Черный иней. Игра Тьмы.

Мы с ужасом наблюдали, как из главного корня вырвалось гудящее гигантское копье, состоящее из игл, поглощавших миры. Капсулы с рабами вспыхивали и тут же гасли, отдавая последний, самый мощный всплеск сил в общий поток ускорения тарана. Тысячи! Тысячи жизней за неуловимую долю секунды сгорали как крошечные свечки, а виновник их гибели даже не осознавал себя в этот момент.

Пожар смертей приближался к бессмертным, цепная реакция готовилась перейти на новый уровень. Это было слишком, просто не реально быстро и неуловимо даже для бога! Воистину, раса ангелов гениальна в сотворении оружия и смертоносных технологий. Дар изо всех сил старался успеть перекрыть реки импульсов. Никакое физическое вмешательство не было способно воспрепятствовать приближению смертельных потоков к сосудам со Старшими детьми богов. Лишь вмешательство и воля Высшего Творца могла бы посоперничать со скоростью подобной цепной реакции.

- Останови запуск тарана, - жестко приказал Дар, бесцеремонно врываясь в сознание порабощенного князя ангелов. Брат пытался там найти ответы, на невысказанные вопросы, но старался впустую.

- Не могу. Это необратимо. Кейр уже запустил таран со своей стороны. Столкновение неизбежно, - как сомнамбула произнес Алистэ, глядя перед собой невидящим взором.

- Импульсы утекают слишком быстро! Неуловимо, даже для нас! – в отчаянии прошипел Найт, подчеркивая общее бессилие.

Что-то было не так. Все шло совсем наперекосяк, утекало прямо из рук. Никто не мог до сих пор разобраться в происходящем. Да, князь ангелов отдал роковой приказ, но Высший Творец этого мироздания имел власть над всей материей и предположительно мог справиться с самой мощной вспышкой энергии. Дариэль в состоянии остановить импульсы, заблокировать или развеять таран, не допустить его проникновения в неконтролируемую область границ между мирозданиями. Мог бы, но не сделал! У него не получилось! У Высшего Творца не хватало времени, не достаточно сил? Абсурд! Однако именно так и обстояли дела. Как ни искусны были технологии ангелов, но против прямого вмешательства хозяина мироздания они были бы бессильны. Что-то поддерживало пожар этой драмы, замедляло Дариэля. Время словно сошло с ума, совершая хаотичные скачки, пространство изменяло структуру, растекаясь многослойными глубокими тенями. Тонкий мир как будто поддавался призыву брата, но не так как быстро…

Я ловил мысли Дариэля и содрогался вместе с ним. Создавалось впечатление, что некая неизвестная и могущественная сила НЕ желала, чтобы у Дариэля получилось предотвратить столкновение и Кейр тут не причем. Скорей всего и Кейр оказался чьей-то пешкой сейчас. Нас заставляли действовать по некоему сценарию и все попытки марионеток избежать назначенной роли в решающий момент решили пресечь. Кому-то выгодно, чтобы граница была прорвана. Но кто мог обладать подобной властью, соперничавшей с силами Высших? И чего он добивается? Таких сущностей не так уж много. С кем же мы имеем дело и зачем все это нужно неведомому диверсанту.

- Черт! Черт! Черт! – закричал Дар, подбегая к смотровому стеклу.

Гладкая прозрачная поверхность разлетелась вдребезги. Творец был в гневе, и от силы божественного бешенства у нас потемнело в глазах. Потенциально самый могущественный бог мироздания переворачивал верх дном тонкий мир, перебирал по частицам Гриизэ. Но даже его колоссальной мощи не хватало, чтобы избежать столкновения. Он по непонятным причинам не мог задержать или уничтожить копье Алистэ. Дар скрипел зубами от злости и напряжения, но оружие Алистэ все же вошло в слои полностью неконтролируемой энергии и хаоса. На границе мирозданий даже Высшие Творцы не имели власти над материей, которую породили.

Дар одновременно общался с Варком и Орлано. Главнокомандующему приказано немедленно строить порталы и уводить войска как можно дальше, вглубь Срединных миров. Тон был таким, что пререкания глохли на корню. Есть приказ и его нужно выполнять. Ни Варк, ни Макс не посмели ослушаться и занялись спешной эвакуацией армии. Личные интересы умолкли перед необходимостью дать Высшему Творцу свободу действий и сберечь как можно больше жизней.

Найт подхватил меня в охапку и выпрыгнул через разбитое окно. Не отпуская моей ладони, он достал свободной рукой трофейный ангельский меч и стал рубить корни, связующие общую систему с капсулами пленных богов. Но даже с его силой мы не успевали! Внимания Дара на все не хватало. Тогда я сам отпустил руку Найта и обратился к собственным пусть и очень ограниченным силам. Первичная, чужеродная этому миру материя слетала с кончиков моих пальцев и набрасывалась на неподдающиеся корни Гриизэ. Столь чистой и чуждой энергии, выпушенной из первоисточника, Гриизэ оказался не в состоянии переварить. Конечно, местной материи было несоизмеримо больше и вспышки столкновений мгновенно гасли, но этого оказалось достаточным, чтобы в их битве рассыпались прахом толстые корни, связывающие спящих богов с общей системой.

Но что бы мы ни делали, это были лишь меры по уменьшению размеров катастрофы. Иглы слепящей кометой унеслись ввысь к грани мироздания. Все, нам остается только обороняться и строить щиты. Не было грома и молний, никакого шума и спецэффектов. О том, что столкновение произошло, и грань прорвана, мы узнали, взглянув вверх. Сначала небольшое, но стремительно увеличивающееся серое облако бурлящего хаоса вспухло над головами. В нем растворялись корни Гриизэ, закончили свое существование гигантские иглы, выполнившие свою страшную миссию.

Бесшумной волной приближался хаос и где-то за ним шел тот, кого смертный я боялся больше всего. Найт почувствовал мой ужас и обнял за плечи. Мы останемся вместе до конца. Застряв в поверхностных слоях Гриизэ к нам пытались пробиться, не желавшие покидать своего Дара, Варк и Максим. Орлано мчался на помощь, бросив все, но и он не успевал. Дариэль очутился рядом с нами и посмотрел каждому в глаза. Он не скрывал своих чувств. Мы порывисто обнялись.

- Создатель, отступись, - молил Найт, как всегда самый проницательный из нас. Он уже понял, что задумал Дар.

- Малыш, я должен. У этого мироздания есть хозяин – я! Если не мне защищать вас, тогда зачем я существую?

- Дар!!! – в отчаянии кричал Найт, пытаясь остановить возносящуюся вверх тоненькую фигурку златовласого юноши.

Тонкий мир стонал от бегущей по нему воли Высшего Творца. Реальность стала вязкой и мутной. Мир словно накрыла пелена сумерек. Дариэль превратился в черную дыру, жадно втягивающую в себя любую энергию, даже свет. Он вбирал силы собранных здесь Старших детей богов и самих спящих божеств, но не убивал их, а лишь обессиливал. Дариэль за долю секунды выпил досуха Гриизэ и ближайшие миры Нижнего плана. Воронка его призыва раскинулась дальше, в Срединные и Высшие миры. Высший творец собирал все доступные силы, чтобы встать на пути хаоса. Он знал что-то недоступное мне.

- Брат, что происходит? – не надеясь, что буду услышан, прошептал я. Но Дариэль неожиданно ответил.

- Ты имеешь право знать и понимать.

Он протянул тонкую руку, и меня понесло вверх, сквозь тугое пространство. Найт не смог даже пошевелиться. Он оцепенел и застыл в этом желе из сверх концентрированной энергии. С непонятной тоской я наблюдал, как удаляется темная крылатая фигура, а от паники в его невероятных глазах у меня стал ком в груди. Каждой клеточкой я чувствовал надвигающийся рок, еще не мог представить грядущее, но ощущал некий перелом, где каждому предстоит принять самые тяжелые и важные решения. Пришло время…

- Настало время изменений, - прочитав мои мысли, закончил Дариэль.

- Брат, - едва поравнявшись со златовласым юношей, произнес я, ибо как бы мы сейчас не выглядели, сквозь прорези человеческих глаз друг на друга смотрели братья, рожденные в водах Великого океана.

Мы взялись за руки и соприкоснулись лбами. Я увидел то, что чувствовал Дариэль. Столкнувшись, тараны не просто прорвали границу между мирозданиями, они образовали обширную дыру, которая теперь не затягивалась. Закрыться ей не позволяли огромные потоки скармливаемой хаосу энергии из потустороннего, моего мира.

- Кейр бросает целые миры в топку хаоса, он заботливо кормит ненасытного зверя и не позволяет затянуться бреши между нашими вселенными.

- Неужели он не боится ослабить свой мир? Ведь его могут поглотить.

- Он одержим, - подтвердил я опасения брата.

- Брат, Кейр никогда не остановится? – вопрос, на который мы уже знали ответ.

- Никогда, - просто ответил я и прижался к Дариэлю, зажмурив глаза. – Где бы я ни прятался, он найдет меня.

- Я смогу защитить, - горячо шептал брат. – Сейчас уже смогу!

- Знаю. Но Кейр будет приходить снова и снова, сталкивать наши миры до тех пор, пока на осколках истощенных вселенных однажды не найдет меня.

Вокруг нас вращалась бесцветная воронка энергий, уходящая ввысь. Туда, где неумолимо наползал хаос. Она наш единственный щит. А в самом основании вихря замерли два юноши, два брата, две бесконечно древние души. Мы крепко обнялись и открылись друг другу, совсем как при рождении. Наши сущности пылали ярким огнем, данным нам Великим океаном. Светлое и темное пламя тянулись лепестками и переплетались в братских объятьях. В этом горниле рождалось тайное Откровение, не доступное нам поодиночке.

Решение слиться сознаниями пришло одновременно. Только вместе мы могли постичь истину происходящего. Это похоже на некий транс, однако в нем картинка не распадается не призрачные образы, а наоборот становится четче и многогранней. Все пришло в движение, а потом встало на свои места. Вместе мы заглянули в святая святых и столкнулись с теми, кто не ожидал быть увиденными. Это все равно, если бы пешка вдруг открыла бы глаза и посмотрела на двигающего ее шахматиста. Перед величайшими ликами наш огонь горел так дерзко и яростно, словно в последний раз. Мы увидели главных режиссеров и прикоснулись к Замыслу.

- Спектакль должен продолжаться, - я не узнал собственный голос.

- И главный персонаж еще не отыграл свою финальную сцену. Она еще не написана и в этом наша надежда, - в унисон продолжил брат.

- Утешься тем, что у нас не было шансов.

- Только не тогда, когда идет игра Тьмы. Она напрямую вмешалась в ход событий, что говорит о чрезвычайной важности момента. Поэтому я не смог предотвратить прорыв границы.

- Поэтому я не смог и не смогу убить Кейра, - злость опалила меня, но холодные ладошки Дариэля легли на плечи.

- Если бы не эта чертова игра Госпожи Тьмы, мы бы никогда не встретились. Высшие лишены общества себе подобных и мы оказались воистину исключением из правил! – Дариэль смотрел на меня блестящими от слез глазами.

- Я не полюбил бы Найта… - гнев уходил, оставляя после себя опустошенность и глухую тоску.

- Моя роль сыграна, Наэль, а тебе остался последний шаг. Мы сделали все что могли. А за него, - Дариэль кивнул в сторону застывшей фигуры Найта, - ни ты, ни я ничего решить не сможем. Он сам сделает свой выбор.

Мы одновременно почувствовали постороннее присутствие. Волна удушливого мрака накрыла нас. Я знал, что должен сделать. Знал, но сходил с ума от горя и тоски. Слишком тяжело, слишком больно! Кожу неприятно кололи острые грани мечущегося вокруг инея, того самого – черного. Кейр выполнил свое обещание и пришел за мной. Я развернулся, но к моей спине порывисто прижался Дариэль, крепко обхватив руками.

- Не хочу, чтобы ты снова оказался в его власти! Не хочу, чтобы ты умирал!!!

Это был крик отчаяния, переходящий в стон бессилия. Мы оба знали, что это, так или иначе, неизбежно. Как бы мы не сопротивлялись, у каждого в игре Тьмы была своя роль, и ее предстояло исполнить до конца. Единственное существо, финал для которого еще не написан, застыл сейчас безмолвной статуей, тревожно вглядываясь во мрак и выискивая глазами наши с братом фигуры. Я прижал к губам холодную ладонь Дариэля и отправился навстречу неизбежности. Здесь у меня осталось последнее дело.

Пространство стало послушным, будто им повелевал сам Дариэль, а не его брат-чужак. Я устремился вниз к Найту. Пламя моей сущности осветило нагнетаемый Кейром мрак, и на приближающемся лице Найта я разглядел улыбку и надежду.

В последний раз заглянуть в глаза, наполненные звездным светом. Еще раз коснуться черного бархата кожи, обвести контур полных губ, ощутить дерзкий и пьянящий аромат и окружить Найта своим запахом, как прозрачным плащом. Вся нерастраченная нежность для тебя, моя любовь. Мрачная бесконечность моих смертей и возрождений, вся боль тела и души лишь ради короткого мгновения и огня нашей встречи.

- Огонь, - медленно произнес я, любуясь чистотой души Найта, - это единственный дар, который я могу тебе оставить. Ты давно готов к нему и достоин больше других.

Я зачерпнул, сколько смог, своего пламени и вложил извивающиеся лепестки в Найта. Прежний Наэль не способен на это, но я уже не был прежним, и великое таинство сотворения нового бога стекало с моих ладоней легко и естественно. В глазах Найта кричало удивление и паника. Он боялся не меня, а неизвестности, что последует за моим внезапным поступком. Так просто и легко творить новую сущность, когда любишь ее всей душой, и каждая частичка желает одарить новорожденного бога наивысшим подарком.

- Пусть мое светлое пламя хранит тебя во Тьме. В твоей Тьме.

Где найти силы, чтобы отвернуться от мольбы в твоих глазах? Как сделать шаг назад и проститься? Как уйти от объятий обретенного счастья и покоя? Ответа нет даже у Высшего и мне так же больно, как простому смертному мальчишке во мне.

- Не ошибись, мой темный бог, - шепчу я последние слова, глотая горькие слезы. – Не ошибись, или мне не будет позволено даже вспомнить о нас, о том, что ты был в моей человеческой жизни, о чуде по имени Найт…

Все во мне кричит: «Я хочу быть только с ним!», но тело скользит назад. Я сам отворачиваюсь от горящих темных глаз. Передо мной из темноты выплывает матовый овал. Он чернее самой глубокой ночи. Я чувствую, как в него с другой стороны бьются сильные руки. Каждый удар отдается дрожью в теле. Человек во мне охвачен ужасом, он видит сейчас бесконечные картинки воспоминаний о невыносимых мучениях. А бог во мне заставляет тело повиноваться и двигаться навстречу еще закрытому порталу. Пылающая ладонь прикасается к матовой поверхности и рассеянными движениями сметает колючий налет с зеркала портала. Острые частички мельчайшего инея, покрывающего дверь в мой старый дом, врезаются в кожу, но я не чувствую боли.

С той стороны на меня смотрит Кейр и бешено лупит кулаками в последнюю преграду между нами. Замерзший портал идет трещинами, будто тонкий лед. Сквозь них проникает одуряющий знакомый запах моего палача. Он сводит с ума, вновь хочет лишить воли. Но в этот раз все иначе, потому что человечек во мне не любит Кейра, никогда не любил, и ему плевать на агрессивные феромоны потустороннего бога. Этот слабый смертный подросток сейчас сильнее Высшего Творца в своих чувствах.

Удар и портал открыт, осколки разлетаются во все стороны и врезаются в тело. Я иду навстречу торжествующему Кейру, и до конца принимаю человека в себе, верю и разделяю его чувства. Я меняюсь необратимо, навсегда, сколько бы перерождений не предстояло. В маленьком, слабом смертном таилась необходимая частичка гармонии, и эта малость оказалась сейчас сильней и важней всей бесконечности сил Творца вселенной. Перед моим взором раскрылась истина, до самого глубочайшего дна. Именно она двигает столпами величайших основ жизни. Она и есть сама жизнь.

Одно слово заключает в себе глубинный смысл, но для каждого он имеет свой привкус и оттенок. Я открываю рот, чтобы произнести истину, но не могу издать ни звука. Каждый познает ее сам, в тишине самосозерцания. Дариэль уже понял, а Найт…ему только предстоит понять. Тьма! Не будь к нему сурова!

Будет БОЛЬ, много-много боли, я снова буду мечтать о забвении в руках палача. Такова моя роль в игре Тьмы. А потом придет долгожданная смерть. Но чтобы ни случилось с моим телом, какими бы дурманами не окутывали мой разум, единственное, чего никогда теперь не будет в моей жизни - это глупой, слепой, болезненной любви к Кейру.

Глава 20. Бог смерти или Хозяин?

Найт.

С неба обрушился неистовый ливень, вызванный моим создателем. Тугие струи ледяной воды накрыли мой мир. Как я здесь очутился? Не важно, теперь все не важно. В моей душе было чернее, чем в низких мрачных тучах, затопивших всегда ясный небосвод. Дождь яростно стегал по плечам, опущенным крыльям и сгорбленной спине. Я не чувствовал холода, а буря не приносила ни облегчения, ни страха, ничего…

Этот дождь создан, чтобы очищать и смывать грязь. Хочу ли я этого? Хочу ли хоть что-нибудь? Вокруг меня расплывалась багряная лужа. Я смотрел на свои руки, омываемые потоками воды с небес, и видел, как слой за слоем с кожи сходит запекшаяся кровь моих жертв. Ею пропитан каждый сантиметр моего, теперь уже божественного тела. Я так хотел оставить на себе след от каждой отнятой жизни.

На моем пути не рискнул встать никто в этом мироздании. Никто не посмел посмотреть мне в глаза, потому что все боятся смотреть в пустые глаза Смерти. Вот, кем я стал – духом смерти, слепым и безразличным, жаждущим лишь забрать новую жизнь. Что сделало меня таким? Смог бы я остановиться сам? Да осознавал ли я себя во время кровавого безумия?

Последняя четкая картинка, последнее привычное восприятие реальности оборвалось в тот самый момент, когда Наэль шагнул в черный провал портала. Дверь в потусторонний мир захлопнулась за его спиной, и он исчез из вида, но не из моей души. С этого самого момента я стал одержимым. Именно так. А за одержимостью пришло новое чувство, затмившее разум, усыпившее личность. Я почувствовал невыносимую боль внутри, словно из вен выкачали кровь, а на ее место залили кислоту, сжигающую меня изнутри. Но еще сильней оказалась боль и иссушающая тоска покинутого духа. Сначала страдания оглушили меня, полностью поглотили, но постепенно я осознал, что немыслимым способом чувствую боль Наэля. Пусть теперь нас разделяли затянувшиеся границы мирозданий, но я слышал каждую грань мучения моего мальчика. Каждую!!!

Дариэль пытался достучаться ко мне, пробиться сквозь красное марево и объяснить, что случилось. С каждым словом Создателя туман в сознании лишь усиливался. Гнев поднимался удушающей волной из самых темных уголков моей сущности, оттуда, где спали самые страшные демоны, которых не стоило будить никогда. Они не творения Дара, это Госпожа Тьма вплела их в мою сущность и посадила за семь замков. Теперь все ее преграды исчезли, демоны вырвались на свободу. И я поддался их голосам, ведь ненавидеть так легко. Именно в ненависти чуть ослабевала боль души и тела. Всего на мгновение промелькнуло малодушие, желание облегчить страдания, но этого оказалось достаточно. Я упал в этот омут.

Течение времени утратило значение, прежние принципы утонули во мраке нарастающих страданий Наэля во мне и всепоглощающей ненависти. Не помня себя от злобы, я ринулся искать виновных, всех, кого мог найти. В памяти промелькнул образ Алистэ, и судьба расы ангелов была предрешена.

От бога, погруженного в кровавое безумие, не скрыться, не спастись. Одного за другим я выслеживал ангелов, в каких бы закоулках мироздания они не прятались. Мне было доступно развеять их в прах, лишь затронув нужные нити тонкого мира, но я предпочитал более жестокий и изощренный способ. Мне нужна чужая боль, чтобы попытаться заглушить свою.

Жертва загонялась в угол, она чувствовала запах неминуемой смерти. Под моими ногами трепетала в агонии отчаявшаяся душа бессмертного. Волной колючего дурмана приходил краткий миг извращенного удовлетворения от испытываемого жертвой ужаса и бессилия. Когда бежать оказывалось некуда, надежда умирала в светлых ангельских глазах, очередная белобрысая голова летела с плеч. Я проламывал грудную клетку и вырывал их прогнившие сердца. Кровь лилась фонтаном на мою кожу, а душа ангела отправлялась в хаос, чтобы никогда не возродиться. Это стало неким ритуалом. Новая отнятая жизнь на алтарь страданий, что выжигали мою душу. Я убивал здесь, потому что где-то умирал Наэль, и я не мог с этим смириться и остановиться.

В какой-то момент я почувствовал, что не один на охоте. Рядом тенью скользил Варк, улыбаясь хищным оскалом. У него тоже был счет к ангелам. И мы вдвоем полностью отдались тотальному уничтожению расы. А когда последний ангел пал, мы, не сговариваясь, ринулись в Нижние миры на поиски Демонов-повелителей и утопили их убежища в крови. Никто из нас не смывал ее, и каждая новая смерть ложилась на тело еще одним слоем багряных потоков. А Дар…А Дариэль все это видел и…позволял. Иногда, сквозь ад безумия и страданий просачивалась мимолетная мысль, Высший творец сожалеет, что не может себе позволить вот так излить и свою боль.

И все же…безумию был положен конец. Сначала Дар призвал к себе Варка. К тому времени демоны кончились, но нас было уже не угомонить. Мы шли сквозь темные миры Нижнего плана бытия и уничтожали все живое. Эти места впервые видели еще больших чудовищ, чем привыкли порождать сами. Моя боль росла с каждым мгновением, и сравниться с ней могла лишь нарастающая жажда крови и новых смертей. Я собрал столько силы, что ни один бог не посмел воспрепятствовать мне в тотальном уничтожении своих творений. Дариэль видимо решил, что нужно что-то предпринять, пока не поздно, потому что я превращался в черную дыру, питающуюся чужими жизнями, бессмертную и ненасытную.

Однажды его тонкая фигурка возникла у меня на пути. Тревожная складка залегла на лбу, в знакомых глазах человеческого подростка плескалась горькая печаль. Он просто приблизился и порывисто обнял, а я оцепенел в его руках. Куда-то уходила казавшаяся ненасытной ярость и жестокость, она снова превращалась в чистую и ярую боль – мою и Наэля. Ничего больше.

Как мы оказались снова в моем мире – не помню, да и не хочу помнить. Все что важно сейчас – затухающие толчки маленького сердечка, которое не выдерживало мук в руках умелого палача, Кейра. Мое сердце замедлялось в унисон умирающему Наэлю. Я не мог кричать, не мог пошевелиться, даже закрыть глаза. Ледяной ливень накрыл мой мир, рядом плакал Дар, свернувшись в калачик у моих ног, а где-то в непредставимой дали умирала родная нам душа.

Тук-тук, тук-тук…тук-тук…тук…

Тишина внутри обрушилась внезапно. Раздирающая боль исчезла, оставив пустоту и глухую тоску. Я до головокружения прислушивался к себе, пытаясь уловить хоть отголосок присутствия Наэля, но уже понимал, что остался один и связи больше не существует.

- Наэль умер, - прошептал я, и вездесущие струи дождя растворили хлынувшие слезы.

- Брат, - всхлипнул Дариэль и уткнулся в колени.

- Почему ты позволил ему уйти? – вдруг спросил я. – Почему не остановил? Ведь это было в твоих силах, Высший!

Дар не ожидал обвинений от меня, он был слишком подавлен горем. Его мокрое личико выражало великое сожаление и печаль, но не раскаяние. Это внезапно взбесило, впервые я гневался на своего Создателя. Дариэль и Наэль сознательно приняли решение и, Хозяин мироздания не стал удерживать и защищать брата, а просто позволил тому уйти! Не могу этого понять и принять.

- Ведь ты тоже любил его! – закричал я, перекрикивая раскаты грома.

- Любил, - тихо ответил Дар и закрыл глаза.

- Тогда почему? – не мог остановиться я. – Почему позволил пойти на смерть?

- Так было нужно.

- Кому!? Кому это могло быть так нужно, чтобы заставить плясать под свою дудку двух Высших Творцов?

- У нас не было никаких шансов…- помолчав Дар добавил. – Наши судьбы лишь декорации для главного героя в игре Госпожи Тьмы.

- Подожди! – я подскочил и обхватил голову руками. – Ты говоришь, что Тьме было нужно, чтобы Наэль ушел? Чтобы мой мальчик умер в страшных муках…

- А ты все это почувствовал…

- Ну зачем? Зачем все это?

- Вспомни, чего хотела от тебя темная Госпожа. Она всегда получает то, что хочет.

- Океану нужен новый Хозяин. Она хотела, чтобы им попытался стать…

- Ты, Найт, - устало произнес Дариэль. – Ты, для тебя, тебе! Все что пережили я, ты, Наэль, Кейр и еще бесконечное количество существ в обоих вселенных, веся эта драма разыграна для того, чтобы у Великого океана появился новый Хозяин. Объединив сознания, мы с Наэлем смогли узреть небывалый Замысел Госпожи Тьмы. Любое отклонение от сценария влекло за собой еще большие трагедии и беды.

- Куда уж больше? Наэль мертв! – бесился я, сжимая кулаки.

- Поверь, у Тьмы для нас существует масса еще худших вариантов. Прежде всего, мы Высшие Творцы и благо мироздания превыше собственных желаний! Тебе предстоит еще постигнуть эту истину…

- Почему? – перебил я.

- Потому что ты должен! Ты обязан переступить через себя, через свои желания, даже через свою любовь ко мне и Наэлю и суметь выиграть в этой жестокой игре! Иначе самопожертвование Наэля, вся боль и ужас смерти будут впустую, круг его страданий не разорвется. Кейр не позволит ему вспомнить себя!

- Наэль недосягаем для меня.

- Да пойми ты, - Дар тоже перешел на крик, - Хозяин Великого океана владеет Тьмой, фактически она сливается с ним и приобретает черты его личности. А Тьма существует во всех вселенных одновременно. Никаких границ, а правила только одни – Хозяина!

- Тьма, - протяжно проговорил я, смакуя звуки на вкус, - я помню ее прикосновения. Она хочет получить меня целиком, поглотить, растворить без остатка. Не могу понять, для чего ей все это…

- Остается только рискнуть и попытаться сохранить хотя бы частичку личности нетронутой, чтобы спасти любимого…

- И все-таки…

- Найт, - Дар приблизился и накрыл мои губы холодной ладошкой, - это неизбежно. Если жертва Наэля окажется недостаточной, чтобы ты решился, Госпожа найдет другой крючок для тебя. Им окажусь уже я или кто-то другой, близкий тебе. Она найдет, чем принудить или поманить.

Как я мог сомневаться и гневаться на Дара? Воистину боль делает нас безумными! Как я посмел судить его!? И Дариэль и Наэль видели и постигли то, что мне еще не дано понять. Мне вдруг открылся туманный путь во мраке и я больше не противился его зову.

- Прости!

Колени подкосились, и я упал перед Создателем, обняв его ноги. Мы снова были в моем мире, и наши тела переплелись, но здесь и сейчас между нами не было и намека на интимную близость или желания плоти. Но души никто не остановит и они открылись навстречу, разделяя боль утраты, щемящую тоску и горечь предстоящего расставания, возможно навсегда.

- Прости, что создал тебя для такой доли, - были последние слова Дара для меня.

Еще нежась в объятьях Создателя, я уже тянул нити Тьмы и ступил на новый путь, возможно в один конец. Теперь все будет зависеть только от меня. Мое тело растворялось, распадалось на клочья тумана в руках Дара и последним, что я увидел, были бездонные, наполненные невыплаканными слезами глаза прекрасного юноши, в которых кричала и билась бесконечная любовь и нежность.

Такой далекий серый горизонт…Но я знал, что здесь нет небес, лишь бесконечный Великий океан, отражающий сам себя, да полоска песчаного пляжа, уходящая в другие реальности. И все же, серый мерцающий горизонт притягивал взгляд, рождая надежду там, где ее не может быть. Да, здесь впервые захотелось создать или хотя бы изменить пространство. Вот так неожиданно во мне проснулся Творец.

Внутри зашевелился тугой узел тоски, в памяти всплыли лица моих Создателей, их имена напомнили о потерях. Дар создал меня, я стал его первым Старшим творением. Он одарил меня чудаковатой внешностью, свободой воли и своей любовью. Кто мог предугадать, что он переродится в Дариэля – Высшего Творца и в его груди разгорится Темное пламя. Его брат, носитель Светлого пламени, создал меня, как бога. Мой нежный Наэль…Отголосок недавней боли скрутил меня и заставил застонать. Вместе с хриплым стоном появилось воспоминание о еще одной сущности, что так активно принимала участие в сотворении Найта и в его судьбе.

- Госпожа Тьма, - тихо произнес я.

Океан понес мой голос к серому обманчивому горизонту и в мире вновь воцарился лишь один перелив звуков - плеск волн. Тяжелый вздох, боль утихает под прессом воли, и дорогие лица расплываются туманом в памяти. Они принадлежат прошлому, которое нужно оставить в других мирах, там, где есть небеса. Вся моя прошлая жизнь принадлежит им и она там и останется. Нужно двигаться дальше, просто идти…

Я выпрямился и вошел в воду. На душе чуть просветлело, прохладные волны ластились, заботливо омывали тело и истерзанный страданиями дух. Великий океан помнил меня, а я помнил ощущение власти над ним. Когда родился замысел, оставалось лишь отпустить его, подарить вонам. И вот игривые волны уже подергиваются мелкой рябью и расстилаются пушистым ковром шелковистой полупрозрачной травы. Всем естеством чувствую их радость и податливость. Удивительно! Они жаждут…изменений и ловят мою волю.

Невысокая мягкая трава приятно щекочет ступни, вода на моем пути обретает земную твердость, приглашая уверенно продолжить путь. Я иду вперед, просто иду вперед. Времени нет и никогда здесь не было. Есть только действие здесь и сейчас, но по привычке сознание пытается уловить течение времени, чтобы обмануться опять и опять. Я иду вперед, шаг за шагом уходя все дальше от полоски суши, от других реальностей, от самого себя прежнего. Усталости нет, шаги давно не считаны, направление безразлично, но верно в любом случае. Простое движение, прикосновение свежей травы…

Пусть будет ветер! Легкий поток воздуха трогает лицо, гладит плечи. Крылья расправляются за спиной, и каждое перышко дрожит от озорного танца прозрачных струй. Это лишь начало! Все в моей власти! Быть может, если захочу, над головой раскроются яркие лазоревые небеса, рассыплются звезды, вспыхнет красное солнце, потянутся пушистые облака. Новый мир родится и от моего дыхания наполнится жизнью, а потом еще один и еще. Паутинкой заплетутся дороги межмирья. Расслоятся планы бытия от Нижнего до Верхнего. В вечной борьбе с хаосом, закипит граница моего нового дома, охраняя стабильную материю и порядок…

Новый масштабный замысел озарил сознание ослепляющей цветной вспышкой и напугал! Если поддамся ему, если напитаю волей, если полюблю, значит добровольно приму это предназначение, так и не поняв игры Госпожи Тьмы, не получив ответы, предав последнюю надежду Наэля. Новая жизнь полностью поглотит меня, сделает бесконечно могучим, но скованным границами и любовью к еще не рожденным творениям. Прямо сейчас я мог бы переродиться в Творца, вероятно Великого Творца, и создать собственное мироздание. Искушение велико и невыносимо сладко. Замысел так манит, просит, нет, молит о скорейшем воплощении. Обретают истинную глубину слова Дариэля, о зове и первостепенности блага мирозданий для их создателей. Но моя воля все еще сильнее желания творить, а прежняя любовь к Наэлю ярче новой, еще не воплощенной. Я пришел сюда не за этим! Мне нужно большее, мне необходимо стать Хозяином Великого океана!

Волна наваждения схлынула, и душа снова погрузилась в равновесие. Я подавил острое желание полета и новорожденный ветер разочарованно, даже обиженно отступил. За спиной раздался тихий женский смех, и я резко обернулся.

В полупрозрачной шевелящейся траве сидела молодая женщина. Она расслабленно вытянула длинные ноги и откинулась на локти, жмурясь и подставляя лицо солнечным лучам, которых не было в этой реальности. Или это мне не дано видеть неведомое Солнце, а для Госпожи Тьмы открыты небеса любых миров? Она молчала, довольно улыбаясь, разве что не мурлыча от неги. Молчал и я, не смея прерывать покой Госпожи.

Не глядя, я плавно опустился в сотворенное глубокое кресло и с любопытством посмотрел на молодую женщину. Первое, что кидалось в глаза – это яркие цвета, что необычно, я бы даже сказал, уникально для всегда темных образов Тьмы. На вид ей лет тридцать. Нагота стройного тела чуть прикрыта легким желтым платьем. Прозрачная ткань словно соткана из солнечного света, который почти не скрывал женственных изгибов точеной фигурки. Взгляд, как намагниченный жадно скользил по маленьким пальчикам ног и аккуратным ступням, ритмично раскачивающимся в такт напеваемой где-то в мыслях веселой песенки. Я удивился, как эта маленькая деталь отозвалась брызгами радости, беззаботности и в моей душе. Взгляд чуть задержался на женских коленках и побежал дальше, обрисовав под прозрачным платьицем линии бедер, талии, небольшой груди. На тонких руках позвякивали золотые браслеты, бросая блики на светлую кожу.

Эта молодая женщина не ассоциировалась с Тьмой, и все же я чувствовал, что смотрю на одно из главных ее воплощений. Больше всего шокировало, что она блондинка. Длинные соломенные пряди, словно насмешка над привычными мрачными образами, они разметались по плечам, кончики затерялись в траве. Короткая челка придавала лицу озорства, а длинные черные ресницы – беззащитности.

Образ не был идеальной маской, я видел намек на морщинки в уголках закрытых глаз, забавную курносость, родинку на подбородке, небольшой шрам на шее. Но вздрогнуть меня заставила слишком знакомая форма губ. Она была такая же, как и у меня! Неужели, когда Дар творил меня, именно это воплощение Тьмы вплело свой узор в сущность по имени Найт? Тогда я вижу свою…мать!?

Госпожа ухмыльнулась, наверняка читая мои мысли и открыла глаза. Они были разного цвета – один карий, другой серо-голубой. Все сомнения отпали, как только мы соприкоснулись взглядами. Она творила меня, она лепила сущность и характер, она питала силой. Мать подарила самую светлую любовь и самую сильную боль. Она бросала в самое пекло испытаний и вытаскивала в последний момент. Почему? Для чего?

- Мой любимый бог смерти! Здравствуй, дитя! – тонкий, почти детский голосок трогал самые потаенные струны души.

- Я не…

- Неужели споришь? – оборвали меня. – Сколько жизней ты отнял, чтобы отречься от своей.

- Зачем спрашиваешь, если знаешь ответ?

- А я и не спрашивала, а напоминала, - веселый смех и удивительные разноцветные глаза опять зажмурились.

Снова повисла тишина. Тьма, казалось, задремала с улыбкой на губах, такой похожей на мою. А я откинулся в кресло, не в силах произнести ни слова, но в тоже время не в состоянии прекратить каждой клеточкой впитывать дорогой женский образ. Я все пытался вспомнить, на женщин какого мира она похожа. В памяти всплыло выражение « славянская кукольность», слышанное давным-давно. Да, пожалуй, оно подходит. Передо мной грелась на солнышке неведомого мира женщина из маленького мирка под названием Земля. Именно там родился Дар. Случайность? Не думаю, скорей намеренные обстоятельства. Госпожа позволила увидеть себя именно такой, позволила понять неслучайность событий. Всем своим видом она подталкивала к осознанию чего-то важного, но пока неуловимого. Она добивалась, чтобы мне самому захотелось появиться здесь и принять ее волю, как свою. Теперь, когда я покорился, оставив былое, чего же мы ждем?

- Смотри! Смотри вместе со мной, - женский голос упал до шепота и растворился.

Тишина завораживала, погружала в некий транс. Не существовало границ между тонким и физическим миром. Мать бросила нить, потянув за которую, я окунулся в ее восприятие. Даже для бога оно слишком многогранно и сложно, но я честно пытался прорваться сквозь плотный поток и понять увиденное. В сознании всплывали образы и лики, знакомые и незнакомые жизни переплетались на перекрестках неких событий, чтобы соединиться в более толстые нити или разойтись навсегда. Кто-то называл это играми Тьмы, но сейчас я посмотрел иначе и впервые не испытывал злости или раздражения. Тонкие ручки размеренно крутили веретено судеб, одна вязь сменяла другую, перетекала в новый узор, обрывалась или обретала особую силу. В этом грандиозном плетении было место и для меня, вот только узор еще не окончен…

- Осталось чуть-чуть, - тихий голос прозвучал как раскат грома.

- Ты желаешь завершить мой узор, я чувствую это. Так чего мы ждем?

- Не чего, а кого, - не открывая глаз, сказала Госпожа Тьма, - мы ждем последнего участника грядущих событий. А вот и он!

Я оглянулся по сторонам. Из глубины волн, там, где они еще не стали травой, поднималась высокая и мощная фигура мужчины. Он столько раз царил в кошмарах Наэля. Это лицо мне не спутать ни с кем другим. Миг узнавания и ненависть опалила нас.

- Кейр! – вскипел я и до хруста сжал кулаки.

- Кейр, - легко подтвердила довольная Тьма.

Она открыла глаза и с любопытством уставилась на нас, ожидая реакции. Русоволосая головка склонилась набок, хитрый прищур, чуть приоткрытые губы… Ситуация явно забавляла Госпожу. А мы звенели натянутыми пружинами, примериваясь, куда бы лучше ударить и оценивая друг друга. Взаимная ненависть буквально вспенивала пространство, рвалась из груди диким зверем. Она вытесняла остатки самообладания.

- Вот и все собрались, - звенел высокий голосок, и агрессию срочно пришлось взять под контроль. Появилось четкое понимание, попытка вцепиться друг другу в глотки будет последним, что мы сделаем перед смертью.

- Это его мы ждали? – напряженно спросил я.

- Да, - просто ответила Тьма.

Женщина скользнула вперед. Только что она расслабленно нежилась в траве и уже через миг стояла перед нами, ослепляя материнской близостью, когда каждая клеточка тела кричала о родстве и притяжении. Я и раньше испытывал родственные чувства при общении с Госпожой, но так сильно и всепоглощающе только сейчас. Медленно Тьма подняла руки и коснулась наших напряженных подбородков.

- Великолепны! Мои лучшие творения, мои самые любимые дети! Сильнейшие, ярые духом и волей! – мать гордилась нами и любовалась.

Я смотрел на нее, и не мог уловить настроения. Гордость сменялась тревогой, печаль счастьем, радость блекла в тоске и снова вспыхивала торжеством. Калейдоскоп эмоций потрясал, пока за переливами эмоций не показался главный стержень, питающий всю гамму чувств. Я боялся поверить собственным ощущениям. Неужели за всеми масками и играми спряталась…любовь? Эта молодая женщина, лик которой я видел впервые, по-своему неистово любила и меня и Кейра, не делая различий.

Все внутри противилось сравнению, что прозвучало в словах Госпожи. Что она увидела общего между мной и Кейром? Как она могла так подумать? А в это время тело жадно ловило ощущение от прикосновения прохладных материнских ладоней, душа трепетала от восторга. Я глянул на убийцу Наэля. С ним творилось тоже, что и со мной. В его чертах тоже ясно улавливалось сходство с матерью.

- Вы так похожи, - нежно сказала Тьма, а мы с Кейром ошарашено уставились друг на друга.

- Ошибаешься, Госпожа. Не вижу ничего общего, - низкий, бархатный голос Кейра неприятно резанул слух.

- Более разных существ не найти, - возмутился я, чем позабавил Госпожу.

- Ой ли? Каждого заслуженно нарекли богом смерти. Кровавое безумие сделало из вас истинных братьев по сути. Оба прекрасны, бесконечно изобретательны в своей кровожадности, неумолимы и безжалостны в ненависти. Но каждый нашел для себя оправдания этому и даже сумел построить обоснование, некий новый порядок в своих действиях, сумев вовлечь целые вселенные. Поразительно! Можно знать вас веками и не догадываться, что скрывается в глубине души. Внутри вашей сильной и цельной личности живет палач, искусный, получающий удовольствие от смерти жертв. Это есть во мне, это есть во всех моих детях, но только вы сумели довести данную черту до абсолюта, до совершенства. Наблюдая за вами, невольно испытываешь гордость, даже восхищение, а иногда и сострадание! Чудо!

- Я не… - мне пришлось заткнуться, вспомнив, в кого я превратился после ухода Наэля, и что творил в кровавом безумии.

- При сотворении вас я принимала непосредственное участие. Это не могло не оставить отпечаток и на судьбах и на характерах и на внутренней силе. Именно вы последние и сильнейшие соперники за власть над Великим океаном.

- Соперники? Но ведь ты говорила, что я единственный достойный, - зло бросил Кейр.

- Я передумала. Обстоятельства поменялись, - пожав плечами, бросила Тьма и мило улыбнулась. – Для каждого нашелся пряник и кнут. Хозяином станет не сильнейший, а лучший, тот, кто сможет понять истину, кто осознает, ради чего я существую. Кто сможет постичь не только ярость, ненависть и кровожадность во мне…

- В бездну беседы о истине! – внезапно взревел Кейр и бросился на меня. – Никаких соревнований! Здесь все будет принадлежать мне!

Я среагировал мгновенно и ринулся навстречу. Все кипело от сдерживаемого до поры гнева и ненависти. Я не забыл, кто мучил моего мальчика, кто медленно убивал его, вытягивал жилы и жизнь по капле. Никто не остановит меня, я выгрызу это черное сердце и превращу в пепел!

- Кажется, перехвалила, - посетовала Тьма и вздохнула с досадой.

Какими же смешными и жалкими оказались наши планы и мы сами. Тьма отвернулась, и мы натолкнулись на непреодолимый барьер. Никакой схватки не будет. Финал этой истории не станет эпическим сражением двух великих соперников. Мы не сойдемся в бою, даже не коснемся друг друга. Как же так? Тогда что же нужно от нас Госпоже на самом деле? Ведь мы неизбежно столкнулись бы, слишком много взаимной ненависти.

Нас отрезали от невидимой пуповины, оставив на произвол судьбы, без божественной силы, без власти, без неуязвимости. Волны утратили былую твердость, превратившись в вязкую топь. Госпожа удалялась, солнце неведомого мира играло в ее соломенных волосах, а мы глупо тратили последние силы, тщетно пытались восстановить свою власть над водами Великого океана и выбраться из сдавливающих объятий жадного болота.

- Спаси, мама! – кричал Кейр, захлебываясь и беспомощно колотя руками по воде.

- Я всегда с тобой, - непонятно кому ответила она, так и не обернувшись.

- Прости!!! Вернись!!! Что мне делать? Как выжить? – отчаянно вопрошал я, с ужасом почувствовав, что игры кончились и конец близок, как никогда.

Женщина продолжала безмолвно удаляться, но вдруг оглянулась в последний момент.

- Что делать? Задавать вопросы!

Каждый из нас хотел крикнуть что-то еще, но коварный океан, ставший бездонной могилой, поглотил нас. Исчезла Госпожа и барахтающийся Кейр, исчезло все, потому что я впервые тонул, как обычный человек! Океан забрал силы, забрал бессмертие. Какая ирония, последние мгновения жизни ужасные и могучие боги проведут как смертные! Черная жижа облепила со всех сторон, утаскивая в глубину, а потом исчезло ощущение верха и низа. Воздух заканчивался, словно у меня были легкие! Я ослеп, оглох, грудь раздирала невыносимая боль. Агония скрутила тело, последнее сопротивление гасло, силы и жизнь покидали глупого божка, возомнившего себя самым умным и неуязвимым.

Слова Госпожи бились в сознании, оставался последний шанс, последний выдох, последняя пара секунд. Секунд? Мысль, как озарение! Ведь здесь нет времени! Нет, если я сам его не создаю! И тут же сознание прекратило считать мгновения, мир послушно замер. Есть только действие и я застыл вместе с миром вокруг. Да, больно, да страшно, но вдруг появилась надежда и всепоглощающее чувство близости матери.

- Мама? – мысленно позвал я.

- Я всегда с тобой, - голос звучит отовсюду, и я хватаюсь за него, как за последнюю соломинку.

- Где я?

- Ты всегда во мне.

- Неужели я действительно копия Кейра? Тогда действительно лучше умереть! Но я не могу себе позволить вот так малодушно отпустить жизнь, от этого зависит не только моя судьба. Возможно ли изменить свою сущность?

- Вы действительно похожи, но тебя всегда отличала одна особенность – ты ставишь нужные вопросы, - показалось или мать говорила с надеждой, снова подталкивая к чему-то важному. – Попробуй сейчас, отбрось личную неприязнь, забудь Кейра!

- Твоя игра…какая роль отведена в ней для меня?

- Главная, как и для Кейра. Великому океану нужен новый Хозяин.

- Это настолько важно для тебя? Так важно, что ты готова убить своих детей?

- Важно? Нет, не то слово, не тот смысл. Это необходимо! Я пытаюсь выжить, а значит сохранить возможность жить всему сущему! Слышишь меня? Всему! Если не будет Тьмы и Свет исчезнет.

- Выжить? – ошарашено переспросил я, а в сознании все переворачивалось вверх дном. – Но что я могу тебе дать? Чем помочь?

- Ты уникален, ты создан для необычной доли. Вспомни судьбы своих Создателей! Найт, вспомни нити бессчетных жизней, образами которых я поделилась с тобой. От смертного до Великого, всем нам нужно одно и то же! Одно и то же! Это и есть суть жизни, последняя истина, которую каждый постигает сам! Ты уже знаешь ее, но не осознаешь. Подумай, мальчик мой, прошу!

- А ведь на самом деле не играешь, но скованна правилами, - поразился я.

- Ты должен постичь истину сам. Тогда все встанет на свои места. Кейр оказался не способен, но ты сможешь!

Я мучительно вспоминал всех, кто промелькнул в сознании, а потом бросил это занятие, просто отпустил, позволив мыслям течь свободно. Узор судеб сам развернулся передо мной. В незапамятные времена Орлано обрел свое физическое воплощение, сводящее с ума смертельной красотой, и Высшему Творцу пришлось надолго лишить его сил и скрыть часть духа, так называемое «Сердце бога». Через много веков забвения Орлано, вдруг в захудалом мире Земля рождается смертный, который несет в себе спящий артефакт. Этим смертным оказался Дар. Механизм запускается, девять сердец бога начинают открываться, ввергая смертного мальчишку в немыслимый водоворот событий. С каждым новым открытым сердцем он необратимо меняется и меняет всех вокруг – Орлано, Варка, Максима, меня. Девятое сердце вызвало слияние и перерождение Орлано и Дара, навсегда изменив сущность обоих.

Но на этом изменения не завершились, потому что Высший Творец избрал Дара своим новым сосудом и слился с ним личностью и душой. Поступил он именно так, потому что желал обновления, нового порядка в мироздании, который принесет с собой Дар, так не похожий на остальных богов. И до конца не известно, кто кого поглощает, большее или меньшее, все границы стираются, и появляется новая личность, своеобразный коктейль из сливающихся сущностей.

В это же время в другом мироздании разворачивается своя трагедия. Наэль – Высший Творец, создает нового бога и влюбляется в него. Ослепленный властью, Кейр превращается в палача для своего Создателя и зацикливает порядок в мироздании на возрождениях Наэля, не на изменении! Вот оно! Наэль никогда не ведал слияния с другой личностью, ему был не ведом этот путь. Как бы я ни любил его, но вынужден признать, что создание Кейра – начало деградации, а их отношения палача и жертвы лишь отражение искажения внутри Высшего Творца. Ничего не менялось тысячи тысяч лет, пока Наэль не решил изменить свою жизнь, оставить прошлое. Пусть для этого ему потребовалось лишиться сил, прорваться в другую вселенную и слиться с телом и душой слабого существа. Он остался Высшим Творцом, но изменился необратимо, только после этого вернулся в свой мир! Каждый шел к этому по-разному и осознал в свое время, не понимал только я!

- Скажи, скажи это вслух! Теперь можно! Просто скажи истину! – звенел голос Тьмы.

- ИЗМЕНЕНИЕ - это единственное, что заставляет жизнь продолжаться и развиваться. Оно необходимо всем и даже тебе, Госпожа. Как только кто-то перестает меняться, застывает в развитии, то начинает деградировать и постепенно растворяться, как личность и как сила. Эта истина не имеет масштабов и границ, она верна и для смертного и для бога и для основ бытия. Чем больше сущность, тем возможно медленней и незаметней процессы, но в итоге это жизненно необходимо всем. Каждый раз ты принимаешь черты нового Хозяина, а значит изменяешься. Новый порядок, толчок развития, новые потоки, желания... – счастье, ликование и восторг взорвались во мне, я нашел свое предназначение и принял его!

- Лучшее мое творение! Ты готов! Новый Хозяин должен слиться с океаном и стать с ним единым целым.

- Я хочу сохранить личность…

- Она станет настолько огромной, что это будет трудно назвать личностью.

- И все же…

- Если справишься, сможешь наполнять собой любой сотворенный во тьме сосуд. Найт! Никаких границ! Никаких чужих правил, только твои!

- Что мне делать? – без колебаний, они остались позади, вместе со страхом и гневом.

- Просто сделай вдох, прими меня, откройся…

Родной голос звучал нежно и обволакивающее. Он распадался на тысячи других голосов. Вдох! Вдох вглубь Тьмы! Она вдыхает меня в ответ. Вдох унес боль, а вместе с ней и жизнь моего привычного тела, но не духа. Вдох, хранящий единственное желание каждой мельчайшей частички меня – сберечь образ Наэля…

Эпилог.

Мироздание замерло, затаилось, боясь нарушить главное чудо, происходившее в самом его сердце. В колыбели жизни обретал новое воплощение Высший Творец. Он принес этот облик из другого мироздания и так отчаянно хотел сохранить, что вселенная в точности воссоздала истерзанный сосуд, стараясь угодить Создателю. Красота тела вспыхнула внутренним светом, когда божественный дух вошел в плоть и осознал себя единым целым.

Эти глаза, наполненные нереальной чистотой, наивно смотрят в лазурное небо. Эти губы – сладкие, как грезы миров, доверчиво улыбаются навстречу жизни. По плечам текут локоны ярко-рыжих волос, тронутых сединой. Бледная кожа источает агрессивный манящий запах и феромоны устремляются во все стороны. Они несут безмолвный призыв, наполняют мир, чтобы привести к ложу Великого Творца долгожданного гостя.

Первый вздох − мироздание готовится к обновлению.

Первая мысль − все наполняется божественным импульсом жизни. Она пронзает любое пространство, познавая эту вселенную заново.

Первое слово – мир узнает своего Создателя, раскрываясь подобно прекрасному цветку, обнажая потаенное. Никаких тайн, границ и преград. Они едины: возрожденный Первейший дух и мироздание.

Грядет обновленный порядок. Настало время перемен, ибо Высший Творец изменился и мирозданию предстоит стряхнуть старые основы. Миры замирают в предвкушении и надежде, ибо за перерождение Создатель заплатил великую цену, и она оплачена сполна.

Тьма сгущается у сокровенного ложа, затейливые тени ползут по стенам. Кто появится из темноты? Будет ли будущее у всеобщей надежды или она растает, словно черный иней под лучами жаркого солнца? Вечно юный Наэль закрывает глаза и с трепетом ждет, еще сам не осознавая кого. Память пока скрывает любимый образ, но душа кричит о его близости. Сладкая истома бежит по телу в предвкушении.

Гость на пороге, он пришел за Наэлем, он отыскал юношу в бессчетных вселенных. Из тревожного мрака скользит крылатая мужская фигура и склоняется над ложем. Черные крылья, черная кожа, черные волосы и Тьма в душе. Он не добро и не зло, он Найт – Хозяин Великого океана. И у ложа Наэля замерло главное воплощение Тьмы.

Один миг, глаза в глаза, чтобы произнести имена, чтобы проснулась память. Звуки дрожат в потоках раскрывающихся чувств. Сладкая нежность окутывает переплетенные тела, а долгожданная, выстраданная любовь горит ярче Светлого пламени, танцующего обновленный и призывный танец.

Путь, длинною в тысячи жизней и в тысячи смертей не заканчивается, а делает новый поворот…

Умелые руки без устали вращают веретено. Две яркие нити - две судьбы сплетаются в единый узор…

Вечные и изначальные силы снова начинают игру, вот только правила изменились и герои уже не те, что прежде…

Конец.