Трубы в ванной гулко стонут и дребезжат — Кайл смывает с себя возбуждение.
Я стою у дивана в одном нижнем белье, глядя на закрытую дверь Лиама и пытаясь осознать, что только что произошло.
Пальцы вплетаются в волосы, я тяну их у корней, сосредотачиваясь на жжении, чтобы вернуть себя в реальность и убедиться, что это не кошмар, а всё по-настоящему.
Стыд жжёт изнутри, кровь кипит, кожа пылает. Неужели я только что разрушила годы дружбы?
Во мне борются две части. Та, что считает себя его лучшей подругой, хочет посмеяться над этим. Ситуация нелепая, постыдная — пару «извини»-коктейлей в баре, и всё можно забыть.
Но другая — растерянная и взбудораженная. Зачем Лиам смотрел?
Последние пятнадцать минут крутятся в голове, снова и снова — напряжение в его взгляде, ток, пробегающий по венам, обещание оргазма, даже если это были только мои пальцы.
Он был бы мощным.
Что Лиам делает сейчас, один, в своей комнате?
В воображении вспыхивает образ — его пальцы на металлической молнии, как он медленно тянет её вниз…
— Стоп, — шепчу я, трясу головой, выгоняя мысли. — Друзья. Только друзья.
Это всё Кайл виноват — внушил мне, будто я должна быть «поинтереснее».
Кайл. Черт. Что я ему скажу?
А должна ли вообще? Он ведь не видел Лиама — был слишком занят собственной рукой.
Грудь сжимается, и я не понимаю, хочу ли смеяться или расплакаться. Всё происходящее абсурдно.
Я хватаю с пола сумку Кайла и его телефон с дивана и бегу к себе в комнату.
Телефон дрожит в руке, на экране вспыхивает сообщение.
Джессика: В следующий раз.
Джессика: Скучаю.
Джессика… из офиса? Она скучает по нему? Брови сами собой хмурятся — уж больно интимно звучит.
Ещё одно уведомление.
Джессика: Не могу дождаться, когда испытаем твой новый стол в понедельник.
По спине медленно стекает холод. В понедельник как раз должны доставить новый стол в кабинет Кайла.
Я роняю сумку, вбиваю код и разблокирую телефон. Экран осыпает меня серией сообщений между Кайлом и Джессикой. Одно врезается в глаза.
Кайл: Хочу кончить тебе на грудь.
Отправлено семнадцать минут назад… когда я снимала платье.
Дверь ванной распахивается, горячий пар вырывается наружу, и в проёме появляется улыбающийся Кайл. Подмигивает:
— Готова ко второму раунду?
Грудь ходит ходуном, кулак сжимается вокруг телефона.
— Джессика? Ты трахаешь Джессику?
Улыбка сползает.
Я швыряю в него телефон.
Он успевает пригнуться — чёрные осколки пластика и стекла осыпаются на белую плитку, как конфетти.
— Ты с ума сошла? Это был новый телефон!
— Это всё, что ты можешь сказать? — ярость срывает голос.
Кайл наклоняется, подбирает крупные куски и качает головой.
— А чего ты ожидала? За год мы занимались сексом только здесь.
Он взмахивает рукой в сторону кровати — ровно застеленное покрывало, свежие простыни, идеальный порядок.
— Что ты хотела? Мне стало скучно.
Тепло покидает тело, оставляя липкий холод тошноты. Это слово выжигает воздух и прожигает кожу: скучная. Эмили — скучная девушка, которая трахается только в кровати.
Сколько он так думал? Почему не сказал? Я могла бы ещё месяц назад попросить Элли выбрать новое бельё.
Злость затмевает боль.
— Допустим, Джессика позволяет тебе трахать её в офисе? На столе?
Он вздрагивает, но прячет это за равнодушным пожатием плеч.
— В самолёте.
У меня перехватывает дыхание.
— Сегодня?
Он проводит языком по зубам — знакомый жест, который я ненавижу после двенадцати потраченных месяцев. Он подходит ближе, кладёт ладони мне на плечи, пытается прижать к своему влажному телу.
— Я был идиотом. Но это было до сегодняшнего вечера.
Мягкий член упирается мне в бедро.
— Надо было показать мне, что в тебе есть дикая сторона, раньше. Сейчас мне не скучно. Хочу увидеть ещё ту Эмили.
Тошнота в животе вспыхивает, как кипящая ярость. Я резко отворачиваюсь и пытаюсь оттолкнуть его.
— Отпусти меня.
Дверь спальни распахивается, ударяясь о стену. В проёме — Лиам. Его волосы взъерошены, словно он минутами рвал их руками.
Глаза сужаются на Кайле, челюсть напряжена, кулак сжимается у бедра.
— Она сказала отпусти.
Кайл закатывает глаза, но отступает, поднимая ладони.
— Что происходит? — его голос звучит не вопросом, а требованием.
Он ловит мой взгляд, но я отворачиваюсь — слишком стыдно. Подхватываю с пола сумку Кайла, обхожу Лиама стороной и иду к двери.
— Кайл и его трахающий Джессику член отсюда уходят.
Рывком открываю дверь и в лицо ударяет ночной холод.
Ах да, я всё ещё почти голая. Но мне плевать. Я швыряю его сумку вниз по лестнице и с удовлетворением смотрю, как одежда разлетается по ступеням.
Кайл выскакивает следом, в одном полотенце, ошарашенно глядя на разгром.
— Что ты творишь? Мы же должны поговорить!
— О чём? — поворачиваюсь к нему. — О том, что Джессика скучает по твоему члену и мечтает «опробовать новый стол»? Удачи.
Я возвращаюсь внутрь и со всей силы хлопаю дверью.
Кровь грохочет в ушах, адреналин струится по венам, не оставляя места ни боли, ни слезам. Я не потрачу на него ни капли.
— Ублюдок.
— Эм… — голос Лиама низкий и спокойный. Но от него по коже пробегает новая волна жара, напоминая о той грани, на которой я была совсем недавно.
— Мне нужно выпить.