Единое целое

стояли, принаряженные, возле дома, не желая повторения последствий прошлого визита.

Тор спустился с неба, прилетев на своей кувалде, как всегда громогласный и

непосредственный: та самая простота, что хуже умышленного вредительства. Люк даже

не успел возмутиться тому факту, что ас потоптал своими сапогами одну из клумб, как с

неба упал столб радужного света, выжигая в ухоженном газоне огромную печать. И они

вознеслись непонятно куда. Видимо, полыхнуло бешенством от Люка знатно, потому что

не успели они отдышаться, как рядом возник напряжѐнно озирающийся Оби-Ван, готовый

заслонять сына собой от опасности. — Асгард, — коротко сказал Стив, оглядываясь. Под

их ногами переливался всеми цветами радуги широкий плоский мост над звѐздной

бездной. Впереди, километрах в полутора, возносился в небо, сияя на солнце, дворец, судя

по виду, из золота. Вид пейзаж имел самый фантастический, даже Оби-Ван, где только не

бывавший, с интересом принялся вертеть головой, разглядывая всѐ подряд. Они прошли

по мосту, влившись в толпу, расступающуюся перед вальяжно шествующим Тором: что

самое интересное, призрака он в упор не видел. Дворец поражал размерами и блеском

золота, асы сновали в разные стороны… Прошагал отряд в латах и крылатых шлемах. —

А шеи открыты, — тихо заметил Стив. — Эти отважные воины — эйнхерии, гвардия

Всеотца, — провозгласил Тор. — Я представлю вас царю и царице. Тронный зал, в

котором можно проводить испытания малой авиации. И сидящий на троне грузный, но всѐ

ещѐ мощный седой мужчина в броне и короне, держащий в правой руке вместо скипетра

длинное, чуть светящееся копьѐ. И застывшая рядом с ним очень красивая, но какая-то

подспудно уставшая женщина. — Всеотец, царица, — обозначил поклон Тор. — Я привѐл

на праздник царицы Фригги моего собрата по оружию Стивена и его брата по оружию

Джеймса. Мы приветствуем вас! Царь милостиво кивнул, царица улыбнулась Тору. Оби-Ван, на всякий случай стоящий за спинами Люка и Стива, удивлѐнно поднял брови. На

троне, окутанный иллюзией, сидел тощий черноволосый парень с пакостной ухмылкой, и

стоящая рядом царица определѐнно об этом знала. Знала и молчала, одобрительно сжимая

плечо своего якобы супруга.

Часть 19. Целитель

Пир должен был начаться вечером, когда все гости соберутся, когда повара наготовят еды

на армию гостей, когда откроют бочки с медовухой и закончатся прочие хлопоты. Стиву с

Люком отвели неплохие покои в западном крыле дворца со всеми удобствами. Всѐ ещѐ

кипящий возмущением и жаждой выбить из Тора возмещение ущерба Люк тут же залез в

ванну — огромную, как бассейн, и через некоторое время обмяк, успокоившись. Стив, тоже воспользовавшийся возможностью поплавать в ванне супергеройского размера, вылез быстрее и завалился на кровать, по которой можно было маршировать, как по

плацу. Оби-Ван приглушил своѐ потустороннее сияние и шастал везде, добывая сведения, которые и вывалил на Люка и Стива незадолго до пира. — На троне Асгарда Локи под

иллюзией, — сообщил он. — Фригга знает и поддерживает его. Тор не в курсе. Где Один, знают только царица и Локи. Стив вскинулся, но Люк тут же придавил его силой. — Не

скачи, — сказал он. — Видишь же, все довольны. Царица довольна. — Локи узурпатор! —

возмутился Стив. — С чего вдруг? — удивился Оби-Ван. — Локи — наследник царя асов, признанный официально, не менее официально коронованный пару лет назад. Да, сейчас

по какой-то причине изображает своего отца. Но! — призрак наставительно поднял палец.

— Царица Фригга в курсе и полностью одобряет. Значит, не стоит лезть туда, куда не

просят, Стив. — Но Тор же не знает, что на троне не его отец! — продолжал кипятиться

Роджерс. — Так нельзя! — Однако Тора сложившаяся ситуация тоже устраивает, —

сказал Люк. — Разве ты не видишь? Стив посмотрел на Оби-Вана, на Люка, помолчал, пытаясь успокоиться и начать думать. — Что я должен увидеть? — Царица просто

фонтанирует счастьем и огромным облегчением, — начал Люк, Оби-Ван довольно

прищурился. — Она выглядит в Силе женщиной, которая избавилась от огромной

опасности. — Но Тор ничего такого не говорил! — вскинулся Стив. Люк вздохнул. —

Стив. Что вообще Тор говорил о своей семье? Ну? — Ну… что Локи — его брат. А Локи

всегда кричал, что Тор ему не брат, — подумав, ответил Стив. — Что отец крут

неимоверно, что мать прекрасна. Хм. Всѐ, вообще-то. — Именно, — кивнул Оби-Ван. —

Ты не знаешь, что происходило в семье Тора все эти тысячи лет. Тысячи, вдумайся, Стив.

Ты уверен абсолютно, что этот брак был счастливым? Учитывая, что он насквозь

политический, ведь царица Фригга вообще-то принцесса ванов, подконтрольного или

союзного асам мира, тут я не успел разузнать точно. Тор, по твоим словам, ничего не

говорил. Ничего. А умолчать можно о чѐм угодно, включая домашнее насилие. И я даже

не распускание рук имею в виду. Отношение, в первую очередь. Стив поник. У него в

жизни ни разу не было никаких отношений, кроме дружбы с Баки, а Баки… с ним тоже

всѐ не так просто, и он мужчина. — Но что-то же надо делать… — снова сказал он, уже не

так уверенно. — Надо, — неожиданно согласился Оби-Ван. — Но перед тем, как

помогать, требуется узнать, какая именно помощь нужна. И примут ли эту помощь от нас.

И тут нам Тор не помощник. Спрашивать надо непосредственно у царицы и Локи. Мы не

знаем, что привело их к этой ситуации и почему они поступили именно так. — Я бы

подловил Локи, — предложил Люк. — Он ощущается в Силе как израненный — и

ментально, и физически. А ты, отец, попробуй пообщаться с царицей. Ты же

Переговорщик. — А я? — спросил Стив. — А ты отвлечѐшь Тора и потребуешь с него

компенсацию за дверь! — заявил Люк. — Что за хамство! Припѐрся, пригласитель ситхов!

Хорошо, своим молотком люстру не снѐс! Она, между прочим, дорогая! Я узнавал. Стив

покивал, тоже нахмурившись. Он тоже вырос в нищете и привык бережно относиться к

вещам, а вот Тора ущерб не волновал совершенно. — Так и сделаю, — решительно заявил

он и отправился переодеваться в парадные одежды, которые царица прислала гостям.

Оби-Ван тут же просочился в царские покои, куда удалились правители, поприветствовав

всех гостей. Сновали придворные дамы, подбирая наряд для царицы и украшения, молчаливо лупала глазами стража у дверей, советники почтительно доносили царю

какую-то информацию… Наконец Локи под иллюзией встал и отправился к себе —

отдохнуть, а царица, нежно улыбающаяся, направилась в огромный сад, отослав от себя

служанок. Фригга шла, наслаждаясь теплом солнца, лѐгким ветерком, ароматами цветов и

трав, когда рядом с ней что-то еле уловимо засияло. — Приветствую вас, Ваше

Величество, — склонил голову Оби-Ван. — Прошу прощения, что побеспокоил без

предварительного уведомления. Оби-Ван Кеноби, магистр Ордена Джедай. — Давно ли

вы мертвы, магистр? — не дрогнув, спросила царица, и движением ресниц не дав понять, что об Ордене Джедай слышит впервые. — Пять лет, — небрежно пожал плечами Оби-Ван. — Очень интересный опыт. — Не сомневаюсь, — кивнула Фригга. — Что привело

вас к нам? — Мольба о помощи. Чей-то неслышный плач, на который я не могу не

ответить. Раны разума и тела, отравляющие жизнь юноше. Это ведь ваш сын? — Тела? —

развернулась к нему Фригга. — Я исцелила Локи! Неужели что-то осталось незамеченным

мною? —- Я сейчас вижу не так, как при жизни, — прищурился Оби-Ван. — Кто-то не

просто пытал его, а ломал энергетические структуры. Долго и очень… упорно. Тело

исцелено полностью, но внутри… ещѐ есть травмы. И разум. Его держали под Силовым

принуждением. — Вы не пришли бы ко мне, если бы не знали, как Локи помочь, —

сказала Фригга. — Я сделала всѐ, что было в моих силах, но этого оказалось

недостаточно. Помогите моему сыну, магистр! — Долг джедая — помогать

нуждающимся, — поклонился Оби-Ван. — Не будем медлить. Никто не должен страдать

даже одно лишнее мгновение. Фригга решительно развернулась и зашагала через сад к

своим покоям. Призраку она верила — поможет. Не потому, что цеплялась за иллюзию, а

потому что видела истину. Локи находился в спальне, куда Фригга ворвалась золотым

торнадо. Вид у него был уставший. При виде призрака Локи вскочил, схватив копьѐ. —

Ты в безопасности, сын, — сказала царица. — Оби-Ван Кеноби поможет тебе. — Я в

порядке, мама, — нахмурился Локи. Оби-Ван подошѐл ближе и всмотрелся в него: высокого, жилистого — гимнаст, а не тяжеловес, как асы. В Силе Локи выглядел

многократно ломаной и склеенной куклой. — Кто-то очень хотел превратить вас в

марионетку, Ваше Величество, — сочувственно произнѐс Оби-Ван, наполняя Силу теплом

и заботой, и Локи неожиданно впервые не захотелось огрызнуться. — Вы позволите вам

помочь? — Во что мне обойдѐтся ваша помощь, Кеноби? — спросил Локи, не торопясь

убирать копьѐ. Помолчав, Оби-Ван Кеноби ответил: — Люк, мой сын, заберѐт из царской

сокровищницы один предмет по своему выбору. Локи нахмурился, явно вспоминая, что

там хранится, посмотрел на умоляюще сложившую руки на груди мать, на призрака… —

Согласен. Удар копья об пол послал волны Силы по вселенной. — Тогда… — Оби-Ван

осмотрелся и указал на кровать, — прошу вас, Ваше Величество. Стоило Локи улечься, как Оби-Ван засиял, собирая вокруг себя Силу. Это будет труднее, чем вырвать закладки

из разума Старка. Но и награда велика. Оби-Ван знал: то, что валяется на одной из полок

сокровищницы, очень поможет Люку и Стиву.

Сила нежно, ласково коснулась первой трещины в энергетическом теле Локи, осторожно

сращивая сломанное, и тот почувствовал, как уходит привычное до того, что стало

незаметным, напряжение в шее. Фригга смотрела, как призрак исцеляет еѐ сына, и из еѐ

глаз катились слѐзы радости. Она могла многое, но не всѐ. Отдать за вернувшееся

здоровье сына какую-то из побрякушек? Для неѐ выбор не стоял. Фригга готова была

опустошить сокровищницу, лишь бы Локи вновь сиял улыбкой, а не кривил губы в

гримасе. Оби-Ван буквально купался в Силе, чувствуя, что поступает правильно. Что вот

именно этого хочет Великая. Трещины и разрывы зарастали одна за другой, выпрямлялись

покорежѐнные слои энергетики, Локи расслабился, задышав спокойнее. Оби-Ван

методично продвигался от внешнего к внутреннему, исцеляя травмы и сжигая Силой

странную липкую паутину, опутавшую голову и шею пациента. Слои накладывались один

на другой, было тяжело, но Оби-Ван не спешил, тщательно и не торопясь убирая эту

странную черноту, похожую на следы от алхимии ситхов, усеянную крючками закладок и

неправильных убеждений. Наконец он сжѐг последнюю нить и устало выдохнул: — Всѐ.

Как вы себя чувствуете, Ваше Величество? Локи медленно сел и поднял веки, из-под

которых плеснуло яркой живой зеленью. — Собой. Благодарю вас, Оби-Ван Кеноби. Я

словно родился заново. Что со мной было? Мне важно знать. — Вас ломали, Ваше

Величество. Ломали физически, но одновременно подтачивали ваш разум, играя на

страхах и внедряя несвойственные вам мысли и убеждения. Вы должны были… — Оби-Ван задумался, подбирая слова. Фригга и Локи внимательно слушали, не прерывая. —

…стать разрушителем и клеветником. Вы должны были послужить орудием для

достижения чужих целей. Но. Вас спасла решительность вашей матери. — Я всем обязан

матушке, — сказал Локи. — Вот только не могу разрешить еѐ от супружеских клятв, чтоб

они сгорели! — Рабский контракт?! — тут же вскинулся Оби-Ван. — Рассказывайте. Я

постараюсь помочь. Фригга с Локи переглянулись, явно придя к общему решению. Локи

встал и указал на массивные кресла возле низкого столика. — Прошу, магистр. Возможно, взгляд со стороны окажется внимательнее. До пира ещѐ есть время. — Без нас не начнут,

— добавила Фригга и начала рассказывать. Следующие полчаса Оби-Ван внимательно

слушал историю заключения брака между царѐм Асгарда и принцессой ванов. Как он и

предполагал, любовью там и не пахло: сплошная политика. Фригге было запрещено всѐ: влиять на воспитание сыновей Одина — ни один из них не был еѐ ребѐнком; влиять на

самого Одина; озвучивать знание будущего — Один прекрасно знал, что берѐт в жѐны

Видящую; вмешиваться в политику; оспаривать любые решения супруга… Единственное, что ей было разрешено: украшать свой двор и обихаживать супруга. Сплошные

обязанности. А вот с правами всѐ было гораздо печальнее: зачастую у любовниц больше.

И даже у случайных девок, которых завалили на сеновале. Оби-Ван только губы

поджимал: он и не такое видел, но каждый раз это возмущало его до глубины души.

Насилие, прикрытое флером законности. Локи матери помог, насколько сумел: как только

очухался и стал более-менее внятно мыслить, тут же хитрым и тяжѐлым ритуалом с

помощью хранящегося в той самой сокровищнице артефакта лишил Одина магии. И

памяти. В настоящий момент старый хрыч был обитателем неплохого дома престарелых, играл в карты на конфеты и горя не знал. Оби-Ван только бровь поднял: раз царя не

удавили подушкой, а просто превратили в обычного смертного, что-то не то. Где-то есть

подвох. Чутье его не обмануло: Один когда-то изгнал в чудовищную дыру свою слишком

сильную и умную, и, что греха таить, честолюбивую дочь, и та уже неизвестно сколько

времени гнила в бесплодном мире и сходила с ума. И завязаны барьеры были именно на

Одина. На его жизненную силу. — И ведь даже не сказал никому! — сокрушался Локи. —

Промолчал, как всегда. Я чудом узнал! И что теперь делать, ума не приложу. Она…

недоговороспособна. Совершенно. Оби-Ван задумчиво огладил бородку. Сложно. Но он и

не такие задачи решал. — Подводя итог, — начал он. — Вам необходимо разорвать

брачные обеты, избавиться от угрозы в виде Хелы, при этом желательно так, чтобы не

убивать Одина. — Да. — Это решаемо, — обаятельно улыбнулся Оби-Ван.

Часть 20. Рискованный план

Оби-Ван за свою жизнь не раз сам становился рабом, так что отменно знал, что это: быть

вещью, имуществом, а не разумным существом со своими целями и желаниями. Он

неоднократно поднимал бунты, ломал рабские кольца, помогал порабощѐнным обрести

свободу. Он помог многим и многим, увы, помочь своему падавану изжить рабский страх

так и не смог. Но это был выбор Энакина и дела минувших дней. Сейчас Оби-Ван, следуя

с Люком и Стивом на пир в кильватере Локи под иллюзией и Фригги, думал, как красиво

и безболезненно решить поставленную перед ним задачу. В принципе, препятствий он не

видел. Огромный зал сверкал золотом, огнями, длинные столы ломились от яств, слуги

выстроились вдоль стен, готовясь разливать вина и медовуху, подавать блюда и убирать

пустую посуду. При виде царя с царицей асы и гости приветственно взревели, славя чету.

Локи величественно кивал подданным, Фригга светилась, помолодев на две тысячи лет, и

смотрела на сына с любовью. Стив и Люк уселись по левую руку от царицы. Напротив, по

правую руку от царя, сел Тор. Оби-Ван шепнул сыну: — Локи в порядке. Я с ним

договорился. Понадобится ещѐ поработать. Люк чуть кивнул: он в талантах отца не

сомневался — успел и роликов в голонете насмотреться, найдя хорошо спрятанный архив, и рассказов очевидцев наслушаться, да и сам Оби-Ван под настроение делился

воспоминаниями. Рядом невозмутимо сидел Стив, очень недовольный: все попытки

воззвать к совести Громовержца и стрясти с него компенсацию провалились. Тор

пропустил всѐ мимо ушей с лѐгкостью, выдающей огромнейшую практику игнорирования

неудобных вопросов, и вообще не желал общаться на такие приземлѐнные темы. Зато с

гордостью повествовал о своих подвигах. Вскользь поинтересовавшийся судьбой Локи

Стив получил в ответ недовольное пожатие плеч и гневное сведение бровей. Тор на своего

брата был обижен: тот то ли по шее ему дал, то ли свалил куда, не прощаясь, то ли ещѐ

что… внятно претензии ас так и не высказал. И сразу перевѐл разговор на что-то другое, полыхая ревностью, словно малолетка, на которого не обратили внимания. — Локи

официально умер, — шепнул Стиву Люк. — Я поспрашивал немного. Спас Фриггу, куда-то отправился с Тором, а обратно тот вернулся один. Стив поднял брови. Умер. Тогда что

же Тор просто не сообщил, что его брата в живых нет? Почему делает вид, что Локи

просто куда-то удрал? Смысл? Раз есть официальная версия? Тор жрал, поднимал тосты за

прекраснейшую царицу и матушку — последнее подчѐркивалось — и шума создавал, как

целый военный отряд. Фригга улыбалась в ответ на хвалебные речи, вот только

эмоциональный фон еѐ выдавал: да, Тора она любила, но не ждала от него ни поддержки, ни понимания. Оби-Ван куда-то исчез, видимо, отправился собирать информацию: Люк не

сомневался, найдѐт всѐ нужное. Время шло, пир всѐ длился и длился. Начавшийся

вечером, он продолжался до рассвета, и то это было не окончание, а перерыв на поспать и

переварить сожранное и выпитое. Люк старался не морщить нос: варварство.

Классический пир: с морем еды, водопадами выпивки, какими-то певцами и актѐрами, разыгрывающими сцены из сказаний и жизни Одина. Скучно, громко, утомительно. А ещѐ

два дня продержаться надо! К утру четвертого дня, когда пир в честь Фригги официально

завершился, гости и асы еле дышали и почти не шевелились. Люк со Стивом добрели до

покоев и отрубились, полностью без сил. Проснулись ближе к вечеру, а в гостиной их уже

ждал бодрый и довольный собой Оби-Ван. От Стива отчетливыми волнами шла зависть к

тому, что старшему Кеноби ни спать, ни есть не надо. — Папа, мы сначала искупаемся, —

сказал Люк. — Можешь подглядывать. Стив только плечами пожал: чего Оби-Ван в тех

купальнях не видел? — Ты уже взрослый, сын, — чопорно заявил призрак, весело блестя

глазами, — я могу выпустить тебя из поля зрения на время утреннего моциона. — Только

его? — рассмеялся Люк. — Только, — подмигнул Оби-Ван. — Не спешите, время есть.

Они успели и наплаваться в ванной, и поесть, и одеться, и даже обсудить дальнейшие

действия, а потом их вызвали к царю. Локи взмахом руки выгнал слуг и требовательно

уставился на появившегося рядом с Люком призрака. — Магистр. — Ваше Величество, —

поклонился Оби-Ван, — у меня есть решение. — Я бы сначала задачу послушал, —

пробормотал Люк, и Стив согласно кивнул. Похоже, пока они пировали и славили царицу, Оби-Ван Кеноби не просто собрал информацию, он ещѐ успел вызнать, какие у Локи

проблемы и предложил их решение. Или нет? Или не у Локи? Как бы то ни было, Стив

про себя твѐрдо решил, что Тору он набьѐт морду. Зря, что ли, Люк и Оби-Ван его

тренировали? А то ну чисто Чарли Брекстон: набежит, всѐ поломает, всѐ изгадит и делает

вид, что он ни при чѐм! Терпеть этот произвол Стив отказывался. Надоело. Тем более что

Позорище Мстительное распущено, и они Тору ничем не обязаны. Да и заниматься

проблемами подвластного асам мира царевич не спешил. — Итак, — начал Оби-Ван, —

нам необходимо решить несколько проблем. И решать мы их будем последовательно.

Первое. Царевич Локи считается погибшим. Официальная версия, но это поправимо. О

предполагаемой гибели царевича ведь известно со слов царевича Тора? Локи, снявший

иллюзию, кивнул. — Значит, царевич Тор недопонял увиденное, — улыбнулся Оби-Ван.

— Царевич Локи выжил, вернулся домой, в Асгард, и… будет коронован своим отцом, царѐм Одином, при свидетелях и со всеми положенными церемониями. У вас

великолепные иллюзии, Ваше Величество, уверен, всѐ получится. Локи с Фриггой

переглянулись и кивнули. — Следующий шаг, — продолжил Оби-Ван. — Царь, передав

власть, уходит. В поход, где погибает, в отшельничество с очень строгими условиями, хоть в монастырь. Вам решать, как предпочтительнее. — Поход и гибель, — тут же

отреагировал Локи. — Нельзя давать кому-то возможность и основание для интриг. — Я

тоже так считаю, — степенно кивнул Оби-Ван. — Итак, официальные похороны, скорбь и

траур. И мы переходим с внешнего к тайному. Хела и Один. Фригга тут же нахмурилась.

Ей явно было что сказать про опальную царевну, но она промолчала. Похоже, что сказать

не могла. — Что за Хела? — задал вопрос Стив. — Хотелось бы знать. Люк кивнул, соглашаясь с ним. — Старшая дочь Одина, — заговорил Локи. — Водила войска в бой, когда стала слишком опасна и неугодна — была отправлена в ссылку. Проблема в том, что она сошла с ума, но сил не потеряла. Договориться с ней невозможно — я пытался. А

барьеры завязаны на жизнь Одина. Как только он умрѐт, Хела вырвется на свободу. Стив

нахмурился, Люк сморщился: по описанию Хела напоминала призраков ситхов, вечно

голодных и совершенно оторванных от реальности. Да, договориться с такими нельзя.

Используют и сожрут, и даже не фигурально. — Ваше Величество, — продолжил Оби-Ван, — славится умениями открывать проходы в иные места. А прорвать реальность вы

сможете? Локи открыл рот и захлопнул с ясно различимым стуком зубов. Озадаченно

задумался. Покосился на лежащее на специальной подставке копьѐ. — Гунгнир мне

покорен, — задумчиво протянул он. — С его помощью… да. — Нам нужен мир, в

котором все представители царской семьи мертвы, — тихо заговорил Оби-Ван. — И

Асгард почти разрушен. Царевна Хела хотела сесть на трон? Пусть садится. Она хотела

крови и завоеваний? Вот тут ничего не выйдет, командовать практически некем. Пусть

строит и разгребает проблемы, пока отстроит государство, дурной запал пройдѐт. И месть

утолит заодно.

— Стены еѐ темницы рухнут только с гибелью Одина, — мрачно напомнил Локи. —

Выпускать еѐ сюда… слишком опасно. — У нас есть шанс, — заверил его Оби-Ван. — В

настоящий момент Один лишѐн магии и пребывает в Мидгарде. Что произойдѐт, если

устроить ему клиническую смерть и откачать? Локи поражѐнно распахнул глаза. —

Если… Магия вернѐтся. Хела вырвется. — Нам необходимо сделать несколько вещей

одновременно: клиническая смерть Одина и открытие пути в найденный заранее мир.

Выкидывать их придѐтся одновременно. А там пусть сами разбираются, что и как. — Как

мы это сделаем? — спросил Люк. — Операция должна быть синхронизирована

филигранно. Когда Хела вырвется, куда она ринется? — К отцу, — уверенно сказала

Фригга. — Весь еѐ гнев направлен прежде всего на него и лишь потом на братьев. —

Значит, работать придѐтся на Земле, — хмуро сообщил Стив. — В максимально

безлюдном месте — я настаиваю. И у Локи будет только один шанс выкинуть их из нашей

вселенной. Я вижу это так: Локи… прошу прощения, царевич Локи, открывает портал и

держит. В это время Одину останавливают сердце, ждут падения барьеров, затем его

откачивают. И как только Хела приходит, их обоих надо выпихнуть в другую реальность.

Он вздохнул. — Почему нельзя просто убить Одина? — Потому что с разъярѐнной Хелой, окончательно утратившей разум, мы не справимся, — скривившись, словно от зубной

боли, выдавил Локи. — Мы думали над этим. Увы, простой вариант не сработает. —

Значит, на Земле, — угрюмо кивнул Стив и посмотрел на Локи в упор. — Но сначала я

набью Тору морду. Он нам дверь сломал. Входную. — И шлангом прикидывается, скотина, — зло добавил Люк. — Чуть люстру не сбил своим молотком! Локи моргнул, уставившись на них… и расхохотался. Он смеялся, пока из глаз не потекли слѐзы. — Если

вы набьѐте Тору морду, — вытерев лицо и отдышавшись, заявил Локи, — я заставлю

оплатить его вам ущерб. И виру выплатить. Из личного содержания. Стив с Люком

расплылись в злобных ухмылках. — Тогда поторопимся, — едва не потирая руки, заявил

Стив. — С вашего разрешения, — добавил он, получив в ответ одобрительный взгляд

Оби-Вана. Локи встал, окутываясь иллюзией. — Хочу это видеть, — заявил он, решительно зашагав к двери.

Часть 21. Бой без правил

Чего Тор не ожидал, так это удара в лоб кулаком, от которого в голове загудело, а его

самого отшвырнуло прочь. Он с трудом удержал равновесие, встряхнулся и хищно

оскалился: славный будет бой на кулаках! Причину вызова Тор, если честно, пропустил

мимо ушей: что-то там про люстру, двери и моральный ущерб, он выцепил главное — бой

без правил, до полного отключения противника. Взревев, Тор бросился на Стива, стоящего в незнакомой стойке, нехорошо щуря голубые глаза, и пошла потеха. Краем

глаза он уловил блеск доспеха, и тут же удвоил усилия: отец смотрит! Тор был уверен, что

победит: он ас, он Громовержец, у него за плечами опыт столетий. Чего он не знал, так это

того, что Стив Роджерс — это комок сконцентрированной ярости, выдержанной теми же

столетиями. Стив бился за дверь и за люстру, за Баки и за свою нищую хлипкую юность, за миллион умерших от голода ирландцев и своего оставшегося на поле боя Первой

мировой отца, за сгоревшую от чахотки маму, за всех ирландцев, до сих пор страдающих

от гнѐта англичан, за тех людей, что пострадали от проходящего мимо Тора и его

дружков. Эта ярость копилась едва ли не с тех пор, как его далѐкий предок из Детей Дану

впервые потерпел поражение в сражении с фоморами. Стив знать всего этого не знал, это

просто кипело в его крови. И сейчас он мог выплеснуть это с пользой, получив прямое и

недвусмысленное разрешение втоптать Тора в неувядающую травку тренировочной

площадки. Стив бился так, словно от этого зависело существование целых миров, выжимая из себя всѐ и даже больше, впервые выходя за рамки, поставленные

руководством и им самим. Люк очень многое в нѐм сдвинул, как и Оби-Ван, обучая и

развивая, заставляя думать, а не слепо отмахиваться от всего на свете, и эта раскачка дала

свои плоды. Стив бился с Тором, взбесившим его своим презрением ко всем, кто не

царская семья, на равных, и делал всѐ, чтобы стать ещѐ сильнее, чтобы показать наглому

мудаку, играющему в благородство и братство, его место. Локи, стоящий под руку с

Фриггой под иллюзией Одина, умирал от восторга, наблюдая, как лощѐную рожу Тора

превращают в месиво. Люк довольно наблюдал, как его временами бестолковый и

наивный названый брат раскрывается в этой драке, не жалея и не щадя ни себя, ни Тора. В

толпе окруживших площадку асов с самого начала заключались пари — Люк это отлично

улавливал. И на Тора ставили совсем не все. Не настолько его любили и уважали, как Тор

громогласно расписывал. И сейчас слишком многие тихо радовались, видя, как

гонористому царевичу разбивают лицо кулаками. Стив с каждой минутой боя действовал

всѐ стремительнее и хладнокровнее: бешеная ярость никуда не исчезла, но из мутного

потока она постепенно превратилась в ледяной водопад, помчавшийся по жилам, придавая сил и внимательности. Теперь он видел все движения аса, понимал, как

работают его тело и разум, что Тор сделает и как это использовать. Удары стали точными, бьющими в больные места, калечащими, преднамеренно наносящими тяжѐлый урон; Стив

вкладывал в каждое движение не только физическую силу, которой в нѐм было с

избытком, но и ещѐ что-то, что неожиданно потекло сквозь него. Удар кулаком в

солнечное сплетение — и Тор согнулся, выплюнув кровь. Ещѐ удар — внутренние органы

начали лопаться. Ещѐ удар — мышцы начали отделяться от трескающихся костей. Тор

упал, закрыв глаза и не шевелясь, изо рта и ноздрей, даже из ушей у него текли струйки

крови. Воцарилась напряжѐнная тишина: все присутствующие ждали вердикта царя. Локи

ударил пяткой копья в землю. — Царевич Тор проиграл. Тор не мог не то что возразить, а

даже и пошевелиться: он потерял сознание. Фригга о нѐм не беспокоилась: выживет. —

По требованию доблестного Стивена Тор обязан выплатить виру за принесѐнный ущерб,

— добавил Локи. — Из личной сокровищницы Наследника отсыпят золота столько, сколько весят Стивен и его побратим. Кроме того, они вольны выбрать шесть любых

предметов по своему желанию. Без ограничений. Да будет так! Асы переглянулись в

полном обалдении: это что ж такое натворил Тор, что его так сурово?! Обычно ущерб

Один оплачивал сам, из казны, а зачастую и вовсе не парился такими моментами. А тут!

Тора подхватили и поволокли к целительницам. Фригга проводила его нечитаемым

взглядом и вновь сосредоточилась на Локи. За Наследника царица не переживала: и не

такое исцеляют. А Тору получить по рогам полезно: Фригга его любила, но отлично

понимала, что помощи от него не дождаться. Никакой. Тор вырос законченным эгоистом, думающим только о себе. Не то что Локи, который, невзирая ни на что, сумел разглядеть

за золотым фасадом царской семьи неприглядную правду и пытался сделать хоть что-то.

— Стивен, ваши руки, — сказала Фригга. — Ступайте и вы к целительницам. Стив

осмотрел свои стѐсанные о Тора кулаки, лизнул костяшку и пожал плечами: — Само

пройдѐт. Оби-Ван молча коснулся пальцами распухших кистей рук Роджерса, посылая

импульс Силы, давая толчок к исцелению. Регенерация у суперсолдат впечатляющая, а

если ей чуть помочь… — Тогда приведите себя в порядок, и вас проводят в мои покои, —

заявил Локи, от которого мощно пѐрло удовлетворением и злорадством. — Пообедаем.

Нам многое стоит обсудить. Стив с Люком поклонились и поспешили к себе, сопровождаемые невидимым призраком. За обедом они начали разбирать по мелочам

план. Обсуждение затянулось, зато удалось проработать всѐ от начала и до конца: у них не

будет второго шанса и права на ошибку. И уже на следующий день план начали

исполнять. Локи творил чудеса своими иллюзиями: пока Тор валялся в палатах под

присмотром, состоялось торжественное возвращение блудного сына и объявление его

будущим царѐм. Локи ведь был регентом? Был. Потренировался? Потренировался. Вот

пусть и занимается делом. Придворные только переглядывались понимающе: в том, что

Тор окончательно утратил расположение отца, никто не сомневался. Да и такое

сокрушительное поражение от рук мидгардца и выплата виры репутацию лишь

пошатнули. Так что не успел Тор как следует очухаться, а уже пришлось стоять, бессильно сжимая кулаки, и наблюдать за коронацией Локи. — Он точно на своѐм месте,

— высказался Люк. — Да, — согласился Стив. — Локи будет царѐм справедливым, безжалостным и милосердным, — добавил Оби-Ван Кеноби. — Он многое перенѐс и

столь же многому научился. — Ну да, это вам не морды бить, дома рушить и пиво жрать,

— согласился Стив. — Как по мне, Тор с его умением прогнозировать последствия и на

комвзвода не тянет. Странно это. Наследник царя, не хрен с горы — и не дорасти хотя бы

до полководца? За столько-то лет! Люк с Оби-Ваном пожали плечами: мало ли таких, как

Тор, не желающих развиваться и считающих, что они круты по определению? Просто

потому что родились? Полно. Во всех слоях населения и во всех культурах. А теперь Тор

или начнѐт меняться, или вымрет, как те динозавры, с концами. Локи с ним нянькаться не

будет и терпеть подрывную деятельность тоже — а Тор не утерпит, начнѐт возмущаться и

вредить. Но это не их проблемы. Практически сразу после коронации Один засобирался в

поход в гордом одиночестве. Локи с Фриггой создали отличное обоснование для такого

поступка царя: дескать, тот желает пройти испытания духа и тела, а такое в компании не

совершают.

Так что асам оставалось только воспевать храбрость и силу бывшего царя и наблюдать за

мучениями Тора, который не знал, куда себя применить. Тем временем на Земле

подобрали подходящее место на одном из Шетландских островов и ждали лишь нужного

момента, который должна была подсказать Фригга. Пришло время отправлять Одина

навстречу Хеле и своей судьбе: Локи забрал беспамятного старика из дома престарелых, погрузив в глубокий сон. И наконец нужный момент настал. Стив волновался, как

окружавшее их Северное море, однако молчал, чтобы не мешать остальным. С одной

стороны, клиническая смерть для старика опасна: сердце снова может и не запуститься, и

тогда придѐтся биться с безумной Хелой, а она слишком сильна. С другой стороны, Один

не просто ас — он царь, пусть и бывший, и какой-то там остановкой сердца его не убить.

— Время, — сказал Люк, которого назначили координатором. — Оби, Локи, готовы?

Стив? Все кивнули, Люк сосредоточился и дал отмашку. Оби-Ван засиял потусторонним

светом, его ладони сжались, и лежащий на жухлой траве погружѐнный в сон, похожий на

кому, Один вздрогнул и обмяк. Наконечник Гунгнира засверкал, наливаясь зеленью и

серебром. Локи превратился в статую, под его взглядом в воздухе появилось завихрение,

разрастающееся в кольцо, за которым виднелось далѐкое чужое солнце и руины Золотого

города. Смотрящая неизвестно куда Фригга подняла руку: Хела, почуяв смерть Одина, проломила истончившиеся границы своей тюрьмы. — Оби! Призрак сжал Силой сердце

лежащего бездыханным старика раз, другой… третий. И сердце забилось, а вокруг Одина, задышавшего и начавшего ворочаться, забушевала магия. Фригга вновь подняла руку: Хела почуяла, что Один жив, и теперь рвалась к нему, наводясь на магию царя, словно на

маяк. Один открыл глаза за миг до того, как Локи и Оби-Ван укрыли их всех

невидимостью. Седую бороду и волосы трепал холодный ветер, дующий из самой

Арктики и пронизывающий до костей. Зелѐная трава шла под ним волнами. Один встал, и

тут же перед ним возникла Хела — худая до измождѐнности, с совершенно бешеным

взглядом. Она безумно улыбнулась и уверенно цапнула Одина за бороду. В тот же миг

Локи распахнул портал максимально, а Оби-Ван и Люк ударили Силой, выпихивая

жаждущих общения родственников прочь с Земли. Они успели увидеть шокировано

распахнутые глаза Одина, которого магия облачила в золотые доспехи, услышать

безумный счастливый смех Хелы… Портал закрылся и Локи, сцепив зубы от напряжения, изливал из Гунгнира потоки магии, навеки запечатывая и отрезая ту реальность от миров

Иггдрасиля. Наконец зелѐные с серебром потоки магии иссякли, Локи утомленно опѐрся

на копьѐ. Фригга, стоящая в стороне, тяжело задышала, застонав. Неожиданно она

вскрикнула: вокруг еѐ шеи, рук и лба закружились тонкие золотые нити магии, начавшие

лопаться одна за другой. — Хела времени не теряет, — констатировал Оби-Ван, наблюдая, как рвутся наложенные на Фриггу узы. Локи, сам едва державшийся на ногах, поддержал мать. Воздух звенел от разрушающихся клятв, обетов, обязательств, и с

каждой лопнувшей нитью Фригга становилась всѐ моложе и моложе, словно они

высасывали из неѐ жизненную силу и магию. Они долго стояли на стылом ветру, пока не

лопнула с оглушительным звоном последняя нить, и Фригга не опустилась, обессиленная

и неимоверно счастливая, на колени, рыдая от облегчения. — Царь умер, — тихо произнѐс

Оби-Ван. — Да здравствует царь. — Долгих лет Локи! — поклонился Люк, и Локи, обнимающий мать, рассмеялся сквозь слѐзы. — Получилось, — констатировал Стив. —

Хела не вернѐтся? — Нет, — прошептала Фригга, упираясь лбом в плечо сына. — Не

вернѐтся. Ей там будет хорошо, пусть и не сразу. — Вот и прекрасно. Домой? — Домой,

— кивнул Локи, любезно открывая Люку с Баки тропу прямо к их дому. — Домой.

Пойдѐм, матушка. — Да, сынок, — Фригга встала, утерев слѐзы. — Но сначала награда.

Один предмет из сокровищницы, помнишь? И вира. — Мое упущение, — нахмурился

Локи. — Прошу. Сокровищница ждѐт. И они вновь вернулись в Асгард. С вирой было

просто: Стив и Люк встали на огромные весы, на одну чашу, на вторую выложили

золотые слитки… горка получилась внушительная. Ещѐ в сокровищнице Тора Люк забрал

набор метательных ножей, решив порадовать Баки, отличные наручи из явно непростого

металла для себя и роскошную чашечку, выточенную из золотого кристалла, для Оби-Вана. Стив себя тоже не обделил, выбрав отличный кинжал и два засапожных ножа.

Потом Люк и Стив в компании Оби-Вана пошли шариться по царской сокровищнице под

злобное сопение Тора, рассматривая то одно, то другое. — Я заберу его, — заявил Люк, поднимая Силой сияющий голубым небольшой куб. — Локи, почему?! — возмутился Тор.

— Когда поймѐшь, почему, сможешь претендовать на трон, — отрезал Локи. Тор бросил

на него злобный взгляд, но промолчал. Его бесила необходимость подчиняться тому, кого

гнобил и не воспринимал равным годами, называть брата царѐм и вообще соблюдать

субординацию: Локи, как ощутил Тор на собственной шкуре, хамство терпеть не

собирался. Люк с Оби-Ваном и Стивом поклонились, и Локи взмахом руки открыл им

тропу к Мидгарду. Можно было не сомневаться: она откроется чѐтко возле двери их дома.

— Теперь у нас есть шанс, — прошептал Оби-Ван, косясь на куб, который Люк завернул в

ткань и теперь раздумывал, где спрятать. — На что? — полюбопытствовал Стив.

Тессеракт его немного нервировал. — На что-то очень хорошее, — улыбнулся Оби-Ван.

— Ладно. Отдыхайте, я к Баки. — Скажи, что я скучаю, — умоляюще сложил руки на

груди Стив. — Скажу, — пообещал Оби-Ван Кеноби и растаял.

Часть 22. "Переговорщик"

Пока Оби-Ван необычно долго отсутствовал — почти полторы недели, Баки решил

отдохнуть. Он, если честно, устал. И носиться как в задницу укушенный, потому что

нужно что-то делать вот совершенно срочно, просто сейчас, и управлять «Лусанкией», и

следить за каждым своим словом и движением… Поэтому он банально оставил корабль

дрейфовать в космосе, а сам ел, спал и почти не шевелился. Не хотелось ничего делать, хотелось отдохнуть. Впервые за годы он предавался лени и его никто не трогал.

Возникший внезапно Оби-Ван тепло улыбнулся, обнаружив Баки на мостике на подобии

шезлонга с чашкой кафа в одной руке и каким-то сладким батончиком из пайка в другой.

Горка пустых упаковок в коробке намекала, что лежит он тут и любуется звѐздами давно.

— Здравствуй, сын, — тепло поздоровался Оби-Ван. Баки перекатил голову в его сторону

и улыбнулся. — Привет. Чем занимался? Я практиковался в делании ничего и, надеюсь, преуспел. Жаль, почитать нечего. — Стив набил рожу Тору, мы помогли царевичу Локи

стать законным царѐм и в результате нашли в его сокровищнице нечто, что поможет нам

всем решить уже наши проблемы. — Что именно нашли? — заинтересовался Баки, распаковывая ещѐ один батончик. — Куб, который является сосредоточением огромной

энергии. — Тессеракт?! — едва не подавился Баки, уставившись на призрака круглыми

глазами. — И Локи его отдал?! — Да, — кивнул Оби-Ван. — С ума сойти, — пробормотал

Баки. — Случаются же чудеса на свете. Ладно. И теперь ты тут. Хорошо. Отец, у нас

проблема. — Какая? — тут же встрепенулся призрак. — Да всѐ та же, — вздохнул Баки.

— Полное отсутствие экипажа. — Ты заскучал? — удивился Оби-Ван. — Я не хочу быть

привязанным к кораблю и выкладываться каждый день на полную, — заявил Баки. —

Отдых необходим. Иначе я сдохну. Вон ты жил на голой Силе — и чем это закончилось?

Оби-Ван задумчиво кивнул. Да, он жил практически на Силе, ел от случая к случаю, постоянно медитировал, пытаясь нащупать верную тропу в окружающем его мраке, и… За

двадцать лет такого существования он постарел минимум лет на сорок. Великая Сила! Да

ему во время Чистки было тридцать шесть! Всего лишь! А к моменту своей добровольной

гибели он выглядел, да и был глубоким стариком, разваливающимся на ходу, которому

навскидку можно было дать минимум сто лет! Обычные люди спокойно доживают до ста

двадцати! Он, учитывая Силу и знания, должен был прожить две сотни лет. Минимум. А

сейчас… Оби-Ван нахмурился, анализируя своѐ отношение к жизни. Чем дальше, тем

больше он забывает о нуждах тела. Он ведь призрак… но его сын — нет! А значит, проблему требуется решать. Срочно. — Ты прав, Баки, — решительно посмотрел он на

внимательно наблюдающего за ним сына. — Требуется экипаж. Такой, который не будет

создавать проблем и не попытается банально спереть корабль. — И где такой взять? — с

сомнением сморщил нос Баки. — Регион Экспансии, — пояснил Оби-Ван. — Я знаю, что

уцелевшие клоны бежали именно туда. — Ты уверен в их лояльности? — прищурился

Баки и зажевал последний батончик. — Уверен, — твѐрдо ответил Оби-Ван. Баки

потянулся, как ленивый разоспавшийся кот, и вскочил на ноги. — Ну тогда двинули за

ними. Показывай, куда лететь. Баки привычно устроился в капитанском кресле и

сосредоточился. Сила, его и Оби-Вана, смешалась и растеклась по огромному кораблю, заполняя его до последней заклѐпки. Двигатели взревели, на экранах замелькали

координаты, они набрали скорость — и звѐзды смазались, когда «Лусанкия» скользнула в

гиперпространство. Баки улыбался: непередаваемое чувство — управлять таким

кораблѐм. Регион Экспансии был огромен, и искать там конкретную планету или спутник

можно было до морковкина заговенья, как говорил когда-то Лукин, но Оби-Ван задал

точные координаты прыжка, так что из гипера «Лусанкия» вышла на высокой орбите

планеты, из космоса выглядевшей синей и зелѐной. — Почти как Земля… — протянул

Баки. — Только синего больше и полярных шапок нет. — Сектор Практа, система Нексер, планета Джуб, — коротко сообщил Оби-Ван, разглядывая планету со странным

выражением лица. — Климат неплохой, коренных жителей нет. А пришлые… они

называют планету Брат. Vod на мандалорском. — Ты им доверяешь? — тихо спросил

Баки. — После Чистки, после… всего. Оби-Ван долго молчал, смотря сквозь обзорный

экран. — Они были как дроиды, — неожиданно начал он. — Вот они светятся в Силе, каждый — индивидуальность, и вдруг их словно стѐрли. Выключили. Не они стреляли

мне в спину и убивали моих братьев и сестѐр. Это был Палпатин. Его воля и Сила. И это

был Энакин. Их — Палпатина, Энакина и тех, кто добровольно, понимая, что делает, шѐл

на это, я могу обвинять. Клонов? Нет. Они послужили орудиями и, когда нужда в них

отпала, ситхи живо списали их и выкинули, сломав. Я нашѐл ответ относительно недавно.

Чип в мозгу. — И никто не обнаружил? — усомнился Баки. — Невозможно было

обнаружить, — вздохнул Оби-Ван. — Он был органическим, плюс расположен так, что

невозможно достать, не убив, плюс находился в неактивном состоянии, плюс… — А

сейчас как? — Эта дрянь начала разлагаться уже через пять лет после активации, —

хмыкнул Оби-Ван. — Органика. Ситх всѐ просчитал. Клонам на Камино так промывали

мозги, что они буквально созданы для джедаев, что, когда чип ломался, девяносто пять

процентов клонов кончали жизнь самоубийством, не выдержав осознания того, что они

натворили. Остальные? Гибли, пытались вредить, пытались влиться в Восстание. Вот

только доверять им никто не собирался, прав они не имели и не имеют… Выжила горстка.

— Как всѐ знакомо… — процедил Баки сквозь стиснутые зубы. — Что мы будем с этим

делать? Я так оставлять их не намерен, но и в том, как привести их в себя, ни хрена не

понимаю. С собой-то до конца не справился. — Им просто надо дать опору, — прошептал

Оби-Ван. — Цель. Смысл. Дать понять, что они не виноваты. Сказать об этом. И, Баки…

Ты ни в чѐм не виноват. Виноваты те, кто делал из тебя вещь. Они. Не ты. — Спасибо, —

пробормотал Баки, отводя взгляд. — Я… Спасибо. — Им надо услышать, что их генералы

их не винят, — скорбно вздохнул Оби-Ван. — Я им скажу. — Они услышат? — Да.

«Лусанкия» висела над планетой, и Баки просто чувствовал панику, ужас и отчаянное

желание дать отпор, доносящиеся сквозь Силу. Он сел в катер и помчался вниз, и жалкая

планетарная оборона не смогла его остановить: бешеные перегрузки, полѐт, сходу

выдавший, что за штурвалом Одарѐнный… Катер приземлился прямо на главную

площадь, на которую высыпали жители: поголовно в доспехах, пусть и старых, с

оружием… Первым по трапу спустился Оби-Ван, сияя нестерпимым голубовато-белым

светом, и поселение накрыла жуткая мертвенная тишина. Один из клонов, хромая, вышел

вперѐд, содрал с себя шлем и рухнул на колени. — Генерал, — выдохнул он, умоляюще

протянув пустые руки. — Генерал Кеноби! — Здравствуй, Коди, — тепло улыбнулся

призрак. — Рад тебя видеть. Он опустился на колени рядом с пожирающим его безумным

взглядом клоном, обнял, и тот буквально завыл, трясясь. Баки смотрел на эту сцену с

трапа. И молчал. Клоны собрались вокруг Оби-Вана, и каждый старался коснуться его.

Почти все они плакали. Но слѐзы — это хорошо. Это правильно. Со слезами легче. Сам

Баки не замечал, но по его лицу тоже текли тихие слѐзы.

Слова Оби-Вана что-то стронули в нѐм, и теперь со слезами из него словно выходил тот

стылый ужас, что сопровождал его годами. Становилось… легче. Баки прекрасно отдавал

себе отчѐт в том, что он не станет тем легкомысленным красавчиком из Бруклина. В конце

концов, Кулаком Гидры он пробыл куда дольше, чем гражданским. Но винить себя за

прошлое Баки не собирался. Хватит. Он услышал от отца — а Оби-Вана он совершенно

неожиданно начал воспринимать именно так — что тот его ни в чѐм не обвиняет. Именно

то, чего он не дождался там, в той реальности. Клоны не могли прийти в себя долго. Они

плакали, каждый старался коснуться Оби-Вана, убедиться, что пусть и призрак, он им не

мерещится. Кеноби их утешал, заверял, что не держит зла, что они не виноваты, что он

скучал, что сделал всѐ, чтобы восстановить справедливость, что… Увидев, что клоны не в

силах сдвинуться с места, он вздохнул и позвал Баки. — Коди, господа… Знакомьтесь, мой сын. Люк Кеноби. Они в едином порыве повернулись, уставившись на спустившегося

по трапу Баки. — Точно Кеноби, — первым сказал Коди. — Рад знакомству. Вы… Вы же

к нам по делу? — По делу, — кивнул Баки. — Мы угнали «Лусанкию», но управлять ею

вдвоѐм утомительно. Вот, собираем команду. Желаете присоединиться? Сила вспыхнула

шоком, радостью, ностальгией. — Вы ещѐ спрашиваете, сэр! — воскликнул какой-то

клон. — Я первым выберу койку! — Каюту, — с улыбкой поправил его Оби-Ван. — Для

каждого из вас есть каюта, Прыгун. — Вы меня помните, генерал?! — пролепетал клон, спешно сдирая с себя шлем. — Конечно, помню, — заверил его призрак. — Как я могу вас

всех забыть? Коди замер рядом с ним с таким видом, что сразу становилось ясно: даже

если его убить, восстанет и продолжит идти за своим генералом. От такой преданности

становилось жутко. — Так что, господа, — лучезарно улыбнулся Оби-Ван. — Кто-то

хочет присоединиться ко мне? — У вас есть план, генерал, — утвердительно произнѐс

Коди. — Разумеется, дорогой, — подмигнул призрак, и клоны просто растаяли под его

взглядом. — Палпатин мѐртв. Окончательно и бесповоротно. Мы убедились в этом с моим

сыном лично. У нас есть корабль, из розыскных списков нас вычеркнули, так что мы

летим на Набу. — Почему туда? — удивлѐнно спросил кто-то. — Там моя родня по

матери, — ответил Баки. — Семья Наберрие. — Наш генерал трахнул королеву! —

завопил кто-то, и напряжение взорвалось гиканьем и восторженными криками. Кеноби

молча закрыл лицо ладонью. Коди фыркнул, но постарался сделать рожу кирпичом. Баки

хохотнул, оглядывая толпу: клоны выглядели мощными, сильными, невзирая на седину и

морщины, избороздившие смуглые лица. На вид им было под пятьдесят. — Так что, все

летят? — Баки завертел головой. Сотни три, не больше. Всѐ, что уцелело от нескольких

миллионов. — Разумеется, — прожѐг его взглядом Коди. — Генерал от нас никуда не

денется. А это, — он мотнул головой на похожие на бараки домишки, — не жизнь. —

Тогда слушай мою команду, — заговорил Оби-Ван, и клоны вытянулись, пожирая его

взглядами. — Ценное собрать, погрузить на корабли, переместиться на «Лусанкию». —

Дурацкое название, генерал! — проворчал Коди. — Я знаю, — мягко произнѐс Оби-Ван.

— Выберем новое. Исполнять! — Есть, сэр! — гаркнули клоны и разбежались во все

стороны. — Мы назовѐм его «Переговорщик», — уверенно заявил Коди и пошѐл

собираться под полным ностальгии взглядом призрака. — Ну хоть не «Миротворец», —

хмыкнул Баки. В Силе повисло недоумение. — Потом объясню, — пообещал он.

Часть 23. В гости к бабушке

Баки смотрел, как привычно заселяются клоны, и улыбался. «Переговорщик» сразу же

наполнился жизнью, перестав напоминать летающий мавзолей. Оби-Ван был прав: каждый из них был огнѐм в Силе, яркой индивидуальностью. Клонов оказалось не так

много — триста четыре человека. — Как помочь им со здоровьем? — спросил Баки. —

Они же не должны выглядеть так? — Камино разрушена, — помолчав, ответил Оби-Ван, задумчиво наблюдающий за суетой. Коди, командующий своими братьями, наконец

раздал все приказы и бодрым шагом целеустремлѐнно приближался к ним. Вид у клона

был решительный и жѐсткий. — Но нам вообще-то может помочь любой высококлассный

медицинский центр. — Набу подойдѐт? — осведомился Баки. Коди, как раз подошедший

и замерший возле Оби-Вана, поднял брови. — Набу… — Оби-Ван повернулся к Баки, внимательно его рассматривая, — подойдѐт. Но ты понимаешь последствия такого шага?

— Понимаю, — кивнул Баки. — Исард слюной захлебнѐтся от радости. Нас она из

списков убрала после бомбардировки Бисса. Оби-Ван кивнул. Он тоже проверил новости, когда они покинули Бисс, и тоже увидел изменения. — Значит, возвращаемся на Набу, —

решительно заявил Баки. — Денег на обследование и лечение экипажа нам хватит. —

Республика? — прищурился призрак. — Лея? Остальные? Что с ними? Хан? Баки

задумался. — Хан поймѐт, — наконец заявил он. — Лея… Если честно, ты был прав.

Сейчас вот я тоже думаю, что что-то внешнее было. На остальных плевать. На Лею

особенно. Кто она мне? Да никто. Нет, соратник она хороший… Это мне ещѐ предстоит

обдумать. И он бросил на Оби-Вана короткий взгляд. — Тогда уходим к Набу, —

согласился Оби-Ван, понимающе смежив на миг веки: о родстве Люка и Леи они никого

информировать не собирались. — Предупреждать будешь? — Неа, — заухмылялся Баки.

— Сделаю бабушке сюрприз. — Откачают, если что, — дѐрнул плечом Оби-Ван. — Коди.

— Генерал? — вытянулся клон, поедая призрака преданным взглядом. — Курс на Набу.

— Слушаюсь! — сверкнул глазами Коди. — Люди! Вы слышали генерала! Курс на Набу!

— Ойя! — рявкнули клоны. Баки улыбался, глядя за них, буквально купаясь в тех

эмоциях, что заливали корабль. Да, хорошая была идея, ничего не скажешь. — Как вы

выжили, Коди? — неожиданно мягко спросил Оби-Ван. — Я знаю, что ты был в отряде

Чистки. И Вейдер курировал вас лично. Лицо клона закаменело, от него плеснуло дикой

болью. — Генерал… — выдохнул он, умоляюще уставясь на Кеноби. — Я… — Ты не

виноват, Коди, — тут же заверил его Оби-Ван, взяв за плечи. — Я никого из вас не виню.

Никого. Я жалею лишь об одном: не увидел, не уследил. Не принял меры. — Ты не

вездесущ и не всесилен, — строго сказал ему Баки. — Ты сделал всѐ, что мог, и многое

сверх того. И это все понимают. И вообще, люди, отставить чувство вины! Мы живы, у

нас есть будущее. Как поняли? — Чѐтко и ясно, генерал! — гаркнули клоны, расплываясь

в улыбках от облегчения. Коди моргнул, украдкой вытерев уголки глаз. — Спасибо, генерал, — проворчал он. — Вы всегда были слишком добры. Мы выжили. И… Вейдер

действительно мѐртв? Он пытливо уставился в лицо призрака, а Баки неожиданно понял: Коди знает. Знает, что Вейдер — это именно Энакин Скайуокер. — Дарт Вейдер, он же

Энакин Скайуокер, — торжественно сказал он, избавляя отца от необходимости говорить

это самому, — мѐртв. Физически и не только. Его дух сожрал Палпатин. Палпатин тоже

сдох. Мы всѐ проутюжили там, он не вернѐтся. На мостике воцарилась мѐртвая тишина.

— А он пытался? — прошептал кто-то. — Пытался, — кивнул Оби-Ван. — Но он не

вернѐтся. Квинлан сделал всѐ, чтобы Сидиус не смог обрести нормальное тело. Мы лишь

завершили его работу. — Он не дал мне попробовать База дельта ноль, — капризно заявил

Баки, ткнув пальцем в Оби-Вана. — А я так хотел! Люблю, когда всѐ горит. — Весь в

отца, — восхищѐнно присвистнул кто-то. — Генерал любит огонь! Оби-Ван закатил глаза, но возмущѐнным не выглядел. — Коди? — мягко напомнил он, что ничего не забыл. — Я

сбежал сразу, как сломался чип, — прошептал клон, глядя в пол. — Было тяжело. Очень

долго путались мысли. Я… Я хотел… Но я много раз слышал, как Вейдер говорил, что вы

живы, генерал. Это меня держало. А потом… Я решил, — с нажимом произнѐс он, — что

это опять ваша хитрость. И ждал. Ждал. — И дождался, — улыбнулся Оби-Ван, сжимая

плечи клона. — Ты дождался, Коди. Мне жаль, что я не мог помочь вам раньше, но я… Я

был потерян. И совершенно сошѐл с ума. Не лучшая компания. — Вы живы, генерал, —

твѐрдо заявил клон. — А это… Это поправимо. Баки кивнул. Поправимо. Он не собирался

оставлять отца влачить призрачное существование остаток вечности. Нет уж. Он нужен

им бодрым и здоровым. И в теле. У них вон пирамидка есть, фокусировочный кристалл.

Ещѐ бы инструкцию к нему… Денег ведь хватает. — Кстати, — поинтересовался Баки, —

а что с имуществом Ордена? Вещи? Всякое разное? Библиотека? Или Сидиус всѐ

заграбастал? — Я… не проверял… — плавно развернулся к нему Оби-Ван. — Я проверю.

Ты прав. — Конечно, я прав! — фыркнул Баки. — Я, можно сказать, последний законный

наследник Ордена. Коди прищурился. Оби-Ван фыркнул. — Тогда, — лукаво улыбнулся

призрак, — не только ты. Баки моргнул соображая: ну да, и он, и Люк. — Вот! —

довольно покивал он. — Мы оба. Но библиотеку надо найти. Хоть что-то должны были

успеть спрятать. Если нет, то я вообще не знаю! И что с остальными храмами? Не один же

Корусантский на всю галактику был? Что с ними? Их имуществом? Людьми? — Проверю,

— твѐрдо пообещал Оби-Ван. — Теперь я могу это сделать. И… — Генерал, —

внимательно следящий за разговором Коди неожиданно встрепенулся. — Вы хотите

восстановить Орден? — Да ни в коем разе! — всплеснул руками Баки. — Эту

богадельню? Орден сгинул, потому что стагнация ведѐт к деградации. Так с ним и

случилось. Куча сраных провидцев — и всѐ прохлопали! Будто не знали, что ситхи

неистребимы, потому что зачем-то же Сила их создаѐт снова и снова. — Сайфо-Диаса

тоже никто не слушал, — вздохнул Оби-Ван, запахиваясь в плащ. — Да и… Он махнул

рукой и нахмурился. — Если и восстанавливать, то такой, какой Орден был до Руусана, —

пробормотал он, раздумывая. — Когда были целые династии, когда Орден развивался, а

не медленно умирал. Реформа нас убила. Просто и безыскусно. Так что никакой привязки

к органам управления, никаких подачек. Полное самообеспечение и независимость. Мы

ведь просто хотели помогать… И помогали. В галактике слишком много боли и

страдания, слишком мало доброты. Коди с Баки переглянулись. — Генерал, — вздохнул

клон. — Вы всегда были слишком добры. И мерили всех по себе. Но… вы правы. —

Обучение необходимо, — кивнул Баки. — Ладно, хватит языками чесать, есть пошли. А

на Набу уже нормально запасы пополним. Хочу ту сладкую штуку синего цвета. —

Которую из? — спросил Оби-Ван. — Все и побольше! — отрезал Баки. — Я люблю есть, а

есть любит меня. Коди рассмеялся, одобрительно хлопнув Баки по плечу. — Наш человек,

— проворчал он. И они пошли в столовую, где уже суетился отрядный повар, создавая из

пайков и запасов полноценный обед. В принципе, кладовые корабля имели неплохой

запас, но жить на одних сублиматах Баки не собирался. Его это и в Гидре достало, и потом

тоже. А уж сейчас, распробовав вкусности этой галактики, он и вовсе морщил нос, но

выхода не было. Вот долетят на Набу и оторвутся.

*~*~* Выход огромного звѐздного суперразрушителя планетарная оборона Набу

встретила шоком, ужасом и священным трепетом. Противопоставить вынырнувшей из

гипера хорошо знакомой всей галактике махине им было нечего. На этот раз Баки

соизволил ответить на панические попытки несчастных диспетчеров связаться с кораблѐм.

Он приоделся, причесался и, как только установилась связь, лучезарно улыбнулся в

передатчик. — Г-господин Кеноби-Наберрие?.. — пролепетал старший диспетчер. —

Это… это ваш корабль? — Мой, — самодовольно ответил Баки. — Чей же ещѐ? —

Действительно, — еле слышно прошептал диспетчер, клоны, греющие уши, хихикнули. —

Что… гхм… вы собираетесь делать? — Да уж не приземляться, — ласково, как ребѐнку, пояснил Баки. — Я оставлю «Переговорщик» на высокой орбите. Пусть висит. А то мало

ли любителей странного везде шляется. А сам хочу бабушку навестить. Да, со мной

команда. Триста четыре человека. — Набу славится своим гостеприимством! — тут же

горячо заверил его диспетчер. — Спускайтесь. Посадка разрешена. Сигнал погас. Баки

повернулся к клонам: — Господа… Грузимся и летим! Нас ждут, вы же слышали. —

Предупредишь бабушку? — спросил Оби-Ван. — Зачем? — удивился Баки. — Я же не в

еѐ дом всех приведу. Снимем гостиницу. Целиком. Даже две, если что. Денег хватит. Оби-Ван успокоенно кивнул. Денег хватит. Хоть за этим он проследил, пусть и поздновато. Но

лучше поздно, чем никогда. — Мы разделимся на несколько смен, — тут же сообщил

Коди. — Нельзя оставлять корабль без присмотра. А так и отдых, и работа. — Ты

молодец, Коди, — похвалил его Оби-Ван, клон порозовел ушами от удовольствия. —

Делай, как считаешь нужным. Уже через час транспортные челноки устремились к

поверхности планеты. Коди разделил клонов на три смены, и вниз отправились первые сто

человек. Что поделать, нельзя оставлять корабль болтаться на орбите пустой консервной

банкой. Моргнуть не успеешь, как угонят. И что тогда? Клоны, все как один, щеголяли

новенькой парадной формой, обнаруженной на борту. Что самое странное, форма была

старого образца, предназначенная именно для клонов. Непонятно, потому что к моменту

загрузки и модернизации корабля клонов в армии уже не осталось. Кто-то не так понял

приказ? Интендант решил нагреть руки, сбыв валяющийся на складе неликвид? Ещѐ что?

Непонятно. Эту проблему Баки тоже собирался решить. Ни он, ни Оби-Ван, ни клоны

членами действующих армий не являлись, а значит, требовалось что-то другое. Клоны

тоже это понимали, не став искать знаки различия и цеплять их на себя. Гостиницу они

сняли тут же. Баки оплатил всѐ и больше, дал клонам возможность заказывать всѐ, что

хочется, обеспечив номером счѐта, после чего вновь нанял в агентстве понтовый спидер, правда, на этот раз без водителя, и с ветерком домчал себя, Оби-Вана и Коди до усадьбы

Наберрие. Коди на негнущихся ногах вывалился из спидера, пригладил торчащие дыбом

волосы и ностальгически хлюпнул носом. — Как в старые добрые времена, — проворчал

он. — Генерал? — Двинули знакомиться с моей роднѐй, — хлопнул его по плечу Баки. —

Им не повредит ещѐ одна встряска. Оби-Ван лукаво улыбнулся. Не помешает. И они

зашагали по дороге сквозь парк, любуясь красотой растений. *~*~* Исанне уронила лицо

в ладони, получив свежайшее сообщение. Ну как это понимать? Корабль сменил название

на очень говорящее, а Люк Кеноби теперь ещѐ и клонов где-то откопал, получив

абсолютно преданную ему команду. К бабушке он в гости прилетел! И как это понимать?

И что теперь делать?

Часть 24. На всѐ воля Силы

— Мне не понравилось в Асгарде, — хмуро заявил Стив, когда они вернулись в свой дом

к починенной двери. Полтонны золота и артефакты его совершенно не радовали — он

просто не представлял, куда их применить. — Мне тоже, — кивнул Люк. — Пицца или

китайская еда? — Свинина в кисло-сладком соусе и те грибы, — оживился Стив. — Я

закажу. — И десерт! — крикнул, поднимаясь наверх, Люк. Хотелось содрать с себя

одежду, нацепить шорты с растянутой майкой и лопать нормальную еду, не заливаясь

алкоголем, от одной мысли о котором их просто тошнило. Хотелось тишины и покоя.

Хотелось поесть и потом развалиться на кровати и уснуть. И спать сколько влезет. Заказ

привезли быстро: Стив сходу предложил такие чаевые, что курьер примчался со

скоростью звука. Они молча поели, запили еду чаем — вот чего в Асгарде не хватало! — и

заполировали пирожными, которых в Асгарде тоже не имелось почему-то. Кухня асов

была простой и даже немного примитивной, что было странно на взгляд что Стива, что

Люка. Никаких тебе пирожных, тортов, муссов… Просто фруктовые пироги, засахаренные фрукты, сухофрукты, разваренные в вине с мѐдом… Всѐ. Стив доел

последнее пирожное, собрал судки в кучу и выбросил в мусорное ведро. Люк сидел, задумчиво глядя в окно. Стив вроде и попривык, что в теле его друга сейчас другая душа, но всѐ равно вот в такие моменты это ощущалось особенно остро. — Как там Баки? —

тихо спросил он. — Волнуюсь за него. Я так страшно его подвѐл, и не один раз… Я

приношу ему одни проблемы. — Он тоже скучает, — прошептал Люк. — Ты ведь его

единственная семья. А чтобы не приносить проблем, надо думать не только о себе.

Спрашивать. Разговаривать. Нам на то и даны мозги с языком, чтобы общаться. Ты

должен научиться спрашивать, Стив. И слышать ответ. Тогда всѐ наладится. И не

додумывать за другими что-то. Ты всѐ равно ошибѐшься. Лучше спросить. Стив молча

кивнул, опустив глаза в пол. Спросить. Легко сказать. В их время спрашивать было не

принято. — Пробуй, — неожиданно улыбнулся Люк. — Иначе не получится. Пробуй и

делай. Стив покивал. Будет. — Что мы будем делать со всем этим золотом? — спросил он

после очередной чашки чая. — Кажется, легализовать его не получится. Я вообще не

понимаю, зачем оно нам. — Ну ты же хотел компенсацию за выбитую дверь, —

улыбнулся Люк. — Но я не хотел делать эту дверь из золота! Люк, улыбаясь, демонстративно развѐл руками. Дескать, не хотел, а оно получилось! — Пусть пока здесь

лежит. Придумаем что-то. Стив покивал. Придумают. Если что, на своих плечах утащат: их силой не обидели, так что заберут. Оставлять золото кому-то просто так Стив

отказывался напрочь. Это его золото! Он за него Тору морду бил! — Разберѐмся, —

решил он. — Пошли отдохнѐм. У меня от этого пира и прочего до сих пор голова гудит.

— Энергетика Асгарда плохо сочетается с человеческой, — согласился Люк. Уснул он не

сразу, решив перед сном помедитировать и попытаться осознать происходящее. Сила

бушевала. Что-то произошло, что внезапно перекроило варианты будущего, и до Люка

доносились волны, несущие угрозу. Он не мог увидеть, что именно на них несѐтся, не

имел такого дара, но он мог спрогнозировать, как скоро на них свалится что-то. Учитывая

знания о летящей к ним армаде, вырисовывалась не самая приятная перспектива. Уснуть

оказалось не так просто, но Люк с задачей справился, провалившись в то общее для него с

Баки пространство, в котором можно было пообщаться со своей второй половиной. Баки

сидел на земле, опираясь спиной и локтями о бревно, и вид имел до отвращения

самодовольный. — Привет! — помахал он Люку. — А у меня новости. — У меня тоже, —

сообщил Люк, присаживаясь рядом, — но ты первый. — На корабле появилась команда,

— весело блестя глазами, выпалил Баки. — Клоны. Триста четыре человека, прикинь? И

среди них маршал Коди. Просто не представляю, как он умудрился удрать и вообще

дожить до настоящего момента. — Рассказывай. Баки вручил Люку огромную шоколадку

с орехами и принялся живописать их с Оби-Ваном приключения. Люк внимательно

слушал. — У нас скромнее, — заявил он. — Стив набил Тору морду, мы получили за это

полтонны золота, набрали сувениров и взяли в сокровищнице Тессеракт. Но я вроде об

этом говорил? — Частично. — Потом мы выкинули Одина и Хелу в другую реальность с

помощью Локи и теперь отдыхаем. Не понравилось нам в Асгарде. — Ну и хрен с ними,

— махнул рукой Баки. — Что ещѐ? — Ещѐ… Ещѐ у меня впечатление, что опасность

примчится к нам быстрее, чем мы думали, — сообщил Люк. — А тут ни планетарной

обороны, ничего. А у тебя что? Я ж вижу, тебя распирает. — Я хочу клонировать тело

Оби-Вана, — прошептал Баки, предварительно оглядевшись. — И воплотить его. У нас

пирамидка есть, фокусировочный кристалл каких-то Раката, а может, и Ква. А может, ещѐ

кого. С ней это гарантированно успешно. Квинлан Вос, друг Оби, спѐр у Палпатина. — Но

тела Оби не осталось, — нахмурился Люк. — И насчѐт остального… Ну, там, волос, ещѐ

чего-то… Вряд ли на Татуине что-нибудь сохранилось. — Я проверю залы исцеления в

храме на Корусанте, — сказал Баки. — Там могли сохраниться образцы. Или возьмѐм

твою ДНК за основу. Конечно, это не так хорошо, как его собственная ДНК, но тоже

неплохо. — Можно будет скомбинировать твою и мою, — прищурился Люк. — Хотя я

мало в этом понимаю. Я тоже хочу, чтобы он жил дальше. Он слишком рано ушѐл. — Мы

будем отличными родителями, — расплылся в улыбке Баки. — Мы? — озадачился Люк.

— Я не хочу возвращаться на Землю, — серьѐзно сказал Баки. Люк молча уставился на

него, ожидая продолжения. — Это не жизнь, — твѐрдо заявил Баки. — Мне не дадут

покоя. Плевать всем, что мне память стирали и вообще зомбировали, для всех я априори

виноват. А значит, должен искупать вину. Бесплатно. И я опять буду как в Гидре: бесправный и беспомощный. Не хочу. Оби меня ни в чѐм не винит. Он даже клонов не

винит, потому что понимает: не их вина. — Зато винит себя, — вздохнул Люк. — Да. Стив

такой же. Всѐ считает, что без него Земля вертеться перестанет. Мне надоело. Хочу жить

нормально. Тут тоже не сахар, но… — Стиву надо сказать. — Скажи Мелкому, что он

нужен здесь, — потребовал Баки. — У нас проблема, — посмотрел на него Люк. — Флот.

— Оби говорит, мы успеваем, — сказал Баки. — Тем более что у вас есть Тессеракт. Люк

с сомнением покачал головой. — Мы не умеем им пользоваться. Я даже не знаю, что он

такое. — Источник энергии? — сказал Баки. — Хотя, конечно, сам по себе он бесполезен.

— Вот именно, — вздохнул Люк. — Нам нужен отец. Он хоть как-то представляет, как

таким пользоваться. И ещѐ. Флот, допустим, как-то уничтожим, хотя я не вижу, каким

образом. Как мы отсюда свалим? Я тоже домой хочу, к отцу и к тебе. Где вы сейчас, кстати? — На Набу, — злобно ухмыльнулся Баки. — К бабуле в гости прилетели. На

личной яхте! Люк с сомнением на него уставился. — Там народ массово не вымер? —

осторожно поинтересовался он. — Вы ж прилетели на копии «Палача»! — Теперь наш

корабль называется «Переговорщик», — самодовольно заявил Баки. — Если сразу не

вымерли, то и дальше выживут. Пока надо команду подлечить, подкормить и

определиться с тем, что дальше делать. А то что Осколок Империи, что новоявленная

Республика офигели от нашего демарша до полной немоты.

— Ну, это ненадолго, — хмыкнул Люк. — Исард там сейчас, скорее всего, планы строит и

вообще жизни радуется. Очухается, тут же начнѐт вас окучивать. А там и Мадин

подтянется. Он тоже имперскими амбициями страдает. — Посмотрим, — отмахнулся

Баки. — Так. Флот, говоришь… Надо поговорить с отцом, он среди нас самый знающий, он сейчас библиотеку ищет, кстати. Эту проблему надо решать. Срочно. — Жаль, что в

этой вселенной нет гиперпутей, — вздохнул Люк. — Разрушитель всю эту армию бы

смял. Невероятный корабль. — Да уж, пешком сюда не доберѐшься, — согласился Баки.

— Слу-у-ушай… А что ты думаешь про парную медитацию на Тессеракт? Ты с ним

взаимодействовал, я имел дело с оружием, созданным на основе его энергии. Может, Сила

поможет понять, что он такое. — И Оби пусть нас направляет, — подумав, предложил

Люк. — Он всѐ-таки магистр, такие звания за красивые глазки не давали. И опыта у него

банально больше. — Хорошая мысль, — одобрил Баки. — Я ему скажу. Должна же быть

от этого Тессеракта какая-то польза! А что, глазки у него были красивее моих? — И он

подмигнул. Люк рассмеялся. Чувство юмора Баки ему нравилось. — Красивее, — сказал

он. — Он ещѐ и рыжий. В нашей вселенной — отвал башки. — Тогда тем более надо

делать тело и воплощать. Пусть галактика ахает не только от ужаса, но и от красоты.

Главное — найти источник ДНК. Должно же остаться что-то! Надо только сообразить, где

искать. Храм… — С Храмом сложно, — поджал губы Люк. — Его Палпатин некоторое

время как личный дворец использовал. Потом там что-то ещѐ было. Я ходил смотреть. Ну, после победы и прочего… Находиться невозможно. Он пропитан смертью, и источник

теперь тѐмный. Там только особенно двинутых ситхов воспитывать. — Нас библиотека

интересует, — нахмурился Баки. — И Залы Исцеления. А вообще надо как следует

расспросить отца, он никому на память локоны не дарил? Или по больницам ничего

лишнего не отрезали? — Локоны бесполезны, — вздохнул Люк. — Вряд ли он из себя

клочьями волосы драл на память, чтобы с волосяными луковицами. — Фильмы врут, —

огорчился Баки. — Не совсем, но в большей части, — согласился Люк. — Нам бы всѐ и

сразу. И волосы, но с луковицами, и кровь, и кусок кожи. Хотя бы кровь! Только где еѐ

взять? — Военные действия, — неожиданно сказал Баки. — Он ведь не просто логистикой

занимался и управлением. Он же ещѐ и в бой ходил. Надо Коди спросить. Он должен

знать, они ж вместе три года были. Что, ни разу не попадали в больницы на планетах? —

Я не знаю… — вздохнул Люк. — Я и про Коди-то ничего не знаю. — Выясним, —

похлопал его по плечу Баки. — Слушай, а что на Земле есть такого, что ценно и у вас? И в

каком виде вам эти полтонны золота выдали? Слитки, монеты? — Слитки, — ожил Люк.

— Я специально попросил. Монеты могут иметь большую ценность, но слитки проще

продать или пустить на что-то. И там золото чистое, без примесей, а монеты — это всегда

сплав. И золото везде ценится. Особенно такой высокой пробы. Так. А давай думать.

Камни, драгоценные. Если редкие, то отлично. Металлы… Нет. На Земле нет… Он осѐкся, уставившись на Баки. — Протез, — прошептал он. — Металлы, способные резонировать

или блокировать Силу. Как фрик, мандалорское железо, кортозис… Твой протез очень

непрост. И щит Стива. Вот. Именно это нам и надо. Такие металлы, кристаллы, подходящие для светового меча… Они и раньше стоили бешеные деньги, это я знаю. А

потом Сидиус очень многое или уничтожил, или пустил на военные цели. Цена

зашкаливает. — Ты умеешь распознавать кристаллы для мечей? — прищурился Баки. —

Металлы — вибраниум и адамантий, я подскажу, у кого их можно купить. Щит заберѐте с

собой. Это, знаешь, проще, чем тащить эти полтонны. Лучше я их обменяю на более

дорогие металлы. — Умею, — улыбнулся Люк. — Оби научил. Кроме того, я знаю, как их

выплавлять. Такой кристалл хуже в некоторых отношениях, но нищим выбирать не

приходится. О понтитах сейчас можно только мечтать. — Понтиты? — заинтересовался

Баки. — Полуразумные кристаллы с Адеги, — пояснил Люк. — Вступали с избранным

ими хозяином в плотный симбиоз. Баки дѐрнул бровями, задумавшись. — Поищем, —

наконец решил он. — Я тебе скажу, где и что можно найти. У кого что купить, так, чтобы

не облапошили. Так что пускай эти полтонны на закупки. А я буду искать источник ДНК.

Оби нам нужен в теле. И побыстрее. Он, кстати, сам недавно жаловался, что уже пошли

первые признаки деформации личности. Бытиѐ призраком даром не проходит. И завтра

будем медитировать на Тессеракт. Глядишь, сообразим чего. — Я так рад, что ты есть, —

искренне сказал Люк. — На всѐ воля Силы! — поднял палец Баки и обнял Люка.

Часть 25. Скидка на лечение

Руви был очень рад, что внук не явился в гости сразу по прилѐте. Ему позарез нужно было

переварить новости. Например, разрушитель на высокой орбите, на котором, собственно, и прилетел его внук вместе с командой. Джобал сидела в кресле на террасе с видом на

озеро и обмахивалась веером. Она пришла в себя быстрее, чем муж, потому что

подспудно ожидала от Люка чего угодно, и внук еѐ не разочаровал. Пуджа с советниками

усиленно думала, чем это всем им грозит, время от времени звоня матери по комлинку: Сола в своѐ время была принцессой Тида, и стать королевой ей не позволили лишь лень, а

также другие приоритеты в жизни. Ещѐ ожидали реакции Исард, в настоящее время

исполняющей роль пусть не императора, но его заместителя: Исанне загрызла всех, кто

претендовал на еѐ место или пытался строить из себя непонятно кого, и то, что внешне

оставшиеся в живых адмиралы казались разрозненными, ничего не значило. Стоит подать

сигнал — и они сплотятся. *~*~* Баки первым делом поволок команду не к Наберрие, а в

медицинский центр. Набу славилась своими медицинскими программами, исследованиями и достижениями, лечиться здесь могли себе позволить далеко не все.

Баки отсутствием денег не страдал, так что выбрал самый передовой центр и повѐз клонов

туда на обследование, обрадовав врачей, что пациентов у них будет много. Сначала

крякнули администраторы: больше трѐхсот человек сразу?! Потом крякнули медики. Но

директор центра деньги считать умел и подчинѐнных запряг в работу. Никаких

переработок, но и никаких перерывов на каф вне расписания. Все впряглись и потащили

рутину: полные обследования, протоколы лечения и прочее. На волне энтузиазма Баки

сам не понял, как очутился в кабинете, проходя полное обследование. Поднапрягшись, он

неожиданно вспомнил, что Люк, как тот пещерный человек, врачей видел издали и очень

редко. Да, сильные Одарѐнные крепче простых смертных, но сказать, что они неуязвимы к

болячкам и прочему, нельзя. Специалисты своѐ дело знали: уже через два часа, просканированный с ног до головы, сдавший кучу анализов, прощупанный и

осмотренный, Баки получил первое заключение: возраст двадцать девять лет, почти

человек, хронических заболеваний нет, аллергий нет, из травм — потерянная кисть правой

руки. Здоров, силѐн, растѐт. Последнее изумило до невозможности. Люк был среднего

роста: сто семьдесят пять сантиметров, тощий, жилистый и очень сильный физически для

своего телосложения. Тут сказывалась и наследственность — гены Падме аукнулись, и

Силовой вампиризм Сидиуса, едва не сожравшего Люка с Леей и конкретно пожевавшего

Падме, и жизнь на Татуине — вроде и сытная, но с нюансами. Мало воды, мало овощей и

фруктов. На вопрос Баки, с чего это он вдруг, врачи пожали плечами и сообщили, что

вообще-то мужчины растут до тридцати, а Люк просто отъелся, вот организм и решил

наверстать упущенное. Баки, подумав, согласился с этой теорией, но был уверен, что тут

сыграла роль и Сила. Ему не хватало привычных габаритов. Понятно, что до двух метров

он не вырастет, но ещѐ на сантиметра четыре-пять — запросто. Сравняется в росте с Оби-Ваном. Посмеявшись про себя, он пошѐл узнавать, что там с клонами. Однако его

развернули — врачебная тайна, так что пришлось спрашивать у Коди. — Что как? —

поинтересовался он, отыскав клона в парке клиники. Коди сидел на бортике

облицованного синеватым камнем прудика с фонтаном и смотрел на цветущие водяные

лилии и снующих в глубине пѐстрых рыб. — Каминоанцы нам соврали, — убитым

голосом произнѐс он. — Оказывается, все последствия быстрого роста излечимы.

Стандартная практика раскачки организма, применяемая к жителям отсталых планет.

Самые стандартные протоколы. Ничего секретного и страшного. — Вот и прекрасно, —

похлопал его по плечу Баки. — Проживѐшь ещѐ долго. Отец рад будет. Коди закрыл лицо

руками. — Я всѐ вижу, как стреляю в генерала, а он падает. Падает в это проклятое озеро, и… — Ты не виноват, — заверил его Баки. — Не твоя вина. — А теперь генерал —

призрак, — выдохнул Коди, вытирая слѐзы и выпрямляясь. — Мы это поправим, —

шепнул ему Баки. — Веришь? Коди уставился на него с такой надеждой, что становилось

неловко. Для клона Оби-Ван был полубогом при жизни, а теперь и вовсе встал на

пьедестал, потому что кто ещѐ мог стать призраком и доконать с помощью интриг

императора и Вейдера, попутно развалив Империю? — Верю, — прошептал Коди. — Вот

и отлично, — Баки встал и потянулся. — Как только мы его воплотим, отцу понадобится

охрана. А то врагов, сами знаете, — систему заселить можно. Коди закивал. — А теперь

вопрос, маршал. Где можно добыть биологические образцы Оби-Вана? Кровь? Ещѐ что?

Чтобы ДНК выделить? Коди нахмурился и задумался. — На Мандалоре, — сказал он. —

У герцогини Крайз. Он оставил ей… Много чего оставил. Доспехи. Шарф. Шарф весь в

крови был. Дуэль. Поддоспешник. Плюс его лечили… Так что не могли не набрать

образцов: кожу восстанавливали, это я помню. Мол, этот хрен рогатый, едва не отрубил

генералу руку, а также сильно обжѐг сейбером. Пришлось ждать. — У какой именно

герцогини? — напряг память Баки. — Сатин? Так она ж вроде умерла. — Сатин Крайз —

да, умерла, — подтвердил Коди. — Еѐ место заняла Бо-Катан, еѐ сестра. Генерал с ней

шашни крутил. — С Сатин же вроде, — усомнился Баки. — Нет, — твѐрдо, со знанием

дела заверил его Коди, усмехнувшись. — В молодости, да, она ему вроде нравилась, но

потом тронулась на почве пацифизма, начала требовать чѐрт знает чего, а Бо-Катан

попыталась его убить, генерал не дался… В общем, страсти! Он тогда на Мандалор

полетел, потому что Бо-Катан попросила: с Молом им было не справиться. Вернее, справились бы, но Сатин… Короче, и сама погибла, и прорву людей угробила, и планеты

в жопе. — Словом, классическая дура с инициативой, — понимающе покивал Баки. —

Что вам по срокам лечения говорят? — Три месяца, потом поддерживающие витамины и

правильное питание, — ответил Коди. — Ну это немного, — похлопал его по плечу Баки.

— Как остальные, рады? Коди молча уставился куда-то вдаль. Баки ждал. Наконец клон

отмер: — Мы начали жить. К Наберрие Баки попал уже к вечеру, как и планировал. На

этот раз его тут же потащили за стол, уставленный всяческими вкусностями, и Баки

подобрел. То ли набуанцы сообразили, что его кормить надо, то ли он наконец стал

частью семьи… Непонятно. Разговоры вертелись вокруг разных сплетен и происшествий

в галактике и на Набу, и только когда перешли к десерту, Руви начал прощупывать почву.

— А что это у тебя за команда, Люк? — Папины бойцы, — ответил Баки. — Я пробовал

летать совсем без команды, но это скучно и слегка утомительно. Наберрие отлично

держали лицо, но он чувствовал их волнение в Силе, да и на дальнем конце стола кто-то

ахнул. — В одиночку?! — брови Руви полезли на макушку. — Это же не яхта, чтобы

одному справляться! — С Силой всѐ возможно, — пожал плечами Баки. — Просто надо

быть сильным в Силе. И знать, как. Я знаю. Руви с остальными переглянулись: в том, что

Люк Кеноби силѐн в Силе, в галактике никто не сомневался. — Но тут есть и проблемы,

— продолжил развивать мысль Баки. — Корабль оставлять без присмотра…

нежелательно. Моргнуть не успеешь, а уже спѐрли. Папа, к примеру, такое не раз

проделывал. Поэтому я с ним посоветовался, и было решено искать команду. Отец как раз

знал, где их искать. Сейчас бойцы в медцентре, проходят обследование и лечение. Три

месяца — и в строй встанут.

— Что за медцентр? — поинтересовалась Джобал. Баки назвал клинику. — А, этот, —

улыбнулась она. — Я свяжусь с директором. Это мой актив. У тебя прекрасная интуиция, Люк. — Это Сила, — с улыбкой ответил Баки. Разговор завертелся вокруг медицины, Баки со смехом сообщил, что оказывается он — молодой и растущий организм, Джобал

кивала, Руви думал. Что-то в словах внука его зацепило. Он напряг память, вспоминая. —

Люк, — прищурясь, дождался паузы Руви. — А ты когда отца в последний раз видел? —

Недавно, — прожевав ломтик засахаренного фрукта, сообщил Баки. — Он на Мандалор

собирался. В гости к герцогине Крайз. — К Бо-Катан? — прищурилась Джобал. Баки

кивнул, оценив качество разведки Наберрие и одобрив еѐ. — Отец у неѐ кое-что оставил, что теперь понадобилось, — объяснил он. — Да и доспехи тоже. Бескар. — Генерал

Кеноби получил право на доспехи из бескара?! — несказанно удивился Руви, отменно

зная, насколько трепетно мандалорцы относятся к броне и бескару. — Он вообще-то и

право основать клан имеет, — сообщил Баки, который тоже очень удивился, когда Оби-Ван поведал ему о последствиях годовой миссии на Мандалоре во время его падаванства.

— Другое дело, захочет ли. Хотя… Не знаю. Вернѐтся — спрошу. — Значит, слухи о

гибели генерала Кеноби были дезинформацией, — сделал логичный вывод Руви. — Ну да, в розыскных листах же так и было написано: предположительно мѐртв. — Отец —

Советник Высшего Совета, магистр, — пожал плечами Люк. — Он многое знает и умеет.

«Интриги на годы расписывать тоже может», — прочѐл между строк Руви. Набуанец чем

дальше, тем больше был доволен наличием такого внука. — Кому принадлежит

«Переговорщик»? — спросила Джобал. — Интересно, налоги на такой корабль платят? —

Зарегистрирован на отца, — хмыкнул Баки. — Так выгоднее: как бывший военный и

высший офицер он имеет льготы. Руви хмыкнул: он в ушлости и прошаренности в законах

знаменитого Переговорщика не сомневался. Как и не сомневался в том, что льготы будут

составлять не менее девяноста процентов всей суммы налогов. — Я думал, генерал

вернѐтся на Корусант, — начал разведывать намерения Кеноби Руви. — Там ведь Храм.

— Нет, — качнул головой Баки. — Отец сказал, что возвращаться в этот могильник он не

собирается. Руди сделал мысленную заметку насчѐт Храма. — А чем планируешь заняться

ты? — ласково спросила Джобал. — Мне многому надо научиться, — честно ответил

Баки. — Многое сделать. За маму я уже отомстил, конечно. Ни Вейдер, ни Палпатин не

вернутся. — А они могли?! — прошептала Джобал, чувствуя, что волосы встают дыбом.

— Могли, — буднично подтвердил жуткую возможность Баки. — Но теперь возвращаться

некому. Джобал, схватившаяся за сердце, выдохнула. — Слава Богине, — пробормотала

она. — Значит, учиться планируешь? А учить? — Нет, это не моѐ, — покачал головой

Баки. — Совершенно не моѐ. А вот отец — великолепный учитель. Было бы кого

наставлять. И где. Руви с Джобал обменялись многозначительными взглядами. Баки

усмехнулся: интересно, как скоро этот разговор станет известен Исард?

Часть 26. Убить или перековать?

Оби-Ван задумчиво погладил бородку, уставившись на мягко сияющий голубым светом

Тессеракт. Совместная с Люком и Баки медитация на этот артефакт открыла многое, и

далеко не всѐ Оби-Вану нравилось. — Меня что-то напрягает, что он такой не один, —

высказался Баки. — Зачем они вообще? — Думаю, это неправильный вопрос, — покачал

головой Оби-Ван. — Правильный — «почему?». — Извини, но мне без разницы, — заявил

Баки. — Я человек приземлѐнный и в философии не разбирающийся. А вот опасность

меня нервирует. Оби-Ван улыбнулся, покосившись на него. — Всѐ у тебя в порядке с

философией, Баки, не стоит на себя наговаривать. А вот ответ на вопрос интересен. Этот

камень… он — часть единого целого. Кроме того, он псевдоразумен. И тащить артефакт с

самосознанием в нашу вселенную я не собираюсь. Последствия могут быть

непредсказуемы. — Так что, мы не будем его использовать? — нахмурился Баки. —

Будем, — пожал плечами Оби-Ван. — Но оставим его здесь. Надо только решить, где. —

А он сам подсказать не может? — с подозрением уставился на куб Баки. — Пусть внятно

скажет, на каких условиях согласен сотрудничать, раз такой псевдоразумный! Люк, до сих

пор молчавший, хрюкнул и напомнил: — Стив говорил, что из энергии Тессеракта делали

оружие. — Было, сам видел, — покивал Баки. — Винтовка, стреляла энергетическими

лучами, даже трупов не оставалось. Куб неожиданно замерцал, общее ментальное

пространство чуть колыхнулось, меняясь на какой-то космический пейзаж. Сплошные

руины и запустение. — Это что? — почесал нос Баки. — Планета, — сощурился Люк. —

Хм. Знакомо. — Планета? — Звѐзды. Недавно видел. В… атласе звездного неба? — Люк

сосредоточился, вспоминая, и закивал. — Точно. Титан. Спутник Сатурна. Явно обитаем

был. — Ключевое слово — был, — резюмировал Баки. — И как это может нам помочь?

Пространство вновь изменилось. Замелькали картинки: огромный фиолетовый гуманоид с

камнем жѐлтого цвета в ладони. Опустошенные планеты — наполовину уничтоженные.

Флот, несущийся к Земле. Несколько разноцветных камней, в самых разных местах. И

фоном просьба освободить. — Он хочет… на свободу, — прошептал Оби-Ван. — Они

хотят. А этот фиолетовый разумный хочет их собрать и сковать. — А давай договоримся?

— тут же сориентировался Баки. — Мы отыскиваем твоих дружков, хоть частично, а ты

нам уничтожение угрозы, вот этого громилы и его флота и армии. Всех подчистую.

Сможешь? Тессеракт снова замерцал, показав звѐздный разрушитель, флот Таноса, окаймлѐнную голубым сиянием дыру в пространстве. — Он говорит, что этого

фиолетового должен прибить «Переговорщик», — «перевѐл» Люк. — А он откроет портал

оттуда сюда. Эй, а потом обратно? Куб согласно мигнул. — Тогда договор таков, — тут

же подхватил Оби-Ван. — Мы освобождаем тех твоих товарищей, что спрятаны на Земле, а ты помогаешь открыть портал «Переговорщику» в эту вселенную и обратно. При

уничтожении флота твой друг не пострадает? Создалось впечатление, что Куб

презрительно фыркнул. — Значит, мы уничтожаем угрозу Земле, одновременно

освобождая твоего товарища, и ты открываешь нам портал в нашу вселенную.

Договорились? Куб вспыхнул согласием. — Договорились, — довольно огладил бородку

Призрак. — Теперь. Где искать твоих товарищей? Куб принялся показывать картинки —

сначала странный храм, лысое существо в жѐлтой рясе, монахов, библиотеку, медальон в

цепях, потом этот же медальон, сияющий нестерпимой зеленью, на шее у мужчины с

невероятно высокомерным лицом. После — привычного Баки вида базу, людей на ней, багрово-серого киборга с сияющим жѐлтым камнем во лбу. Наконец, словно

поколебавшись, Куб выдал ещѐ одну картинку: острые скалы под мрачным небом, некто с

багровой рожей, в плаще — и еле пульсирующий сквозь каменную оболочку багровый

камень. — Не Земля, — тут же указал Баки. Куб продемонстрировал картинку портала. —

Ладно. Поможем. И начнѐм с тебя. Оби-Ван Силой подхватил Куб, и под его взглядом тот

раскрылся, разбираясь на части, как головоломка, открывая небольшой огранѐнный

голубой камень, неожиданно словно отряхнувшийся от пыли и жизнерадостно засиявший.

А потом их выбросило из сновидения, и первое, что увидел Люк, открыв глаза, это

разобранный и угасший Куб, и камень, довольно сияющий в небольшой деревянной

шкатулочке на бархатной подушке, неизвестно откуда взявшейся. Оби-Вана встретил уже

вскочивший Баки. — Мы заберѐм Люка и Стива сюда, — решительно заявил он. —

Нечего им там делать. Почему всѐ самое интересное в той вселенной? — Я понимаю, —

улыбнулся Оби-Ван. — Пострелять хочешь. — Огонь всѐ делает лучше! — заявил Баки.

— Конечно, хочу! — Значит, ждѐм результатов исцеления клонов и летим, — пожал

плечами призрак. — Всѐ равно нам надо подготовить корабль. Припасы, всѐ необходимое, проверка систем… Работы много. — Меня беспокоит Исард, — неожиданно заявил Баки.

— До сих пор молчит. И от Мадина никаких шевелений. Странно. Я не верю, что эти

люди могут шокироваться до полной немоты. Посмотришь, чем они заняты? Я пока

клонов навещу. — Посмотрю, — улыбнулся Оби-Ван. — Ты прав. Такая тишина

подозрительна. Первым делом Оби-Ван перенѐсся к Мадину. Всѐ-таки есть в бытии

призраком свои невыразимые прелести! Теперь он мог запросто путешествовать по всей

вселенной и не только по этой, подслушивать, подглядывать и делать пакости, не

попадаясь. Вот и сейчас он с лѐгкостью нашѐл Мадина, попав в разгар очередного

заседания. — Он предатель! — стучал кулаком по столу Мадин. — Он признал себя

Наберрие! — Да хоть сыном Вейдера и Императора вместе взятых! — орала в ответ

доведѐнная до бешенства Мон Мотма. — Плевать, кем он там обозвался, почему тебе не

хватило мозгов перетянуть его к нам?! Чем ты вообще занимался всѐ это время, Крикс?!

Неужели нельзя было напомнить Люку о друзьях, о совместных победах, о пользе, посулить и дать медали или ещѐ что? Женщина замолчала и устало уткнулась лицом в

ладони. — А теперь он там, а не здесь! — злобно пробубнила она. — Что ты будешь

делать теперь, Крикс?! — Его надо прикончить, — буркнул Мадин. — Есть специалисты.

— По форсъюзерам? — подала голос Лея. — Да, — твѐрдо ответил Мадин. — И за какие

такие преступления ты собрался убить Явинского Стрелка? — спросила Лея. — Он

имперец! — рявкнул Мадин. — А ты идиот, — устало сказала Мотма. — Что, Мадин, до

сих пор, вспоминая Вейдера, трясѐшься? Крикс дѐрнулся, злобно уставясь на Мотму, ткнувшую в больное. Что поделать, он, будучи когда-то командиром отряда спецвойск, видел Лорда в деле, и это произвело на него неизгладимое впечатление. Вейдер как раз

зачищал базу повстанцев и ни в чѐм себе не отказывал, и попытку намекнуть, что в

деревушке рядом есть и добропорядочные подданные Императора, не оценил. Мадин

остался жив, но с моральной травмой, и форсъюзеров с тех пор боялся панически. А страх

плавно перетекал в ненависть и желание уничтожить угрозу. — Трясусь, — процедил он.

— Так что? А ты не тряслась? Или Еѐ Высочество? Титул Леи Мадин прошипел с

отчѐтливым презрением, и Оби-Ван, наблюдающий за этим цирком из первого ряда, успел

заметить, как нехорошо сощурилась принцесса. Но возмущаться она не спешила. Оби-Ван

внимательно на неѐ посмотрел: Лея неуловимо изменилась.

— В общем, так, Крикс, — заявила, откинувшись на спинку стула, Мотма. — Делай что

хочешь, но нам необходим Люк Кеноби. Мы, слава всем богам, испортить с ним

отношения не успели, так что будь добр, соберись и найди аргументы в пользу возврата

его в Республику. Мне не нравится тот факт, что оба Кеноби исчезли из розыскных

листов. И никакого насилия. — И всѐ-таки убить проще, — буркнул Мадин. Лея

презрительно рассмеялась, вставая. — Хотите повторить судьбу Императора? — с

отвращением бросила на него взгляд принцесса. — Надо же, какое самомнение! И она

вышла, цокая каблуками. Мотма кивнула и тоже ушла. Мадин под ироничным взглядом

призрака навалился на стол, пряча лицо в ладони. — Ненавижу, — прошептал Мадин. —

Ненавижу. Здесь смотреть больше было не на что, и Оби-Ван переместился к Исард.

Защиты от призраков Силы не существовало, если только не устроиться в месте, где

Великой попросту нет, но здесь явно был не тот случай. Исанне сидела в кресле, смотрела

на изображение Люка-Баки и… и ничего. Просто смотрела с какой-то странной поволокой

во взгляде. Оби-Ван даже прищурился, пытаясь понять, не обман ли это зрения. Нет, Исанне действительно пялилась на голографию его сына и о чѐм-то думала. — А ты

красавчик, — неожиданно выдала Исанне, и Оби-Ван едва не упал, услышав дальнейшее.

— Я бы с тобой… Пожалев свою хрупкую психику, призрак перенѐсся на Набу, на

побережье, отдышался и вернулся в кабинет. Глава Службы Безопасности прекратила

страдать романтическими порывами и вновь включилась в работу. На экране перед ней

возникло изображение «Переговорщика», рядом бежали строки докладов… Сама Исанне

листала какие-то материалы, поглядывала на экраны и недовольно хмурилась. — Так, —

наконец приняла решение она. — Надо что-то делать. Нам нужны Кеноби. Оба. Лояльные.

Значит… Интересно, а предложение брачного союза они оценят? — А ты потянешь двоих,

деточка? — не удержался Оби-Ван. Исанне его, разумеется, не услышала. — Они, конечно, не из того железа, из которого куют императоров, но присадки, добавки…

Можно и перековать, — щегольнула она внезапными познаниями в металлургии. Оби-Ван

поднял брови, уставясь на эту нахалку. Перековать! Добавить! Не император, значит! —

Совсем обнаглела, — резюмировал он. — Я, между прочим, магистр Ордена. И половиной

Флота и Армии лично управлял. И в бои ходил! И переговоры вѐл! — А самое главное —

вменяемые! — разошлась не на шутку Исард. — С ними договориться можно! Не то, что с

некоторыми! Ну и красавчики, оба. Особенно старший… И она вновь мечтательно

вздохнула. — Какой интриган… — одобрительно протянула Исард. — Люблю умных

мужчин! И сильных, м-м-м… Оби-Ван похолодел бы, если б не был уже мѐртв. Что делать

с Исард — насквозь проимперским политиком, он представлял. Но что делать с Исанне —

женщиной, не обладающей Силой, но на Силу возбуждающейся, он понятия не имел! —

Так. Потом всѐ, — решил он и перенѐсся к сыну, не увидев, как уставилась на стоящее на

столе пресс-папье — стеклянный шар, в котором неожиданно погасла золотая звездочка

— Исанне. Женщина сощурилась… и довольно кивнула, после чего вновь нырнула в

отчѐты. Всю жизнь проработавшая в окружении сильных форсъюзеров, женщина давно

уже свыклась с тем, что сама дара не имеет, зато имеет мозги, деньги и влияние с

возможностями, так что различными артефактами, очень полезными, она себя обеспечила.

Вот и в этот раз пресс-папье зафиксировало Светлую Силу. А ведь зная некоторые

подробности о возможных союзниках или противниках, даже на основании факта

фиксации определѐнного спектра Силы можно делать выводы… Исанне Исард их сделала.

Часть 27. Камушки и коробочки

— Нам надо отыскать и собрать Камни Бесконечности, — поставил задачу Люк. — Один

в старковском киборге, второй на Вормире — не знаю, где это, третий у Стивена

Стренджа. — Предлагаю начать с Вормира, — вздохнул Стив. — Неважно, где он.

Найдѐм. Там… Предположительно Красный Череп. Уж его рожу я по описанию опознаю.

А Череп — первый суперсолдат. Потом Стрендж. И на закуску Вижн. В Вижне — остатки

Джарвиса, а к своему ИИ и вообще своим дроидам Тони неровно дышит и курочить не

даст. — Вот поэтому ИИ надо регулярно форматировать и чистить, — высказался Люк. —

Нам не на чем лететь на Вормир, ты осознаѐшь? — А Камень нам на что? — удивился

Стив. — Хочет, чтобы его собратьев освободили, пусть поработает! Откроет портал туда и

обратно. Люк моргнул. Действительно. — Ты прав, — согласился он. — Значит, надо

подумать, что требуется для добычи камня, приобрести и отправиться. — Форма, — тут

же отозвался Стив. — Броня. Оружие. У кого заказать — не знаю. Раньше обеспечением

занимался Тони. — А теперь пора слезть с его шеи, — заметил Люк. — Адреса мастеров

есть. Нам понадобятся деньги. Много денег. — Посоветуйся с Баки, — внезапно

предложил Стив. — Он может знать. Про деньги. Он мимоходом упоминал про схроны.

— Я знаю, — подмигнул Люк. — Но и спрошу на всякий случай. Баки не подкачал: сходу

продиктовал пару адресов и сообщил номера счетов. Анонимных. Сообщил, куда и как

добираться, дал несколько дельных советов. Вид у него был немного озадаченный, и Люк, не вытерпев, поинтересовался, что произошло. — На нас Исард облизывается, — тут же

огорошил его Баки. — Не прочь замуж выйти. У Люка отвалилась челюсть. Исанне Исард

он отлично помнил: на редкость умная, хладнокровная, целеустремлѐнная женщина с

дюрастиловым хребтом и нервами. Да, симпатичная, но… — Что, правда? — прошептал

он, не в силах осознать шокирующую реальность. — Правда, — подтвердил Баки. — Оби-Вана вообще считает идеалом, потому что интриган и в Силе силѐн. Глаза Люка

остекленели. Он некоторое время стоял, застыв, и в общем ментальном пространстве

пустыня сменялась космосом. — Так. Потом. Хорошо? Потом. Давай что полегче

обсудим. — Она мне нравится, — заявил Баки. — Люблю умных сильных женщин. Такой

и сопли утирать приятно. — Каблук, — припечатал Люк, нахватавшийся земного слэнга.

— Ну, не без фут-фетиша, — спокойно согласился Баки. — Самым сложным будет

выцарапать камень из Вижна. Джарвис был дворецким Старков и самым близким для

Тони человеком, когда он помер, младшенький Старк создал ИИ на основе его личности и

с его голосом. Считай, Вижн — всѐ, что осталось от его названого отца. А изъятие камня

Вижна убьѐт. Так что его напоследок и обставить так, чтобы на нас не подумали. Кстати…

— Да? — Ванда. Она Вижна заграбастала себе. Ведьма. — Дроида? — с сомнением

сморщил нос Люк. — Обычным людям она мозги на раз сжигает. А тут материал

покрепче. — Она ж Старку тоже мозги форматировала? — прищурился Люк. — Значит, на неѐ всѐ и свалим. — И заодно еѐ прищучите, — добавил Баки. — Идейная нацистка, в

жизни не поверю, что она раскаялась. Точно воду мутит и на кого-то работает — она не

одиночка, у неѐ точно есть куратор. Впрочем, даже если куратора нет и она сама — тем

более валить. Слишком опасна. — Вот и решили, — успокоенно кивнул Люк. То, что они

обсуждают убийство, его совершенно не смущало. Как и то, что вроде джедаям такое не

подобает. Очень смешно: а Тени чем занимались? Оби-Ван, рассказывая о погибшем

Восе, многим поделился. Да и сам он теперь от того рыцаря, мастера, а потом и магистра

Ордена существенно отличался. Война, Чистка и двадцать лет на Татуине даром не

прошли. — Значит, Вормир. Стив копытом землю роет: там вроде как Красный Череп

окопался. — Если он не сдох тогда, как вы планируете его убивать? — прищурился Баки.

— Надеялись на твои советы, — невинно заявил Люк. — Я не знаю, чем он стал, —

вздохнул Баки. — Разрывной в голову решает многие проблемы, но Стив хреново

стреляет, а ты не умеешь стрелять вообще. — С чего ты взял, что не умею? — изумился

Люк. — Я со спидера песчанке в глаз попасть могу. Ты чего? Пространство вновь

изменилось, и Баки увидел, как над песками мчится древний спидер, за которым

вспучиваются дюны и из них выпрыгивают огромные двухметровые крысы. А Люк, не

отнимая одной руки от руля, спокойно отстреливает чудовищ, действительно попадая в

глаза. — Самое уязвимое место, — пояснил Люк. — Шкура у них тяжело пробиваема.

Плюс эти твари ещѐ и ядовиты, и противоядия нет. Баки уважительно покивал. — Я так

далеко в твою память не заглядывал, — повинился он. — Отлично стреляешь. —

Явинский стрелок, — скромно опустил глазки долу Люк. — Ладно. Разрывной в голову, говоришь? С этого и начнѐм. Винтовка твоя у меня до сих пор. Патроны где? И они

пустились в обсуждение предстоящего похода неведомо куда. Стив непременно хотел сам

разделаться с Красным Черепом, и Баки посоветовал Люку дать Стиву отбить себе кулаки

вволю, но винтовку держать наготове. — Стив злобный и агрессивный, как тасманский

дьявол, — объяснил Баки. — И копить всѐ это в себе он никогда не умел. Так что пусть

оторвѐтся. — Пусть, — согласился Люк. — Устанет — отстрелю этому Красному

придурку голову. Где взять броню и форму? — Есть пара адресов, — прищурился Баки.

— Ты их должен знать. Лучше всего иди к Джону Тогава. У него связей больше и доступа

к материалам. Люк покивал, а как только проснулся, тут же развернул бурную

деятельность. Благодаря памяти Баки и его советам они добрались до Гонконга, где их

уже ждал предупреждѐнный о визите мастер. Работал он быстро и тщательно, так что

вскоре Стив с Люком примеряли костюмы и броню. Идею подставить Ванду Стив по

причине, которую не мог объяснить даже себе, не одобрял, так что Люк планировал после

Вормира натравить на него отца. Что-то там в его блондинистой башке застряло, что Люк

не мог выковырять. А у отца и опыта больше, и он лучше понимает потоки Силы, чѐтче

видит. Так что разберѐтся. К просьбе открыть портал на Вормир и обратно камень отнѐсся

с энтузиазмом. Люк со Стивом, одетые в плотную форму из суперпрочной ткани и

современную броню, вооружѐнные и готовые к неожиданностям, шагнули сквозь голубое

кольцо, очутившись на Вормире. Камень нѐс Люк, засунув полюбившуюся артефакту

коробочку в потайной карман. Пейзаж был мрачным и унылым, низкое чѐрное небо

давило, а вылетевшее из-за скалы краснорожее нечто в плаще выглядело пафосно и глупо.

— Люк, сын Оби-Вана, — проскрипел прекрасно осведомлѐнный урод. — Чтобы забрать

отсюда Камень Души, ты должен взамен убить здесь самое дорогое тебе существо. —

Идиот, — констатировал Люк, давая отмашку нетерпеливо поглядывающему на него

Стиву. — Самый дорогой для меня отец, а он пока что технически мѐртв. Так что иди в

бездну. Кем бы ни стал Череп, агрессия Стива ему не понравилась. Роджерс сходу

приголубил своего идейного врага ребром щита, потом добавил кулаком… Попытка

улететь ничего не дала, раззадорившийся Стив, войдя в раж, лупил Черепа с полной

самоотдачей. Люк, приготовившись, ждал, крепко сжимая приклад «баррета».

Стив был хорошо подготовлен, и опыт драк у него накопился изрядный, а Иоганн Шмидт, прусский офицеришка, ни с кем никогда всерьѐз не дрался. И никакая сверхъестественная

осведомлѐнность ему не помогла. Стив просто размазал его о скалы. Люк, приметив, что

друг его брата выпустил пар, добил Красного Черепа разрывным в голову. Баки оказался

прав: разрывная пуля решает большинство проблем. Не все, но большинство. Камень

вылетел из рассыпавшегося каменного кокона и опустился прямо на ладонь, согревая.

Стив ещѐ раз пнул валяющееся тело Черепа, и они вернулись прямо домой сквозь

услужливо открывшийся перед ними портал. Коробочку для Камня Души пришлось

покупать в антикварном магазине. — Надо же, какие! — бухтел Стив. — Носом крутят!

На спичечный коробок с ватой не согласны! Люк только хихикнул и купил ещѐ несколько

коробочек. Раз они так нравятся Камням, пусть будет запас. — Что будем делать со

Стренджем? — спросил Стив. — Я не представляю, как к нему подобраться. Эти маги

перемещаются порталами, по улицам не ходят. Люк молча подкинул на ладони коробочку

с камнем, и Стив понимающе покивал. Действительно. Этот камень может блокировать

порталы, так что поймать мага не составит труда. Люк ждал от мага чего-то более

впечатляющего, чем нескончаемо лезущая из него пена самомнения. Умения драться, каких-то магических приѐмов, ещѐ чего-нибудь… Но голубой камушек, хотевший с

друзьями на свободу, блокировал все попытки Стренджа что-то наколдовать, стало быть, вся его магия была пространственной — и только. Стив, совершенно не впечатлѐнный

речами про ничего не понимающих непосвящѐнных, разорвал цепь на шее мага и сломал

клетку зелѐного камня, признательно замерцавшего. Камень уютно улѐгся в коробочку на

чѐрный бархат. А Стив с Люком просто ушли, оставив мага стоять посреди какого-то

пустыря, сжимая в руках разорванную цепь. Мести Стренджа они не боялись: пусть

попробует сунуться — отстрелят что-то ненужное, к примеру, голову. Теперь осталось

разобраться с Вижном и Вандой, а для этого их требовалось найти. Ведьма с киборгом

уже давно нигде не показывались, даже Старк, как удалось узнать, не смог их найти.

Впрочем, пока информаторы Зимнего Солдата работали, Люк выполнил своѐ решение, нажаловавшись на Стива и его странные сомнения Оби-Вану. — Проверю, когда он уснѐт,

— пообещал тот. — Заодно и вашу ведьму поищу. Если это она, нити точно остались. —

Спасибо, папа, — искренне поблагодарил Люк. — Стив и так-то не подарок, а

управляемый извне вообще чистый терентатек. Стив, как на грех, никак не мог

угомониться. Наконец он ушѐл к себе, и Оби-Ван, выждав ещѐ час, отправился на

разведку. Люк шѐл за ним: учиться никогда не поздно. Стив спал, Оби-Ван углубил его

сон Силой и сел рядом, входя в медитацию. Люк внимательно наблюдал. — Вот, —

прошелестел в его сознании голос Оби-Вана. — Смотри. Сознание Стива было крепким и

чистым, вот только Люк при помощи отца увидел тончайшие нити, тянущиеся куда-то

вдаль. Заметить их было крайне тяжело, настолько искусно их вплели в сознание, прямо в

инстинкты. — Распутаешь? — спросил Люк. — Слишком тонко для меня. — Конечно, —

улыбнулся Оби-Ван. — Смотри. Он собрал Силу в комок и принялся, осторожно

вытягивая по одной алые нити, прикреплять их к ней. Процесс шѐл медленно и с

напряжением, потому что Оби-Ван опасался как порвать нити, так и нанести вред разуму

спящего Стива. Клубок нитей всѐ рос, Оби-Ван вытащил наконец последнюю и

облегчѐнно выдохнул. — Всѐ. — Она не почувствует? — обеспокоился Люк. — Нет, —

мрачно сверкнул глазами Оби-Ван. — Это имитация разума Стива. Ведьма будет

чувствовать, что он жив, что нити его держат, а это всѐ, что ей надо. Посмотрим, что

будет. Я с вами пойду. — С тобой я чувствую себя увереннее, — улыбнулся ему Люк. —

Усыплю его, пусть спит крепко. Оби-Ван растроганно улыбнулся сыну. Сила наполнилась

любовью и заботой. — Знаешь, — тихо сообщил он, наблюдая, как Люк укрывает Стива

одеялом. — Стоило умереть, чтобы… чтобы вы у меня появились. Оба. Ты и Баки. Я и

подумать не мог… И храбрости не хватало признаться. Люк молча обнял его, мысленно

обещая, что, как только они вернутся домой, займѐтся проблемой обеспечения отца телом.

А то что это такое? Всего пятьдесят шесть лет прожить. Вообще мелочь. — Отдыхай, —

погладил его призрак по голове. — Я буду охранять.

Часть 28. К родственникам

Теперь найти Ванду не составило труда. Оби-Ван сжал в руке клубок воплощѐнной магии

ведьмы, Камень Пространства полыхнул, открывая портал, и они вышли на окраину

какого-то маленького городка. Стив крепко сжимал щит, хмурясь и оглядывая

окрестности недовольным взглядом. Люк поправил ремень винтовки и вопросительно

уставился на отца. — Сюда, — махнул рукой призрак. — Теперь мы еѐ найдѐм с

легкостью. И они зашагали вслед за ним. Стив вертел головой и, увидев табличку с

названием города, выругался: — Нью-Джерси! Она сидит в грѐбаном Нью-Джерси! Люк

всѐ ещѐ не въехал в отношение нью-йоркцев к соседнему штату и совершенно не понимал

сути стивовых претензий. Впрочем, он в такие дебри погружаться не особо и хотел: уже

скоро они вернутся домой, а там ни Нью-Йорка, ни Нью-Джерси нет и не будет. Они шли, и прохожие не обращали на них внимания: Оби-Ван отводил всем встреченным глаза. В

Силе город казался погружѐнным в алую дымку: ведьма заморочила его полностью. Дом

ведьмы оказался неподалѐку: добротный, окружѐнный неплохим садом, с газоном и

широкими дорожками, засыпанными гравием. Стоило Стиву с Люком перешагнуть через

низенький, совершенно символический белый штакетник, как дверь дома распахнулась, и

Ванда вылетела из неѐ в облаке алой энергии. Еѐ Люк оставил на отца, а сам принялся

выцеливать Вижна. Любимая винтовка Баки ему нравилась, так почему бы и нет.

Страдания Старка по Джарвису Люк не разделял совершенно и даже не сочувствовал: лучше надо было беречь любимый ИИ. А теперь это уже не ИИ, а разумное существо, так

что, извините, жизнь — штука опасная. Заходить в дом Люк не собирался: мало ли что

там ведьма накрутила. Он ждал и дождался: Ванда что-то гневно заорала, и Вижн, не

выдержав, показался в окне. Всего на секунду, но Люку хватило. Выстрел оторвал

киборгу голову: Люк целился в шею. Ванда взвизгнула и окуталась энергией, загудевшей

словно ядерный реактор. Люк подскочил к двери, всѐ ещѐ открытой, заглянул внутрь и

Силой подхватил валяющуюся на полу голову. Камень сиял во лбу, прямо между бровей.

Люк вырвал его, обтѐр салфеткой, припасенной заранее, и засунул в карман. Теперь

можно и помочь Стиву с Оби-Ваном. У Люка была ещѐ целая обойма бронебойных, и ему

было до чрезвычайности интересно, пробьют ли его пули этот странный щит. Он

устроился поудобнее и начал стрелять. Первые пули увязли в алом мареве, стекая на

землю каплями расплавленного металла. Ведьма визжала и злобно скалилась, пытаясь

зацепить своей магией Стива, но Оби-Ван был начеку, отбивая атаки Силой. В принципе, сложился паритет: ни Ванда не могла их убить, ни они еѐ подловить. Люк перезарядил

винтовку и оскалился: какого хатта? Он форсъюзер или скаут-первогодка? Прицелившись, он Силой задрал на ведьме юбку, как школьный хулиган и, когда она совершенно по-девчачьи завизжала, одѐргивая подол, выпустил всю обойму слитно. Седьмая пуля

разнесла башку ведьмы вдребезги. Вышедшая из-под контроля магия полыхнула, сжигая

тело Ванды практически дотла: на землю упало несколько обугленных костей. Стив

облегчѐнно выдохнул, опуская щит. Оби-Ван поморщился, обозревая поле боя, после чего

похлопал его по плечу. Портал раскрылся, и они молча шагнули сквозь него, входя в

гостиную. Первым делом Люк достал камень и положил в коробочку, поставив еѐ рядом с

остальными, после чего потащился наверх: силы кончились вдруг и сразу. Рядом так же

тяжело топал Стив. Вода помогла немного смыть усталость, и пообедать они спустились

бодрые и довольные. — Теперь только дождаться прилѐта Баки, и всѐ, — заявил Люк, обгрызая жареные свиные рѐбрышки. — Ты ведь с нами, Стив? — С вами, — покивал

Роджерс. — Здесь меня ничего не держит, да и мало ли любителей поставить

суперсолдата в строй? — Дофига и больше, — прочавкал Люк. — Чѐрт, мне будет не

хватать здешних свиней. Прям хоть бери и покупай пару поросят на развод. — Ну нет! —

взбодрился Стив. — Обойдѐмся! Ты не представляешь, что свиньи способны сделать с

экосистемой! — Тогда не будем, — хихикнул Люк. — А вообще надо начинать

собираться. Бери всѐ, что считаешь нужным: корабль большой, всѐ влезет. Стив угукнул: вещей у него немного, но зато он может захватить с собой некоторые мелочи, а также

книги, краски, ещѐ что. Придумает. Время есть. — Слушай, — неожиданно озадачился он.

— А Баки сначала сюда, а потом флот испепелять? — А что? — покосился на него Люк.

— Хочу это видеть, — порозовел Стив. — Ну, как флот разметут. И рожу Старка видеть

хочу. Он лопнет, когда корабль сядет. — Стив, — хмыкнул Люк. — Длина

«Переговорщика» составляет девятнадцать километров. Корабли такого класса на

планеты не сажают, разве что в самых исключительных случаях. А это не он. Так что он

просто зависнет, а за нами отправят катер. — Старк взбеленится, — ухмыльнулся Стив. —

Но так ему и надо. Я читал новейшую историю. Айфоны и старкфоны — новая модель

каждый год, стриминговые сервисы, костюмы и коляски для собачек и кошечек, пранкеры, блогеры, а до Марса до сих пор так никто и не долетел. Невыгодно им. Пусть

утрутся своим капитализмом. Люк рассмеялся. Стив такой Стив! Но он прав. Пока

человечество сидит на своей планете на жопе ровно, пока оно не выйдет в космос —

считаться с людьми никто не будет. С муравейником же не считаются? Вот и с людьми не