Глава 19

В комнате для свидетелей, примыкавшей к залу суда, сидели Мейсон, Делла Стрит, Сибил Харлан, Пол Дрейк и женщина-полицейский.

— Будь добр, объясни мне, — сказал Дрейк Мейсону, — как могли следы пороха показать, что пистолет находился в восемнадцати-двадцати дюймах от груди Латтса, если Докси выстрелил в него снизу, из будки подрядчика?

— Третий патрон, Пол, — усмехнулся Мейсон.

— Что значит «третий патрон»?

— «Ю.М.К.». Этот патрон был холостым. Пуля была вынута из него, а порох удерживался на месте меловой пастой, которая разлетелась при выстреле. Докси запутывал следы, поэтому после убийства он прошел в дом и разрядил холостой патрон в мертвое тело с расстояния в двадцать дюймов. Он решил заманить Латтса в дом и убить его, обладая при этом непоколебимым алиби. А тут еще подвернулась миссис Харлан, и это было для Докси просто подарком судьбы.

— То есть?

— Вспомни, — пояснил Мейсон, — Докси провел некоторое время в будке подрядчика, в надежном укрытии. Через отверстие в стене ему было видно окно в доме на холме. Но его никто не видел. О том, что он там, знала лишь Рокси Клаффин, но она об этом никому не рассказала по очевидным причинам. Итак, Докси знал, что Сибил Харлан постоянно инспектирует этот участок. Он знал, что если Латтс будет убит из пистолета, который носит с собой миссис Харлан, то это будет идеальное преступление: первое подозрение падет на нее. Несомненно, — продолжал Мейсон, — он хотел воспользоваться тем, что миссис Харлан довольно часто посещает заброшенный дом. И когда он убьет Латтса из ее пистолета, это будет косвенной уликой против нее, которую она не сможет опровергнуть и…

— А что с пистолетом? — спросил Дрейк. — Я пока не понимаю.

— Это очень просто, — ответил Мейсон. — Энрайт Харлан дал пистолет Рокси Клаффин. Докси об этом знал, купил точно такой же и отдал его Рокси, чтобы она вернула его Харлану. Он был точно такой же марки, модели, размера и калибра, что и пистолет, который Энрайт Харлан одалживал Рокси Клаффин. У Харлана не было причины сличать номера. Он, конечно, решил, что это тот самый револьвер, который он ей давал. Вернул его в свою коллекцию и решил, что все его пистолеты на месте. Он мог поклясться, что Рокси вернула тот пистолет, который он ей одалживал. В действительности же его пистолетом воспользовался в своих целях Докси.

— А как к нему попал пистолет Сибил Харлан? — спросил Пол.

— Докси знал, — продолжал Мейсон, — что миссис Харлан держит один из пистолетов ее мужа в своей машине, в отделении для перчаток. От Латтса он также узнал, что миссис Харлан в тот день была в косметическом салоне. Ему оставалось лишь убить Латтса, оставить его в таком месте, где он через некоторое время будет обнаружен, потом поехать на автостоянку, выбрать удобный момент, чтобы проникнуть в машину миссис Харлан, взломать отделение для перчаток, забрать ее пистолет — и все. Он совершил идеальное преступление.

— А зачем он забрал хлам со свалки к себе в гараж? — удивилась Сибил Харлан.

— Рокси Клаффин забеспокоилась по поводу предметов в ее гараже, которые могли послужить уликой против нее. Она их вытащила и вывезла на свалку. Узнав об этом, Герберт Докси впал в панику. Он испугался, что кто-нибудь найдет мешки из-под песка, доски от стенда для стрельбы и табурет. Он очень боялся, что кто-то как дважды два разберется в его затее со щитами и с мешками с песком. Докси проскользнул на свалку, собрал весь хлам и отвез к себе в гараж. И здесь он позволил нам сделать прорыв. Его соучастник оказался слишком нервным, и Докси, стараясь все скрыть, сделал свою роковую ошибку. Но если бы он ее и не сделал, мы в любом случае докопались бы до истины.

— Как?

— Это подсказал Элкинс. Латтс узнал, кто является моим клиентом. Он отправился на ленч с Докси. Во время ленча он выяснил, кто меня нанял.

— Через банк, — вставил Дрейк. Мейсон отрицательно покачал головой:

— У него не было возможности связаться с банком.

— Как же не было, Перри! Он позвонил по телефону, разве ты не помнишь?

— Позвонил один раз, — заметил Мейсон.

— Ну, этого достаточно, — настаивал Дрейк.

— Лишь один телефонный звонок, — повторил Мейсон. — Домой к Энрайту Харлану. Помнишь, служанка доложила миссис Харлан, что звонил Латтс и что она сказала ему, где он может найти миссис Харлан — в косметическом салоне. Элкинс присягнул, что был лишь один телефонный звонок. Он в этом абсолютно уверен.

Тогда какой черт ему это подсказал? — спросил Дрейк.

— Разве ты не понимаешь, Пол? В этом вся разгадка! Ему сказал Докси.

— Докси?!

— Да. Докси следил за домом на холме. Он знал, что волнует Сибил. До остального он легко додумался, когда появился я, Докси понял, кто меня нанял, сообщил об этом Латтсу, сказав, что, должно быть, моя клиентка обнаружила что-то на земельном участке или в доме, в результате чего цена его возросла. Вероятно, он подсказал Латтсу поехать туда вместе с миссис Харлан и посмотреть, в чем дело. Докси сделал это, чтобы заманить Латтса в заброшенный дом. С той же целью он послал ему анонимное письмо, толкавшее Латтса к смерти.

Мое появление предоставило Докси отличную возможность. Он заехал домой, чтобы создать себе алиби, а потом помчался к будке подрядчика, пока Латтс ожидал миссис Харлан у косметического салона. Докси — единственный человек, который мог сообщить Латтсу, кто моя клиентка. А то, что он сказал нам, будто Латтс узнал это через банк, — ложь.

Сильно обожженная на солнце спина — сомнительное алиби Докси. Он мог получить ожог, принимая солнечную ванну, и мог это сделать после убийства своего тестя с помощью кварцевой лампы.

— Разрази меня гром! — воскликнул Дрейк. — Но если Докси промахнулся в первый раз, то как могло случиться, что…

— Он не промахнулся в первый раз, — ответил Мейсон. — Эта пуля была выпущена за два-три дня до убийства, когда Докси пристреливал пистолет. Он выстрелил один раз, пуля прошла через окно и застряла в стене. Ему это понадобилось для уверенности, что он сможет убить Латтса одним выстрелом. Ему оставалось лишь заманить Латтса туда в тот момент, когда там была Сибил, либо сразу после ее ухода. Для этого и была состряпана анонимка. Но тут на сцене появился я, предоставив ему исключительно удобную возможность. Латтс сказал мне, что вскоре должна состояться аудиторская проверка документов корпорации. Важность этого я осознал позже. Без сомнений, Герберт Докси устраивал махинации с документами корпорации и догадывался, что его тесть что-то подозревает.

— А где сейчас Докси, Перри?

— Он в панике, думаю, попытается сбежать и тем самым возбудит дело против себя.

Вдруг дверь отворилась. В комнату ворвался Энрайт Харлан. Сибил поднялась с места.

— Сибил! — Энрайт обнял ее, похлопал по плечу.

— Энни, это было ужасно! — сказала она. — Спасибо, что помог мне.

Энрайт Харлан выглядел виноватым.

— Брось, Сибил, — сказал он. — Я просто потерял голову. Я… я делал вещи, которые нельзя было делать. Я…

Сибил Харлан выпрямилась:

— Зачем, что ты говоришь, Энни? Я сказала тебе, что поняла этот спектакль, который ты разыграл с Рокси из деловых соображений. Я знаю, что она относится к тому типу людей, которые требуют к себе внимания. Ты поступил правильно, Энни. Тебе нужно зарабатывать деньги для фирмы «Харлан и Харлан».

— Ты прощаешь меня? — спросил он.

Она рассмеялась счастливым чистым смехом. — Энни, тебя не за что прощать! Не глупи! Давай больше не будем говорить об этом.

В дверь постучали. Это был судебный исполнитель.

— Судья Седгвик просит на заседание. Миссис Клаффин во всем созналась. Полиция разыскивает Герберта Докси, а судья желает посоветовать присяжным вынести приговор о невиновности миссис Харлан в этом деле.

Сибил взяла мужа под руку:

— Скорей, Энни. Хватит с этим. Забудем о прошлом. Перри Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк немного отстали.

— Черт меня побери! — воскликнул Дрейк, когда все вышли. — Как она себя ведет! И все время выглядела такой скромной и невинной!

— Женщины, — сказал Мейсон, — наиболее опасны, когда выглядят именно так.

Делла Стрит взглянула на Перри Мейсона.

— Пойдемте, шеф, — в ее голосе звучала забота, — у вас была бессонная ночь. Заканчивайте с этим делом и отдохните.

Дрейк посмотрел в лицо Делле Стрит и сказал:

— Черт меня побери, Делла, если ты не выглядишь скромной и невинной!

Она ответила ему взглядом, в котором не было признательности.

Загрузка...