Её Дневник

41

Её Дневник, 31.03.2019

Я не могла уснуть почти до самого утра. Перед глазами стоял тот проклятый поцелуй Андрея со своей бывшей девушкой и нынешней любовницей. Если честно, я пожалела о своём побеге, подобно плаксивой главной героине из мексиканского мыльного сериала. Правильнее было бы остаться и потребовать объяснений от своего молодого человека за то, что там происходило. Посмотреть в их бесстыжие и растерянные лица.

Сжала челюсти и уткнулась лицом в подушку. Что теперь сожалеть? После драки кулаками не машут. Вот если бы я смогла сдержать свои эмоции, гордо подойти к ним, взглянув на Лену как на паразита, тогда можно было и сожалеть. Я же ревела белугой, когда тащила свою пятую точку к выходу, даже с Лилей не попрощалась! Зато в такси, сидя рядом с Лёшей, внезапно обрела способность держать себя в руках. Он, наверное, думал, что я буду лить слёзы у него на плече по дороге домой. Ведь я делала так очень часто в прошлом! Но не в этот раз – я села рядом с дверью и отрешённым взглядом провожала мелькающие в ночи высокие здания города. Маленький телефон без устали вибрировал в руках, но я даже на дисплей не смотрела. Не сложно было догадаться, что звонит мне Воронцов. Сколько времени прошло, после его первого звонка? Может он уже удовлетворил свою обеспокоенную любовницу и довольный собой пошёл искать свою глупую малышку Соболеву. Мне ли не знать, что Андрей может заниматься сексом где угодно, подстроившись под обстоятельства. Да и презервативы у него всегда наготове. Меня вытянуло из круговорота дурных мыслей мягкое прикосновение руки Лёши.

– Всё хорошо? – спросил он, мягким взором оглядывая меня.

– Да, не беспокойся.

Я поджала к себе руку, освобождаясь от его касания, и заметила, как Лёша невольно нахмурился.

– Что у вас произошло с Андреем?

Я вздохнула и повернулась к нему.

– Ты ведь Лену имел в виду, когда говорил, что у Андрея голова не мной забита? Знал, что он с ней?

– Знал…

– Вот теперь знаю и я…

– Вот козёл! Я ему устрою…

– Ничего не нужно устраивать! Я больше не хочу обсуждать эту тему, – твёрдо заявила я, перебив Лёшу.

Он оторопело моргнул, и продолжать не стал. Я же снова отвернулась к окну и не проронила больше ни слова. Может, обидела – Лёша уткнулся в телефон и переписывался с кем-то до конца поездки. Наверное, с Олесей. Добавила и ему хлопот своими вечными неудачами. Кажется, я знаю, кем пойду по жизни… в писатели подамся. А что, писать я люблю, вот как к дневникам своим привыкла. Возьму их для основы, отредактирую и назову свой первый роман «Дневник неудачницы», жанр – трагикомедия.

Вот лежала и думала, что отцу говорить. Если верить мачехе, сегодня вечером он должен вернуться. Она так бесилась, когда я вчера заявилась домой почти в полночь в вечернем платье, и вместо того, чтобы отчитаться, где я была в таком виде, послала её к ближайшим родственникам – чертям собачьим. Визжа на весь дом, она грозилась позвонить отцу и доложить о моём поведении.

– Тебе прекрасно известно, что отец он мне не больше чем ты – мать! Будешь орать как резаная, я прямо сейчас пойду к твоей дочери и расскажу эту прекрасную новость. Завтра глядишь, всё её подружки будут в курсе, а послезавтра – вся страна!

Наталья стихла, провожая меня изумлённым взглядом, а когда я добралась до второго этажа, чуть слышно забурчала что-то вроде: «Нет, ну вы посмотрите, как осмелела… Коля ей завтра задаст…» Задаст, так задаст. Плевать. В моей жизни уже нет никого, в ком я ещё не разочаровалась.

Этим утром я сбросила два звонка от отца. На третий раз, я получила сухое сообщение: «Будь дома до моего приезда. У меня к тебе серьезный разговор.» Будто у нас другие разговоры бывали. Холодные приветствия и строгие речи. С некоторых пор я стала считать, что день прошёл удачно, если отец со мной не поговорил! Решала за телефоном не ехать, даже не стану сочинять, что забыла его у Леры. Скажу, что провела восхитительный вечер со своим парнем. Уверена – Полянский уже на меня пожаловался, может даже обвинил отца во лжи. Потенциальная невестка-то таяла в объятиях совсем другого парня, а не ждала своего жениха «переучку» из другого края света.

Телефон трезвонил не умолкая. Надо же – в это утро я была нарасхват. Лерка. Ну да, извинялась слезно – подруга ушла в глубокий сон на пару с сестренкой, а телефон у себя в комнате оставила.

Ещё звонок, Лёша. Не взяла трубку. Вчера не позволила ему проводить меня до крыльца. Своим неуместным поцелуем он отбил у меня всякую охоту вести с ним беседы у порога моего дома. Не тут-то было – моя первая любовь обрывала мне телефон до тех пор, пока я не сдалась.

– Ало, – почти рявкнула я, подняв, наконец, трубку.

– Привет.

– Привет! – не сдержала недовольный вздох.

– Ты в порядке? Андрей тебя не донимал?

Меня донимаешь ты… Воронцов покорно молчит, подлый трус.

– Что могло измениться за одну ночь? Андрея не видела. Даже с кровати ещё не встала.

– Есть разговор. Нам срочно нужно встретиться!

– Зачем?

– Не по телефону. Встретимся через час в кафе, что недалеко от твоего дома.

Он даже не стал ждать моего согласия, сбросил связь. Голос немного встревоженный. С Олесей из-за меня поругался? Вздохнула и поднялась с кровати. Ладно, отказываться от встречи после того, как он мне помог добраться до дома, было бы крайне некрасиво. Если нужно спеть для неё оправдания – сделаем. Ссорить их мне совсем не хотелось.

Явилась на встречу даже раньше назначенного времени. Но Лёша уже сидел в зале за столиком. Выглядел он как всегда отлично и бодро, я бы сказала даже нарядно: в светло-серой ветровке, по крою напоминающей пиджак, в модных джинсах, и черной водолазке, плотно облегающей его стройный торс. Стало неловко за свой внешний вид: не накрашенная, с торчащим пучком на макушке вместо укладки. В кафе пришла, называется!

Лёша, поднялся, встречая меня доброй улыбкой. Ах, ладно, он меня и не такой видел! Выдавила ответную улыбку и присела за столик. Помнится совсем недавно, я сидела в этом кафе, с диким волнением ожидая его приезда, с единственным намерением – завладеть его вниманием.

– Закажешь что-нибудь?

– Совсем аппетита нет. Просто минеральной воды, если можно.

Лёша сразу передал мою просьбу официанту и вернул всё внимание на меня.

– Неважно выглядишь, – выдал он мне диагноз.

– Скажешь, что стряслось? – поторопила я, не желая терпеть к себе жалость. С каких пор?

– Андрей вчера объявился. Просил с тобой поговорить.

– Я не хочу говорить об Андрее.

– Так же как и я. Но всё-таки я считаю, ты должна знать. Чтобы больше не нарываться на неприятные сюрпризы.

Я вздохнула, сдаваясь. Ладно, пусть говорит! Хуже чем было вчера быть уже не может.

– Что он просит?

– Помирить вас. Хочет, чтобы я его отмазал перед тобой за Лену. Мол, типа ничего между ними нет, и я, как ваш общий друг, должен это подтвердить. Но насколько я понял из разговора, обрывать с ней связь он не намерен.

Я невольно поморщилась от боли и отвела взгляд. Нет, всё-таки хуже быть может. Ну почему так разрывается сердце? За что ты со мной так, Андрей?

– Зачем ему это?

– Перед отцом светится, хочет в акционеры вернуться. Он долю свою продает в нашей компании, не знала? Причем мне в покупке отказывает. Может ещё что задумал, – пожал плечами Лёша. – Меня он не просвещал. Ты знаешь Андрея, Лана. Он хитрец тот ещё. Про Лену ты не вовремя узнала, он старается это исправить. И просто так не отстанет, не сомневайся.

Уходит из учредителей? Но… почему?

– Ну, будем считать, ты свою миссию выполнил и мы поговорили. Передашь ему, что я не слепая и уж тем более не глухая. Продолжать с ним встречаться у меня нет желания.

– Этого не достаточно, – твёрдо заявил он.

– Не поняла…

– Предлагаю нам с тобой объявить себя парой. Тогда я смогу поговорить с Андреем на правах твоего молодого человека и не позволю ему к тебе приставать.

Мы погрузились в полную тишину. Я даже фоновую музыку перестала слышать. Не моргая смотрела в его светлые ясные глаза и не могла даже языком пошевелить. Лёша предлагал мне встречаться с ним? Точно молотом по голове огрел. Что за ерунда такая?

– Ты шутишь что ли?

– Я серьёзен, Милана. Просто игра чтобы Андрея отвадить.

– У тебя же… НЕВЕСТА!

– Олеся уехала в Англию на три месяца. Им положено, для закрепления знаний и освоения разговорного языка. Она же на переводчика учится, не знала?

Я сделала глоток прохладной воды, прогоняя внезапную сухость. Девушкой Лёши я не была готова становиться даже понарошку.

– Андрей считает, что мы расстались. И ревнует тебя ко мне. – Продолжал тот, как ни в чем не бывало. – А раз он считает, что между нами может быть что-то большее, чем просто дружба, мы вполне можем этим воспользоваться.

– Спасибо за заботу, но это лишнее. Я сама могу решить свои проблемы с Андреем, ни к чему такие жертвы.

Пауза. Он поджал губы и посмотрел на меня исподлобья.

– Ты любишь его?

– Это тебя не касается.

– Касается! Сколько ещё раз ты готова обжечься, Лана? Прости, но ты ведёшь себя как полная идиотка!

– Да и ты, смотрю, умом не блещешь, – огрызнулась я. – Предлагать мне фиктивные отношения втайне от невесты. Подумал бы, что будет, если она об этом узнает!

– Да кто ей расскажет? Ты что ли?

– А то у вас в компании языков мало! Я даже обсуждать это не хочу. Врать никому не собираюсь. В том числе и Андрею.

– Будто он тебе не врал всё это время. Нельзя быть такой мягкосердечной! Он тебя использовал…

– И пусть! Тебе какое дело? – вконец потеряла терпение. – Хочешь, чтобы я выставила себя такой же обманщицей?

– Я хочу, чтобы ты постояла хоть раз за себя! Чтобы ударила по его мужскому самолюбию. Он это заслужил! Пусть не думает, что ты по нему слёзы льёшь!

Я покачала головой, не понимая, почему Лёша так настаивает. И тут в мутной от недосыпа голове будто бы хлопком свет зажгли. Что, если меня снова обводят вокруг пальца? Как уже однажды случилось после событий на даче. Видимо я выдала своё внезапное волнение, потому что мой собеседник напряжённо выпрямился.

Внимательно посмотрела в его глаза и спросила:

– Что происходит, Лёша? У тебя с Андреем какие-то личные счёты?

– С чего ты взяла?

– Ты ведь не просто так предлагаешь к тебе в девушки записаться…

– Конечно, не просто так, – раздражённо оборвал он. – Чтобы тебе помочь.

Я решила закончить разговор и поднялась из-за стола:

– Хорошо, спасибо за заботу, Лёш. Я как-нибудь решу свои проблемы без твоей помощи.

– Как знаешь! – ответил он, оскорбленный моим внезапным недоверием. – Раз ты начинаешь надумывать всякую ерунду, затыкаюсь! Ты уж не сочти за очередной подвох для Воронцова, но я тебя провожу до дома!

Поднялся вслед за мной, положил на стол купюру и жестом пригласил на выход. Щёки стыдливо загорелись – может я и в правду переборщила в домыслах и, чтобы смягчить ситуацию, не стала ему возражать. Эх, а ведь надо было! Потому что у порога дома нас ожидало самое грандиозное представление Киры и мой величайший позор!

– А вот и наши голубки! – она словно ожидала нашего прихода, вынырнув из калитки ровно перед моим носом.

– Что надо, Кира? – сердито насупилась я.

– У меня есть для Лёши сюрприз! – её черные глаза светились безграничным ликованием, от чего становилось по-настоящему страшно.

Плавным движением руки она вытянула из-за спины толстую тетрадь, и в моих глазах потемнело от ужаса. Это был старый дневник, что я вела ещё совсем девчонкой для Лёши. Тот самый, что я бросила писать из-за того, что потеряла всякую надежду на взаимность, когда узнала о предложении руки и сердца "замечательной Олесе".

Она стала громко зачитывать с него строки, но я ничего не слышала за бешеным стуком рвущегося из груди сердца. Как Кира нашла дневник? Я же спрятала его за вентиляционную решётку над потолком в моей ванной комнате! Даже чёрт не догадался бы туда заглянуть! Зато Кира во все щели залезла, гадина!

– Дай сюда! – крикнула я, пытаясь отобрать тетрадь.

– Гляди, Лёша, тут всё исписано любовными признаниями. Я пока читала эти розовые сопли, меня два рада вырвало прямо на страницы! Но ты не переживай, Лана! Что оттереть не смогла, закрасила сердечками, так даже круче выглядит!

Лёша растерянно молчал, наблюдая, как я мечусь вокруг Киры, пытаясь вырвать у неё из рук дневник, словно собачка косточку.

– Чего глядишь, как осёл, Ромео? Оглох что ли? Тут вся тетрадь для тебя исписана твоей Джульеттой! Она тут почти каждую вашу встречу описывает! Мечтает о вашей свадьбе, любви до гроба и смерти в один день! Вот умора!

Я не выдержала – с размаху ударила её по лицу. На ладони осталась кровь – её верхняя губа рассекать в уголке, рядом со щекой. Она стихла, отлетев от меня на добрые два шага, и выронила тетрадь. Затем вперила в меня ошарашенный взгляд и заорала:

– Охренела?

– Я тебя ещё огрею, если мало показалось!

Лёша поднял с тротуара дневник, внимательно оглядывая обложку. Пытался сообразить, где видел его раньше. У Воронцова на столе, конечно же! Только прошу, не вспоминай…

– Отдай, пожалуйста! – поспросила я, подлетая к нему.

Он убрал дневник за спину, бросив на меня пытливый взгляд:

– Это правда? Ты писала для меня?

У меня горело всё: лицо, уши и шея. Как же стыдно! Почему я не сожгла дневник ещё три месяца назад? Когда он впервые попал в чужие руки…

– Правда. Писала, – выдавила я, опустив голову.

Только успела открыть рот, чтобы сказать: «Больше не пишу», как он стремительно рванул меня на себя, в жадное объятие, вжимая горячий поцелуй мне в губы. Я поддалась, не ответила. Это не одно и то же. Только из-за растерянности, захваченная врасплох.

Не знаю, в какой момент меня вырвал из крепкого объятия могучий резкий порыв, а секунду спустя я уже стала свидетельницей увесистого хука справа, врезающегося Лёше прямо в челюсть. Под собственный глухой возглас, я наблюдала его неминуемое падение на жёсткий асфальт. Ошарашено хлопая глазами, посмотрела на профиль того, кто теперь крепко сжимал мой локоть. Андрей так стремительно повернулся ко мне, что я невольно отскочила от него, боясь, что он и мне сейчас так же вмажет. Если уж Лёшу с ног снесло, меня уж точно в нокаут отправит. А может и вообще голову оторвёт!

– Ох и ни хрена себе… – почти с благоговением выдала Кира.

– Какого чёрта ты тут делаешь? – рявкнул Андрей на меня.

Я вздрогнула, обхватив себя руками.

– Так у них любовь же… – начала было моя злобная сестричка, как Андрей рявкнул на неё ещё громче.

– Я тебя не спрашивал!

Кира в страхе выпучила глаза и захлопнула рот. Ещё никогда не видела Воронцова в таком бешенстве. Да ещё и под ногами у него распластался Лёша, явно не в состоянии подняться. На серую некогда однотонную ветровку упало несколько капелек алой крови. Он слабо мотал головой, пытаясь собрать глаза в кучу, а изо рта сочилась кровь.

– Ты что натворил? – в ужасе прошептала я, зажмурившись.

– Познавательный ответ! – рыкнул он, оглядывая Лёшу. – Ты что ему свой дневник отдала?

– Это не я!

– И не я! – тут же подала голос Кира.

Вот так трухнула девчушка, впервые её такой видела. Андрей бросил на неё грозный взгляд и процедил:

– Тогда чего ты тут глумилась минуту назад? Так нравится унижать людей? Я бы сказал, тебе пару ласковых, да времени на тебя тратить жаль! Как-нибудь сочтёмся.

Он схватил меня за руку и повёл к своей машине. Видела, как Лёша, наконец, присел, грубо выругавшись на Андрея.

– Нужно поговорить!

– Я сама в состоянии идти, пусти меня!

В этот момент с характерным сигналом спецавтомобиля остановилась машина группы быстрого реагирования. Ну конечно, по камерам драку заметили и тут же примчались! Насколько же оперативно работают, не зря папа их при себе держит!

– У вас всё в порядке? – обратился ко мне рослый мужчина в форме ЧОП.

Я кивнула, не желая подставлять Андрея, а цепкий недоверчивый взгляд охранника прожигал в его голове сквозную дыру.

– Молодой человек уже уходит.

– И молодая леди вместе с ним, – приторно сладко добавил Воронцов.

– Да, провожу его до машины, – улыбнулась я.

Сотрудник группы не вмешивался, но продолжал ненавязчиво наблюдать за моим собеседником. Мы отошли на несколько метров дальше и остановились у машины. Андрей недовольно нахмурился, скрестил руки на груди и кивнул в сторону Лёши:

– Что у тебя с ним?

– Думаешь, я перед тобой стану отчитываться после вчерашнего?

– А кто тебе мешал вчера задать мне такой же вопрос?

– Скажем так, твоей Лене чертовски повезло! Я не умею так четко бить в морду!

– Я научу, было бы желание…

Проигнорировал реплику «твоей Лене». Чуть ли не взвыла от боли.

– Так что у тебя с ним?

– Кроме того, что он в последнее время зачастил распускать руки – ничего! Что у тебя с Леной?

Андрей немного напряженно выпрямился и проговорил:

– Я не смогу ответить так же коротко, отъедем и спокойно поговорим. Ваш охранник мне сейчас висок прострелит одним лишь взглядом.

Я опустила глаза, не двинувшись с места, а сердце забило барабанную дрожь. Если невозможно ответить коротко «ничего», значит… А я, дура, понадеялась! Под ложечкой сосало от боли. Всего одно слово! Соври, наконец, лишь бы не было так больно, до самых кончиков пальцев…

– Хорошо, я поеду, Андрей. Выслушаю тебя. Только если ты ответишь мне на один вопрос прямо сейчас. Ты спал с ней? Уже после того, как она стала женой твоего брата?

Он глубоко вздохнул и задрал лицо к небу. Я видела, как его челюсти плотно сжались, как скулы напряженно играли на лице. Между нами повисло убийственное молчание, разрывающее меня изнутри. Ответ уже был не нужен, его молчание выдало кошмарный, жестокий ответ, который я так надеялась не услышать.

– Видеть тебя не могу, – прошипела я, едва сдерживая отчаяние. – Ты ничем не лучше моего брата!

– Дай мне всё тебе объяснить! – он попытался остановить меня, когда я оставила его у машины.

– Пусти, Андрей! Ненавижу тебя! Я полная дура, думала ты не такой, как о тебе говорят! А ты оказался ещё хуже!

Я легко высвободила руку и зашагала к дому. Он больше не пытался меня остановить. Молча провожал меня хмурым взглядом до тех пор, пока я не скрылась за воротами.