Четвертый поцелуй

Глава 27

Дюша вернулся через пятнадцать минут, показавшихся мне вечностью. Забрался в машину, тронулся, пристегиваясь на ходу, и выпалил:

— Сваливаем, пока нас тут менты не засекли.

— Что там случилось?

— Ты нафига печку включила? — возмутился Андрей и повернул рукоятку.

— Что там?! — взвизгнув, повторила я. Одноклассник скосился на меня и пробубнил:

— Оглохнешь с тобой, блин. Или с ума сойдешь. В Бражкином овраге машину обгоревшую нашли, — доложил Дюша, я, наконец, протяжно выдохнула. — Похоже, покойника нашего тачка. Сматываться надо, засекут нас, доказывай потом, что случайно мимо ехали.

— А тебя там разве не засекли?

— Нет. Там Колька Малков, у него по тихой узнал. Колян егерь местный, сам эту тачку и нашел, говорит.

— И что ты думаешь?

— А что тут думать, тачку подожгли, значит, боялись оставить улики, а в овраг скинули, чтобы искали дольше, да и на случай взрыва бензобака шуму будет гораздо меньше.

— Как он туда проехал, по-твоему, к оврагу?

— Полный привод, особых проблем не вижу.

Я немного подумала и задала главный вопрос:

— А женщине проделать такой финт под силу?

— Че ты, как маленькая, ей богу, — развел одноклассник руки в сторону и тут же опустил их на руль. — Разве в наш век ещё существуют вещи неподвластные бабам?

— Не выпендривайся, — миролюбиво попросила я. По сути, он лишь подтвердил мои мысли, мог бы озвучить и без шовинистских замашек. Я не преминула ему об этом заметить: — Нельзя просто ответить — да. А занятия, требующие мужской силы и выносливости, ещё остались, только примеры не требуй, мне лень сейчас об этом думать. Не до того.

На въезде в поселок Дюша поинтересовался куда мне, я озвучила, он кивнул и двинул в указанном направлении. Остановился, как я и просила, на соседней с бабкиным домом улице.

— Ладно, выметайся, — попрощался он. — Звони, если понадоблюсь.

Я ещё раз поблагодарила приятеля и покинула тачку. К дому пробиралась короткими перебежками, постоянно оглядываясь. У соседей и вовсе уселась на лавочку, выжидала. Лавка укрыта дровяником и, если кому-то придет охота проверить куда я запропастилась, ему придется высунуть нос из укрытия.

Мои будни под девизом «покой нам только снится», продолжились и в доме. Злополучный диск я всё же достала из плаща, обернула в несколько старых, газетных страниц. Освободила от кульков и пакетов продукты, принесенные в дом Помещиком, в них поочередно упаковала сверток. В ящике с инструментом нашла изоленту, для пущей надежности прошлась и ей, абсолютно не жалея добро и использовав моток полностью. Будущий «клад» получился довольно внушительным. В том плане, что значительно увеличился в объеме и весе. Копать решила у старой бани, в большей степени, из-за наличия сносной тропинки к сооружению.

На деле же, от этого варианта пришлось отказаться — слишком много крапивы вокруг наросло. Не то чтобы я боялась изжалить конечности, нет, просто мои вмешательства в среду не останутся незамеченными. Пятак вокруг бани был отбракован. Выбор пал на черемуху, расположившуюся между домом и баней. Дерево старое, довольно разлапистое, благодаря чему, сорная трава под ним произрастала с меньшим рвением. Каждому нужно своё место под солнцем, а тут черемуха! Я немного согнулась, пробралась под неё и аккуратно расчертила лопатой квадрат. Подкапывая с каждой стороны, извлекла дерн, отложила его в сторону и принялась копать. Землю складывала на старую клеенку. С глубиной решила не увлекаться, не ровен час застукает кто-нибудь.

Когда я определила сверток в яму, засыпала землей и придавила дерном, невольно подумала: «Так же и Сумарокова прикопали». Я осмотрелась по сторонам, поправила рукой траву, максимально стряхнув попавшую на неё землю, подхватила лопату и вылезла из-под черемухи. Бросила взгляд со стороны, увиденным осталась довольна. Следующим шагом значился замок.

Пробираться через палисадник сущее наказание. Раньше в нем росли цветы, теперь, как и у бани, крапива. Ступала я аккуратно, стараясь слишком не сминать заросли. Забралась на забор, с него на крыльцо и водрузила-таки на ворота засов — нет никого в доме. Проделанной работой я осталась довольна и вновь припустила огибать заросли, чтобы попасть в дом, через огородную дверь. Не иначе готовилась к добровольной осаде.

«— Заслужила приз за старательность», — сказала я себе и побежала мыть руки.

Творог, принесенный Помещиком, это нечто божественное, пришла я к выводу, уплетая его большой ложкой. Налила себе чай и немного с грустью осознала — придется сидеть без света. Иначе все мои уловки с замком напрасны. Нужно постараться уснуть до наступления темноты.

Я копалась в интернете, пытаясь найти хоть какую-то информацию о найденной в лесу машине, когда меня застал врасплох звонок от Помещика. Сердце стремительно ухнуло вниз. Вдох-выдох, считаю до десяти, восстанавливая дыхание, и жму на зеленый значок.

— Да.

— Женька, ты уехала? — без тени обиды спрашивает он.

— Тебе-то какая разница, — фыркаю я, а внутренний голос подсказывает: «довыделываешься».

— Так уехала или нет, у тебя замок на двери?

— Что за манеры шляться под окнами на ночь глядя! — сокрушаюсь я. — Портишь мне всю конспирацию.

— Ага, — вроде бы доволен он. — Мне к тебе тем же способом, что и ты ко мне?

— Через заднюю дверь, давай. Окна заколочены.

Я отключилась и пошла встречать гостя.

— Завтра иду в полицию, — порадовала я, стоя в дверях, и внимательно приглядываясь к его реакции. К новости Димка отнесся с прохладцей, растянул губы в улыбке и спросил:

— Не уж то преступника нашла?

— Где мне… заявление о пропажи сестры писать буду.

— Ясно, — протянул он. А мне, напротив, как раз ничего не ясно. Я закрыла за ним дверь, предварительно осмотревшись, сама не зная на что надеясь, кроме заросшего огорода ничего не высмотрела, и поинтересовалась:

— Ты соблюдал осторожность?

— У меня в спальне работает телевизор, отключится через полтора часа, кстати. Сам я выбирался через окно, да и попетлял порядочно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Только не говори, что ты опять ночевать собрался…

— А ты разве против?

— Что ты, в восторге!

— На это я и рассчитывал, — подмигнул он, я закатила глаза и цокнула языком.

Внешние эмоции никак не вязались с тем, что творилось у меня внутри. Там разливалось приятное тепло в груди, и кто-то нашептывал: «Ты ему нравишься». Я тут же посоветовала себе не обольщаться. По-моему, парень дурачится от скуки. Мы прошли в дом, сели на кухне. Я бухнула чайник на плиту, напою гостя чаем, пока достаточно света от окон.

— Есть новости?

— Машину Сумарокова в лесу нашли.

— Правда? — ахнула я, не планируя делиться с ним своими злоключениями. — И что слышно по этому поводу?

— Тачку подожгли и скинули в овраг.

Я налила чай, поставила перед Димкой чашку, сама уселась напротив. Озадаченно покусала губу и решилась на откровенность.

— Как ты думаешь, всё-таки, это могла быть Жанна? — Димка почесал бровь, что-то прикинул в своей голове и ответил:

— Думаю, нет.

Оговаривать сестрицу я и не думала, напротив, хотела услышать доводы в защиту Жанны. Словом, разобраться. Поэтому соглашаться не спешила.

— Смотри, что мы имеем, — невольно употребила я «мы», но он же сам вызвался сторожить меня. А это равносильно помогать. — Жанна ссорится с мужем и сбегает, прихватив у него некую ценность. Вдовин ясно дает понять, что границу Жанна не пересекала, да и в принципе уверен — жена где-то поблизости. О ценности нам ничего неизвестно, но имеющая информация дает нам право рассуждать, что это не деньги как таковые. И чтобы конвертировать вещицу в нал, требуется время. Возможно, Жанна как раз этим сейчас и занята, а быть может уже при деньгах… но в день убийства денег у сестры ещё не было. А теперь давай представим ситуацию, — я отпила из чашки и продолжила: — Положим, Жанна приехала в посёлок. С кем она тут виделась мы не в курсе, к маме однозначно не заглядывала…

Хотя, тут я не уверена, может и заглядывала, а мама пребывала «в космосе» в тот момент. Визит Сумарокова вспомнили вон с трудом. Однако, берем за аксиому — Жанна мать не навещала, тем более особой роли данная дилемма не меняет.

— Положим, — продолжила я, — сестрице требовалась помощь. Человек требовался надежный и не сотрудничающий с Вдовиным. На эту кандидатуру очень подходишь ты, кстати. Жанна узнает, что ты в поселке и едет к тебе на ферму. Там, вместо того, чтобы встретиться с тобой, она встречает Сумарокова. Последний, как ты помнишь, занимался поиском Жанны и на тот момент уже разнюхал о вашем романе…

— Бывшем романе, прошу заметить, — выставил Димка палец.

— Это сейчас не имеет значения, — отмахнулась я.

— Как это не имеет! — возмутился он. — Я требую занесение этого факта в протокол.

— Ты будешь кривляться или слушать? — добавила я в голос строгости. Димка взмахнул кистями «сдаюсь», а я возобновила полет мысли: — В общем, они могли совершенно случайно столкнуться на ферме или где-то неподалеку. Естественно, у них возник конфликт: Юрец планировал доставить беглянку к мужу, в сестрицины планы подобное не входило. В самый разгар жаркой полемики, возможно, он ей даже угрожал, Жанна огрела Сумарокова чем-то тяжелым. И теперь прячется, только уже не от мужа, точнее не от него одного, а и от полиции в том числе.

Я закончила и вопросительно уставилась на Димку. Тот многозначительно задумался, с самым серьезным видом, встал, подлил себе чай, прошелся по кухне.

— Будь Жанна убийцей, максимум, что она могла бы сделать — избавиться от орудия убийства. Сообразить про отпечатки и прочее. А таскаться с трупом… нет, не особо верится. Да, она маникюр бы себе испортила, — пошутил он. Шутку я не оценила и продолжала хмуриться, тогда Димка вернулся на стул и принялся объяснять: — Ну, вот смотри. Представим, что это она. Стоит Жанна над остывающим Сумароковым, гадает. Ей приходит в голову великолепная идея закопать труп. Нет тела — нет дела, как говорится. Мы допускаем, что она воспользовалась автомобилем убитого и вывезла тело на его же машине. Пока всё складно. Мы даже допускаем, что она тащила по лесу убиенного, невзирая на каблуки и ногти. Потащишь тут, куда деваться. Первое — лопата. Где Жанна взяла лопату? Хорошо, она могла перешерстить близлежащие огороды, наверняка, в одном из них найдется брошенный инструмент. Но тогда её непременно кто-нибудь заметил бы. А нам не нужно забывать, что она прячется. И потом, ехать к оврагу, ждать темноты… а машину по-любому поджигали и скидывали ночью, так безопаснее и дым в поселке не разглядят. Слишком энергозатратно, это не про Жанну. Нет. Или у неё был помощник или я отказываюсь верить.

— Тогда у меня остается только один подозреваемый.

— И этот подозреваемый, дай догадаюсь… — театрально насупил брови Щуров. Вспыхнул озарением и развел в стороны руки: — Ваш покорный слуга.

— Бинго! — растянула я рот в улыбке.

— И тут ты не права. Я уже говорил, в ресторане я был в тот день, в ресторане. Между прочим, в полиции моими показаниями удовлетворились. Отчего ты не веришь, мне непонятно.

— А чего ты тогда сюда таскаешься? Должен же, у тебя быть свой интерес.

— Ну, ты даешь! Ты же женщина, ты такие вещи чувствовать должна.