Цена свободы – атомная бомба - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Виктор Николаевич Кузнецов (ч. 5)

Таблица 50

Количество умерших заключенных Красногорского и Полянского ИТЛ за период их функционирования:

Год

Общее количество

заключенных,

содержащихся на 01.01.

каждого года

Количество

умерших

заключенных (в том числе их детей)

Красногорский

Полянский

Красногорский

Полянский

Красногорский

Полянский

1948

3390

1949

7551

0,9

1950

11452

5157

0,7

1,6

1951

Нет сведений

9131

0,9

1952

8 278

25000

104

0,6

0,4

1953

13705

27000

0,1

0,2

1954

6450

11657

0,2

1955

Нет сведений

10467

0,2

1956

5656

7177

0,05

0,2

1957

5648

8000

0,1

0,3

1958

Нет сведений

9577

0,2

1959

1628

9047

0,4

0,01

1960

5496

0,1

1961

3800

0,01

1962

3800

0,1

1963

3000

0,1

1964

2500

0,01

Всего

432

436

0,5

0,3

Примечание: Полянский ИТЛ функционировал с 1950 по 1964 гг.

Составлено по: ЦДООСО. Ф.№-5149. Оп.1. Д. 47. Л.71, Д. 87а. Л. 49, Д. 148. Л.39 ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп.414. порядковый № 4., Д. 18. Л.3, Д. 32. Л.52, Д. 65. Л.159, НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп.400, порядковый № 5, Л.Л. 1- 66., Кучин С.П. Полянский ИТЛ (ГУЛАГ уголовный), Железногорск, 1999. С. 181.

Заключение

Еще раз возвращаясь к названию книги, я спрашиваю себя, а точно ли оно отражает ее содержание. Ее название мне подсказал мой друг и известный уральский ученый-историк, доктор исторических наук Владимир Николаевич Новоселов. Не скрою, мы долго рассуждали над этим. Но чем больше проходило времени после этого разговора, тем больше я удивлялся тому, как точно он выразил суть этой книги в одной фразе. Цена свободы – атомная бомба. Еще раз позволю себе ее перефразировать. Атомная бомба была создана ценой несвободы многих советских людей, в том числе не только осужденных за совершенные преступления и отбывавших наказание в исправительно-трудовых лагерях. Она создана ценой несвободы тех, кому волею судьбы страна доверила создать это грозное оружие и построить целые города за несколькими рядами колючей проволоки.

Оправданным ли было использование заключенных на строительстве атомных объектов? Да, оправдано. То, что атомную промышленность невозможно было бы создать в столь короткий срок без использования на строительстве предприятий спецконтингентов заключенных, вряд ли можно подвергнуть сомнению, либо доказать обратное. Позволю себе такое смелое утверждение, что в этой книге дан ответ на один из многочисленных вопросов – как Советский Союз за четыре года сумел создать ядерное оружие, не имея для его производства ничего, кроме опытных экспериментов, разрушенного народного хозяйства и полуголодного народа.

При работе с архивными источниками и из воспоминаний работников лагеря сложилось твердое убеждение автора в том, что руководящий состав ИТЛ скрупулезно вел документацию, относящуюся к организации режима содержания заключенных, производственной деятельности лагеря, учета спецконтингента, состояния уровня заболеваемости, травматизма и смертности, что позволяет утверждать достоверность содержащегося в настоящей публикации материала.

В ходе сбора и обработки материала для книги, по незримой цепочке восстанавливались оборвавшиеся со временем личностные связи между ветеранами, организовывались встречи бывших коллег, были видны огоньки в их, потускневших от повседневных проблем глазах. Большой неожиданностью для автора были встречи с бывшими узниками лагерей. Далеко не все из них изъявили желание вспомнть о годах, проведенных в заключении. Например, по моей просьбе, один из жителей г. Лесного(фамилию называть не буду по этическим соображениям) встретился с бывшим заключенным Красногорского ИТЛ с целью попросить его поделиться своими воспоминаниями о годах, проведенных в лагере. Лишь только такая просьба была высказана, как разговор был оборван, как говорится, на полуслове. Оставшись в закрытых городах после освобождения, многие из них тщательно скрывают эту страницу своей биографии. Для своих детей и внуков они создали легенды и свою тайну они вряд ли раскроют. Для меня будет удовлетворением от проведенной работы хотя бы то, что они прочтут эту книгу, может быть, изменят свое отношение к событиям полувековой давности и по-другому посмотрят на свой вклад в строительство городов, с которыми они связали свою судьбу.

В приложении 28 помещены воспоминания ветеранов города Лесного и бывших работников Красногорского ИТЛ. Эти воспоминания размещены в хронологическом и тематическом порядке. Из бесед с работниками лагерных отделений Красногорского ИТЛ и воспоминаний ветеранов создалось общее впечатление о том, что между заключенными, работниками стройки и персоналом лагеря складывались в основном теплые отношения. Ни у кого из них не накопилось в памяти какой-то злобы либо неприязни друг к другу. Более того, многие в этот период создавали семьи и вместе уезжали к местам прежнего проживания. Опять же по соображениям этики я не могу назвать фамилию человека, который позвонил мне из города Волгодонска, где он занимает достаточно ответственную должность, и сообщил, что он родился в 1958 г. в г. Свердловск – 45 и с родителями уехал в 1959 г. на их родину. После этого разговора я предположил, по косвенным признакам, что его родители были связаны каким-то образом с Красногорским ИТЛ, т.к. именно с Волго-Донстроя в 1950 г. прибыл большой этап заключенных. Его просьба заключалась в том, чтобы приобрести целую пачку книг «Атомный проект за колючей проволокой», в которой более подробно были описаны условия содержания заключенных в Красногорском ИТЛ. Скорее всего, в этом городе есть целая диаспора бывших узников этого лагеря, которые поддерживают свои отношения до сих пор.

Работники лагерей понимали, что послевоенное лихолетье и чрезвычайная нужда многих из узников лагеря толкнула на хищение продуктов либо других вещей, называвшихся в то время социалистической собственностью, и попавшие в жернова советского правосудия люди осознали неправомерность своих деяний и честно работали на объектах, надеясь на скорое освобождение и встречу с родными и близкими.

Самой большой оценкой представленного на суд читателей труда будет добрая память жителей закрытых городов о первых строителях, отдавших свои силы и здоровье, вынесших большие лишения. Выражаю надежду, что книга вызовет определенный читательский интерес, позволит получить новые знания и сохранить добрую память о людях, руками которых был построены закрытые города на Урале.

Приложения:

Приложение 1

ГУЛАГ: основные исторические вехи.

1930 г. – образовано Управление лагерями (УЛАГ) ОГПУ при СНК СССР;

07.04.1930г. – утверждено «Положение об ИТЛ» (УЛАГ преобразован в ГУЛАГ);

10 июля 1934 г. ОГПУ при СНК СССР преобразовано в НКВД СССР(ГУЛАГ переименовано в Главное управление ИТЛ и трудовых поселений НКВД СССР;

октябрь 1934 г. ГУЛАГ стал именоваться Главное управление лагерей, трудопоселений и мест заключения НКВД СССР;

26.02.1941 г. приказом НКВД № 00212 образовано Главное управление лагерей промышленного строительства (Главпромстрой);

в марте 1946 г. НКВД СССР преобразован в МВД СССР;

28.03.1953 г. вышло постановление Совета Министров СССР № 984 – 400 сс «О передаче ГУЛАГа из подчинения МВД СССР в подчинение Министерства юстиции СССР»;

25.10.1956 г. Совет Министров СССР и ЦК КПСС приняли постановление: «О мерах по улучшению работы МВД СССР», по которому ИТЛ реорганизованы в исправительно-трудовые колонии;

27.10.1956 г. приказом МВД СССР № 0500 ГУЛАГ преобразован Главное управление исправительно-трудовых колоний (ГУИТК);

25.03.1959 г. постановлением Совета Министров СССР «Об упорядочении структуры и сокращении расходов на содержание МВД СССР» и приказом МВД СССР № 097 ГУИТК переименовывается в Главное управление мест заключения (ГУМЗ).

26.12.1959 г. ЦК КПСС принято решение о ликвидации МВД СССР;

13.01.1960 г. постановлением Совета Министров СССР № 48 МВД СССР был упразднен. Его функции были переданы МВД союзных республик.

Приложение 2

Указ

Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 года.

«Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества»

В целях установления единства законодательства об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества и усиления борьбы с этими преступлениями, - Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

Кража, присвоение, растрата или иное хищение государственного имущества – карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от семи до десяти лет с конфискацией имущества или без конфискации.

Хищение государственного имущества, совершенное повторно, а равно совершенное организованной группой лиц(шайкой) или в крупных размерах - карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от десяти до двадцати пяти лет с конфискацией имущества.

Кража, присвоение, растрата или иное хищение колхозного, кооперативного или иного общественного имущества – карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от пяти до восьми лет с конфискацией имущества или без конфискации.

Хищение колхозного, кооперативного или иного общественного имущества, а равно совершенное организованной группой лиц(шайкой) или в крупных размерах - карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от восьми до двадцати лет с конфискацией имущества.

Недонесение органам власти о достоверно известном готовящемся или совершенном хищении государственного или общественного имущества, предусмотренного статьями 2 и 4 настоящего Указа, - карается лишением свободы на срок от двух до трех лет или ссылкой на срок от пяти до семи лет.

Приложение 3

Указ

Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 года.

«Об усилении охраны личной собственности граждан»

В целях усиления охраны личной собственности граждан Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

Кража, то есть тайное или открытое похищение личного имущества граждан – карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от пяти до шести лет.

Кража, совершенная воровской шайкой или повторно – карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от шести до десяти лет.

Разбой, то есть нападение с целью завладения чужим имуществом, соединенное с насилием или угрозой применения насилия – карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от десяти до пятнадцати лет с конфискацией имущества.

Разбой, соединенный с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, или с угрозой смерти или тяжким телесным повреждением, а равно совершенный шайкой или повторно - карается заключением в исправительно-трудовом лагере на срок от пятнадцати до двадцати лет с конфискацией имущества.

3. Недонесение органам власти о достоверно известном готовящемся или совершенном разбое - карается лишением свободы на срок от одного до двух лет или ссылкой на срок от четырех до пяти лет.

Приложение 4

Постановление СНК СССР № 3007-892сс

«О заводе № 817»

г. Москва, Кремль 1 декабря 1945 г.

Сов. секретно (Особая папка)

Утвердить под строительство завода № 817 Первого главного управления при СНК СССР площадку «Т»

Зам. Председателя Совета Народных Комиссаров Союза ССР Л.Берия

Управляющий делами Совета Народных Комиссаров СССР Я.Чадаев

Составлено по: Атомный проект СССР: Документы и материалы. Москва - Саров, 2000. Т. 2. Атомная бомба. 1945-1954 Кн. 2. С. 73.

Приложение 5

Постановление СНК СССР № 3008-893сс

«О заводе № 261 НКАП»

г. Москва, Кремль 1 декабря 1945 г.

Сов. секретно (Особая папка)

Обязать Наркомавиапром(т.Дементьев) передать в десятидневный срок Первому главному управлению при СНК СССР завод № 261 НКАП со всеми сооружениями и подсобными предприятиями по балансу на 1 декабря 1945 г.

Зам. Председателя Совета Народных Комиссаров Союза ССР Л.Берия

Управляющий делами Совета Народных Комиссаров СССР Я.Чадаев

Примечание: Завод № 261 Наркомата авиационной промышленности был передан под строительство диффузионного завода № 813. Срок окончания строительных работ этого завода намечен на сентябрь 1946 г.

Составлено по: Атомный проект СССР: Документы и материалы. Москва - Саров, 2000. Т. 2. Атомная бомба. 1945-1954 Кн. 2. С. 74, 82.

Приложение 6

Постановление СМ СССР № 2140-562сс/оп

«Вопросы завода № 814»

19 июня 1947г. Строго секретно (Особая папка)

г. Москва, Кремль

В развитие постановлений Совета Министров СССР от 8 октября 1946г. № 2274-949 и от 1 марта 1947г. № 340-150 Совет Министров Союза ССР

ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Принять предложение Первого главного управления при Совете Министров СССР (тт. Завенягина и Петросьянца) и Лаборатории № 2 АН СССР (тт. Курчатова и Арцимовича) об утверждении для строительства завода № 814 (строительство № 1418) площадки в Исовском районе Свердловской области согласно прилагаемым карте и характеристике района.

2. Возложить разработку проектного задания и технического проекта завода № 814 (проект № 1418) на Первое главное управление при Совете Министров СССР (т. Ванникова), научного руководителя проекта чл.-кор. Академии наук СССР Арцимовича и ГСПИ-11 (тт. Гутова и Смирнова).

Обязать т. Ванникова представить на утверждение Совета Министров СССР проектное задание по заводу № 814 к 1 августа 1947 г.

3. Утвердить главным конструктором специального оборудования строительства № 1418 проф. Ефремова.

4. Проектирование оборудования по проекту № 1418 и выдачу технических условий на его производство возложить:

а) по электрооборудованию — на Министерство электропромышленности (т. Кабанова) и начальника ОКБ завода «Электросила» проф. Ефремова;

б) по вакуумному оборудованию — на Министерство электропромышленности (т. Кабанова) и начальника Центральной вакуумной лаборатории проф. Векшинского;

в) по стабилизации тока и напряжения — на Министерство промышленности средств связи (тт. Алексенко и Воронцова);

5. Обязать Министерства электропромышленности (т. Кабанова), промышленности средств связи (т. Алексенко), машиностроения и приборостроения (т.Паршина) и электростанций (т.Жимерина) организовать по проекту № 1418 конструирование и изготовление следующего оборудования:

а) Министерство электропромышленности:

электромагнитные установки (установки АЭМ), систему питания установок АЭМ, вакуумные камеры, вакуумные насосы, источники, приемники, высоковольтные установки и др.;

б) Министерство промышленности средств связи:

узлы для стабилизации тока и напряжения;

в) Министерство машиностроения и приборостроения:

вакуум-агрегаты;

г) Министерство электростанций:

распределительные щиты и пульты установок АЭМ.

Предрешить, что поставка установок АЭМ, комплектующего оборудования и шефмонтаж объекта по проекту № 1418 должны осуществляться специальным управлением Министерства электропромышленности в кооперации с перечисленными выше министерствами.

Поручить тт. Кабанову (созыв), Паршину, Жимерину, Алексенко, Борисову и Петросьянцу представить в Совет Министров СССР не позднее 1 сентября 1947 г. предложения об организации производства и сроках поставки оборудования и аппаратуры установок АЭМ по проекту №1418.

6. Возложить строительство завода № 814 на Министерство внутренних дел СССР (т. Круглова).

Утвердить начальником строительства № 1418 т. Зарицкого М.А.

Председатель Совета Министров Союза ССР И. Сталин

Управляющий делами Совета Министров СССР Я. Чадаев

Архив Президента РФ. Ф. 93, коллекция постановлений и распоряжений СМ СССР за 1947 г. Заверенная копия.

Составлено по: Атомный проект СССР: Документы и материалы. Москва - Саров, 2002. Т. 2. Атомная бомба. 1945-1954 Кн. 3. С. 213-214.

Приложение 7

Постановление Совета Министров СССР

От 24 января 1954 г. № 342-135сс/оп

«О строительстве завода № 933»

Совет Министров СССР постановляет:

Принять предложение Первого главного управления при Совете Министров СССР(тт. Ванникова и Звенягина) о строительстве второго дублера завода № 551 в Катав-Ивановском районе Челябинской области южнее г. Юрюзань.

Присвоить вновь строящемуся заводу № 933.

Строительство завода № 933 возложить на Главпрмстрой МВД СССР,

Обязать Министерство лесного хозяйства СССР(Бовина) выделить Главгорстрою СССР из земельгосударственного лесного фонда в Катав-Ивановском районе Челябинской области участок для разработок площадью 150 кв. км. Отвод участка в натуре и определение его границ произвести по указанию Главгорстроя СССР.

Обязать Первое главное управление при Совете Министров СССР(тт. Ванникова и Звенягина):

А) в двухнедельный срок утвердить плановое задание на проектирование завода № 933;

Б) выполнить силами ГСПИ – 11 изыскательские работы и составление проектного задания на строительство завода № 933 и предоставить его к 1 июля 1952 г. на утверждение Совета Министров СССР;

В) совместно с МВД СССР(т.Кругловым) представить к 1 июля 1952 г. в Совет Министров СССР предложения о сроках строительства и ввода в действие завода № 933 и мероприятия по обеспечению его строительства;

Г) совместно с Министерством государственной безопасности СССР(т.Игнатьевым) в двухнедельный срок утвердить место расположения промежуточной базы для завода № 933 и доложить об этом Совету Министров СССР.

Председатель Совета Министров СССР И.Сталин

Управляющий делами Совета Министров СССР М.Помазнев

Примечание: на бланке постановления записано: товарищ, получивший этот документ не может ни передавать, ни знакомить с ним кого бы то ни было, если нет на то специальной оговорки. Категорически воспрещается снятие копий и выписки из настоящего документа. Отметка и дата ознакомления делается на каждом документе лично товарищем, которому документ адресован, и за его личной подписью. Подлежит возврату в течение 24-х часов в Особую группу Управления делами Совета Министров СССР.

Приложение 8

АКТ

о несчастном случае, связанном с производством

доставляется начальником стройучастка, ст. прорабом или начальником цеха в 3-х экз. из коих один экз. направляется главному инженеру подразделения, второй экз.—цех кому профсоюза на в/н рабочих. администрации лагеря на рабочих з/к з/к, командованию ВСЧ на военнослужащих; третий экз.—инженеру по т/б в подразделения. Гл. инженер подразделен п/я направляет акты в отдел техники безопасности УС вместе с месячным отчетом.

№ 9

1.Название предприятия: Качканарский лесоучасток ГКПП УС «ВО» МВД

(стройуправления, завод, карьер и т. д.)

Отрасль народного хозяйства - МВД СССРgraph-definition>

Адрес предприятия - Качканарский лесоучастокgraph-definition>

4. Фамилия, имя и отчество пострадавшего у з\к Лукъянова Надежда Ивановна

5. Мужчина, женщина – женщина

6. Возраст - 23 года

Цех, в котором постоянно работает пострадавший – склад № 19, 199 кв. graph-definition>

Личное дело № 4668graph-definition>

9. Выполняемая работа (должность) – рабочая склада

10. Стаж: а) сколько времени работает на данной работе (должности) в данном цехе – 3 года

б) сколько лет работает всего по данной профессии – 3 года

11. Несчастный случай произошел в 11.00 час. 1. Февраля 1952 г. через 3 часа от начала работ.

Место несчастного случая (стройучасток, цех, мастерская, объект и т. д.) - склад № 19

12. Подробное описание обстоятельств и причин несчастного случая:

во время работы на складе № 19, при подкатке балона, комлевая часть балона соскользнула с поката, а вершина осталась на 2 покате. З\ к Лукъянова поддерживая вершину балона не смогла удержать и балон вершинной частью пр падении ударил по правому бедру з\к Лукъяновой.

Проходил ли пострадавший обучение безопасным методам работы, техминимум, инструктаж, graph-definition>

когда и № удостоверения или протокола – З\К Лукъянова обучение безопасным методам прходила.

Перечень мероприятий по устранению причин, вызвавших несчастный случай – проведена беседа с бригадойgraph-definition>

Расследование произведено, акт составлен в 19. 00 1 февраля 1952 г.graph-definition>

Начальник хозяйства ________________________________Холодилов

Инженер подразделения________________________________Котырев

Исход несчастного случая(указать приступил ли к работе, установлена graph-definition>

инвалидность, случай смертельный) по выздоровлению приступила к работе

Освобожден от работы с 1.02.1952 г. по 10.02.1952 г. – 9 дней

Пвный инженер подразделения _____________________Котырев

Приложение 9

Список заключенных-членовредителей Красногорского ИТЛ за 1957 и январь 1958 гг..

1.Белых Сергей Ермолаевич, 1929 года рождения, осужден по Указу от 04.06.1947 г. сроком на 15 лет 30 июля 1957 г. – искусственный ожег алюминиевым карандашом слизистой обоих глаз. Помещен в больницу 2 лаготделения.

2.Фаленков Станислав Владимирович, 1936 года рождения, осужден по ст. 74 сроком на 5 лет, неоднократный искусственный ожег алюминиевым карандашом слизистой обоих глаз. Направлен в больницу Ниженего Тагила. Инвалид 3 группы.

3.Шифельман Борис Александрович, 1935 года рождения, осужден по Указу от 04.06.1947 г. сроком на 5 лет 13 октября 1957 г., искусственная флегмона левого предплечья.

4.Феоктистов Анатолий Иванович, 1935 года рождения, осужден по Указу от 04.06.1947 г. сроком на 6 лет, поступил с тюремного режима с остаточными явлениями флегмоны левой голени.

5.Коркин Ермил Артемьевич, 1934 года рождения, осужден по Указу от 04.01.1949 г. сроком на 15 лет, 11 января 1958 г., искусственный ожег 2 степени алюминиевым карандашом слизистой обоих глаз. Помещен в больницу 2 лаготделения. 25 января 1958 г. был выписан и переведен в 3 лагпункт строгого режима с резким конъюнктивитом.

Кузин Валентин Алексеевич, 1936 года рождения, осужден по Указу от 04.06.1947 г., 26 января 1958 г., искусственная флегмона правой кисти, путем введения под кожу налета с зубов. Помещен в стационар 3 лагпункта строгого режима.

Приложение 10

Причины наступления смерти заключенных Красногорского ИТЛ с 1954-1959 гг.

Год

Причина смерти

болезнь

Несчастный случай на производстве

Убийство

Отравление

Убит при побеге

Другие причины

рак

Сердеч.н.забол

Кровоизмозг

Др. заболев.

1948

1949

1950

1951

1952

1953

1954

1955

1956

1957

1958

1959

итого

432

Составлено по: Книга регистрации смертельных (смертных – слово использовано в названии книги) случаев с 1.01.1948 г. – 31.12.1959 г - НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 400, порядковый № 5, Л.Л. 1- 66.

Примечание: списки умерших заключенных в Красногорском ИТЛ за все годы его функционирования опубликованы в первом издании книги «Атомный проект за колючей проволокой», Екатеринбург, 2004.

Приложение 11

Нормы довольствия заключенных ИТЛ(на 1 чел., в сутки, в граммах)

Норма № 1 (основная)

Норма № 2 для спецстроек

Норма № 3 для больных з/к

Хлеб из муки простого помола

700

800

400+300

Мука пшеничная 85% помола

Крупа разная

110

130

120

Макароны, вермишель

Мясо

100

Рыба

120

Жиры

Сахар

Соль

Чай суррогатный

0,5 натуральный

Томат-пюре

Лавровый лист

0,1

0,18

Картофель, овощи

650

800

500+350

Мыло

300

Молоко

275

Творог

Примечание: заключенным, занятым на тяжелых физических работах выдавалось дополнительно к норме № 1 и 2 100 гр. хлеба.

Норма № 4 дополнительного пайка для заключенных, выполняющих норму выработки на 100% и выше(на 1 чел., в сутки, в граммах).

Хлеб из муки простого помола

100

Крупа разная

Мясо

Рыба

Жиры

Соль

Примечание: дополнительные пайки выдавались при выполнении нормы выработки:

100%

1 дополнительный паеки

100% - 110%

1,5 дополнительных пайка

110% - 125%

2 дополнительных пайка

125% - и выше

3 дополнительных пайка

Примечание: заключенным, занятых на ненормированных работах, а также административно-техническому персоналу и ИТР из числа заключенных, добивающихся высоких показателей труда, полагалось от 1 до 2 дополнительных пайков к основной норме. Питание заключенных-беременных женщин и кормящих матерей производилось по основной норме с добавлением к ней дополнительно масла животного 25 граммов, молока цельного 400 граммов и крупы 40 граммов. Такая выдача беременным женщинам начиналась с 5 – го месяца беременности, кормящим матерям на весь период фактического кормления.

Приложение 12

Начальнику психиатрической больницы

Ивдельского ИТЛ тов. Рор

Из г. Свердловска-45 14.11.1959 г.

В соответствии с нарядом Свердловского облисполкома за № 1854 от 04.11.1959 г. направляется на лечение Флис Войтко Иванович, 1919 г.р., осужденный сроком на 8 лет. Приступы эпилепсии ранее наблюдались 4-5 раз в месяц. За последнее время участились до двух раз в день. Замечена деградация личности, забывчивость. Дважды предотвращена попытка покончить жизнь самоубийством, страдает нарушением сна и аппетита.

Диагноз: шизофрения? Эпилепсия с частыми приступами.

Приложение: меддокументы.

И.о. начальника медотделения управления п\я ВО-20 Кузнецова

Приложение 13

Выписка из истории болезни № 93

На больного Шихова Геннадия Николаевича, 1935 года рождения, ст. 74 срок 3 года.

Диагноз: Стеноз пилорического отдела желудка при прогрессирующем упадке питания.

Заключение: Больной нуждается в оперативном лечении в условиях хирургического отделения областной больницы

Начальник центральной больницы врач – Шафир 03.03.1958 г.

Приложение 14

Отчет о работе лечебных учреждений по обслуживанию заключенных 2 лагерного отделения за 2 полугодие 1957 г.

№ п/п

Наименование болезней

Внебольничная помощь

Умерло

Вне лечебн. Учрежд.

Движение больных в больницах

Обращений

Всего

В т.ч. первичных

Освобо-

Ждено

(дней)

Состояло

На начало

Полугодия

Пос-тупи-ло

Выпи-сано

Проведено койко-дней

Всего по всем заболеваниям

17690

6517

7538

603

608

5078

Сердечно-сосудистые

129

Грипп, катар верхн.дых.пут.

744

521

271

277

899

Гнойничковые заболев. Кожи

Травмы :

-производств.

-прочие

126

338

102

Туберкулез

141

Сифилис

Киечн. Заболев

1640

1028

104

101

980

Авитаминозы

Прочие

3823

5802

164

167

2418

*Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 395, порядковый № 11, Д. 3. Т.1. Л. 2.

Приложение 15

Отчет о работе лечебных учреждений по обслуживанию заключенных 3 лагпункта строгого режима за 1 полугодие 1958 г.

№ п/п

Наименование болезней

Внебольничная помощь

Движение больных

Обращений

Всего

В т.ч. первичных

Освобождено

(дней)

Поступи-ло

Выписано

Проведено койко-дней

Всего по всем заболеваниям

5473

1080

987

640

Сердечно-сосудистые

396

Грипп, катар верхн.дых.пут.

720

291

614

193

Гнойничковые заболев. кожи

401

Травмы :

-производств.

-прочие

204

Туберкулез

Сифилис

Киечн. заболев

Авитаминозы

Прочие

3586

738

257

359

Примечание: Состоит на учете: больных туберкулезом – 2; психически больных – 2

Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 395, порядковый № 11, Д. 3. Т.1. Л. 227.

Приложение 16

Количество коммунистов, состоявших на учете в политотделе Красногорского ИТЛ:

По состоянию на 1 января

Членов КПСС

Членов КПСС/кандидатов

в члены КПСС

Членов ВЛКСМ

1956 г.(2 квартал)

140

139/1

274

1957 г.

139

135/4

305

1958 г.

132

129/3

308

1959 г.

103

101/2

293

1960 г.

66/5

175

* Составлено по: ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп.1, Д. 84, Л.Л.1, 4, 10, 16, 23, Д. 84, Л.Л. 27, 35, 40, 45.

Приложение 17

Сводные данные о политработниках Красногорского ИТЛ МВД СССР в 1959 г.

Должность

Назначено

Образование

Возраст

Среднее

Н/ ср

До 30 лет

Старше 31 года

Зам.начальника лаготделения по политвоспитательной работе

Начальник отряда

Зам. командира отдельного дивизиона конвойной охраны

Зам. командира команды по политчасти

Секретарь комсомольской организации (освобожденный)

* Составлено по: ЦДООСО. Ф.№-3871. Оп.1, Д. 65, Л. 59.

Приложение 18

РЕШЕНИЕ

Центральной смотровой комиссии по итогам смотра художественной самодеятельности лаготделений п/я № 404 от 12.05.1959 г.

Проведенный смотр художественной самодеятельности заключенных, который проходил с 15 апреля по 10 мая с.г., показал, что коллективы художественной самодеятельности лаготделений, готовясь к смотру, проделали большую работу по вовлечению новых людей к участию в самодеятельности, дополнили свои репертуар новыми номерами, стало больше уделяться внимания разнообразию репертуара, включению в него номеров на местные темы, с показом лучших людей и критикой недостатков, чем коллективы художественной самодеятельности способствуют перевоспитанию заключенных. В ряде лаготделений (4-е, 1-е, 9-е и 3-е отделения) повысилось сценическое мастерство и четкость выполнения номеров.

Исходя из представленных номеров на смотр и руководствуясь условиями смотра ;центральная смотровая комиссия ПОСТАНОВЛЯЕТ присудить места:

По коллективам художественной самодеятельности:

ПЕРВОЕ место - коллективу художественной самодеятельности 4-го -

лаготделения (художественный руководитель Ефимов)

ВТОРОЕ место - коллективу художественной самодеятельности 1-го

лаготделения (художественный руководитель Творогов)

ТРЕТЬЕ место - коллективу художественной самодеятельности 3-го

лаготделения (художественный руководитель Кондратьев)

По хоровым коллективам:

ПЕРВОЕ место - хоровому коллективу 4-го лаготделения (руководитель Мироненко), за исполнение песен «Россия-родина моя», «В путь», «Расцветай Сибирь».

ВТОРОЕ место - хоровому коллективу 9-го лаготделения (руководитель Тарнопольский) за исполнение песен: «Россия родина моя», «Песенки о спутнике», «Море шумит».

ТРЕТЬЕ место - хоровому коллективу 1-го лаготделения (руководитель Егоров) за исполнение песен: «Россия Родина моя», «Расцветай Сибирь».

До танцевальным коллективам:

ПЕРВОЕ место - танцевальному коллективу 4-го лаготделения (руководите Гатиатулин) за исполнение русского перепляса, венгерского танца, татарского национального танца и шуточной русской пляски.

ВТОРОЕ место - танцевальному коллективу 3 лаготделения (руководитель Неруш) за исполнение русской пляски и ритмического танца.

ТРЕТЬЕ место - танцевальной группе 8-го лаготделения (руководитель Горчаков) за исполнение матросского танца.

По духовым оркестрам:

ПЕРВОЕ место – духовому оркестру 1-го лаготделения (руководитель Егоров) за исполнение «Фантазии при лунном свете», Неаполитанского танца из балета «Лебединое озеро», фрагментов из оперы «Запорожец за Дунаем».

ВТОРОЕ место – духовому оркестру 8-го лаготделения (руководитель Авдеев) за исполнение «Концертной польки для трубы с оркестром», Антракта ко второму действию оперы «Аида», «Попурри на темы украинских песен».

ТРЕТЬЕ место – духовому оркестру 4-го лаготделения (руководитель Абрикосов) за исполнение «Полонеза Огинского», марша «Москва-Пекин», Неаполитанской песенки».

По эстрадным оркестрам:

ПЕРВОЕ место – эстрадному оркестру 1-го лаготделения (руководитель Егоров).

ВТОРОЕ место – эстрадному оркестру 9-го лаготделения (руководитель Тарнопольский).

По акробатике:

ПЕРВОЕ место – акробатическому коллективу 4-го лаготделения (руководитель Смирнов) за хорошее исполнение с отличной пластикой.

ВТОРОЕ место – акробатическому коллективу 8-го лаготделения (руководитель Дмитриев).

По драматическим коллективам:

ПЕРВОЕ место – коллективу 9-го лаготделения (руководитель Горошников) за постановку пьесы В.Вишневского «Оптимистическая трагедия».

ВТОРОЕ место – коллективу 8-го лаготделения (руководитель Кондратьев) за постановку пьесы В.Токарева «Щорс в Сибири».

Отметить лучшие номера:

Исполнение русских народных песен «Свеит месяц», «Коробейники», «Выйду я на реченьку» инструментальным секстетом 8-го лаготделения (руководитель Чесноков).

Выступление инструментального квинтета 4-го лаготделения (руководитель Абрикосов).

Выступление духового оркестра 9-го лаготделения (руководитель Тарнопольский).

Выступление струнного оркестра 5-го лаготделения в составе Дубовина, Некрасова, Остроумова, Маркозынова, Васкевича, Дрогомирова, Триказенко.

Выступление кукол с участием Акопова и Очередько, под руководством Дубовицкого - 3-е лаготделение.

Исполнение басни Крылова 2Лиса и Ворона» Юрковым и Дыгиным - 4-е лаготделение.

Шуточная бразильская песенка «Рио-де-жанейро» в исполнении

Гусева, 4-е лаготделение.

Сольное пение «Близнецы» в исполнении Творогова, Пародия «Чуть-чуть» в исполнении Фурманова, 1-е лаготделение.

Приложение 19

Норма вещевого довольствия на одного бойца ВСО

Наименование предметов

Количество

Срок носки

Фуражка

Шапка

Шинель или куртка

Гимнастерка х\б

Белье нательное

Портянки летние

Теплое белье

Зимние портянки

Перчатки армейские

Сапоги кирзовые

Полушубок

Телогрейка

Ватные брюки

Валенки

Тулуп

Меховые рукавицы

Плащ брезентовый

2 года

1 год

6 лет

2 года

6 лет

2 года

4 года

*Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л. 81.

Приложение 20

Норма положенности казарменного инвентаря и оборудования подразделений ВСО

Наименование предметов

Из какого расчета

Кровати металлические

По одной на каждого размещаемого в казарме

Вешалки

По одной на каждого размещаемого в казарме

Стулья или табуреты

По одному на каждого размещаемого в казарме

Тумбочки прикроватные

По одной на двух размещаемых в казарме

Столы малых размеров

По одному на каждый взвод

Столы обеденные

Один на восемь человек

Столы кухонные

По четыре на каждую кухню

Шкафы канцелярские

По одному на каждый взвод

Доски классные

По одному на каждый взвод

Шкафы библиотечные

По одному на каждый взвод

Шкафы кухонные

По одному на кухню

Шкафы для хранения боеприпасов

По одному на каждый взвод

Бачок для кипяченой воды

Один на 15 человек

Умывальники железные

Один кран на 5-7 человек

Умывальники однососковые

Один на кухню, комнату медосмотра, изолятор

Кипятильник

Один на отдельное подразделение

Составлено по: НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 113, порядковый № 4, Д. 16. Т. 1 Л.Л. 78, 79

Приложение 21

Секретно

Начальнику Управления ИТЛиК УМВД с/о

Специальное донесение о смертном случае

09.12.52 г.

Фамилия Имя Отчество Сарибекян Григорий Варламович

Год рождения 1928 3) Национальность армянин

4) Статья УК срок Указ 04.06.1947 г. – 8 лет 5) Начало срока 12.05.1949 г.

6) Откуда и когда прибыл в лагерь УИТЛК 17.10.1949 г. из строит. № 514 ИТ «ВО»

7) Категория физ.труда - первая 8) На каких работах использовался – на общих

9) % выполнения производственных норм до болезни – 38% 10) Когда заболел – быт.травма

11) когда обратился в амбулаторию_________________________________________________

12) Когда госпитализирован- бытовая травма

13)Сколько раз госпитализировался_________________________________________________

14)Диагноз амбулатории___________________________________________________________

15) Диагноз клинической(при поступлении в больницу) – перелом черепа, контузия головного мозга

16)Диагноз паталого-анатомический – множественный перелом свода черепа с нарушением вещества головного мозга

17) Причина смерти – от нарушения жизненно-важных центров головного мозга.

18) Проведено койко-дней – находился в стационаре 7 часов. Поступил 05.09.1952 г. в 12 часов, умер 05.09.1952 г. 17.45

19) Заключение начальника САНО МСЧ – от нарушения жизненно-важных центров в результате травмы головы.

Приложение: 1) Копия протокола паталого-анатомического вскрытия – на 1 листе;

Служебное расследование о смертном случае

Начальник Нижне-Туринского лагерного отделения капитан Чермных

Начальник САНО МСЧ Овсянкина

Исп. 2 экз.

1 – адресату

2 – в дела № 38

исп.. Овсянкина

Приложение 22

Начальнику медотделения управления тов. И.И. Дурневу

Спецдонесение

На заключенного 1-го лаготделения Гречковского Евгения Иосифовича

03.07.1958 г. в 21 час.30 мин. На объекте Р.П.П. был засыпан несколькими тоннами песка заключенный Гречковский Е.И., который был извлечен из бункера без признаков жизни. Врачебная помощь не привела к желаемым результатам. Смерть наступила при явлениях асфиксии.

Труп заключенного Гречковского был направлен в морг 1-го лаготделения для производства судебно-медицинского вскрытия.

Начальник медчасти лаготделения Москаленко

Приложение 23

НАЧАЛЬНИКУ МЕДОТДЕЛЕНИЯ УПРАВЛЕНИЯ

ТОВ. ДУРНЕВУ И.И.

СПЕЦДОНЕСЕНИЕ

10.06.59 г. в обеденный перерыв в помещении клуба рабочими был обнаружен труп заключенного ЕГОРЯН Хачика Саркисовича, который сразу был ими снят, начали искусственное дыхание и позвали врача БЕККЕР. Сделали сердечные средства под кожу и в область сердца, а так же в течение 2 - х часов делали искусственное дыхание.

Все мероприятия, направленные на оживление трупа не дали положительного результата.

НАЧАЛЬНИК МВДЧАСГИ 5-го ЛАГОТДЕЛЕНИЯ

Соколов

11 июня 1959 г.

Приложение 24

«Утверждаю»

И.О.Нач. отдела режима

и оперативной работы

УИТЛ «ВО» МВД СССР

Лейтенант Поляков

«__» февраля 1952 г. ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о назначении врачебно-экспертной комиссии

1952 года, февраля месяца 28 дня

Я, оперуполномоченный отдела режима и оперативной работы ИТЛ «ВО» МВД СССР лейтенант Гузей, рассмотрел материал по делу применения оружия солдатом Гетманец по заключенной Старцевой-Овчинниковой Зои Николаевны

НАШЕЛ:

27-го февраля 1952 г. на лесоучастке «Михайловском» ИТЛ «ВО» МВД при охране заключенных, работающих на лесоповале, одна из них - Старцева-Овчинникова Зоя Николаевна, 1926 года рождения была смертельно ранена, а поэтому на основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 63, 169-172 УПК РСФСР

ПОСТАНОВИЛ:

Создать медицинско-экспертную комиссию в составе 3-х медицинских работников: председателя – начальника МСЧ 4-го лагерного отделения ИТЛ «ВО» МВД врача Горбун, врача того же лаг.отделения Шестаковой и медфельдшера того же лаг.отделения Перевозчикова.

Комиссии поручить подвергнуть труп з/к Старцевой-Овчинниковой мед.анатомированию на предмет установления: а) при каких обстоятельствах наступила смерть, от насильствия или самоубийства; б) копии предметов совершенного убийства; в) в какие места тела нанесено ранение и подробное описание их; г) отразить, имелись ли признаки болезненного состояния у з/к Старцевой-Овчинниковой до совершения убийства(если имело место, то отразить конкретно и подробно, обратить особое внимание на умственную и слуховую способность); д) установить причину последовавшей смерти з/к Старцевой-Овчинниковой.

Акт мед.экспертизы паталого-анатомического вскрытия трупа Старцевой-Овчинниковой направить в отдел режима и оперативной работы ИТЛ «ВО» МВД СССР к 1 марта 1952 г.

Оперуполномоченный отдела режима и оперативной работы ИТЛ «ВО» МВД СССР

лейтенант Гузей

Приложение 25

АКТ О СМЕРТИ

Составляется в 4-х экземплярах

1 и 2 экз. спец.отдела, 3 санчасть,

4 – САНО

Мы нижеподписавшиеся, начальник санчасти 4-го лаготделения врач Горбун Т.Н., начальник спецчасти 4-го лаготделения Салаватова, врач Шестакова Н.М.,дежурная сестра Глухова составили настоящий акт в том, что 05 января 1952 года в лагере 4-го лагерного отделения умер з/к Костарев Григорий Иванович 1926 года рождения, осужден 14.09.1949 г. военным трибуналом в/ч 16058 ст.193 сроком на 10 лет. Начало срока 14.09.1949 г. конец срока 1959 г.

Особые приметы: 1. Рост средний 2. Телосложение – правильное 3. Цвет волос русый 4. Цвет глаз - серые

Особые приметы: татуировка на наружной поверхности правого предплечья и на груди изображение бюста женщины.

Смерть последовала от туберкулеза легких при явлениях спантанного пневмоторокса

Труп доставлен на кладбище 07 января 1952 г.

Подписи :____________Горбун

____________Шестакова

____________Салаватова

____________Глухова

Приложение 26

АКТ ПОГРЕБЕНИЯ

Мы нижеподписавшиеся, ст. надзиратель Кольчугин, фельдшер Перевозчиков, боец охраны Ковальчук, рабочий з/к Михайлов составили настоящий акт в том, что сего числа 31 октября 1952 г.был предан земле труп з/к Пискурова Алексея Марковича, 1904 года рождения, осужденного по ст. Указа от 04.06.1947 г., срок 10 лет, умершего в больнице 4 лагерного отделения № могилы А. 13

В деревянном гробу, в лагерной одежде.

1952 г. 31 октября 1952 г. Подписи : ____________ Перевозчиков

____________ Ковальчук

____________ Кольчугин

____________ Михайлов

Приложение 27

Количество умерших заключенных Красногорского ИТЛ за период его функционирования:

Год

Общее количество

заключенных,

содержащихся на 01.01.

каждого года

Количество

умерших

заключенных (в том числе их детей)

Из них

Средний возраст

женщин

мужчин

детей

1948

3390

30 лет

1949

7551

0,9

31 год

1950

11452

0,7

30 лет

1951

Нет сведений

34 года

1952

8 278

0,6

37 лет

1953

13705

0,1

35 лет

1954

6450

0,2

32 года

1955

Нет сведений

35 лет

1956

5656

0,05

42 года

1957

5648

0,1

23 года

1958

Нет сведений

26 лет

1959

1628

0,4

34 года

Всего

432

0,5

378

32 года

Составлено по: Книга регистрации смертельных (смертных – слово использовано в названии книги) случаев с 1.01.1948 г. – 31.12.1959 г., НТМАСПД, Фонд Красногорского ИТЛ, Оп. 400, порядковый № 5, Л.Л. 1- 66.

Примечание: Списки заключенных, умерших в Красногорском ИТЛ за весь период его функционирования помещены в книге «Атомный проект за колючей проволокой», Екатеринбург. 2004. С.250-273.

Приложение 28

Воспоминания ветеранов строительства № 514, заключенной и работников Красногорского ИТЛ:

О первых годах строительства города и завода

Из воспоминаний Кузнецовой Зинаиды Петровны – заключенной ИТЛ строительства № 514

Я была осуждена подростком в 1947 году за картошку. Со мной были два подростка двенадцати и четырнадцати лет; мне тогда было 16 лет. Двоих отпустили, а мне дали срок шесть лет. Меня увезли в Бурятскую тюрьму, народу там было много.

Мы, заключенные, прибыли в Нижнюю Туру и начали строить дороги. Пилили деревья и корчевали пни, обрубали корни, подтыкали веревки и тянули. Механизмов не было, все работы делались вручную, мы не знали, что такое бензопила. Работа была очень тяжелой и продвигалась очень медленно.

После дорог приступили к строительству жилья, делали и строили дома и корпуса для цехов завода.

Все мы только что пережили войну, гонимые голодом, страхом и ужасом. Все мы побывали в оккупации. Жили, как могли, помогали людям убирать урожай – за кусок хлеба. За любую кражу давали срок. Если украли восемь яблок – дают восемь лет сроку; собираем колоски с убранного уже поля – дают срок от 5 до 25 лет.

Я сама перебирала картошку, взяла в ведре 5-6 кг картошки, и мне дали шесть лет. Я отбыла в заключении пять лет.

Когда меня осудили, всех заключенных повели на станцию. На станции стояли три товарных вагона, в них были двухъярусные нары, а на нарах – сено. Вместо туалета – в дверях отверстие с желобком. Посреди вагона стояла буржуйка.

Кормили сухим пайком: хлеб, крупа, макароны. Воду приносили в вёдрах. Ехали больше двух недель.

Наконец, утром приехали до конечной остановки – лагеря. Лагерь – палатки и юрты - располагался возле реки Туры. Вокруг – колючая проволока и вышки. Доделывали лагерь сами; колючую проволоку в три ряда (изначально был один ряд) крепили сами; рыли землянки, так как заключенные прибывали постоянно, в основном с Орловщины, с Брянщины, со Смоленщины – истощенные, плохо одетые. Для многих это был шанс выжить.

Нас расформировали: кто - в Ёлкино, кто - в Кыштым, кто - в Багаряк. Меня забрали в Багаряк – для заготовки овощей для лагеря: туда брали только бесконвойных и ослабленных физически.

Там, в Багаряке, ничего не было, только одна вышка да ограждения из проволоки, и то местами. Жилье делали сами – копали землянки; заготавливали жерди тут же, рядом, в лесу, и несли в лагерь для землянок. Когда мы приходили с работы, нам не давали еду, пока мы не выкопаем на один штык земли, и только после этого кормили.

Землянка представляла собой котлован; жерди ставили как стены, и по верху – тоже стлали жерди, по ним – дёрн, по нему – толь, рубероид или шифер. Была у нас и «баня»: три бочки, зарытые в землю; снизу подогревались. Каждый подходил и брал два черпака кипятка. Всю одежду и обувь чинили сами.

Работали в поле – садили, пололи, окучивали и убирали овощи. Зимой работали на снегозадержании – делали щиты, а также занимались прессовкой сена, переборкой овощей и заготовкой (засаливанием) капусты. Всё отправлялось в другие лагеря.

Написано собственноручно 29.09.04 г.

Из воспоминаний Фоминой Антонины Павловны - работника отдела кадров:

В августе 1947 г. было организовано Управление ИТЛ и строительства № 514 МВД СССР. Стали прибывать эшелоны со специалистами и техникой, эшелоны с заключенными, началось строительство лагерей для размещения заключенных и жилья для первых строителей. Строили юрты, бараки и деревянные дома.

Из воспоминаний Владислава Гавриловича Югова – ветерана г. Лесного:

Работа геодезиста кропотливая, но невидная. Приходилось работать там, где ещё ничего нет, вечно в сапогах, валенках и телогрейке. Около десяти лет работал с заключёнными. Позже – с солдатами, а потом - с вольнонаёмными. Вся работа начиналась, когда я «посадил» (профессиональное выражение геодезистов) объект – дорогу, дом, поселок. Вот и дата начала строительства. А по трудовой книжке посмотреть – я «летун», каких мало. А проработал на одном месте.

По улице Мамина-Сибиряка было два лагеря – мужской и женский. В мужской лагерь были ворота на Мамина-Сибиряка, через которые заключенных водили на работу, и вторые, на дорогу к пл.8 – где была 16-я вахта. Там были магазин и столовая, мы там тоже обедали.

Ворота женского лагеря были против улицы Свердлова. В лагере был духовой оркестр, и летом на ул.Мамина-Сибиряка мы устраивали танцы. Они – по ту сторону проволоки, а мы – по эту. Это был лагерь 7 («семёрка»).

Работал с заключёнными около десяти лет. У меня с ними не было никаких конфликтов, может быть, потому, что работа у меня для них была лёгкая. Прорабам-строителям, среди которых у меня было много друзей, приходилось туго – там был спор за каждый кубометр.

Был и такой случай: куратор отдела 72, инженер-сантехник, познакомилась на строительстве военного городка с заключённым Паршиным, а после его освобождения вышла за него замуж, и с ним уехала. Писала в отдел, что живет хорошо.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 03, 04 и 05.02.2004г.

Из воспоминаний Иванова Михаила Федоровича – заместителя начальника Красногорского ИТЛ по хозчасти.

Прибыл сюда «костяк» с Сухуми, начальник строительства Михаил Антонович Зарицкий. В Сухуми, в составе управления строительства № 791 МВД СССР, строили в районе озера Рица, дачу Сталину в Гаграх. Первое время нас привезли на южную границу, и батальон передали из Министерства Вооруженных Сил Министерству Внутренних Дел.

Из Сухуми наш эшелон шел так быстро, что ни один скорый не обогнал. Прибыли в Туру, нас разместили по частным квартирам. На третий день пришли в управление строительства, оно располагалось в тюрьме, в Нижней Туре, к Зарицкому, начальнику строительства. На станции делали кирпич – там проработал лето. Рабочий день длился от темна до темна. Жили мы в доме по Мамина-Сибиряка.

Первый лагерь (четвертое лаготделение) с заключенными размещался на «новом» заводе, в тюрьме. Там был ДОЗ, деревообработка, литейка, столярка.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 13.02.04

Из воспоминаний Чернышова Николая Петровича - начальника участка строительства № 514.

20 июля 1948 г. приехали мы все вместе на ст. Нижне-Туринский завод. Встречал нас работник отдела кадров лейтенант В.В. Попов. На грузовой машине нас привезли на так называемый «новый» завод (район тюрьмы) и поселили на 2 этаже здания бывшей больницы. В комнате нас было 59 человек, все молодые специалисты - строители, электрики, механики и люди других профессий.

В те же времена на «новом» заводе находились Управление строительства, отдел кадров, политотдел, отдел комсомола, санчасть, столовая, магазин, недалеко находились ДОЗ, строймеханизация, автобаза.

На строительстве было несколько строительных районов. Один район занимался строительством города, другой - строительством железных дорог от ст. Мир до 4-й площадки, районы были на 35 квартале и другие.

Написано собственноручно в 2003 г.

Об организации производственной деятельности лагеря

Из воспоминаний Баранова Александра Сергеевича - инженера-строителя:

По контурам будущих жилых кварталов были сделаны рабочие зоны. Они были огорожены колючей проволокой, с вышками для стрелков охраны и проходными будками у ворот. От ворот внутрь зоны делался «кошель-отстойник», который был местом отстоя при пересчете заключенных перед пуском в рабочую зону, и при снятии их с оцепления после работы. На работу и с работы заключенных водили в колоннах шеренгами под конвоем вооруженных солдат. От одной охраны к другой заключенные передавались путем пересчета их количества. Город начинался с застройки центра. Ныне он называется жителями «центром старой части города». Первым производственным участком жилстроя стал, в основном, коллектив молодых строителей-горьковчан. Участок возглавил офицер Карпман Борис Самойлович. Уполномоченным первым лицом участка по производству (первые несколько месяцев) был расконвоированный 2-го лаготделения Паршин Алексей Алексеевич.

Написано собственноручно в 2003 г.

Из выступления Авдюкова Александра Ивановича – куратора завода «Электрохимприбор» на первой партийной конференции управления ИТЛ и строительства № 514 МВД СССР 23 июля 1949 г.

Лето проходит, а окончания работ в жилых кварталах еще не видно, нет тротуаров, дорог, штакетника. Наряду со всеми этими неудобствами для живущих в этих кварталах существует еще одно большое неудобство. Это окружение жителей заключенными. Они, выходя из зоны заключения, создают зону заключения для нас и наших семей. Весь рабочий день семьи отсиживаются за замком и бдительно следят за тем, чтобы не залезли в дом и не обворовали. А случаи воровства бывают почти ежедневно. Некоторых обворовывали по 3-4 раза. В таких условиях жить исключительно тяжело. Необходимо немедленно заканчивать работу в кварталах и дать удобства и свободу в них живущим.

Из воспоминаний Карпова Евгения Александровича – директора Нижне-Туринского машиностроительного завода:

Весь вольнонаемный состав, который имел деловые отношения с заключенными, предупреждался об административной и уголовной ответственности за связь с заключёнными в любой форме…

Район (позже стали называть «СМУ») вёл жилищное строительство на сегодняшнем Коммунистическом проспекте. Для выполнения отделочных и изоляционных работ выводили бригады и из женского лагеря. Одну из бригад возглавляла высокая, статная женщина – русская красавица! Я не знаю, за что она отбывала наказание, но в неё влюбился начальник строительного участка, в звании капитана. Итог – он был разжалован, а после освобождения своей пассии уехал к ней на родину.

На первых порах строительства с использованием труда заключённых в одной производственной зоне работали как мужчины заключенные, так и женщины заключенные (позже такое соседство было запрещено). Всё человеческое им было не чуждо, пары сходились по-серьёзному, а не так себе, и их в лагерном сообществе признавали как мужа и жену (по принципу гражданского брака), и измена с любой стороны, как и попытка добиться расположения других заключенных, очень строго каралась.

Если по необходимости, положим, женскую бригаду переводили в другую производственную зону, то сколько было ухищрений, чтобы «мужа» выводили на работу в ту же зону (этому лагерная солидарность всячески содействовала), я уже не говорю о переписке, о телефонных разговорах и т.п.

Схема запуска заключенных в производственную зону была примерно следующей. Колонна подходила к вахте и по счёту запускалась в так называемый «предбанник» - коридор, обнесенный колючей проволокой, с двумя замыкающими воротами. В нем заключенные находились до тех пор, пока часовые не займут свои места на охранных вышках и не подадут необходимый сигнал. Только после этого открывались внутренние ворота «предбанника», и заключенные шли на свои рабочие места.

Когда заканчивался рабочий день, часовые на вышке ударяли по подвешенному куску рельса и извещали о начале «съёма с зоны». Заключенные собирались у проходной, выстраивались в шеренги по четыре человека, и их запускали в «предбанник». Были случаи, когда отдельные заключенные или заснули, или по каким-то иным причинам опаздывали на «съём», тогда бригадир посылал на поиски. При отсутствии хотя бы одного заключенного «съём» не производился, и остальные часами находились в «предбаннике». Виновного в задержке «съёма» (если не было побега) наказывали по строгим лагерным канонам.

В подразделении МК-13, которым я руководил, работал слесарем-ремонтником С.Арутюнов, бывший заключенный и с его слов я узнал об эпизоде, когда по обоюдной договоренности между бригадирами заключенных его вели на свидание с «женой» в женский лагерь, а подмена шла в мужской (охрана считала наличие конвоируемых по головам) – естественно, с необходимым переодеванием и другими «маскировками».

В управлении МК-13 работала вольнонаемная женщина-счетовод, и она как-то поделилась со мной своим негодованием: «Я понимаю, что они - заключённые, но почему им в лагере не дают пить чай?!. Я по их просьбе по несколько пачек покупаю и приношу в рабочую зону!» - я объяснил ей, что из её пачек они делают «чифир», и что её действия квалифицируются как связь с заключенными, и в случае обнаружения строго наказуемы. Не знаю, как она отговорилась от выполнения таких просьб, но пока к нам на работу выводили заключенных, она продолжала трудиться в организации.

Как-то, зайдя в кузницу, застал такую картину. Человек пять заключенных, сидя в кружок около кузнечного горна, поочередно из алюминиевой кружки потягивали «чифир» (приготовленный по особому рецепту сверхконцентрированный напиток из натурального чая, после употребления которого, наступало состояние опьянения – «кайф» - это со слов любителей). По режиму содержания заключенных это категорически запрещалось, наказывалось, и не без основания.

Более справедливое сравнение по эффективности, а вернее, по производительности – это использование труда заключённых и военнослужащих, так как их объединяет общее определение: труд подневольный. В этом отношении я отдаю предпочтение труду заключенных, т.к. у них мотивация была в то время намного сильней по известным причинам, чем у военнослужащих военно-строительных частей. В армию в начале 1950-х гг. призывалась молодёжь практически со школьной скамьи (до 1949 г. солдаты были «возрастные», владели несколькими специальностями), без существенного профессионального и жизненного опыта, и на практике с нуля приходилось обучать их и адаптировать в производственном процессе.

Однако использование труда заключённых на строительно-монтажных работах по финансовым затратам было значительно выше – за счет дорогостоящих охранных мероприятий и сооружений как в самом лагере, так и в рабочих зонах. Все эти затраты отражались в 3-й части генеральной сметы и ложились на себестоимость строительства.

Правда, при разработке Генплана строительства учитывалось рациональное использование до завершения строительства всех объектов, связанных с работой заключенных (вахта, столовая, мастерские, обогревалки и т.п.).

Так застраивались жилые кварталы, примыкающие к Коммунистическому проспекту. Строительные площадки огораживались колючей проволокой и охранялись солдатами. После завершения работ на строительстве очередного жилого дома, его выгораживали из рабочей зоны, заселяли жильцов, проволочные заграждения переносились на другой объект. В нескольких метрах от окон квартир находились ограждения из колючей проволоки в несколько рядов, за которыми работали заключенные.

Всячески поощрялось приобретение рабочей профессии, и заключенные, которые в перспективе рассчитывали на воле встать твёрдо на нормальную жизненную тропу, с желанием обучались, тем более в их действительности можно было избежать тяжелых физических общестроительных или других вспомогательных работ. И у нас, в МК-13, на механической базе, также организовали обучение специальности электросварщика. Обучали и теории, и практике. Поскольку заключенные должны были вырабатывать проценты, теорию пришлось преподавать только после работы, непосредственно в лагере, и эту миссию поручили мне.

Первый вход в лагерь был волнительным. Одно дело, когда находишься среди заключенных на работе – это относительно постоянный состав, тебя знают, ты их знаешь. Другое дело в лагере, где их тысячи. Однако всё обошлось – меня встретил у вахты один из «учеников» и проводил до барака, где жила «наша» бригада. Бросились в глаза чистота и порядок на территории лагеря, тротуары – из обрезной доски. При заходе в барак обратил внимание на небольшую комнатку, дверь была открыта, с определённым домашним комфортом: тюлевая занавеска на окне, хорошее покрывало на кровати, подушки тоже под тюлевыми покрывалами и т.д. Мне объяснили, что в этой комнате живёт «бугор». В бараке – убрано, койки в два яруса, прикроватные тумбочки, а в середине – длинный стол, и за ним начались уроки по теории электросварки.

Написано собственноручно – март 2004 г.

Из воспоминаний Баранова Александра Сергеевича - инженера-строителя:

Особенно тяжело давались земляные работы зимой: смерзшийся глинистый грунт с каменной дресвой и валунами буквально грызся кайлом клином и кувалдой, в значительной части физически ослабленными людьми. Естественно, в таких условиях государственные нормы большинство бригад заключенных не выполняли, интереса и стремления к работе не проявляли.

Вести строительство предприятия и города было возможно за счет неограниченной численности рабочих рук и увеличения продолжительности рабочего дня. Это и практиковалось руководством всех уровней первые несколько лет.

В морозные дни 1949 г. земляные работы и ленточные бутобетонные фундаменты под здание первой школы дались чрезвычайно трудно мне, мастеру, и рабочим. Заведение здания и, особенно, внутренние и отделочные работы стоили больших физических усилий и нервных затрат ведущему производителю работ – В.Н.Варфоломееву. При «штурме» перед сдачей на объекте в течение суток трудозатраты составили до 700 человеко-смен в сутки. Столь низкой была отдача неквалифицированного подневольного труда рабочих-заключенных.

Примерно до 1955 г. штукатурные и малярные работы в жилстрое выполнялись бригадами заключенных-женщин. Этот фактор также отрицательно влиял на сроки ввода объектов в эксплуатацию после их возведения. С 1953 г. лагерь стал формировать ученические бригады штукатуров-маляров из мужчин. Вскоре женская часть 2-го лагерного отделения была упразднена.

Написано собственноручно в 2003 г.

Из воспоминаний Козлова Геннадия Михайловича - ветерана строительства № 514:

Утром заключённым выдавалось задание на день, а вечером ежедневно определялись объемы выполненных работ и процент выработки. При этом между бригадирами, мастерами и прорабами почти всегда возникали споры. Бригадиры старались всеми правдами и неправдами завысить объем выполненных работ, а значит, и процент выработки – а последний имел для заключенных огромное значение. И можно понять бригадиров, так как от этого зависело их завтрашнее благополучие и срок выхода на свободу.

Как помнится, в лагере было четыре уровня выработки: менее 100%, 100%, 121% и 151%. Если заключенный не выполнял норму выработки, то на следующий день он получал урезанную пайку продуктов, которой не хватало, чтобы восстановить силы. При выполнении 100% получали нормальную пайку, и всё. При 121% - улучшенное питание и зачёт «1 : 2», т.е. за один пробытый в лагере день заключённому засчитывалось два. При выполнении норм на 151% - улучшенное питание и зачет «1 : 3». Это был самый большой стимул для заключённых, и они пускались на любые ухищрения, чтобы его получить.

После того, как объемы и проценты в целом по бригадам были утрясены, бригадиры делили их между членами бригады. Здесь справедливости было мало, и часто тот, кто хуже работал, но был ближе к бригадиру, получал больше, чем тот, кто работал хорошо. В одной моей бригаде было два «вора в законе». Летом они загорали на солнышке, а зимой грелись у костра, но каждый день им выводили 151%.

А вообще за 151% заключённые могли творить чудеса. Помню, на 4 площадке при строительстве ТМХ (транспортно-масляное хозяйство) «забыли» в стене оставить проем для огромных ворот 4,5 х 6 метров, в которые должны были подавать по железной дороге мощные трансформаторы. Почему это случилось, не знаю, но одной из причин могло служить отсутствие у бригадира чертежей (большинство чертежей имели гриф «секретно» и их можно было посмотреть только в конторе. Вообще с секретностью доходило порой до абсурда. Мы долго смеялись, когда получили сов.секретный чертеж на… посадку временного туалета).

Дело было зимой. Морозы 20-30 градусов. Чтобы дело не дошло до высокого начальства, начальник СМУ договорился вывести заключенных в воскресенье, и бригада за день пробила проём ворот. И когда начальство приехало, всё было в порядке. В другой раз за тот же 151% заключенные за два дня «перенесли» кирпичную трансформаторную подстанцию на проектное место, когда стало известно, что её поставили не там.

Вспоминается ещё, что на строительстве был самолет ПО-2 («кукурузник»). Не совсем понятно, для какой цели он был предназначен, так как все объекты стройки можно было на нем облететь за 10-15 минут. Поговаривали, что высокое начальство летало на нем в Свердловск в театр.

В то время рядом с теперешней дорогой на УПП, в районе оранжереи, перпендикулярно дороге стояли юрта и два барака, а метрах в 20 от них (южнее) была огорожена большая площадка для строительства гаража завода. За бараками и забором был большой луг, где и находился самолёт. Лётчики жили в юрте, а мы с женой – в бараке рядом с лугом, куда переехали из монтажного поселка. Иногда начальник стройки на самолете облетал строящиеся объекты. Однажды Щебетовский, бывший тогда начальником стройки, после очередного облёта выговаривал начальнику СМУ своё недовольство: «Безобразие! Вот я только что, летал над 4 площадкой – там заключённые на крышах загорают!»

В 1950-51 гг. я работал прорабом на строительстве железной дороги к 4 площадке, которая проходила по 42 и 35 лесным кварталам (отсюда и названия «42-й» и «35-й»). Жили мы вначале вшестером в омшанике на 42-м, совсем рядом со строящейся дорогой. Омшаник – это небольшой домик для зимовки пчёл, размером в плане три на два метра и высотой чуть больше двух метров, без окон, с небольшой дверью, за которой был метр свободного пространства, а дальше шла полка на всю ширину домика. Трое из нас спали внизу, а трое – наверху. С наступлением холодов мы переехали на 35-й, в строящийся поселок. Правда, в это время в поселке было три барака и несколько передвижных каркасно-засыпных домиков. Один из таких домиков мы и заняли. Поселок в то время именовался Окаёмовский, а улица, вдоль которой стояли бараки и домики - Карпманштрассе (по фамилии начальника и главного инженера Горного района). Домики делались впопыхах, из сырых досок, поэтому при высыхании досок образовывались щели, засыпка при перевозке оседала и частично высыпалась. Поэтому зимой по утрам в домиках замерзала вода, хотя с вечера чугунная печка раскалялась и мы ходили, раздевшись до пояса.

Кроме этого, в 1950 г. было произведено два крупных взрыва для образования огромных траншей на подходах к сооружениям. На 35 квартале, на подходе к сооружению 2, было выкопано более 10 шурфов глубиной 10-25 метров. У дна шурфов копали в сторону минные камеры, в которые заложили 1200 тонн взрывчатки (целый железнодорожный состав!) и вывели из них на поверхность провода, подсоединённые к электродетонаторам. Затем шурфы забили и произвели взрыв, в результате которого было выброшено более 100 000 кубометров скалы и грунта. Я с несколькими товарищами наблюдал взрыв со скалы, находящейся в километре на юг. Взрывники, которые рассчитывали и готовили взрыв, точно не могли сказать, какое воздействие он может оказать на здания и сооружения, расположенные вблизи, поэтому в лагерях на 35 и 42 кварталах всех заключённых вывели из бараков, а на 42 квартале в момент взрыва почему-то приказали лечь на землю. Но опасения оказались напрасными. Находясь ближе к взрыву на скале, мы ощутили очень слабый толчок.

При строительстве был конный парк. Помню произошла забавная история, связанная с конпарком. В 1950 г. всё лето лил дождь, и земля раскисла. На 35 квартал можно было проехать только на тракторе. Лежнёвку тогда только начали строить. И вот в конце лета из Москвы приехал проверяющий. Ему надо было добраться до 35 квартала, и он, видимо, бывший кавалерист, потребовал коня. В конпарке подобрали лошадь получше, оседлали, и проверяющий уехал, хотя его и отговаривали. На середине дороги лошадь увязла. Примерно через час проверяющего снял с лошади идущий в город трактор, а лошадь потом кое-как вытащили.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 02.02. 2004 г.

Из воспоминаний Свидинского Эдуарда Ивановича, шахтостроителя:

Свою трудовую деятельность я начал по окончании учебного заведения (РГТ, г.Ростов-на-Дону, специальность – шахтостроитель) в 1952 году. После распределения по спецнабору Главпромстроя МВД СССР я в числе своих однокашников был направлен на работу на Урал, в «хозяйство Щебетовского», а далее – на площадку «Карьер-2», в горный район (начальники – Д.А.Осипьян, К.М.Вертелов). Поселили нас, молодых специалистов, в общежитии на Карьере.

В августе 1052 года я был назначен на должность начальника смены на строительство горных (подземных) сооружений. Работали в три смены. Рабочие – заключённые: «указники», рецидивисты, штрафники, осужденные по различным статьям Уголовного кодекса со сроками наказаний от 10 до 25 лет, имеющие по несколько судимостей. Например, работала одна штрафная бригада численность 48 человек – помнится, общий срок наказания – 970 лет!

Все сооружения имели зону и охранялись. Горнопроходческие работы были очень тяжелые и опасные, много ручного труда с большой запыленностью подземной атмосферы, опасной по заболеванию силикозом (туберкулезом). Проходка выработок велась буровзрывным способом, с помощью взрывчатых веществ.

Лагеря заключенных (около пяти тысяч человек) находились на «Карьере» - слева от дороги на 35-й квартал, где теперь сады, и на 42-м квартале. Среди заключенных были люди различных национальностей, возрастов, профессий (в общем, «букет» неординарных характеров, взглядов), имеющие свои счеты с законом. У заключенных был стимул: на горнопроходческих работах при выполнении заданий и норм на 110% получали «зачёты» - день за три, поэтому многие бригады работали очень хорошо. Во время производства работ на нескольких сооружениях имели место, к сожалению, несчастные случаи – пожары, обвалы, поражения током, подрывы от взрывчатки; в результате были и жертвы.

Одновременно возводились железобетонные и бетонные крепления выработок, велись монтажные и отделочные работы. Всё это выполнялось в основном заключенными.

Так я проработал три года; затем, с 1955 по 1959 гг. – служба в армии. После демобилизации строил плотину поселка Горный.

Написано собственноручно 29.09.04

Из воспоминаний Героя Социалистического труда, делегата ХХYI съезда КПСС Пронягина Петра Георгиевича:

Тридцать вторую годовщину Октября строители встречали в новом клубе. Последние двое суток в нем чистили, мыли, красили, ставили мебель, вешали занавес - спешили и готовились. Деревянный клуб был накануне своего рождения. Внутри и снаружи, словно муравьи, кишели люди из лагерей - мужского и женского. И среди них то и дело появлялись фигуры бригадиров, десятников. Паршин А.А.(расконвоированный 2-го лаготделения) в окружении своих помощников постоянно менял позицию, бросал краткие команды, которые тут же выполнялись. Все было подчинено ему. Люди работали, не зная усталости. Им тоже хотелось к празднику сделать подарок - построить клуб. Они знали цену клубу, хотя были заключенными, и каждый имел свои счеты с законом, судьей, лагерем. И все же у них оставалось общее - они оставались советскими людьми и понимали, что должны, как и все, что-то сделать нужное, приятное для народа в канун Октября.

Из воспоминаний Львова Леонида Константиновича:

Приехал из г.Луганска в августе 1948 г. в возрасте 20 лет. Назначен мастером на строительстве главного водовода от Нижней Туры в жилой поселок.

Выводили на работы строительства главного водовода до 500 заключенных. Не было ни одного механизма. Требовалось вручную выкопать траншею до трех метров глубиной, уложить трубы, весом около тонны, тоже вручную. Бригада заключенных, которая работала под руководством Л.К.Львова, состояла из особо опасных рецидивистов, содержащихся на усиленном режиме. В первый день работы, после инструктажа, пошел к месту работы и увидел, что в траншее зэки играют в карты. Старший бригады, подойдя к бригадиру, попросил купить им чая и дал денег. В пельменной Л.К.Львов купил двадцать пакетов чая отправился к бригаде, но бдительный часовой спросил его, что он несет. Пакеты с чаем на глазах заключенных были высыпаны на землю часовым.

Работать с заключенными, осужденными за уголовные преступления, было непросто. Приходилось искать подходы к каждому из них, в зависимости от обстановки. Имевшиеся стимулы в результатах работы, выражавшиеся в зачетах дней, в зарплате, в улучшенном питании, давали свои результаты. Строительство водовода было завершено за пять месяцев, к Дню конституции – 5 декабря 1948 г .

Написано собственноручно в 2003 г.

Из воспоминаний В.В.Гусева – работника цеха № 4 комбината «Электрохимприбор»:

Приехал на предприятие летом 1950 г. Кругом были бараки заключенных. Выделялись паровоз-баня и юрта в воинской части. Работал с заключенными при организации цеха № 4. На строительстве работали и настоящие уголовники, и, как выяснилось впоследствии – и невинно осужденные. Но даже это не могло привести к известному ожесточению в отношениях между заключенными и вольнонаемными.

Из воспоминаний Постникова Петра Максимовича – начальника Свердловской конторы прикрытия (отдел 075 комбината «Электрохимприбор»):

Мне приходилось работать в местах, где работали заключенные, и некоторые случаи я хорошо помню. Первое мое знакомство с ними произошло после переселения нас (выпускников ремесленных училищ) в бараки, с подсобного хозяйства № 2, называемого в то время Дерябинским, по фамилии его директора, на «семерку». В октябре 1949 г «семеркой» назывался участок земли, на котором строился город Лесной. Бараки строили заключенные. На стройплощадке из строящихся 6 бараков было сдано в эксплуатацию 2 барака, в которые нас и поселили. Днем на этой стройплощадке работали заключенные, а вечером их уводили в зону. Поселившись в бараках по 10 человек в каждой комнате и переночевав одну ночь, мы ушли на работу. Вечером, вернувшись с работы, мы обнаружили, что наши деревянные чемоданы-ящики, закрытые на висячие замки, вскрыты, и деньги, которых нам выдали по 300 рублей, исчезли.

Второе мое знакомство с заключенными произошло на промплощадке строящегося 1-го цеха. Мы, временно были переданы в помощь на монтаж подстанции на 35 000 вольт для 1-го цеха, в организацию «Уралэлектромонтаж». Заключенные работали на улице, а мы - в здании подстанции. Было очень холодно, и мы поддерживали температуру 8-10° при помощи электроколориферов. Заключенные приходили к нам погреться, и конечно, пользовались случаем снять с нас что-либо из теплых вещей. Они наставляли на горло нож и приказывали раздеваться. Так, с двух наших ребят были сняты новые валенки, взамен их старых. Это было в зиму 1949-1950г.

Третий случай произошел зимой в начале 1951 г по дороге на промплощадку № 8. На ней работали уже четыре цеха, а именно: котельная, механический цех, электроцех и цех № 9 - подстанция. Ходили одной дорогой, т.к. других дорог не было, за исключением пешеходной тропинки, протоптанной примерно в 3-х метрах от основной дороги. Эта тропинка была узкой и использовалась только тогда, когда по дороге двигалась колонна заключенных в сопровождении конвоиров и собак. Обычно рабочие старались пройти эту дорогу пораньше, до начала движения колонны заключенных, но не всегда это получалось. Однажды, выйдя на основную дорогу, город - 8 площадка, и увидев, что по ней двигается уже колонна заключенных, я решил догнать её и затем свернуть на тропинку. Я быстро догнал эту колонну и хотел свернуть и обогнать колонну, как услыхал крик - «стой, куда идёшь?». Я повернул голову налево и увидел офицера, двигающегося в конце колонны и смотрящего на меня злыми глазами. Я ему сказал, что я обгоняю колонну, как делали передо мной другие пешеходы, а он лает на людей, как собака. Тут же он выхватил пистолет, схватил меня за рукав телогрейки и приказал двигаться в конце колонны.

Приведя в проходную колонны завода (промплощадки), он составил на меня акт задержания, позвонил начальнику цеха Коптелову М.Г. и отпустил. Придя в цех, я сразу же зашел к начальнику цеха. В кабинете меня ждали уже начальник и актив цеха. Я рассказал им, как все произошло и что вынудило меня сказать на офицера «как собака». После моего рассказа немного посмеялись, некоторые товарищи припомнили подобные случаи и все разошлись по рабочим местам.

Написано собственноручно в марте-апреле 2004 г.

Заключенный Дитонов в бригаде был «техническим мозгом» - у него было среднетехническое образование, и, как звеньевой, свободно читал чертежи и, в частности, занимался разметкой и руководил сборкой пространственных конструкций: эта квалифицированная работа давала зачётные проценты. Однажды, приняв «чифир», в возбуждённом состоянии он поспорил с бригадиром, и в знак несогласия на гильотинных ножницах отрубил себе на четырех пальцах левой руки первые фаланги…Естественно – госпитализация в лагерном стационаре, а в бригаде – невыработанные зачётные проценты.

В производственную зону МК-13, наравне с «работягами», выводили одну мрачную личность (то ли «цветной», то ли «блатной», толи «вор в законе» – по крайней мере, я не видел его работающим). В кабинете (одноэтажный барак) начальника цеха Реутова мы совместно с Иваном Андреевичем, бригадиром ЗК, рассматривали план-задание на изготовление металлоконструкций на следующий месяц, и увидели в окно, как в нашу сторону по глубокому снегу бежит пожилой ЗК, а за ним – указанная выше мрачная личность. Убегавший, видимо, надеялся, что его увидит какое-то начальство, но преследователь его настиг и прямо под окном кабинета повалил, сел на спину, достал из кармана бушлата нож и ударил жертву в шейный позвонок. Сегодня по всем каналам телевидение показывает в избытке сцены насилия и убийства, но в них артисты играют… Я до сих пор не могу забыть перекошенный в страшном крике рот жертвы и полные ужаса его глаза, - но у нападавшего нож оказался из обыкновенной стали и при ударе согнулся; он нож выпрямил и ударил ещё раз, но в третий раз не успел – подбежавший бригадир его нейтрализовал. Как нам потом объяснили, эта тёмная личность «начифирилась» и устроила «разборку». Больше его к нам в рабочую зону не выводили, а жертва два дня ходила с забинтованной шеей

Написано собственноручно – март 2004 г.

Об условиях жизни и быта заключенных

Из воспоминаний Козлова Геннадия Михайловича - ветерана строительства № 514:

Работы, выполненные заключёнными, оплачивались, но заработанные деньги начислялись на личный счёт и выдавались после освобождения. Небольшая часть их выдавалась заключенным на руки, и они могли что-то купить в лагерном магазине. Правда, в те годы товара было мало как в лагерном, так и в городских магазинах. Питались все в основном в столовых, куда направлялись продукты в первую очередь. Однажды заключённые пожаловались начальству, что в магазине ничего нет, а начальник лагеря возмутился: «Обнаглели зэки – шоколад не жрут, «Казбек» не курят!» – видимо, в магазине, кроме этого, ничего и не было.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 02.02. 2004 г.

Из воспоминаний Иванова Михаила Федоровича– заместителя начальника Красногорского ИТЛ по хозчасти:

Появился белый хлеб в ОРСе, лагерям сколько хочешь отпускали, и решили в первом лагере, на Карьере хлеб без нормы давать! Было два магазина для заключенных, и черный хлеб даже оставался. Был даже запас. К концу месяца ОРС помогал хорошо.

Да и лагеря выручали ОРС. Холодильников не было, только склады холодные. Начальник ОРСА, Анна Николаевна Ильиных, получила два вагона поросят. Ну, мы и выручили. Пять тысяч человек накормить! Главная тяжесть работы в лагере ложилась на начальника снабжения: одеть, обуть, накормить. Они – не заключённые, они люди ведь были.

С отпуска прибыл подполковник Артамонов, вызывает и говорит, что назначает меня начальником снабжения первого лагеря. Прежний начальник снабжения запустил всю работу, завшивели люди. Всё было в лагере – баня, прачечная. Заменили всю администрацию, поставили трудолюбивых людей.

Кто из заключённых хорошо работал, хорошо поддерживали – «день за три». Кто хорошо работает – была платная столовая, что хочешь можешь заказать. Кто плохо работал, их не любили, кто ж их любит, за них приходилось работать остальным.

Экспедитором был Петр Чугунов, белый хлеб – беспрерывно: сколько хотели – покупали. В округе – голод был.

До моего прихода рыбу малосортную (камбала и другая разная) – выбрасывали, пропадала. Построил коптильню – рыбу стали коптить. Всё делали заключённые, люди грамотные. Располагались заключенные в бараках, чтоб порядок был – назначались дневальные, они подчинялись начальнику снабжения.

На 42-м, на Карьере и на 35-м питание было неплохое, особенно работавшим в горе. Они получали и горняцкие, 150 граммов мяса, масло растительное. В столовой у них бочка масла растительного стояла – пончики жарили.

Заключенные – люди дружные. Контингент был хороший, отобранный, шпаны не было. За проступок, за который теперь и пяти суток не дадут, в то время давали семь лет – хоть морковку украл…

Расконвоированные – уезжали. А за заслуги – тем, кто хорошо работал и сроки маленькие – свободно ходили, бесконвойные. Бывало, женщины говорили – унесла в кармане пшеницы – два года дали.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 13.02.04

Из воспоминаний Чернышова Николая Петровича - начальника участка строительства № 514:

Заключенных одевали хорошо - по сезону, кормили тоже хорошо, во всяком случае с их стороны жалоб не было. На завтрак, обед и ужин всегда давался кусочек селедки, кеты или горбуши. Обед, как правило, из 3-х блюд: первое, второе и на третье компот, кофе или чай. На второе обязательно с мясом или рыбой. Жили они в бараках, спали на двухъярусных койках: подушка, две простыни и одеяло. На тумбочке всегда стоял графин с компотом или квасом. На дальние точки заключенным возили обед, с ближних точек водили обедать в лагерь. В лагере была вечерняя школа, платные столовая и магазин, клуб, парикмахерская, баня.

Были, конечно, среди них так называемые воры в законе или бандиты, которые никогда не работали и не хотели работать, но в бригадах поддерживали порядок для того, чтобы за счет других тоже получать зачеты. Бороться с этим злом было бесполезно. Лагерь был разделен на колонны, в каждой колонне был свой начальник из числа заключенных. Колонна состояла из нескольких бригад, в каждой бригаде было по 25 человек во главе с бригадиром. В бараках, где жили заключенные, всегда была чистота и порядок. Койки все заправлены, полы всегда чистые, мытые. В самом лагере тоже был порядок: чистые дорожки и ничего лишнего.

В основном они работали хорошо; замечания, конечно, были, и много, но они работали гораздо лучше, чем солдаты или вольнонаемные. Заработанных на стройке денег им выдавали по 100 рублей, остальные откладывали на книжку до освобождения. Во время освобождения получали на руки по 12-15 тыс. рублей, покупали в городе чемоданы, костюмы или пальто, обувь и ехали домой. Особо опасных до Свердловска на поезде провожали из охраны.

В основном заключенные были бытовики, осужденные по указу от 04.06.47 года от 1 до 5 лет, но было много и с большими сроками - от 10 до 25 лет.

Что хорошо - что бригады были сформированы по специальностям. Надо землекопов - выведут землекопов, надо каменщиков, плотников или штукатуров - выведут тех, которые нужны. Были люди-универсалы, сидевшие в лагерях по несколько лет, имели разные специальности и могли делать все - даже рисовать картины, делать абажуры (светильники) и пр. и пр.

Написано собственноручно в 2003 г.

Из воспоминаний Г.Силаева - работника МК-13 , автора книги «Найти себя», о его первой встрече с бригадой заключенных.

Крещение моё было в траншее глубиной 5 метров, где нужно было подсчитывать норму. Выполнение нормы на 151% сокращало срок наказания в три раза – «день за три». Я знал это. При подсчёте оказалось, что норма выполнена на 146 процентов. И тут мои подчиненные сказали, что «я не прав». Впервые в жизни я нарушил закон и написал «липу». При проверке начальство меня наказало, в том числе и начётом. Когда заключённые узнали об этом, они отдали деньги, которые у меня вычли из зарплаты.

Заключённые были разные: плохие и хорошие, но какой-то человеческий порядок был. Отношения у меня с ними были нормальными и деловыми.

Время работы с заключёнными я называю не иначе, как временем моего «народного образования».

В те времена должность десятника была низшей ступенью производственного инженерно-технического персонала. Получив эту должность, я был обязан к 7 утра приходить на развод ЗК к лагерю и забирать свою бригаду. Пронизывающий осенний ветер, моросящий дождь и одиноко стоящие молодые специалисты, ожидающие свою рабочую силу, представляли не лучшее зрелище на фоне глухого забора лагеря, освещенного у проходной подвесными фонарями-зонтиками. Лай сторожевых собак извещал о приближении развода.

«Стройсь! По четыре человека в колонну!» И за пару минут автоматчики с собаками встречали вместе с нами колонну заспанных заключённых.

Наступал момент, когда бригада выходила из зоны и под конвоем с собаками шла к месту работы. Пройти нужно было три километра. Я должен был идти вместе с заключёнными. И тут возникал вопрос: как идти? За оцеплением или внутри него, в рядах с заключёнными? Не знаю, какой внутренний голос подсказал мне, но принят был второй вариант. Дрожали коленки, зубы нервно стучали, но именно этот вариант оказался верным. Это я почувствовал через неделю работы с заключёнными. Я не выделился, шёл вместе с ними, и они меня поддержали и, несмотря на мой юный возраст, стали по-своему уважать.

Написано собственноручно в 2003 г.

Из воспоминаний Елены Ивановны Кузевановой (Яковлевой), инспектора ФГУП «Комбинат «Электрохимприбор:

Было мне три года (1955 г.), мы жили в деревянном доме по ул.Чапаева (дом этот позднее снесли, на этом месте построили общежитие «Орбита»). По этой улице каждое утро проводили под конвоем заключенных на работу. Строили они Дом Культуры. Когда заключенные возвращались с работы, мы со старшими детьми выбегали на обочину дороги – посмотреть на них.

С игрушками тогда было плохо, песочниц мы никогда не видели, лепили из глины «пирожки» и сушили их на солнце. Такими игрушками играли дети нашего двора. Для каждой девчонки было счастьем иметь настоящую куклу, тогда куклы делали из такого материала, что при падении у куклы обязательно откалывался нос.

Возвращались заключенные с работы уставшие, но, завидев нас, улыбались, называли нас по имени, рассказывали, что дома у них тоже есть дети – они очень по ним скучали. Дарили нам игрушки из гипса: рамочки для фотографий, гипсовые шары, статуэтки. Для нас это было целое «богатство». Так я и запомнила их – заключенных: колонна мужчин в фуфайках, шапках-ушанках – под конвоем.

Написано собственноручно 26.09.04 г.

Из воспоминаний Черных Тамары Николаевны- ветерана города Лесного:

В деревне Елкино помню, мы, детвора, среди взрослых были зрителями концертов художественной самодеятельности заключенных и охраны. Мест всегда не хватало и мы располагались на полу. Из программ запомнились пирамиды, цирковые номера, песни. Я и сейчас вспоминаю, какой восторг вызывал необыкновенный голос солдата кавказской национальности. Он пел громко, с переливами. На всех концертах аншлаг.

Написано собственноручно в 2005 г.

Из воспоминаний Черепановой Валентины Афанасьевны - учителя ИЗО, ветерана города Лесного, главного редактора городского телевидения.

1957 год. Всемирный фестиваль молодёжи и студентов в разгаре. Мне 20 лет, в 16 закончена школа, учёба в институте четыре года. Получен диплом и распределение. Хотя институт называется МГПИ, но несколько человек (по учёбе заслуживших и согласившихся) получают т.н. «спецназначение». Что, куда – тайна и сплошная романтика. Понятно только, что Москва без меня выстоит, а страна – пропадёт.

Накануне отъезда нам вручили билеты на поезд до Свердловска, до этого мы даже не знали, куда нас направили.

Тайны продолжались: у кого бы я ни спросила, где ГОРОНО – никто мне не отвечал. До чего же секретный город! Подумать, что прохожие элементарно не знают, я не могла. Наткнулась на почту по ул. Ленина, дала маме телеграмму в Москву, узнала, где ГОРОНО. За сквером – деревянный домишко, в котором две комнатки. В первой сидела женщина непонятного возраста под портретом Маркса. Прическа её точно повторяла ту, что на портрете. Только не было бороды. Очень хотелось смеяться, но вскоре пришлось посерьёзнеть. Антонина Александровна встретила меня приветливо, объяснила, где буду жить и работать: школа такая-то и такая-то, и школа ИТЛ. Эта аббревиатура мне была неизвестна, а уточнять постеснялась. Я знала ИТР и решила, что это что-то близкое.

И тут выяснилось, что у меня нет сумочки. Вспомнила, что последний раз я с ней «общалась» на почте. Без всякой надежды ринулась туда. Она лежала там, где я её оставила – это было чудо №1. Проголодавшись, я купила пирожок с изюмом. Московский опыт говорил, что уж несколько изюминок там точно будет. Но - чудо №2 – там была начинка! из изюма. Чудеса продолжались.

Оказавшись в общежитии, я вновь встретилась со своими спутницами, ехавшими из Свердловска, тоже учителями, и стала хвастаться, что буду работать там, сям, да ещё в школе ИТЛ. Они-то знали, что это такое, и поспешили меня «обрадовать».

Лихо. 20-летнюю девчонку назначили работать в «школе ИТЛ» Предупредили, что оценки должны быть в рамках преподаваемого предмета.

Первый день. Подхожу, дрожа, к вахте. Вызывают охрану. В сопровождении солдата иду в школу, которая почему-то в глубине лагеря. Вхожу в класс. Стоят очень милые разновозрастные люди, прилично одетые (я думала, что они должны быть в соответствующей «форме» с номером на груди). Почти у всех ясные глаза.

Позднее, когда, нарушая установленные требования, я стала общаться с «ребятами», выяснилось, что все они совершенно уверены в том, что наше законодательство – самое справедливое в мире, но именно с ними произошло недоразумение.

Записано в беседе с Е.В.Кондратьевой 17.02.2004 г.

О дисциплине и нравах среди заключенных

Из воспоминаний Козлова Геннадия Михайловича - ветерана строительства № 514:

Заключённые находились в лагере особого режима, и сроки заключения у них были от 15 до 25 лет. Несмотря на особый режим, постоянные «шмоны» и обыски заключенных на входе и выходе из лагеря, они как-то умудрялись приносить в лагерь все запрещённые предметы и продукты, включая спирт, наркотики и холодное оружие, и так их прятать, что не могли найти при обысках. Как я потом узнал, в лагере было тайное начальство, состоящее из «воров в законе», которое облагало заключённых данью и имело свою вооруженную охрану, которая приводила в повиновение непокорных. Узнал я об этом следующим образом. В одной из бригад, которые работали у меня, был бригадир по прозвищу «Борода». Это был человек лет 35-40, приятной наружности и, можно сказать, интеллигентного вида, носивший густую чёрную бороду. Он, в отличие от других бригадиров, почти не ругался и не кричал, но все члены бригады его беспрекословно слушались, бригада работала очень хорошо, и у меня с ним почти не было споров по объемам и выработке. И вот однажды утром бригада пришла без бригадира. Спрашиваю: «Где Борода? – отвечают: - Ночью в лагере зарубили».

Оказалось, что Борода был одним из членов тайного криминального начальства. Другие воровские авторитеты сами решили стать «начальством» и ночью, вооружившись топором и ножами, перебили всё бывшее «начальство». Власть переменилась.

Нравы, которые царили в лагерях среди уголовников, можно проиллюстрировать ещё одним эпизодом, произошедшим тогда, когда я уже работал в Управлении строительства (в здании, где сейчас находится отдел труда и зарплаты ЭХП). Произошло это на том месте, где сейчас сквер Гагарина. Сквера тогда ещё не было, а была изрытая траншеями площадка, стояла бетономешалка. Был жаркий летний день. Для выполнения изоляционных работ на теплосети было направлено около десяти заключённых-женщин. Место работ ограждали переносным забором из колючей проволоки. По углам стояли часовые, а начальник караула прохаживался вдоль ограждения. Нужно заметить, что к тому времени площадь с четырёх сторон окружали жилые и административные здания. Все женщины, кроме двух, принялись за работу, а эти две, сняв всю одежду, начали загорать. Когда начальник караула попытался заставить их одеться и работать, они нагишом пошли на него, и ему пришлось ретироваться.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 02.02. 2004 г.

Из воспоминаний А.И.Пермикина – старшего мастера цеха № 4 комбината «Электрохимприбор»[237]:

Наш цех, то есть здание под него, к тому времени (март 1950 г.) уже был под крышей. Но внутри – ничего, голая земля. Там были заняты на укладке подкрановых путей монтажники из числа заключенных. Скажу откровенно: в их присутствии надо было помнить об опасности, того и гляди, подстроят какую-нибудь каверзу. Мне не забыть такой случай. Как-то проходил по цеху, только зашел под колонну подкранового пути, и вдруг позади меня сверху упал металлический брус, с грохотом ударившись о пол. Наверху раздался смех монтажников. У меня, конечно, мороз по коже. Как остался жив, не знаю. Никому об этом случае тогда не сказал.

Из воспоминаний Владислава Гавриловича Югова:

Когда была построена котельная, зимой один заключённый поднялся на ее трубу и стал спускаться по оттяжке, на середине сорвался и убился. Говорили – проиграли в карты.

На бетонном заводе были маленький магазин и столовая, где мы обедали. Как-то смотрим – тащат из магазина двух заключённых. Оказалось, когда магазин был закрыт на перерыв, они разобрали печную трубу, залезли и напились до потери сознания. Что им потом было – не знаю.

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 03, 04 и 05.02.2004г.

Из воспоминаний Анатолия Григорьевича Кузнеца - старшего прораба строительства № 514:

Была у нас бригада штрафников, более 50 человек, от нее все мастера и прорабы отказывались. Старший прораб Гвоздицкий говорил: «К такой бригаде я не подойду». Дали ее Денешкиной. Полковник Архипов, обходя участок, подошел к этой бригаде. Бригадир высокого роста, подошла и Денешкина, встала рядом с бригадиром - ее рост чуть выше его пояса. Архипов спрашивает бригадира о ходе работ. Бригадир жалуется на Денешкину, что все его наряды порезала. Денешкина, в свою очередь, к бригадиру: «Молчи, а то еще порежу, работать лучше надо». И вот бригада, которая не выполняла норм выработки, стала выполняющей.

Написано собственноручно в 2003 г.

Из воспоминаний Дмитрия Николаевича Горячева – ветерана комбината «Электрохимприбор»:

Привлекали нас изредка в помощь заводоуправлению: проверяли какие-то чертежи и бумаги, что-то сортировали, раскладывали. А спустя пару месяцев начал оживать наш 3-й цех. Здание было уже построено, монтировали сантехнику, никакого химического оборудования не было и в помине. Зато были заключенные. Кто помнит, как гонялся по бытовкам за Ниной Ногтевой (Н.В.Завгородней) зек с ножом? А когда ей удалось запереться в душевой, то он всадил нож в дверь. Потом выстроил нас всех вдоль стенки и кричал: "Кто убил мою мать". Подоспели конвойные, и его скрутили. А вскоре "повезло" Н.П.Ильиной: в нее стрелял охранник, но промахнулся. А от нее потом требовали объяснений по поводу израсходованного патрона.

Из воспоминаний Нины Викторовны Завгородней - ветерана комбината «Электрохимприбор»:

Приходилось дежурить ночью в недостроенном цехе. Дело в том, что ежедневно кому-то из работающих заключенных удавалось остаться в цехе, когда остальных уводили в казарму. Цель была – разморозить отопление. Морозы на Урале в то время стояли крепкие. Поэтому каждую ночь инженер и слесарь обязаны были дежурить в цехе. Это было страшно. Представьте себе - батареи уже холодные, мы знаем, что это дело рук заключенного, надо идти на парораспределитель, включать отопление, но он - там, но где, и что он с нами сделает… Но шли и включали отопление. За ночь это происходило несколько раз».

Записано в беседе с Е.В. Кондратьевой 2004г.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

АРХИВНЫЕ ФОНДЫ

Центр документации общественных организаций Свердловской области (ЦДООСО)

Ф. 3871 – Политотдел Красногорского ИТЛ, Свердловск - 45

Ф. 5149 — Политотдел № 205 МСМ СССР, Свердловск-45

Ф. 5673 — Политотдел воинской части 01987 (политотдел № 110) Министерства среднего машиностроения, Свердловск-45

Ф. 1442 — Политотдел воинской части № 15799, Свердловск-44

Ф. 657 – Политотдел № 202 МСМ СССР, Свердловск – 44.

Ф. 4458 – Городской комитет КПСС г. Свердловск – 45.

Объединённый государственный архив Челябинской области (ОГАЧО)

Ф. Р-274 — Челябинский областной исполнительный комитет депутатов трудящихся.

Ф. 1354 – Политотдел Кузнецкого ИТЛ, Челябинск – 40;

Ф. П-1137 — Политотдел Базы-10

Ф. П-1138 — Политотдел строительства № 247 МВД СССР и № 201 Министерства среднего машиностроения

Ф. П-1595 — Политотдел № 222 МВД СССР воинской части № 10058

Нижне-Тагильский муниципальный архив социально-правовых документов

Фонд Красногорского ИТЛ.

ОПУБЛИКОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ

Атомный проект СССР: Документы и материалы. В 3 т. / Под общ. ред. Л.Д.Рябева. Т. I. 1938—1945: Часть. 2. М., 2002

Атомный проект СССР: Документы и материалы. В 3 т. / Под общ. ред. Л.Д.Рябева. Т. II. Атомная бомба. 1945—1954. Книга 1. Москва – Саров, 1999.

Атомный проект СССР: Документы и материалы. В 3 т. / Под общ. ред. Л.Д.Рябева. Т. II. Атомная бомба. 1945—1954. Книга 2. Москва – Саров, 2000.

Атомный проект СССР: Документы и материалы. В 3 т. / Под общ. ред. Л.Д.Рябева. Т. II. Атомная бомба. 1945—1954. Книга 3. Москва – Саров. 2002.

Ведомости Верховного Совета СССР, 1947. № 19.

ЛИТЕРАТУРА

Земсков В.Н. Спецпоселенцы в СССР 1933-1960. М. Наука, 2003.

Герман А.А. История Республики немцев Поволжья в событиях, фактах, документах. М. 1996.

Кузнецов В.Н. Общественно-политическая жизнь в закрытых городах Урала. Первое десятилетие». Екатеринбург. 2003.

Кузнецов В.Н. Атомный проект за колючей проволокой, Екатеринбург, 2004.

Кучин С.П. Полянский ИТЛ (ГУЛАГ уголовный), Железногорск, 1999.

Новоселов В.Н., Толстиков В.С. Тайны «сороковки». Екатеринбург, 1995.

Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале, Челябинск, 1999.

Силаев Г. Найти себя, ЧПО «Книга», Екатеринбург, 2003.

Смыкалин А.С. Колонии и тюрьмы в Советской России, Екатеринбург, 1997.

Лесной: история закрытого города, под. ред. Шипулиной Т.В., Екатеринбург,

Советский энциклопедический словарь. М., 1989.

Черная книга коммунизма, М. 2001.

ОГЛАВЛЕНИЕ

К читателям……………………………………………………………...

От автора ……………………………………………………………..

Глава 1 Исправительно-трудовая политика в СССР. ГУЛАГ НКВД, МВД как инструмент ее реализации……………………………

Глава 2 Исправительно-трудовые лагеря в закрытых городах Урала

Глава 3 Условия быта и жизни заключенных.

Глава 4 Воспитательная работа в лагерях.

Глава 5 Состояние режима содержания и охраны заключенных в ИТЛ закрытых городов

Глава 6 «Хрущевская оттепель». Амнистии.

Заключение………………………………………………………………

Примечания ……………………………………………………………..

Приложения……………………………………………………………..

Список использованных источников…………………………………

Литература………………………………………………………………

Список сокращений…………………………………………………….

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

АП РФ – Архив Президента Российской Федерации

ВЛКСМ – Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодёжи

ВСО – военизированная стрелковая охрана

ГАРФ – государственный архив Российской Федерации

ГК КПСС – Городской комитет Коммунистической партии Советского Союза

ГОКО (ГКО) – Государственный комитет обороны

ГУЛАГ – Главное управление исправительно-трудовых лагерей

ГУИТК – Главное управление исправительно-трудовых колоний

КУМЗ – Главное управление мест заключения

< Назад Далее >

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)

Поиск книг

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика

Отборные классические книги

Классика

Библиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории

Любовные романы

Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров

Фантастика

Самые популярные книги в формате фб2

Топ фб2 книги