Другая

Глава 7

Вечера я все же дождалась. Вышла из офиса и не пристрелилась, это был уже вполне себе радостный факт.

Андрей задерживался, поэтому я, полностью полагаясь на свой вкус, купила ему коньяка,

а сама уже успела попробовать новое шампанское, которое так уговаривали купить промоутеры.

В принципе, мы помогли друг другу. Они подняли настроение моего вечера градусов так на одиннадцать, а я улучшила их выручку.

Красильников приехал к половине десятого, и к этому моменту первая половина бутылки народного асти уже была приговорена.

— Привет. — Андрюша как-то скептически оценил мой внешний вид, состоявший из майки и шорт.

— Если сейчас ты не скажешь, что рад меня видеть, то я реально расстроюсь. — сделала паузу. — Хотя куда уж больше.

— Чего? — парень переспросил, потому что последние слова я проговорила уже гораздо тише.

— Я говорю, проходи. Шампанское греется.

Через полчаса стало понятно, что у Андрюши жизнь тоже дала трещину. Вместо моего привычного жизнерадостного друга я наблюдала перед собой унылую особь мужского пола, которая вяло расчленяла лимон на блюдце.

— Заколебало. — тоскливо проговорила я и потянулась за телефоном.

Через пару секунд силой смарт-тв на экране началось воспроизведение одного из музыкальных каналов.

Первые песни мы пропустили, пытаясь друг друга развеселить.

А потом, словно по заказу, музыка сменилась на более динамичную. И я, изображая волну, пыталась извиваться вокруг Андрея, надеясь передать позитив еще и ему, понимая, что для полного счастья мне не хватало лишь кота. Оооох, как бы он сейчас повеселил нас, бегая за указкой под бессмертную попсовую музыку.

Красильников сдался и даже начал мне подыгрывать.

Но так не вовремя!

Быстрая музыка уступило место лирической, а я так и осталась стоять напротив друга.

Плотно сплелись, не разорвать.

Не распознать, без отличий мы.

Кажется, парень реально напрягся, и я решила разрядить обстановку, коснувшись рукой его щеки. Да, под такую песню я могу сыграть влюбленную и развеселить его!

Я посвящаю себя, ты убиваешь любя.

Мы разорвали снаряд.

Подняла взгляд и поняла, что атмосфера изменилась. Вот так просто, от одного неверного движения.

Это уже был невозврат, организованный мне чертовыми промоутерами шампанского!

Никак иначе такое поведение было просто невозможно объяснить. Правильней всего было сейчас развернуться и рассмеяться, упав на диван, но я вновь избегала любого малейшего проблеска логики и адекватности, поэтому, сделав глубокий вдох, подняла голову.

И уже через мгновение утонула в карих глазах парня, в котором сейчас видела кого угодно, но только не друга.

Мне страшно любить тебя.

Ведь если мы целое — то полчеловека я.

Я неполноценная…

И он никогда раньше не смотрел на меня так… Это было что-то новое, и почему-то этот момент не хотелось отпускать, словно в нем была какая-то магия.

Ведь если мы целое — то полчеловека я.

Полчеловека я… полчеловека я…

Сама не понимая, что творю, потянулась губами к губам Андрея, словно сейчас это было единственно верным решением.

Но оборвалось все так же внезапно, как и началось.

Нас разделяло каких-то пару сантиметров, когда парень внезапно сказал:

— Ты меня с кем-то перепутала.

Красильников откровенно усмехнулся, а я была готова провалиться сквозь землю от такой резкой пропажи здравого смысла.

Столько лет! Столько гребаных лет мы общаемся!

Я никогда не позволяла себе ничего подобного, не допускала даже мысли о том, чтобы взглянуть на Андрея, как на парня. Не ревновала к девушкам, без особых эмоций, слушая рассказы о его похождениях.

Почему так? Почему сегодня?

Завтра я вылью на голову чертовому промоутеру оставшуюся бутылку шампанского!

Я всегда смеялась над теми, кто заявлял, что рано или поздно наша дружба пройдет проверку отношениями, а сейчас творила черти что!

— Я спать. — заявила быстро и постыдно, просто не видя других вариантов.

Не могла же я признаться лучшему другу, что сейчас действительно хотела быть с ним!

Будь проклято это желание напиться и все постыдные последствия, которые придется ощутить с утра!

Развернувшись, не в силах даже взглянуть в сторону парня, отправилась в спальню, всей душой надеясь, что он не предпримет попытку поговорить сейчас.

Андрей вылетел из квартиры, проклиная все на свете.

Он должен был взять себя в руки!

Софа… всегда такая близкая, но одновременно далекая.

Почему именно сейчас?!

Почему именно после всего, что произошло?! Что еще произойдет…

Этого момента не должно было быть!

Его и не было!

Сейчас парень мог бы усмехнуться, но лишь горько выдохнул.

Соня никогда даже представить себе не сможет, каких сил ему стоило сдержать себя.

Не коснуться губ, которые манили уже столько лет!

Не прижать к себе, ощущая практически живительное тепло.

Он еще раз вспомнил слово из песни и в бессилии ударил кулаком по стене.

Полчеловека…

Он хотел бы ей все рассказать, объяснить, показать, как все обстоит на самом деле.

Но просто не мог.

Проклинал чертовы условия, на которые сам согласился, но ровным счетом ничего не мог сделать, слишком высока теперь была цена его эмоций.

Он любил, но не имел права даже намекнуть о своих чувствах!

От бессилия он ударил кулаком по стене подъезда, а потом, медленно вздохнув взмахнул рукой, заставляя Соню думать о том, что она просто перепила шампанского, стирая события сегодняшнего вечера.

Бедные промоутеры… он не хотел бы оказаться на их месте, если девушка решит вдруг выплеснуть свой гнев за испорченный отдых.

Хотя, с другой стороны, он им в чем-то завидовал. Их жизнь, наверняка, была куда проще его собственной.

Иногда все действительно проще, когда твое будущее распланировано заранее.

Детский сад, школа, универ, работа, женитьба, дети.

Кто-нибудь обязательно заявит, что всѐ это скучно и шаблонно, но за такую "скуку" Андрей все чаще был готов многое отдать.

Был готов, но не мог.

Я проснулась с единственной мыслью — сдохнуть!

Похмелье было настолько жестоким, что все тело не то что противилось, оно просто отказывалось принимать тот факт, что надо попробовать соскрести себя с кровати.

Я попыталась воспроизвести в голове события вчерашнего вечера, но откровенно ничего не вышло.

"Видимо, Андрей снова отволок меня в кровать, когда я перебрала с гребаным шампанским." — пронеслось в голове.

Блин! Бедный Андрюша!

Который раз зову его в гости, чтобы в итоге накидаться самой, оставив контролировать мою синюю светлость.

Неуверенно взяла телефон с кровати, чтобы в следующую секунду подскочить с такой скоростью, что голова успела почувствовать себя царь-колоколом.

Черт!

Гореть в аду этой работе со всей семьей Шерементьевых к ряду!

Нет, доставить себя до офиса на метро было абсолютно не вариантом. Про машину я даже не думала.

Заказав такси в приложении мобильного, начала предпринимать жалкие попытки затолкать себя в костюм и принять более-менее жизнеутверждающий вид.

Через пятнадцать минут поняла, что все эти жалкие порывы просто откровенно обречены на провал.

Это был финиш!

Такого утра в китайской деревне пчеловодов в моей жизни не было уже давно.

Забив на то, что могут подумать люди, всунула ноги, которые, кажется, тоже умудрились опухнуть, в туфли и, взяв с комода сумку, поковыляла к выходу из квартиры.

День обещал быть адским.

Плюхнувшись на заднее сидение машины и назвав адрес, я разблокировала телефон и нашла нужный контакт. Спустя пару гудков Андрей взял трубку, и, в отличии от моего, его голос звучал куда более бодро.

— Что, спящая красавица, ощутила всю мягкость подушек и нежность простыней?

— Блиииин, Андрюш! Это капец! Что ж меня так развезло?

Сейчас было плевать, что подумает водитель, поэтому, подсунув сумку пол голову и скинув обувь, легла на сиденье, стараясь не смотреть в окно.

Стремительно сменявшиеся картинки за окном сейчас явно были не для меня.

— Все в порядке, Сонь. Твоя новая работа просто забирает слишком много сил.

Он сказал эти слова настолько успокаивающе, что даже начало казаться, словно похмелье отступает.

Вот она — сила самовнушения!

— Когда-нибудь мы обязательно погуляем так, что ты не вырубишься спустя час. — усмехнувшись, он еще раз подтвердил мои догадки касательно вчерашнего вечера.

Я хотела что-то сказать в свою защиту, но в этот момент мобильник пиликнул, оповещая о том, что кто-то пытается пробиться по второй линии.

— Повиси секунду! — я поднесла телефон к лицу, не дожидаясь ответа друга, и удивленно зависла на пару секунд.

Звонили из "Магнолии", поэтому решила закончить разговор с Красильниковым прямо сейчас.

— Андрюш, позже наберу. Мне с клиники звонят.

— Откуда? — удивился парень.

У него что, тоже провалы в памяти наметились?

— Из "Магнолии".

— Что… — он, кажется, хотел что-то спросить, но я не дала, нужно было ответить на вызов раньше, чем они сбросят.

Нажав отбой в разговоре с Андреем, быстро переключилась на вторую линию и приняла звонок.

— Алло.

— Софья? — голос знакомой медсестры я узнала без труда.

— Она самая.

— Я звоню сказать, что тетю тебе сегодня навещать не стоит. Она приболела, не хватало еще заразиться. Мы за неделю ее на ноги поставим, а там и повидаетесь. — она произнесла все это деловым тоном, а потом уже более ворчливо добавила. — Нашла время!

— Ничего серьезного? — больше из вежливости поинтересовалась я.

— Обычная простуда, не переживай.

— Я поняла. Спасибо, что предупредили. — ответила ровно.

— Да не за что, Сонечка! Что ж тебе попусту мотаться!

— Спасибо. — еще раз повторила благодарность.

— Хорошего дня! — заботливо сказала женщина и отключилась, а я уронила руку на сиденье и прикрыла глаза.

Кажется, судьба решила надо мной сжалиться. Осталось всего лишь дотерпеть до обеда на работе, Шерементьеву точно не следовало знать, что мой еженедельный сокращенный день сегодня был просто сокращенным днем без каких-либо обязательств.

До сегодняшнего утра я никогда не воспринимала всерьѐз фразу "спать на рабочем месте", думая, что это нереально.

Реально!

А еще и очень удобно, если положить под голову пару журналов и кофту. Потихоньку даже начинало казаться, что голова приходит в адекватное состояние. Вот только снилась мне полнейшая чушь, однако выбраться из просмотра этих видений, которые, казалось, балансировали где-то на границе сна и яви было практически невозможно.

Нет, это не был тот же сон, который я так часто видела, но место однозначно было то же самое, с разницей лишь в том, что сейчас я пыталась выбраться из бесконечного лабиринта коридоров, гонимая мыслью о том, что меня кто-то преследует. Нет, я не боялась того, кто следовал за мной практически по пятам, будучи точно уверенной в том, что он не сделает мне ничего плохого, по крайней мере прямо в тот момент, однако лучше от этого не становилось.

Я чувствовала себя преданной. Даже не просто преданной, а абсолютно растоптанной, потерявшей что-то безумно ценное, словно кусочек себя.

Внезапно картинка сменилась, и я оказалась уже в знакомой комнате, в том самом летнем белом платье. Все было по-прежнему. Я находилась здесь одна, но слышала голоса, которые доносились из соседнего помещения. Все они были смутно знакомы, но я не могла узнать ни одного.

Но в этот раз что-то изменилось. Я четко понимала свои ощущения. Меня ждали.

А дальше моментально почувствовала, что в соседней комнате началось какое-то движение. Они знали, что я пришла. И вот шаги стали совсем четкими, я приготовилась к встрече с неизвестностью и услышала голос:

— Может тебе подушку принести?

И это уже не было сновиденьем. Картинка исчезла так же стремительно, как и возникла. Я с неудовольствием и досадой разлепила глаза. Сейчас было плевать, что дальше подумает Шерементьев.

Подняла голову и посмотрела на парня.

— А у тебя есть?

— Даже одеяло. — кивнув, оповестил он.

Что за фигня? В его голосе не было ни грамма насмешки.

Я проморгалась и даже легонько щипнула себя за запястье.

Нет, не глюки.

— Спасибо, я как-нибудь так. — получилось растерянно.

Такие перепады настроения и отношения уже начинали пугать. Когда Макс был мерзким и постоянно раздражал жизнь была явно проще и стабильней.

— Может ты домой поедешь?

— Чтобы ты потом впаял мне штраф за прогул? — недоверчиво поинтересовалась я.

От привычек не избавляются за один день, тем более и поводов для чудесной перемены мнения я не давала.

Помнится, вчера парень был готов испепелить меня на месте.

— А что если нам просто пора повзрослеть? — Шерементьев сказал это с ноткой грусти, и даже не захотелось с ним спорить.

Вместо этого неопределенно пожала плечами, а Максим улыбнулся.

— Пол часа не сделают никакой погоды.

Я удивленно посмотрела на часы, которые действительно показывали половину двенадцатого.

Ничего себе подремала!

— Ладно. — согласилась, и уже чуть тише добавила. — Спасибо.

Шерементьев отмахнулся и пошел в сторону своего кабинета, когда мой взгляд упал на папку, принесѐнную вчера Константином Федоровичем.

— Макс! — парень обернулся. — Твой отец вчера принес документы. Какое-то сокращение в бухгалтерии, он сказал, что нужна твоя подпись.

В отличии от Евы в словах про отца я была уверенна. Было неважно, биологический он или нет, но этот человек воспитал Максима и дал ему очень многое. Я не знала, что там сейчас происходило в их семье, но была уверенна в том, что Константин Федорович рассказал об этом именно сейчас не просто так.

Шерементьев вернулся к столу и взял протянутую папку. Без всяких эмоций он пролистал содержимое, попросил у меня ручку, быстро подписал бумаги и вернул их мне. И все это без малейшей тени сомнения, после чего всѐ-таки ушел к себе.

А я стояла и находилась в легком ступоре, однако на то, чтобы прийти в себя, у меня ушло не больше нескольких секунд.

Да, может, он вообще не знал, кого увольнял. А может, его и вовсе это не волновало.

Сколько в его жизни было таких Ев?

И, самое главное, почему я вообще должна заморачиваться по этому поводу?

Я действительно воспользовалась предложением Шерементьева и уехала домой практически сразу после того, как поговорила с Максом.

Уже поднимаясь в лифте, поняла, что кота перед квартирой не увижу. И… расстроилась.

Мне нужен был этот чертов кот, кем бы он не был и какого бы лешего мне не виделся.

Но, как и ожидалось, перед дверью меня ждал лишь коврик из Икеи.

Дебильный день.

Начиная с ночи, когда я возомнила свою печень бессмертной, заканчивая поездкой на работу, Шерементьевым и даже тем, что надеялась увидеть британца.

Разделась прямо на ходу, начав скидывать одежду едва лишь закрыла входную дверь.

Оказавшись в кровати, натянула одеяло до самых щек и закрыла глаза.

Полный идиотизм!

Для того, чтобы провалиться в дрему, мне хватило буквально нескольких минут, однако полного расслабления сон мне так и не принес.

Тем временем, пока Соня беспокойно ворочалась на кровати, двое мужчин вновь встретились в неизменном темном кабинете.

— При всем моем уважении… — младший запнулся, явно раздумывая, стоило ли продолжать.

— Да, я ускорил события. Скажи, что ты еще в минусе. — резко оборвал его старший.

— Я об этом и не думал. Просто… — робко начал парень.

— Сложно! — вновь пресекли его мысли. — Три недели… Ты помнишь про срок?

— Конечно. — у гостя не было желания перечить.

— Вот и хорошо. Наблюдай за тем, что будет происходить дальше. Механизм запущен. — дальше вновь последовало традиционное потирание темной столешницы длинными пальцами.

В этот раз хозяин кабинета не был настроен на долгие диалоги, поэтому молодого мужчину практически потянуло к выходу.

На не слушавшихся ногах он вылетел из кабинета, и дверь за ним плавно закрылась.

А мужчина, уже сжимавший ручки своего кресла, так и остался неподвижным.

Это была его последняя надежда. Софья должна была сделать то, что он хотел.

Меня разбудил звонок мобильного.

Ну что еще?

Открыв глаза, я посмотрела на экран — папа.

Да мне же позвонили и сказали, что я могу сегодня не навещать Эллу! Неужели я и после этого должна была сделать отметку в гостевой?

— Привет, пап. — не откладывая в долгий ящик, начала встречу с неизбежным.

— Привет, Софа.

Что-то было не похоже на начало воспитательной беседы.

— Как дела? — решила заполнить паузу.

— Если твой братец решит, сколько у него все-таки одногруппников, то станут лучше. — нервно сказал отец, и я стала догадываться, что дело все же не во мне.

Блин!

Осознавая свое тугодумство, уже была готова стукнуть по лбу.

— Трудности с подготовкой ко дню рождения Олега? — наконец перестав тупить, поинтересовалась я.

— Да нет, вполне сносно. — озвучил папа, но интонация говорила об обратном. — Отмечать на даче будем. В субботу к трем приедешь?

Я задумалась, понимая, что не прочь была бы остаться там и на все выходные, но ехать на машине не было ни малейшего желания, поэтому начала с наиболее доступного варианта:

— Олежка тоже в субботу поедет или с пятницы останется?

— Почти дипломированный олух тоже приедет в субботу.

Ух, и взбесил же он папу. Мне б радоваться, что не на мне нынче отрываются, а я тут думаю.

— Тогда с ним приеду.

— Ладно, даже подтолкну его сейчас к мысли довезти тебя. — в следующие несколько минут из трубки доносились морали на тему уважения и любви к семье, после чего Олег, явно тоже не понимавший, чего от него хотят, изрек:

— Да я б и так Соньку привез, вы мне поэтому мозги выносите?

Дальше последовало шуршание и короткий ответ папы:

— Он за тобой заедет.

А после воцарилась тишина.

Ну, что тут сказать… Бедный Олежка!