Ричмонд, штат Вирджиния 8 августа 1994, 4 часа утра

— Сколько лет было твоей сестре?

— Восемь…

Берри сидел на полу за спиной Молдера. Оттуда ему были видны все, а разговаривать… разговаривать можно и не глядя в лицо собеседника. Иногда так даже проще.

— Я иногда видел там детей. Да. Чаще девочек. Они почему-то чаще брали девочек.

— Что они с ними делали?

— Что делали… То же, что и с остальными. Какие-то исследования. Бесконечные исследования. Ну… сам знаешь. Всякие анализы…

…Молдер и сам чувствовал себя подопытным: он был намертво привязан к креслу, и из него, вытягивали, наматывая на что-то, длинную-длинную нить. Если гак продлится достаточно долго, то очень скоро от него ничего не останется… И в этом было основное отличие случая Дуэйна Берри от всех тех, прочих. От Берри исходила какая-то энергия. Даже сейчас, когда он сидел сзади, и Молдер слышал только его голос. Не просто энергия убежденности — это свойственно многим психопатам и шизофреникам. Нет — энергия осознанного отчаяния. Отчаяния абсолютно одинокого человека, знающего, что его никогда не поймут, — и потому сорвавшегося на столь безумные действия…

Но если так… и если он хочет подсунуть инопланетянам кого-то вместо себя?..

Молдер зажмурился. Да. Да. Да! Наконец-то — узнать наверняка, самому…

Потом он открыл глаза и вздрогнул. Это что, бред?

Краем глаза Молдер вдруг что-то заметил.

Из стены — довольно высоко, почти под потолком, — показалась головка маленького черненького червячка. Молдер моргнул. Головка не исчезла. С любопытством огляделась…

Им надоело слушать, понял Молдер, и они решили посмотреть.

Как я.

— …Я говорил им, чтобы они не плакали…

— Им делали больно?

Пауза.

— Да. Иногда… И иногда — очень больно. Настолько больно, что просто хочется умереть… Знаешь, как это… потом, после… — Берри тяжело вздохнул. — Когда знаешь, что пройдет еще немного времени, и тебя опять выволокут из постели и… да что говорить. Живешь, как с приставленным к виску пистолетом. Тебе хорошо — ты не знаешь, что с тобой будет завтра. А я — знаю, что будет завтра. Завтра меня опять возьмут, распнут, станут делать больно… так больно…

— Дуэйн, — сказал Молдер. — А может быть, ты все-таки отпустишь других? Мы с тобой… и хватит? А? Пусть они возьмут меня…

Берри тяжело рассмеялся за спиной.

— О, тебе несдобровать, если они услышат!..

— Вот на это, Дуэйн, мне плевать.

— Не-ет, — протянул Берри, — я бы с тобой так не поступил… Кроме того, у нас с доком уже назначена одна маленькая процедура. Верно, док?

Молдер вдруг почувствовал потребность оглянуться. Доктор Хакки смотрел на него, и в глазах его плыло безумие — едва ли не большее, чем у пациента…

Оператор за стеной показал большой палец. Теперь на экране большого монитора были видны почти все: женщины в углу, мужчины, привязанные к креслам… Террорист мог скрываться в одном месте: в мертвой зоне, непосредственно под объективом.

Загрузка...