Босс для Несмеяны (СИ)

Глава 4. Махровый домострой

— Тебе надо наладить отношения с Глебом, — заявляет Герман через несколько дней после моих случайных открытий. — Хватит уже вести себя, как капризный ребёнок, и выдумывать всякие нелепые глупости. Присмотрись-ка к нему повнимательнее, Яна.

Я как раз в этот момент сажусь за стол, чтобы приступить к ужину, чуть не промахиваюсь мимо стула от удивления.

— Зачем к нему присматриваться?

— Затем, что он не так уж сильно старше тебя, и я ему доверяю. Ему всего лишь тридцать... плюс он к тебе очень неравнодушен. Кроме того, я уже подумываю о наследнике в перспективе. Но своих детей иметь не могу, поэтому... - и он выразительно сощуривается в мою сторону.

Я отвечаю ему взглядом, полным чисто девичьего ужаса.

— Не поняла... ты мне его в женихи что ли навязываешь? Но он же мой сводный дядя! Да и для замужества я как-то не созрела...

— Тебе есть восемнадцать, и этого достаточно, — тон Германа ощутимо холодеет и становится жёстче. — А чисто в генетическом смысле, если это тебя так беспокоит, Глеб тебе никакой не дядя. У нас с ним одна мать, но разные отцы. И пусть тебя не вводит в заблуждение наше одинаковое отчество. Оно — всего лишь фикция на бумажке.

Я резко поднимаюсь из-за стола, так и не притронувшись к еде.

— Даже не представляю, как тебе такое взбрело в голову, Герман! Если ты не заметил, то мы живём в современном мире, а не в махровом домострое. И никто не может заставить меня создать семью с мужчиной, у которого не всё в порядке с головой. Он же извращенец!

— Ради рождения моего наследника выходить замуж необязательно, — равнодушно пожимает плечами Герман. — Для начала просто попробуй найти в нем привлекательные стороны.

— Это какие же, например? — язвительно интересуюсь я. — Что-то ни одной не могу разглядеть. Наверное, мне очки пора выписывать!

— Он не посторонний мне человек. И... - повисает пауза, выдавая трудности с поиском «привлекательных сторон» драгоценного младшего братца, -... у него есть огромный потенциал для роста. Вместе с перспективами.

— Потенциал в нем есть разве что для роста живота, — фыркаю я и качаю головой: — Что-то у меня аппетит пропал. Пойду к себе, пожалуй.

— Сядь, у меня еще не всё.

— Зато у меня всё. Сыта по горло этим разговором!

Ледяной голос Германа догоняет меня уже на первой ступеньке лестницы:

— Тебе придется дать ему шанс, Яна. Через неделю вы вместе отправитесь в загородный дом с частью моей охраны и поживете там недельку-другую. А может, и месяц. Тебе необходим отдых и хорошая компания. А то из всех друзей у тебя лишь старик да безмозглые одноклассники.

Я неверяще оглядываюсь.

— Но ты не можешь меня заставить. Никуда я в компании Глеба не поеду!

— Еще как могу. Готовься к отдыху, Яна, — с невозмутимым равнодушием объявляет Герман. — Ты даже не представляешь, насколько я с тобой мягок... так что цени хорошее отношение. Слушайся старших. И не вынуждай меня применять крайние меры.

Наверное, ни один из моих сверстников и близко не испытывал такого уровня мотивации для поиска работы, который мне дала угроза Германа. Он настолько мощный, что уже на следующий день после нашего разговора я умудрилась пробежаться лично по списку из шести горячих вакансий.

Жаль только, что скорее всего с нулевым результатом.

В трех подходящих местах мне туманно пообещали перезвонить. В двух других — прямым текстом сказали, что я им не подхожу. А из шестого места я сама развернулась и убежала, потому что это оказалось какое-то подпольное казино с проститутками.

На сегодня остается только последний вариант — седьмой. И это — какая-то охранная организация, в здании которой требуется уборщица.

Маловдохновляющая вакансия, конечно... но я уже в таком отчаянии, что готова согласиться, если меня возьмут. Потому что зарплата там очень даже ничего для уборщицы.

Ехать приходится в наиболее непривлекательную южную часть города — промзону. Так что выхожу я на самой конечной автобусной остановке «ТЭЦ». Отсюда уже и пешком можно добраться до массивного бетонного здания завода по производству консервов. Бывшего. А сейчас это тот самый офис охранной организации.

Странное место они, конечно, выбрали для себя. Очень мрачное и неуютное. Да еще и ограда эта железная вокруг территории, антураж такой тюремный, аж жуть пробирает.

Нажимаю кнопку на воротах вьезда и даже не вздрагиваю, а реально подпрыгиваю от слишком резкого звука.

— Вы к кому? — равнодушно интересуется динамик. — И по какому вопросу?

— Я насчет работы! Вакансии уборщицы... Это в отдел кадров, наверное?

— Здесь нет отдела кадров. А весь персонал подбирает лично Дибир Давидович Агаев[*]. Подождите минутку, свяжусь с ним...

Я переминаюсь на месте, тихо вздыхая. Может, здесь мне наконец повезет? А то что-то черная полоса в жизни затянулась, самое время белой начаться.

...И как только Герман может так со мной обращаться?

Даже не верится, что он решил навязать мне своего брата-извращенца сразу после моих жалоб на его же поведение! Чтобы тот... что? Снова залез ко мне ночью в постель?.. Принудил к близости, пользуясь тем, что в уединенном загородном доме некого позвать на помощь?..Ведь охрана явно будет не в счет, если брат хозяина для них в большем приоритете, чем какая-то там нелюбимая приемная дочка. Нет, я даже не хочу пытаться понять, что за дикая логика движет Германом. Пусть нафиг идет со своими домостроевскими планами!..

— Можете проходить, — выдергивает из горестных размышлений голос охранника. — Цокольный этаж, левое крыло, зал для совещаний. Вас ждут там.

— Спасибо!

Но мое воодушевление длится недолго. Как только Дибир Агаев — матерый, ярко выраженный кавказец со следами давнего перелома на кривоватом носе, — замечает меня, то сразу же требует предьявить паспорт.

— Тебе хоть восемнадцать-то есть?

— Есть.

Он скептически хмыкает и вдруг впивается в документ острым взглядом. А затем поднимает его на меня так медленно-изучающе, что мне становится не по себе.

— Так вот ты какая... Яна Мрачко. Ну, привет, привет. Так ты, значит, в уборщицы метишь? Мелковато.

— Ну да, мечу, — настороженно отвечаю я. — Работа как работа. Для начала мне подойдет и такая, чтобы на ноги встать.

— Забудь об уборщице, — усмехается Агаев. — У меня есть другое предложение.

— Какое?

— Нашему директору требуется помощница для мелких поручений. Могу на правах его старшего родственника порекомендовать тебя. С гарантией трудоустройства. Но... - он тянет выразительную паузу и хищно заканчивает: — ...в этом случае ты станешь моими глазами и ушами во всех его делах, девочка. Что на это скажешь?

Я тяжело и уныло вздыхаю.

Ну зашибись вообще. Вот что за день такой, а? Один негодяй норовит меня под психованного братца подложить, а другой в какие-то шпионские игры втягивает. Я ему что, агент ноль-ноль-семь в юбке?

— Извините, но нет. Мне такая работа не подходит.

Мой отказ Дибир Агаев воспринимает спокойно. Но когда я разворачиваюсь и ухожу, то прямо-таки чувствую всеми лопатками его опасный хитрый взгляд на своей спине. И это очень напрягает.

Надеюсь, мы с этим типом больше никогда не встретимся. Мутный он какой-то.