Бой-Жаба в мужской академии (СИ)

4

Признаюсь: я хоть и жаба, но не настолько хладнокровная, какой пытаюсь казаться. По крайней мере, не в отношении эмоций, которые зашкаливают уже который день. Сначала были гнев и неприятие своевольного поступка моего отца. Он испугался, что после получения диплома я поступлю на королевскую службу, и тогда станет известно, что мой дар превосходит его, и он потеряет должность архимага и связанные с ней почести. Вот он и воспользовался правом главы рода, и заключил брачный контракт на моё имя. Отписал меня сыну-балбесу какого-то малоизвестного мага на окраине королевства в надежде, что там меня никто не заметит, а семье мужа удастся меня приструнить. Естественно, я взбунтовалась, ещё как! Вообще не хочу замуж, а уж если выходить, то только по любви. Вот тогда отец и сорвался. Высказался насчёт моей якобы безмерной гордыни и воспользовался очередным несправедливым правом главы рода – наложил на меня проклятье. Я, конечно, знала, что у главы рода особая власть, однако кто бы подумал, что собственный отец сотворит со мной такое!

И вот теперь из самой что ни на есть комфортной обстановки домашнего обучения я попала в академию, причём мужскую. С недавнего времени они решили разбавить свои ряды адептками женского пола… и, по всей видимости, амфибиями. Чтобы вернуть себе человеческий облик, я должна продержаться здесь шесть месяцев до выпуска, сдать экзамены и получить диплом с отличием. Даже магистр Тенебрис ужаснулся, когда об этом узнал, так что основания для волнений у меня вполне себе весомые. Магистр, он же мой крёстный, заверил, что подберёт мне самого лучшего напарника. Однако теперь, глядя на Виана Царёва, я очень сильно сомневаюсь в его обещаниях.

– Ты вообще кто? – вопрошает лучший из лучших адептов академии.

– В каком смысле?

– Из какого ты рода?

– Амфибий, конечно.

Закатываю глаза, изображая крайнее раздражение. У жаб глаза настолько подвижные, что ими можно выразить почти любую эмоцию. Пусть Царёв не надеется узнать мои секреты. Крёстный меня не выдаст, я в этом уверена.

Тем временем распрекрасный и в прошлом непоколебимый напарник беспомощно смотрит на магистра.

– Как я буду с ней… что… я же… – Похоже, у многообещающего молодого мага от шока пропал дал речи.

Бьюсь об заклад, сейчас бы он с радостью согласился на любого другого напарника, включая ленивого Стрика и приезжих адепток.

Магистр Тенебрис уже занялся своими делами, тем самым показывая, что аудиенция окончена и нам здесь не место.

Беспечно отмахивается.

– Не волнуйся, Виан. Василиса сама тебе всё объяснит. В связи с её… х-м-м… физической формой, ей придётся поселиться у тебя, и ты будешь за ней ухаживать. Но я уверен, что она тебя не потеснит, ей нужно немного места.

Виан снова смотрит на меня. Его взгляд ожесточается, губы складываются в тонкую линию. Похоже, до него наконец доходит, что это не шутка, и мы теперь с ним в связке до конца года.

– Сама мне объяснит, да? – говорит жёстким, предупреждающим тоном. – И что же ты мне объяснишь, Василиса ?

Ну почему жабы не могут пожимать плечами?! Приходится снова закатить глаза.

– Я объясню тебе, чем меня кормить, когда купать и всё остальное.

Взгляд Виана превращается в гневный прищур, руки сжаты в кулаки, и пыхтит он как-то… слишком уж яростно.

Потом, морщась, хватает меня, запихивает в нагрудный карман рубашки и быстрыми, злыми шагами выходит из кабинета магистра.

– Эй! Куда ты меня сунул, да ещё вверх ногами?! С ума сошёл? Эй, Виан, ты меня слышишь? Ты забыл мою подушечку! С кисточками!

В ответ он бурчит что-то очень грубое.

– Виан! – зовёт магистр.

Мой напарник неохотно останавливается, но при этом не считает нужным мне помочь. Я так и застряла в его кармане головой вниз, гневно болтая лапками.

– Я бы не стал недооценивать Василису, – советует мой мудрый крёстный.

– Я её сейчас… оценю… – цедит Виан сквозь зубы, гневно вышагивая по коридорам.

– Мне ничего не видно. Переверни меня!

– Потом насмотришься!

– Мне трудно дышать. У тебя в кармане пыльно.

– Жабы дышат кожей.

– И лёгкими тоже. Мне в ноздри попала пыль!

– Не волнуйся, сейчас почистим твой прелестный маленький носик!

Хорошо бы, но, судя по его тону, делать этого он не собирается.

Ничего, я ещё отыграюсь.