Я сейчас не могу передать весь спектр эмоций, которые ощущаю. Смотрю на своего бывшего, который пьяный спит на моем диване в брюках и рубашке, и не могу поверить своим глазам.
Пока мы расходились и разводились, то пережили разные моменты. Но такого еще не было!
С тех пор, как мы развелись, он ни разу не заваливался вот так ко мне среди ночи. Тем более пьяный. И не засыпал на моем диване.
Я правда не могу поверить своим глазам.
Мне хочется схватить его за ногу, стянуть с дивана и выгнать прочь. Но у нас разные весовые категории.
Я понимаю, что не смогу этого сделать. Максим выше меня на голову и шире в плечах.
Но оставить его здесь я тоже не могу. Когда утром проснутся сыновья, что я им скажу? Сердце сжимается от боли.
Я чувствую тошноту, подступающую к горлу.
А если они подумают, что папа вернулся, я не буду знать, что им ответить.
Наши сыновья довольно часто спрашивают, почему папа и мама не живут вместе. Я им объясняла, что у взрослых иногда так бывает.
Они расходятся и начинают жить отдельно, но по-прежнему любят своих детей. А что я им скажу теперь?
Я не знаю, сколько времени я просто стою и смотрю на Максима.
Чувствую боль, печаль и растерянность. Я не знаю, что мне делать.
Проверяю сыновей, они спят, закрываю дверь к ним в комнату, потом закрываю дверь в гостиную, подхожу к Максиму, толкаю его за плечо, пытаясь разбудить.
— Вставай, тебе нужно уходить. Ребята утром проснутся, что я им скажу? Ты пьяный, как ты додумался появиться на глаза детям в таком состоянии?
— Дети спят, и если ты не будешь орать, то не проснутся до утра.
— Так какого лешего ты приперся? — злобно шиплю я, — приходи утром, когда они проснутся.
— Женщина, отстань!
— Что значит «женщина, отстань»? Максим, это моя квартира, ты не имеешь права вот так вот вламываться ко мне! Если бы у меня уже начались с кем-то отношения… Как бы это выглядело?
— Нет у тебя никого.
— И не будет, пока ты ходишь ко мне по ночам пьяный.
— Не из-за этого не будет, а потому что…
Я снова слышу храп.
Меня всю трясет, хочется его придушить прямо здесь и сейчас. Вылетаю из гостиной, иду на кухню. Выпиваю стакан прохладной воды, надеюсь, что это поможет.
Не помогает.
Наливаю еще один стакан, добавляю туда несколько капель успокоительного. Я с ума с ними сойду!
Максим хороший отец, этого у него не отнять. Но сегодняшняя выходка…
Я занималась с детьми и домом. У меня даже было время на встречи с подружками и походы на маникюр.
Максим иногда забирал сыновей к себе с ночевкой, проводил с ними время. В прошлом месяце даже возил их в поход в горы, и они там ночевали в палатках.
Я не могу упрекнуть своего мужа в том, что он плохой отец. Нет, он прекрасный отец. Он занимается детьми.
Очень их любит и помогает мне.
Да, черт возьми, он меня содержит. Не каждый муж после развода будет такое делать. Но подобные выходки… они меня раздражают. Они выбивают меня из колеи.
Спустя полчаса я предприняла еще одну попытку разбудить своего бывшего мужа. Но это было бесполезно.
Он всегда так спит, особенно когда выпьет.
Очень крепко. Его не разбудишь.
Мне кажется, даже если бы сейчас работала пожарная сигнализация, он бы и бровью не повел. Спустя примерно час я бросаю попытки его разбудить и ухожу в спальню.
Надеюсь, что я смогу проснуться раньше сыновей и все-таки разбудить Максима, выгнать его.
Не хочу, чтобы дети видели его в подобном состоянии. Им это не нужно. Они мальчики и берут пример с отца, а такой пример не самый лучший вариант.
Я ставлю будильник на пять утра. Просыпаюсь и сразу иду в гостиную.
Диван пуст. Вещи, которые разбросал Максим, я даже не подумала собрать. Но сейчас на полу уже ничего не валяется. Все аккуратно сложено на кресле.
Иду на кухню и вижу, как Максим уже за столом пьет кофе и что-то листает в своем телефоне.
— Уже проснулся?
— И тебе доброе утро, — говорит он бодро, будто бы это не он вчера заявился ночью пьяный.
— Максим, ты объяснишь, что это было?
— Я кофе сварил. Тебе налить?
— Какой еще кофе, Максим! Ты с ума сошел? Ты вломился ко мне среди ночи, пьяный. А теперь сидишь на моей кухне, пьешь кофе и предлагаешь его мне? Ты вообще в своем уме?
— Марь, да прекрати ты орать. Голова трещит.
— Голова трещит, потому что вчера нажрался, как свинья.
— Я не нажрался, как свинья, просто выпил немного лишнего. Не преувеличивай, — Максим встаёт из-за стола, подходит к холодильнику и открывает его. — Давай, убавь звук. Сейчас я приготовлю завтрак, пацаны проснутся, мы все вместе поедим, и я их заберу.
— Куда ты их заберешь? Они вчера болели.
— Ну, сегодня же они выздоровели, им лучше. Заберу их, прогуляемся. Не переживай. Если что, останутся у меня, а ты займешься чем хотела. Поиском работы. На маникюр сходишь. Не знаю. Погуляешь с подружками.
— Максим, я сейчас готова просто тебя придушить.
Максим резко захлопывает холодильник, и я вздрагиваю. Он поворачивается ко мне.
— Что опять не так?
— Не так то, что ты пришел ко мне ночью. Этого недостаточно?
— Сейчас мы позавтракаем, потом я заберу пацанов и мы поедем гулять. Понятно?