Фальшивый Итачи

Глава 37.1

— Блин… Что тут опять случилось? — задавался вопросом я, глядя на руины деревни Скрытого Листа, которая теперь выглядела так, словно на неё упал метеорит.

Только прочитав воспоминания пробежавшего мимо шиноби, мне удалось убедиться, что первое впечатление в данном случае оказалось полностью правдивым. Тогда я даже не мог не подумать, что без главного героя, защищающего свой родной дом и прилагающейся к нему силы сюжетной брони, поселение, созданное ещё Первым Хокаге, обречено потерпеть неизбежный крах. Возможно, будь Узумаки Наруто всё ещё жив, подобных трагедий, охвативших деревню Скрытого Листа, удалось бы чудесным образом избежать. Однако реальность не терпит сослагательных наклонений…

Во время моего прошлого посещения этого места, Лист был уже полностью отстроен, а оставшиеся после битвы с Акацуки и буйства Девятихвостого лиса следы оказались тщательно скрыты. Хотя, тогда я не уделял особого внимания своему окружению, желая покинуть это место как можно быстрее, но перед тем как вырвать Мангекью Шаринган из глазницы Какаши, я всё-таки немного оценил обстановку.

И теперь, всё что умудрились отстроить местные жители, оказалось напрочь снесено упавшим из космоса метеоритом. В довершении ко всему, неизвестно откуда появились загадочные, но могущественные марионетки, каждая из которых обладала силой на уровне среднего джоунина. Их было не меньше полусотни, и ниндзя Листа оказались застигнуты врасплох в момент их атаки.

Впрочем, стоит отдать им должное, фанатики Воли Огня всё-таки сумели нанести ответный удар и даже вывести из строя почти половину из них. Однако к тому моменту марионетки уже достигли своей цели и смогли успешно поубивать большую часть членов клана Хьюга, попутно вырвав им глаза.

Членам побочной ветви их проклятая печать совсем не помогла. В этот день они узнали, что нанесение нацистской свастики на лоб не делает их автоматически неуязвимыми к изъятию волшебных глаз. Как оказалось, рабская метка просто загадочно исчезла в самый разгар атаки марионеток, как будто бы её никогда не было.

Таким образом, Бьякуган рабов, как и глаза их хозяев, членов главной ветви Хьюга, были подвергнуты массовому изъятию со стороны марионеточных коллекторов. Иначе говоря, так называемая «птица в клетке» в полной мере продемонстрировала свою бесполезность перед лицом захватчиков.

Глава клана Хьюга Хизаши и его младшая дочь Ханаби были убиты в пылу битвы, а будущая жена главного героя, признанная фанатами лучшей вайфу в мире Наруто, оказалась похищена вторгшимися в деревню марионетками. И если только Узумаки Наруто не вернётся к жизни, словно Иисус, то едва ли хоть кто-то удосужится хотя бы попытаться спасти её. В конце концов, теперь когда клан Хьюга был лишён своей единственной ценности — их глаз, кому они вообще здались?

И это не говоря уже об одной только Хинате… Никто о ней, как о личности, скорее всего, даже не вспомнит.

Этот инцидент почти наверняка приведёт к очень неприятным для каждого члена клана Хьюга последствиям. Всё они, как хозяева, так и их бывшие рабы, отныне обречены в лучшем случае на роль племенных жеребцов или кобыл.

Впрочем, я бы не исключал, что их всех попросту убьют, выставив виновниками кого-нибудь ещё, например меня… Что касается территории и богатства, которые принадлежали Хьюга, то их безусловно разделят между собой такие явно преступные, но уж очень хорошо вооружённые группировки, как кланы Сарутоби, Утатане и Митокадо.

Конечно, клану Шимура, которым управлял уже ныне умерший Данзо не повезло. Они ничего не получили и больше никогда не получат. Более того под шумок загадочным образом погибли все его члены. Но это нормально, ведь коррумпированному квартету, отныне превращенному в трио, не нужны конкуренты. Пусть даже Шимура и раньше находились в не очень то процветающем положении из-за Данзо, высасывающего из них все соки словно вампир, но это не помешало старику Митакадо и старухе Утатане добить их, когда представилась возможность. В конце концов, компромат, накопленный их членами на троицу крупнейших кланов их деревни, отнюдь не шутка.

Третьему Хокаге, благодаря полностью подконтрольной ему машине по распространению пропаганды, которую ошибочно считают Академией Ниндзя, совсем не нужно бояться грязных слухов и домыслов. И правда в том, что никакие обвинения не смогут очернить его репутацию или лишить Сарутоби Хирузнна, хотя бы крупицы власти, какие бы доказательства не предоставляли на суд общественности потенциальные хулители. Однако, того же нельзя сказать о его пока ещё живых друзьях.

— М-да… — пробормотал я, рассматривая руины деревни с высоты скалы Хокаге, — Вот уж такого я точно никак не ожидал.

Мне удалось простоять на каменной голове Намикадзе Минато почти десять минут, прежде чем местные обратили на меня хоть какое-то внимание. Я даже сумел обдумать многие вещи, дожидаясь ответной реакции на свое появление. Впрочем, как только мой взгляд скользнул по гигантскому булыжнику, который всего час назад свалился на деревню Скрытого Листа и сейчас лежал на месте здания Хокаге, то любые сомнения в компетентности защитников деревни у меня исчезли. Впрочем, это не помешало им появится в моём уме снова, как только я посмотрел в другую сторону.

— Эх… — вздохнул я, — Может быть они слишком заняты, чтобы обратить внимание на такого незначительного персонажа, как я? Или же…

Моя слова были прерваны тонкой струёй воды, которая врезалась мне в спину на гиперзвуковой скорости. Однако, что бы там не планировал напавший на меня человек, его атака даже не могла даже заставить меня сдвинуться с места, не оставив на моём теле и царапины. Обернувшись, я лениво зевнул, окинув взглядом бегущего в мою сторону беловолосого мужчину средних лет.

— Умри, злой Учиха! — воскликнул он, прежде чем его тело оказалось нанизано на возникший у него под ногами столб с заострённым, словно копьё, концом.

Выросший из земли кусок дерева не только пронзил его задний проход, будто одно из любимых кольев Влада Цепеша, прозванного Дракулой, но и поднял в воздух на несколько метров. Затем незнакомец оказался разорван на части тонкими ветвистыми шипами, выросшими деревянного столба. От него не осталось и капельки крови, а только кусочки бумаги, которые собрались в нескольких метрах левее от места его «смерти».

Незнакомец поднялся на ноги также быстро, как ранее был уничтожен мной. Разумеется, я не стал медлить и позволил ему сразу же словить пару брошенных мной чёрных стержней в грудь. В ответ на это, мужчина злобно оскалился, посмотрев на меня так, словно я убил его родного брата, сына, дочь и вообще всех его родственников и друзей, когда-либо живших на этом света, как реальных, так и воображаемых в том числе. Однако его тело повалилось на спину, и он оказался обездвижен, лишившись даже призрачной возможности хоть как-то навредить мне.

— Злой Учиха, ты поплатишься за всё, что ты сделал с моей деревней! — яростно заявил беловолосый человек с искажённым, словно выжитый лимон лицом.

— Теперь я вспомнил, где уже видел твою морду, — внезапно осознал я, хлопнув себя ладонью по лбу, — Твоя голова есть на этой самой скале… Ты Тобирама, второй Хокаге! Подумать только, они и правда, воскресили тебя с помощью запретной техники.

— Учиха, как ты посмел пойти против… — начал болтать разозлённый мужчина, пока выросший из земли древесный корень, успешно не заткнул ему рот.

— Мне казалось, что сам Третий Хокаге придёт навестить меня, — высказал свои мысли я, — но вместо этого старик посылает своих марионеток. Кажется, я просто слишком много думал… В конце концов, Сарутоби Хирузен никогда не будет рисковать своей жизнью, пытаясь сразиться с тем, кого он никогда не сможет победить. Молодец, хвалю. Очень разумный подход!

Закончив свою речь, я недолго думая, вызвал портал Йоми, попутно притянув к себе и бросив туда неподвижное ранее тело Тобирамы. Мне хотелось бы забрать с собой ещё и его брата, а заодно и самого любимого ученикам тоже. Было бы неплохо, так сказать собрать полную комплект из четырёх Хокаге…

Вот только поймав Тобираму, я обратился к своим чувствам и обнаружил, что совсем не ощущал их чакры в пределах деревни. Скорее всего, этих двоих даже не было в Листе на момент атаки. Но немного подумав, я понял, что в этом не было ничего удивительного и уже собирался шагнуть в портал, чтобы переместиться на корабль, когда услышал чей-то пронзительный крик, который заставил меня обернуться, приковав к к себе мой пристальный взгляд.

— Шестые врата откройтесь! — подал голос чёрноволосый и толстобровый мужчина стриженный под горшок и одетый зелёное трико.

— Хм… — промычал я, задумчиво почёсывая подбородок, — Ещё один зомби. Ты должно быть Майто Дай, не так ли? Отец Гая?

Толстобровый мужчина ничего сказал в ответ на мои слова. Вместо этого он бросился ко мне на предельной для себя скорости. Его тело окуталось изумрудно-зелёным сиянием и возникло прямо передо мной, обогнав звук, а нога устремилась к моему подбородку, но поразила только воздух.

— Медленно… — сухо прокомментировал я, возникнув у него за спиной.

— Что⁈ — прокричал отец Майто Гая, развернувшись рывком.

— Эй, куда ты смотришь, — похлопал его по плечу я, вновь оказавшись позади него, — Я вообще-то здесь.

Мужчина в зелёном трико вертелся, словно юла, но даже спустя две минуты, так и не смог задеть меня хотя бы одним из своих ударов. В конце концов, он отпрыгнул на пол сотни метров назад, глядя на меня с не верящим выражением на лице.

— Почему… — пробормотал он подавленным тоном, — Как ты можешь быть таким сильным? Я потратил всю свою жизнь, практикуя тайдзюцу, но даже сейчас, обладая бессмертным телом и силой Шести Врат, ничего не смог сделать…

— Ты слаб! — оборвал его речь своими словами я, — но знаешь почему?

Майто Дай поспешно покачал головой, окинув меня задумчивым взглядом. Тем временем, внутри меня пробудилось желание процитировать моё каноничное «я». Было у оригинального Итачи парочка острых фраз, которые мне всегда хотелось сказать. Вот только не удавалось подобрать подходящего времени… до сегодняшнего дня!

— Потому, что у тебе не хватает ненависти, — продолжил я, когда с пафосным видом скрестил руки на груди, — Ты даже не стоишь того, чтобы тебя убили. Глупый маленький бра… То есть, я хотел сказать, маленький Дай! Если хочешь убить меня, ненавидь, презирай меня… И Живи. Беги и борись за свою жалкую жизнь.

— Вообще-то я уже мёртв, — уточнил мужчина в зелёном трико, — и не могу больше жить.

— Это поправимо! — заверил я с улыбкой на лице, — Ведь как говорил Эдуард Хиль: Смерть — это продолжение жизни!

— Но… — вяло прошептал Майто Дай и в его глазах внезапно вспыхнуло прозрение, — Я думал, что если усердие всегда приносит свои плоды. Я верил, что пока есть упорство и решимость, то все кто трудятся и стремятся защитить то, что им дорого, будут счастливы. Неужели всё это время я ошибался?

— Вот именно, — подтвердил я и с гордым видом кивнул, — Иначе почему бы твой сын, следуя твоему примеру, умер, так и не передав твоё и своё наследие своему ребёнку или хотя бы ученику? На самом деле, был ли у него ещё ребёнок большой вопрос.

На пару секунд мне пришлось замолчать, чтобы обдумать свои дальнейшие слова. Мой собеседник тем временем тоже молчал, впав в некое подобие депрессии.

— Но я всё-таки сомневаюсь, что у него были дети. Да и сам Гай явно никогда не признавал этого, — продолжил свою речь я, — Так что можно сказать что и нет, а всё потому что в этом мире ему действительно не повезло. Впрочем, даже если бы он оставался на стороне победителей и получил свою долю везения, то в конце концов оказался неизбежно прикован к инвалидному креслу до конца своих дней. По сути, Гай был обречён стать инвалидом вскоре после того, как ему исполнилось тридцать из-за чрезмерного использования запретной техники.

— Я… Я… Я… — начал тревожно бормотать Дай, но обратив внимание на мой недовольный взгляд быстро заткнулся.

— Ты действительно веришь, что это хорошая жизнь? — задал вопрос я, — Впрочем, можешь не отвечать, потому что всё возможно, ведь восприятие мира субъективно.

В тот момент, когда последнее слово сорвалось с моих губ, Майто Дай уже был похож на буддистского монаха, получившего от своего Гаутамы Будды бесплатный сеанс просветление в подарок на день рождения. Его фигуру окатила волна экстаза и он задрожав всем телом, яростно воскликнул:

— Так это правда! Всё это время я был таким невежественным… Я должен был…

Я так и не узнал, что он хотел сказать и у по правде говоря, у меня не было желания слушать. Поэтому мне пришлось прервать его на полуслове, срубив ему голову одним из шаров поиска истины, который всплыл из-под земли приняв форму вращающегося диска.

— Хотя, ты для меня почти бесполезен, — признал я, бросая отрубленную голову зомби-Дая в портал Йоми, — но может быть мне удастся использовать тебя, чтобы убедить этого фанатика Тобираму, перейти на тёмную сторону силы!

Спустя пол часа, я сидел за столом по палубе корабля, а освобождённый мной Сенджу Тобирама стоял в нескольких метрах от меня, держа в руках голову человека с толстыми бровями. Его лицо в тот момент ничего не выражало, а разум усердно сканировал воспоминания Майто Дая о его жизни в деревне Скрытого Листа.

К сожалению, попытки убедить его заглянуть в память отца Гая по собственной воле привели только к его попытке развеять технику Нечестивого Воскрешения. А когда ему это не удалось, то он исторг из себя поток бесконечных оскорблений, изливающихся из его рта, словно поток фекалий из канализационной трубы. Таким образом, мне пришлось взять его тело под контроль, но сохранить ему сознание, так чтобы Тобирама прекрасно осознавал, что делает его тело, но никак не мог этому помешать.

По сути, я решил минимизировать риски и применил одну из техник Риннегана, прибегнув к силе так называемого Пути Зверя и насильно разорвал «контракт» между Вторым Хокаге и тем человеком, который призвал его душу из Чистого Мира. В итоге, любая попытка насильно вызвать его обратно со стороны кого-то другого, кроме меня, закончится безуспешно. Вместо этого, теперь я сам мог в любой момент телепортировать к себе Тобираму и даже управлять им, как своей марионеткой, начинив его тело стильным пирсингом, как это в недалёком прошлом случилось с Курамой.

Спустя ещё пять минут просмотр памяти был окончен и Тобирама вернул себе способность контролировать своё тело, но тут же оказался прибит к полу чёрными стержнями. Окинув его задумчивым взглядом, мне пришлось пообещать себе не забыть починить палубу корабля вне зависимости от того, чем закончиться моя завербовать Второго Хокаге.

— Переходи на мою сторону и вместе мы отомстим Сарутоби Хирузену, — решил сразу же перейти к делу я, — Ты сам видел в памяти Майто Дая, что именно твой ученик сделал с твоим кланом и созданной твоим братом деревней в целом. Так что сотрудничай со мной и тогда я верну тебя к жизни и позволю собственноручно убить его.

— Я не куплюсь на твою ложь, злой Учиха! — заявил Второй Хокаге, каким-то образом умудряясь излучать ауру мощи, крутости и пафоса, даже оказавшись совершенно бессильным, — Ты подделал его воспоминания! Ты думаешь, что я забыл, как вы — мерзкие уроды, обладающие Шаринганом, искусны в техниках Стихии Инь? Тебе меня не обмануть!

Разумеется, в глубине души он уже давно осознал правду. Он просто слишком горд, чтобы признать свои ошибки в слух. Даже теперь, когда истинная причина падения Сенджу была раскрыта, он всё равно напрямую отрицал правду.

В своём отношении Тобирима стал похож на членов клана Учиха, которых он всегда безумно ненавидел. Он точно также, как и они, был готов заплатить любую цену, но никогда бы не стал отступать от того, во что он верил. И некоторые бы решили, что это хорошее качество для человека, но лично я считаю, что настолько нелепое упрямство и нежелание признавать свои ошибки — это основополагающие черты совсем не разумного существа, а обычного козла или осла.

— Эх… Как жаль! — совершенно искренне заявил я, издав печальный вздох, — Но думаю, что ничего не поделаешь. Раз ты не хочешь по-хорошему, то придётся сделать всё по-плохому.

Вот только в чём выражается это «по-плохому», я пока сам даже не представлял. Но возможно, мне придётся удалить большую часть его личных воспоминаний, оставив только те, что полезны для развития науки и исследований чакры, а потом перенести его душу в новое тело, которому потом будет подстроить амнезию и каким-то образом устроить всё так, чтобы взрастить в нём лояльность.

Нужно просто убедить мою жертву в том, что я спас ему жизнь, как настоящий герой, а он потом потерял большую часть своей памяти и заставить его поклясться служить мне с помощью такого полезной техники моих глаз, как Шинигами. И в теории сделать всё это не так уж и сложно для человека с моими возможностями. А поскольку у Тобирамы нет сюжетной брони, его удача чудесным образом не спасёт его, настроив против меня в опасный и важный момент.

Таким образом, проблема с которой я столкнулся, оказалась состояла совсем в другом… От осознания того, что необходимые для «перевоспитания» Второго Хокаге махинации сделают меня слишком похожим на Сарутоби Хирузена, к моему горлу подступила тошнота. И именно это чувство в конечном счёте и заставило меня отказаться от своих планов ввести ещё одного, хотя и гениального, но явно безумного учёного в пока что только зарождающуюся армию своих миньонов.

Поток моих мыслей оборвался, когда Второй Хокаге решил произнести новую речь, смотря на меня с лёгкой насмешкой на губах. И он совершил этот подвиг каким-то образом умудряясь вести себя высокомерно и властно, даже лёжа на полу в позе морской звезды.

— Я не ошибся! — полном уверенности в собственной правоте голосом заявил он, — Хирузен добрый и верный идеалам Воли Огня великий лидер, а ты Учиха — просто злодей, который оскверняет его доброе имя.

— Ладно, я сдаюсь, — признал я, устало покачав головой, — Похоже, что переманить тебя на свою сторону у меня не выйдет. Эх… А ведь мне стоило знать лучше, чем пытаться превзойти Третьего Хокаге в тонком искусстве пропаганды и промывки мозгов. Мне уж точно никогда не стать таким же хорошим болтуном и заговоривателем зубов, как он…

Последующим за этим быстрый просмотр памяти Второго Хокаге подтвердил мои предположения.

«Может быть, Тобирама ещё когда-нибудь пригодится, а пока пусть полежит в одной каюте с Намикадзе Минато, — подумал я, заново оценив ситуацию, — Может быть, у этих двоих даже найдётся тема для разговора… В конце концов, они должны иметь некие общие интересы, ведь оба были Хокаге, умерли молодыми и овладели техникой Полёта Бога Грома. По сути, сходство на лицо!»

Вернувшись в свою каюту, я съел пару палочек данго, затем лёг на кровать и удивлённо пробормотал:

— Ах, да! Как я мог забыть, они тоже имели предательских учеников, которые стали причиной их смерти. Получается, что между ними как-то даже слишком много общего… Это подозрительно!

Когда с едой было покончено, мои мысли невольно соскользнули в сторону Орочимару. Я и раньше хотел вернуть его К себе на службу, ведь его безумная гениальность слишком полезна, чтобы её игнорировать. Однако оказалось, что его душа неведомым образом пропала из чрева Бога Смерти…

Я не знал, как ему это удалось, но учитывая изобретательность моего бывшего раба, раньше мне только оставалось предположить, что он заранее подготовился к запечатыванию своей души, а потому имел подходящие контрмеры для решения этой проблемы.

Конечно, тот Орочимару из аниме и манги был недостаточно осторожен, а потому оказался совсем не готов к чему-то подобному. Он игнорировал возможную угрозу и верил, что сможет вернуться к жизни с помощью кусочков самого себя внутри установленных им проклятых печатей на телах других людей.

Однако, Орочимару в моём мире пережил тотальный контроль над разумом, и принимая во внимания Котоамацуками, у него не могла не развиться вполне объяснимая паранойя. По крайней мере, так я думал раньше…

Но после изучения памяти Тобирамы, ответ был дан мне в весьма неожиданной форме…

И эта форма носила имя «Орочианко!».