До первого снега

Глава 7. Вик

– Толедо, ты здесь? – Барабаню по холодному металлу ворот автомастерской, а затем боком пытаюсь открыть ржавую дверь, дабы не запачкать её собственной кровью. Скрежет накаляет и без того издёрганные за день нервы. Я устал, вымотан, словно меня избили.

– Толедо! – ору ещё громче; от моего крика хлипкие стены мастерской сотрясаются, и я, обессилев, приземляюсь на гору покрышек в углу. – Где ты там, брат? Ты мне нужен!

Чувствуя жжение в ободранных ладонях, бросаю на них беглый взгляд, а затем сплёвываю скопившуюся во рту кровь.

– Какого чёрта, Вик?! – вместо приветствия обрушивает на меня свой гнев Дани. – Мика же просила тебя не драться!

– Мика! Мика! – Если бы только Толедо знал: я уже сто раз пожалел, что ввязался в эту аферу. – Мики здесь нет, брат!

– Да какая разница?! Ты ей обещал!

– Обещал, – соглашаюсь с другом: он прав, чёрт возьми! – Но что поделать, если Санчес так и не научился проигрывать?

– Скорее ты, Вик, не научился молчать! – выплёвывает Дани и достаёт с полки над моей головой импровизированную аптечку. – Что на этот раз?

– Ничего нового, – шиплю, когда ободранную кожу обжигает спиртовая салфетка.

– Вик!

– Говорю же, ничего нового! Да полегче, брат! – Смахиваю руку Дани, когда жжение становится нестерпимым.

– У тебя бровь рассечена. – Толедо не обращает на меня внимания и вновь начинает обрабатывать ссадины. – Да и нос. Зубы хоть на месте?

– Вроде, да.

– Кого на этот раз увёз урод?

– Кьяру.

– Кьяру? Не помню её.

– Девчонка Хуго. Идиот будто первый день в команде! Да не важно!

– Не важно? – Дани бросает мне под ноги очередную салфетку в алых разводах. – Ты серьёзно?

– Мы успели, Дани! Успели! Парни Санчеса её не тронули. Всё нормально!

– А если бы не успели? – В мастерской повисает молчание.

– Брат, я каждого предупредил: ни по разу! Если кто-то считает, что это шутки, то что могу я?

Из сезона в сезон повторяется одно и то же: парни из Эскеля перед финалом увозят из города чью-нибудь подругу и обещают отпустить ту, если мы сольём игру. А если нет…

– Санчес не умеет играть честно, а его фишка с подругами игроков не нова! – констатирует Дани, как и я, не понимая, почему Хуго не спрятал свою девчонку.

– У придурка фантазии в башке абсолютный ноль! Одно и то же каждый год!

– Погоди, но Хуго – запасной! Какой толк было выводить его из игры?

– Думаю, изначально Санчес метил в меня. В школе только и разговоров…– Хочу сказать, что новенькая, за которую просил Анхель, вызывает слишком много вопросов у окружающих: ещё никому я не спускал такого поведения, как этой малышке, да и только глухой не слышал, как я заявил, что она моя! И не будь она сестрой Мики, я бы сам с радостью отдал эту куколку с характером самого дьявола в руки Санчесу. Но Дани всё трактует по-своему, а спорить с ним желания нет.

– Потому что Мика не в городе! Верно? С Санчесом надо что-то делать!

– Уже! – ухмыляюсь, ощущая, как кровь вновь начинает сочиться из разбитой губы. – Поверь, этот отморозок своё получил! А ты чего прилизанный такой?

Только сейчас замечаю, что Толедо в кои-то веки сменил свои драные джинсы, да и вообще весь сияет.

– Погоди, ты причесался? – ржу на весь гараж, превозмогая боль в губе. – У тебя свидание, что ли?

– Тихо сиди! – рявкает Толедо, прикрепляя к моей брови пластырь.

– Дани, кто она? – Не могу успокоиться: я угадал!

– Не твоё дело, – бубнит Толедо и беспорядочно закидывает в аптечку не пригодившиеся бинты и остатки пластыря. Боже, вот это новости!