День не святого Валентина

~ ~ ~

Ной резко поднял голову. Те ублюдки, которые в него стреляли, вернулись. Должно быть, они притворились, что уходят, чтобы потом вернуться и застать нападавшего врасплох. Отличная стратегия. Но крайне неудачное время.

— Убирайтесь с поля, голубки! — закричали мужчины, снова поднимая свои маркеры.

Собрав последние силы, он поднялся и загородил Кэсси, прикрывая её собой.

— Вперёд! Спрячься за валун! — крикнул он.

Она схватила свой маркер и встала перед ним. Он стиснул зубы, когда шарик за шариком ударяли ему в спину.

Притормозив, она бросила на него взгляд через плечо.

— Дай мне выстрелить в ответ.

— Пока нет. — Ещё несколько шагов, и она будет в безопасности.

Он подтолкнул её ладонью в поясницу, заставляя двигаться быстрее. Когда она скрылась за валуном, напряжение в его плечах начало спадать. Он мог бы развернуться и начать стрелять, но Кэсси уже выбила этих мужчин. Если бы они снова открыли огонь, это не заставило бы их отступить — эти парни явно жаждали мести.

Когда он приблизился к укрытию, шарик ударил его по затылку. Он зажмурился от боли, пронзившей череп.

Чёрт возьми, это было больно.

Сам виноват — снял шлем.

Он споткнулся и, пошатываясь, обогнул камень, налетев на Кэсси, которая приготовилась прикрыть его. Они вместе рухнули на землю.

Уткнувшись лицом в её шею, он неподвижно лежал на ней. Его сердце бешено колотилось, и он был уверен, что она должна была это почувствовать, несмотря на все слои защитной одежды. Через мгновение она пошевелилась и мягко толкнула его в плечи.

— Эй, ты в порядке?

— Я в порядке, — проворчал он, приподнимаясь на локтях. — Эти придурки попали мне в затылок.

Её глаза затуманились беспокойством, и она осторожно провела пальцами по его затылку.

— У тебя уже появилась шишка.

И вот-вот разболится голова. Зачем он вообще привёл её сюда? Ах да — чтобы показать, какой он настоящий мужчина. Ага. Показал. Великовозрастное дитя.

Её глаза заблестели, и она рассмеялась, когда краска потекла с его головы и забрызгала её щёки. Она вытерла рот, оставив на лице цветные пятна, затем протянула руку и потянула его за прядь волос.

— Мне это даже нравится.

Его глаза сузились. О чём она говорила? Может, удар по голове всё-таки повлиял на рассудок.

— Что именно? — спросил он грубее, чем хотел.

— Голубые волосы. Они очень напоминают волосы Адама Ламберта[5]. Тебе очень идут.

Она действительно только что сравнила его с Адамом Ламбертом?

«Чёрт возьми… она действительно думала, что я гей. Это нужно было срочно исправить».