Её Дневник

26

Её Дневник, 18.03.2019

Я на стены лезу… Никогда такого не было. Чёртов Воронцов! Прочно сидит у меня под кожей, даже спать толком не даёт. Я хочу уметь вести себя как он: не хочешь общаться, да ради Бога, найду замену! Как подумаю, что он со своими крошками в ночных клубах развлекается и вытворяет с ними такие же вещи, что делал со мной, пополам складываюсь от боли. Хотя, что там! Он и не такое с ними делает! И не с одной за раз. Чёрт, я даже писáть толком не могу. Больно до тошноты, будто мне снова под дых влетело и не вдохнуть. Сама виновата! Повелась на его записочки, тортики и клубнички!

Вот разорвала записки в мелкие клочья, а легче не стало! Ни капельки. Наоборот, слезу пустила, идиотка! Словно последней радости себя лишила. Как себя в кучу собрать, а? Почему Бог не придумал в голове специальный переключатель? Запудрили мозги – не беда, переключилась на другой канал и забыла! Нет же, нужно обязательно расплачиваться за свои наивные развешанные уши. А ведь, если подумать, мой дневник – чем не первый том моих глупостей? Надеюсь, когда-нибудь буду перечитывать и смеяться над своими ошибками!

Сегодня опять Лёша приехал. Зачастил что-то после восьмого марта! Надо думать, месяц назад я бы неслась в гостиную, если бы только увидела его машину в окне. Все ради одной улыбки и коротенького приветствия. Но не сейчас. Даже с кровати не встала, лениво отвернувшись от окна. Сопли мне утирать не обязательно, за десять дней бесконечных душевных терзаний, сама научилась мотать их на кулак!

Новое сообщение от Лерки. Даже думать о маме не могла. Понятно дело отец был в шоке. Он же маму довёл до этого состояния! Измучил, растоптал и выбросил. Вместе со мной! А тут вот незадача – дочку пришлось назад забрать… не по статусу же такому человеку родную дочь в детдом сдавать!

«Спорим, я первая из нас увидела фото свадьбы твоих родителей?»

Я встрепенулась, открывая вложение. Дух перехватило. Не соврала, достала свадебное фото! Глазам не верилось. Некачественное, явно старая вырезка из какой-то газеты, но даже этого хватило, чтобы меня удивить. Какой молодой и красивый у меня тут отец. Кирилл его настоящая копия, что есть, то есть. Но не это главное… отец выглядит невероятно счастливым, никогда в жизни его таким не видела. Даже в кадр не смотрит, всё внимание на моей маме, что улыбается в ответ робко и несмело. Рядом дед и бабушка. Бабушка, как всегда строгая, такая же полная, но не седая. Дальше стоит юный дядя Илья и совсем мне незнакомый молодой человек. Внимательно вгляделась в него – я точно видела его впервые, но почему он мне кажется таким знакомым? Светлые, ясные глаза, полные губы. Нос кривоват, словно переломан был. Может на отца чем-то похож? Наверное, родственник! И судя по тому, что на наших семейных ужинах он не появляется, далёкий и давно забытый. Дохленький какой-то, если сравнивать с мощной атлетической фигурой моего отца, но явно его старше. Да и ростом не высок, чуть выше бабы Лиды. Нетерпеливо двигаю фотографию по дисплею на маму и ещё долго любуюсь ей.

«Спасибо. Ты у меня лучший сыщик на свете!» – пишу быстро ответ, как раздаётся стук в дверь.

На всякий случай прячу телефон под подушку.

– Открыто!

Даже подскочила на кровати от неожиданности, когда дверь беззвучно отворилась, и в комнату неуверенно заглянул Лёша. Он был здесь лишь однажды. Помню, заманила его под предлогом найти большого жирного паука, который убежал под стол. Конечно же, никакого паука не было, а я потом ещё долго вспоминала десять минут ликования от того, что Лёша был моим спасителем!

– Привет, можно? – спросил он с улыбкой.

– Да, проходи. Кирилл вроде торчит в качалке. Ты его не нашёл?

– Нашёл, жду, пока он соберётся. – Лёша прошел в комнату, внимательно меня осматривая. – Тебя совсем не видно в последнее время. Мы собираемся на фотовыставку. Вадим увлекается фотографией, это его первая большая работа. Хотел позвать тебя с нами.

Молча смотрела на него. Надо же! В первый раз такое, чтобы Лёша меня позвал куда-то. Только вот сейчас у меня нет желания идти вместе с ним.

– Спасибо, Лёш, но я пас.

Заметила, как он чуть качнул головой. Разочаровался, словно и мысли не допускал, что я могу отказаться.

– Андрея там не будет, – объявил он, списав мой отказ на Воронцова. – Мы немного повздорили тогда… после вашего отъезда. Сейчас с ним никто из наших не общается. Ну… разве что Олег.

Вздохнула, вспомнив своё унижение. Грудь снова сдавил болезненный спазм. Разумеется, я понимала, что мой брат не пошёл бы на выставку, будь там Андрей. Подняла к Лёше глаза и выдавила:

– Я отказываюсь не из-за Андрея. У меня температура, Лёш.

Он немного нахмурился, присел на край кровати и приложил ладонь к моему бледному лбу.

– Врача вызывали?

– Не переживай, у меня всё хорошо.

Он так долго вглядывался мне в глаза, словно ждал чего-то.

– Уверена?

– Уверена, – разозлилась на него. – И разнос вы Андрею зря устроили. Я вполне отдавала отчёт всем своим действиям, когда осталась с ним наедине. Или ты думаешь, я не знала, что он с моим братом воюет? Разве не ты мне рассказал, что между ними девушка? Лучше бы ты мне сказал, что к Олегу мой брат едет. Мне, а не Андрею. Тогда, может быть, вечер закончился и по-другому. Всё у меня хорошо! Я уже достаточно большая, чтобы утирать себе сопли сама!

– Андрей сказал, что сам с тобой поговорит. И что вы уедете.

Горько усмехнулась. Поговорил… Раздел и довёл до оргазма. Продуктивный оказался разговор. А насколько эпичный финал… И не побоялся же моего здорового брата!

– Ладно, Лёш. Забудем. Хорошего вам вечера. Передавай Вадиму мои искренние поздравления. Если бы не простуда, обязательно бы присоединилась.

То, что сделал Лёша в следующий момент, не укладывается в моей голове до сих пор. Склонился надо мной, опустив мягкую теплую ладонь мне на щёку, и поцеловал в висок. Меня окутал его запах цитруса и бергамота, вызывая шквал эмоций. Таких знакомых, но уже давно забытых. Давно? Совсем недавно. Это всё Воронцов пронесся смерчем у меня в голове, заставив забыть обо всем, что я раньше так любила.

– Выздоравливай, Лана, – тихо сказал он и медленно отстранился.

Не смогла посмотреть на него, смущённо разглядывая свои руки. Ох и обгрызла я свой маникюр за время затворничества. Только когда дверь потихоньку закрылась, я выдохнула, понимая, что всё это время не дышала.