Мастер интриг

7

Майор Лазарев сидел в уютном кафе за маленьким столиком. Он был уверен – беседа в непринужденной, привычной обстановке воспринимается оппонентом спокойнее, и такое общение несёт более продуктивный характер, чем вызов в казённый кабинет на площади Дзержинского. Рядом с Анатолием с царственной осанкой, красиво закинув ногу на ногу, сидела Лариса Панко. Капроновые чулки подчеркивали изящество идеальных ног. Одета девушка была по последней моде, волосы аккуратно и изысканно уложены. Лариса красиво пила кофе из крохотной чашки и благосклонно принимала восторженные мужские взгляды.

– Итак, в обмен на главные роли в фильмах, а при успешном результате моей работы, и звание «заслуженной артистки», предлагаете родить от Глеба Светлова ребёнка? Но позвольте спросить, как я буду жить эти несколько месяцев беременности? И ещё, ребёнка у меня заберут, а что потом я скажу родственникам, куда он делся?

Лариса томно поглядывала на майора Лазарева из-под накладных ресниц. Модная туфелька слетела с пятки и изящно балансировала на пальчиках.

«Интересно получается, её волнует всё, кроме самого главного: она ещё должна забеременеть от Глеба. Так он, ко всему прочему, собрался в скором времени жениться на другой девушке. Она что, настолько уверена в своей женской привлекательности и не считает это проблемой? Я так ни за какие коврижки не прыгнул бы к ней в постель. Уж слишком правильно она себя предлагает», – размышлял Лазарев, наблюдая за собеседницей.

Хотя сознался самому себе, в девушке было нечто такое, что одновременно и завораживало, и притягивало. Отчего хотелось протянуть руку и прикоснуться к её нежной коже, а звук голоса вызывал приятный резонанс в душе.

Лариса задумчиво разглядывала майора.

«Хм, родить ребёнка от Глеба Светлова, вот лучше бы от тебя родить. Хоть сейчас улеглась бы в постель. Так тебя даже соблазнять нельзя, ты ведь у нас майор КГБ.»

Лариса Панко обладала мечтательным, фантазийным умом, но при этом имела незаурядный, сильный характер, а её силе духа и упорству можно было только позавидовать. Она явно любила мужчин, но при этом старалась не заводить с ними отношений, связывающих её свободу, отягчающих стремление наверх, к славе, к совершенству.

Лариса сразу же обратила внимание на «породистого самца», как назвала его, ещё даже не подозревая, кто он и зачем пришёл в их театр. Лазарев ей понравился сразу, как только увидела его во время репетиции. Поэтому, когда он подошёл на выходе из театра и предложил пойти в ближайшее кафе для обсуждения её будущей карьеры, сразу же решила соблазнить его и начала мило улыбаться.

Но как только они с Анатолием уселись за столик, заказали кофе и пирожные, майор показал своё удостоверение, то весь аппетит у Ларисы сразу пропал. И к пирожным в том числе.

«Так тебе ещё и отказать нельзя. Представляю, куда покатится моя карьера актрисы», – с некоторым раздражением, но при этом продолжая мило улыбаться, раздумывала девушка.

Молодая актриса давно поняла: в этом мире можно рассчитывать только на себя. Мужчин же следует не любить, а использовать. Она хорошо помнила прошлую просьбу другого сотрудника КГБ, и что из этого получилось. Всё обошлось совсем не так, как рассчитывали. У неё в результате родилась дочь, которая практически живёт у родителей Ларисы, а с мужем пришлось срочно развестись. Несмотря на то, что задание было успешно выполнено, её не спешили отблагодарить. В результате она два года почти не снималась в кино. Правда, потом о ней всё-таки вспомнили и дали главные роли в нескольких фильмах подряд. А теперь на полном серьёзе предлагают из-за беременности исчезнуть на несколько месяцев со сцены, и не сниматься в фильмах. С другой стороны, выбора всё равно нет.

– Как поняла, выбора мне не оставили? – Лариса продемонстрировала свою самую шикарную улыбку. – Но позвольте спросить, а что будет с моим ребёнком потом, когда от него откажусь? Должна с ним видеться? Вы сможете держать меня в курсе его жизни? – девушка отклонилась на спинку стула и в упор смотрела на майора.

Её довольно светлые, золотистого цвета глаза при этом излучали тепло и уверенность, а ресницы призывно подрагивали.

– О судьбе ребёнка вам не придётся волноваться, как, впрочем, и заботиться о нём. Он будет хорошо обеспечен всем необходимым, находиться под нашим наблюдением и защитой, – уверенным, не терпящим возражений, тоном произнёс Лазарев.

Он, слегка наклонившись вперед, накрыл своей ладонью пальцы собеседницы, но смотрел на неё спокойно. Ясные синие глаза отразили всю силу слов и полную уверенность в сказанном. Лариса руку со стола не убрала, а её глаза, отразив некоторое удивление, на доли секунды вспыхнули золотыми искорками. Она застыла, как олень в свете фар на скоростном шоссе. На ум пришло размышление о взаимодействии хищник – жертва, о том, что природный инстинкт заставляет жертву замирать от страха перед более сильным зверем. Лариса вяло подумала, что, наверное, можно выработать в себе умение отбиваться или бежать, но сейчас явно не тот случай.

«Интересное кино получается, – раздумывала она, – то есть КГБ нужен не просто ребёнок, а ребёнок, чьи биологические родители именно я и Глеб Светлов. Или отцом должен быть Глеб, а кто будет мама не так важно. Что ж такого примечательного есть в этом юноше, если кгбэшники так заинтересовалась им, а вернее, его потомством? Во всяком случае, я могу только согласиться на эту сделку или послать всех подальше и отказаться играть этот фарс. Тогда майор явно подберёт другую девушку на роль мамы этого малыша, а моя карьера будет уничтожена. Да уж, выбор невелик: помочь кгбэшникам в какой-то тёмной игре или самой потерять всё, отказавшись от сотрудничества».

– О чём вы так упорно размышляете? – Анатолий чуть склонил голову и прищурил глаз.

– Думаю, довольно приятное ощущение осознавать, что мужчины тебя ценят, – произнесла Лариса уставшим голосом. – Но, честно говоря, я бы не хотела иметь такого мужа как вы. Но, похоже, у вас нет жены.

Анатолий лукаво усмехнулся, поднял голову и, в упор глядя на Ларису, спросил:

– Интересно почему?

– Что почему? Я ведь права, вы не женаты, – Лариса жеманно зажмурилась, а её модная туфелька снова закачалась на изящной стопе.

Но неожиданно выражение лица майора Лазарева изменилось, его взгляд стал холодным и строгим.

– Вы не ответили на мой вопрос.

Лариса наигранно тяжело вздохнула.

– Всё очень просто. Какая женщина захочет иметь дома мужчину, знающего все её недостатки, тонко подмечающего её слабости, возможную ложь в семейной жизни? Жить с «детектором лжи» это ведь кошмар. Я не права?

– Похоже, я вас недооценил, а вы – меня. Будем считать ничья: один – один. Итак, вы приняли решение?

– Хорошо, что я должна делать? – довольно тихо произнесла Лариса, прикрыла глаза и выпрямилась на стуле.

– Вот и славно, что договорились. Надеюсь, вы понимаете, всё сказанное, а также и всё, что будет происходить дальше, должны держать в строгой тайне. Вам нужно будет жить как раньше, с той лишь разницей, что поселитесь в квартиру к Бурдиным, у которых сейчас живёт Глеб. В этом я вам помогу, и всем необходимым тоже снабдим. Дальше дело за вами. Как только забеременеете, можете прекратить интимные отношения с Глебом Светловым. Потом мы вам поможем вы́носить ребёнка и родить. Когда беременность станет заметной, вы исчезните из города. Официально будет объявлено, что вы уехали на съёмки нового фильма, а на самом деле до родов станете жить в одном из наших санаториев. Таков план в общих чертах. Сейчас предлагаю поехать в Комитет, вас туда отвезут. К началу спектакля успеете вернуться.

В ответ – взмах ресниц. Лазарев чуть ли не физически почувствовал, как этим взмахом его унесло куда-то далеко. Он улыбнулся: «Да, она гениальная актриса».

Для экономии времени Анатолий перепоручил Ларису Панко сотруднику из его группы, а сам занялся подготовкой квартиры.

«Потихоньку дела идут», – думал он, пока ехал по направлению к центру Москвы на Тверскую улицу в квартиру Бурдиных и планировал обновить установленную ранее прослушивающую аппаратуру, так как вечером собирался направить туда Ларису.

Лазарев с двумя офицерами из службы слежения поднялись на третий этаж и остановились перед массивной деревянной дверью. Один из сотрудников достал дубликаты ключей и открыл замки. Мужчины тихо вошли в квартиру и аккуратно, без звука, закрыли за собой дверь.

– Приступайте к работе, а я пока всё проверю, – скомандовал Анатолий и отправился осматривать помещения.

Прошло около часа. Прослушивающие устройства были установлены и проверены. Мужчины так же тихо вышли, заперли дверь и спустились к машине. Лазарев дал «отбой» агентам, которые страховали на случай, если Глеб Светлов или Бурдины решат пойти домой. В их задачу входило аккуратно и ненавязчиво задержать молодых людей до того момента, пока Анатолий со своими подручными не выйдет из квартиры.