало фразы. Слово почти растаяло, но он таки смог прочесть. Снова любовь! Древние на ней помешались, не иначе.

Перед глазами послушно встали откровенные картинки. Он их прогнал.

Примитивные постулаты вдруг показались важнее и интереснее всего остального на свете. Но время-то кончалось. И не только в собственно временном выражении. Строки исчезли вовсе. Перевернув последнюю страницу, Андраг увидел, как мучительно тает, грубо выписанная чьей-то посторонней рукой фраза:

" Ты волен, изменить себе, или изменить себя".

Ее оставил не безвестный, древний каллиграф. Фраза была написана его,

Андрага чернилами. Буквы корчились под напором Силы. Они сопротивлялись, как раненные солдата, что не могут отбросить противника, но будут стоять до последнего. Однако последний воин пал, и том начал рассыпаться в руках барона на мелкие кусочки. Вскоре на столе осталась кучка, похожей на древесную трухи.

Смысл фразы остался непонятен, или проще сказать, невостребован сознанием.

Андрага сейчас занимало другое: кто ее написал? Такое могло быть под силу только отцу. Но старший барон Андраг погиб еще до его рождения. Неужели он уже тогда провидел, что сын попадет в этот жуткий переплет? Или сие - общие указания? Если тайные гонения на Старую кровь начались еще в его времена, не мудрено, что отец постарался хоть как-то предупредить сына.

В библиотеке грянул сигнал зуммера. Он будет звонить во вне и внутри каждую минуту до тех пор, пока дуэлянт не окажется на ратном поле. Андраг поднялся. С собой брать ничего не надо. Сражение предстоит в базовом облике.

Крылья, когти и хвосты отрастут на месте. Он в последний раз оглядел такую родную и такую уже далекую комнату. Пожалуй… Сам не зная для чего, он зачерпнул горсть книжной трухи и кинул в карман.

На том конце обширного голого пространства шевелилась толпа. На этом - стоял одинокий воин. Традиции требовали, чтобы противники приветствовали друг друга в человеческом облике. Случись обычная дуэль, Андраг так бы и поступил. Еще и прощения бы попросил у Высокого Господина. Авось и разошлись бы, слегка потрепав друг друга. Юру Андраг кланяться не станет.

Пусть Совет хоть троих против него выставит в наказание. Не станет. Можно вежливо поклониться недалекому, тупому, даже жестокому сородичу, но не подлецу. Не важно, что породило подлость: жадность, злость или давление извне.

Не важно! Она все равно останется подлостью, за которую носитель будет расплачиваться всю оставшуюся жизнь. На то есть Высокое Небо.

Не поздно ли вспомнили о Вышних Силах, барон, пискнуло внутри.

Поздно.

Им велели сходиться.

На середине, на расстоянии двадцати шагов друг от друга, они остановились.

Юр, как того требовал ритуал, поклонился, правда, громко скрипнув зубами.

Андраг не стал. Толпа за спиной Юра заволновалась. Голос председателя Совета потребовал завершения ритуала. Андраг не двигался.

Так продолжалось довольно долго. Пока между поединщиками не встал маг эксперт.

— Согласно ритуалу, без взаимного приветствия поединок не может быть начат. Барон Андраг саботирует. Всем понятно, почему он это делает, - криво усмехнулся эксперт. В толпе рассыпались смешки. - Но молодой, хоть и умудренный в магии, дракон Старой крови не знает, что существует оговорка.

Если по какой-либо причине один из дуэлянтов не может завершить приветствие, за него это должен сделать кто-нибудь из родственников. Барон Лендор! Вы приходитесь барону Андрагу восьмиюродным внучатым племянником. Вам придется продолжить ритуал.

Андраг глянул в толпу. Он не ожидал, что Лендор придет на зрелище. Пришел, оказывается. Скромняга! За спинами намеревался отстояться…

Лендора вынесли из толпы, точнее, выволокли под белы рученьки. Он даже ног не переставлял. Уже возле эксперта, его кое-как привели в вертикальное положение. Глаза открыты, но совершенно, абсолютно слепы. Остекленел парень.

И как видно давно. Не иначе, с момента вступления в брак находится в бессознательном состоянии.

— Барон Лендор, - вкрадчиво обратился к нему эксперт. - Не откажите в любезности, поприветствуйте барона Юра. Барон Андраг в силу непонятных причин не может этого сделать.

Лендор дернулся, попытался повести головой. Но тут случилось досадное недоразумение. Запредельные усилия, к которым его принудили, всколыхнули все выпитое за последние сутки, и оно бурным потоком излилось на эксперта. Тот позеленел. А Лендор - надо же! - сконфузился.

— П-п-простите. Прости-т-те, Высокие Господа. Приветствую всех от имени и по поручению… Андраг! Дружище! - Лендор вскинул руки, намереваясь обнять дальнего родственника.

Кто б ему дал! Двое подхватили упирающегося Лендора под мышки и поволокли обратно в толпу. За инцидентом, эксперт успел привести одежду в порядок, только лицо оставалось зеленым, как в базовом варианте.

— Приветствие завершено, - он не говорил - рычал. - Расходитесь.

Юр четкой походкой двинулся к своему краю поля. Андраг побрел к своему.

Бедный Лендор. Если, не дай Высокое Небо, ему каким-то чудом удалось выполнить супружеский долг, его дни вряд ли окажутся продолжительнее дней, - часов? минут? секунд? - Андрага.

Широко расставив ноги и раскинув руки в стороны, барон Старой крови медленно начал читать формулу перехода. Можно было проделать нехитрое превращение в единый миг. Не стал. Он цедил слова, в последний раз оглядывая тварной мир. Перед ним лежало обширное черное поле, похожее на тарелку мрака. На дальнем конце толклись огоньки, оттуда навевало злом, нетерпением, возбуждением. Над ним выгнулся звездный купол. То самое Высокое Небо…

Андраг со взлета пошел на таран. Такого Юр не ожидал. Не будь барон

Молодой крови первым бойцом долины, мог бы и пострадать. А так - в последний момент ушел от столкновения, но стал двигаться еще стремительнее, норовя не просто зацепить, искалечить или убить в одно касание. И все же ему некоторое время это не удавалось. Не зря Андраг вертелся в воздухе все дни перед отпуском. Не зря тренировал изнеженное тело. Ближнего боя пока удалось избежать, но…

Юр камнем рухнул ему на спину. Андраг не успел перевернуться в воздухе, чтобы встретить противника когтями. Но и Юр слегка промахнулся: вместо шеи схватил противника за поясницу. Кости хрустнули. По телу молниями разбежалась невыносимая боль. Но Андраг не закричал. Собрав последние силы, он сжался в комок, и камнем пошел к земле. Он расшибется насмерть, но и Юра утащит с собой в преисподнюю.

Как в падении ему удалось перевернуться на бок?! Юр, рвавший клыками спину противника и плевавший в свежие раны огнем, так увлекся, что прозевал. О землю они грянулись разом.

Обоим тут же вернулся человеческий облик. Юр лежал неподвижной изломанной куклой. Не менее искалеченный Андраг, истекал кровью. Но сознание осталось! Оно уползало, давая размытую, заполненную болью картину бытия, однако пока еще теплилось.

В полосы и завитки тумана, которыми стал мир, влезла голова эксперта. Он произвел над умирающим драконом несколько пассов.

Что?! Невероятно! Андраг почувствовал мощное восстанавливающее заклинание. Неужели барон Брандарег пытается исправить то, что сам же и натворил?

Все стало ясно, когда в слегка оживший мозг Андрага ворвался императив:

"Говори!"

Его заставляли открыться. Скомканная воля не могла сопротивляться. Никаких защитных артефактов у него с собой не было. Эксперт надавил еще. Остатки воли смяли как бумажку. Андраг оказался у последнего рубежа, у тонкой кромки, отделяющей его от поражения, худшего чем смерть. Сейчас его выпотрошат. Они получат все.

Все? Ничего они не получат!

Пригоршня книжной пыли полетела эксперту в глаза. Андраг только хотел отвлечь, но эффект превзошел всяческие ожидания. Крупинки вдруг ярко засияли и превратились в рой пляшущих огоньков, которые охватили Брандарега. Как горела и плавилась кожа эксперта, Андраг не увидел. Он потерял сознание.

— Высокий Совет рассмотрел дело о преступлении барона Андрага. Высокий

Совет постановил…

Ничего не болело. Все двигалось, дышало и билось. Сознание фиксировало, мозг анализировал. Но жить не хотелось. Даже лицезрение обожженного, навсегда изувеченного лица барона Старой крови Брандарега, даже Юр, ставший из первого бойца долины калекой, не радовали. Хоть как-то примиряло с действительностью только то, что они так от него ничего и не узнали. Ни его тайна, ни его запечатанный замок им не достанутся никогда. А с ним сами, кажется, уже покончено. Не смогли убить физически, убивали, вернее, добивали страшным приговором, который по прошествии суток с момента поединка взялся огласить председатель Совета.

Андраг чувствовал страшную скованность и холод. С обеих сторон от него стояли вычурные подставки. Каждую венчала золотая чаша. В чашах покоились страшные по своей силе артефакты. Против таких не попрешь. Не то что не попрешь, пальцем не шевельнешь. Холод заползал в сердце вместе с голосом председателя:

… нарушал, попирал, презирал… Остается неясным вопрос об участии барона

Андрага в похищении человеческой женщины по имени Светлана. Совет склонен считать, что таковое участие все же имело место. Однако поступок, совершенный бароном на торжестве два дня назад, а затем преступление, повлекшее страшные последствия для двух достойнейших Высоких Господ Брандарега и Юра, делает его персоной нон грата. Барон Андраг навсегда изгоняется из Платиновой долины. Но изгнание для такого закоренелого преступника не может послужить достойной карой. Для обеспечения безопасности жителей, дабы исключить возможность мести с его стороны, Совет приговорил: лишить барона Старой крови СИЛЫ.

Андрага передернуло. Лучше бы стерли с лица земли, развеяли и распылили.

Лишиться Силы для дракона, тем более дракона-мага, страшнее.

Члены Совета начали спускаться с трибуны. Сейчас они замкнут круг, в котором равносторонним треугольником стояли Андраг и подставки с артефактами. Потом - ритуал. Он о нем читал. К нему в истории Платиновой долины прибегали считанные разы. Дальше - конец. Смерть при жизни. Длинное, длинное существование, лишенное всего, кроме сознания собственного ничтожества.

Бабка вихрем ворвалась в судебный зал, разорвав круг, остановилась на середине и ударила в пол своим посохом. От кончика палки по мрамору зазмеились трещины.

— Я, баронесса Андраг-старшая, протестую!

— Покиньте зал. Вы не имеете права, вмешиваться, - заявил председатель

Совета. - Мать барона отказалась от выступления в защиту сына. Вы - дальняя родственница…

— Заткнись, зеленая задница! - взревела бабка. - Ломайте комедию друг перед другом только не передо мной! Это ваш Совет попирает и нарушает. Закон гласит: ближайшие родственники с обеих сторон. Я имею право. Кроме меня по отцовской линии у него никого нет.

В судейском стане произошло некоторое замешательство. Но вот они надвинулись на старую леди. Обездвиженый, лишенный возможности, защитить ее Андраг испугался: сейчас они сомнут бабку, заставят стоять перед собой навытяжку.

Но они разом отхлынули. Только тогда он разглядел, что в центре гневного круга бабка пребывала уже не одна. Никто не уловил, в какой момент рядом с ней появился Старый Дракон в ослепительно белых одеждах.

Их лет сто никто не видел. Андраг был уверен, что на его веку такое не произойдет. Слухи о древних Драконах, поселившихся высоко в горах, ходили самые разнообразные: от жутких, до нелепых. Если Старик выступит на его стороне… Но позыв надежды заглушили артефакты. Ничего он не сделает. Даже древним изгоям, наделенным страшной силой не дано право, нарушать волю

Совета.

— Рекомендую всем занять свои места, - негромко проговорил Старик.

Председатель Совета сделал к нему решительный шаг, но эксперт подхватил уважаемого дракона под ручку и повлек на трибуну. Остальные, чуть замешкавшись, последовали за ними. Бабка осталась рядом с внуком. Старик не протестовал.

— Приветствую Высокое Собрание, - степенно заговорил Гость. Трибуны отозвались нестройным гулом. За ответ такое принять было трудно, но тот не обратил особого внимания на нарушение ритуала. Или для древних законы не писаны? Писаны, решил Андраг, только в другой книге.

— Я прибыл по просьбе баронессы Андраг-старшей. Позволю себе напомнить вам статью Кодекса,: любой дракон имеет право на защиту. В данном случае имеет место нарушение: барону Андрагу не предоставили адвоката.

— Мы не люди. У драконов свои законы! - выкрикнул кто-то с места. Старик глянул в ту сторону. У барона Ху морда поехала вперед, на глазах превращаясь в базовый вариант при человеческом теле. Челюсти по завершении метаморфозы схлопнулись и, кажется, склеились. Барон явственно пытался отворить пасть, у него не получалось. За чем наступила гробовая тишина.

— Вы сами попираете свои законы, - провозгласил Старый Дракон. - Ты, помянувший людей, должен знать, что нарушение человеческих уложений влечет за собой земную кару. Нарушение драконьих законов влечет кару Высокого Неба.

Трибуна будто подернулась изморозью. А Старик молчал, протягивая и протягивая внушительную паузу. Драконы ежились, а кого и потряхивать начало.

Как же так?! Собрались наказать мальчишку… Ну и что, что немного нарушили собственное уложение. Цель оправдывает средства. А цель в данном случае более чем достойная - очистить общество от преступника… Старой крови.

Андрагу казалось, обрывки мыслей порхают по зале и даны всем любопытным не только в догадках, но и в ощущениях. Юр, того и гляди, в падучую наладится: покраснел, налился дурной кровью. Уже не только Андрага ненавидит, Старика в белых одеждах еще больше. Андраг - что? - тьфу! Не мытьем так катаньем его достанут. А ЭТОГО не достанешь ни чем.

Но ступор постепенно начал отпускать. Драконы на трибуне зашевелились.

Старик же отступил, и как показалось Андрагу, стал меньше ростом.

Всколыхнувшаяся было надежда, опять уползла.

— К сожалению, у меня нет права, судить вас, недостойные потомки не достойных отцов, - из императивного, тон Старика стал усталым. - Но я призван, не дать, свершиться преступному беззаконию. Вы приговорили юношу к изгнанию. Ваше право. Хоть, я и считаю, что за его проступок наказанием могло быть лишь порицание. Тем более, дуэль он выиграл. Да выиграл! Он смог подняться на ноги после дуэли, барон Молодой крови - нет. Значит, победа осталась за бароном Андрагом. Что же касается увечий, нанесенных барону

Брандарегу - Андраг невиновен. Он не знал о свойствах субстанции, причинившей тому вред. По большому счету, он защищался. Брандарег, воспользовавшись тяжелым состоянием юноши, пытался вскрыть его память.

— Дракон-эксперт получил на то разрешение Совета, - встрял в речь Старика председатель.

— Ваш же закон гласит: дракон не должен отчитываться в своих поступках.

Вы сами установили сей постулат. Вы закрепили его ритуалом. И сами же его нарушаете. Но вы забыли, что - не люди. Они крутят и вертят своими уложениями в зависимости от обстоятельств. Вы уподобились жалким и подлым существам.

Повторюсь, к сожалению, я не могу вас судить. Меня только послали напомнить: ваша власть еще не вершина власти. Над всеми есть Высокое Небо.

На трибуне поднялся ропот. Расчухали, что прямо сейчас их наказывать никто не станет. Вон и у барона Ху рожа несколько подравнялась. Только эксперт сидит, как кол проглотил. А председатель уже вылез, косит правда на эксперта, но тому жизнь дороже, будет молчать как партизан.

— Драконы отшельники никогда не вмешивались в дела долины, - с места в карьер попер председатель. - Вы ушли от дел. Вы сами отказались от жизни здесь и по тому не имеете…

— Имеем! - веско провозгласил Старик.

— Барон Андраг приговорен к изгнанию. Он будет жить в предгорьях, один в изоляции, в своем Замке-на-Камнях. Мы лишаем его Силы. Так постановил

Совет. И даже вы не имеете…

— Имеем! Не повторяйся. Мне понятен приговор. Теперь пойдем по пунктам.

Изгоняя мальчика в Замок-на-Камнях, вы не высылаете его, а заключаете под домашний арест. Что само по себе исключено Кодексом.

— Но… Приговор уже оглашен, значит, ритуал вступил в действие, - попытался оправдаться председатель. Он теперь неотрывно смотрел на эксперта.

Тот не шевелился. Помощи председателю, таким образом, ждать было неоткуда.

Он замолчал.

— В данном случае ссылкой - коли уж ритуал задействован и обратного хода не имеет - может служить Другой Мир.

Драконы взвыли. Это что же? А? Преступника сослать в вечный отпуск?!! Им по три недели в году, а ему на всю жизнь? Но председатель не зря занимал свое место. Он первым сообразил и, перекрывая недовольный гул, торжественно провозгласил:

— Барону Андрагу назначается ссылка в Другой Мир. И лишение Силы.

Теперь и до остальных начало доходить. В отпуске ты хоть и не в полную мощь, но используешь свои способности. В мире, где магии и магов практически нет вообще, Молодая кровь вовсю пользовалась своими невеликими возможностями. Высокие Господа прям-таки тащились от сознания собственной значимости. Старые там магией не пользовались, считая сие дурным тоном.

Чистоплюи!

Гость надолго замолчал. Он стоял в центре площадки, глядя на свои, обхватившие навершие посоха, руки. Казалось, сосредоточенный взор Старика способен высечь смертоносную искру из черного алмаза, вставленного в массивный перстень. Но и это молчание кончилось:

— Пусть будет по-вашему.

Если бы мог, Андраг бы застонал. Но Старик, оказывается, еще не закончил:

— Лишение Силы - страшное наказание. Неужели преступление юноши столь велико, что вы обрекли его на медленную и страшную смерть?

— Мы так считаем.

— Тогда ответь, по незнанию или по преступному умыслу, вы умолчали о том, что лишение Силы не может быть вечным. Дракон, приговоренный к такому наказанию, может вернуть себе Силу, если выполнит три условия или урока, или задания. Называй, как хочешь.

Председатель вскинулся на эксперта. Кажется, он действительно не знал о такой оговорке в законе. Но о ней не мог не знать маг специалист.

— Кто определяет задания? - осторожно поинтересовался он у Старика.

— Вы.

Что тут началось! Высокие господа повскакали с мест. Гвалт поднялся как на человеческом торжище. Предложения сыпались как просо из худого мешка.

Задания, предлагаемые Андрагу в качестве искупления, были попросту не выполнимы. Они нащупали лазейку - додавить ненавистного носителя Старой крови. Вопреки закону, вопреки каким-то Древним. Кто они, вообще, такие!

Убить, уесть, уконтропупить!

Эксперт поднялся со своего места в самый разгар полемики. Остальные быстро затихли.

— Разрешит ли мне Высокое Собрание и наш Гость сформулировать задания?

— глухо спросил барон Брандарег.

Ему разрешили. Обезображенное лицо эксперта застыло как маска. Рубцы напоминали потеки дегтя. Он некоторое время думал, а потом бесцветным голосом проговорил:

— Лишенный Силы барон Андраг, проживая в Чужом Мире, во-первых: должен выиграть поединок на мечах.

Высокое собрание возмущенно зашумело. Еще бы! Любой дракон, будь он хоть трижды лишен Силы, будь последним рубакой среди драконов, без труда справиться с самым искусным человеческим бойцом. Андраг ужаснулся. Где он в том мире найдет человека, готового всерьез сражаться допотопным оружием?

Времена поединков давно миновали. Они остались только в кино.

Старик печально посмотрел в сторону скованного дракона, но кивнул, соглашаясь с экспертом.

— Во-вторых, - продолжил Брандарег. - Он должен пощадить врага. Уточню: не того с кем выпадет сражаться на мечах. А реального врага, появившегося в процессе человеческой жизни барона и, ставшего врагом, по человеческим причинам.

Собрание некоторое время озадаченно молчало, пока не заголосило сразу несколько Высоких Господ. Они одобряли. Какой же дракон попустит врагу, тем более врагу-человеку? Никто такого не вынесет, даже Старая кровь.

Гость еще ниже склонил голову. Массивный посох пристукнул по мрамору.

Точка. Согласен.

— В-третьих, - Брандарег замешкался, но не надолго. - Барон Андраг должен полюбить женщину, полностью подчинить ее себе, сломать ее волю, уничтожить ее как свободную личность.

На трибуне опять поднялся гвалт. Возмущались все. Уж не продался ли эксперт? Андрагу увести чужую жену, что плюнуть. Все знают! Вон Юр сидит, щас кончится. У него спросите… Андрагу… женщину…

Голос старика не потонул, перекрыл шум. Он не напрягался, просто его все услышали. Но обращался он только к эксперту:

— Ты так ненавидишь этого юношу?

— Мои чувства не имеют значения.

— Ты сказал: " Должен полюбить". Эти понятия исключают друг друга.

— Хорошо, я изменю формулировку: если барон Андраг полюбит женщину…

Так тебя больше устраивает?

— Спроси свой Совет, согласны ли они?

Драконы, Высокие Господа уже поуспокоились. Они ровным счетом ничего не поняли из диалога двух представителей Старой крови, зато сообразили, что защитнику последнее задание особенно не нравится. А раз так, то - за!


***

Вадим Ангарский с трудом задвинул сумку в тамбур вагона. Дальше надо было ухватиться за поручни. Ухватился, чуть не заорав. Спину разрывала страшная в своем постоянстве боль. Ему показалось, сейчас откажут ноги. Он сосредоточился и осторожно потянул правую на ступеньку. Удалось не сразу.

Потом - левую. Когда весь он оказался на полпути к заветному тамбуру, сзади в спину подтолкнули. Вадим охнул и чуть не упал навзничь. Однако мужик, поторопивший тормозного пассажира, сам же и придержал.

— Больной что ли? Так и сидел бы дома.

Но что значит, широкая русская душа, не выкинул увечного, да еще и пьяного

— массой вдавил человека в вагон.

По прямой идти было легче. Уже теряющий сознание Вадим, последним усилием водрузил себя на верхнюю полку, перевернулся на живот и замер, гася боль.

В нос ударил запах вагона: сажи, кислой снеди, перегара, грязных носков.

Плевать. Он доедет. Не убили вчера, не сдох по дороге на вокзал - доедет.

Загрузка...