Чужая. Книга 1

— Юрами. — опомнилась девушка, бросилась за ним, но споткнувшись обо что-то, растянулась на полу, зашипела, зажав руками ногу и баюкая ее. Происходящее нравилось ей все меньше. Она отняла ладонь и осмотрела место ушиба — не страшно. Поднявшись по стене, Кира, слегка прихрамывая, двинулась дальше по коридору. За поворотом слабо мерцала перламутром предохраняющая пленка, мужчины не было. Цэтморреец покинул стены звездолета.

Кира сильно замерзла и была уже не на шутку испугана. Мысли, одна страшнее другой, завертелись в голове. С великим трудом, собрав остатки воли в кулак, она подошла ближе, остановившись рядом со столбом, мигающим зелёным. Вгляделась, пленка сильно искажала, но общую картину разглядеть было можно — это был каменный мир, раскрашенный во все оттенки серого и черного, освещенный тусклым закатным светом. Кира подняла взгляд вверх, на небо и увидела звезду, размером с копеечную монету, в черноте космоса.

— Но как же так? — прошептала она потерянно, — Ведь Феррма — двойная звезда. Должна же быть, где-то точка… — бормотала девушка, разыскивая на черном небе маленькую сестру главной звёзды системы цэтморрейцев. За этим занятием она не сразу заметила движение снаружи, прямо перед трапом звездолёта. Три фигуры в коричневых объемных скафандрах с прозрачными пузырями-шлемами, подсвеченными изнутри, стояли, склонив головы перед высоким, одетым в серебристое, Юрами. Кира, сама не понимая для чего, на каких-то древних инстинктах, пригнулась, спрятавшись за столбик. Так себе укрытие, но за защитной пленкой, можно надеятся, что не разглядят, если, вдруг будут смотреть в ее сторону. От холода и гремучего коктейля эмоций девушку сотрясала дрожь, но она не уходила.

Снаружи, судя по активно жестикулирующему Юрами, разговор вёлся на повышенных тонах, точнее, говорил он, а трое слушали, склонив низко головы. Под их шлемами, Кира рассмотрела короткие, кучерявые, ярко — рыжие волосы. Вдруг один из них сделал шаг вперёд, ударив кулаком себя в грудь, упал на колени. Остальные замерли. Цэтморреец тоже стоял прямо некоторое время, подняв голову в черном шлеме кверху.

— Звездой своей любуется, наверное. Давно не видел. — растрогалась Кира. Она уже хотела вылезти из-за столба, тело затекло от холода и неудобного положения, к тому же ничего секретного, вроде бы не происходило.

Но не успела девушка шевельнуться, как Юрами оторвался от созерцания черного неба и шагнул к одному из тройки, что продолжал стоять на коленях с опущенной головой, поднял руку. Только сейчас, Кира разглядела, небольшой черный предмет, который мужчина сжимал в ладони, запакованной в белую перчатку. Сверкнуло голубым, и рыжий упал, лицом вперёд, на камни. В его шлеме зияла огромная обугленная дыра.

Кира вскрикнула, но тут же зажала себе рот, попятилась назад, так же на полусогнутых, не покидая слепого пятна, создаваемого спасительным столбиком. За поворотом она припустила во весь дух, но тело плохо слушалось, ноги заплетались и девушка несколько раз упала, больно ударившись коленями. Наконец, выбравшись на верхнюю палубу, рванула к каюте. Ей было так страшно, как никогда до этого, даже два предыдущих смертельных боя с кьягами, не вызывали в ней того ужаса, что она испытывала сейчас.

Юрами убил человека, то есть, вряд ли это был человек, но какое-то разумное существо. Убил. Хладнокровно.

— Что же мне делать…. что же делать…. ведь он убьет меня, если узнает… — бормотала Кира, остановившись возле каюты. — Укол! Он специально…. чтоб я спала…. Какого черта, я проснулась? Какого черта… Что же делать?

Она вдруг замерла, и со всей дури отвесила себе оплеуху по той же самой щеке.

— Соберись. Соображай, на кону твоя жизнь.

Простимулировав себя таким образом, Кира рванула в рубку. Юрами может запросить из памяти корабля ее передвижения, так, на всякий случай. Нужно попытаться их стереть. С рекордной скоростью добежав, запрыгнула в кресло перед экраном.

— Только бы успеть… Только бы успеть..

Она натянула шлем, почуствовала, как привычно растворяется в разуме "Цэтморреи", ответила на ее приветствие. Отовсюду начали появлятсь разнообразные образы — корабль решил, что девушка пришла заниматься.

— Нет, нет. Не это. — замотала она головой. Из-за сильного волнения у нее ничего не получалось, ее не понимали, запросы, как мячики отскакивали обратно к ней. Пару раз глубоко вдохнув и выдохнув, Кира опять попыталась объяснить, что ей нужно, добавив еще и визуализацию требуемого. Спустя пару секун ее вытолкнуло, она сняла шлем, так и не поняв, получилось или нет.

Девушка подскочила, бросилась к выходу, но в коридоре перешла на шаг, чтобы у Юрами не возникло вопросов, что это она тут разбегалась, если вдруг его встретит.

— Только не сейчас… не сейчас… — шептала Кира, как мантру, надеясь, что пронесет, и она успеет добраться до каюты. Пронесло.

Шмыгнув в свою люльку, девушка свернулась в позу эмбриона, старательно выравнивая дыхание и, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. План ее был прост — она все это время спала, да и сейчас, спит. Но не так просто договориться со своим телом, оно никак не желало поддаваться контролю — руки потели и тряслись, грудная клетка ходила ходуном от частых вдохов и выдохов, а сама Кира, была, как сильно сжатая пружина — только тронь, выстрельнет.

В этот момент дверь в каюту открылась и вошел Юрами. Девушка не справилась, ощутимо вздрогнула.

" Погибла" — пронеслось в ее воспаленном мнительностью мозге. Но, возможно, это и помогло ей в следующую же секунду соорентироваться. Она громко застонала, начала метаться, махать руками.

— Пусти… тварь… сдохни… — бессвязно, подражая лепету спящего, бормотала Кира. Девушка не знала, как ведет себя, когда видит кошмары, но в шаге от смерти, сыграешь так, что Станиславский бы апплодировал стоя.

Юрами подбежал к ней, схватив руками девушку за плечи, стал легонько трясти.

— Кира! Кира!

Она медленно открыла глаза — на лице ее читался ужас, неподдельный.

— П-пора вставать? — ляпнула она первое, что пришло в голову.

— Ты кричала. Плохой сон? — спросил мужчина, с беспокойством заглядывая ей в глаза. Кира могла покляться, что он переживает. Но как так может быть? Пять минут назад, он забрал без колебаний чью-то жизнь, а тут — такая тревога на лице.

— Д-да. — пустила она петуха, прокашлялась.

Юрами, не убравший еще, с ее голой кожи, рук, принялся трогать ей лицо, лоб, шею.

— У тебя повышена температура тела, и сильно. — вдруг цент крепко прижал ее к себе, обнимая, — Я выясню причину, не переживай.

17.

Кира осторожно, стараясь, не вызвать подозрений, выбралась из его рук, села на край люльки, свесив ноги.

— Это простуда. У меня уже с самого подъема горло болело. — соврала она. Горло болеть начало только сейчас. Переохлаждение на нижнем уровне даром не прошло.

" Только бы не сложил два плюс два" — думала девушка. Ей теперь казалось, что Юрами смотрит как-то подозрительно, а она все время совершает досадные промахи.

— И ночью я мерзла. — добавила еще Кира, для убедительности.

Цэтморрец снова схватил ее за руки.

— Кира, но почему ты мне ничего не сказала? — возмутился он, совершенно непритворно. — В условиях долгого нахождения в космосе, это может быть очень опасно для тебя. Поразительная беспечность!

Неожиданно, девушка вспомнила одну очень важную деталь, и ей стоило огромных усилий не открыть рот от ужаса. Звездолет не поднялся с планеты!

" Может сказать ему, что я хочу спать. Или попросить еще укол, мол не отдохнула совсем. Или…"

— Кира, — Юрами погладил ее по плечу. Она напряглась, что-то он не в меру сегодня распускает руки. — Ты поняла?

— А-а? Что?

— Пока ты спала мне пришлось сесть на Энту — планету, рядом с которой мы выпрыгнули, поднятся обратно еще не успел, зашел проверить тебя, и не зря, как оказалось. — сообщил мужчина, словно читая ее мысли.

— Для чего? — обмирая внутренне, все же спросила Кира.

— Пять контейнеров яиц. Меня бы предали суду, не помог бы и Кираан. Я их выгрузил. — объяснил Юрами.

" И, так, между делом пришил одного."

— Я, сейчас, сниму у тебя жар, а потом выведу звездолет на орбиту — скоро прибудет буксировщик.

Корабль, отправленный за ними, выпрыгнул из разрыва, в опасной близости от "Цэтморреи". О чем тут же Кире сообщил оживший экран. На прозрачной голубой поверхности рядом с зеленой точкой замигала точка побольше и красного цвета.

Девушка встрепенулась, последний час она просидела тут, отказавшись идти с центом в лабораторию. И от жаропонижающей инъекции, тоже отказалась. На что получила полный укоризны взгляд.

Она вскочила с кресла и бросилась в коридор.

— Юрами! — позвала на бегу. Страх ее немного притупился, но никуда не исчез. Однако, приближающийся корабль, с цэтморрейцами на борту и неизвестность, что поджидала ее вместе с ними, пугала так же сильно. И одной, без поддрежки мужчины, хоть и убийцы, Кире не справиться.

Вбежав в отсек, сразу отыскала взглядом цента.

— Юрами. Корабль.! — выпалила она и согнулась пополам в попытке отдышаться.

Юрами тревожно взглянул на нее, подошел, потрогал лоб.

— Далеко? — немного растерянно спросил он.

— Очень близко! — выпрямилась Кира, — Если я правильно разобралась… Юрами, ты скоро будешь дома! — хоть он и убийца, а девушка все равно не могла за него не радоваться. — Я тебе очень завидую. — честно призналась она в своих чувствах.

— Дома… — повторил мужчина за ней в непонятном смятении. Он отвернулся и замер, запустив пальцы в койсы.

— Юрами… Тебе есть, чего бояться? Может еще одну кьягу на борту прячешь?

— Кьягу? Нет, конечно. — направился к выходу, — Не обращай внимания. Все в порядке. Пойдем.

В рубке отчаянно что-то пищало. Юрами подбежал к панели и принялся жать на кучу символов, Кира, вставшая за его спиной, не успевала следить за руками цента, так они быстро летали по гладкой поверхности. Раздражающий писк прекратился. Мужчина занес палец над очередной закорючкой и после секундного колебания, нажал. Отсек заполнил громкий голос, при первых звуках которого цэтморреец побелел.

— Приветствую тебя, брат. Мы не виделись очень долго. Я решил лично заняться тобой и твоим попрыгунчиком. Моя " Сорра" приступила к работе.

Кира, не сдержавшись, хмыкнула. Возможно это нервное, но ее очень насмешило прозвище для звездолета цента.

— Попрыгунчик. — виновато объяснила она, повернувшемуся в недоумении мужчине. — Ты знал, что Кираан, сам прилетит?

Юрами вновь на нее взглянул, словно она ляпнула, что-то, неприличное.

— Что? — не поняла его реакции девушка, — Вижу, не знал.

"Цэтморрею" ощутимо тряхнуло. Кира не удержавшись начала заваливаться назад, но Юрами успел ее поймать, сам чудом удержавшись на ногах. Он усадил ее в кресло, тряхнул головой и, вновь подойдя к панели произнес.

— Приветствую тебя, Управляющий. Рад слышать твой голос. — Кира могла покляться, что вовсе он не рад, — Это великая честь для меня — принимать твою помощь. Не откажи мне в одной просьбе, брат. Когда мы будем в ангаре "Сорры", прошу подняться тебя на борт "Цэтморреи". - как ни старался, Юрами, скрыть дрожь в своем голосе, девушка ясно ее различила. Он боится? Или… Настолько ненавидит, что не может взять под контроль свои чувства.

— Убить меня хочешь? — с насмешкой раздался снова голос Управляющего, заставив Киру вздрогнуть.

"Убить?"

Юрами тяжело вздохнул, медленно выпуская из себя воздух. Кулаки его сжались.

— Я не шучу. У меня есть важный разговор. И поговорить мы можем только здесь, с глазу на глаз. Я прошу тебя, Управляющий.

— Нет. — твердо заявил Кираан, — Не хочу предоставлять службе безопастности дополнительные козыри против тебя. Поговорим наедине на "Сорре".

Кира слушая этот диалог ошарашено чесала голову. Юрами по словам брата выходил каким-то преступником-рецедивистом, а не ученым. И еще убийцей.

Юрами опустил голову, не решаясь более на просьбы. Он подошел к девушке, опустился перед ее креслом на колени.

— Ничего страшного, Кира. — произнес он, взяв ее за руку, — Так будет даже легче.

— Ага, — кивнула головой девушка, — Особенно легко будет мне! Практически голой! На глазах у всех!

Цент опять виновато опустил голову, но промолчал. Затем поднялся и подошел к панели.

— Выходи, Юрами. — раздался голос Кираана.

Мужчина обреченно опустил плечи и развел руками.

На Киру разом навалилась робость, сердце взволнованно застучало вдвое быстрей, ладони вспотели. С трудом поднявшись на ноги она двинулась к выходу.

— Пойдем. — позвала девушка, замершего столбом цента.

18.

Они спустились на нижний уровень. Юрами шел немного впереди, а Кира, цепляясь за его руку, еле передвигала ноги от волнения и страха, сзади. Сейчас, ей было абсолютно все равно, что несколько часов назад он кого-то убил. Да, хоть целую роту! Сейчас, в этом мире, на несколько миллиардов световых лет вокруг, ей не на кого больше положиться и некому доверять, кроме этого цента.

Остановившись перед столбом, мужчина занес над ним ладонь, но девушка быстро перехватила его руку, отводя в сторону.

— Ты мне обещал! — прошептала она, глядя ему в глаза. Юрами твердо кивнул, сжав ей пальцы.

— Не бойся, Кира! ТЕБЕ нечего опасаться.

Он опустил ладонь на столбик, и ракушка быстро раскрутилась, открывая выход. Цент шагнул к пленке, потянув девушку за собой. Они замерли на мгновение перед мерцающей преградой, крепко взявшись за руки. Кира в последний раз судорожно выдохнула, ощущая в груди расползающийся холод плохого предчуствия. Она с непонятной грустью оглянулась назад на темное нутро звездолета, и в этот момент мужчина шагнул наружу, вытаскивая за руку и ее.

Первое, что бросилось ей в глаза — это огромные размеры ангара, куда их втянул корабль Управляющего. Здесь с легкостью разместилось бы и десять подобных "Цэтморрее" звездолетов. Их катерок выглядел немного потерянно и жалко на огромной посадочной платформе "Сорры". Вверху переплетались, как огромные сосуды толстенные трубы. Такие же толстые, но прзрачные трубы в некоторых местах выростали из пола и тянулись ввверх, пронзая потолок. Освещение было знакомое — зеленоватый неровный свет.

Кто их встречал, Кире из-за спины цента видно не было.

— Спускайся, брат, — раздался знакомый голос, — За свои деяния нужно отвечать.

Девушка почуствовала, как Юрами вздрогнул, но продолжал молчать и не двигался с места. Кира испугалась — так, чего доброго, его повяжут, а он и слова не обронит. И она останется одна. Вырвав свою ладонь, Кира шагнула в сторону, выходя из-за спины мужчины, где оставалась незамеченной, и прямо взглянула на делегацию у трапа. Всего лишь трое цэтморрейцев — один впереди и двое по бокам, и чуть сзади.

Кираан, а впереди, по мнению девушки, несомненно был он, коротко мазнул по ней презрительным взглядом, задержавшись немного на ее босых ногах, и поднял вверх правую руку. Двое по бокам, тотчас синхронно сделали назад несколько шагов и вновь замерли в прежних позах. Управляющий же подошел вплотную к трапу, так, что Кире были видны его тусклые черные глаза, словно две лужи с мазутом, на темном оливковом лице. Схожести между братьями она не находила никакой.

Кираан, легко тряхнул, убранными в хвост, койсами, незаметно выдохнул.

— Юрами… — глухо произнес он, быстрым движением потерев лоб. — Считаешь, мало привлек к себе внимания? ЧТо ты притащил с собой?

Кира была уязвлена до глубины души этим надменным "что". Словно она обезьяна какая-то. Да, даже обезьяна считается — "кто".

— Управляющий, я… прошу, — обрел дар речи, наконец, Юрами, — Прошу…

— Откуда ты притащил это? — требовательно перебил его Кираан, вперив свой мутный взгляд в девушку.

Кире, сколь напуганной бы она ни была, терпеть унижения еще не приходилось в своей жизни. Вот как-то обошло ее это стороной. Поэтому смолчать было выше ее сил.

— ЭТО слышит и все понимает. — твердо произнесла она, заглянув на мгновение, Управляющему в глаза. — На моей родине, считается невежливым, обсуждать че… кого-либо, в его же присутствии. Извините. — добавила в конце речи, растеряв всю свою отвагу.

Кираан вдруг запрокинул голову и громко рассмеялся, затем так же резко оборвав смех, поднялся по трапу, на ходу стягивая с себе какой-то плащ-камзол, и накинул на плечи изумленной девушке.

Кира от нахлынувших эмоций, чуть не лишилась чувств. Еще и Юрами рядом рухнул на колено, уткнувшись лбом в согнутую руку. Она инстинктивно закуталась в теплый пиджак, под вновь ставшим презрительным, препарирующим взглядом главного цента.

— Юрами, на тебя наложено обвинение за связь с террористической организацией "Новый мир", — перевел он взгляд на макушку брата, — За пособничество в распространении…

— Но он не виноват! — перебила взволнованно Кира, — Его же подставили. Юрами мне рассказывал…

Кираан повернулся, гневно сверкнув усталыми глазами.

— Помолчи, ребенок чужих звезд. — приказал он повелительно.

— Я не буду, — на остатках воли возразила девушка, понимая, что Юрами сейчас уведут, — И я взрослая личность, а обвинять голословно, без доказательств…

— Они есть. — вставил Управляющий, на удивление спокойно. — И закрыть на них глаза, как поступал я обычно, уже не получится. Он развернулся и сделал знак рукой, стоящим неподалеку центам. Двое встрепенулись и рысцой бросились к трапу, поднялись, встав по бокам от Кираана.

— Поднимайся. — приказал Управляющий.

Юрами медленно встал на ноги, виновато вглянув на Киру, опустил голову.

— До выяснения всех деталей, ты будешь содержаться в тюрьме на Умойч. — закончил Кираан и начал спускаться по трапу, следом за ним понуро шел, не оглядываясь, его брат с конвоем. Кира совершенно потерянная и, сбитая с толку таким поворотом дел, продолжала стоять у открытого входа в "Цэтморрею".

"Вот так. И поделом тебе." — горько подумала она.

— Я еще долго буду вынужден ждать тебя, взрослая личность? — донесся до нее едкий голос цента.

Кира увидела, что Управляющий не ушел, а остановился у основания трапа и с недовольным выражением лица смотрел на нее.

— Кира. — пробормотала она, спускаясь.

— Что?

— Мое имя — Кира. — встала она рядом с ним. — Рада знакомству. Твой брат много рассказывал о тебе.

— Правда? — удивился Кираан, чему-то усмехнувшись.

— Нет.

Цент нахмурился, сурово спросил:

— Для чего, тогда ты соврала?

Кира испуганно замотала головой.

— Нет, нет. У нас просто так принято говорить при знакомстве…

— Говорить неправду?

— Да нет же! Так говорят, когда хотят сделать приятно собеседнику, показывая этим, что о нем знают и думали. — вывернула девушка, переступая ногами по холодному полу.

Кираан тряхнул койсами, но промолчал, однако вид у него оставался кислый. Он развернулся и широко шагая, направился в сторону прозрачной трубы. В одну из таких центы затолкали унылого Юрами. Перед тем как скрыться из виду, он нашел глазами Киру и украдкой послал ей короткую, задорную, ободряющую улыбку и подмигнул. Подмигнул. Она даже остановилась от неожиданности. Девушка вспомнила, как объясняла ему однажды значение этого универсального жеста. В данной ситуации это могло означать, что мужчина либо хотел приободрить ее — вроде, прорвемся, — либо негласно предложил стать его сообщником. Но Кира вовсе не собиралась вмешиваться в его интриги и влезать между двумя братьями, она только хотела как-нибудь вернуться домой.

Кира плотнее закуталась в теплый пиджак управляющего и поеживаясь от пробирающего озноба, поспешила за Кирааном, который был уже у трубы.

— Входи. — указал рукой он на серебристую платформу-поршень внутри.

— М-меня тоже за пособничество? — испугалась вдруг девушка, нерешительно заглядывая в полость этого лифта.

Управляющий поморщился, потер лоб, словно его уже давно мучает головная боль.

— Стоит?

— Нет, мне ничего не известно. — тут же открестилась она, а в голове встал фрагмент недавнего проишествия — убийства рыжего. Не получится ли так, что скрывая это, Кира автоматически станет подельницей Юрами. Она, неосознанно копируя жест цента, задумчиво потерла лоб. — Я в первый раз об этом слышу. Мы с Юрами были не особо близки — просто попутчики и все. Он…

Кираан предупреждающе выставил ладонь.

— Подожди. Не сейчас. — не терпящим возражений тоном оборвал он ее, принуждая войти в прозрачную кабину, шагнул следом. Платформа плавно и быстро взмыла вверх. — У меня сейчас нет желания возиться с тобой. Ваше прибытие оторвало меня от важного занятия. Перенесем допро… нашу беседу на планету.

Кира кивнула головой. А потом вспомнила, что это ничего не объяснит мужчине, сказала:

— Хорошо.

В горле начинал собираться ком от обиды и унижения, глаза защипало. Почему с ней обращаются, как с какой-то нелегальной эмигранткой, словно она с боем пробивалась на эту Цэтморрею. Да не сдалась ей эта планета тысячу лет.

Накрутив себя таким образом, Кира принялась украдкой шмыгать носом, отворачиваясь от цента и глотая тайком слезы.

Платформа остановилась и они оказались в широком серебристо-белом коридоре. Кираан не обращая на девушку внимания, подошел к массивной перегородке, которая при его приближении бесшумно отъехала в сторону.

— Проходи. — бросил он через плечо.

— Куда ты меня привел? — спросила Кира, стараясь скрыть слезы в голосе.

— Жилой отсек. Мой личный. Пойдем. — Управляющий ухватил ее за локоть и провел по небольшому коридору, остановившись перед неприметной дверью. — Вот. — махнул на нее рукой. — Здесь ты проведешь первые несколько дней. Это изолятор. — с этими словами он втолкнул замешкавшуюся девушку внутрь и захлопнул дверь.

От неожиданности Кира даже ничего не успела сказать, стояла и открывала-закрывала рот, как рыба, выброшенная на сушу. Оглянувшись, она поняла, что стена отделяющая комнату от коридора, абсолютно прозрачная. Кираан стоял по ту сторону и смотрел на нее, потом развернулся и скрылся за соседней дверью.

19.

Киру разбудил самый противный в мире звук — голос Управляющего, цента, которого она записала в свои личные враги. Не открывая глаз и отворачиваясь от ярко вспыхнувшего освещения, она процедила сквозь зубы:

— Не ожидала тебя с утра пораньше. Подцепишь еще что-нибудь от меня, Твое Величество.

— О! — услышала девушка восторженное восклицание незнакомого голоса, — Ги Управляющий, она разговаривает! И как непочтительно!

Кира резко села на кушетке, на которой вчера уснула, вволю наревевшись, кутаясь в ненавистный пиджак. Перед ней стояли Кираан и какой-то неизвестный цент преклонных лет, судя по глубоким морщинам на лице. На старике была защитная одежда в виде прозрачного балохона и пузыря-маски.

— Зря пренебрегаешь защитой Ги Управляющий. — проворчал он, разглядывая девушку. — Не могу даже вообразить, где подобрал твой непутевый брат это существо?

Кира резко выдохнула. Вчера, после часовой истерики, успокоившись, она подумала, что изолятор — это в принципе здравая мысль, и если бы ее культурно попросили и объяснили важность этих мер, то разве бы она упрямилась и возражала бы? Нет. Но с ней поступили, как с неразумным животным — загнали в загон и заперли. Ни тебе поесть, ни попить, из удобств — туалетная комната метр в квадрате.

— Да, Кираан! Не бережешь ты себя, не бережешь. — проговорила Кира насмешливо, так ее покоробили высказывания пожилого мужчины. Управляющий вздрогнул, потемнел, но промолчал. Но не смог смолчать второй цент, лицо его в пузыре вытянулось от возмущения.

— Как ты смеешь дикарка….

— Замолчи. — оборвал его Кираан, подняв ладонь вверх, — Я не за этим тебя позвал.

— Прошу простить, Ги Управляющий, но эта грязная чужачка…

— Я не грязная! — возразила девушка, — Я, может быть почище вас буду. Мыслями так уж точно. — она встала с кушетки, запахнув посильнее на груди пиджак, — А то, что волосы не причесаны, или то, что я недостаточно одета, так это Юрами виноват. Утащил меня, можно сказать, прямо из постели. А у вас даже расчесок нет! — выговорившись Кира села, болезненная слабость никуда не делась после нескольких часов сна.

— У меня есть этот предмет. — неожиданно произнес Кираан, рассматривая голову девушки, — И я отдам его тебе, Кира, если ты позволишь доктору осмотреть себя. — неожиданно мягко произнес он, назвав ее по имени. Она смутилась, сложно ненавидеть, и считать врагом, когда с тобой начинают разговаривать по-человечески.

— Это он врач? — указала она взглядом на цента.

— Да.

— Ну, хорошо. — неуверенно согласилась девушка, — Только если он перестанет меня оскорблять.

— Мартэ не будет. — пообещал Управляющий, и Кира явственно различила угрозу, сквозившую в его словах.

Врач угрюмо поджал свои большие отвисшие темные губы, и приложив ладонь к груди, склонил покорно голову.

— Я мастер своего дела! — гордо заявил он, — Если это нужно Управлящему, я отрину ненужные эмоции, только и ты девочка проявляй уважение.

— Легко! — одобрила Кира, — Я, вообще, не люблю конфликтов, и по возможности стараюсь их избегать.

— Приступай уже. — нетерпеливо оборвал их словесные расшаркивания Кираан. Вид с утра он имел такой же недовольный, разве только менее усталый, чем вчера.

Доктор поспешно шагнул к кушетке, выуживая из карманов небольшую прозрачную трубочку. Размял ее в ладонях, придав форму вытянутого овала.

— Руку.

Кира высвободила конечность из длинного рукава и протянула центу. Не прикасаясь к ее коже, он налепил полученную желеобразную субстанцию ей на запястье. Отошел на пару шагов назад. Замер в излюбленной позе центов — ладони на плечах. Кираан же стоял как изваяние с момента своего прихода, не шевелясь.

Девушка с любопытством осмотрела нашлепку, которая постепенно наливалась голубым свечением. Она прищурила глаза, пригляделась, внутри еле различимые вспыхивали и исчезали искорки. Подняв голову, наткнулась на высокомерный взгляд старика.

— Примитивный ум это может испугать. — обронил он презрительно, кривя губы. Кира даже засмотрелась — они были чрезвычайно подвижные.

— Тебе нечего стыдиться, у каждого свои слабости. — ужалила его она в ответ. И хоть он раздражал ее ужасно, девушку коробило, что ей приходиться говорить "ты" старшему по возрасту и тем более Управляющему, потому что другого, более уважительного обращения, в цэтморрейском языке не существовало. Были приставки к именам, но их она не учила.

Врач фыркнул, открыл рот, но предупреждающий взгляд Кираана, заставил его преждевременно закатать губы.

— Мартэ, не пора?

Доктор безмолвно согласился, приблизившись к девушке, и с силой отодрал немного затвердевший материал.

— Ой! Больно же. — возмутилась она, обхватывая запястье.

— Мартэ! — сурово произнес Управляющий, вложив в одно это слово столько красноречивого смысла, что Кира нервно поежилась.

Старик огляделся и тяжело вздохнув, прилепил массу на ближайшую стену, растянув ее в форме прямоугольника.

— Никаких условий! — сокрушенно пожевал он губами, с интересом вглядываясь в этот прозрачно-голубой лист. Кираан неожиданно ожил и, потеснив пожилого у стены, устремил свой взор туда же.

— Что скажешь, Мартэ?

— Скажу, что девочка сильно истощена. Специфически, видишь? — ткнул он пальцем в верхний угол экранчика. Управляющий согласно склонил голову, кинув на Киру короткий задумчивый взгляд. — Это следствие долгого нахождения в условиях космоса без обязательной подготовки организма, видишь, — Кираан только молчаливо соглашался, не перебивая, — Органы не функционировали нормально, особенно пострадали головной мозг и костная ткань. — рассказывал Мартэ ровным тоном, как будто перечислял ингредиенты в суп, — Слабость, головная боль, перепады настроений, некачественный сон, что-то было из этого в последнее время? — обратился он вдруг к девушке.

— Да. — помертвевшими губами произнесла она, слушая эти страшные вердикты. Вспомнила, что действительно, бывало.

— А вот, посмотри! — опять указал старик Кираану куда-то, — Юрами, очевидно, было не все равно, что будет с этой чужачкой. Он стремился нивилировать последствия. — Мартэ с чувством почмокал губами, — Пожалуй, если бы не он, дела бы обстояли намного хуже.

Кираан шумно выдохнул и, сжав кулаки, отошел от стены.

— Если бы этот недоумок, иногда думал, последствий не было бы совсем. Никаких. — глухо процедил он, наблюдая за Кирой.

— Так, это все не страшно, — отмахнулся доктор, продолжая изучать нашлепку, — Ги Управляющий! — вдруг встрепенулся он, разворачиваясь, — Ты только взгляни!

— Что там? — не выдержала и девушка, — Я опять в шаге от смерти?

Но центы дружно проигнорировали ее реплику.

— Мартэ!

— Да, Ги Управляющий. — гордо подтвердил старик, словно сделал открытие. — Это яд, часть клеток необратимо изменена, — и они так же дружно повернулись и смерили Киру удивленными взорами, — И она жива!

Кираан, вероятно разглядевший на лице девушки испуг, неожиданно сорвал материю со стены и свернув в изначальный вид, сунул доктору в карман.

— Не торопись, Мартэ. Но к вечеру, чтоб все результаты были. А, сейчас, помоги Кире.

Старик, двинувшийся уже на выход, озадаченно развернулся, вопросительно взглянул на Управляющего.

— Нет, лучше иди. Но я тебя предупредил — без лишних разговоров. — раздраженно махнул рукой тот в сторону двери. Цент почтительно приложил ладонь к груди, и пятясь, торопливо скрылся из виду.

Кираан, как-то устало прикрыл глаза и, набрав в грудь побольше воздуха, задержал дыхание. Медленно выдохнул, словно успокаиваясь. Вид у него был неважный.

Девушка, конечно не могла считаться специалистом по цэтморрейцам, но Юрами был какой-то другой, живой, что-ли, да даже старик-доктор. А управляющий, Кира украдкой наблюдала за ним, из-под полуопущенных ресниц, привалившись к стене от слабости, Управляющий был словно мумия с мутным взглядом.

Она не смогла сдержать зевок, и как воспитанная девушка, прикрыла рот, зарывшись лицом в полу пиджака. Ей очень хотелось спать, даже услышанные диагнозы уже не сильно пугали. Кира едва сдерживалась, чтоб не прилечь прямо сейчас.

"Почему он не уходит?"

— Кираан, я хочу спать. И, как грязная дикарка, могу себе позволить говорить прямо. Уйди. — посмотрела она на него. Управляющий напрягся, закаменел и без того безжизненным лицом. Девушка лениво подумала, что возможно серьезно нарушает местную субординацию, иначе как объяснить странную реакцию цента на свое имя.

— Необходимость в изоляторе отпала. Ты не представляешь опасности. — сообщил он вдруг ей.

20.

Кира сидела на кухне и пила чай. Ее родители находились здесь же — смотрели горячо любимый мамой сериал "Секретные материалы". Девушке он не то, чтобы не нравился, просто смотреть в третий раз одно и то же было уже не интересно. Она улыбнулась, вспоминая, как пару лет назад они вот так же сидели втроем. Было здорово. Из папиного ноута до нее доносились реплики героев. Кира прислушалась, гадая, что это за серия.

— Это не человек, а чудовище! Его нельзя поместить в учреждение! — так, это Малдер, уж его то голос она не спутает никогда. К тому же без дубляжа. Всегда смотрели только так, благо и родители и сама девушка владели английским, как родным.

— А что прикажите с ним сделать? В зоопарк поместить? — Скиннер. Кира задумалась, никак не могла припомнить дальнейший сюжет.

— Да, Кира! — обернулась к ней мама строго, — Что прикажешь им с тобой делать? А?

Девушка открыла, рот в недоумении, не понимая о чем речь.

— Да, да. — склонил голову папа, взглядом поверх очков, осуждая непутевую дочь, — Ты чужая здесь. Чужая.

— Но мама, я…

— От тебя, я предчуствую, будут одни проблемы. — пробубнила мама, другим странно знакомым голосом, шамкая губами, — Говорил я Ги Управляющему — отправь девчонку на Харму. — а это уже старик-доктор, сидит на ее кухне, устроив ладонь на папином колене.

Папа согласно закивал.

— А что! Идея здравая. — проговорил он, тоже превращаясь в старого цента.

— Здравая! — подтвердил Мартэ у ноутбука, — Да только Ги Управляющий против.

— Пошел вон из моего дома! — закричала Кира, вскакивая, и не узнавая родных стен. — Всего лишь сон. — простонала она, падая обратно на спину. И опять эти люльки вместо нормальных человеческих коек. Что за мания такая у цэтморрейцев закукливаться в стены на время сна?

— Твоего дома? — возмутился доктор, который почему-то обретался здесь же, в комнате, которую выделил ей Кираан вчера, или сегодня, определить это с ходу девушка не могла. — Это личный крейсер Ги Управляющего, "Сорра".

— "Сорра", "Сорра". Я помню. — пробубнила она, потягиваясь, — А что ты, уважаемый Мартэ, делаешь в моей комнате? — рискнула Кира назвать старика по имени. Лицо доктора неожиданно обмякло, губы одобрительно подтянулись.

— Ги Управляющий распорядился. — ответил он, — Ему на планету нужно, а он здесь — и все из-за тебя! А что с тобой будет? — девушка пожала плечами, на этот риторический вопрос. Доктор подумал немного, перебирая толстые койсы, падающие на грудь. — Я ему так и сказал: девчонка молодая и здоровая, почти, она не одну нору пророет, прежде, чем издохнет.

— Какую нору? — ошалело переспросила Кира, бросив свое занятие. Она отчаянно принюхивалась к себе, пытаясь определить, есть запах пота или нет — второй раз она спит в этом пиджаке и просыпается вся мокрая. Очевидно из-за болезни. — В смысле издохнуть?

— Мартэ! — грозный оклик заставил обоих взрогнуть. В комнату, незамеченным ими, вошел Кираан. — Все готово? — вопросил, у почтительно замершего с рукой на груди, цента. Одет Управляющий сегодня был во все черное, что по-мнению Киры ему не шло, вчера в растянутой кофте, он выглядел выигрышнее. Кофта хотя бы отвлекала внимание от мертвых глаз.

— Только проснулась. — доложил старик центу, — Кричала. — он, неодобрительно зыркнул в сторону девушки, добавил, — Звала мужика!

Кираан перевел мутный взор на Киру.

— Что? — подалась вперед она возмущенно, едва не вывалившись из люльки, — Это поклеп!. Я только глаза открыла, а он меня уже на Харму отправить хочет, землю рыть. — Кира зло выдохнула, откидывая с лица всклокоченные волосы, — И, вообще, что происходит? Почему я вторые сутки сплю, как… Сплю? Что он мне колет? — девушка вылезла, встав напротив центов. — Что за отношение, вообще, к гостям? Я на Цэтморрею не собиралась, не хотела, но так вот сложились обстоятельства. — Кира вновь набрала в грудь воздуха и сделала пару шагов назад, — Наконец, — подняла она вверх палец, — Я, как официальный и единственный представитель планеты Земля, прошу оказать мне содействие и всяческую помощь для скорейшего возращения меня домой. Юрами обещал.

Управляющий, неожиданно, коротко рассмеялся. Тряхнул убранными в высокий хвост койсами. Затем вновь нахмурился, сведя бровные дуги.

— Юрами преступник. Было бы намного лучше, если б он остался на твой планете. И если ты рассчитываешь на благодарность, то это сомнительная заслуга — помочь ему вернуться. — резко сказал он ей.

У Киры подкосились ноги.

— Но он бы не смог там жить! Он слишком другой. — возразила она тихо, — Юрами спас меня, а я что, должна была обречь его на такое?

Кираан зло усмехнулся, заложил руки за спину.

— А ты спасла его. Дважды. Я все знаю. — заговорил он отрывисто, рубленными фразами. — Он обо всем поведал. Трус и слабак! — выплюнул цент презрительно те же слова, какими обзывал себя не так давно сам Юрами. Кираан развернулся к старику, приказал, — Мартэ, свободен.

Доктор шумно выдохнул, возможно в первый раз за последние две минуты, и исчез за дверью.

— А он тебя обрек. Без колебаний.

Кира потрясенно молчала, в голове все перемешалось. Но ведь Юрами дал ей право, самой все решить. Выходит, самостоятельно выбрать свою судьбу у него не хватило смелости. Действительно, на Цэтморрее — тюрьма, на Земле — почти тоже самое. Хрен редьки не слаще.

— Это не он. Я сама так решила. — проговорила она потерянно, — Сама.

— А ты в этом уверена? — раздался голос Кираана совсем близко. Девушка подняла голову и поняла, что же ее так пугало в лице цента — в его глазах ничего не отражалось. Совсем.

— В твои глаза смотреть мне больно, и не смотреть уже не в силах… — на ум ей пришли строки, услышанные когда-то давно, миллиард лет назад, по телевизору, — Я столько лет жила спокойно, но как жила — почти забыла…

Стихи разумеется были про любовь, а это не совсем то чувство, которое Кира испытывала, когда глядела мужчине в глаза, точнее категорически не то. Но как же верно они передавали суть. Девушка просто смаковала их, произнося ещё раз мысленно. И только, заметив, что Кираан дернулся, отступив от нее на несколько шагов, поняла, что в первый раз она, не задумываясь, перевела с русского на цэтморрейский и даже не заметила этого. Это рекорд. Когда Кира учила английский, у нее несколько лет ушло на то, чтобы начать думать на этом языке.

— Кираан, ты будешь смеяться, — решила все разъяснить девушка, выставив в бессознательном жесте ладони. — Я случайно подумала вслух, вот и все. А оказалось, что я уже формирую мысли на цэтморрейском. Представляешь?

Заметно было, что цент не представлял, и представлять не собирался. Его напряженное лицо ясно свидетельствовало об этом. И смешно ему тоже не было.

Кира подумала, что если сейчас расскажет об истинных своих ощущениях, когда смотрит в эти черные дыры, то может потерять не только своего, возможно единственного покровителя на этой планете, но и шанс на возвращение домой.

— Ну сказала и сказала! — буркнула девушка, сконфуженно, признаваться в липовых чувствах ей ещё не приходилось, — У вас что, это запрещено?

Управляющий тряхнул головой и отступил ещё на шаг к выходу. Поморщился, потирая лоб.

— Я должен уже быть на планете. Больше ждать не могу. — заявил он неожиданно. Кира испугалась, перспектива остаться одной на огромном корабле, а может и не одной, а с толпой недружелюбно настроенных центов, ей не нравилась.

— А я? Я не хочу здесь оставаться.

— Мартэ зайдет за тобой. — сказал Кираан и скрылся за дверью.

21.

Осмотревшись, после ухода Кираана, Кира обнаружила в своей каюте личный снитарный блок. Условия на "Сорре" не шли ни в какое сравнение с условиями на зевздолете Юрами. Чего стоила одна только очищающая жидкость. Тщательно вымывшись, девушка не чуствовала совершенно никакого дискомфорта, сухости и стянутости кожи, как всегда бывало ранее. А волосы! Хоть и по-прежнему спутанные, но и на мочало они уже не походили. Натягивать на такое чистое тело старую грязную пижаму, ей не хотелось совершенно. Пришлось стирать.

Накинув на себя пиджак цента, который Кира уже считала абсолютно своим, а в условиях такого долгого дефицита одежды, каждая тряпка, греела душу, девушка вышла из блока в комнату. Еще раз осмотрелась и заметила неприметную дверцу. Открыв ее, чуть не села от избытка эмоций — одежда. Ровные рулоны, уложенные пирамидкой.

Кира торопливо распаковала один, освободив от шуршащей обертки, и следом еще два. В итоге перед ней на полу лежали — две майки и бриджи по колено. Она с наслаждением, которое может понять только девушка, облачилась в новый наряд. Удивительно, но все было почти впору.

Кира вернулась в санитарный блок и посмотрела на себя в зеркало. После шелковой пижамы, в этом образе она почти монашка. Уже собираясь уходить, девушка обратила внимание на большой дугообразный предмет с частой жесткой щетиной, лежавший под отражателем на панели. Она взяла его в руки, покрутила и со всей мочи треснула об пол — штуковина раскололась практически пополам.

— А вот и расческа!

Кира унесла один обломок и положила в люльку, а вторым принялась осторожно чесать шевелюру. Получалось плохо. И все же спустя полчаса она не узнала свое отражение, так привыкла к своему взлохмаченному виду. Волосы девушка заплела в две тугие косы, завязав их лямками старой пижамы.

В комнате ее уже поджидал Мартэ. Девушка его даже и не узнала сначала, так он преобразился сменив свой потертый грязный комбинезон на широкие штаны и кафтан ниже колена. Увидев Киру, он замахал руками, губы его возмущенно отвисли.

— Ги Управляющий из-за нее отложил собрание в Сайма, а она не одета еще. — прошипел старик. — Дурная порода!

Кира удивленно оглядела себя. Нормально, вроде, для такой жары. Не звездолеты, а инкубаторы какие-то.

— Мартэ, я начал жалеть, что вспомнил о тебе. — раздался голос Кираана от дверей. — Еще одно нарекание и ты отправишся обратно в свою пещеру.

Старик поспешно рванул к шкафу и выгреб еще несколько рулонов, кинул их под ноги Кире.

— Одевайся.

— Но я одета! — заупрямилась девушка, — Дайте мне обувь лучше.

— Кира, это нижняя одежда. — пояснил Кираан, — Я не против, — усмехнулся вдруг он, — Но ты будешь привлекать слишком много внимания. Этого не нужно.

Кира быстро присела и торопливо распечатала, брошенное под ноги. Рубашка, широкие брюки, плащ с капюшоном до колена. Мартэ принес еще и пару закрытых ботинок на толстой подошве.

— Отлично!

— Мартэ, останься, собери ее вещи. — отдал распоряжение старику Управляющий. И не говоря больше не слова, развернулся, взмахнув койсами, и вышел в коридор. Кира поспешила за ним.

Снаружи, по обеим сторонам дверей, каменными изваяниями стояли два цента. Те же это были мужчины, что увели Юрами, или нет, девушка определить не смогла, но выглядели они так же. При появлении Управляющего они отделились от стены и встали позади Киры.

— Твоя охрана? — спросила она затылок Кираана.

— Нет.

"Значит мои надзиратели." — пришло ей на ум.

Потом они вчетвером довольно долго летели по трубе, причем девушке начинало казаться, что передвигаются они и вниз и вверх и вправо-влево, и иногда вниз головой, такие противоречивые сигналы посылал ей вестибулярный аппарат. Наконец, поршень- платформа остановилась и Кира с облегчением выбралась из лифта.

Место где они оказались было похоже на тот ангар, где стояла "Цэтморрея", только гораздо меньших размеров.

Кираан, не задерживаясь, направился к стоящим в ряд серебристым аппаратам, имеющим вытянутую треугольную форму. Замер перед зеленой световой полосой. При его приближении две машины практически бесшумно поднялись над полом и покинули строй, опустившись по обе стороны от Управляющего, на желтую разметку в ввиде трех окружностей, пересекающихся друг с другом.

Кира старалась не отставать от мужчины. Она думала, что вокруг должны сновать центы, выполняющие свою работу, ведь "Сорра" такая большая, но в ангаре кроме их четверки не было никого.

Кираан шагнул к аппарату, жестом показав что-то сопровождающим мужчинам. Они почти синхронно склонили головы и разделились. Один пошел к Управляющему, а другой ухватил Киру за локоть и потащил ко второй машине.

— Кираан. — испугалась девушка. — Куда он меня тащит? Отпусти. — вырвала она свою руку, но цент ловко поймал ее снова.

— Кира, — остановился Управляющий, — Форрмы двухместные. — ей показалось, что он даже сделал свой цэтморрейский покер-фэйс, типа — ну ты че, совсем? Но, так как его глаза абсолютно ничего не выражали, уверенности стопроцентной у нее не было.

— И что? Я полечу с тобой. А они, — кивнула она на центов, — Вдвоем пусть.

— Хорошо. — после недолгих размышлений согласился Кираан. Кира увидела, как он поморщился, отвернувшись. Похоже, кто-то кого-то еле выносит. Махнув рукой сопровождению, мужчина залез в аппарат.

Внутри форрма было, как в лучших фантастических фильмах. Плавность форм, изящность линий, панорамный обзор — все это не об этом аппарате. Внутри этой адской машины было глухо, как в танке, темно и не удобно. Перед двумя сиденьями располагалась небольшая панель и экран вместо окна.

— Кираан, я вижу, что моё присутствие на вашей планете, воспринимается большинством центов очень негативно, — осторожно подбирая слова, принялась прощупывать почву девушка, устраиваясь на сидении рядом с Управляющим, — И тебе, я не хочу доставлять хлопот…

— Много центов уже видела? — перебил ее Кираан, поворачивая к ней голову.

— Ну… Помимо Юрами — тебя и доктора. И ещё эти двое за нами, очень подозрительно смотрят.

— Подозрительно смотреть — их работа. А на Мартэ не обращай внимания.

Кира мысленно закатила глаза. Придется подходить с другой стороны. Спрашивать в лоб о том, планирует ли Управляющий помогать ей с возвращением домой, она не решалась, опасаясь получить прямой отрицательный ответ.

— И почему в вашем транспорте нигде нет ни иллюминаторов ни смотровых окон? Неужели это удобно?

— Очень удобно. — ответил цент, расположив руки на панели, — Особенно учитывая тот факт, что свет от Феррмы может навсегда лишить зрения уже через десять минут после открытого контакта, а если использовать фильтры, то сквозь них абсолютно ничего не будет видно, поэтому лучше уж так, по приборам.

— Что? Но как же это? Как вы тогда здесь живёте?

— Сейчас узнаешь.

22.

Через несколько минут Кира почуствовала, что форрм начал замедлять движение. Управляющий, не отрываясь, смотрел прямо перед собой, хотя экран включен не был. Его длинные пальцы уверенно и плавно скользили по черной поверхности панели. Эти простые и какие-то знакомые движения рук вызвали в ней чувство дежа-вю. Оно было настолько сильным, что девушка даже тряхнула головой. Сколько раз она стояла за спиной Юрами, наблюдая за ним, возможно это и послужило причиной этого ощущения.

— Как ты ориентируешся, куда смотришь, монитор ведь не работает? — не вытерпела девушка.

— Знакомый маршрут.

Форрм аккуратно совершил посадку. Кираан откинулся на сиденьи и принялся, что-то искать позади себя, возя руками по полу.

— Вот. — протянул он ей сильно затемненный шлем-пузырь, — Надень на голову. Дыхательная смесь в резервуаре закончилась, поэтому просто затяни на шее. На три минуты объема шлема хватит. Покажу тебе кое-что.

— Постой, постой. Я не совсем еще разобралась в вашей системе измерения времени. Вернее, не разобралась совсем. — не спешила натягивать шлем Кира, — Двай простым счетом, — она взяла его холодную руку и положила на свое запястье, — Сколько пульсаций будет в минуте?

— Тридцать. — ответил цент, убирая пальцы.

— Немного. — натягивая пузырь на голову, огорчилась девушка, — Может не стоит? Если это так опасно? Где мы вообще? Солнце… Блин, Фермма Феррмой, но куда воздух — то девался? Смотреть нельзя, дышать нельзя.

— Не бойся. Ты не пожалеешь. — закрывая свои глаза устройством, отдаленно напоминающим очки, пообещал Кираан. — Затяни шею, там сверху есть углубление.

Кира нащупала на макушке пузыря выемку, нажала — шею тотчас плотно обтянуло, не передавливая.

— Выходим. — скамандовал цент, открывая дверь. Голос его немного искажался, но слышимость все равно была хорошая.

— Подожди, Кираан. Ты же без шлема!

Управляющий обернулся, нашел рукой ее пальцы и потянул за собой.

— Центы могут задерживать дыхание до десяти минут. — сообщил он и шагнул наружу. Защитная мембрана на форрме была плотнее и совсем не такая прозрачная, как на звездолете Юрами, и девушка только со второго захода смогла преодолеть ее сопротивление.

Сначала Кира не увидела ничего кроме больно слепящего света, даже через фильтр пузыря. Она истинктивно пригнулась, опуская голову книзу и пряча лицо. Следующим ее ощущением был адский зной.

— Кираан, я ничего не вижу.

— Проморгайся, глаза привыкнут. — услышала она его совсем рядом. — И не поднимай взгляд на небо, Феррма сейчас в зените.

Пока она усиленно моргала, Управляющий крепко уцепил ее за руку, выше локтя. Кира несмело подняла голову и испуганно вскрикнула, дернувшись. Они стояли на самам краю утеса немыслимой высоты горы. Внизу, под ногами была пропасть, дна ее видно не было из-за, проплывающих редких облаков. В некоторых местах тонкий слой разрывали правильные конусовидные пики, невероятная четкость и правильность линий которых, исключала естественное происхождение этих сооружений. Переместив взгляд вправо, девушка машинально отступила в сторону и неминуемо полетела бы в бездну, если бы руки цента не держали ее — стена исполинского здания-конуса высилась буквально в тридцати метрах от них и терялась где-то далеко вверху. Проследить взглядом до его окончания не дал Кираан, развернув ее лицом к себе.

— Не смотри. Ослепнешь.

— Что это? — потрясенно произнесла Кира. У нее кружилась голова от увиденного. — Я чувствую себя микробом.

Мужчина, попятился к форрму, не выпуская из рук девушку.

— Это Сайма. — глухо произнес он, — Все, что осталось от последнего города центов на поверхности Цэтморреи. — Кираан сделал еще один шаг к машине, — Нам пора.

— Нет. Нет! — Кира, извернувшись, вырвалась из его цепких пальцев, остановилась практически на краю пропасти, — Это… Это так необыкновенно! Дай еще одну минуту! Больше я такого нигде и никогда не увижу. — она развернулась лицом к обрыву. Далеко внизу серебрились облака. Кое-где в их полотне зияли просветы и девушка напрягала глаза, в упорном стремлении рассмотреть сокрытое. Она почуствовала легкое головокружение и подумала, что, наверное, это здорово — взять и шагнуть в пустоту. Никогда раньше ее не посещали такие мысли, но сейчас идея остаться в этом городе навсегда, казалась ей очень соблазнительной и наполненной каким-то особенным смыслом. Бездна манила, звала и Кира уже не могла отвести от нее глаз.

Неожиданно, когда девушка уже решилась, на ее талии сомкнулись сильные руки цента.

— Даже не думай. — спокойно произнес он и втащил ее в форрм.

— Ты…Что? — словно очнулась Кира, дыхания не хватало, перед глазами мелькали черные мушки. Она в панике принялась сдергивать с себя шлем, но он крепко обхватывал шею и не поддавался. Мужчина наклонился к ней и без затруднений быстро стянул пузырь.

— Хороший вид, правда? — спросил он таким тоном, словно говорил о погоде. — Не переживай, не только на тебя так действует это место. Много центов… — тут Кираан прервался и не стал договаривать.

— Для чего ты привез меня сюда? — удивилась девушка, с ужасом понимая, что если бы Управляющий ее не остановил, то она бы уже летела в пропасть.

— С этой точки самый лучший обзор. Разве тебе не понравилось?

Кира промолчала, погруженная в свои думы. Пред ее глазами все еще стояла картина древнего города, поражающего воображение своей величественной монументальностью. Сайма.

— Погоди, Кираан, так куда же мы тогда направляемся? — вспомнила она, что старик упоминал о каком-то собрании в Сайма, — Если это был последний город центов, то я совсем уже ничего не понимаю.

— Это был последний город центов на поверхности планеты, Кира. — уточнил он, не поворачивая головы.

— Я правильно поняла, что…

— Да. Наша жизнь проходит внутри Цэтморреи.

23.

Форрм во второй раз замедлился и круто спикировал вниз, совершив, однако, мягкую посадку. Кира не успела даже испугаться. Снаружи, рядом с их Кирааном аппаратом, обнаружилась машина центов-охранников. Мужчины были тут же, стояли недвижимо, вытянувшись в струну.

Девушка первым делом начала крутить головой, но это опять был лишь ангар. Форрмы различных форм и расцветок во множестве находились на этой огромной посадочной площади. Непонятно было — под землей они уже или это просто крытое сооружение. Окон, по-обыкновению, не было. И снова та же странность насторожила Киру — никого вокруг, кроме их четверки не было.

— А где народ?

Кираан устало повернулся к ней, освобождая койсы, затянутые в высокий хвост. Почесал облегченно голову.

— Кира, сейчас начало ночи. Все уже в ячейках, спят. Пойдем. — и он двинулся в конец этой парковки летающих машин, в сторону, уже знакомой девушке, трубы. Она поспешила следом, оглядываясь на молчаливых центов — не отставали. Хотя к их присутствию Кира уже, как ни странно, привыкла. Ей даже было спокойнее, что они вот так, сзади прикрывают тылы.

— А почему у тебя собрания по ночам? — ляпнула девушка и тут же прикусила язык — вот какое ей до этого дело?

— Я его уже перенес. Центы не работоспособны в это время суток. — Кираан слегка подтолкнул Киру в открытый проем на платформу, зашел следом. Мужчины остались снаружи и с каменными лицами стояли, сложив ладони на плечах, пока кабина не взмыла вверх.

— А они?

— Им тоже положен отдых, Кира.

Минут через десять, по ощущению девушки, когда она уже вся извелась, не зная куда девать глаза, которые, как норочно, все оказывались на фигуре и лице цента, лифт наконец прибыл к пункту назначения. Кира глубоко вздохнула, приготовляя себя внутренне, чтобы не слишком опозориться в случае чего, и шагнула вслед за Управляющим из ярко освещенной полости трубы, в сумрак неизвестности. Шагнула и ахнула, прижав ладошки к щекам — вид, открывшийся ее глазам был невероятный. Перед ней раскинулся огромный, просто бесконечный, подземный цэтморрейский город. Он был просто фантастический, вот подходящее слово для его описания. Город был настолько другой, отличный от всего привычного, что с трудом протискивался в границы ее восприятия, раздвигал и ломал их. Вызывал целую гамму чувств. Даже пугал чуть-чуть.

Лифт-труба доставил их на самый верхний уровень, начинающийся с террасы. Большая площадка, выделанная полукругом в скале, была самой верхней точкой и возвышалась над городом. Здесь были расположены ячейки Управляющего. Ячейки Юрами, его сестры и матери, о наличии, которых девушка узнала только что, находились на следующем.

Кира, ошеломленная размахом подземной инфраструктуры, замерла на месте, глаза ее разбегались. Громадные сверлоподобные пирамиды-конусы, тысячами гнездились вокруг. Рядом с этими гигантскими сооружениями, уходящими на немыслимую глубину вниз, круто закрученными вокруг своей оси, она вновь ощутила себя песчинкой, которую, случайно, вселенная-море выкинуло на чужой берег. Девушка не сдержалась и тяжело вздохнула. Даже воздух здесь был другой, слишком напитанный неизвестным ее носу резким запахом, с острой примесью йода и майских жуков, — в звездолете этот аромат не чувствовался так сильно. И тишина. Это не укладывалось в ее голове. Как могут сосуществовать два эти фактора вместе — многомиллионный, судя по размерам, город и кладбищенская тишина?

— Пойдем, Кира. — цент осторожно тронул ее за плечо, — В это время суток, я и сам не могу долго смотреть на Сайма. Она давит. — он развернулся и зашагал к выходу с террасы, темнеющему провалом на светлом и гладком полотне скалы. Девушка поспешила за ним. Оставаться один на один с этим городом, ей не хотелось.

Они в молчании преодолели недлинный, очень гулкий коридор, где эхо их шагов раздавалось на всем его протяжении, отскакивая от высоких арочных потолков и многократно усиливаясь, и вышли к небольшому водоему, явно искусственного происхождения. Вокруг пруда, закованного в серо-голубой камень, Кира с радостью увидела зеленые кусты шарообразных форм, а главное, высоко вверху, был небольшой затемненный прозрачный купол, сквозь который, Феррма яростно делилась своими лучами. На поверхности сейчас в самом разгаре день, а тут, в Сайма — ночь.

— Здесь три ячейки. — указал Управляющий на неприметные двери, скрытые в густой тени нависающей породы, — Занимай любую. Моя ячейка с другой стороны. — махнул он в противоположную сторону.

— Кираан, — решила она изложить ему суть своей проблемы, — Я уже говорила, что не хочу доставлять тебе хлопот, но…

— Кира. — резко оборвал он ее, — Ты полагаешь, я не понимаю, к чему эти разговоры? Твои маневры разгаданы с самого первого движения.

— Да? — удивилась девушка. Неужели цент понял, что она боится оставаться одна. С Юрами на звездолете было проще, каюта была в единственном экземпляре, а здесь — выбирай, не хочу. Проклятые кьяги! — А как ты узнал, что я не могу спать, когда никого нет рядом? Юрами рассказал?

Управляющий, удаляющийся к своей берлоге, вдруг обернулся, утопив Кирино отражение в вязкой черноте своих глаз, гасящих даже лучи Феррмы, подошел обратно.

— Это правда? — удивился он, — Я решил, что ты о возвращении домой речь ведешь.

— Да. — смутилась девушка, поспешно добавив, — Но и о втором хотела бы поговорить, но я не спешу.

Кираан некоторое время размышлял, задумчиво перебирая длинные койсы, и хмуря бровные дуги.

— А это точно не связано с теми твоими словами? Про глаза? — вдруг спросил он, подозрительно взглянув на Киру.

Девушку этот вопрос отчего-то обидел. Ему-то уж точно не стоит ничего опасаться.

— Это связано с кьягами. — зло пробубнила она, разворачиваясь к нему спиной и направляясь к его ячейке. — Если б твой брат не был бы раздолбаем, мне бы не пришлось никому навязываться.

— Да, ты права. — глухо проговорил Кираан, шагая за ней, — Из-за него ты чуть не погибла. За это, Юрами сгниет в своей норе, и я больше никогда не вспомню о нем. Никто не вспомнит.

От слов цента, брошенных таким холодным и равнодушным тоном, у нее зашевелились волосы и, как пишут в книгах, холодок пополз по спине, в буквальном смысле пополз, словно кто-то провел вдоль позвоночника ледяной ладонью. Кира развернулась и вздрогнула, напоровшись на искаженное в непонятной гримасе лицо Управляющего.

— Подожди, подожди. Кираан. Что значит — за это? Что значит — сгниет? За что он вообще в тюрьму помещен?

— За связь с хармийской террористической организацией. Десять лет. Я постановил.

— Ну вот. — успокоилась Кира.

— А за то, что в результате его действий, чуть не погиб представитель иной разумной расы — я развею его разум. — твердо добавил он и, отсекая возражения открыл дверь в свою ячейку. — Проходи. Или займешь свободную?

Кира проскользнула внутрь и даже не осматриваясь, встала перед центом.

— Но я же жива, и не пострадала практически. А он твой брат. — едва удерживая слезы, произнесла она, не замечая, что вцепилась мужчине в одежду. — Пожалуйста.

Кираан сурово посмотрел на нее с высоты своего роста, помолчал. Потом оторвал ее пальцы от кафтана и прошел вглубь комнаты.

— Тебе жалко его? Почему? — спосил он жестко, — Он убийца, ты знаешь. Видела. — у Киры открылся рот от удивления — как он узнал?

— Видела. И… Меня это испугало, сильно. Но мы с Юрами через многое прошли, и я думаю, мне ничего не угрожало. Потом, убитый, наверняка, был кем-то из этой преступной организации. Это ведь был хармиец, так?

— Да, ты права, это был член "Нового мира", хармиец. Но разве это меняет суть факта, Юрами — убийца.

— Для меня — меняет. И я не буду его осуждать за это. Я не судья. — твердо заявила девушка, смело встречая взгляд Управляющего.

Кираан первый отвел глаза, усмехнувшись. Кира заметила, как дрогнули его губы, перед тем, как он отвернулся.

24.

В первый раз в жизни Киру разбудили не посторонние звуки и шум, а тишина, настолько глубокая, что даже настораживала. И от которой девушка уже отвыкла, за полгода космического путешествия с Юрами.(Последние пару дней не в счет, от вводимых ей, Мартэ препаратов, она спала, как убитая). Поэтому сейчас, открыв глаза, Кира не сразу сообразила, что случилось и, вообще, где она находится. Некоторое время она лежала, сверля взглядом незнакомую каменную стену, пока в ее голове со скрипом запускался мыслительный процесс. Наконец, девушка вспомнила последние события и зевнула. Освещение в ячейке было минимальное, значит еще не утро, по крайней мере — не утро в Сайма.

Кира потянулась на своей кушетке, выделенной ей вчера Управляющим, поскольку от его люльки в стене она благоразумно отказалась. У девушки даже сформировалась стройная гипотеза о том, почему центы переселились под землю. И Феррма тут совершенно ни при чем. Просто у всех обитателей планеты массово случилась агорафобия, а иначе, чем еще объяснить их аскетические маленькие жилплощади-ячейки и сон в закрытых с трех сторон люльках. Но это пока только теория.

Девушка еще раз зевнула, повернулась на другой бок, и подскочила, сев на постели.

— А-а! — испуганно вскрикнула она от неожиданности. Из стены напротив на нее смотрел цент, в зеленом сумраке комнаты, глаза его страшили еще сильнее. — Кираан! Ты меня напугал. Я забыла, что ты здесь.

— Ты разговаривала. На чужом языке. — глухо проговорил он, — И ты звала Юрами.

— Правда? — очень удивилась девушка, ей казалось, она спала без сновидений. Кира почуствовала непонятную вину за то, что произносила имя его брата-преступника. Кираан, мягко сказать, не благоволил ему. — Не помню. Но не исключаю, мне часто сниться сцена, когда кьяга напала на нас в коридоре звездолета.

Она откинулась обратно на кушетку и закрыла глаза, но сон не шел. Поворочавшись несколько минут, девушка украдкой кинула взгляд в сторону мужчины и ее словно током ударило — он по-прежнему подсвечивал на нее из сумрака, не меня позы. Кире стало не по себе.

— Эмм…. Кираан, тебе что-то нужно?

— Нет.

— Тогда… — девушка задумалась, стараясь по-тактичнее выразиться. — Понимаешь, на моей планете, смотреть вот так, пристально, тем более на спящего человека, не принято. Это немного настораживает.

Кираан молча лег на спину, и опустил полотно, отсекая себя полностью от окружающего пространства.

Утром девушка столкнулась с небольшой проблемой — дверь в туалетную комнату никак не блокировалась. Занавеска, закрывающая люльку, все еще была задернута и понять — спит Кираан или его уже там нет, не получалось, а Кира хотела по нужде, да и просто умыться. Но как пойдешь? Вдруг в самом разгаре заявится цент.

Она подошла ближе и прислушалась — непонятно. Придвинулась еще, подставив ухо почти вплотную к ткани — ничего не слышно.

— Кира!? — от двери раздался голос Кираана. В нем сквозила озадаченность.

Девушка мгновенно отскочила, обернувшись.

— Кираан, ты будешь смеятся. — решила она объяснить свою неоднозначную позу шпиона. — Я…

Но мужчина неожиданно поднял вверх ладонь, прерывая ее.

— Собирайся. Я не хочу и сегодня переносить собрание.

— А ты возьмешь меня с собой? — удивилась Кира. Ей, вообще, последние пару дней приходилось много удивляться. — Я мигом. — крикнула она уже из туалета. — Я думала, если честно что меня спихнут куда-нибудь, чтоб не мозолила глаза, или… — тут она замолчала, решив, что не стоит выкладывать все свои мысли, мало ли, — Вообщем, не ожидала такого внимания.

Девушка быстро привела себя в порядок, скинула вчерашнюю одежду в переработку, распечатала новый рулон — все то же самое. Расчесала волосы, стянув их в хвост на затылке, посмотрела на свое отражение — ей определенно шла такая длина и такая прическа. Разглядывая себя, она задалась вопросом — почему всегда носила мальчишеские стрижки.

В комнате цент оглядел ее с ног до головы, развернулся и направился к дверям.

— Одень плащ.

Кира поспешно натянула на себя требуемое и двинулась за мужчиной. У водоема во дворике, она подняла голову — купол был черен, как глаза Управляющего.

— Почему, когда на поверхности день у вас — ночь, и наоборот? Разве это рационально? — поинтересовалось девушка у Кираана. Она догнала его и пошла рядом, задавать вопросы спине было не удобно, да и не видеть лица собеседника при разговоре тоже. Попутно Кира разглядывала ярко освещенный коридор, вчера он утопал в сумерках, а сейчас, можно было хорошо различить необычный орнамент на стенах и потолке.

— Очень. В ночное время, при подъеме на поверхность не нужно опасаться за свое зрение, плюс появляется возможность дышать атмосферным воздухом непродолжительное время. А еще я… центы хорошо видят в темноте. — ответил Кираан, задержав взгляд на ее голове.

— А почему такой странный узор на стенах? У меня это вызывает неприятные ассоциации, словно клубки змей… или червей. — не удержалась девушка, поздно сообразив, что зря употребила слово "неприятные", ведь для центов это, наверняка, что-то важное значило, раз они увековечили это в архитектуре.

— Это фейты — полуразумные черви, один клубок- одна семья. Предки центов. — ответил Кираан, остановившись, поглаживая длинными пальцами барельеф.

— Да? Я… Я вот подошла поближе и вижу — они очень милые, если присмотреться. — Кира тоже остановилась и повозила по стене ладонью. Вблизи узор выглядел ещё более мерзко. Отвратительные червяки были выполнены с изумительной точностью, словно живые, и были похожи на комки паразитов. Девушка, проведя эту аналогию, не смогла удержаться и поежилась, ее замутило и она поспешно отвернулась.

Управляющий, не сводящий с нее глаз, вдруг запрокинул голову и громко рассмеялся, обнажая острые зубы, так же резко оборвав себя, спустя несколько секунд.

— Ты же сказала, что я буду смеяться. — объяснил он озадаченной девушке, поджимая темные губы.

— Это что… Типа шутка была? — улыбнулась Кира, с удивлением рассматривая веселое лицо цента. — Да?

Кираан склонил голову, подтверждая.

— Неплохо. Для первого раза. — оценила девушка, — Так это, — похлопала она ладонью по стене, не поворачиваясь, — Значит, не предки?

— Это черви, Кира. — произнес он поучительно, возобновляя шаг, — К тому же паразитирующие в других живых организмах. Крайне опасные.

Девушка так и не поняла, предки это или нет, но переспрашивать не стала. Решила уточнить этот момент потом у Мартэ.

— Ясно. А в чем их заслуга? Почему они здесь?

— Сайма — творение моего отца, предыдущего Управляющего Цэтморрей. И все здесь — воплощение его… фантазий. А они у него были далеки от нормальных. — сказал Кираан, остановившись у трубы.

— Получается город создан совсем недавно. — удивилась Кира, взглянув на мужчину. По ощущениям девушки Сайма дышала древностью, вероятно, это впечатление было обманчивым. — А твой отец… Он ушел в отставку, или…

— Он погиб. — перебил ее Кираан с каменным лицом. — Нам пора.

25.

В своей голове зал собраний Кира представляла себе примерно таким, как в фильме "Звездные войны", где принцесса Амидала выступала перед советом или сенатом, точно девушка уже не помнила — смотрела кино в детстве. Но сама аудитория с летающими платформами, почему-то крепко отложилась в памяти. Возможно поэтому она ожидала увидеть, что-то не менее грандиозное.

Кира шагала рядом с хмурым Управляющим, сзади, по-обыкновению, следовали молчаливые центы, и ощущала свою сопричастность к главным событиям целой цивилизации. Как такое могло произойти? Она идет на собрание с наместниками четырех планет, находящихся под протекторатом Цэтморреи.

Труба, после продолжительного полета, доставила их, как сообщил Кираан, в главное административное здание, почти в центре Сайма, на верхний уровень. Распределение уровней в городе получалось следующее: верхний — полностью за Управляющим, в какой-бы части и в каком-бы здании он не находился, за ним — сестры и матери Юрами, причем к Кираану они отношения, судя по его конкретизации причастности к ним только брата, не имели; затем уровень самого Юрами; и так далее вниз, по мере убывания роли и значения в обществе.

Они оказались на большой круговой смотровой площадке, откуда, со всех сторон город был, как на ладони. К бесцентности на верхнем уровне Кира отнеслась в этот раз спокойно, но могильная, неживая тишина Сайма вызывала непонятную тревогу. Если бы не двое мужчин за спиной, девушка могла бы подумать, что в городе они с Кирааном одни.

— У вас всегда так тихо? — спросила Кира, остановившись. Ей было не по себе.

— Да. — односложно ответил Управляющий, не замедляя своего движения. Его уверенный голос немного успокоил и девушка ускорилась, чтобы занять прежнюю позицию рядом с ним.

Кираан направился в сторону от смотровой площадки, где в центральную часть здания вели широкие гладкие ступени, заканчивающиеся входом в недлинную галерею с невероятно высокими потолками, кессонированными глубокими пузырчатыми, круглыми ячейками разной формы. Выглядело это дурно, словно перевернутая пена на прокисшем молоке. Взглянув вверх один раз, Кира больше туда глаз не поднимала. В ней сильна была связь между визуальными раздражителями и мозгом, а тошнота ей, сейчас, ни к чему. После таких "шедевров" девушка поняла, что отец Кираана, был еще тот дизайнер, а ведь она еще практически ничего не видела.

Галерея вывела их в небольшой атриум, с четырьмя входами с разных сторон и темным куполом над головами. По стенам вились, похожие на плющ, растения, середина зала была отсыпана белоснежным песком в форме круга, в центре которого громоздился гладкий черный камень, с ровной поверхностью.

Кира огляделась — никого. А она начала ощущать уже настойчивую потребность, увидеть хоть какое-то новое лицо из числа центов, чтоб развеять свои опасения.

Кираан прошел напрямую к камню, вероятно, используюмущуся в качестве стола, сел на колени.

— Можешь присесть рядом, если хочешь. — предложил он озадаченной девушке, замершей возле, подпирающих стены центов-охранников.

— Хочу. — после небольшой заминки, согласилась Кира. Села в полуметре от мужчины на его манер. — Опаздывают? Остальные.

— Нет. Напротив, ждут. — отчего-то вновь помрачнел Кираан. Он расположил ладонь по центру камня — атриум погрузился в полумрак, и одновременно с этим, из всех входов выступили члены собрания. Одежда на них была почти одинаковой — кафтаны до колен и широкие штаны, преимущественно темных оттенков. Длинные койсы, у всех четырех, свободно падали на спины, в отличие от Управляющего, всегда убирающего их в высокий хвост.

Кира разволновалась, подспудно ожидая неодобрения и, возможно, возмущения от наместников, любопытства, но мужчины, поприветствовав Кираана прикладыванием ладоней, расселись возле стола, не обращая на девушку никакого внимания. Никто не кинул на нее даже взгляда. Центы молчали, склонив головы. Она украдкой вздохнула — в мыслях это заседание представлялось совсем иначе, более зрелищно, что ли.

— Приступим. — бросил глухо Кираан.

Тут же поднялся один из пришедших, снова с силой приложился ладонью об грудину.

— Рикад, Ги Управляющий, наместник на планете Умойч. Я опять с тем же вопросом, Ги…

— Постой. — подняв руку, прервал его сразу же Кираан, — Доложи о Юрами. Появились новые факты? — спросил он, поймав взгляд Киры.

Рикад завис с открытым ртом, на лице его замерло неуместное бзразлично-отстраненное выражение. Остальные центы так и продолжали сидеть, даже голов не подняли. Девушка не спешила удивлятся их поведению, возможно у них тут такой регламент проведения подобных мероприятий. Она посмотрела на Кираана, чтобы по нему оценить обстановку. Судя по его сжатым кулакам, лежащим на поверхности камня, и суровой складке меж бровных дуг, что-то определенно шло не так.

— Рикад. — властный окрик заставил цента вновь обрести осмысленность. — Не заставляй меня жалеть о твоем назначении. Еще один промах и я больше никогда не вспомню о тебе.

— Прости, Ги Управляющий. — нервно подергал койсы наместник, — Я недавно после пробуждения. Такого больше не будет. — он почесал озадаченно голову. — Юрами… Твой брат… — задумчиво пробормотал Рикад, будто стараясь что-то припомнить. Вдруг лицо его просияло и он воскликнул, — А-а, дошла информация! — цент постучал выразительно пальцем по лбу, — Юрами. Тот, что привез чужачку. — Рикад впервые обратил свой взор на Киру, — Вот она. А брату твоему ограничили дееспособность. Ги Управляющий, твое распоряжение.

Кира со смешанными чувствами, взглянула на Кираана, или она что-то не уразумеет в их чиновьичем аппарате, или наместник не сответствует уровнем интеллекта занимаемой должности.

Управляющий потверждал ее выводы своим угрюмым видом. Он сидел, не поднимая глаз от камня, и тер пальцем лоб.

— Сядь. — приказал властно. — С твоей скоростью переработки информации, тебе только выращивать червей.

— Но Ги Управляющий, а как же хармийцы?

— А что они?

— Дак, затевают что-то. — выложил Рикад, — Больно много их на Умойч стало.

— И ты, только сейчас решил мне об этом донести? — вкрадчиво спросил цента Кираан, но таким тоном, что даже у девушки похолодела спина. Наместника тоже пробрало, он принялся нервно теребить койсы. — Неужели я все сам должен делать, за всем следить? — Для чего я вас со… — Управляющий осекся, кинув быстрый взгляд на Киру, — Для чего тогда вы мне нужны?

Рикад виновато опустил голову, занавесившись койсами. Остальные наместники не подавали признаков жизни, сидели не шелохнувшись.

Девушке стало жаль Управляющего. С утра он был, как огурчик, а, сейчас, выглядел так, словно из него опять выпили всю кровь. И это было непонятно. Может быть он болен? Она протянула руку и накрыла его холодную ладонь своей, тихонько сжав, поддерживая.

Кираан никак на это не отреагировал, но и руку не убрал.

— Я слушаю.

— Не сразу признал опасность. Шныряют и шныряют. — начал оправдываться Рикад, — Только потом, получив донесение от неизвестного, заметил тенденцию. В космопортах много их бродило, слонялось вроде и без дела, а взгляды цепкие, как щупы у спорр. Космопорт полный, а корабли редко взлетают — раз в сутки. Очень все это подозрительно выглядит.

— И какие меры ты принял? — заинтересовался Кираан.

Наместник смешался, принялся чесать голову.

— Дак никаких еще. Вот, мнения твоего, Ги Управляющий собирался спросить.

Кира услышала, как мужчина тяжело вздохнул.

— Кираан, ты меня извини если что, — не выдержала она, ее волнение куда-то испарилось, осталось только недоумение, — Но даже мне ясно, что твой наместник совершенно некомпетентен. Неужели ты не видишь? Никакой инициативы. Сколько длится эта проблема? — обратилась она к Рикаду.

Цент выпучил глаза, задохнувшись от возмущения, но все же процедил.

— Сто суток.

— Сколько? — переспосил Кираан.

— Ну вот. — кивнула Кира, — У вас в космопортах есть какие-нибудь службы безопастности?

— А для чего? — презрительно удивился наместник, — Кто посмеет нам что-то противопоставить? Хармийцы дикари, не центам их бояться, а им нас!

— Ну да, ну да. — с иронией произнесла Кира, — То то терроризм цветет у вас пышным цветом, даже Юрами впутался.

Неожиданно Кираан поднялся на ноги, потянув за руку и девушку.

— Собрание закончено. — объявил он категорично. — Не стоило и затевать.

— Но как? — не согласилась Кира, — Надо же решить эту проблему.

— Этим займется Рикад. Ты уже дала ему направление.

Наместник растерянно посмотрел на девушку.

— Какое?

— Ну у вас же технологии! Ведите учет, регистрацию, мониторте передвижение хармийцев по… — лицо Рикада скрылось, когда они с Управляющим вошли в галерею. — Почему ты не сменишь его? Разве не найдется более подходящей кандидатуры? — обратилась она уже к Кираану.

— Не могу, пока. Нет… кадров.

26.

— Интересно. — протянула Кира, с беспокойством взглянув на Кираана. Ей казалось, что шел мужчина последние несколько метров с трудом. — Как на вашей огромной планете — и нет кадров. Кираан! — девушка увидела, как он остановился, бессильно привалившись к стене, — Что с тобой? Что?

Цент сполз на пол и его глаза затянулись серой пленкой. Хоть Кира и была очень встревожена, но не могла не отметить, что выглядели такие веки жутко, словно птичьи. Она быстро опустилась рядом и потрепала его по щекам.

— Кираан! Кираан! — никакой реакции. Пощупала пульс, прикоснувшись к холодной коже шеи — слабый. Девушка запаниковала, что если он сейчас умрет, а она больше никого тут не знает, кроме Юрами, заключенного в тюрьме, и Мартэ, противного доктора, который уж точно отправит ее рыть норы, как и грозился. — Кираан! — Кира в отчаяньи залепила ему со всей силы по лицу, не придумав ничего лучше. Она очень растерялась, вид неподвижного и беспомощного Управляющего, шокировал ее своей внезапностью. Ей стало страшно и за него, и за себя. За себя в большей степени.

Просидев некоторое время рядом с телом, мысли ее поменяли направление и девушке стало стыдно за свой эгоизм — цент умирает, а она о своей шкуре думает. Кира огляделась и вскочила на ноги.

— Эй, вы двое! — бросилась она к охранникам, почему-то замершим у входа в галерею, — Бегом сюда. Че встали? Не видите разве, Ги Управляющему плохо! Эй… — Кира резко остановилась, закусив ладонь, проглотив окончание предложения. С такого расстояния можно было ясно увидеть, что и с этими двумя мужчинами твориться что-то странное и непонятное. Подошло бы даже определение — пугающее.

Центы словно ослепли и лишились разума одновременно. Стояли и медленно водили головами по сторонам, не решаясь сделать шаг. На их лицах, сейчас, больше напоминающих маски, лежала печать бездумности, глаза были пусты и мутны, как у мертвых.

— Эй. — позвала их негромко Кира, сглотнув от напряжения. Охранники остались безучастны. Девушка сделала к ним еще пару шагов, на свой страх и риск. — Ги Управляющему плохо. — сказала громче. Безрезультатно. Центы перестали даже крутить головами, оцепенели, схватившись за руки. Это могло бы быть смешно, если бы не было так страшно.

Кира осторожно приблизилась к мужчинам, усилием воли заставив себя прикоснуться к одному. На холодном и неожиданно твердом, как застывший воск, запястьи не прощупывалось ничего. Но шее тоже отсутствовал пульс, у обоих. Девушка, осознав, что перед ней неживые, с криком отпрыгнула и бегом вернулась к Кираану. Со страхом припала к его груди ухом — серце стучало. Она облегченно выдохнула и села рядом, взяв его руку в свои. Что делать теперь, Кира совершенно не понимала.

Девушка уже было совсем собралась распустить, по своему обыкновению, сопли, но слезы так и не выступили из ее глаз. Это тоже было странно, но не так, как происходящее в этом городе. И, поскольку, истерика отменялась или просто откладывалась на неопределенное время, Кира решила поразмышлять над сложившейся ситуацией. Однако, голова отказывалась работать и все ее думы крутились вокруг распростертого на полу Кираана. Она с беспокойством вглядывалась в его лицо, каждую секунду почему-то ожидая самого плохого. Каждые три минуты прикладывалась к груди мужчины, проверяя биение сердца.

В таком режиме минуло около часа. И только сейчас, в ее мозгу возникла гениальная идея — сбегать в атриум, проверить, возможно, наместники еще не расходились и до сих пор совещаются между собой. Кира выпустила руку Управляющего и вскочила на ноги. Рысью припустила по галерее в обратную сторону, по широкой дуге огибая пару, сцепившихся центов.

Зря она рассчитывала на наместников. В атриуме все было в том же виде, что и час назад — три фигуры с опущенными головами продолжали сидеть вокруг каменного стола, не изменив положение тел ни на чуточку. Пустой взор Рикада был обращен в сторону галереи и Кира сбилась с шага, наткнувшись на него при выходе. Она нерешительно остановилась, раздумывая над тем, есть ли смысл осматривать и их, или стоит вернуться к Кираану. Склонившись к первому варианту, девушка подошла к центу, прикоснулась к руке — твердая, словно и не был ее обладатель совсем недавно живым существом. Она поспешно отдернула пальцы, инстинктивно обтерев их об штаны.

Кира почуствовала, что еще немного и паника завладеет ею, запуская ледяные щупальца по телу, парализуяа волю и лишая возможности здраво рассуждать.

— Что за чертовщина тут происходит? — звук собственного голоса напугал девушку своей неуместностью здесь, в царстве безмолвия и тишины. Кира нервно поежилась и все-таки, преодолев внутреннее сопротивление, направилась к камню, остановившись в нескольких шагах от мужчин. Их имен она не знала, не знала и на каких планетах они служили наместниками. Кто-то на Харме, другой на Сорре — планете, расположенной в системе Феррм, что и Цэтморрея с Умойч. О четвертой обитаемой планете девушка сведений никаких не имела, пока, даже названия не знала. Шпион из нее получился бы никудышный. Потрогав каждого из центов по очереди, она убедилась в том, что они ничем от собратьев не отличаются, такие же стомые, как манекены.

Кира тяжело вздохнула и с чистой совестью поспешно удалилась от стола. Делать здесь ей больше было нечего, но и возращаться обратно ни с чем, ей не хотелось. Поэтому она решила пройти по одному из тех четырех проходов, из которых показались наместники, проверить смотровую площадку, и тем же путем вернуться обратно, а затем и в свою галерею, к Кираану. Можно было бы конечно еще прокатиться по трубе, но девушка совершенно не представляла, какая там система управления, и риск, потеряться в этом термитнике, мог оказаться практически абсолютным. Эту идею Кира отложила на самый крайний случай. Тот случай, о котором она даже боялась помыслить.

На смотровой площадке, ожидаемо, никого не было. Хотя надежда встретить там двигающееся живое существо, грела девушку, пока она шла по выбранному коридору, идентичному той галерее, где остался лежать Кираан. Она подошла к невысокому парапету и взглянула сверху на зловещую Сайма, тщательно скрывающую все свои тайны в глубине огромных зданий-сверл. Кира ощутила вселенское одиночество, словно осталась одна во всем этом бесконечном городе. Но это не могло быть так — в любом из этих гиганских перевернутых муравейников, должна кипеть жизнь, там должно быть множество центов. Просто она сама, не знавшая никиких других городов, кроме земных, слишком субъективна.

— А может быть мои ощущения верны и я здесь одна? — задала Кира вопрос в пустоту, — Или я из тех людей, что утверждают, что Земля плоская, боясь представить и понять что-то иное?

27.

В галерее все было по-прежнему: Кираан валялся на полу, охранники стояли у входа. Кира огороченно цыкнула, покачав головой, и направилась на свой пост у тела Управляющего. Первым делом проверила сердце — стучит, и даже намного сильнее и увереннее, чем час назад. Посчитав это признаком улучшения самочувствия мужчины, она уселась рядом и замерла в ожидании, задумавшись.

И, действительно, долго думать ей не пришлось, цент начал приходить в сознание, зашевелился. Наконец он открыл глаза и, дернувшись, словно не ожидал увидеть здесь кого-то еще, рывком сел.

— Кираан! — Кира от счастья бросилась его обнимать, уткнулась лицом ему в грудь. — Как я рада, что ты не умер. Что бы я тут одна делала?

Она почуствовала, что Управляющий напрягся, словно окаменел, но терпеливо сносил ее душеизлияния. Пару минут. А затем осторожно, но твердо отстранил ее, посмотрел в глаза.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он строго.

Девушка от такого вопроса просто опешила — она тут сидит, волнуется, и не важно, что в большей степени за себя, а цент такое выдает.

— А где я должна быть? — пикировала Кира, от растерянности позабыв слезть с его ног.

— На Харме? — вопросительно произнес Кираан.

В этот момент девушка озадачилась всерьез. Что-то было в лице мужчины новое, какой-то подозрительный огонек в глазах, это пугало.

— Кираан, ты помнишь, кто я? — поинтересовалась она. — Что мне делать на Харме? Ты что?

Вдруг Управляющий схватился за голову, глухо застонал. Потом уронил лицо на ладони и затих. Кира встревожилась, но трогать его побоялась.

— Кира. — глухо проговорил он, минут пять спустя, поднимая на нее знакомый мутный взор, — Долго я тут…

— Ну… Долго.

Неожиданно, Кираан сам схватил ее за руки и слегка притянул, внимательно вглядываясь ей в лицо.

— И что ты думаешь об этом? — свистящим шепотом спросил он, словно боялся, что их кто-то услышит.

— Не знаю. Вирус? Они все погибли Кираан. Все на этом уровне. Мне очень жаль.

Цент с неуместным радостным удивлением воззрился на нее, губы его расслабленно дрогнули.

— Фос. Геру. — крикнул он в сторону. — Сюда.

Кира повернула голову, услышав быстрые шаги, и упала бы, если б не сидела — охранники невозмутимо спешили на зов Управляющего. Подошли, почтительно замерли, завесившись койсами.

— Но… Как же так? — девушка в крайнем изумлении перевела взгляд обратно на мужчину. — Я же проверяла… — пробормотала она, — Что это было? Что было с тобой? С ними?

Кираан снова нахмурил оливковое лицо, потер лоб. Аккуратно ссадил Киру и поднялся, разминая ноги. Она последовала его примеру, вскочила, встала рядом, не спуская с него, ожидающих глаз.

— Хармийцы напали на цэтморрейский космопорт Хармы. Заблокировали связь. — сообщил он вместо ответов на ее вопросы.

— Но с какой целью? У тебя же корабли.

Кираан склонил голову, соглашаясь.

— У них тоже есть. Но немного и только легкие звездолеты. Поэтому ты права, и я не понимаю сути этого маневра.

— Это все, конечно, хорошо… То есть, плохо, но ты так и не объяснил, что было с тобой? И почему они, — девушка указала пальцем на охранников, — выглядели словно восковые куклы.

Цент неожиданно подхватил ее под локоть и повел по галерее на выход к лифту-трубе.

— Ну как, — удивился он, быстро шагая, — Я же сказал — напали хармийцы. Такого масштабного конфликта они раньше не затевали — не подрасчитал сил. Пришлось тянуть из ближайшего окружения. — Кираан еще больше ускорился и буквально втолкнул ее в полость трубы. — Мне нужно подумать и поесть. — он придирчиво оглядел себя, затянул потуже койсы и так же внимательно просканировал Киру, шагнул ближе и, неожиданно для нее, погладил по голове, зарыв пальцы в растрепавшиеся волосы. — Ты очень странная. — произнес, глядя ей в глаза.

Девушка смешалась, отвела взгляд.

— Почему?

Кираан не ответил, только дернул одной стороной рта и отвернулся, убрав ладонь.

— Я зарядил "Цэтморрею", хочешь домой? — неожиданно предложил он, — Я отпущу Юрами. Он тебя доставит. Может остаться с тобой, на твоей планете.

— Нет. — выпалила Кира быстро, даже подумать не успела. А когда подумала, поняла, что и вправду, желание вернуться домой уже не стоит на первом месте, и может подождать неопределенное время. А тут столько непонятного и интересного, что вернувшись скоропалительно на Землю, она стопроцентнно будет жалеть об этом решении всю оставшуюся жизнь. Вот только родители переживают. Ну с этим все равно ничего не поделать. — Я не спешу. И уж тем более, Юрами на Земле не место.

Кираан на это ничего не сказал, даже не повернулся к ней, но Кира отчего-то была уверена, что он этому рад. Она вспомнила, как в школе, а потом и в институте, который посещала-то всего два месяца, большинство ребят и девчонок искали ее общества. Без какой-либо сексуальной подоплеки, просто там, где была она, всегда вскорости собиралась толпа, и так же быстро распадалась если девушка уходила. Причин этого Кира не знала, да и не искала их.

— А куда мы? — вернулась она в настоящее, — Ты что-то про еду говорил. Было бы неплохо, если честно.

— Вот сейчас и поедим. Мы уже прибыли. — они вышли из трубы и цент махнул неопределенно рукой, — Это второй уровень. Ну как?

Кира осмотрелась — мрачновато. Черный цвет здесь играл первую скрипку, да и вторую тоже. Под ногами блестел темный глянец пола, отражая не в меру и не к месту яркий свет, черные зернистые стены и своды гипнотизировали и пугали красными концентрическими кругами.

Управляющий провел ее по небольшой площади, совершенно пустой и какой-то запущенной — под ногами хрустели камни и песок, валялись отломанные части уродливой потолочной лепнины, изображающей, как показалось девушке, что-то непристойное — переплетение голых тел и огромных кольчатых червей или змей. В который раз Кира подивилась фантазии творца. Потом они поднялись по широким ступеням к большому водоему и остановились.

— В этой ячейке живут мать и сестра Юрами. — указал он рукой на крайнюю нижнюю дверь в многоярусной системе сот, уходящей высоко вверх. — Мне они будут не рады, но не принять не смогут. Я хочу подумать, а тебе будет с кем пообщаться.

— Хорошо. — согласилась девушка. — А где твоя мама? — отважилась поинтересоваться она, вполне понимая, что той уже может и не быть в живых.

— Мать Юрами — и моя мать тоже. Она отказалась от меня сразу после моего рождения. Поэтому я не могу ее так называть.

— Но почему? — не сдержавшись, воскликнула Кира. — Какая могла быть причина, для того чтобы бросить своего ребенка?

— А разве ты не видишь разницы между мной и Юрами? — вдруг спросил Кираан, вглядываясь в ее лицо.

— Вижу. У него глаза фиолетовые, а у тебя черные. И это причина? — невероятно удивилась девушка. — Серьезно?

Цент неожиданно рассмеялся и снова погладил ее по голове.

— Кира, не думай об этом. — попросил он, наматывая ее волосы на свои пальцы. — Это уже очень давно неважно.

— Нет. Я хочу понять.

Управляющий вздохнул, выпутал руку и подтолкнув девушку к дверям, пообещал:

— Хорошо. Расскажу тебе перед сном.

28.

Дверь в ячейку резко распахнулась, как только Кира с Управляющим оказались в полуметре от нее. Это было неожиданно и девушка вздрогнула, непроизвольно вцепившись в широкий рукав куртки мужчины. На пороге жилища показались две женщины-цэтморрейки. Первые центы женского пола, встреченные Кирой. Они были высокие, на голову выше, совсем не маленького роста, девушки, и плотные. Койсы были убраны в хвосты и выглядели намного тоньше койсов мужчин, но количество их было больше.

Женщины склонили головы в почтительном жесте, скривив лица, будто их заставили нюхать уксус.

— Управляющий. — быстрым смазанным жестом задела грудь старшая, поджимая губы. — Не скажу, что рада приветствовать тебя.

— Приветствую, Управляющий. — сразу за ней произнесла вторая, фиолетовыми глазами и широким плоским носом, вызывая в памяти Киры образ Юрами.

— И не надо, Сера. — усмехнулся Кираан, — Здраствуй, Орма.

Младшая слегка обозначила улыбку. Сера, а она, судя по возрасту, и являлась матерью Юрами, продолжала стоять и, нахмурившись, сверлила мужчину взглядом. На Киру женщины даже не взглянули, словно она — пустое место. Девушка вспомнила, что и наместник тоже не сразу обратил на нее внимание.

— Я надеюсь Сера, — Кираан напустил в голос льда, — Ты вспомнишь, кто перед тобой, и проявишь чудеса гостеприимства. Мы хотим есть. А моей гостье нужна компания. — он сделал небольшую паузу и добавил, — Это Кира.

— Здраствуйте. Рада с вами познакомиться. — улыбнулась Кира, обращаясь сразу к обеим женщинам. Она подумала, что в этом месте полагается сделать какой-нибудь комплимент хозяйкам, чтобы расположить к себе, но в голову, как нарочно ни шло ни одной путной мысли. — Чудесная погода! Наверху. Наверное.

Сера и Орма наконец соизволили заметить присутствие девушки. Посмотрели сверху вниз оценивающе, переглянулись.

— Не знаю. — произнесла Сера, — С тех пор, как Феррма начала убивать нас, мы не поднимались на поверхность.

— Уже давно не поднимались. — вхдохнув, повторила Орма.

Кира промолчала, не зная что сказать.

— Проходите. — предложила старшая, махнув рукой в сторону просторного зала.

Кираан сразу направился в указанную комнату, потянув прицепом за собой и девушку. Она заметила это и наконец отцепилась от его рукава. Цент буквально рухнул за низкий столик, уже приготовленный к трапезе. Сразу принялся за еду.

Кира очень проголодалась, но опустившись возле мужчины, не последовала его примеру. Решила подождать женщин.

Мать и сестра чинно уселись напротив, недовольно поглядев на Управляющего, уписывающего за обе щеки. Но промолчали.

— Кира, тебе подходит наша пища? — спросила Сера.

— Вполне. За полгода изменений в своем здоровьи не наблюдала.

— Ты уже полгода здесь? — удивилась Орма и обе женщины еще раз недовольно посмотрели на Кираана.

— Нет. На Цэтморрее я всего пару суток. Несколько месяцев я провела на звездолете вместе с Юрами.

— С Юрами? — повторила Сера и схватилась за сердце, сильно поразив таким земным жестом девушку. Кираан же кинул на Киру внимательный взгляд и снова вернулся к еде. — Мальчик мой. — вдруг глаза ее сверкнули, — Снова ты встаешь у него на пути, Кираан!

— А как же. — буркнул цент, задумавшись.

— Ты все у него отбираешь. — снова выдвинула претензию Сера.

Киру неприятно поразила эта цэтморрейка. Насколько циничной особой нужно быть, чтобы обвинять сына, от которого отказалась сразу после рождения, в том, что он ущемляет права ее другого сына.

— А Юрами старший или младший сын?

— Он единственный! — гордо ответила Сера.

Девушка обеспокоенно взглянула на Кираана, опасаясь за его чувства, но он, казалось, и не слышал их беседы, погруженный в свои думы.

— Я давно не видела брата. Он красивый, правда? — призналась неожиданно Орма.

Кира замялась, подбирая ответ. Щекотливая ситуация получалась, как признаться в том, что для людей зеленая кожа, как у Юрами, и плоский нос — слишком непривычно. Она снова посмотрела на Управляющего, его кожа была не такая яркая, а темно-оливковая и нос не был расплющен. Капюшон, темные очки — и в темноте Кира приняла бы его за человека.

— Боюсь мое мнение не может быть объективно, мы все-таки слишком разные. — осторожно ответила она.

— Разве? — удивилась Орма, — А мне кажется ты похожа на нас, — Кира при этих словах чуть не захлебнулась сакай. — Вот еще на хармийцев ты похожа. Ты не с Хармы?

— Нет. Я с Земли.

— Это хорошо, что не с Хармы. — обрадовалась Орма, — Все хармийцы — грязные дикари! Сколько поколений Цэтморрея несет им блага просвещения — и все без толку. Плебеи!

— Орма, это не твои мысли. — вдруг поднял голову Кираан, — Не стоит повторять глупости за своей матерью. Ты лично не видела ни одного хармийца и, тем более, не разговаривала с ним, чтобы судить.

— Так говорил отец, а он…

— А он сошел с ума и плохо кончил. — отрезал Управляющий. — Я вижу, что за столько лет ваша с Серой память изрядно пострадала, раз ты поминаешь отца.

— Но Юрами считает также. — возразила упрямо Орма, поджимая губы, как мать.

— Твой брат связан с хармийцами и такие высказывания не делают ему чести. — проговорил Кираан, залпом осушая сосуд с напитком.

Кира почуствовала, как его вторая свободная рука легла ей на колени, сжавшись в кулак. Это так озадачило девушку, что она отвлеклась от разговоров за столом, задумавшись над тем, что бы этот жест мог означать. Ну не мог Управляющий просто так во время обеда засунуть ладонь под стол, чтоб потрогать ей ноги, к тому же кулаком. Напрашивался только один вывод — мужчина в запале сам не заметил, как его рука оказалась там. Теперь Кира терзалась сомнениями, прикидывая, как поступить — убрать его руку или оставить как есть.

— Несчастный мой сын. — причитала тем временем Сера, оторвав девушку от ее размышлений. — Ты, как рок, навис над всей его жизнью, Кираан. — вдруг цетморрейка повернулась к Кире, — А ты, девчонка, что молчишь? Зачем Юрами тебя притащил? Не могла ему помочь? Никакой благодарности от вас чужаков нет.

Кира от неожиданности и незаслуженной обиды потеряла дар речи. Хотя сказать хотелось многое, но Управляющий ее опередил.

— Сера, ты забываешся. — произнес он спокойно, но властно, вставая и поднимая девушку за руку, — Вспомни кто перед тобой. — женщина, вероятно, одумалась и склонила голову. — И, к сведенью, если бы не Кира, то твой сын давно бы уже гнил в желудке кьяги неизвестно где. — Кираан повернулся к сестре, — Орма, прошу тебя, не смотри на мать, есть еще Умойч и Сорра. Там можно жить.

Женщины молча поднялись, провожая их к выходу.

— До свидания.

29.

Кира молча плелась за центом по пустынному второму уровню. В груди странно щемило, когда она разглядывала, незамеченное ею ранее, царившее повсюду, запустение. Шагающий впереди, высокий худощавый мужчина, почему-то органично вписывался в эту постапокалиптическую картину приходящего в упадок невероятного подземного города великой развитой цивилизации, ныне исчезающей в недрах родной планеты.

" Так. Стоп. Разогналась". - осадила свою буйную фантазию девушка, — " А как же другие планеты? Сорра? Умойч? Там ведь тоже центы живут. С чего бы им исчезать? А космические корабли? Космопорт? Технологии? Так вот взяло все и просто рассыпалось в прах?"

Кира снова, осмотрелась вокруг — площадь осталась позади, впереди, вверх, к труболифтам вели черные гладкие ступени, совершенно не собирающиеся разрушаться и исчезать в веках, как и смотровая площадка с прозрачным парапетом.

" Пардон, Сайма. Что-то я тебя раньше времени начала закапывать. Как и всю Цэтморрею."

— Как управлять этой платформой? — спросила девушка мужчину, когда они вошли внутрь трубы.

— А как ты учила наш язык?

— Здесь в лифте, тоже есть похожее поле? Как разум в "Цэтморрее"?

— Оно одно для всей Сайма. Попробуй. — предложил Кираан.

— Но на звездолете был шлем. Как центы — без всего, я не смогу.

— А ты пробовала?

— Нет. И для чего мне? Я все равно одна по городу передвигаться не буду. — Кира вдруг заозиралась и с удивлением воскликнула, — А где же наше сопровождение? Когда мы его потеряли?

— Им необходим отдых для полного восстановления. — объяснил Управляющий.

— А тебе?

Кираан незаметно вздохнул, потер лоб ладонью и сказал:

— Мне необязательно.

Да уж, как необязательно, было написано у цента на лице и в воспаленных тусклых глазах. К тому же, судя по подсчетам девушки, период активности в Сайма уже перевалил далеко за середину или даже подходил к концу. Но Кира была почему-то уверена, что направляются они вовсе не в ячейку отдыхать.

— И куда мы сейчас?

— На "Сорру". - словно сомневаясь, произнес цент.

— Ох. На другую планету?

— Нет. На мой корабль.

Они вышли в уже знакомом девушке крытом паркинге, на поверхности Цэтморреи. Здесь было жарко и пыльно и по-обыкновению безсущественно. Форрмы стояли ровными рядами и пустых мест, как Кира их ни высматривала, обнаружить не удалось. Видимо, полеты в атмосфере планеты не пользовались популярностью. Она остановилась, утерла рукавом потный лоб и скинула плащ. Рубашка липла к мокрой спине, хорошо бы стянуть и ее, но майки под ней не было, не одела. Если бы у девушки был термометр, он бы показывал градусов сорок пять тепла по Цельсию, не меньше.

Кираан, казалось, не замечал дискомфорта от высокой температуры. Он быстро шагал к своему форрму, не оборачиваясь.

— А ведь сейчас на планете ночь или раннее утро. — вспомнила Кира вслух и удивилась еще больше. — Почему же так жарко?

Управляющий остановился и посмотрел на нее, задержавшись взглядом на лице и шее, с прилипшими к мокрой коже волосами.

— Тебе плохо? — спросил он, — Ты быстро теряешь воду.

— Жарковато. — призналась девушка и снова вытерла лицо рукавом. — Но не страшно. Так мой организм спасается от перегрева, но в следующий раз нужно взять с собой воды. Пить хочу.

— Нужно вернуться. — твердо решил цент и уже направился в обратную сторону.

— Для чего? Тут лететь до "Сорры" полчаса.

— Это точно не нанесет урон твоему здоровью?

— Нет. — успокоила его Кира, махнув рукой. — А вот почему так жарко, ведь на поверхности сейчас ночь?

— На Цэтморрее почти всегда так. Поторопимся.

Кираан помог девушке забраться, в опустившийся перед ними форрм. Внутри аппарата духотища была намного сильнее. Запертый воздух был горяч и напитан резким специфическим запахом, который Кира уже почти не замечала — привыкла. Она развалилась в кресле и расстегнула немного рубашку, надеясь, что от нее не воняет столь же сильно как в этой кабине.

Машина плавно оторвалась от поверхности парковки, а спустя пару мгновений резко взмыла вверх, у девушки от этого маневра сразу заложило уши. Она сделала пару глотательных движений и покосилась на мужчину, снова удивляясь тому, как он вслепую управляет форрмом — приборная панель и экран перед ним не подавали признаков жизни.

— Тебе лучше? — спросил он, почуствовав ее взгляд.

— Да, спасибо. Стало прохладнее. — Кира откинулась на кресле и представила с каким удовольствием посетит санитарный отсек на корабле. — А для чего мы летим на "Сорру"? Какие у тебя планы?

— Я думаю есть необходимость посетить Харму. Нападение на космодром — веская для этого причина.

— Есть погибшие? — спросила Кира, вспомнив с какой легкостью забыла недавний инцидент. Управляющий сообщил ей конфликте, а она не поинтересовалась даже о потерях. Да, в тот момент она переживала за Кираана, и ей было не до этого, но все же, это не оправдание.

— Весь персонал космопорта. — ответил Кираан. Девушка охнула, с ужасом представляя несколько десятков убитых центов. — Четыре цента.

— О-о! Мне очень жаль. — произнесла она, внутренне поражаясь своей кровожадности. — Четыре?

— Да. Космопорт на Харме самый большой из всех существующих, его еще строили при предыдущем Управляющем — моем отце. Поэтому там требуется четыре сотрудника, а не два, как в других.

Форрм ощутимо замедлил движение и камнем полетел вниз, от чего у Киры зашекотало внутри, затем плавно приземлился. Вход открылся и аппарат заполнился корабельным воздухом без планетных ароматических добавок. Снаружи их ожидал старик Мартэ, в своем поношеном комбинезоне.

— Ги Управляющий, приветствую! — приложил он руку к груди, склонил голову. — И ты тут? — удивился, увидев Киру. — Надеюсь, Ги Управляющий оставит тебя на Харме.

— Хватит, Мартэ, прекрати. — оборвал Кираан доктора, разглядев растерянность на лице девушки. — Запускай двигатели и проводи Киру до моего отсека.

— Я могу расконсервировать любой жилой отсек, Ги Управляющий. — предложил Мартэ, недовольно зыркнув в сторону девушки.

— Не надо другой. — отвергла Кира такой вариант, — На Цэтморре, я жила у Кираана в ячейке. — мстительно доложила она доктору, наблюдая за тем, как отвисают его губы от удивления.

— Ги Управляющий…

— Мартэ! В мой отсек.

— Хорошо. — буркнул старик и развернулся к девушке. — Пойдем.

Кира вздохнула и послушно поплелась за центом. Идти одной вместе с этим противным доктором не хотелось и она тоскливо обернулась, наткнувшись на хмурый взгляд Управляющего.

Кираан быстро опустил голову и скрылся в ближайшей полости трубы.

— Мартэ, ты в курсе его дальнейших действий? Мы прямо сейчас прыгнем к Харме?

Они встали на платформу, которая сразу же пришла в движение, унося их в глубины огромного корабля по прозрачным сосудам.

Старик посмотрел на нее, презрительно скривив губы.

— Меня-то тебе не провести, шпионка. — прошипел он. — Ты заодно с Юрами.

— При чем тут Юрами? — не поняла Кира, — И я не шпионка. Я ничего не знала о его делах. Что ты все бочку катишь на меня? И, вообще, Юрами на Умойч, в тюрьме. А конфликт был на Харме. Или, и это вы хотите на него спихнуть?

— Тьфе! — шлепнул губами Мартэ возмущенно. — Помолчи, чужачка. Не хочу голову ломать из-за твоих слов.

Кира тяжело вздохнула и отвернулась от старика, решив, что действительно, не стоит сотрясать воздух понапрасну.

30.

Кираан появился в отсеке, спустя пару часов. Кожа и койсы его блестели от влаги. Кира тоже за это время успела помыться, высушить волосы и расчесаться. И теперь сидела в люльке, ведя борьбу со слипающимися глазами.

Цент вошел и замер в центре комнаты, устремив взор на девушку. На нем была опять та же безразмерная растянутая кофта, в которой Кира увидела его в первый раз и свободные штаны.

— Где мы?

— На орбите Хармы.

Кира не удержалась и зевнула, потерла глаза кулаками. Сон одолевал. Но как-то не вежливо ложиться спать, когда посреди отсека застыл Управляющий.

— Будем садиться? — задавив очередной зевок, спросила она.

— Через несколько часов.

— Отлично. — успокоилась девушка, выбирать между сном и высадкой на новой планете было бы очень сложно. — Значит можно поспать. А ты будешь?

Кираан вскинул голову, встретившись с ней взглядом, тряхнул койсами.

— Хотелось бы. — произнес он, не двигаясь с места.

Кира устала бороться с собой и заняла горизонтальное положение. Если ему хочется стоять, то пусть стоит, а она не намерена больше терять ни минуты. Она с наслаждением вытянулась, накрывшись пиджаком цента, оставленным здесь ею всего лишь сутки назад, закрыла глаза, сразу же проваливаясь в сон.

Где-то капала вода. Настойчиво так — как-кап-кап. Кира не выдержала и села в люльке. Вокруг было слишком темно. В отсеке и ячейке Кираана такого сильного сумрака не бывает. И холодно. Девушка обхватила себя руками и поняла, что на ней снова ее старая шелковая пижама. Это было странно, ведь она сама своими руками закидывала ее в переработку. Кира повозила по постели руками, пытаясь отыскать пиджак цента, но он куда-то исчез.

Девушка спрыгнула с люльки и осмотрела пол — как и думала, пиджак нашелся здесь. Вероятно, упал. Она накинула его на себя и запахнула посильнее на груди. С момента пробуждения Киру преследовал еле уловимый и смутно знакомый запах, который раздражал ее рецепторы, однако опознать его мозг не мог. Она огляделась и только сейчас заметила, что в отсеке не одна — за столом, которого тут никогда не было, явственно различался силуэт крупной фигуры. Ей стало тревожно.

— Кира. Кира. — произнес знакомым голосом силуэт. — Ты рушишь мои планы.

— Юрами. — не поверила девушка, — Ты же на Умойч.

— Я где хочу — там и буду! — сказал он громко, поднимаясь, — А ты почему здесь? Тебе нет здесь места!

— Но ты же сам…

— Придется опять привлекать моих подружек, — цокнул цент, словно сожалея. Тут он сделал шаг вперед и лицо его оказалось в полосе света. Такого Юрами Кира не знала. Это был он и не он одновременно. Мужчина открыл рот и засвистел.

Спустя пару мгновений вонь заполнила комнату и девушка, наконец вспомнила, откуда этот запах. Кьяги. Две твари проникли в отсек в открытую дверь и встали по бокам от цента.

— Нет. — прошептала Кира, — Пожалуйста… Юрами.

Кьяги кинулись и взмахнули лапами, оставлляя на теле девушки глубокие борозды.

— А-а-а-а!

— А-а-а-а! — хотелось кричать Кире во все горло, но вырывался лишь хрип. Кто-то хватал ее за руки и тряс, слышался знакомый голос.

— Кира! Кира!

— Кираан? — удивленно заозиралась она, судорожно ощупывая грудь и живот, — А где… Где они? — девушка вцепилась в ладонь цента, зашептала, — Кьяги. Здесь были кьяги?

— Кира, успокойся. — мужчина принялся гладить ее по голове. — Здесь только я. Этих тварей тут нет.

Девушка наконец пришла в себя, осознав, что это был кошмар. Жуткий, впечатление от которого омрачает весь последующий день.

— Быстро ночь прошла. — пробормотала она, ощущая страшную усталость.

— Она и не прошла. Я еще не успел уйти в соседнюю комнату, как ты начала метаться и кричать.

— Как собирался уйти? — вычленила из всей массы, самое животрепещущее для себя сейчас, Кира — А если бы я проснулась одна?

— Но, — озадачился Управляющий, подергал койсы, — Я не могу стоять тут несколько часов.

— Разве здесь нет второй люльки? — догадалась девушка.

— Нет.

— Но… Была же?

— Не было.

Кира вздохнула и закуталась в пиджак. Несмотря на эту встряску, организм требовал возобновить прерванный сон. Но не стоять же, в самом деле центу тут всю ночь. Ничего страшного не случиться, он будет всего-то лишь в соседней комнате.

— Кираан, спасибо. Иди, конечно.

— Хорошо. — легко согласился мужчина, очевидно, тоже хотел отдохнуть. — Не волнуйся, в мой отсек никто не сможет проникнуть.

— Да-да. Только мое воображение. — пробубнила себе под нос девушка, но цент уже скрылся за дверями.

Кира еще раз вздохнула, зевнула и улеглась поудобнее в люльке. Закрыла глаза. И ничего. Как только Кираан вышел, сон словно рукой сняло. Зато в голову полезли такие ужасы, что стало страшно открыть глаза.

Через несколько минут, когда сидеть один на один со своими фантазиями сделалось совсем невмоготу, девушка спрыгнула с постели и не оглядываЂясь припустила к дверям, так же молниеносно открыла следующие и влетела в комнату к Управляющему.

Кираан никак не отреагировал — спал. Только когда Кира оказалась совсем близко к люльке, поднял голову.

— Кира?

— Мне очень страшно! — прошептала девушка со слезами в голосе, — Кираан, сделай что-нибудь.

— Эм… — цент задумался, — Кира. Ну если хочешь…

— Хочу. — прошептала облегченно Кира, — Я тебе совсем не буду мешать. Ты меня даже не заметишь. — она ловко запрыгнула к ошеломленному Управляющему, который, вероятно, совсем не это хотел предложить, в люльку, — Я у стенки.

— Кираан, ты спишь? — тихо спросила девушка, некоторое время спустя.

— Нет. — сразу ответил цент.

— Я тут подумала — тебе совсем необязательно спускаться на Харму. Ненужно.

Мужчина пошевелился, первый раз за последние полчаса, повернул к ней голову, мутно блестя глазами.

— Почему?

— Ты будешь смеятся, но…

— Не буду. — оборвал ее цент, — Когда ты так говоришь, смешно мне не бывает, совсем наоборот.

— У меня дурное предчуствие. У вас такое бывает? У центов? — начала объяснять Кира, привтав на локте, и жестикулируя свободной рукой, — У меня вот тут, — она уронила ладонь на свою грудь, — Словно ком, и он постоянно растет и занимает собой все мои мысли, порождает навязчивую тревогу и беспокойство, видимых причин которой нет. И, прямо сейчас, я это чувствую.

— И как это связано с Хармой?

— Не знаю. — задумчиво произнесла девушка, перебирая волосы. — Но стоит мне подумать о том, как ты ступаешь на эту планету, и все — мне становиться страшно. Я беспокоюсь за тебя! — удивленно добавили она, скорее себе, чем ему, словно сделала открытие.

Кираан нашел ее руку и тихонько сжал пальцы, негромко рассмеялся.

— Кира, никто и ничего не сможет мне сделать ни на одной из четырех планет. — заявил он уверенно, — Но, хорошо, если ты хочешь, вернемся на Цэтморрею.

— Я не предлагала вернуться! Как ты мог подумать? — возмутилась девушка, — Ты улетишь, а кто тут порядок наведет? Рикад? Сомневаюсь.

Управляющий сел в люльке запустил пальцы в койсы.

— У тебя должны же быть какие-нибудь спецслужбы, для таких случаев? Пусть они сначала разведают обстановку там, на планете. — предложила Кира. — Ты сам говорил — связи нет. Вдруг они что-то готовят?

— Я подумаю. Ложись.

31.

После пробуждения Кира обошла все комнаты в отсеке, заглянула даже в изолятор — ни где и ни кого не было. Пожалуй, спрятать здесь кьяг, у них не вышло бы. У кого, у них, девушка не знала, но не просто так, ведь ей приснился такой сон вчера. Ее подсознание посылает ей сигналы об потенциальной опасности, нужно просто суметь их правильно растолковать.