Глава 23 Дело ясное, что дело тёмное

Оставив в роще Харальда наблюдать за амбарной пьянкой и в случае чего подать сигнал, Хротгар с оставшейся троицей направил свои стопы обратно в деревню. Стоило узнать, велики ли успехи Расула на ниве снятия неизвестного проклятия. Время до вечера ещё было, так что он решил как раз этим и заняться в несколько свободных часов. Кроме того, совсем бы не помешало сварганить что-нибудь на обед.

— Признаться, я в замешательстве… — С таких слов южанин начал свой рассказ. — Я не обнаружил на больных следов какой-либо враждебной магии, будь то проклятие или нечто иное. — Он замешкался на пару мгновений, но затем продолжил: — Я не знаю, что это может быть, но это таинственное нечто поглощает энергию из жителей деревни, словно из них постепенно утекает сама жизнь. И что бы это ни было, при этом не используются какие-либо привычные мне магические средства. Не удалось даже понять, куда, к шайтанам, утекает их сила. Я не могу себе представить, что это может быть такое. — По всему было заметно, что подобное положение вещей крайне необычно для некроманта, более того, он серьёзно нервничал будучи не в силах поставить диагноз. — Всё, что я смог сделать — это накачать их тела энергией до первоначального состояния, так что эту ночь они переживут и даже смогут двигаться, но не долго, поскольку энергия продолжает таять в их телах. Нужно найти первопричину. Перспектива служить гарантией выживания этого поселения до конца моих дней меня не очень-то прельщает.

— То есть, тупик? — Подытожил Хротгар не очень-то радостный доклад. — И как ты предлагаешь найти первопричину? — его взгляд заострился, всё внимание было сосредоточено на глазах жителя песков.

— Думаю, нужно попробовать отыскать пропавших мальчишек. — Почти не задумываясь ответил он, скосив взгляд в сторону местной знахарки так, чтобы та не заметила, подавая таким образом знак, что есть тема, для обсуждения которой глаза и уши целительницы будут лишними. — Даже если это не проклятие, они приходятся роднёй всем заболевшим. Нутром чую, что они как-то связаны с напастью.

— Скажите, Сурид, а Вы не помните, куда пареньки направлялись перед своим исчезновением? — Повернулся лидер отряда к знахарке.

— Почему не помню? — Удивилась женщина. — Помню! Они с удочками к ручью направлялись. Я ещё Керта отругала в то утро, когда он удочкой своей мне бельё на землю уронил, которое после стирки сушилось.

— А с чего Вы взяли, что они именно на ручей шли? — Ухватился за зацепку перерождённый.

— А больше тут рыбачить-то негде: ни речки, ни озерца, только ручей этот обмелевший. Правда, в нём рыба водится — тьфу, мелочь одна, только кошкам на корм. — Махнула рукой знахарка.

— Я правильно понял, речь о том самом ручье, что течёт мимо мельницы? — соратники переглянулись. Всё указывало на то, что гильдейцы как-то причастны к пропаже мальчишек.

— Да о каком же ещё? Или вы тут другие ручьи где-то увидели? — Начала раздражаться женщина, а в следующий миг её глаза широко распахнулись: — Или вы хотите сказать, что… — Она замерла, зажав рот рукой.

— Да, именно это я и хочу сказать. — Прервал молчание Фёдд. — Похоже, что тут не обошлось без Истра, или его гостей. Впрочем, на мельнице сейчас хозяина нет, там только несколько пьянствующих забулдыг. Думаю, когда вернётся, ему предстоит крайне неприятный разговор. Пока же предлагаю чего-нибудь перекусить. А то я с рассвета ничего съестного во рту не держал. — Оставив женщину стоять в недоумении, он, а вслед за ним и отряд, направились к полянке на краю деревни, чтобы развести костёр. Напоследок он обернулся к знахарке и произнёс: — И не вздумайте сами соваться на мельницу. Это может быть опасно. Мы сами со всем разберёмся, вот пообедаем — и займёмся.

****

В принципе, огонь можно было и не разводить, обойдясь термическими плетениями, вот только практики с ними у начинающего мага было маловато, а есть хотелось ужасно, так что он решил отложить эту практику для более благоприятного времени.

В этот раз он закухарил в котле похлёбку из картошки, ячменя и размоченного вяленого мяса, чуть позже добавив туда грибы, которые заботливо вынесла к ним местная целительница. Получилось очень даже вкусно. Все уплетали варево за обе щёки.

— И что же ты хотел поведать, шпион-недоучка? — Улыбнулся он уголком рта, оторвавшись от своей миски и глядя на Расула.

— Я подумал о том, чтобы прогуляться в серые пределы и попробовать найти, или, если не выйдет, призвать души ребятишек. Так хотя бы будет ясно, мертвы они или нет. — ответил пустынник. — Согласись, не стоило обсуждать запрещённые практики при посторонней? — ответил он на дружескую подколку.

— Почему бы и нет? — пожал плечами северянин. — Только я и так почти уверен, что их нет среди живых. Если они по дороге на ручей увидели что-то, чего им не полагалось, их бы не стали из-за этого удерживать пленниками. Убили бы сразу. — После небольшой паузы он продолжил: — Но если сумеешь пообщаться с их призраками, возможно удастся выудить из них что-то полезное. Так что дерзай. Сейчас, доедим только и займёмся. — Вновь зарылся он ложкой в свою миску.

— У меня будет одна просьба… — Произнёс Фёдд, опустошив миску и убрав посуду в рюкзак. — Я хочу пойти с тобой.

— Исключено! Ты не представляешь, что тебя ждёт там. К тому же, ты ещё не готов… — Начал возражать Расул, но был прерван посреди предложения.

— Ой ли? Мне уже доводилось бывать в серых пределах. — Усмехнулся Хротгар.

— Но как? Ты же только недавно инициировался как маг! Этого просто не может быть! — Глаза южанина округлились. — Или…

— Да, я умер и смог вернуться оттуда. Нет, не сейчас. Это длинная история и я не горю желанием её рассказывать. — Осадил его нордгардец, заметив, что собеседник вот-вот разразится целым каскадом вопросов. — Я просто хочу научиться ходить туда по своей воле, когда мне будет угодно. И чем раньше я начну практиковаться — тем быстрее это у меня получится. — Закончил он.

— Ладно, так тому и быть. Хельмар, нам понадобится твоя помощь. — ответил Расул, судя по всему, смирившись с тем, что сегодня ответов он не получит.

— Но я полный неуч во всём, что касается смерти, кроме, собственно, её причинения. — Грустно ухмыльнулся крепыш и развёл руками. — Зачем вам может быть нужна моя помощь?

— От тебя много и не потребуется. — Вздохнул пустынник. — Чтобы попасть в серые пределы, мы вдохнём один специальный порошок. Он вызовет искусственную кому на несколько часов. Если до нашего возвращения Харальд подаст сигнал, нужно будет вколоть нам противоядие, не волнуйся, шприцы и сам препарат я выдам. Затем нужно будет применить одно несложное плетение, которое вернёт душу в тело, где бы она ни находилась в тот момент. Плетение я тебе тоже покажу. Как видишь, ничего сложного. — Пожал он плечами. — То же самое нужно будет сделать, если мы закончим до того, как порошок перестанет действовать, и я подам сигнал. — инструктор прервался и выпростал из-под рубашки круглый серебряный амулет, в середине которого светился рубин. — Этот амулет светится, когда душа находится в теле, на которое он одет. Он потухнет, когда мы начнём экскурсию и вновь загорится, когда закончим, а я вернусь в тело. Тогда и коли противоядие нам обоим. Естественно, в этом случае плетение применять не нужно.

— Вроде, всё ясно. А как быть с Фёддом? У него нет такого амулета. — Осведомился Цверг.

— Ну, поскольку на прогулку мы уходим вместе, то и вернётся он вместе со мной. Если даже его не будет в теле на момент укола, он будет недалеко и успеет его занять к тому моменту, когда препарат подействует. — Пояснил некромант.

И тут Андрея осенило: «Чёрт, вот, ведь, я дебил! Очень может быть, что моя душа имеет иной вид, нежели тело. Даже почти наверняка. Я ни разу не уверен, что мой лепший «друг» Аграил изменил её вид в соответствии с формой нового тела. А Расул, увидев это, сможет всё понять и выдать меня! И на попятную идти уже поздно, сам ведь настоял на том, чтобы с ним отправиться! Что же делать?!? Так, без паники. Рычагов влияния на этого местного араба, или кто он там, у меня нет, так что заставить его молчать я не смогу, но какой-то выход всё равно должен быть! Как сменить внешность своей души? Думай, тупая башка, хватит истерить! Так, когда меня укусил тот свихнувшийся призрак, кажись, демон звал их спектрами, я просто залепил рану куском его души и он встал, как влитой. Кроме того, из него же я сделал одежду и обувь. В рюкзаке ещё остался материал. Можно попробовать использовав его изменить размеры призрачного тела и лицо, так, чтобы соответствовали моим нынешним. Вот только материала может не хватить. Теперь осталось два вопроса: во-первых, как выиграть время, чтобы оказаться внутри до пустынника и успеть всё провернуть, а во-вторых скульптор из меня аховый и на ощупь я вряд ли много чего сумею наваять, нужно зеркало. Попробую тоже слепить из этой призрачной «глины». Но как попасть туда раньше него?» — Андрей отвлёкся от своих мыслей и обратил внимание на Расула, который продолжал объяснять что-то Хельмару. И тут его осенило.

— Слушай, Расул, а у тебя в серых пределах оружие и доспехи есть? — схватился он за свою спасительную соломинку.

— Конечно есть! Без них там опасно… — пустынник застыл, прервав свою беседу с Цвергом на полуслове и уперев удивлённый взор в лицо Хротгара. — Погоди… Ты что, хочешь сказать, что у тебя нет оружия и защиты?

— Так получилось, что одежду я успел сварганить, а вот на оружие с доспехами времени не хватило. — Собрав на себе шокированные взоры всего отряда и «смуглянки» в особенности, северянин продолжил: — Запас материала небольшой есть, если запустишь меня туда чуть по-раньше, я успею всё сделать, пока ты раздаёшь указания Хельму. — Цверг с пустынником переглянулись и первый кивнул.

— Знаешь, Чёрный Топор, чем больше я тебя узнаю, тем сильнее поражаюсь: и как ты вообще живой до сих пор? — С намёком пошутил южанин.

— Ну, не все же за сделку знания получили… — Лукаво подмигнул лидер отряда.

— Что ж, сотворить чего-нибудь я тебе время дам, всё же, кроме возвратного плетения, которому я научу Хельмара, нужно добыть личные вещи мальчишек и провести поисковый обряд до начала прогулки, чтобы не искать души пареньков наугад. Этим я и займусь, пока будешь «ковать железо». — Ухмыльнулся пустынник. — А пока нам нужно уединённое место, чтобы никто из жителей деревни не застал нас за неподобающим занятием.

— Хорошо, я договорюсь с Сурид, чтобы временно занять какой-нибудь пустующий дом. Думаю, после начала мора тут много жилья освободилось. — Скривился в кислой улыбке Фёдд.

****

Успешно договорившись со знахаркой о том, чтобы расквартироваться в одной из недавно опустевших изб, он уединился там с Расулом и, вот уже битый час помогал ему наносить охранные символы по периметру дома, чтобы сделать пространство внутри него недосягаемым для призраков. Ну, кроме душ двух безрассудных болванов, решивших сходить в гости к ним в мир. Этот барьер позволит северянину создавать свои поделки в безопасности, находясь внутри него.

Наконец, приготовления были закончены и нордгардец улёгся на кровать, мандражируя по поводу того, что ему может не хватить времени до того, как к нему в загробном мире присоединится пустынник. Тем не менее он без колебаний вдохнул носом с ладони заранее подготовленную щепотку светлого, чуть желтоватого порошка. С минуту ничего не происходило, затем засвербило в носу. Чихнув он зажмурился, когда же открыл глаза вновь, он с лёгким удивлением обнаружил смену гаммы на призрачную серую палитру. Поняв, что всё прошло удачно, он встал с кровати и взглянул на своё тело, лежавшее с закрытыми глазами.

Пощупав пульс и поняв, что порошок подействовал, житель песков вышел из избы и, закрыв за собой дверь, направился к жилищу знахарки. Хротгар увидел это, высунувшись сквозь стену дома. Рядом с его кроватью дежурил Хельмар, а Атли и Торстейн стояли снаружи возле двери.

Не став больше терять даром времени, возрождённый, точнее, его бесплотный призрак, вытряхнул из рюкзака остатки «материала», когда-то бывшего обезумевшей душой спектра. Остатков было солидно — добрая половина тушки убитого супостата.

Первым делом зеркало. Фёдд растянул из небольшого куска «глины» высокое плоское полотнище выше своего роста и чуть по-шире. Поверхность не отражала, будучи полупрозрачной и, к тому же, ей было далеко до идеальной гладкости. Он прилепил к стене два верхних угла, чтобы зафиксировать материал вертикально, а затем принялся водить по нему ладонями, усилием воли выравнивая поверхность и уплотняя получившуюся «ткань». Несколько минут спустя (о да, он вновь считал секунды, чтобы иметь хоть какой-то контроль над расходом времени) поверхность, пусть и не достигшая идеала, имея несколько складок, отражала достаточно хорошо.

Как Андрей и думал, душа сохранила его прежний облик из земной жизни. Раздевшись догола, он принялся с волевым усилием размазывать призрачную глину по своему телу, одновременно втирая её. Уже минут через двадцать удалось добиться роста объёма, однако, нужно было что-то делать с ростом, шириной плеч, да и лицо нужно было успеть вылепить. Правда, не всё было так плохо. Материал был крайне податлив и при напряжении воли с определённой целью, достаточно легко принимал нужную форму, не особо завися от движений руками. Как будто он и не лепил своими пальцами, а играл с призрачной материей своим воображением. Тем не менее, начинала накапливаться усталость, а результат был далёк от совершенства. К счастью, образ не приходилось ваять по памяти, ведь рядом с «зеркалом» на кровати лежал живой натурщик. Разобравшись с телосложением и придав нужные черты лицу, Андрей вернулся к проблеме роста. Ещё минут через десять он-таки нашёл способ его увеличения. Он подошёл к закрытой двери и взялся руками за верхнюю часть коробки, ноги же утопив в пороге и, как бы ухватившись ими за него не без волевых усилий. Затем он, напрягаясь изо всех сил, принялся пытаться растянуть своё тело, нагрузив руки как при подтягивании на турнике. При том, что ноги были зафиксированы, эти действия пусть и медленно, но приводили к нужным результатам. Через десять минут подобных упражнений он обнаружил в зеркале точную копию с оригинала, лежащего на кровати. Сразу наступило моральное облегчение. Андрей расслабился, предельно удовлетворённый проделанной работой. Теперь можно было не опасаться за сохранение тайны своего происхождения.

Однако, расслабуха не продлилась долго. Дверь открылась и в неё вошёл «смуглянка», сжимая в руках деревянный кораблик, ремень и ботинок, видимо те самые личные вещи ребятишек. Поняв, что время на исходе, Хротгар содрал со стены «зеркало» и принялся придавать ему форму. Когда в его руках были свежесозданные топор и шлем (изначально он хотел сделать щит, но материала на него уже не хватало, не говоря о доспехах), он взглянул на то, чем же занят Расул. И было на что. Начертив на полу охранный круг с вписанными в него и друг-друга геометрическими фигурами, он один за другим клал туда предметы, которые принёс, внимательно всматривался куда-то в даль, а после повторял вновь и вновь. Затем он начертил на полу новую печать и принялся повторять свои опыты уже с ней. Через некоторое время он застыл в полном замешательстве, а его лицо выражало полнейшее непонимание происходящего.

Когда он отошёл от непонятного наваждения, он подошёл к Хельмару, взял у того шприц и флакон, набрал препарат в шприц, проверил иглу, чуть брызнув из неё жидкостью, и вколол в распростёртое на кровати тело возрождённого. Поняв, что от него ожидают, он быстро занял место в своём теле и, дождавшись, когда препарат подействует, пошевелился и открыл глаза.

****

— И как это понимать? — Только лишь очнувшись и ощутив вернувшиеся в мир цвета спросил северянин.

— Я и сам не понимаю! — Выпалил пустынник. — Их души не откликаются в серых пределах, а аурный поиск на материальном плане тоже ничего не даёт. Последние следы их аур примерно недельной давности. Как будто они просто исчезли.

— А не может быть, что другие призраки их уже утилизировали на материал? — осмыслив услышанное уточнил перерождённый.

— Полностью исключено. По сути, душа — это аура человека, сжавшаяся до размеров его прижизненного тела и помнящая его форму. Ну и переместившаяся в слой реальности, где энергия может существовать не рассеиваясь. Так что если бы они умерли, то в серых пределах остались бы хоть какие-то следы их пребывания. — Словно маленькому начал объяснять смуглый «учитель». — Здесь же что-то непонятное. В физическом слое они исчезли, а в серых пределах не появились!

— Хмммм… То есть, опять тупик? — Потёр подбородок командир. — Теперь вся надежда на допрос мельника и его гостей.

В этот момент в дверь вошёл Атли.

— Слушай, Гъен, тут в деревню двое каких-то конных прохвостов пожаловали, сказались путниками и остановились на ночлег в одном из домов. — Поведал вновь пришедший.

— Откуда припёрлись? — Осведомился командир.

— С запада, я посмотрел по карте, есть старый тракт, проходящий вдоль гор и соединяющий аванпост цвергов, пограничное поселение, пару горных шахт и несколько хуторов помельче этой деревушки. — Пояснил Бъёрни. — Но странно не это. Они экипированы очень хорошо, не как простые торговцы или мещане. Оба при цвайхандерах, причём, у одного не простой, а самый настоящий фламберг. Не дешёвый ковыряльник, переделанный с помощью волнистой заточки, а именно выкованный искривлённым. Да и одеты они в стальную чешую. На гильдейских не похожи, морды, вроде, не бандитские. — С азартом продолжил он свой рассказ.

— Может, кто из местных благородных? — кинул догадку Хельмар.

— Тогда неясно, из каких земель они пожаловали. Тракт находится в стороне от большинства резиденций местных лордов или их дворян. — ответил бородатый, а после небольшой паузы добавил: — Да и свиты с ними не было, а южная изнеженная знать обычно в одиночку не путешествует.

— Да, действительно занятно. Пойду, что ли, познакомлюсь с ними. Хельм, Атли, вы и Торстейн со мной. Расул, подождёшь нас? — Заинтригованному возрождённому не терпелось попробовать «на зуб» новоприбывших.

****

Лишь только оказавшись на улице, Фёдд сразу же заприметил этих двоих конников, державших под уздцы лошадей и о чём-то беседовавших с Сурид. Подойдя по-ближе, он понял, что они расспрашивают её на ту же тему, что и он с друзьями чуть ранее. Однако, опрос они вели несколько более целенаправленно, словно у них уже была заготовлена какая-то версия. Особенно его заинтересовал следующий вопрос, после которого он и решил вмешаться в беседу:

— А по ночам последнее время ничего странного не происходит? Шорохи там всякие, или чей-то тихий шёпот? — допытывался тот из братьев, что по-ниже ростом. В том, что они братья, северянин уверился практически сразу, поскольку их лица имели весьма сходные черты. Волосы их были каштанового цвета. У высокого, бывшего ростом с Торстейна, шевелюра была по-светлее и немного не доставала до плеч, а у его брата напротив была выстрижена под бобрик. Глаза их были тёмно-зелёного, чуть отдающего карим оттенка, чем-то напоминающего болотную воду.

— Некоторые селяне, когда я приходила их кормить, говорили, будто ночью кто-то скрёбся к ним в дом. — Отвечала женщина, немало удивив северянина своими словами. — На выходе я, конечно, двери осмотрела, но ни царапин, ни каких-либо следов не нашла, так что решила, что им примерещилось после стольких смертей. — покачала она головой. — Да и чувствуют они себя неважно, так что не стоит особо верить этим россказням.

— Приветствую, я Хротгар из клана Чёрных Топоров, мы с друзьями здесь по поручению лорда этих земель, чтобы разобраться с эпидемией. А вы, добрые люди, кем будете? — представился северянин.

— Сэр Матиас и сэр Лиам Лоссчестеры. Мы ехали в сторону Лиона на праздник урожая, что будет в завершение ярмарки. Остановились, чтобы дать лошадям поесть и отдохнуть, а заодно и переночевать. — Объяснил более высокий и, судя по отсутствию щетины в отличие от второго, младший из братьев. Ауры братьев ничего не говорили, оставаясь практически неизменными. К слову, они оба были пробуждёнными магами, их ауры представляли из себя светящуюся голубоватую дымку, выходящую метра на полтора за пределы тела и испещерённую алыми и фиолетовыми прожилками.

Однако, по взглядам братьев и некоторым мимическим признакам, всё сказанное, кроме их имён и благородного происхождения, было ложью. И тем не менее, возрождённый не чувствовал в них скрытой агрессии или какой-либо угрозы себе или своим людям. Видимо, у них были какие-то свои резоны лгать о причине своего прибытия. И, да, провинция, которой правил сэр Эрдал, называлась Лионширом, а её столица — Лионом. Собственно, фамилия здешнего аристократа вела своё начало от названия подвластных ему земель.

— Простите мне моё любопытство, однако, как двое благородных рыцарей оказались в этой забытой богами глуши без свиты или, хотя бы, оруженосцев? — Вопросительно приподнял бровь посланник лорда. — И, кстати, чьими вассалами вы являетесь?

— О, простите мне мою оплошность, следовало представиться подробнее. — чуть досадливо улыбнувшись произнёс в ответ Матиас. — Мы с братом вассалы барона Корноула, чьи земли на самом западе Нуринга. Дворяне мы не потомственные, а произведённые, так что особых богатств или собственных земель мы не имеем, а посему и оруженосцы для нас непозволительная роскошь. — С чуть виноватой улыбкой развёл он руками. — А то, как мы здесь оказались — вообще очень забавная история: мы ехали на праздник вместе с делегацией барона, когда лошадь Лиама потеряла подкову. А я, ведь, говорил ему перед отправкой проверить подковы! — Сверкнул деланным гневом во взгляде говоривший, посмотрев на брата. — В итоге мы отстали от нашего сюзерена и его свиты, а лошадь смогли подковать только в Пограничном поселении уже в Нардии. Вот и решили срезать путь по этой дороге, чтобы догнать остальных. — И снова крупица правды в нагромождении крайне развесистой и наваристой лапши. Правдой в этой истории по ощущениям Фёдда было только то, что касалось получения братьями дворянства. Впрочем, от этих не самых богатых рыцарей по прежнему не исходило никакого негатива, кроме некоторого раздражения от необходимости объясняться и при этом врать.

— Что ж, приятно было познакомиться, однако, пожалуй, мне с моими людьми пора возвращаться в лагерь. — Улыбнулся на прощание северянин и, сделав пару шагов в направлении временного пристанища отряда, обернулся и добавил: — Кстати, у меня к Вам будет небольшая просьба: не ходите в сторону мельницы, есть у меня определённые подозрения насчёт этого места, но мы разберёмся сами, а сунувшись туда раньше нас, вы рискуете невольно нам помешать. — Увидев утвердительные кивки братьев, он удалился уже окончательно.

****

— Да, непростые молодчики, что-то явно скрывают, но не из ночных, я бы это понял. Допытываться, кто, почему и зачем, пока не допросим гильдейцев, я не хочу. Если начнётся драка, будет много шума, а эти амбарные пьянчуги могут всполошиться раньше времени и дать дёру. — Почесав подбородок произнёс возрождённый. На самом же деле братья, несмотря на всю свою ложь произвели на него впечатление хороших людей, как ни крути, а в людях Андрей разбирался хорошо. — Сможешь проследить за ними, только тихо, чтобы не заметили? Может, чего интересного увидишь или услышишь.

Когда рыжий уже хотел что-то возразить, в разговор вмешался Расул:

— Зачем провоцировать их на конфликт? Никто не любит, когда за ним следят. — Размеренным полушёпотом рассудил он. — Я могу повесить на них «око» и буду знать обо всём, что с ними происходит, даже не показываясь им на глаза. — его лицо расплылось в лукавой ухмылке.

— А чего за «око»? — Заинтересовался возрождённый, переводя взгляд на говорившего.

— Плетение призрачного ока, если хочешь, могу научить, как освободимся. По сути позволяет временно отделить сознание от тела и, пока тело остаётся неподвижным, незримо наблюдать со стороны. — Явно любуясь произведённым впечатлением, пустынник обвёл присутствующих взглядом хитро прищуренных глаз. — Единственная сложность в том, что нужен какой-нибудь предмет-маяк для привязки к объекту наблюдения.

— И что тебе мешает привязаться, например, к фламбергу одного из них? — спросил уже Атли. Лидер же понимал, что понаблюдать можно было и из серых пределов, безо всяких маяков, только, если не умеешь читать по губам, толку от такого наблюдения будет немного.

— В основном то, что маяк нужно подготовить заранее, не думаю, что кто-то из них так просто даст мне поколдовать над своим оружием. — Улыбнулся пустынник, разведя руками.

— Так, ждите здесь. — Осенённый внезапной идеей, Фёдд выскочил за дверь.

— Ты куда? — Раздался за его спиной удивлённый возглас Хельмара.

Вернулся лидер меньше, чем через минуту, а когда он разжал ладонь, глазам заинтригованных зрителей предстала горсть колючих шариков, оторванных от репейника.

— Сойдёт? — протянул он свой «улов» некроманту.

— А мне нравится ход твоих мыслей, Хротгар, думаю, мы сработаемся! — Подмигнул тот, уже крутя пальцами цепляющийся даже за кожу шарик. — Да, это прекрасно подойдёт.

Минут пять ушло у Смуглянки на магическую маркировку шариков, затем Атли, которому их вручили, скрылся на улице. Вернулся он быстро и без лишних слов кивнул Расулу, чтобы начинал. Тот сел по-турецки на кровати, упёр локти в колени и, закрыв глаза, уложил лицо на ладони, как бы придерживая его. По изменениям в его ауре, Андрей понял, что он спокоен и сосредоточен, а его дыхание плавно замедлялось, как во время медитации. Внук Ярла легко запомнил те плетения, которые изгнанник Дрэйхэма использовал, чтобы сделать из найденного им материала маяки. Рисунок этих магических конструктов был, хотя и не очевидным, но несложным. Видимо, основная трудность состояла именно в том, чтобы привести своё сознание в подходящее для наблюдения состояние и отделить его от тела. Как ни пытался, Фёдд не увидел никаких плетений, создаваемых в ауре некроманта. Их просто не было. Тем не менее, в определённый момент его аура заметно потускнела, сократившись в объёме и едва сохранив свечение. Видимо, это и был момент отделения сознания.

После примерно часа ожидания, когда все уже начали нервничать, думая, о том, что нечто могло пройти неправильно и повредить смуглому, аура «шпиона» вновь вспыхнула первозданной яркостью, и Расул открыл глаза.

— Давай, рассказывай уже, не томи. — Почти хором воскликнули Торстейн и Хротгар, не выдержав паузы и сгорая от любопытства.

— Ладно-ладно! — Выставил руки ладонями вперёд в оборонительном жесте житель песков. — Ребята действительно весьма интересные. Они ещё полчаса примерно говорили с Сурид, причём, вопросы задавали странные. Словно догадываются, в чём дело, из-за чего мор в деревне. Например, спрашивали про внезапные похолодания, или про нехарактерный, возникающий из-ниоткуда ветер. Спрашивали, не умирали ли у больных недавно родные. Ещё спрашивали про какого-то Фредерика, который, как оказалось со слов знахарки, действительно жил в деревне и умер от этого мора в числе первых, один из пропавших парней был его сыном. Потом, договорив со знахаркой и заняв один из домов, говорили уже между собой. Упоминали какой-то орден. Этот пресловутый Фредерик как раз принадлежал к этому ордену, но, вроде как, давно ушёл на покой. Он и вызвал братьев по специальному связному амулету за два дня до своей смерти, когда начались все эти странности. Ещё они обсуждали какую-то тварь и предстоящую охоту на неё, вроде, ночью собрались выслеживать. — Все в комнате внимательно слушали рассказ, не разевая ртов и не перебивая. — Правда, насчёт твари какой-то бред они несли, мол, нежить какая-то, стихийно появившаяся. Я, хоть и не так давно некромантией занимаюсь, да и наверняка всего не знаю, но ни разу не слышал, чтобы нежить появлялась сама, без участия какой-либо магии. Конечно, можно предположить, что речь идёт о гуле, что водились в моих родных землях, или о вампире, но их, вроде, ещё веков пять назад всех истребили под корень, да и будь на телах больных следы клыков или… Ну, не знаю, например, недостаток крови в сосудах, я бы обязательно заметил. Какая, к шайтанам, нежить? — В возмущённом запале почти вскричал Расул, но вовремя успокоился и уже более рассудительно продолжил: — А будь это зомби или анимированные трупы, я бы увидел аурные следы их создателя. Да и не способна столь примитивная нежить поглощать чужую энергию, да ещё и следов не оставлять. Да и в схему поведения не ложится. Люди-то по родственному признаку умирают. Хотя, признаюсь, вопросы ребята задавали так, словно знают, с чем имеют дело. Это немного путает… и пугает… — Завершил он свой рассказ.

— Да, интересная картинка вырисовывается… — Протянул Хротгар. — И непонятная… Впрочем, чего гадать? Как разберёмся с ночными — поговорим с ними на чистоту. Возможно, даже если братики и ошибаются в своих заключениях, всё же смогут нам чем-то помочь. Люди они, вроде, неплохие, гнильцы я в них не почувствовал. Да и этот их орден, хотелось бы по-больше о нём узнать. — Подытожил он под одобрительные взгляды друзей. Только Атли собирался чего-то возразить и уже открыл рот, но махнул рукой и промолчал. — Пока же, давайте поспим хотя бы по паре часов. Чувствую, ночь будет долгой.

Загрузка...