Глава 28

Федеральные агенты не тронули фургон, арендованный Раше — он все также стоял на углу перед Управлением Полиции. Наверно, они не сочли это важным, а, может, не знали, что фургон его. Автомобиль простоял без присмотра все эти дни, но каким-то сверхъестественным образом сохранил все колеса, и единственной надписью, появившейся на его борту, было «Помой меня!», написанное на толстом слое грязи, покрывавшем черную дверь. Причиной тому, без сомнения, было хорошее соседство — множество полицейских ходило вокруг круглые сутки.

Раше не планировал продолжать аренду столько дней, наверно, счет, который он со временем получит, будет просто убийственным, но пока он еще нуждался в фургоне.

Раше ехал и размышлял, что бы предпринять, чтобы предотвратить предстоящую выдачу Шефера чудовищам.

Он слишком многого не знал. Не знал, кому можно доверять, не знал, как можно остановить то, что происходит. Ну да ладно, он постарается приготовиться ко всему — а там будет видно.

Припарковав фургон и заплатив за стоянку, Раше нырнул в здание Полицейской Академии на Двадцатой улице.

Разгромленный тир был все еще закрыт, но Салвати снова дежурил на верхней площадке лестницы, несмотря на блеклые кровоподтеки, из-за которых одна половина его лица казалась намазанной маслом. Он поднял глаза на звук открывающейся двери.

— Боже мой, Раше, — воскликнул он, — где тебя черти носят? Тебя пытались найти, искали целыми днями, Браунлоу и эти парни…

— Я подсчитывал налоги, — сказал Раше. — Слушай, Сал, мне нужна помощь.

— Прямо не знаю, — замялся Салвати. — Не хочу я ссориться с Мак Комбом…

— Я охочусь за теми ублюдками, что разгромили тир, — продолжал Раше.

Лицо Салвати окаменело.

— Чего тебе надо? — проговорил он сквозь сжатые зубы.

— Оружие, — ответил Раше. — Все, какое ты мне сможешь предложить. И без записей в журнале.

— ФБР? — спросил Салвати. — Этих тварей покрывает ФБР?

— Да, вроде того.

— Так я и знал! Проклятие на нашу голову… Так что именно ты хочешь получить? — подумав немного, Салвати сам ответил на свой вопрос: — То, что тебе нужно, на оружейных полках внизу, но там осталось немного. А остальное позаимствуем из партии с Ямайки, ты ведь, помнится, и занимался этим делом. Оно все еще в лаборатории. Там есть над чем поломать голову. Да еще можно добавить то, что подобрали после резни на улице Бикман. Словом, можно найти все виды ручного оружия. Хотя его потихоньку растаскивают и распределяют.

Недобрая ухмылка искривила губы Раше.

Это было намного лучше, чем он рассчитывал.

Весьма вероятно, что оружейники не работают — в последнее время большинство преступников были такими болванами, что не могли должным образом позаботиться о своем оборудовании, но Раше хорошо помнил, каким богатым в свое время был арсенал этого тира. Даже если половина его исчезла, оставшегося оружия вполне хватило бы, чтобы устроить настоящий ад, сыщись только повод — автоматическое оружие, гранаты, ручные ракетные установки — тут можно было найти абсолютно все.

Этого было более чем достаточно, чтобы избавить Раше от федеральных агентов и их приятелей из космоса.

— Ты мне поможешь, а, Сал?

Салвати кивнул.

— Пойду возьму тележку.

Народ поглядывал из окон, с любопытством наблюдая, как Раше и Салвати вытаскивают оружие на улицу и загружают в фургон, но никто ничего не спросил и не остановил их. «Да, — подумал Раше, — кому придет в голову, что нашелся сумасшедший, собирающийся разгуливать по городу с такой коллекцией, не имея на это разрешения?» Раше улыбнулся сам себе. Он, конечно, не был таким крутым, как Шефер, но в арсенале тира ему удалось кое чем разжиться.

А в это время Шефера уже привезли в Нью-Йорк на борту фантастического военного реактивного самолета, как будто он был чрезвычайно важной персоной. И тут же его посадили в вертолет. С ним обращались, как с послом могущественной державы, и от этого детектив немного нервничал.

— Отлично, — сказал он Филипсу, когда они оказались на борту вертолета, — мы возвращаемся. Позвольте теперь задать несколько вопросов.

Филипс смотрел на него, не отвечая. Потом генерал махнул рукой двум сопровождающим — те несказанно удивились. Шефер подумал, что они, наверно, собирались сопровождать их, но Филипс решил потолковать с ним в воздухе без посторонних ушей, и без дополнительных приглашений забрался в вертолет и пристегнулся ремнем. Когда они поднялись в воздух, детектив повернулся к Филипсу:

— Так какой дьявольщиной мы занимаемся? Что это за создание, которое я убил? Кто разгромил лагерь Эшеверы?

Филипс покачал головой.

— Ты хочешь знать, как они зовутся? — спросил он. — Мы этого не знаем. Интересуешься их родиной? Это не Земля. Вот все, что мы знаем.

Шефер пристально посмотрел на Филипса, не скрывая недоверия.

— Если интересуешься теориями — пожалуйста, у нас их десятки, сотни. Мы насобирали уйму легенд, преданий и научных гипотез. Там, в джунглях, нам рассказывали, что хищники известны с древности и появляются из века в век, всегда в жару, при температуре слишком высокой даже для тропиков. Они не выносят холода и того, что мы посчитали бы прекрасной погодой, а такая вот чертова парилка…

— Как в этом году, — добавил Шефер. Филипс кивнул.

— Да, — согласился он. — Кстати, они охотятся. Им нравится погоня. Кое-кто из наших научных сотрудников считает, что именно они уничтожили динозавров — охотились на них, пока те не исчезли. Я склоняюсь к тому, что эта исследовательская чепуха по поводу пришельцев из космоса и астронавтов древности — все-таки правда. Во всяком случае, в отношении этих созданий такое предположение похоже на правду. Мы тут отыскали одного парня, который думает, что эти космические охотники воспитывали человечество, помогли нашей технологии, научили нас воевать, стараясь сделать нас более привлекательными жертвами и более интересными целями — и, пожалуй, нельзя не согласиться, что дьявольские отродья добились своего.

Филипс пожал плечами.

— А может, все совсем не так. Может, они как раз начали появляться с тех пор, как мы принялись стрелять друг в друга. Вполне может статься, что их привлекает запах пороха. Мы не знаем. Мы ни черта не знаем о них. Единственное, что, как нам кажется мы знаем… впрочем, ладно. Что им понадобилось в Нью-Йорке, тоже непонятно. Мы никогда не думали, что нам придется иметь с ними дело так далеко на севере.

— Известная позиция «моя хата с краю»!

— Примерно так, — согласился Филипс. — До сих пор, начиная с историй, которые мы выслушивали от местных жителей, и кончая полученными радарными сигналами, они охотились исключительно в экваториальных странах: Южной Америке, может быть, Африке, пожалуй, в Азии, — он поморщился. — Чертов парниковый эффект!

— А, может, им надоели джунгли, — предположил Шефер. — Если Земля для них — Диснейленд, то Нью-Йорк, пожалуй, смахивает на самый дорогой аттракцион.

— Может быть, и так, — проговорил Филипс. Он колебался, не решаясь что-то сказать. — А может быть, и нет.

Шефер смотрел на него, ожидая.

— Тебе кажется совпадением, что они выбрали брата единственного человека, сумевшего справиться с ними? Ни один из миллионов людей еще не видел ни одного из этих существ, только вы двое, разделенные тысячами миль? Такое впечатление, что вы понравились этим существам, братишки Шефер! Возможно, они выискивают генетические образцы с какими-то своими целями, или просто вынюхали вас, кто знает? Однако вполне вероятно, что они прибыли в Нью-Йорк именно за тобой.

Шефер немного помолчал, обдумывая услышанное и внимательно глядя на Филипса.

— Ну что ж, отлично, — сказал он после паузы. — Надеюсь, я понравлюсь им еще больше, когда отправлю их прямиком в преисподнюю!

Филипс отрицательно потряс головой и вытащил свой старый добрый пистолет сорок пятого калибра.

— Прости, сынок, — сказал он, — боюсь, у нас несколько другие планы. — Он отодвинулся от Шефера и навел на него пистолет.

Шефер снова внимательно посмотрел на Филипса.

— Догадываюсь. Вы хотите передать меня им, верно?

— Боюсь, что так, Шефер, — если мы тебя не выдадим им, невозможно себе представить, что они натворят.

— Это значит убить меня!

— Твоя жизнь не имеет значения. Хищники идут по твоему следу, Шефер, — ты мог в этом убедиться в том лагере. Им не нужен был Эшевера, они хотели тебя!

— Я подозревал, что все случилось из-за меня, отозвался он. — Так что же вы меня подбирали? Вот и дали бы хищникам схватить меня!

— Потому что нам необходимо сделать благородный жест, — устало объяснил Филипс. — Нам необходимо дать им понять, что мы стараемся помогать им, пытаемся найти с ними контакт.

— Они не похожи на интересующихся контактами, генерал.

— Мы должны попытаться.

— Потому что вы слишком дохлые, чтобы с ними бороться?

Филипс взорвался.

— Дьявол, Шефер, будь реалистом! Речь идет о сотнях тысяч живущих здесь. Может быть, о миллионах, если не о всей нашей планете! Нам необходимо показать хищникам, что мы вовсе не враждебны, что они могут отправляться восвояси и оставить нас в покое! Выбор невелик: пока они рассматривают нас как не заслуживающих переговоров — потом они, возможно, согласятся не охотиться на нас. Мы предотвращаем ужасные несчастья — или они сотрут нас с лица Земли! Мы вынуждены искать компромисс, попробовать показать им, что мы оскорблены, но дружелюбно настроены.

— Но почему? Почему не отплатить за смерть людей той же монетой, если вы хотите, чтобы подонки вас уважали?

— Перебить их? — Филипс покачал головой. — Ты видел кратер в джунглях — Дач говорил, что этот взрыв произвел прибор, который его противник носил на запястье! Даже если они не воспользуются своей тяжелой артиллерией, вообрази разрушения, которые произведет нечто подобное, произойди оно в городе. Город превратится в руины!

Шефер сверкнул глазами.

— Так что же нам делать? Сдаться?

— Господи, Шефер…

— Итак, вы хотите скормить меня этим тварям — и какова, как вы думаете, будет их реакция? Вы, может, ожидаете, что они скажут: «Спасибо вам. Извините за то, что мы тут наделали», — а потом исчезнут, и больше не вернутся?

— Я думаю, что после этого они уберутся из Нью-Йорка. Они получат то, зачем пришли.

— Хищники пришли не для того, чтобы затравить меня, Филипс. Они пришли повеселиться.

— А пометили этой штукой на шее почему-то именно тебя!

— Может, их развлекает игра в кошки-мышки? Может, они получают удовольствие, то находя меня, то снова теряя? Вы не боитесь оказаться в роли человека, рассказывающего, чем кончится кино? Что, если твари рассвирепеют еще сильнее? Об этом вы подумали?

— Дьявол, Шефер, не можем же мы им позволить травить тебя прямо на улицах? Могут быть убиты ни в чем не повинные люди. Все увидят этих бестий из космоса, начнется паника… Мы собираемся скрывать происходящее годами!

— Вполне возможно, что вы неправы. Вам не кажется, что людям следуют знать, что творится вокруг них, чтобы они имели возможность постоять за себя?

— Противостоять хищникам невозможно!

— Но я победил одного из них. И Дач тоже.

— Пусть так, но больше — никто. Большинство встретившихся с этими созданиями погибает сразу. Послушай, Шефер, это, может быть, наш единственный шанс договориться с пришельцами, доказать, что мы разумны, вступить с ними в переговоры…

— Они знают, как мы разумны, — сказал Шефер. — В большинстве случаев — не слишком. Но хищникам-то все равно на это плевать!

— Ничего, возможно, положение изменится, когда они увидят, что мы способны им кое в чем помочь. Они хотят тебя, Шефер, и они получат тебя из наших рук.

— У меня есть предложение получше, генерал, — рука Шефера неожиданно замкнулась на запястье Филипса, рванув его кверху. Пистолет выстрелил, и пуля пробила дыру в крыше вертолета.

— Извините, — пробормотал Шефер, выхватив пистолет одной рукой и швырнул Филипса другой. Генерал попытался бороться, стараясь опять завладеть пистолетом, но он был ошеломлен неожиданным нападением и вряд ли имел какой-нибудь шанс в борьбе с Шефером. Его голова ударилась о металлическую переборку, и старик без сознания упал на пол.

Шефер пощупал его пульс — Филипс был жив, только оглушен.

Потом он взял пистолет, отодвинул перегородку, разделяющую пассажирский отсек и кабину пилота и приставил ствол пистолета к затылку летчика.

— Привет, — сказал он. — Куда летим?

Пилот вздрогнул, покосился на детектива, увидел пистолет, сглотнул и сказал:

— На Мет-Лайф, там посадочная площадка на крыше. Там будет какая-то особая встреча, насколько я понял.

— Какая?

— Мне не сказали, только предупредили, чтобы я не удивлялся ничему, что увижу.

— Хорошо, — сказал Шефер. — Лети в ту же сторону и постарайся быть паинькой.

— Есть, сэр.

«Там будет особая встреча, сказал летчик. Выходит, Филипс действительно сговорился с пришельцами. А, может, он собирался оставить меня связанным на крыше, как козу для приманки тигра».

Очень может быть, что все это и не сработало бы. Хищники имеют свои взгляды на многие вещи. Если Филипс действительно не хотел их сердить, ему следовало бы оставить Шефера одного в джунглях и предоставить им загнать детектива вдалеке от города.

Шефер задумчиво рассматривал приближающуюся знакомую линию горизонта. Когда они подлетели к посадочной площадке в центре города и вертолет завис над ней, Шефер насчитал на крыше всего шестерых военных.

Он не увидел ни одного из хищников. Но, с другой стороны, они вполне могли быть здесь, невидимыми для человеческого глаза. А шесть военных выглядели не слишком внушительно. Наверно, агенты ФБР хотели провернуть всю операцию с наименьшей оглаской.

Благие намерения!

«В конце концов, это их проблемы», — подумал Шефер. Когда не желаешь, чтобы такого рода неприятности не всплыли наружу, будь готов встретиться с ними лицом к лицу. Настало время решительно объяснить космическим выродкам, кто хозяин на Земле. Хищники зашли слишком далеко.

— Приземляйся, — сказал он пилоту. А потом сиди тихо.

— Да, сэр.

Пилот посадил вертолет без толчка. Шефер ожидал, не открывая двери, просто стоял рядом с ними.

Вполне уверенные в том, что все идет по плану, военные на крыше, наконец исполнились нетерпения. Один из них подошел к вертолету и отодвинул дверь.

Шефер тут же ударил его по лицу и, выскочив из вертолета, схватил М-16, который выронил ротозей. Встав с оружием в руках напротив остальных военных, ошарашенных происшедшим, детектив крикнул:

— Бросайте оружие!

Пятеро военных, один за другим, мгновение помедлив, побросали свое оружие.

Шефер улыбался. Он снова контролировал ситуацию. Пришельцев тут не было, но детектив не сомневался, что рано или поздно они появятся. Когда это произойдет — он уже будет готов принять бой, не связанный и беспомощный, а способный сражаться, что, возможно, хищникам и надо. Он постарается их убедить в том, что не стоит связываться с братишками Шеферами.

Конечно, он может погибнуть, но в этом не было ничего нового. Он мог погибнуть в любой момент.

— Включите музыку и откройте бар, ребята, — сказал он, — устроим вечеринку!

Загрузка...