Директора

Сцена 17

Гренель. Надеюсь все же, что мы выиграем контракт.

Данфер. О, вам прекрасно известно, что в любом случае причина выгодной сделки отнюдь не в том, что имеется топ-команда и чип-цена.

Гренель. Мне нравятся эти ваши выражения — «чип» и «топ»…

Данфер. Они возникают спонтанно… сами приходят в голову.

Гренель. Знаете, я разговаривал с женой Одеона после похорон. Она находит, что вы очень искренний человек.

Данфер. Благодарю, я очень тронут.

Гренель. Это всегда вызывает волнение, могила, кладбище… да еще и речь…

Данфер. Надо же было хоть что-то сделать для бедняги Одеона.

Гренель. Весьма проникновенная была эклога. Его жена находилась под сильным впечатлением от ваших оценок, от тех свидетельств личной дружбы, которую вы, якобы, поддерживали с ее мужем, и от помощи, которую вы ему оказывали в последнее время… она считает, что вы обладаете… как бы это сказать… прекрасными человеческими качествами.

Данфер. Послушайте, да…каждый делает, что может. В конце концов, он ведь был симпатичным человеком.

Гренель. Страшно ранимым, во всяком случае, страшно ранимым.

Данфер. Он потерял веру… вот чего никак нельзя было допустить.

Гренель. Верно, он потерял веру в себя самого.

Данфер. В себя и в других. А я вот доверяю и себе, и окружающим меня людям.

Гренель. Я тоже.

Данфер. Вам, например, доверяю.

Гренель. Я тоже вам доверяю.

Данфер. Знаете, я верю, что наше общее будущее проходит через это разделенное доверие…

Гренель. У нас полное взаимопонимание…Я узнала, что вы собираетесь выступить с докладом во время дней Сорбонны?

Данфер. Кто вам сказал?

Гренель. Булурн. И тема вашего доклада — «Нравственность и крупная индустрия»?

Данфер. Надеюсь, вы придете?

Гренель. Я получила предложение от Министерства обороны и скоро, возможно, перейду в канцелярию министра, но с удовольствием приду на эти дни Сорбонны, если будет время.

Данфер. Вы уходите в канцелярию министра!? Какое повышение! Поздравляю!

Гренель. Знаете, на самом деле, это вовсе не так безоблачно, как можно было бы подумать. Вроде бы там такое место, где все друг другу пакостят…