Бой-Жаба в мужской академии (СИ)

12

Занятия по боевой магии проходят не в душной аудитории, а на огромной, открытой арене, расположенной чуть в стороне от главного корпуса академии, за холмом, и окружённой силовыми барьерами. Говорят, здесь когда-то проходили дуэли магов, которые решали судьбы королевств. Шутки в сторону, но, если бы мне кто-то сказал, что я однажды буду обучаться в этой великой и знаменитой академии, я бы посчитала это за шутку. Женщинам сюда путь закрыт.

Пользуясь тем, что занятия еще не начались, запрыгиваю на арену. Покрытие выложено древним базальтом, покрыто шрамами от заклинаний, ожогами и воронками. Каждый след рассказывает свою историю. По периметру арены натянута самая сильная магическая сеть из всех известных. Она поглощает избытки магической силы во время сражений, иначе бы академию давно разнесло на части.

Я так занята созерцанием боевой арены, что не замечаю приближения Виана.

– Спасибо, что принесла мои учебники. – Он задумчиво оглядывает арену, как будто пытается увидеть ее моими глазами.

– Какой испытательный период мне дали? – спрашиваю с усмешкой.

– Что?! – Вздрагивает от удивления. – Откуда ты знаешь?!

Фыркаю, у жаб это получается намного выразительнее, чем у людей.

– Я жаба, а не дура. Меня не так-то легко обмануть. Ты пожаловался папочке, что тебе навязали гадкую жабу в напарницы. Тот наорал на Тенебриса. Тенебрис наорал на твоего папочку в ответ, потом они долго мерялись регалиями, и в результате твоему отцу пришлось согласиться дать мне испытательный период. Если за это время я не покажу себя способной и надёжной напарницей, то твой отец пожалуется самому королю, и магистра заставят избавить тебя от жабьего гнёта.

Виан вздыхает.

– Испытательный срок неделя. Василиса, послушай, я ничего не имею против… жаб вообще и тебя в частности, просто… – Морщится, смотрит по сторонам, как будто где-то там могут быть написаны правильные, тактичные слова, которые ему следует сказать.

Напарники должны помогать друг другу, поэтому подхватываю его объяснения и продолжаю за него.

– Ты лучший из лучших и мечтаешь попасть на королевскую службу. Тебе не нужны осложнения. Скоро выпускные экзамены, и магистр Тенебрис не вправе подкладывать тебе жабу. Наоборот, он должен тебя поддержать и убедиться, что у тебя достойный напарник, который поможет тебе получить добиться лучших результатов.

Какое-то время Виан молчит, потом говорит, хмурясь.

– В тебе есть что-то очень странное, Василиса. До сих пор я имел дело только с боевыми магическими существами, поэтому, наверное, сказывается отсутствие опыта. Однако… Только не обижайся, ладно? Другие существа, с которыми я имел дело, должны были быть намного умнее тебя, ведь ты жаба. Однако всё наоборот. – Усмехается и качает головой. – Они были тупыми и бессловесными, а ты умнее некоторых моих друзей. И у тебя есть сарказм, ирония… Ты почти как человек, Василиса. – Смотрит на меня встревоженно, как будто боится, что я посмеюсь над его словами.

Ха! Я почти как человек.

– Думаю, что если бы тебе поставили девушку в напарники, то со временем ты пришёл бы к такому же выводу.

Смеясь, Виан кивает.

– Вот очередной пример! У животных не должно быть такого юмора, даже если они обладают магией. А сегодня на алхимии мне показалось, что ты знаешь намного больше, чем показываешь. Ты изучала алхимию?

– Я закончила её несколько месяцев назад.

Вивиан удовлетворенно кивает тому, что я подтвердила его догадку.

– Сначала я дико разозлился, что тебя поставили мне в напарницы. Решил, что Тенебрис что-то затеял против меня и пытается продвинуть другого выпускника на королевскую службу. А потом я задумался о твоих способностях и о поведении, и до меня дошло, что ты умеешь намного большее, чем хочешь показать. Тенебрис отказался объяснить нам с отцом, кто ты такая, почему он пустил тебя в академию на последние полгода и выбрал тебя моей напарницей. Однако он очень уверен в твоих способностях, поэтому и настоял на испытательном сроке. Честно говоря, к тому времени я и сам уже пожалел, что пожаловался отцу. Простишь меня?

Смотрит на меня так, что становится тесно в моей лягушачьей коже. Я, конечно, жаба, но не слепая, поэтому способна оценить внешние достоинства Виана. Сказать, что он хорош собой, значить преуменьшить его достоинства. Скажем так: он вышел и лицом, и телом. И когда он фокусирует на тебе всё своё внимание, это отвлекает и волнует. Я даже немного понимаю девушек, которые за ним бегают.

– Чёрт, Василиса, ты хоть кивни, если согласишься меня простить.

– Жабы не могут кивать, хребет не позволяет. Прощать тебя не за что, ты ни в чем не провинился. Было бы странно, если бы ты обрадовался такой напарнице. Другие на твоем месте попытались бы от меня избавиться не только через жалобу магистру, но и другими путями, более радикальными.

Виан фыркает.

– Что правда, то правда. Ладно, напарница, пойдём отрабатывать твой испытательный срок?

И протягивает мне руку.

Пришлось завалиться на бок, чтобы освободить мою неадекватную переднюю конечность для рукопожатия. Получилось так себе, но всё лучше, чем шлёпать напарника склизким языком.