Другая

Глава 2

В темном кабинете встретились двое мужчин. Свет был настолько тусклым, что разобрать их лица было практически невозможно.

Человек, в котором угадывался хозяин комнаты, властно провел рукой по массивной дубовой столешнице и несколько раз стукнул по ней костяшками пальцев. Он пытался выглядеть спокойным, но происходящее его злило.

Переместив ладони на ручки кресла и крепко их сжав, он перевел взгляд в ту сторону, где находился собеседник. Показывать свои эмоции было категорически нельзя.

— Ты хоть знаешь, чем всѐ может обернуться, если ты не успеешь к указанному сроку? — его низкий голос звучал властно.

Мужчина, сидевший напротив него, поежился. В ответ на это маленькое проявление слабости хозяин кабинета улыбнулся. Он был доволен произведенным эффектом.

— Отвечай! — рявкнул на гостя.

— Знаю. — неуверенно ответил тот.

— Видимо, не слишком хорошо. — тон мужчины, который явно был за главного, стал угрожающе спокойным. — Раз даже не пытаешься что-либо изменить.

— Я пытаюсь.

— Молчать! — и вновь резкий перепад настроения. — У тебя осталось меньше месяца.

Не выдержав такого напора, гость встал и прошелся по комнате. Его шаги были практически не слышны из-за ковра, лежавшего на деревянном полу.

— Если за это время ты не заставишь девчонку сделать то, что от нее требуется… — мужчина, сидевший за столом сделал паузу и растянул губы в жестокой улыбке. — Я тебе точно не позавидую.

Его собеседник остановился и нервным движением взъерошил волосы.

— Ты хорошо понял, что стоит поторопиться? — медленно, практически растягивая слова, спросил хозяин.

— Да.

— Тогда пошел вон! — выкрикнул мужчина, и в этот же момент дверь кабинета распахнулась.

Последние свободные дни перед экзекуцией в виде работы у Шерементьева, выбранной моим отцом, проносились с бешенной скоростью. Кажется, только пять минут назад я закрыла дверь за Андреем утром четверга, но вот уже наступила суббота, и время неумолимо приближалось к вечеру.

Не сказать, что я была завсегдатай ночных клубов, однако пару раз в месяц мы с Андреем могли себе позволить выбраться куда-нибудь расслабиться.

Распахнув шкаф, стала с придирчивостью изучать имевшиеся в нем наряды. Спустя десять минут то, что еще совсем недавно было аккуратно развешенными вещами, теперь напоминало абсолютно неэстетичного вида кучу хлама, вываленного на кровать.

Участь быть забракованными постигла практически все вещи, кроме маленького черного платья. В моем гардеробе, конечно, присутствовали и яркие наряды, но черный цвет все равно был в приоритете. На мой взгляд он отлично подчеркивал светлые волосы и голубые глаза.

К половине десятого я вышла из дома. Такси уже стояло перед подъездом, а в салоне сидел Андрей, потому что, по его словам, если дать мне возможность добираться самостоятельно, то приеду в клуб только к утру. И то, если не усну по дороге.

— Привет, Сонь. — сказал друг и коротко поцеловал в щеку.

В зеркало заднего вида заметила, как водитель с умилением посмотрел на нас, наверняка, он был очередным человеком, решившим, что мы пара. Ну, и ладно, я уже привыкла.

В клубе было традиционно шумно и многолюдно. Заказав напитки, мы присоединились к компании знакомых. Знакомых Андрея, если быть точной. Встречались мы редко, в основном в ситуациях, напоминающих сегодняшнюю, а общих тем едва хватало для того, чтобы успеть напиться, не наскучив друг другу.

Не сочтите за законченного социофоба, но, в силу обстоятельств, из близких друзей у меня есть только Андрей.

После парочки коктейлей, я решила, что уже достаточно созрела для более активных действий, поэтому захотела пойти на танцпол. Алкоголь зарядил энергией, которой срочно нужно было найти применение, а танцы были наиболее приемлемым вариантом.

— Судя по озорному блеску в глазах, в сонной голове появилась идея пойти подвигаться? — спросил Андрей, развалившийся рядом на диванчике.

— Хочешь составить компанию?

— Не, я пас. — сказал он, глядя куда-то в сторону.

Я подняла глаза и проследила направление. Красильников изучал миленькую рыжую девушку, сидящую за соседним столиком.

— Ну да, большие планы на вечер. — проговорила, усмехнувшись, и поспешила сбежать, пока друг не придумал, какую бы гадость мне ответить.

Разогнавшись на шпильках до практически гоночной скорости, я серьезно лоханулась. Кажется, надо было все же брать в учет то, что каблук в десять сантиметров серьезно ухудшает маневренность.

Откуда-то взявшийся парень, которому приспичило именно сейчас вылететь передо мной, совершенно испортил ситуацию, и, чтобы не столкнуться с ним, резко свернула вправо, однако, не рассчитав траекторию, всѐ-таки оступилась и начала падать.

В полете я успела подумать о том, что было бы неплохо обойтись без переломов, и, на счастье, заметила, что пикирую прямиком на чей-то столик.

Кажется, выставляя руку умудрилась снести с него какую-то посуду, но было уже абсолютно не важно, потому что этот предмет мебели меня действительно спас. Я практически села на стол и успела перевести дыхание, когда поняла, что рука начала скользить по чему-то, разлитому на поверхности.

Однако в этот момент меня перехватили сильные руки и удержали от того, чтобы скатиться на пол. Спаситель с легкостью усадил меня к себе на колени, и тогда картинка, наконец, перестала кружиться.

Несколько секунд понадобилось для того, чтобы перевести дыхание и успокоиться. Представляю, какое сейчас будет выражение лица у, судя по рукам, парня, который до сих пор уверенно держал меня. Думаю, что такое представление удается лицезреть далеко не каждый день.

Я собралась с мыслями и подняла глаза на клубного героя, готовая расплыться в любезностях, но резко замерла, едва встретившись с ним глазами.

Египетская сила…

Уж лучше бы я сломала ногу!

— Эээ… Привет! — проговорила как можно более весело.

Не желая больше смотреть на человека, встречать которого в мои планы вообще не входило, опустила взгляд и еще раз захотела выругаться.

Теперь стало понятно, что я успела уронить со стола.

По белой рубашке парня, который, наверняка, был рад сложившейся ситуации не больше меня, живописным пятном растекся томатный, сок, а на его брюках красовалась хаотично раскиданная картошка фри.

Кажется, сейчас мне стоит бежать! И желательно побыстрее…

Пока драгоценный недруг, взявший на себя сегодня внеплановые обязательства по моему спасению, приходил в себя, быстро соскочила с его коленей, воспользовавшись тем, что он ослабил хватку, видимо, въехав, наконец, в то, кто я такая.

А дальше оставалось лишь быстрее уносить ноги.

Беги, Соня, беги!

Зря что ли дорожку в фитнесе терроризируешь через день?

Сейчас каблуки уже не смущали. Да я их вообще не замечала!

Добежав до коридорчика, где находились туалеты и быстро прошмыгнув в женский, прислонилась спиной к холодной стене и попыталась перевести дыхание.

Из всех людей на, мать ее, огромной планете, я умудрилась приземлиться в руки именно Максу!

Промычав что-то невразумительное, отлипла от стены и подошла к зеркалу. Да уж, видок, что надо. Глаза горят, волосы взлохмачены, а платье чуть пострадало от помидорной атаки. Ну, конечно, не так, как рубашка Максима.

Я вспомнила его нелепый вид и, так контрастирующие с ним, зеленые глаза, горящие праведным гневом, и невольно прыснула. Пусть думает, что хочет о моем появлении, но, как бы я не боялась его мести, сейчас уделать его удалось, хоть и не специально.

Я еще раз прокрутила в голове образ парня. А он изменился. Хотя, чему я удивляюсь, сколько мы не виделись? Наверное, лет пять. Другой вопрос, что он вообще тут делает, хотя волновать меня он должен в последнюю очередь. Сейчас нужно думать о том, как побыстрей выбраться из клуба и остаться незамеченной.

Я привела волосы в порядок, поправила платье, одноразовыми полотенцами максимально удалив с него остатки сока и, медленно вздохнув, высунула голову в коридор. Вроде чисто.

Короткой перебежкой добралась до его конца и затаилась. Думаю, со стороны подобные шпионские маневры выглядели так, словно я обдолбалась, но сейчас это не заботило абсолютно. Ну, если только кому-нибудь не придет в голову вызвать на мою светлую голову охрану или сотрудников госнаркоконтроля.

Выглянув из-за угла, стала просматривать зал на наличие в нем сгорающего от бешенства Макса, когда услышала голос за спиной.

— Сонь, ты рехнулась что ли?

Я дернулась так сильно, что еле смогла устоять на ногах. Развернувшись, зашипела.

— Андрей, твою налево! Да чтоб тебя цыгане на вокзале за своего признали и в табор уволокли!

Хотя, если не кривить душой, друга я была видеть рада, но возмутиться за то, что он напугал до полусмерти, было делом чести.

— Кто это у нас тут такой злой? — усмехнулся парень.

Судя по всему, настроение у него было просто отличным.

— Андрюш, мне срочно выбраться отсюда нужно. Выведешь? — быстро пролепетала я, заставив Красильникова удивленно вскинуть брови.

— Ты тут таблеточек никаких часом у незнакомых мужчин не брала? — с опаской поинтересовался друг.

— Не брала! — злобно ответила, бесясь от того, что теряю время.

Если сейчас в туалет отправится Макс, чтобы попытаться хоть немного улучшить свой внешний вид, мне конец. Абсолютный и окончательный. Закопает он меня прямо тут.

— Ладно, пошли. — Андрей взял за руку и поволок в сторону выхода.

— У меня сумка там осталась. — показав рукой в сторону столика с досадой пробубнила я.

Друг смерил неодобрительным взглядом, однако не остановился. Сперва он вывел меня на улицу, оставив в компании знакомого охранника, а через несколько минут вернулся, держа в руках небольшой клатч.

Отойдя на несколько шагов от лишних ушей, Андрей вызвал такси, а потом уставился на меня, ожидая объяснений.

— Я столкнулась с Максом.

Кажется, лицо Красильникова вытянулось от удивления, а я продолжила.

— Во всех лучших традициях жанра наших отношений. — не удержалась и засмеялась.

— Он не говорил мне, что собирается возвращаться.

Я отмахнулась. До того, как там общались эти двое мне не было дела. Настроение из-за испорченного вечера начало падать.

Совсем не так я себе представляла этот день.

Машина приехала быстро. Мы попрощались с Андреем и договорились созвониться завтра. Кажется, другу не терпелось узнать подробности, но рассказывать их сегодня не было никакого желания. Захлопнув дверь, я назвала домашний адрес и, откинувшись на спинку сиденья, прикрыла глаза, стараясь выбросить из головы последние дурацкие события.

Настроение парня, стоявшего в темноте деревьев в нескольких метрах от "Богемы", разительно отличалось от Сониного.

У него всѐ получилось! Всѐ пошло именно так, как он задумал! Наконец-то…

Она ни за что не вспомнит его до нужного момента, он сделал для этого всѐ, что было необходимо. Даже, если девчонка столкнется с ним лицом к лицу, то ни за что не догадается, что именно ему она обязана своим падением. А в том, что они еще встретятся, парень не сомневался.

Конечно, когда она обо всем узнает, то без труда поймет, кому стоит сказать "спасибо", однако к тому времени это уже перестанет быть его проблемой.

Теперь всѐ пойдет по плану…

Улыбнувшись самому себе, он проводил взглядом машину, в которую несколько секунд назад села миниатюрная блондинка в черном платье, а затем развернулся и зашагал в противоположную от клуба сторону, растворяясь во тьме ночного парка.

Утром воскресенья меня разбудил звонок телефона.

Взяв в руки аппарат и увидев на экране надпись "папа", сразу догадалась, о чем пойдет речь. На то, что он внезапно передумал и решил разрешить мне жить как прежде, надежды было примерно столько же, сколько и встретить трезвого деда мороза в новогоднюю ночь.

— Привет, па. — заранее невесело пробубнила я.

Можно было попробовать надавить на жалость, но, наверное, и этот вариант был обречен на провал.

— Привет, Сонечка. Чего такая невеселая?

А тебе-то не знать.

— Не выспалась. — буркнула в ответ.

— Ты постоянно не высыпаешься. — по-доброму усмехнулся отец. — Я звоню рассказать тебе о том, куда ехать завтра.

Блестяще, просто блестяще!

— Давай. — спорить было бесполезно, поэтому решила поберечь свои нервные клетки, им еще завтра оборону держать.

— Есть куда записать?

— Может просто скинешь адрес?

— Зная твои таланты, лучше прослежу, чтобы ты сейчас все поняла.

Вместо ответа скривила недовольную мину.

— Я чувствую, что ты сейчас строишь мне рожи. — усмехнулся папа.

— И всѐ-то ты знаешь. — достав из тумбочки блокнот с ручкой, ответила я. — Диктуй.

Ну, в чем-то отец не ошибся. Собственными силами я бы искала здание, где находится офис фирмы Шерементьева, как минимум до глубокой старости. Хотя, с другой стороны, это избавило бы от счастья выходить на работу.

После пятнадцатиминутной лекции, затрагивающей все аспекты корпоративной этики, включавшие внешний вид и уважительное отношение к окружающим, Добби, наконец, получил носок и был свободен до завтрашнего утра.

Практически следом за папой, позвонил Андрей. Его голос был настолько бодрым и довольным, что сразу захотелось предложить другу чего-нибудь кисленького. Разговор с отцом дал трещину в моем позитивном настрое.

— Расскажешь, что вчера произошло? — после короткого приветствия спросил Красильников.

— По вине какого-то идиота, я щедро орошила Макса соком и украсила картошкой фри. — проговорив эту фразу, мысленно обматерила парня, так не вовремя оказавшегося на моем пути.

— Он мне об этом не рассказал. — смеясь, прокомментировал друг.

— Видимо счел данный факт своей биографии не слишком интересным для общественности. — усмехнулась я, а потом вдумалась в слова Андрея. — А когда ты уже успел с ним поговорить?

— Буквально перед тобой, он, оказывается, только в пятницу прилетел.

— Мне всѐ равно. — резко оборвала его.

— Ну-ну.

— Хватит ухмыляться! — начинала закипать. — Надеюсь, что мы еще лет пять не увидимся, а в идеале и побольше.

— Зная вас, это вряд ли. — всѐ еще не унимался Красильников, однако услышав мое шипение, быстро сказал. — Всѐ, молчу, не бесись.

Некоторое время провели в тишине, а потом Андрей предложил:

— Давай я завтра заберу тебя с работы?

— Что, грехи замолить пытаешься? — эта идея мне понравилась. — Я адрес скину.

— Тогда до завтра.

— До завтра.

Была бы моя воля, я бы просидела дома весь день, однако тогда бы пришлось перейти на подножный корм, поэтому выбора не оставалось, пришлось идти в магазин.

Уже возвращаясь домой, вновь заметила перед дверью своего странного гостя.

Кот сидел, внимательно изучая меня своими янтарными глазами.

— Ну, привет, Андрюша. — я улыбнулась.

Зверь как-то совсем удивленно поднял голову, видимо, поражаясь своему новому имени.

— Если хочешь приходить в гости, значит придется смириться. — пожав плечами, сказала я, а потом распахнула дверь и вновь посмотрела на него. — Так что, готов принять такие условия?

Шерстяной товарищ несколько секунд сидел не шелохнувшись, скорей всего обдумывая мои слова, после чего встал и, гордо подняв хвост, прошел мимо, скрываясь в квартире.

— Вот и договорились.

Утро понедельника не задалось по умолчанию. Во-первых, подъем в семь утра для меня дело изначально тяжелое, и, если бы не настойчивые звонки мамы, то, вероятней всего, еще и обреченное на провал. Те самые звонки, это как раз-таки, во-вторых.

Окончательно вывести из душевного равновесия решил кот, которому опять приспичило убраться из квартиры с утра пораньше.

Я открыла входную дверь и пропустила Андрюшу вперед.

— Знаешь, ты похож на любовника. Наверняка, была б возможность, свалил еще до того, как я встала.

Животное смерило меня долгим взглядом и вновь, быстро пробежавшись, скрылось за поворотом. Мне же, уже по традиции, оставалось лишь пожать плечами. В следующий раз я просто обязана проследить за тем, куда убегает это странное создание.

Кстати, несмотря на всю ненормальность этого кота, он почему-то вызывал у меня только теплые чувства, бесило лишь то, что не хочет остаться насовсем.

Вернувшись в квартиру, прошла на кухню и, сделав себе кофе, отправилась выбирать наряд.

Через сорок минут я была полностью готова к труду и обороне. Ну, как полностью. По крайней мере физически.

Дорога до офиса не заняла много времени. Даже учитывая то, что пробки в понедельник с утра обычно далеко не радужные, мне повезло. Ну, или же наоборот, смотря какую цель перед собой ставить. Короче, на работу я не опоздала.

В приемной меня встретила секретарь, которая полностью соответствовала приметам, описанных отцом, но имя он вспомнить так и не смог. Как оказалось, девушку звали Лена, и она оказалась весьма милой.

Она провела меня по коридору, который вел в небольшой кабинет. Пройдя через него, оказались в гораздо более просторной и светлой комнате. Видимо, это и было рабочее место Константина Федоровича.

— Шерементьев скоро будет. Он сказал ожидать его здесь, так что располагайтесь.

Лена указала рукой на уютный диванчик кофейного цвета, а сама вышла из кабинета, услышав в ответ сдержанное:

— Спасибо.

Судя по шороху, секретарь заняла место по соседству.

Какое-то время я просто стояла и рассматривала интерьер кабинета. Обычный, весьма безликий, словно здесь долго время никто не работал. Потом это занятие надоело, и я последовала совету девушки, устроившись на диване.

Достав из сумочки телефон, стала изучать новости знакомых в социальных сетях. Я достаточно глубоко погрузилась в чужую жизнь, когда услышала знакомый голос из приемной.

— Да хрен знает, где я ее потерял. Лен, я тут поищу.

Звездец!

Макс то здесь что забыл?

Я быстро вскочила с дивана, подхватывая сумку, и судорожно осмотрела кабинет.

Честно, в этот момент такой вариант показался мне самым здравым…

Перебежав к столу, отодвинула кресло и заползла под рабочий стол Константина Федоровича. Я еле успела спрятаться, когда дверь открылась и голос Максима стал гораздо громче.

— На какой черт я вообще эту папку уволок.

Я практически не дышала, а еще искренне надеялась не расстелиться в самый неподходящий момент. Сидеть на корточках в юбке и туфлях на шпильках — удовольствие весьма сомнительное, скажу я вам.

К моему облегчению, Шерементьев-младший действительно не подходил. Он копался в шкафах в противоположном конце кабинета.

Через несколько минут я услышала забористый мат, а потом парень резюмировал.

— Не тут. Ладно, после работы поищу.

Да-да, тебе пора!

Однако Максим не торопился уходить, кажется, он осмотрелся по сторонам, а потом раздалась очередная реплика.

— И давно у нее глюки? — хмыкнув, сказал он.

Фиг знает, с кем он разговаривал, меня это не интересовало. Единственная мысль, которая сейчас беспокоила — он должен убраться из кабинета раньше того, как появится Константин Федорович.

— Ну, ок.

Я услышала шаги и облегченно вздохнула, вот только радость была недолгой.

Не зря с утра все было так гладко…

Максим, однозначно, шел не к выходу.

Через несколько мгновений он поравнялся со столом и выдвинул кресло.

Ахтунг, товарищи!

Я облокотилась о противоположную стенку, надеясь, что достаточно миниатюрная, чтобы он не задел меня ногами.

Максим сел, вальяжно откинувшись на спинку и вытянув ноги.

Позу, в которой же находилась я, словами вряд ли получится описать, но в камасутре ее точно не хватает.

Какого лешего он тут расселся?

— Максим Константинович, Вас в бухгалтерию просят спуститься. — оповестил ангел в лице Лены.

В этот момент я была готова расцеловать девушку.

— Иду. — неохотно проговорил парень и уже начал вставать, когда со стола вдруг скатилась ручка.

Не поднимай!

Я вжалась в угол с такой силой, что рисковала проломить стол от усердия. И в этот момент увидела Максима, которому все-таки понадобился этот чертов упавший предмет!

Он заметил меня практически сразу. В первые секунды его лицо выглядело вполне себе шокировано, но потом… Я слишком хорошо знала эту довольную ухмылку!

— Значит не глюки. — сказал он больше для себя, а потом обратился ко мне. — Думаешь, Сонечка, наши отношения уже дошли до того уровня, что ты можешь встречать меня в такой позе?

И почему нельзя убивать людей взглядом?! Кажется, сейчас я бы смогла!

Сделав абсолютно каменное лицо, ну, насколько это позволяла ситуация, с максимальной грациозностью попыталась выбраться из-под стола. Все бы было просто прекрасно, если бы в последний момент я не зацепилась ногой за провод от телефона и не полетела прямым ходом прямо в руки Шерементьеву.

— Куда же ты, милая, я еще не успел насладиться! — с гадким смешком проговорил Максим, когда попыталась встать.

Напыщенный, самовлюбленный козел!

— Жаль, что в клубе все обошлось соком. Я бы предпочла вылить на тебя кофе. — и секунду помолчав, добавила. — Или кислоту.

Парень в ответ рассмеялся.

— Сомневаюсь, что она есть у них в меню.

Я резко высвободила руки и подскочила на ноги. Отойдя на достаточное расстояние, вновь попыталась привести себя в порядок. Разглаживание складок на юбке позволило немного отвлечься.

Моего самообладания хватило ровно до тех самых пор, пока вновь не услышала раздражающий голос Максима:

— Может всѐ-таки вернешься?

Больше не в силах себя сдерживать, подняла на парня взгляд, которым хотелось размазать его по стене и, сложив руки в незатейливом жесте, показала этому оленю средний палец. После чего, подхватив сумочку, направилась к выходу из кабинета под заливистый смех Шерементьева.

— Далеко собралась? — окликнул меня Максим.

— От тебя подальше. — выплюнула в ответ.

— Что, настолько сносит голову рядом со мной?

Как в одном человеке может помещаться столько самоуверенности?!

— Скорей хочется снести голову тебе. Где у вас тут, кстати, пожарный стенд? Мне бы не помешал топор.

Парень рассмеялся еще громче.

— Владислав Олегович разве не объяснял тебе, что такое субординация? — Максим приложил палец к губам и сделал вид, что задумался. — Он вообще-то обещал, что ты будешь хорошей девочкой.

— Какого хрена?! — резко поинтересовалась я.

— Видимо, мы разговаривали с ним о разных Софьях. — Шерементьев продолжал спектакль.

— Ты бухал всю ночь, и еще не отпустило? — выгнув бровь, спросила я.

Нет, папа не мог устроить мне ТАКУЮ подставу.

— Мимо, Сонечка.

— Еще раз назовешь меня так, и я, действительно, задумаюсь о физической расправе. — злобно прошипела.

— А, то есть все, что было до этого, как я и думал, не больше чем желание позаигрывать?

Прошипев некое подобие проклятия, продолжила свой путь к выходу.

— Я не шучу. Сомневаюсь, что твой отец будет доволен, если ты свалишь с работы в первый же день.

Да они что, коллективно рехнулись?

Теперь я смотрела на Максима уже с нескрываемым удивлением.

— Я бы советовал тебе поверить мне на слово, но, если есть сомнения, можешь позвонить папе. — он сделал театральную паузу. — С сегодняшнего дня ты работаешь на меня.

Кажется, мой вид показывал всѐ отношение к сложившейся ситуации лучше любых слов, потому как этот осел самодовольно улыбался.

— Где Константин Федорович?

— Пожаловаться решила?

Он когда-нибудь прекратит издеваться?

Видимо небеса, услышав, наконец, меня, сдернули улыбочку с лица парня. Макс смотрел предельно серьезно.

— Лена введет тебя в курс дела. Ничего сверхъестественного от тебя не потребуется.

Я кивнула, порядком устав от перепалки, и пошла в приемную, где секретарь, наверняка, офигевала от нашего диалога.

Уже в дверях меня застал последний вопрос Максима.

— Как думаешь, на телефон отвечать сможешь?

Субординация? Не, не слышала!

Уже во второй раз за последние несколько минут сложила пальцы во всем известном жесте, после чего, мило улыбнувшись, вышла из кабинета.

Надеюсь, что Шерементьев хоть немного бесится от нашей встречи. Приносить ему удовольствие в виде издевательств надо мной пять дней в неделю не хотелось абсолютно.

Уже вечером, когда Софья пыталась найти успокоение, поглаживая своего странного кота, проклиная судьбу за несправедливость, парень, которому она была непосредственно обязана всеми своими бедами, сидел в кресле и довольно ухмылялся.

Его день сегодня, однозначно, удался.

Он потягивал пиво, смотря сериал на экране ноутбука. Конечно, он знал, чем всѐ закончится, но главная героиня уж слишком ему нравилась.

В какой-то момент зазвонил телефон. Учитывая то, что он не смог понять, кто это был, на звонок точно надо было ответить.

Покосившись на мобильник, его улыбка стала еще шире. Он провел по экрану и приложил аппарат к уху.

— Привет, друг!

Кажется, у его собеседника было далеко не самое лучшие настроение. Выслушав поток ругательств, которые лишь развеселили парня, притворно расстроился и проговорил со всей грустью, которую только мог вложить в голос.

— Прости, но я приболел. Может на выходных?

Тот, с кем он разговаривал, явно искал компанию для того, чтобы безбожно напиться, однако ехать вместе с ним человек, одним глазом продолжавший смотреть сериал, не собирался.

— Давай. Я завтра брякну.

Он отложил мобильник, но возвращать внимание к ноутбуку пока не спешил.

Сделав очередной глоток, парень позволил себе помечтать о том, как бы было просто, если на девчонку действовало привычное воздействие, тогда бы он был избавлен от сомнительного удовольствия выполнять роль режиссера циркового представления.

Но, увы, так просто этот вопрос не решался.