Буря тайн и печали

ГЛАВА 49

ТЕССА

Ее босые ноги бесшумно ступали по прохладным белым мраморным ступеням, когда она спускалась вниз, пальцы скользили вдоль такой же мраморной стены. Через каждые несколько футов висели светильники, в которых горели шары золотистого света. Того самого золотистого света, что потрескивал на кончиках ее пальцев, когда она достигла подножия лестницы.

Дыхание перехватило. Даже несмотря на то, что потолок возвышался высоко над головой, а пространство было огромным и открытым, она все равно находилась под землей. Даже с тем светом, что теперь обвивал ее запястья там, где раньше сжимались браслеты, она все еще ощущала их. Она замерла на мгновение, заставляя бешено колотящееся сердце успокоиться.

Дело не в том, что она не могла здесь находиться. Она могла пойти в любую часть дворца Фавен, куда пожелает.

Здесь не было правил.

Никаких приказов.

Никаких требований к ней.

Только здесь никто и никогда ей не лгал.

Только здесь на все ее вопросы всегда отвечали, стоило их задать.

И все же…

Она вздохнула.

Декс будет расстроен, что она куда-то ушла. Он что-то говорил про поход в город позже. Орэлия была назначена ее личной помощницей, что… в общем-то, здорово. Что-то насчет того, чтобы она чувствовала себя комфортнее рядом с привычными лицами и друзьями, но в пронзительном голосе Орэлии, будившем ее по утрам, не было ничего успокаивающего.

Холодный нос ткнулся в ее руку, и она посмотрела вниз, на волка рядом с собой. Она не знала, привыкнет ли когда-нибудь к тому, насколько он огромен. Такой же крупный, как его гончие. Она всегда называла их волками. Пальцы скользнули по шелковистому меху, настолько светло-серому, что в этом освещении он казался серебристым. Волк снова подтолкнул ее руку, издав тихий скулеж.

Сделав еще один глубокий вдох, она двинулась вперед по широкому коридору. Толстые стеклянные панели тянулись вдоль прохода, позволяя видеть комнаты по обе стороны. Некоторые были заняты, а большинство пустовали. Они были похожи на клетки для содержания любых существ.

Она тихо напевала себе под нос, шагая вперед. Строки не то из Декрета, который на самом деле вовсе не был Декретом:

— Во всем должен быть баланс:

Начало и Конец.

Свет и Тьма.

Огонь и Тени.

Небо, море, королевства.

Но когда чаша весов склонятся,

И Хаос прольется дождем,

Кто же будет сражаться?

И кто же падет?

Ее длинное платье шелестело при движении, а шелковистая ткань приятно охлаждала кожу. Белое одеяние низко спускалось между грудей, едва не до пупка, и так же открыто облегало спину. Материал держался на плечах, а глубокий разрез сбоку позволял свободно двигаться. В ткань были вплетены нити черного, золотого и бледно-голубого цветов.

Эти цвета одновременно придавали ей силы и сводили с ума.

— Жизнь должна отдавать,

А Смерть должна забирать.

Но Судьба требует большего…

Она остановилась перед одной из стеклянных камер.

— Судьба зовет, а жертва требует.

Стекло вспыхнуло, наполненное той же магией, что текла в ее жилах, удерживая пленника внутри.

Вальтер смотрел на нее в ответ, сидя у стены. С него сняли костюм, и он выглядел совершенно нелепо в свободных льняных штанах и футболке с короткими рукавами. Его черные волосы были в беспорядке, и даже с того места, где она стояла, она видела щетину на его лице.

Она улыбнулась, продолжая петь:

— Кто останется, когда Хаос воцариться?

— Где Эвиана? — потребовал Вальтер, словно все еще имел право что-либо от нее требовать.

— Твоя связь с ней на месте, — ответила Тесса. — Я знаю, что ты все еще можешь с ней говорить так же, как я могла бы говорить с Теоном, если бы захотела.

Вальтер поднялся на ноги и подошел вплотную к стеклу, стараясь не касаться его:

— Ты поступила безрассудно, когда ушла от него.

Тесса резко рассмеялась:

— О, не беспокойся, Вальтер, — она улыбнулась шире, когда он напрягся от того, что она назвала его по имени. — Мы с твоим сыном все также связаны, — добавила она, поднимая правую руку, чтобы показать ему последнюю метку Источника, оставленную на коже. — Я же обещала, что позволю тебе увидеть падение твоего рода, прежде чем его уничтожу.

Вальтер рассмеялся, жестоко и мрачно:

— Ты думаешь, тебе лучше здесь, под крышей Ахаза, чем с моим сыном?

— Здесь по крайней мере не пытаются заковать меня и использовать, — отрезала она.

— Как глупо, — фыркнул Вальтер. — Они заставили тебя поверить, что плен — это свобода.

— Тем не менее, не я здесь заперта за решеткой.

— Только потому, что сейчас ты им помогаешь. Невидимые цепи все равно остаются цепями.

— А если бы я помогала тебе и твоему сыну в ваших планах по захвату мира, ты бы не так старался заставить меня… Как ты это сформулировал? Встань на колени? — парировала Тесса. — И ты бы не настаивал так яростно на том, чтобы моя связь с Теоном была разорвана?

— Тебе никогда не суждено было быть связанной с Теоном, — презрительно произнес Вальтер. — Рордан и правящие Леди никогда бы этого не допустили. Даже если бы Теон справился со своей задачей, они нашли бы другой повод отказать ему. Я, по крайней мере, хотел дать тебе хоть какое-то подобие свободы и защиты, сделав тебя парой Луки.

— Чтобы использовать мою силу для размножения, — фыркнула она.

— Все дело в силе, — раздраженно бросил Вальтер. — Все в этом мире крутится вокруг власти! Чем скорее ты это примешь, тем скорее поймешь, что Рордан пытается сделать то же самое, в чем ты обвиняешь меня.

— Ты хочешь сказать, что не желаешь править Деврамом?

— Конечно, желаю, — ответил он. — Мой народ заслуживает свободы перемещаться по миру. Королевство Ариуса веками было изгоем. Мы заплатили свою цену, но этого никогда не было достаточно.

— Значит, ты жаждешь мести, — уточнила она.

— Как и ты, — парировал он.

Она пожала плечами. Он был прав. Она знала все о том, как отдаешь все, что у тебя есть, а этого все равно оказывается недостаточно.

— И ты пребываешь в иллюзии, что Рордан поможет тебе в этом. Но все это гораздо масштабнее, чем ты, Теон и политика Деврама. Если не веришь мне, спроси того, кто вообще привел тебя в этот мир изначально.

Тесса замерла, словно окаменев:

— Что ты только что сказал?

Вальтер улыбнулся шире

— Ты слышала меня, Тессалин. Хочешь ответов? Они ждут в конце этого коридора.

— Ты лжешь, — прошипела она, пальцы вцепились в мех Роана.

— Нет. Но Рордан… Он, может, и не лжет тебе, но это не значит, что он не хранит секретов, Тессалин.

Тесса прижала ладонь к стеклу. Энергия потрескивала от прикосновения, но она поглотила ее:

— Ты ошибаешься, — просто сказала она. — Я знаю, как Ариус нарушил баланс. Я знаю, что нужно сделать, чтобы его восстановить. Я знаю свою судьбу.

— Твоя единственная судьба — это жертва, — усмехнулся Вальтер.

Тесса отступила назад, опустив руку:

— Я в курсе.

— Пойди посмотри, кого еще держат в этих камерах, — сказал он, поворачиваясь к ней спиной и отходя вглубь камеры. Он снова опустился на пол. — Он держит его уже больше двадцати лет и до сих пор не получил того, что хотел.

Она знала, что Лорд Ариуса говорит лживо и обманчиво. Как и все в Девраме. Она научилась делать то же самое. Но она также усвоила, что за этой ложью часто скрываются искаженные истины.

Тесса проигнорировала самодовольную усмешку Вальтера, повернулась и пошла дальше по коридору. Тревога покалывала кожу, но она игнорировала ощущение, будто делает что-то, чего не должна. Если здесь и были секреты, то такие, которые Рордан не возражал бы, чтобы она обнаружила.

Иначе он бы не дал ей полный доступ по всему дворцу, верно?

Но чем глубже она продвигалась по коридору, тем более знакомым все это становилось, и внезапно она точно поняла, что увидит, когда дойдет до конца. Глубоко вздохнув, она повернулась и посмотрела на камеру слева от себя.

Мужчина сидел на полу. Его каштановые волосы были длинными, спускались значительно ниже плеч. Эта спутанная копна колтунов, явно нуждавшаяся в мытье и стрижке. Судя по состоянию волос, она ожидала, что и растительность на лице будет такой же неухоженной. Но борода оказалась аккуратно подстриженной, словно за ней ухаживали совсем недавно. На пальце мужчины блестело большое ониксовое кольцо. Такое же, как у него. Но ее больше заинтересовал ошейник на его горле: толстая полоса из чисто-белого камня с вкраплениями золота.

Вкраплениями света и энергии.

Цепь, прикрепленная к ошейнику, была закреплена на стене, оставляя настолько мало свободы движений. Тесса и представить себе не могла, как этот мужчина вообще может есть или удовлетворять свои нужды. На нем были свободные льняные штаны. Точно такие же, какие выдали Вальтеру. Но его торс оставался обнаженным, открывая ей идеальный вид на метки, тянущиеся вдоль всей левой руки.

Роан заскулил рядом с ней, и припал к полу, когда Тесса шагнула вперед и положила ладонь на стекло. Мужчина поднял голову, их взгляды встретились. Его ярко-сапфировые глаза пронзили ее насквозь, и она резко вдохнула.

Медленно проведя кончиком пальца по стеклу дугой, она спросила:

— Кто ты?

Мужчина не ответил. Он просто удерживал ее взглядом, неподвижный, словно статуя.

Роан снова заскулил, и взгляд мужчины опустился на волка.

Тесса приподняла брови.

— Ты его знаешь, — сказала она, опускаясь на корточки и почесывая Роана за ушами. — Тогда ты, наверное, знаешь и кто я?

Наконец он заговорил, его голос был хриплым и грубым. Тесса невольно задумалась, когда в последний раз он произносил хоть слово:

— А ты знаешь, кто ты? — спросил он.

Она одарила его понимающей улыбкой:

— Дочь дикой ярости.

Он не отводил взгляда, и она заставила себя не дрогнуть под его пристальным взглядом. Спустя долгую паузу она больше не могла выносить тишины и сказала:

— Ты похож на кого-то, кого я знаю.

Она заметила проблеск интереса, но он сразу же исчез.

— Тебе не положено здесь быть, — наконец произнес мужчина.

— Я могу ходить, где захочу.

— Я имею в виду здесь. В этом дворце.

— А тебе положено здесь находиться? — парировала она, вздергивая подбородок.

К ее удивлению, он хрипло рассмеялся

— Ты упряма и воинственна, как она.

— Как кто?

Он пошевелился, вытянул ноги перед собой и скрестил лодыжки

— Ты сказала, что знаешь, кто ты.

Тесса, нахмурившись, опустилась на пол. Роан придвинулся ближе и положил голову ей на колени.

— Ты раздражаешь, как он.

Губы мужчины дрогнули в знакомой манере, от которой ей захотелось что-нибудь ударить.

— Почему тебя заперли здесь?

— А почему вы держите Лорда Ариуса здесь? — ответил он вопросом на вопрос.

Тесса откинулась назад, опираясь на руки:

— На это есть разные причины.

— Уверен, некоторые из них те же самые, по которым я нахожусь здесь уже десятки лет.

— Ты всегда так уклончив?

— Когда я не доверяю кому-то и подозреваю, что это очередная попытка выудить у меня информацию, то да.

Она улыбнулась:

— Я даже не знаю, кто ты. Думаю, я не должна была тебя даже найти.

— Ахаз ничего не делает без умысла.

— Ты имеешь в виду Рордана?

— Я не оговорился, — ответил мужчина.

— Ты говоришь так, будто знаешь его лично, — фыркнула Тесса.

Мужчина промолчал

Тесса подалась вперед:

— Откуда ты?

— Откуда ты? — тут же ответил он.

— Отвечать вопросом на вопрос — раздражает, — проворчала она.

После нескольких минут молчания она вздохнула и поднялась на ноги. Это было бессмысленно.

Но едва она сделала первый шаг прочь, он снова заговорил:

— Тебе не положено здесь быть.

— Ты уже это говорил, — бросила она, оглядываясь через плечо.

Он покачал головой, и цепь, соединявшая ошейник со стеной, звякнула:

— Нет, Тессалин. Тебе не положено здесь быть. Она думала, что сможет спрятать тебя здесь, но он всегда все знает.

Тесса повернулась к нему лицом, прижав ладони к стеклу:

— Хватит этих загадочных намеков! — резко бросила она.

Свет вспыхнул, энергия потрескивала, просачиваясь в магию стекла. — Кто ты?

— Это так похоже на ее ярость, — произнес он, и Тесса могла поклясться, что в его голосе прозвучала нежность.

— Но это не ответ на вопрос, — возразила она. — Ты знаешь мое имя. Справедливо, если я буду знать твое.

— Я не могу его назвать, — сказал он с насмешливым выражением лица, слишком хорошо ей знакомым.

— Не можешь или не хочешь?

Он пожал плечами:

— Последнее, полагаю.

Она раздраженно фыркнула.

— Но знай одно, дочь дикой ярости, — произнес он, удерживая ее взгляд. — Они используют тебя, если ты им позволишь.

— Ты думаешь, я этого не знаю?

— Ты веришь, что твоя судьба предрешена, но не осознаешь, что стоишь на распутье, — продолжил он. — Спасение или гибель. Выбор за тобой.

— Откуда ты знаешь эти слова? — спросила она мягче, чем собиралась.

— Путь, которым ты идешь, ведет к гибели, — был его ответ.

— А путь к спасению? — резко спросила она.

Он снова пошевелился, устраиваясь поудобнее:

— Путь к спасению всегда был проложен через смерть.

Тесса замерла, ее пальцы все еще были прижаты к стеклу, которое теперь вибрировало от ее ярости. Слова незнакомца эхом отдавались в голове, переплетаясь с пророчествами Авгуров и угрозами Вальтера.

— Ты говоришь загадками, как побитый пес, который боится укусить, — выплюнула она, хотя внутри все леденело. — Кто она? Кто пытался меня спрятать?

Мужчина в камере лишь прикрыл свои сапфировые глаза, и на его лице отразилось нечто похожее на усталость веков. Роан под ее рукой напрягся, его шерсть встала дыбом, но он не рычал. Он словно признавал в этом узнике кого-то высшего.

— Спроси у Рордана, почему он держит в подземелье того, кто помнит истинное лицо Ахаза, — прохрипел пленник, не открывая глаз. — И спроси его, чью кровь он на самом деле влил в твои вены, когда ты была еще криком в пустоте.

Тесса отшатнулась от стекла. Энергия на кончиках ее пальцев погасла, сменившись странным онемением. Она чувствовала, как стены этого безупречного мраморного дворца начинают давить на нее.

Вальтер был прав.

Невидимые цепи все равно остаются цепями.

Она развернулась и почти бегом бросилась обратно по коридору, мимо камеры Вальтера, который даже не поднял головы, провожая ее лишь тихим, торжествующим смешком.