Разбирая свои очерки и записки о давнем путешествии в священный Бенарес, я нашёл заметки о моём разговоре с раджою Пейхвы накануне моего отъезда в Канпур, и мои воспоминания перенеслись к тому тихому вечеру, когда, вернувшись из гарема раджи, мы сели с ним у края террасы, чтобы подышать свежим воздухом и полюбоваться серебристой лентой Ганга, мирно катившего свои тихие воды.
Рам-Кондор, показав мне портреты русского императора Павла I и [императора Франции] Наполеона I, сказал, что он унаследовал их от отца, который [тогда] сообщил ему, что это два европейских правителя, от которых зависело изгнание англичан [из Индии], и при этом показал мне интересный документ, говоря, что подлинник его хранится в России. Это был проект соединённого похода в Индию русских и французских войск в 1801 году. Не знаю, сохранились ли следы этого проекта в архивах Франции. Я переписал этот любопытный документ и ниже привожу его полностью.
ПРОЕКТ ПОХОДА РУССКИХ В ИНДИЮ
I. Цель похода
Изгнать навсегда англичан из Индостана, освободить эту прекрасную и богатую страну от британского ига, открыть новые пути торговли и промышленности цивилизованным странам Европы и Франции. Такова цель похода, достойного обессмертить первый год девятнадцатого столетия и государей тех стран, которые задумали это полезное и славное дело.
II. Государства, которые должны принять участие в походе
Французская республика и русский император должны послать на берег Инда армию в семьдесят тысяч человек.
Немецкий император должен разрешить французским войскам проход через своё государство и облегчить им спуск вниз по Дунаю до его впадения в Чёрное море.
III. О доставке из Астрахани в Астрабад русской армии в тридцать пять тысяч человек.
В тот момент, когда поход будет окончательно решён, Павел I отдаст приказ собрать в Астрахани армию в 35 тысяч человек, из которых двадцать пять тысяч регулярных войск всех родов вооружения и десять тысяч казаков.
Эта армия будет посажена на суда и по Каспийскому морю переправлена в Астрабад, где и будет ожидать прибытия французской армии.
Астрабад будет главной квартирой союзной армии, там будут устроены провиантские, вещевые и оружейные склады, он будет центром сношений между Индостаном, Францией и Россией.
IV. Путь, которого будет держаться французская армия от Дуная до берегов Инда
От армии, расположенной у Рейна, будет отделён корпус в 35000 человек; это войско будет посажено на Дунае на суда и поплывёт вниз по реке до Чёрного моря.
Прибыв туда, войско пересядет на транспортные суда, которые доставит Россия, переплывёт Чёрное и Азовское моря и высадится в Таганроге.
Отсюда войско пойдёт берегом Дона до небольшой казачьей станицы Пятиизбянской, где назначена переправа через Дон, и следует далее также пешком до Царицына, расположенного на правом берегу Волги, где вновь посадка на суда и спуск вниз по реке до Астрахани.
Там войска сядут на коммерческие суда и прибудут в Астрабад, приморский город Персии.
В Астрабаде французы соединятся с русскими, и отсюда союзная армия пойдёт через Герат, Ферах, Кандагар и скоро достигнет правого берега Инда.
V. Переход французской армии
По Дунаю до Чёрного моря — 20 дней, от устья Дуная до Таганрога — 16, от Таганрога до Пятиизбянской — 20, от Пятиизбянской до Царицына — 4, от Царицына до Астрахани — 5, от Астрахани до Астрабада — 10 дней, от Астрабада до берега Инда — 45 дней; всего — 120 дней.
Итак, французской армии понадобится четыре месяца, чтобы достичь берегов Инда; предположим даже, что переход будет длиться пять месяцев, следовательно, если она выступит в начале мая 1801 г., то достигнет места назначения в конце сентября месяца.
Надо заметить, что половина пути будет пройдена водою, а другая половина — пешком.
VI. Средства выполнения плана
При посадке на суда на Дунае французская армия берёт с собою пушки и зарядные ящики. Ей не нужно брать с собою ничего из походного обихода.
Кавалерия и артиллерия не должны брать с собою лошадей, надо взять лишь сёдла, хомуты, шлеи, вожжи, гужи и т.п. Этот корпус получает сухари на месяц.
Транспорты, которые доставит Россия, будут снабжены провизией на пятнадцать-двадцать дней. Пока войско будет ехать морем, офицеры генерального штаба отправятся сушей на почтовых вперёд, одни в Таганрог, другие в Царицын и третьи в Астрахань.
<Уполномоченные, отправленные в Таганрог, урегулируют с российскими представителями вопросы подготовки сухопутного марша армии от Таганрога до Пятиизбянской в части встречи, размещения прибывающих и, наконец, сбора всех лошадей и экипажей для перевозки артиллерии и обоза армии.
Те же уполномоченные должны прийти к соглашению с представителями от Царицына о сборе достаточного количества лодок, кои потребны будут для переправы через Дон, который здесь немного шире Сены в Париже.
Уполномоченные, направленные в Царицын, позаботятся о следующем:
1) Собрать в трёх или четырёх пунктах, между Доном и Волгой, всё бивачное снаряжение и провиант, необходимые армии во время её похода;
2) Собрать под Царицыном достаточное количество лодок, чтобы погрузить французскую армию на Волге и высадить её в Астрахани.
Уполномоченные, посланные в Астрахань, будут держать корабли наготове к приёму армии и с погруженным на них провиантом на пятнадцать дней.>
Когда французская армия высадится в Астрахани, она должна найти там нижеследующие заготовки, припасённые обоими государствами:
1) Боевые снаряды всех сортов и тяжёлую артиллерию; то и другое может быть доставлено из арсеналов Астрахани, Казани и Саратова, которые снабжены в достаточном количестве;
2) Упряжные лошади для артиллерии и зарядных ящиков союзных войск;
3) Верховые лошади для французской тяжёлой и лёгкой кавалерии;
4) Лошади и повозки для перевозки багажа, понтонов и т.п. Эти лошади могут быть куплены между Доном и Волгою у казаков и калмыков; там лошадей видимо-невидимо, они очень пригодны для военных действий и дешевле, нежели всюду;
5) Все предметы, необходимые для лагерной жизни французской армии во время её похода к берегам Инда и далее;
6) Склады сукна, полотна, одежды, шапок, касок, перчаток, сапог и т.п. Всё это имеется в России в изобилии и гораздо дешевле, нежели в других государствах Европы.
<Французское правительство может договориться об этих поставках с директорами колонии Сарепта, расположенной в шести верстах от Царицына, на правом берегу Волги. Эта колония евангелистов, которая считается самой богатой, трудолюбивой и самой требовательной к выполнению своих обязательств и имеет свой главный центр в Саксонии; необходимо получить там соответствующие распоряжения, чтобы колония Сарепта озаботилась о припасах;
7) Аптечные запасы со всевозможными лекарствами.
Их можно поставлять из колонии Сарепта, где долгое время существовала аптека, соперничающая по разнообразию и качеству лекарств с императорской аптекой в Москве;
8) Склады риса, гороха, муки, круп, солонины, масла, вина, водки и т.д.;
9) Стада крупного рогатого скота и овец.
Из России будет вывозиться горох, мука, крупа, соленое мясо, рис и сливочное масло. Всё остальное в изобилии встречается в Персии;
10) Запасы фуража, ячменя и овса.>
Овёс можно приобрести и в Астрахани, а всё остальное — из внутренних губерний России.
VII. Переход союзной армии от Астрахани до берегов Инда. Мероприятия для обеспечения успеха похода
Перед высадкой русских в Астрабаде, комиссары обоих правительств будут отправлены вперёд с эстафетой ко всем ханам и царькам тех стран, через которые должна пройти союзная армия, и сообщить им, что войско двух самых великих в мире наций должно пройти через их страну, направляясь к Индии; что единственная цель этого похода — изгнать из Индостана англичан; что государи и правительства тех стран, через которые направится союзная армия, не должны опасаться чего-либо, что, напротив, их приглашают содействовать, кто чем может, успеху этого великого предприятия; что союзная армия не будет брать никаких контрибуций, будет покупать всё необходимое для неё за наличные деньги; что в ней будет поддерживаться самая строгая дисциплина; что религия, законы, права, обычаи, собственность, женщины будут неприкосновенны и т.д.
<Действуя после такого провозглашения с кротостью, обходительностью и твёрдостью, нет никаких сомнений, что ханы и другие мелкие князья предоставят свободный проход в свои владения. Кроме того, будучи разобщёнными между собой, они слишком слабы, чтобы оказать сколько-нибудь серьёзное сопротивление.
Французских и русских комиссаров будут сопровождать искусные инженеры, которые составят топографическую карту стран, через которые объединённой армии придётся пройти, и отметят на своих картах места стоянок, реки, через которые придётся переправиться, города, через которые армии придётся пройти, пункты, где перевозка обоза, артиллерии и боеприпасов может быть затруднена, с указанием на средства преодоления таких препятствий.
Эти комиссары также будут вести переговоры с ханами, князьями и частными лицами о поставках провианта, повозок и т.д., подписывать договоры, просить и получать заложников (проводников).>
Когда первая французская дивизия прибудет в Астрабад, первая русская дивизия должна двинуться в поход, остальные дивизии союзной армии пойдут последовательно одна за другой с расстоянием пяти верст; сообщаться между собой они будут при посредстве небольших казачьих отрядов.
Корпус из четырёх-пяти тысяч казаков с прибавлением лёгкой кавалерии и регулярных войск составит авангард, за которым непосредственно следуют понтоны. Этот авангард будет наводить мосты, охранять переправы и вообще наблюдать [за безопасностью] на случай измены и т.п.
В этом славном походе должна принять участие избранная группа учёных и артистов<художников> всякого рода; правительство поручит им проверить существующие ныне карты и планы этих стран, а также [фиксировать] и составлять описания каких-нибудь [значимых] событий.
Будут очень полезны воздухоплаватели и лица, изготовляющие фейерверки.
Чтобы внушить этим народам самое высокое представление о Франции и России, необходимо, прежде чем армия и главная квартира выедут из Астрабада, дать в этом городе несколько блестящих праздников, <сопровождающихся военными парадами>.
При таком распределении и предусмотрительности вряд ли могут возникнуть сомнения в успехе похода, но, главным образом, этот успех будет зависеть от ума, усердия, смелости и верности начальников, которым оба правительства поручат выполнение проекта.
Первый консул (Наполеон I) привёл нижеследующие замечания, когда ему был предложен на рассмотрение этот проект.
VIII. Замечания
1) Имеется ли достаточное количество судов, чтобы перевезти корпус в тридцать пять тысяч человек по Дунаю до его устья?
2) Воспротивится ли султан и дозволит ли он французской армии спуститься вниз по Дунаю, а также и сесть на суда в портах, принадлежащих Оттоманской империи?
3) Есть ли в Чёрном море корабли и суда для перевозки армии и имеет ли император Павел I их достаточное количество?
4) Не рискует ли флотилия, отплывшая в Чёрное море, быть там атакованной и, быть может, рассеянной английским флотом под командою адмирала Кейта, который, при слухе об этом походе, пройдёт Дарданеллы, чтобы преградить в Чёрном море путь французской армии и даже истребить её?
5) Каким образом достигнет союзная армия, после своего слияния в Астрабаде, Индии, раз ей придётся проходить через почти дикие и бесплодные страны, тем более, что пройти надо расстояние по меньшей мере в триста лье?
Император Павел I отвечал на замечания уверением, что успех безусловно обеспечен.
IX. Ответы
1) Я думаю, что будет легко собрать достаточное количество судов, а в противном случае армия дойдёт сушею до Браилова порта на Дунае в Валахии и до Галаца — другого порта на той же реке в Молдавии; здесь французская армия сядет на суда, заготовленные Россией, и проследует дальше;
2) Павел I заставит Порту сделать всё, что ему угодно, так как его могучее войско внушит Дивану почтение к его воле;
3) Русский император может свободно собрать в своих портах в Чёрном море более трёхсот кораблей и судов всякого величины<размера>; весь мир знает, какую величину представляет теперь русский торговый флот в Чёрном море;
4) Если адмирал Кейт пожелает пройти пролив и турки этому не воспротивятся, то воспротивится Павел I; для этого у него имеются более действенные средства, чем думают;
5) Страны эти не дикие и не бесплодные, дорога открыта, и ею давно пользуются; караваны проходят путь от берегов Инда до Астрабада, обыкновенно, в тридцать пять-сорок дней. Почва не покрыта, как в Аравии и Ливии, сыпучими песками, и рек там очень много; <фураж достаточен,> риса в изобилии, и он составляет главную пищу населения, быков и овец достаточно, а фрукты там восхитительные.
Единственное резонное замечание — это долгий путь, но это не может быть препятствием к выполнению проекта. Французская и русская армии жаждут славы, они храбры, терпеливы, выносливы, их смелость, неутомимость, настойчивость и мудрость их начальников победят все препятствия, каковы бы они ни были.
<Исторический факт подтверждает это утверждение.
В 1739 и 1740 годах Надир-шах выступил из Дели с большой армией, чтобы совершить экспедицию в Персию и к берегам Каспия. Он прошёл через Кандагар, Ферах, Герат, Мешхед и прибыл в Астрабад. Все эти города были значительными, и хотя они потеряли своё прежнее великолепие, но таковыми являются по-прежнему.
Конечно, не подлежит сомнению, что [европейская] армия, состоящая из французов и русских, может повторить сегодня то, что сделала истинно азиатская армия в 1739 и 1740 годах. Названные города обозначат главные пункты сообщения между Индустаном, Россией и Францией.>
Таков этот прекрасно составленный план, который Наполеон обязательно выполнил бы, так как во все три великих фазиса своей политической жизни — генерала, первого консула и императора — он не переставал мечтать о покорении Индостана.
До 1813 года и во время пражской конференции он неустанно занимался одним — возможностью атаковать англичан в их азиатских владениях, и его министр иностранных дел, герцог де Бассано, собирал для него самые точные сведения об этой стране у путешественников, побывавших там.
Несомненно, что так хорошо организованная атака франко-русской армией под командою такого генерала, как Сульт или кого-либо другого, выбранного самим Наполеоном, меньше чем в два года изгнала бы англичан из Азии. Они потеряли бы свои колонии и [сегодня] перевозили бы морем грузы, коптили бы треску на своём острове и солили бы сельдей.
Медлить было нельзя… но внезапно скончался Павел I. Боязнь за своё азиатское владычество, которую Наполеон внушал англичанам, и заставила их упрятать его на остров Св. Елены.
Сохранить свои мировые рынки — это для англичан было вопросом жизни или смерти: под страхом стать какою-то жалкой мизерной нацией рыбаков и торгашей-мореходов, Англия должна была стараться уничтожить все препятствия, могущие умалить её значение на Дальнем Востоке.
Я знаю, что она всегда готова доказывать всем желающим её смутить<добрым космополитам>, что бюджет Индии даёт ей часто дефицит, что Индия стоит ей больших денег.
Скажите этим наивным людям, что в Индии [насчитывается] двести пятьдесят миллионов британских подданных; что Англия убила в Индии всю промышленность, доставляя туда бумажные и шёлковые ткани, железо и т.п., чтобы заставить страну ограничиться ролью простого производителя [простых изделий]; что Англия вывозит из Индии всё сырьё, перерабатывает его на своих бесчисленных фабриках и заводах в Манчестере, Бирмингеме, Лондоне и других городах Соединённого королевства и привозит обратно в Индию уже в обработанном виде. <Англия даёт работу для всех своих отраслей и всех своих коммерческих филиалов, а также грузовые перевозки для своего торгового флота.
Короче говоря: двадцать миллионов англичан поставляют все предметы первой необходимости, кроме пищи, двумстам пятидесяти миллионам индусов.>
В Англии есть даже такие фабрики, которые выделывают бронзовых божков, украшающих пагоды.
Я, пожалуй, не должен исключать из спекуляций англичан в Индии и пищу, так как одним из факторов торговли этих ловких торгашей является скупка риса в Индии громадными партиями и отправка его в Европу. Потом, как только в Индии не хватит рису до новой жатвы, англичане свозят рис в порты Индокитая, Кохинхины, Китая и там продают его по взвинченным ценам. Вот откуда приходит в Индию голод.
Но пробьёт час справедливости, поднимется народ — вероятно, Россия — который обрежет гигантские щупальца британского спрута, протянутые через весь свет, <и эти великолепные «владыки морей» пойдут туда, куда ушли купцы Карфагена, Финикии и Венеции>.
Россия из всех государств Европы является как бы предназначенным судьбою посредником между центральной Азией и Европой. Вот уже почти век, как она терпеливо, но верно подвигается к покорению центральной Средней Азии; она уже ушла за Хиву, а англичане, противопоставляя свой шаг каждому шагу России — в Кабул.
Несомненно, что в интересах России как можно шире и дальше проникнуть в <Центральную> Азию для <защиты и расширения> своей торговли — это её неоспоримое право, <которое Англия никогда не сможет оспорить, ибо Россия находится у себя дома>; и если когда-нибудь, в <не слишком> далёком будущем, возникнут неприязненные отношения между Россией и Англией <из-за параллельности их интересов>, то можно с уверенностью сказать, что вина будет не со стороны первой.
В интересах всей Европы, а в особенности Франции, чтобы Россия сдерживала Англию на Востоке и всегда [была] настороже.
Если бы в 1854 году мы не пошли так наивно в Крым, исключительно из-за английских интересов, то Франция могла бы вступить в союз с Россией и помогла бы своему союзнику пойти на Константинополь, и мы бы получили в качестве компенсации Сирию и Египет; Триполи, Тунис и Марокко <больше не существовали бы, а Средиземное море действительно было бы сегодня «французским озером»>.
Я извиняюсь перед читателем за то, что невольно увлёкся восточной колониальной политикой, но для путешественника нет выше наслаждения, как изучать народы в их стране, проникнуться их желаниями, уяснить себе их секретную политику, наблюдать их движение вперёд, проштудировать те незначительные факты, которые влекут к большим событиям, как капли дождя служат иногда предвестниками грозы, и всё это даёт цель нашим странствованиям по белу свету.