Фиктивный брак

- Прекрати! – гаркнул Огнев, уже пожалев что именно сейчас начал этот разговор. – Это было всего раз. И мы с тобой тогда разошлись. Вернее, ты от меня ушла. Поэтому прекрати меня в измене обвинять.

- Когда? Когда это было? – не успокаивалась она.

- В день свадьбы.

- Четыре года назад? – нахмурилась Настя. – И ты хочешь сказать что четыре года ты не знал что у тебя есть дочь до этого дня?

Тимур кивнул в ответ. Настя же громко фыркнула.

- Господи, какой же ты у меня глупенький, - нервно улыбнулась она, резко успокоившись. – Ей от тебя что-то нужно, ты что не понимаешь? Соврала что ребенок твой, позвонила тебе посреди ночи. Это все женские хитрости, а вы мужчины так легко на них ведетесь, - промурлыкала Настя и провела ноготком по его шее.

- Это правда. Девочка похожа на меня. Снежана моя дочь.

После слов Тимура на дне глаз Насти блеснуло что-то нехорошее. А еще отчетливо проскальзывали гнев, ненависть, недовольство. Ее можно было понять, Тимур даже чувствовал себя перед ней в какой-то мере виноватым.

- Хочешь где-то отдохнуть? Подальше отсюда? Пока я буду решать некоторые вопросы с компанией, да и мне с дочерью нужно наладить отношения, я все время буду занят, а тебе одной будет скучно, - предложил примирительно, в надежде что Настя не откажется.

Но в этот раз не проканало.

Настя ударила его кулаком по груди, из глаз брызнули слезы.

- Я не прощу тебе этого! Не прощу, ясно? – в голосе проступали нотки истерики, ее всю трясло от гнева. – Если тебе так захотелось детей, мог сказать мне! Я бы тебе хоть троих родила! – воскликнула она в сердцах, а Тимур промолчал, что когда давным-давно обмолвился как-то о детях, Настя заявила что до тридцати пяти рожать не собирается. Все это не для нее, тем более что она так усердно работает над своим телом.

- Успокойся, при чем здесь ты? Это вышло случайно.

- Случайно? Да ты изменил мне!

Истерика Насти начинала его злить, поэтому он решил быстро поставить в этом деле точку.

- Мы тогда разошлись. И не смей мне в чем-то упрекать, когда сама полгода с другим была, а потом снова ко мне вернулась.

Глаза Насти расширились от удивления, она то думала что Тимур не знает и никогда не прознает о том, что два года назад, когда они впервые серьезно поссорились и разошлись на длительное время, она стала любовницей женатого мужчины. Тот был богат и влиятельный. Миллионер, не то что Огнев. Она так надеялась что Сабиев уйдет к ней от жены, но тот наигравшись оставил ее. Правда с крупной суммой на счету, которую она спустила за месяц.

А потом в одном из ресторанов встретила Тимура и все снова завертелось. Она тогда ему сказала что все это время без него места себе не находила, они поднялись в номер, провели чудесную ночь, потом встречались еще много раз, но Огнев очень долго не предлагал ей вновь съехаться.

А теперь оказывается он обо всем знал!

Настя открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба.

- Во-первых это было всего месяц, а не полгода, во-вторых – ты меня тогда вышвырнул из своего дома и ясно дал понять, что обратно не ждешь. Я была абсолютно свободной, - гордо задрав подбородок заявила она.

- Тогда, следуя твоей логике, я тоже ничего плохого не сделал. Потому что ты ушла от меня со своими вещами и я уж никак не мог предположить, что ты не сможешь без меня и недели прожить и так быстро прибежишь обратно. Это разговор ни о чем, Настя, - устало выдохнул он. Ему сейчас хотелось вовсе не отношения выяснять.

- Ты бесчувственный сухарь, Огнев! – в сердцах заявила она. – Я тебя так люблю, а ты каждый раз мне нож в спину! Женился на другой, меня как собачку туда-сюда гоняешь, а теперь у тебя оказывается еще и ребенок есть!

Из ее глаз брызнули слезы. Тимур сделал глубокий вдох.

- Поговорим вечером, Настя. Нам с тобой нужно успокоиться и обдумать все хорошенько.

И пока Настя не успела сказать еще что-либо, он быстро поднялся вверх по лестнице. Он никогда не умел говорить с женщинами правильно, успокаивать их, не знал что делать когда они плачут, поэтому проще всего сейчас было уехать из дома. Тем более что он это и планировал сделать.

Тимур принял душ, переоделся, схватил ключи от машины и рванул в клинику. Он боялся пропустить момент выписки Снежаны. Им с Соней нужно поговорить. И чем быстрее, тем лучше, иначе у него взорвется голова.

Он припарковался у самого входа. Вышел на улицу и стал ждать. Почему-то смелости войти внутрь не хватило. Он не помнил когда так нервничал в последний раз. Словно ему предстоит провести важные переговоры, а не встретиться с ребенком.

Наконец-то спустя долгие полчаса дверь клиники открылась и на крыльце появилась знакомая фигурка девушки. Тимур сделал шаг вперед, намереваясь подойти, но резко остановился. Так как следом за ней вышел тот самый Герман. С его дочкой на руках.

Тимур с силой сжал телефон. Злость затопила его. Он впервые узнал что такое настоящая ревность. Она застилала глаза пеленой, не давала трезво мыслить. Видеть как его дочь улыбается другому мужчине, как что-то рассказывает, целует его в щеку –было невыносимо.

Огнев с трудом взял себя в руки. Соня не замечала его. Они направились в конец парковки.

- Софа, - окликнул ее Тимур и она резко остановилась.

Девушка медленно повернулась к нему. Даже с такого расстояния он мог увидеть как в удивлении расширились ее глаза.

Кивком головы он подозвал ее. Смотрел выжидающе. Давал понимать, что просто так не отпустит ее.

Соня что-то сказала Герману, тот недовольным взглядом окинул Тимура. Что-то сказал ей в ответ и она закачала головой. Потом быстрым шагом поравнялась с Тимуром.

- Что ты здесь делаешь? – с нотками негодования спросила она, скрестив руки на груди, пока Герман усаживал Снежану в автомобиль, скрывая от глаз Огнева.

Глава 12. Соня

Я боялась увидеть Огнева утром, не знала что говорить и как быть. За годы что не видела его он стал для меня совершенно чужим человеком.

С памяти стерся взгляд его пронзительных глаз, его энергетика и то как именно действовало на меня его присутствие.

Признаться честно, я все это время боялась встречи с ним не только из-за Снежаны. Просто была вероятность, что стоит мне взглянуть на него в реальности и чувства вновь вспыхнут. Принесут боль и страдание. А я ведь только отошла от всего, встретила Германа и собираюсь построить с ним долгую и счастливую жизнь.

Герман после встречи с Огневым тактично молчал. Хотя я чувствовала его напряжение, видела что хочет мне что-то сказать. Но ждал когда я начну первой

И вот сейчас мы стоим с Тимуром друг напротив друга. Так близко, что ветер доносит до меня аромат его туалетной воды. Он хмуро наблюдает за тем, как Герман уносит Снежану. Ощущение, словно Огнев борется с желанием бросится туда и отнять у него дочь.

У меня руки дрожат от волнения и я спешу спрятать, чтобы Тим не заметил. Хочу чтобы он видел во мне уверенную самодостаточную женщину, а не ту двадцатилетнюю девочку, что от страха тряслась в его доме и плакала у него на груди.

- Странный вопрос, Софья, я ведь сказал что утром приеду и мы поговорим. Я хочу познакомиться с дочкой. Что ты ей вообще сказала об отце? Только не говори, что сочинила одну из нелепых историй о полярнике или космонавте, - едко интересуется он, качая головой.

Я замечаю что и он нервничает. Это предает мне смелости. Я с легкостью могу выдержать его колкий взгляд.

- Я сказала что ты работаешь далеко и до тебя еще не дошло письмо о ее рождении, - нехотя признаюсь я. – А если и дошло, то возможно ты еще не нашел самолет чтобы прилететь.

- Спасибо и на том, - хмыкает он и прячет руки в карманах. Перекатывается с пятки на носок. Думает о чем-то, устремив взгляд мимо меня.

- Так когда я смогу с ней познакомиться? – не сдается он. Я понимаю его нетерпение. Мне не хочется делиться с ним дочерью, впускать его в нашу жизнь, но правда скрылась и с этим уже ничего не поделаешь.

- Завтра. Ты сможешь увидеть ее завтра. Я обещала сводить Снежану в ее любимое кафе, ты можешь прийти и я сначала тебя представлю как своего друга. Нужно подумать как лучше сказать ей о том, что ты ее отец.

- Почему я сразу не могу сказать ей о том кто я? – злится он.

- Потому что она маленький ребенок и неизвестно как отреагирует на тебя. Может, ты ей вообще не понравишься? К Герману она очень долго привыкала, - резко произношу я и прикусываю язык, когда виду как потемнел взгляд Тимура при упоминании моего жениха.

Хотя почему это я меня должна волновать его реакция? Мы никто друг другу и общая дочь ничего не изменит в наших отношениях.

- Герман ей никто, а отец. У нас должна быть связь.

- Тимур, или так или встретимся в суде, - безапелляционно заявляю я.

- Хорошо, - спустя долгую паузу произносит он. – Напишешь мне адрес и время. Я буду. Только давай без твоего Германа, - кривится он, словно только что откусил лимон.

Я вспыхиваю от такого пренебрежения к своему жениху.

- Герман чудесный человек. И Снежана прекрасно с ним ладит. Так что прекрати. Завтра в десять утра. В кафе «Мамонтенок». Не опаздывай, - и прежде чем Тимур успел что-то произнести, я развернулась и поспешила к машине Германа.

Снежана сидела на заднем сидении, я устроилась рядом с Германом. При виде его на душе сразу стало спокойней. Все же мне безумно повезло с мужчиной. Он всегда поддержит, всегда поможет. Он такой нежный и заботливый.

Герман взволнованно посмотрел на меня.

- Все хорошо? – поинтересовался, заводя мотор.

- Да. Все в порядке. Твой юрист сможет подготовить до завтра все документы?

Уточнять какие именно документы не приходится. Герман знает о моей ситуации с фиктивным браком и вызвался помочь ускорить бракоразводный процесс, чтобы мы с могли узаконить свои отношения.

- Да. Уже все готово, осталось только тебе подписать.

- Хорошо. Отлично, - несмотря на то что в салоне жарко, меня бросает в жар. Не верится что совсем скоро я разорву ту единственную нить, которая связывает нас с Огневым.

Я поворачиваюсь к дочери и замечаю что она уже успела уснуть. Рука в гипсе, будет теперь неудобно. Хорошо что левая, а не правая.

- Ты подумала над моими словами насчет того, чтобы убрать Огнева с должности генерального директора?

- Герман, - прочищаю горло я. Мы уже несколько раз касались этой темы и я очень боюсь чтобы он не решил, что я питаю какие-то чувства к Тимуру, поэтому не хочу ничего менять в компании, - Тимур много лет занимается этим делом, он еще с моим отцом работал. Он знает все тонкости и нюансы как никто другой, поэтому я не вижу смысла заменять его кем-то. Компания развивается, доходы увеличиваются. За девять месяцев этого года мы уже получили объём прошлогодней выручки. Я заниматься компанией не собираюсь, ты ведь знаешь что меня это не интересует да и у меня есть свое дело. А больше никому я не доверила бы управление. У меня Снежана подрастает, фирма отца это гарант ее беззаботного будущего.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Я вижу с какой силой Герман сжал руль. Эта ревность к Тимуру ни к чему хорошему не приведет. И главное, я ведь ни одного повода не давала ему. Он прекрасно знает что мы даже не видимся. Господи, а что же будет когда я сообщу ему что Огнев отец Снежаны?

- Я мог бы заняться компанией, - внезапно предлагает он. – У меня есть опыт в этом деле. Да и мне ты можешь доверять больше чем ему.

Я замираю. Такой вариант я не рассматривала.

- А как же твоя работа? – бросаю на него взгляд.

- Буду совмещать. Ничего сложного, - пожимает он плечами. – Семейный бизнес, Софа, должен оставаться семейным. Вряд ли Огнев действует в твоих интересах и где гарантии, что он не проворачивает черные сделки, искусственно занижая прибыль и тем самым твой процент от нее?

- Я не думаю что он таким занимается. Да даже если это и правда, мне все равно столько денег ежеквартально перечисляют, что я не скоро успею их потратить.

- Ты слишком легкомысленно к этому относишься, - отчитывает меня словно маленькую Герман. – В один день проснешься и окажется что компания обанкротилась под прекрасным управлением Огнева.

Я не согласна с его словами, но прикусываю язык. Не хочу развивать эту тему.

- Я подумаю, - обещаю ему. – После развода. Пока нет смысла отзывать доверенности и что-либо менять.

Герман, кажется, не совсем доволен моим ответом, но на этом тему закрывает.

- Что он хотел сегодня? – спрашивает у меня и я замираю. Мысли хаотично сменяют друг друга, сказать правду Герману я еще не готова. Слишком уж сильно боюсь его реакции.

- Интересовался как чувствует себя Снежана и мы договорились завтра встретиться и обсудить наш развод.

- Я с тобой поеду.

- Нет, не надо, - выкрикнула поспешно и Герман посмотрел на меня с подозрением. Я заставила себя успокоиться и говорить спокойно. – Нам нужно обсудить с ним много вопросов, не только насчет развода. Накопилось дел по компании, - вру я, отвернувшись к окну, - это затянется не на один час. Поэтому не хочу тебя беспокоить. А еще я обещала Снежку в кафе сводить. Знаю как ты не любишь эти детские комнаты и шум, - возвращаю на него взгляд и выдавливаю из себя извиняющую улыбку.

- Ладно, но если возникнут проблемы то сразу звони. И когда назначишь официальную встречу в присутствии адвокатов, я обязательно буду.

- Хорошо, - мне приятна такая забота с его стороны, но именно в вопросе с Тимуром мне хотелось бы всем заняться самой.

- Люблю тебя, котенок, - он тянется ко мне за поцелуем, пока стоим на перекрестке, дожидаясь зеленого света.

- И я, - выдыхаю ему в губы и чувствую как в кармане вибрирует телефон. – Кто-то написал. Может, с работы, - отодвигаюсь от него и достаю телефон.

Краска с лица сразу исчезает. Волнение возвращается. Все внутри дрожит.

«Что любит Снежана? Куклы? Какие-то игры? Что ей купить? Может, мягкую игрушку?» - спрашивает у меня Тимур, удивляя.

Пальцы дрожат так, что не попадают по нужным буквам. Я убеждаюсь что Герман занят дорогой и пишу в ответ:

«Купи единорожку Принцессу Селестию. Ее не хватает чтобы всю коллекцию собрать».

«Спасибо. До завтра», - приходит короткое и сердце в груди так колотит, что практически оглушает меня.

Как пережить завтрашний день? Как Снежка отреагирует на Тима? Это так волнительно. Правильно ли я делаю и как обо всем рассказать Герману? Слишком много вопросов и ни одного ответа у меня нет.

Я смотрю на мужчину рядом и прикусываю губу. Он точно будет зол. Если сейчас к Тимуру так ревнует, что всячески пытается устранить его из моей жизни окончательно, то что будет когда узнает, что Огнев теперь будет с нами проводить времени намного чаще, чем полагается бывшему мужу?

Глава 13. Тимур

Тимур опоздал. Но не потому что не был пунктуальным или несерьезно отнесся к предстоящей встрече. Вчера он ушел с офиса настолько поздно, что ни один магазин игрушек не работал. А сегодня он встал в шесть утра, но зря. Магазины открывались с девяти. И найти того самого единорога, который к слову оказался поняшкой, – и кто только так героев мультфильма называет? – оказалось не так просто.

И вот теперь он здесь. Стоит перед входом в игровое кафе, сжимает в руке коробку с подарком и никак не может решиться войти.

Тимур Огнев, который руководил целой империей, который отчитывал каждый день подчиненных, решал невозможные вопросы и которому частенько грозила опасность – испугался маленькой девочки.

Он сделал несколько глубоких вдохов и улыбнулся про себя. Интересно, понравится ли он Снежане? А что делать если нет? Он все еще не мог поверить что у него есть дочь. Это не укладывалось у него в голове.

Тимур понял что медлить больше нельзя, да и ему самому хотелось поскорее познакомиться с малышкой. На мгновенье в голову закралась мысль, что нужно было сначала понаблюдать за дочкой издалека, а потом уже встречаться. Но поздно.

Тимур открыл дверь и сразу же попал в водоворот хаоса. Дети были везде. Они играли, кричали, разбрасывали все вокруг. Он обвел пространство взглядом и заметил Снежку за столиком в самом конце у окна. Она что-то рисовала, пока Соня стояла в очереди за сладким в нескольких метрах от нее.

Тимур направился к ним. Его походка была уверенной, в отличие от его самого. Все его общение с детьми сводилось к тому, что он здоровался с ними и спрашивал как дела. Спросить совета было не у кого. У его друзей либо не было детей, либо они были уже взрослыми.

Тимур преодолел последние метры, разделяющие их с дочерью, остановился и опустился в кресло напротив нее.

- Привет, - его голос звучал хрипло и неуверенно, он надеялся что сквозь этот шум Снежана его услышит.

Девочка лишь подняла на него взгляд, полный интереса, потом посмотрела куда-то в сторону, скорее всего на мать и продолжила рисовать, игнорируя Тимура.

- Красиво получилось, - похвалил ее Огнев.

Он жадно рассматривал дочь. Теперь он видел, что цвет глаз ей достался от матери. А вот густые длинные ресницы – его. У нее маленький аккуратный носик, длинные волосы, заплетенные в две косички. Тимуру казалось, что красивее ребенка он еще не видел. У них с Соней получилось настоящее чудо. Видел бы Озерский свою внучку!

Тимур мысленно засмеялся. Если бы Иван узнал что он испортил его дочь, да еще и о залете Софьи – ему бы не поздоровилось. Озерский всегда с теплотой и любовью рассказывал о дочери. Пророчил ей прекрасное будущее и даже присмотрел несколько кандидатов в мужья. Огнев как сейчас помнит – сын губернатора, сын какого-то миллионера со Штатов и щенок Остапова, которого он всегда недолюбливал, но Озеров считал его перспективным.

Если бы Иван успел познакомить с кем-то дочь, кого бы она выбрала? Эта мысль почему-то не давала покоя Тимуру и безумно злила.

- Болит рука? – поинтересовался он в надежде хоть как-то завести с ней диалог.

Пока что Снежана отмалчивалась и сосредоточенно рисовала, не обращая на него внимание. И это его больно кольнуло в самое сердце.

- Мама не разрешает мне разговаривать с незнакомыми людьми. Особенно с дядями. Поэтому не говорите со мной, - серьезно произнесла она, подняв на него взгляд.

Тимур улыбнулся. Широко и искренне. Улыбку сдержать было невозможно.

- Меня Тимур зовут. И у меня для тебя есть подарок.

Он протянул ей подарок, в глазах дочери он заметил интерес, но потом она вытаращила глаза, повернулась к Соне и громко ее позвала:

- Мама! Мама!

Соня отреагировала мгновенно. Обернулась и застыла на месте, увидев Тимура рядом с дочкой. Она подошла к ним, забыв о том, что собиралась купить Снежане пирожное.

- Что такое, Солнышко? - выдавила из себя улыбку, настороженно поглядывая на Огнева. Снежана выглядела испуганной.

- Дядя пытался со мной заговорить и подарить игрушку. Все как ты рассказывала, но я не слушала его и игрушку не брала! - бойко доложила дочь, искоса поглядывая на Тимура.

Сдержать улыбку у Сони не получилось.

- Умница моя, - чмокнула ее в макушку. - Но этот дядя мой знакомый, поэтому с ним можно разговаривать.

Снежана вернула любопытный взгляд на Тимура.

- И игрушку можно взять? - полюбопытствовала она. Ее глаза загорелись.

- Можно, дорогая. Только не забудь сказать спасибо.

- Спасибо, - воскликнула Снежана и потянулась за коробкой. - Это же принцесса Селестия, мам! Посмотри! - восторженно произнесла она, разглядывая подарок.

- Да, она. Побудешь пока с ... Тимуром, а я куплю нам сладостей, хорошо? - с трудом сглотнула ставший поперек горла ком Соня, метнув короткий взгляд на Тимура.

- Да, мам. Дядя, кажется, хороший, - закивала Снежана, а Тимура перекосило от этого "дядя".

***

Пока Соня дожидается очереди чтобы купить сладкое, Снежана болтает о своих любимых мультиках, о мальчике Сереже из детского сада, который ее постоянно задевает, и о том, что скоро ее мама будет настоящей невестой. Снежана ходила с ней в свадебный салон и выбирала платье. Все это она рассказывает с восхищением и горящим блеском в глазах.

Последнее понижает градус настроения Огнева. О Германе с дочкой разговаривать ему не хочется. Да и вообще: он не хочет чтобы какой-то посторонний мужчина был в ее жизни, несмотря на то что прекрасно понимал – сейчас посторонний именно он. Но, ничего, это можно быстро исправить. Достаточно лишь расположить к себе Снежку и завоевать ее любовь и доверие.

- Хочешь нарисовать что-то на моей руке? Мама сказала что на гипсе друзья могут оставить рисунки. Ты же будешь моим другом? – хитро взглянула на него из-под полуопущенных век.

- Конечно. Что нарисовать? – Тимур потянулся за фломастером. Выбрал красный цвет.

Снежана пожала плечами.

- Придумай.

Огнев пересел к ней. Руки у него тряслись. Он боялся сделать или сказать что-то не то. Боялся произвести на дочь плохое впечатление. Он где-то слышал, что дети чувствуют все намного острее.

Несколько мгновений он пытался придумать что бы такого изобразить на крохотной ручке в гипсе, а потом нарисовал большое сердечко.

- И что это означает?

- Эм-м, - замялся Тимур. - Это означает, что ты покорила мое сердце с первого взгляда и где бы я ни был – всегда буду мыслями с тобой.

Огнев смотрел на дочь и не мог отвести взгляд. Он вздрогнул, когда она потянулась к нему здоровой ладошкой и притронулась к колючей щетине.

- Ты красивый, - с придыханием произнесла она.

- Спасибо. Но ты намного красивее. Настоящая принцесса.

- Не хочешь стать моим папой? – внезапно ошарашила его вопросом и он на мгновенье завис.

Открыл было рот, чтобы сказать что с удовольствием, но не успел. Соня поставила на стол перед ними поднос с тремя тарелочками, заварником и чашками, прервав их разговор.

- У вас все хорошо? – спросила она, внимательно смотря то на дочь, то на Тимура.

- Да, отлично, - у Огнева пересохло во рту от накативших эмоций. Он поднялся, освобождая место Сони и вернулся на свое. Тело одеревенело, налилось свинцом.

- Смотри, Тимур нарисовал мне сердечко, - Снежана показала свою руку, но Соня лишь сдержанно улыбнулась на это.

- Я взяла тебе шоколадный торт, надеюсь, ты ешь сладкое? – спросила у Тимура.

- Да.

- Снеж, ешь давай и пойди поиграй с детками, нам с Тимуром нужно поговорить на взрослые темы, - она налила в чашку малинового чая и придвинула фруктовое пирожное к дочери. – Давай помогу тебе. Ручка не болит?

- Немножко, - тяжело вздохнула девочка.

- Потерпи немного, через полчасика можно будет выпить таблеточку и все пройдет.

Тимур наблюдал за общением матери и дочери, иногда и сам что-то вставлял в разговор. Снежана поразила его своей открытостью, любопытством и острым умом. У него сложилось ощущение, что она мыслит далеко не как ребенок.

- Ты прекрасно ее воспитала, - первое что произнес Огнев, когда дочь отошла от них.

- Спасибо. Она и в самом деле чудо. И на тебя похожа, - сжала в тонкую линию губы Соня. Признаваться в этом не хотелось, но не смогла сдержать себя.

Ей было не по себе в обществе Огнева. Тем более теперь, когда он знал о дочери. И как с ним себя вести она не знала. До сих пор злилась на него, но и в то же время совсем не ожидала с его стороны такого отношения к Снежане. Да и то что не засыпал ее упреками и угрозами тоже о многом говорило.

- Ой, я же документы тебе принесла, - спохватилась она. – Вот, ознакомься. Нужно назначить дату для встречи с адвокатами.

- Куда спешить? – нехотя потянул к себе папку Тимур. – Четыре с половиной года ни разу эту тему не поднимали ведь. А сейчас у нас, как выяснилось, есть дочь.

Тимур прекрасно понимал к чему вся эта спешка, особенно после рассказа дочери как они с мамой выбирали свадебное платье, но решил все равно спросить.

- У нас через два с половиной месяца свадьба с Германом. Я и так затянула с этим, - голос Сони дрожал.

Тимур открыл первую страницу, прошелся глазами по строчкам. Соня нервно постукивала пальцами по столу, наблюдая за ним. Нервничала. Он чувствовал на себе ее изучающий взгляд.

- Кто составлял бумаги? – поднял он голову и посмотрел на нее в упор.

- Юристы Германа.

- Не спеши подписывать с ним брачный договор. А лучше – дай его мне сначала для изучения. Слишком уж замудренно здесь все.

Соня вспыхнула.

- Не думаю что мы перед браком будем заключать брачные договора. Это ни к чему, - гордо вскинула она подбородок.

Брови Огнева поползли вверх.

- Это кто тебя надоумил на такое? Герман? – раздраженно хмыкнул он.

- Нет, причем здесь он? Мы любим друг друга, а брачный договор это унизительно. Словно не доверяешь человеку, - скривилась она. - Мне было бы обидно, если бы он попросил подписать меня что-то.

- Брачный договор, моя дорогая, - он подался вперед всем телом и оказался совсем близко к ней. Голос его звучал строго и едко, - это залог того, что ты и твоя… наша дочь, - быстро исправился Тимур, - не останетесь с голой задницей. В мире больших денег надо подстраховывать себя даже если ты Мать Терезу в жены берешь. Поэтому не будь такой легкомысленной. Сколько ты этого Германа знаешь? Год? Два?

- Полгода, - сама не зная зачем, честно призналась она.

- Прекрасно, - откинул бумаги на край стола Огнев, недовольно буравя взглядом Соню.

- А еще у тебя генеральные доверенности через несколько месяцев заканчиваются, я не уверена что буду их продлевать. Возможно, лучше если моими делами займется муж. Ты и так столько времени на себе все тянул, - решила своими словами добить его окончательно Соня.

Глава 14. Соня

Огнев меня напрягал. Этот его взгляд полный тепла и нежности, направленный на Снежану, эти его упреки и шпильки в сторону нас с Германом. Все выводило из себя.

Я привыкла считать Тимура мерзавцем, бесчувственным чурбаном, поэтому безумно раздражает видеть его таким. И эта ухмылочка на его губах… Захотелось стереть ее, поэтому и ляпнула о том, что не хочу видеть его больше на посту генерального директора. И уж никак не ожидала той реакции, что последовала после моих слов.

- Не стоит переходить мне дорогу, дорогая, - понизив голос произнес он. Я без труда распознала угрожающие нотки в его тоне. – Для того чтобы назначить Германа на эту должность тебе понадобиться большинство голосов на совете акционеров и я более чем уверен, что никто не поддержит его кандидатуру. А убрав меня ты приведешь к управлению не нужного нам человека. Не забывай, что все это время мы с тобой играли за одну команду. А сейчас у нас еще больше причин иметь общие интересы в этом деле.

Я сглотнула, отвела взгляд. Вцепилась пальцами за чашку, словно она могла стать для меня спасательным кругом. Рядом с Тимуром было непривычно находится. Я давно запретила себе думать о нем, надеяться на что-то, полностью погрузилась в материнство, свой проект, а позже – отношения с Германом. А сейчас вот снова рядом с Огневым. И в этот раз наши пути вряд ли разойдутся.

- Расскажи мне о дочери, - прервал мои размышления он.

- Что именно ты хочешь знать? – я сделала глоток чая и нашла взглядом Снежану.

С гипсом особо не поактивничаешь вместе с другими детьми, но она нашла себе занятие: строила башню из больших кубиков.

- Все, - заявил Тимур. – Начни со своей беременности. И почему решила утаить от меня появление дочери. Я ведь вижу, Сонь, что ты не против нашего с ней общения, так к чему было это все? – в его глазах я вижу недоумение. - Решила отомстить мне за прошлые обиды?

На самом деле я ожидала агрессии и слов обвинения с его стороны. Скандала с угрозами. Но Тимур меня приятно удивил. А, возможно, роль сыграло то, что мы в людном месте и он не решился показывать себя настоящего.

- Я не собиралась скрывать от тебя свою беременность, Тимур, - устало выдыхаю я и откидываюсь на спинку стула. Возвращаться к прошлому не хочется, но во избежание недопонимания – придется.

- А как тогда это называется? Снежане почти четыре и если бы мне не позвонила няня, я бы так ни о чем и не узнал бы, да? Поэтому ты с разводом тянула? Ведь если бы заявление подала, в суде сразу бы все открылось.

Тимур слишком проницаем. Как, впрочем, и всегда. Сколько ему сейчас? Тридцать пять, кажется, должно исполниться скоро.

- Я уже говорила тебе в клинике о том, что приходила к тебе когда узнала о беременности. Я была растерянна, напугана, мне нужна была поддержка и совет. Но ты даже не захотел меня выслушать.

Тимур устало прикрыл глаза. Покачал головой, усмехаясь каким-то своим мыслям. Я ждала что он скажет мне.

- Вы женщины странные создания. Проявляете ослиное упрямство где не нужно и сразу же отступаете в вопросах, в которых стоит проявить характер. Я помню тот день, Соня. Я был зол. На себя, на Настю, на тебя. На всех. Я ведь не подонок, прекрасно понимал что был у тебя первым и что ты ожидаешь от меня большего, чем я готов был дать. Не хотел кормить тебя пустыми надеждами, поэтому решил действовать жестко.

- Как видишь, твой план сработал, - хмыкаю я. – Но это все не важно. Я давно не вспоминаю о прошлом, мне есть для чего жить в настоящем. Да и не жалею я о той ночи. Тогда корила себя, да, тебя ненавидела. Себя, за то что вот так просто отдалась, но сейчас…. Сейчас у меня есть Снежана и я счастлива, что вот так случайно, не планируя, я стала матерью такой прекрасной девочки.

Какое-то время мы молчим, наблюдая за дочкой. Потом Тимур спрашивает как мы обычно проводим время, что любит дочь, как росла и чем болела. Он не соврал – ему интересно все и я понимаю его желание узнать как можно больше о Снежке. Хоть это для меня и неожиданно. Герман вот никогда не заводил разговоров о том как дочь училась ходить и какие первые слова ее были.

- И как мы дальше будем, Сонь? – не отводя от меня пристального взгляда спрашивает Тимур, а у меня нет ответа на его вопрос.

- Не знаю. Все это сложно и неожиданно. Я не привыкла делить с кем-то дочь, - говорю честно.

- Я бы хотел забирать ее хотя бы на выходные. В будни я работаю допоздна и вряд ли буду успевать видеться с ней, разве что мы с тобой станем жить вместе. Но, боюсь, твой Герман не поймет.

- А Настя твоя поймет? Помнится, когда-то она была не в восторге что я задержалась в вашем доме, - возвращаю ему колкость. Эти его насмешки в сторону Германа мне неприятны и разрушают все наше общение.

- У нас с Настей давно свободные отношения и ничего серьезного. Ей удобно со мной, мне – с ней. Так что ее мнение мне не интересно, - резко заявляет Огнев, словно я прошлась по запрещенной теме. Но он первый начал.

- Странно что ты не женился до сих пор. Как это Настя упустила свое?

- Почему это не женился? Я женат, - самодовольно заявляет он и разводит руками. – Даже дочь есть.

- Ты прекрасно понял о чем я. В любом случае, я подумаю над компромиссом и дам тебе знать, - я смотрю на часы и понимаю, что опаздываю. – Прости, у меня встреча через час, нам со Снежаной нужно идти.

Я собираю в рюкзачок вещи дочери.

- У тебя есть планы на вечер воскресенье? – спрашивает Огнев, когда я делаю шаг в направлении дочери.

- Кажется, нет. Герман завтра улетает в командировку, поэтому выходные мы со Снежаной собирались провести в загородном доме.

- У дочери моего друга день рождение. Она немного старше Снежаны и мы могли бы пойти туда все вместе. Все же ей нужно привыкать ко мне. Не звать же ей меня дядей теперь всю жизнь? – раздраженно говорит он.

Я застываю, ошарашенная его предложением. Все происходит слишком быстро. Еще день назад в моей жизни от Огнева была лишь фамилия и дочь, а теперь его слишком много. Так много, что становится душно и дышать нечем.

- Я не уверена что это хорошая идея, - с сомнением смотрю на него. Как я объясню это Герману? Я ведь так и не сказала что он отец Снежаны. – Мы разводиться собрались, а со стороны будет выглядеть, словно мы счастливая семья.

- Можешь не улыбаться, тогда никто не решит что ты счастливая, - пытается пошутить он. – Я заеду за вами в воскресенье. Хочу, чтобы моя дочь знала кто ее отец.

Тимур поднялся, надел куртку.

- Документы заберу с собой. Мои адвокаты внесут правки. Я не согласен со всем что касается опеки дочери. Я не откажусь от нее.

Теперь его лицо выражает решимость. Губы сжаты в твердую линию. Я вспыхиваю от его слов. Вспоминаю, что документы на развод составлялись до того как Тимур узнал о Снежане. Я планировала сказать ему что родила от другого мужчины, он бы подписал отказ от опеки и мы больше никогда не увиделись.

Но все случилось совершенно иначе. А просить у Германа исправить эти пункты я не решилась.

- Хорошо. Пришлешь курьером. До встречи, - киваю ему, с силой сжимая ручки сумочки. Взгялд Тимура прожигал лопатки.

Снежана помахала на прощанье «хорошему дяде, который подарил ей поняшку» и мы вышли из кафе. Дышать сразу же стало легче, а сердце уже не так сильно стучало в груди.

- Солнышко, привет, вы уже? – я остановилась, подняла взгляд и наткнулась на Германа.

Глава 15. Соня

- Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила я, оборачиваясь назад.

Смотрю на дверь кафе, боясь что сейчас на улицу выйдет Тимур. Сама не знаю почему начала паниковать. Ничего ведь плохого не сделала.

- Ты не рада мне? – нахмурился любимый.

- Дядя Герман, смотри что у меня есть! Это Принцесса Селестия! – восторженно выкрикнула Снежана, спасая меня.

- Я опаздываю на встречу, нужно еще Снежану отвезти к няне, - я беру дочь за руку и иду к припаркованному автомобилю. Герман не отстает.

Я открываю дверцу и усаживаю малышку в детское кресло, прежде чем она успела взболтнуть лишнего.

- С Огневым? Я с тобой. Собственно, я поэтому и приехал, - прячет руки в карманах Герман и напряженно вглядывается в мое лицо.

- Я… я передала ему документы курьером, у меня на работе срочные дела появились и встречу с ним пришлось перенести, - не знаю почему вру ему. До этого ведь никаких секретов от него не было.

Сама же кошусь на вход в детское кафе, в надежде что Огнев там пробудет дольше, чем мы здесь.

- Соня, ну кто так делает? Стоило встретиться с ним лично, все обговорить. У меня к нему тоже было несколько вопросов, - возмущается Герман.

- Не злись, Герман, - тянусь к его губам, оставляя легкий поцелуй. – Он наберет когда ознакомиться со всем и назначит встречу. Но я по-прежнему считаю, что тебе там делать нечего. Это ненастоящий развод. Все будет цивильно.

- Ты моя женщина, Соня, и я обязан решать твои проблемы. А брак с Огневым – это проблема. Уверен, он просто так не отступится, ведь развод означает потерю твоих активов. Он неплохо устроился при тебе, - хмыкает Герман, вызывая во мне бурю возмущения.

- Не буду скрывать, что к Огневу у меня давняя неприязнь, но не преувеличивай насчет компании, - качаю я головой. - Он честно все эти годы руководил ею. Все держалось на нем. Я ничего не делала, только подписывала бумаги. Так что здесь не он хорошо устроился, а я. В этом плане я безумно благодарна ему. Ты ведь знаешь что в свое время он очень выручил меня. Если бы не Тимур, вряд ли я жила такой жизнью как сейчас.

- Это ты преувеличиваешь его значимость, Софа. У тебя есть свой бизнес, который приносит немаленькие деньги. И ты его подняла сама. Так что заслуги Огнева в твоем благополучии нет. И я не пойму: почему ты его вообще защищаешь?

- Я не защищаю. Просто ты относишься к нему предвзято, - раздраженно бросаю я.

На самом деле я вру. Тимура я защищаю. Но лишь по одной причине. Я понимаю, что в будущем нам троим придется тесно общаться. Снежана – это связывающее нас звено. И этого уже не изменить. Я не хочу чтобы между нами было напряжение. Нужно обрубить это на корню.

Я не понимаю этой неприязни Германа к Тимуру. Ладно я, у меня есть причины, но Герман… Очень надеюсь, что когда расскажу ему кто отец Снежаны, он не станет настаивать на лишении родительских прав Тимура. Для меня это был бы выход, я не горю желанием общаться с ним, но он отец Снежаны и ради нее я готова потерпеть его общество. Если Тимур даст хоть один повод усомнится в нем, я обязательно добьюсь запрета на его встречи с дочкой, но до тех пор...

- Я не хочу ссорится, солнце, тем более из-за Огнева, - произношу примирительно, желая поскорее закрыть эту тему.

- Ты права. Прости. Меня просто злит, что ты до сих пор не принадлежишь мне полностью, поэтому и срываюсь. Я тогда вернусь в офис, а вечером к тебе заеду на ужин. Завтра в командировку уезжаю, скорее всего в городе буду через дней пять.

- Отлично. Тогда до вечера. Пожелания на ужин принимаю до пяти часов.

- Оставишь Снежку с няней? - спрашивает игриво и притягивает меня за талию к себе, заглядывая в глаза.

И именно в этот момент из здания выходит Тимур. Герман не видит его, так как стоит спиной к входу. Зато Огнев нас замечает. Мне прекрасно видно как каменеет выражение его лица. Я быстро отвожу от него взгляд.

- Посмотрим, няня просила у меня выходной, - натянуто улыбаюсь я и тянусь к его губам, чтобы он не успел увидеть Тимура, пока тот не сядет в свой автомобиль.

Чувствую себя так, словно изменяю мужу. Хотя по факту муж Тимур, получается. Нужно заканчивать с этими секретами. Ни к чему хорошему это не приведет.

- Когда вернешься с командировки хочу с тобой поговорить о кое-чем важном, - отстраняюсь от него.

Краем глаза наблюдаю как автомобиль Огнева резко срывается с места и на скорости выезжает на проезжую часть.

- М-м-м, надеюсь разговор будет о чем-то приятном.

- Посмотрим, - уклончиво отвечаю я, проклиная все на свете. Особенно тот случай с переломом руки. Если бы не это, Тимур никогда не узнал бы о дочери и меня не терзала бы совесть.

***

До офиса я доезжаю, вымотанная до предела. Встреча с Тимуром отняла все мои силы. Мне есть о чем подумать, и я до сих пор не вижу выхода из нашей ситуации. Одно я знаю точно: я не хочу видеть Огнева, но запретить ему встречаться с дочерью не могу. К тому же Снежана ведь так мечтает познакомиться с папой.

– София Ивановна, звонили из «Коралла», они хотят увеличить поставки нашей продукции в следующем месяце, – стоит мне войти в приемную, мой секретарь сразу же докладывает о главном.

– Скажи, что у нас планы производства расписаны на четыре месяца вперед и как бы нам ни хотелось, а изготовить дополнительную партию для них не выйдет, – не смотря на Кристину, говорю я и дергаю на себя дверь в кабинет. – В следующий час меня ни для кого нет.

Я громко хлопаю дверью, пересекаю помещение и сажусь в мягкое кресло. Прикрываю глаза в попытке расслабиться, но ни черта не получается.

Перед глазами все мелькает лицо Огнева, потом сменяется Германом. Как же это все сложно!

Нужно поговорить с Германом. Желательно сегодня вечером. Или же лучше после того, как он вернется из командировки? Да, точно, как только вернется, так и поговорим. За это время у меня уже будет четкий план действий. А еще я придумаю, как объяснить ему тот факт, что соврала об отце Снежаны.

Немного приведя мысли в порядок, я берусь за работу. Если бы отец увидел, во что воплотился мой бизнес-проект производства косметики, на который он когда-то выделил небольшую сумму, он гордился бы мной.

Всего за несколько лет мы сумели покорить рынок. Мощная рекламная кампания в совокупности с качественным товаром и оригинальным ассортиментом вывели мой бренд на первые позиции среди отечественных.

И самое главное – мне безумно нравится то, чем я занимаюсь. И меня устраивает, что фирмой отца управляет Тимур и мне ни о чем не нужно думать, кроме своего бизнеса. Материнство и работа отнимают все мое время, а если бы пришлось руководить или хотя бы начать принимать участие в работе компании отца – я свалилась бы от переработки.

Вечером я заезжаю в ресторан и заказываю еду навынос. Готовить желания нет, да и Герман не различит домашнюю еду от ресторанной. В подземном паркинге тихо и морозно. Я поднимаюсь на лифте на свой этаж, каблуки стучат по кафелю, я спешу быстрее оказаться дома и жутко нервничаю.

– Привет, зайка. Скучала? – улыбаюсь дочери, которая рисует перед телевизором в гостиной.

– Мама! Ты пришла! – Она бросилась ко мне, крепко обняла за шею, и в этот момент все проблемы вылетели из моей головы.

– К нам на ужин приедет дядя Герман, так что скоро будем кушать. – Я снимаю верхнюю одежду и несу пакеты в кухню. Няня как раз домывает посуду. – Добрый вечер. Спасибо, что сегодня согласились посидеть со Снежаной.

– Не за что, Софочка. Снежана сегодня себя очень хорошо вела. Даже позанимались с ней, учили буквы и цифры. А еще она весь день щебетала о каком-то Тимуре. Я так поняла, это мальчик с детской площадки. Видно, ей понравился очень.

– О, нет, – качаю головой я, но улыбаться перестаю при упоминании Огнева. Это же хорошо, что он понравился Снежане, правда? – Это не мальчик, это… это Огнев, – понижаю голос до шепота я.

Людмила Леонидовна работала еще в доме отца, меня знает давно и о том, что я замужем за Огневым, тоже знает. Мне кажется, она даже догадывается, что именно он отец Снежаны. Не зря ведь она дала доктору именно его номер телефона, а не стала дожидаться, когда сможет дозвониться до меня или Германа.

Она никогда не задает лишних вопросов, но многое понимает без слов. Как и то, что когда-то я была влюблена в Тимура.

– Что ж, не буду вам мешать, – вытирает руки о передник Людмила Леонидовна. – Пойду я. Завтра Снежану в сад отводить или пока пусть еще дома побудет?

– Еще несколько дней пусть дома побудет. Все-таки только вчера гипс наложили, рука болит у нее.

– Хорошо, тогда до завтра.

Няня уходит, я же сервирую стол, поглядывая на часы. Герман должен приехать с минуты на минуту. Нам не помешае ужин в семейном кругу. Да и Снежане с ним не помешает немного пообщаться, совсем скоро мы станем жить вместе, а с дочкой Герман за то время, что мы вместе, виделся не так часто.

Глава 16. Соня

Мелодия из динамика домофона вырывает меня из раздумий. Герман стоит за дверью с букетом цветов в руках. Я улыбаюсь, смотря на экран, и жму на кнопку, пропуская его в дом.

Смотрю на себя в зеркало, поправляя прическу и платье с длинными рукавами. Волнуюсь каждый раз, когда видимся с Германом. Все же у меня слишком мало опыта с мужчинами. После рождения Снежаны было не до отношений. Я не была готова к материнству, пребывала в растерянности и панике. А еще в сердце тогда крепко засел Тимур, и в сторону других мужчин даже смотреть не хотелось.

– Снеж, оставляй игрушки, сейчас ужинать будем. Дядя Герман уже поднимается, – поворачиваюсь к дочери, которая сидит на полу в окружении игрушек.

– Хорошо, мамочка, – улыбается мне, а меня при одном взгляде на нее переполняет любовью. Я из-за дочери и не могу злиться на Тимура в полной мере. Потому что жизни своей не представляю без этой крохи. Если бы не та ночь… как бы я жила сейчас?

Стук в дверь оповещает, что Герман уже здесь. Я открываю замки и встречаю его с искренней улыбкой на губах.

– Привет, – смущенно перевожу взгляд от его лица к прекрасному букету из белых роз.

– Привет. – Он перешагивает порог и наклоняется ко мне за поцелуем. – Прекрасно выглядишь. – Блеск в его глазах не поддельный, как и искренность в словах.

– Спасибо, проходи, я уже стол накрыла, – пропускаю его.

Мы с Германом познакомились в ночном клубе. У моей подруги был день рождения, я пришла всего на часик, чтобы ее поздравить, но так получилось, что у барной стойки ко мне подошел незнакомый симпатичный мужчина.

Он угостил меня выпивкой, потом пригласил на танец. Я сначала хотела отшить его, но потом одернула себя: столько лет без личной жизни, пора двигаться дальше.

Слово за слово, и вот мы уже на первом свидании. Я не сразу стала рассказывать о себе. О дочери – недели через две; о том, чем занимаюсь, – через месяц. Герман быстро завоевал мое доверие, был заботливым и обходительным. С ним моя жизнь заиграла новыми красками, а старые раны наконец-то затянулись.

– Дядя Герман, привет! У меня уже почти не болит рука. Все оставляют мне рисунки на гипсе, хочешь тоже нарисовать что-нибудь? – щебечет мой ангелочек, выбегая навстречу.

Брови Германа взлетают вверх, он переводит на меня удивленный взгляд.

– Я думал, ее няня заберет, – тихо произносит он.

– Прости, няня отпросилась, – шепчу одними губами. А потом обращаюсь к Снежане: – Зайчик, Герман обязательно потом тебе что-нибудь нарисует. А сейчас мы все садимся за стол, пока еда не остыла.

– Не хочу есть, – дуется дочь, тяжело вздыхая, но послушно идет в столовую.

Я знаю, что Герман хотел побыть вдвоем перед командировкой, но я не могу оставить ребенка с няней на целые сутки после того, как она два дня назад сломала руку. Ей нужна мать и моя забота. А еще мы слишком давно не проводили время втроем.

Мы ужинаем, говоря ни о чем. Снежана щебечет о своем, к счастью не вспоминая о Тимуре, Герман пьет из бокала вино, поглаживая под столом ладонью мое бедро.

– Очень вкусная паста получилась. Ты просто чудо, Сонь. – Целует меня в висок, а я не могу решить, говорить, что я в ресторане ее заказала, или нет.

– А я пойду завтра с мамой на работу, – встревает в разговор дочь, и момент признания упущен. Ладно, пусть думает, что это у меня руки такие золотые. Правда, после свадьбы для Германа станет великим разочарованием то, что я почти не умею готовить.

Я убираю грязную посуду со стола в раковину, чувствую на себе взгляд Германа, полный желания.

– Дочь уложу и вернусь, – говорю ему.

Вымотанная за день Снежана засыпает быстро. Герман в гостиной на диване щелкает пультом от телевизора. Пуговицы на рубашке расстёгнуты, в руках бокал с вином. Он отвлекается от экрана и переводит взгляд на меня. Поднимается, идет навстречу.

– Ты сегодня безумно красивая. Не мог дождаться конца вечера, – шепчет, заправляя за ухо прядь моих волос. – Иди ко мне.

Герман обнимает меня за талию, прижимает к своему телу и целует. Жадно и жестко. Я на мгновенье теряюсь, как это бывает обычно под его напором, но потом расслабляюсь, позволяя ему вести.

– Неделя – слишком много для воздержания, – шепчет между поцелуями, дергая вниз «замочек» на платье.

– Идем в спальню, – останавливаю его, смотря на приоткрытую дверь дочери.

– Хорошо. – Герман отпускает меня, и в этот же момент в гостиную входит дочь с Поняшкой в руке.

– Мам, мне страшно. Кажется, под моей кроватью монстр. Можно с тобой поспать?

Герман резко выдыхает через нос. Замечаю, как он с силой сжал кулаки. Смотрю на него с извинением.

– Она уснет, и я приду, жди меня в спальне, – шепчу ему и целую в щеку. – Солнышко, под кроватью нет никакого монстра. Монстров вообще не существуют. Идем и проверим вместе. – Вхожу в детскую, оглядываясь на хмурого Германа, который провожает меня взглядом.

– Я точно слышала какой-то шум. Мама, монстр есть, – хнычет Снежана.

– Не говори глупостей.

– Но Сережа сказал, что они есть!

– Какой еще Сережа? – удивленно вскидываю бровь.

Снежана смущенно отводит взгляд.

– Мальчик из садика.

Я улыбаюсь. Неужели моей девочке нравится кто-то?

– Он, скорее всего, специально сказал тебе, чтобы напугать. Ложись давай, я почитаю тебе сказку.

Мы с дочкой устраиваемся в кровати, я делаю свет на ночнике ярче. Пока читаю книжку, думаю о Германе в соседней комнате. Ему вставать рано, да и он рассчитывал совсем на другое времяпровождение. Но что поделать? Дочь для меня всегда на первом месте будет.

На тумбочке пиликнул телефон. Я потянулась к гаджету и застыла. На экране высветилось сообщение от Тимура. Я о нем пыталась весь вечер не думать, но он сам о себе напомнил.

«Стиль дня рождения – принцесса. Сказали прийти в розовом, корону на голову выдадут там. Все же очень надеюсь, что Артем пошутил, но меня гложет подозрение, что нет. Бумаги на развод с правками завезу завтра лично и хотел бы увидеться с дочерью. Во сколько можно приехать?»

– Мама, читай дальше, – трясет меня дочь, а я все пялюсь в строчки и не могу осознать то, что Тимур теперь будет участвовать в нашей жизни.

– Сейчас, зайчик, только на сообщение отвечу.

– Кто пишет? – серьезно спрашивает у меня. – Поздно так.

– Это… – хотела сказать «по работе», но передумала. – Это Тимур, ты с ним сегодня познакомилась. Он пригласил нас на праздник к девочке одной, пойдем на выходных?

– Да! – радостно хлопает в ладоши дочь. – Тимур мне нравится. Можно с ним дружить?

– Тебе нравятся все, кто приносит подарки, – дразню дочь, сама же печатаю ответ.

«Завтра спишемся, сейчас не могу ничего сказать из-за работы».

Тимур отвечает мгновенно.

«Зачем ты работаешь? У тебя нет недостатка в деньгах».

«Я занимаюсь тем, что мне нравится. Спокойной ночи, Тимур».

– Так, на чем мы там остановились? – возвращаю свое внимание дочери.

Я сама не замечаю, как засыпаю рядом с ней. Из сна резко выныриваю посреди ночи, нащупываю телефон, чтобы посмотреть, который час, меня ведь Герман ждет! Господи, обидится же. Столько планов у нас на этот вечер было, а я уснула!

Щурюсь от яркого света и вместо времени замечаю сообщение от Германа.

«Сладких снов, девочки мои. Не стал тебя будить, уехал домой, завтра рано вставать и еще нужно собрать чемодан. Встретимся через неделю, только в этот раз у меня, а Снежану на няню оставь. Все же с ребенком под одной крышей расслабиться не получится».

Я резко выдыхаю. В последних строчках мне послышался упрек. Но я понимаю его. Мы неделю не могли встретиться. То одно, то другое. А теперь еще неделю ждать.

Глава 17. Соня

Я спокойно работаю в своем кабинете. Дочь сидит рядом на диване и играет. Она расстроена, что не сможет пойти в парк аттракционов из-за перелома. За окном прекрасный вид на центр города, через час должна подъехать няня и забрать Снежану, потому что мне сегодня нужно съездить на производство.

Идиллию разрушает открывшаяся без стука дверь и голос моей секретарши с нотками паники и возмущения:

– Куда вы? Софья Ивановна сегодня не принимает!

Я отрываю взгляд от монитора и встречаюсь с омутами глаз Огнева. От неожиданности не сразу нахожусь что сказать.

– Софья Ивановна, простите, я говорила, что к вам нельзя, но…

– Все в порядке, – перебиваю взволнованную девушку. – Принеси нам кофе и перекусить чего-нибудь, пожалуйста.

Она кивает, бросая на меня виноватый взгляд, и скрывается за дверью, оставляя меня с Тимуром.

– Привет, – говорит он, и все его внимание обращено на дочь.

– Привет, – радостно машет ему ручкой Снежана. – Ты поиграешь со мной?

– Обязательно, только немного позже. Это для маленькой принцессы.

У него в руке букет из ландышей. Не представляю, где он достал их в это время года

– Ух ты, какие красивые! – принимает подарок дочь.

Я внимательно слежу за Тимуром. Кажется, он и в самом деле задался целью покорить Снежану.

Огнев возвращается ко мне взглядом, подходит к столу и садится напротив.

– Я, кажется, предложила встретиться после работы, – понижая голос, произношу я.

– Я уже закончил со своими делами, – разводит он руками, и несложно заметить насмешку с его стороны.

– Тимур, ты не можешь вот так просто врываться ко мне. У меня своя жизнь, у тебя своя. Разве это не твои слова?

– Кажется, теперь они не актуальны, – указывая на Снежану, произносит он. – Я привез бумаги на развод с правками.

Тимур достает из кожаного портфеля папку и пододвигает ее ко мне, не сводя с меня пристального тяжелого взгляда.

– Обязательно ознакомлюсь со всем, когда освобожусь.

– Мама, я хочу пипи! – сообщает Снежана, и я тяжело вздыхаю.

– У тебя есть отличный момент, чтобы проявить себя, – с насмешкой смотрю на Огнева.

Его глаза расширяются от смятения. Он отрицательно качает головой, давая понять, что на такое не подписывался.

– Солнышко, бери за ручку Тимура, он проведет тебя в уборную. Помнишь, куда идти?

– Да, мам! – сползает с дивана дочь.

– Отведешь ее в женский туалет и проследи, чтобы все было нормально. Ей сложно пока что управляться с одной рукой.

Снежана берет его за руку, заглядывая в глаза. Тимур умоляюще смотрит на меня.

– Не думаю, что это хорошая идея. Тем более в женский туалет мне вход воспрещен, – пытается увильнуть он.

– Ты же не будешь водить дочь в мужской туалет? Так что придется привыкнуть. Не бойся, никто на тебя не набросится за то, что ты зашел туда с маленькой девочкой.

– Идем же! – тянет его за руку Снежка.

– Да-да, сейчас.

Я смотрю на этого взрослого мужчину, и мне смешно от того, как беспомощно он выглядит. Провожаю их взглядом, сама же после того, как они скрылись за дверью, набираю Риту из бухгалтерии.

– Ритусь, там моя звезда побежала в уборную, можешь выглянуть из кабинета и помочь ей? С ней… мой знакомый, – с заминкой произношу я.

– Без проблем.

Снежану здесь все знают и любят. Я часто привожу ее в офис, чтобы проводить время вдвоем. Все же не должен ребенок постоянно находиться в обществе няни.

Возвращаются они минут через пятнадцать. Дочь счастливая и с конфетами. Тимур озадачен.

– Угощайся, – пододвигаю к нему чашку с кофе, который за время его отсутствия принесла секретарь. – Скоро Снежану няня заберет, тогда и сможем поговорить спокойно. Если хочешь, можешь со Снежаной на первый этаж спуститься и покормить рыбок в холле, да, дочь?

– Конечно! – сразу же отзывается Снежана с огоньком в глазах.

Она может умотать кого угодно. И мне даже интересно, сколько Тимур выдержит в ее обществе.

– Чудесно, тогда подожди, пока Тимур выпьет кофе, и покажешь ему, где у нас аквариум.

– Я потом допью. Пойдем, Снежана. Не будем маме мешать работать.

Он берет дочь на руки и легко целует в лоб. Я не могу оторвать от них взгляд. Я столько мечтала об этом когда-то давно – и вот, сбылось, когда я совсем этого не ожидала и не хотела.

В сердце щемит и в груди давит. Я вспоминаю ту боль, что пережила когда-то. Помню, как подолгу рассматривала наши фотографии со свадьбы. Хоть она и была фиктивная, но фотограф-то об этом не знал и запечатлел лучшие моменты.

Кажется, эти фото до сих пор где-то стоят в коробках. Я так и не смогла избавиться от них. Один раз выбросила в мусорное ведро, а потом достала обратно.

Я тяжело вздыхаю и возвращаюсь к работе. Сложно сосредоточиться и думать о чем-то другом, кроме Огнева. Он так неожиданно ворвался в нашу со Снежаной жизнь, исказив все на свете.

Когда приходит сообщение от няни, что она на месте, я собираю нужные документы и спускаюсь вниз. Снежана с Тимуром все еще рядом с аквариумом. Кажется, дочь рассказывает ему сюжет мультфильма «Немо» и увлечено тыкает пальцем в стекло. Тимур стоит рядом, стоически выдерживая определенно непривычный для него детский лепет. В его взгляде я замечаю восхищение. Ему определенно нравится Снежана.

– Как дела? – Подхожу к ним и глажу по голове дочь, поправляя волосики.

– Мама, представляешь, Тимур обещал свозить меня в ара… оки… – запинается она, не в силах выговорить сложное для нее слово.

– Океанариум, – подсказывает Огнев, и мои брови взлетают вверх. У нас в стране нет океанариума. Либо это пустое обещание, либо Тимур решил полететь в другую страну со Снежаной.

– Да! Туда! Там есть настоящие акулы, мама!

– Класс, – улыбаюсь я, а сама стреляю глазами в Тимура. – Там Людмила Леонидовна приехала, пойдем, маме нужно поработать несколько часиков, и она побудет с тобой.

– А можно со мной Тимур останется? Ну пожалуйста! – просит Снежана.

– Тимуру тоже нужно на работу, детка. Давай попрощаемся с ним и пойдем. – Я опускаюсь перед ней на корточки и надеваю на нее шапочку и куртку на несколько размеров больше, чтобы можно было застегнуть куртку, не натягивая рукав на руку в гипсе.

Снежана тяжело вздыхает и жалобно смотрит на нас.

– Мы через несколько дней снова увидимся, принцесса. Мама сказала тебе, что мы пойдем на день рождения к девочке? – приседает рядом Тимур.

– Правда?

– Ага, – кивает он.

– Нужно выбрать ей подарок. Так что сегодня обязательно придумай, что подарим. Я приду домой с работы, и ты мне расскажешь.

На этом и порешали. Тимур провожает нас прямо до машины няни. Снежана машет нам в окно, мы стоим рядом, словно пара, которая отпустила куда-то дочь. Непривычное чувство.

– Я только часа через три освобожусь. Встретимся, наверное, в каком-нибудь ресторане, – предлагаю я.

– Хорошо.

Я оглядываюсь по сторонам и хмурюсь. Потому что не вижу свою машину.

– Что-то случилось? – замечает мое состояние Тимур.

– Нет. То есть да. Не вижу свой автомобиль, хотя уверена, что припарковала его вон там.

– Белый внедорожник с наклейкой «Ребенок на борту»? – спрашивает он.

– Ага.

– Его эвакуатор увез. Я как раз подъехал в этот момент, – поджимает губы он.

– Что? О боже, только не это. Здесь же нет никаких знаков. – Верчу головой вокруг.

– Зато есть пешеходный переход. Ты прямо рядом с ним припарковалась, не выдержав разрешенную дистанцию, – снисходительным тоном говорит Огнев.

– Прекрасно. Просто супер! Где мне ее теперь искать? – сокрушаюсь я.

– Сбрось мне данные машины, я все улажу. Тебя куда-то подвезти?

Я неуверенно смотрю на него. С одной стороны, хочется как можно быстрее избавиться от его общества, а с другой – безумно тянет к нему. Неужели моя болезнь им не прошла?

Я одергиваю себя. У меня Герман есть. Я его люблю. А Огнев… Огнев – это как привет из прошлого. Тем не менее почему-то соглашаюсь на его предложение.

– Мне за Клеверный мост. У меня там находится производство.

– Производство? Интересно, – вскидывает бровь Тимур. – Идем. Я все равно никуда не спешу.

Глава 18. Тимур

У меня ощущение дежавю. Я в одной машине с Тимуром. Он за рулем. Запах в салоне все тот же – кожи вперемешку с его туалетной водой. Как будто в прошлое вернулась. Когда он бросился мне на выручку. С того дня вся моя жизнь изменилась до неузнаваемости.

Тимур расслабленно ведет машину, я тайком рассматриваю его. Все же он немного изменился за то время, что мы не виделись. Мелкая россыпь паутинок в уголке глаз, морщинка на лбу. И в плечах стал шире, словно активно посещал спортзал и сидел на всяких добавках, но, возможно, я просто плохо помню, каким он был четыре с половиной года назад. Все же его образ медленно на протяжении нескольких лет стирался с памяти.

А потом мой взгляд скользит к его ладоням, и мои щеки краснеют, потому что сразу вспоминается, что именно он делал этими пальцами в нашу первую брачную ночь.

Интересно, он вспоминал обо мне? Хоть иногда. Или близость с девушкой для него была настолько привычным делом, что он не придает этому никакого значения?

– Как вы познакомились с Германом? – барабаня пальцами по рулю, внезапно спрашивает он.

Я поворачиваю к нему голову.

– Не думаю, что это должно волновать тебя.

– И все же? – не сдается он.

Мы останавливаемся на красный свет, Тимур отвлекается от дороги и смотрит на меня. Глаза в глаза. В салоне становится слишком душно, и я тянусь к приборной панели, чтобы выключить обогреватель. Расстегиваю верхние пуговицы на пальто, с силой сжимаю папку с документами, что покоится на моих коленях.

– В ночном клубе познакомились, – после долгой паузы все же отвечаю я.

– Ясно. И чем он занимается?

– Это допрос? – прищурившись, спрашиваю его.

– Должен же я знать хоть что-то о человеке, с которым живет моя дочь.

– Мы не живем вместе. Пока что. Решили не торопиться. К тому же у него работа в другом конце города и добираться от меня далеко. А у нас сад рядом с домом и мой офис. Будем после свадьбы искать компромисс, скорее всего купим жилье в другом месте, – сама не знаю, почему делюсь нашими планами с Тимуром.

– А работает он где? – небрежно интересуется он, выворачивая руль вправо.

– Он директор автосалона. У них семейный бизнес. Еще вопросы? Может, тебя интересует размер его обуви и марка машины?

– На этом, пожалуй, все. Как дочь делить будем? И ты уверена, что не хочешь продолжить наше сотрудничество? Мне казалось, мы идеально сработались.

– Ага, идеально. Тебе забота о компании, а мне о дочери, – не могу удержаться от упрека в его сторону.

И Огнева это, кажется, задевает. Потому что он резко сворачивает на обочину, тормозит и нажимает на аварийку.

Всем корпусом разворачивается ко мне. Я даже успеваю испугаться такой его резкой перемены настроения.

– Я не знал, ясно? – повышает он голос, в глазах злость и негодование, словно это я одна виновата в том, что Снежана росла без отца.

– Не знал или не хотел знать? – без труда выдерживаю его тяжелый взгляд. – Я все это время жила в одном городе с тобой и считалась твоей официальной женой. Я не пряталась и дочь от тебя не прятала.

– Я не нанимался тебе в няньки, Соня, я устранил угрозу, убедился, что ты можешь спокойно жить, мы договорились с тобой, что если возникнут какие-то проблемы, то ты обязательно ко мне обратишься. Мы с тобой регулярно списывались. Я знал, что с тобой все в порядке. Так почему ты за четыре с половиной года не смогла найти всего одну минуту, чтобы сообщить мне о том, что у меня есть дочь? Почему, Соня?

Я сглатываю подступивший к горлу ком.

Почему?

На это слишком много причин.

Но я и половины не могу озвучить ему.

– Сейчас это не имеет значения. Ничего уже не изменишь, – равнодушно пожимаю плечами, хотя внутри все бурлит от противоречивых чувств. – Я вообще-то опаздываю. Может, уже поедем? – отворачиваюсь от него и невидящим взглядом смотрю на дорогу.

Тимур тяжело вздыхает. Щелкает поворотник, мы возвращаемся на дорогу, вклиниваясь в поток машин.

– Когда Снежана привыкнет к тебе, можешь забирать ее, когда захочешь. Я не против. Я не хочу, чтобы дочь чувствовала, что между нами есть какое-то напряжение, и видела, как мы грыземся из-за опеки над ней.

– Понимающая ты моя, – язвит Тимур. – И где же это понимание раньше было?

– Давай начистоту, Тимур. – Резко поворачиваюсь к нему. – Может, сейчас ты и рад, что у тебя есть дочь, но четыре с половиной года назад Снежана была бы для тебя нежеланным ребенком. У тебя были свои планы на жизнь, на Настю, и моя беременность в нее никак не вписывалась. Поэтому я не исключаю вероятности, что узнай ты о дочери сразу – все было бы не так хорошо, как ты думаешь. Подумай[n1] сам, отмотай время назад и скажи мне: что бы ты чувствовал, как бы поступил, сообщи я тебе о том, что наша брачная ночь, которая для обоих стала ошибкой, принесла вот такой результат?

Тимур не отвечает. Долго молчит. Скорее всего, понимает, что я права. Он не был бы рад рождению дочери. У него другие планы и приоритеты тогда были. Это сейчас все намного проще. Нет меня беременной и капризной, нет детского плача, поездок к педиатру, бессонных ночей. И упреков Насти тоже нет.

– Я не знаю, что тебе ответить, – наконец-то отзывается он. – В одном ты права: ребенок был бы нежеланным. Я не собирался становиться отцом. И уж тем более иметь ребенка от тебя. Но это не значит, что ты должна была молчать.

– Я разрушила бы ваши с Настей отношения. Да и мне не нужны были скандалы. А она бы обязательно их устраивала. С завидной регулярностью. Ты не стал бы жить со мной. Наша жизнь была бы чем-то вроде… хм… как если бы ты случайно изменил своей жене, сделал ребенка на стороне и теперь обязан его растить. А мне от тебя не нужны никакие подачки.

– И мы снова возвращаемся к тому, с чего начали. Как мы будем жить дальше, Соня? Если бы ты не собиралась замуж, я предложил бы попробовать пожить вместе. Как хорошие друзья, которые растят общего ребенка. Это был бы отличный вариант для нас. Мы оба находились бы со Снежаной. Но у тебя отношения…

– У тебя тоже, – бурчу я, перебивая его.

– Я жениться не собираюсь. У нас с Настей давно не те отношения. Скорее взаимовыгодная сделка. Я не люблю случайные связи, предпочитаю постоянство.

– Я заметила, – хмыкаю я, Тимур лишь бросает на меня взгляд, полный упрека. Словно я сказала что-то не то. – Я подумаю, Тимур, как нам теперь быть. Пусть все идет своим чередом. И ты проехал поворот. Развернись, нам нужно в переулок.

Машина притормаживает перед шлагбаумом, Тимур удивленно вытягивает шею, разглядывая впереди стоящее здание.

– Твое все?

– Ага. – Я опускаю стекло и машу рукой охраннику. Тот сразу узнает меня и возвращается к будке.

Шлагбаум открывается, пропуская нас на территорию небольшого завода.

– Видел бигборды твоей компании по городу, – заметив название моей фирмы на здании, произносит Тимур. – Честно говоря, не ожидал. – Возвращает взгляд на меня и смотрит с удивлением.

– А чего ты ждал?

Двигатель автомобиля уже не работает, но мы не спешим покидать салон. Смотрим в глаза друг другу с каким-то напряжением, что никак не отпускает.

– Что ты прожигаешь жизнь где-то на островах, путешествуешь, пьешь по утрам просеко и не особо думаешь о будущем, – произносит он, улыбаясь.

– Ну спасибо, – фыркаю я. – Шутка, знаешь ли, не самая лучшая.

– Прости, – качает он головой, его взгляд и улыбка становятся мягкими, слова уже не звучат так колко. – Просто сложно представить, что ты создала вот это и управляешь всем сама. Тем более если вспомнить тебя четыре года назад.

– Ты обо мне ничего не знаешь, Тимур. Ни сейчас, ни в прошлом, – с горечью произношу я.

В этот момент я понимаю, насколько мы чужие друг другу люди и насколько наивной я была когда-то. Влюбленная во взрослого, чужого мужчину. Нарисовала себе образ принца.

– Бизнес-проект по производству линейки косметических средств по уходу за волосами и телом я создала, еще когда отец был жив. Мне помогали его специалисты, мы вместе искали помещение, людей, которые на этом специализируются. После его смерти я просто продолжила реализовывать то, что планировала. Меня не интересовал бизнес папы, но ты и так уже это понял. И он знал, что я не смогу управлять им. А это дело приносит мне удовольствие.

Тимур задумчиво барабанит пальцами по рулю. Между его бровей залегла хмурая складка.

– Наверное, поэтому Иван и обучил меня всему. Втянул в бизнес. Он ведь мог с легкостью сам выкупить долю у бывшего партера, но дал мне денег под небольшой процент, чтобы ее забрал я. Словно подстраховывался. Ведь тогда и у меня появлялся свой личный интерес.

– Папа всегда планировал все на много шагов вперед. И он всегда жалел, что у него нет второго ребенка, сына, с которым он мог бы разделить свои интересы. А замуж я не скоро собиралась. Ты был ему близким другом, он доверял тебе. Поэтому нет ничего странного в том, что он, возможно, готовил тебя в преемники. Тем более никто из нас не знает, когда он узнал о своей болезни. Может, еще когда предложил тебе акции выкупить? Иначе он продал бы все, когда понял, насколько плохо его состояние, чтобы обналичить деньги и обеспечить мне будущее.

– Ты, наверное, права. – Тимур смотрит вдаль. Задумчиво перекатывает зажатую между пальцев зажигалку. – Он перед смертью попросил позаботиться о тебе. Но, кажется, я облажался.

– Еще как.

Этот разговор меня смущает. Поэтому я спешу выбраться из машины.

– Подождешь здесь или провести тебе экскурсию?

– Не откажусь от экскурсии. Нужно же знать, что предстоит нам делить при разводе, – подмигивает Огнев.

– О, будь уверен, я выгрызу зубами каждый рубль с твоего счета. У меня ведь есть преимущество перед тобой – дочь, – возвращаю ему шутку.

А сама задаюсь вопросом: что это только что было? Неужели я пыталась с ним флиртовать?

Глава 19. Соня

– Нехило так, – присвистывает Тимур, когда мы поднимаемся по лестнице в производственный цех.

Я сдерживаю улыбку, полную гордости за себя.

– Это тебе не просеко по утрам распивать, – язвлю я. – В центре находится наш главный офис. Там сидят менеджеры, рекламщики – здесь им делать нечего, – часть бухгалтерии и еще парочка людей из административного персонала. Мне приходится мотаться туда-сюда. К счастью, у меня хорошая команда и они хорошо справляются без меня. Снежана часто болеет, и я спокойно могу оставлять дела на своих помощников.

– На экспорт работаете?

У Огнева включилась профессиональная хватка.

– Только несколько стран Европы пока что охватили. Сейчас нацелены на рынок Азии, но там адская конкуренция и слишком большой ассортимент. Нужно придумать что-то креативное, чего не могут предложить другие производители.

Тимур спрятал руки в карманах, задумчиво смотря вниз на то, как в емкостях варится шампунь. Вокруг шумно, поэтому мы разговариваем громко. Почти что кричим.

– Я поговорю с одним человеком. Может, что-то и выйдет. К тому же у тебя есть преимущество: логистика уже налажена, с контейнерными перевозками проблем тоже нет, – усмехается он, намекая на то, что я как бы вообще-то являюсь совладельцем холдинга, занимающегося еще и контейнерными перевозками.

– Спасибо, но мне не нужна от тебя помощь. Я сама. Но если что-то получится, то обязательно воспользуюсь услугами «Гранд Эмпаер». Идем, У меня совещание через пятнадцать минут, покажу, где у нас комната отдыха.

Я не дожидаюсь ответа Тимура, отталкиваюсь руками от перил и иду к лестнице, ведущей в соседний корпус здания.

Тяжелые шаги звучат позади меня. Я прошу секретаршу сделать Огневу кофе и открываю дверь в зону отдыха. Только оказавшись по другую сторону двери, могу спокойно сделать вдох полной грудью.

Оказывается, все это время рядом с ним я была напряжена до предела. А еще мне очень хотелось произвести на него впечатление. Потому что его слова о том, что я, по его мнению, должна была прожигать жизнь и тратить отцовские деньги, меня чертовски задели. Словно я больше ни на что не гожусь.

Это Настя его ничем не занимается и висит у него на шее, растрачивая деньги. Я же думаю о будущем, а еще пытаюсь заполнить пустоту, что образовалась после смерти папы и разочарования в мужчинах, работой.

Во время совещания я рассеянна, никак не могу вернуться мыслями к работе. Я все еще не представляю, как мы теперь будем жить дальше. А еще нужно Герману рассказать о том, кто настоящий отец Снежаны. И сообщить новость о том, что теперь тот будет часто с нами видеться.

– Все? Ты освободилась? Теперь можем поговорить наконец-то? – поднимается с кресла Тимур, когда после совещания я вхожу в комнату отдыха.

– Почти. Я забыла в офисе кое-какие документы, и нужно еще машину со штрафстоянки забрать.

– Уже.

– Что?

– Ее уже вернули туда, откуда забрали. Вернее, чуть далее пешеходного перехода припарковали.

– Ключи ведь у меня. Как ее завели?

– На эвакуаторе вернули, – усмехается Тимур.

– Ладно. Спасибо, – обескураженно произношу я. Тимур так быстро решил мою проблему. Вот бы со всем можно было так разбираться. – Тогда оставишь меня у офиса, и в шесть вечера встретимся в «Бернадацци».

– Поехали. У меня ощущение, словно ты специально оттягиваешь момент разговора.

– Не понимаю, чем ты недоволен. Ты приехал ко мне в разгар рабочего дня, а теперь обвиняешь в том, что я вместо разговора с тобой работаю? – возмущенно спрашиваю я.

– Не начинай, – выставляя перед собой ладони, говорит он, – просто поделился своим мнением.

– Держи его при себе в следующий раз, – шиплю я и выхожу в коридор, громко стуча каблуками по полу.

Обратно едем в тишине. Я сажусь на заднее сиденье, по дороге пересматриваю документы. Замечаю на себе задумчивый взгляд Тимура, который наблюдает за мной через зеркало заднего вида. Как только он останавливается рядом со зданием, где располагается мой офис, я сразу же выскальзываю из салона.

– До вечера, – бросаю ему, оглядываясь по сторонам и выдыхая, когда замечаю припаркованную у обочины свою малышку.

Тимур не отвечает. Его автомобиль резко срывается с места и скрывается за поворотом.

Я стараюсь удержать в себе противоречивые чувства. Злость – не лучший советчик в таких делах. Это уже знаю по горькому опыту.

Я оставляю верхнюю одежду в гардеробной, падаю в мягкое кресло в своем кабинете и набираю Риту.

– Зайди ко мне, пожалуйста, я тебе документы привезла. И захвати свой успокаивающий чай, мне сейчас не помешает.

– Бегу, – слышится в трубке.

Я устало прикрываю глаза. Документы на развод, которые привез Тимур, все еще в моем портфеле. Но заглядывать туда отчего-то страшно.

Спустя несколько минут по интеркому секретарь передает мне, что Рита уже здесь.

– Пропусти ее. – Я быстро привожу себя в порядок, чтобы подруга ничего не заметила.

– Привет. – На пороге появляется Рита с подносом в руках.

Она увлекается медитацией и китайской культурой. Наверное, именно поэтому она всегда невозмутима, что бы ни случилось. Мне бы так.

– Рассказывай, – произносит она, ставя поднос на столик у дивана.

– Что рассказывать? – стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, а выражение лица оставалось невозмутимым.

– Все рассказывай. Ты обычно мой чай называешь редкостной дрянью и какашками насекомых. И если ты попросила его заварить, значит, дела у тебя, подруга, плохи. Это связано с тем красавчиком, которого я сегодня видела и на которого так похожа твоя дочь? Неужели это и есть тот самый Огнев?

– От тебя ничего не скрыть, – стону я, понимая, что меня в очередной раз так просто раскусила Рита.

Подруга знает о моей истории с Огневым. О том, как больно мне было, о том, как я сама дочь растила и надеялась, что однажды Тимур узнает о нас, заберет к себе, будет любить… Наивной я тогда была. Даже стыдно вспоминать свои мысли.

– Огнев узнал о дочери. И я не представляю, что с этим делать. – Тянусь к тому самому чаю, который, по словам Риты, должен меня успокоить, а сама понимаю, что мне не помешало бы что-то покрепче.

– Ну, рано или поздно этого стоило ожидать, – заключает подруга и взволнованно смотрит на меня. – Сама же этого хотела, так почему сейчас выглядишь так, словно твоего котенка машина переехала?

– У меня нет котенка, – бубню я.

– Но у тебя есть законный муж. С которым тебе все равно предстояло бы встретиться. Слишком многое вас связывает.

– Я надеялась, что этого никогда не случится. Ты ведь понимаешь, что я давно не та влюбленная дурочка, которой была когда-то?

– Зато он все так же хорош собой. После встречи с ним я начинаю понимать, что тебя так в нем зацепило.

– Ри-и-та, – протягиваю я с нотками возмущения.

– А что? Да он ходячий тестостерон. Смотришь на него и с трудом сдерживаешься, чтобы не начать облизываться, – смеется она. – А если серьезно, то он на Снежанку с таким теплом смотрел. Иногда достаточно одного взгляда на человека, чтобы понять, как он относится к другому. Так вот, за дочь можешь даже не беспокоиться.

– Ага. Я заметила.

Подруга вздыхает, накрывает мою руку своей и слегка сжимает, выражая поддержку.

– Не волнуйся, все будет хорошо. Главное ведь, чтобы Снежана счастлива была, правда?

– Да, – сдавленно произношу я. – Он ей, кажется, понравился.

– Вот и хорошо, – подбадривающе улыбается Рита. – А сама-то как? Ничего не ёкнуло? Не вернулось?

– Все хорошо, Рит. Ты ведь знаешь, у меня Герман есть. – Забираю свою руку, пряча взгляд в чашке с чаем.

– Как-то неуверенно ты это произнесла.

– Просто бесит он, понимаешь? – Со стуком ставлю чашку на стол, так что напиток разбрызгивается по сторонам.

Выдвигаю нижний ящик стола и достаю салфетки.

– Четыре с половиной года не интересовался моей жизнью, плевать ему было на меня, а сейчас появился, весь такой важный, и дочь сразу же получил. Несправедливо это. – С силой тру салфеткой по столу.

– Он пропустил первые годы жизни Снежки. Это достаточная кара за содеянное. Лишить девушку невинности, а потом выбросить за борт как ненужную вещь – отвратительный поступок, – кривится она.

– В этом есть и моя вина, – не соглашаюсь с ней. – Но это не отменяет того факта, что без Огнева мне жилось спокойней. Я планировала свадьбу с Германом, наш медовый месяц, переезд, а сейчас в это все нужно как-то вписать Тимура. А потом у него появится жена, и ее тоже нужно будет включить в нашу жизнь. А вдруг Снежка будет их любить больше меня? Я ведь держу ее в строгости…

– Не накручивай себя, – останавливает мой поток мыслей подруга. – Сонь, ты такая красавица, что можешь вскружить голову любому мужику. Так завладей вниманием Огнева, покажи, чего стоишь. Он, небось, в темноте тогда и не успел ничего разглядеть.

– Ты что, предлагаешь мне изменить Герману? – Мои брови взлетают вверх.

– Да ты что! – выставляет перед собой ладони Рита. – Всего лишь советую показать этому Огневу, чего он лишился, выбрав ту курицу. Не обязательно даже целоваться для этого. Ты взрослая девочка, Соня, должна понимать.

– Не люблю я это, ты ведь знаешь. Да и у меня полно других забот. Герман скоро из командировки вернется, и мне нужно обсудить с ним всю эту ситуацию. Тимур хочет, чтобы мы пошли вместе со Снежаной на вечеринку к дочери его друга. А еще у меня впереди разговор с нам. О том, как опеку над дочкой делить будем. А что тут делить, если она моя? Моя она, понимаешь? – срываюсь я. – Не помогает мне твой чай. – Отодвигаю от себя чашку и тяжело дышу.

– Перестань истерить. Может, все не так плохо, как ты себе нарисовала.

– Он знаешь что сказал? – Возвращаю взгляд на подругу и выдерживаю паузу. – Если бы у меня не было Германа, предложил бы жить в одном доме. Как друзья. Или соседи. Чтобы дочь вместе растить.

– И что тебя так возмутило?

Я давлюсь воздухом от этого вопроса.

– Или ты хотела, чтобы он тебе настоящий брак предложил? – хитро усмехается подруга.

– Нет, конечно, – гордо вскидываю подбородок.

– Вот что я скажу тебе, подруга. Тебе либо судьба второй шанс дала окрутить твоего Огнева, либо просто отпусти ситуацию. Если Герман тебя любит, то никаких проблем не возникнет. Это нормально, когда после развода отец ребенка приезжает и проводит с ним время.

– Ты, кажется, до этого говорила мне, что при встрече с Огневым разорвешь его на куски за то, что меня обидел.

– Это было до встречи с ним, – загадочно улыбается Рита, и мне становится любопытно, о чем таком они успели поговорить, что она так быстро переметнулась на другую сторону.

– Я его видеть не могу, Рит. Вот смотрю ему в лицо, и сразу та ночь вспоминается. Какой я дурочкой малолетней была. Стыдно так, ужас! Любила же его столько лет, в рот заглядывала, на все готова была. А сейчас отрезвела и все по-другому вижу. Обидно только, что провел со мной ночь и сразу же из жизни вычеркнул, словно пустышку какую-то.

– Жизнь все расставит по своим местам, Сонь. Не думай об этом, отпусти. Но об одном помни: ты должна вести себя достойно своему статусу. И не смей первая на него бросаться.

– Ну что ты такое говоришь? У меня Герман есть! Гер-ман! – произношу по слогам. – И я его люблю!

– Ну-ну.

– Так, все, мне пора. На встречу с Огневым. Дочь делить.

Я поднимаюсь с кресла, хватаю свою сумочку и вместе с подругой выхожу из кабинета. На душе отчего-то неспокойно. Словно нужно было до последнего отрицать отцовство Тимура. А еще лучше – сбежать так далеко, чтобы он нас не смог найти.

***

В ресторане немноголюдно, и Тимура я замечаю сразу. Он выбрал столик в конце зала. Задумчиво смотрит в окно, не замечая моего приближения.

Несколько минут назад мне звонил Герман, и я соврала, что у меня накопилось много дел и пришлось задержаться в офисе. Не привыкла я врать, и за это мне совестно. Но провоцировать его на ревность не хочу. Он и так к Тимуру настроен враждебно.

– Давно здесь? – устраиваюсь напротив него, пододвигая к себе меню.

Немного нервничаю перед предстоящим разговором. Не хочу скандалить и очень надеюсь на то, что не придется этого делать.

– Кажется, нет.

Тимур переводит на меня свой взгляд. Выглядит усталым. Перед ним тарелка с салатом, к которому он не притронулся, и остывший кофе. Судя по всему, пришел он намного раньше меня.

– Я готова к диалогу. – Складываю руки на груди, смотря на него с вызовом.

– Ты первая. Я хочу услышать твое предложение, а потом внести в него коррективы, – качает он головой. Выглядит при этом предельно серьезным.

– Я их уже озвучила. Ты можешь проводить время со Снежаной, когда захочешь, если у нас не будет других планов. Я не буду препятствовать твоему общению с дочкой. Но если мне что-то не понравится, если ты поведешь себя неправильно, ошибешься – я отсужу ее. Ты ведь понимаешь, что найдется множество свидетелей, которые подтвердят что за четыре года мы ни разу не встретились и ты не изъявил желания увидеть дочь. Суд будет на моей стороне.

– Не стоит сыпать угрозами, Софья. Прибереги их для кого-то другого, – спокойно произносит он в то время, когда внутри меня бушует целый ураган эмоций. – Твое предложение меня полностью устраивает. Единственное, что меня сейчас беспокоит, – как Снежана примет новость о том, что я ее отец. И как объяснить свое отсутствие все эти годы.

– Ей всего четыре, Тимур. Она все еще верит в сказки и во все, что говорят взрослые. Расскажи, как отважно добирался через весь мир сюда, как победил злого дракона и летел на воздушном шаре, и она тебе поверит. – Я сжимаю губы в тонкую линию, стараясь не выдать, что и меня волнует этот вопрос.

– Это как-то… странно. Она же будет всем рассказывать эту историю, и в глазах других я буду лжецом…

Я закатываю глаза.

– С каких пор тебя волнует общественное мнение? Помнится, тебе всегда было плевать на то, что говорят о тебе люди.

– Это было до того, как я стал отцом. И откуда, позволь спросить, у тебя такие глубокие познания о том, каким я был?

– Я весьма наблюдательна. И я видела, как ты вел себя на различных приемах. Я часто сопровождала отца. Ты однажды явился на благотворительный вечер в компании зеленоволосой девушки.

– Это была модель из Штатов. Не мог же я бросить ее в отеле. Я ведь обещал ей город показать. Удивительно, что ты об этом помнишь. Это было… сколько? Лет семь назад.

– Наверное, – пожимаю плечами. – Мне было скучно на таких мероприятиях, и я любила рассматривать людей, – вру я. На самом деле смотрела я всегда лишь на одного человека. И им был Тимур Огнев.

Могла ли я тогда представить, что моя мечта сбудется – моим первым мужчиной станет именно он? Жаль, разочарование было слишком сильным.

– Простите, вы определились с выбором? – Рядом с нашим столиком появляется официант, спасая меня от дальнейших объяснений.

Я пробегаюсь взглядом по меню и выбираю первое попавшееся блюдо. На самом деле я не уверена, что смогу есть в обществе Огнева. Чувствую себя неуютно под его пристальным взглядом. Еще и от Германа приходит несколько сообщений, и мне приходится отвлечься от разговора с Тимуром и ответить.

Дальше разговор не клеится. По правде говоря, о чем вообще могут разговаривать мужчина и женщина, у которых из общего только дочь, да и та получилась случайным образом? Поэтому я с облегчением выдыхаю, когда передо мной ставят тарелку с едой. Можно сделать вид, что я безумно занята разрезанием мяса на маленькие кусочки.

Мы обмениваемся еще несколькими короткими фразами, Тимур платит за наш ужин, и вместе мы направляемся к выходу. Забираем верхнюю одежду из гардеробной, и Тимур перехватывает мое пальто.

– Я помогу, – становится за моей спиной он, и я неловко просовываю руки в рукава.

– Спасибо, – прочищаю горло я. Становится как-то неловко, особенно когда наши пальцы случайно прикасаются.

– Не забудь, что в воскресенье мы идем на день рождения, – открывает передо мной дверь Огнев, и мы выходим на улицу.

В лицо сразу же ударяет холодный ветер, развевая по сторонам мои волосы.

– Такое не забудешь. До встречи, – киваю ему и спешу к своей машине, чувствуя, как горят лопатки от его пристального взгляда, направленного на меня.

Глава 20. Тимур

Перед домом, где жила Соня было спокойно и немноголюдно. Закрытая территория элитной высотки не давала шанса проскользнуть чужаку без приглашения. Тимур стоял, разглядывая панорамные окна, прислонившись бедрами к капоту автомобиля.

В руках два букета ромашек. Просто и со вкусом. Для матери же именинницы на заднем сиденье шикарные розы.

Интересно, Соня примет от него этот маленький презент или цветы украсят первый попавшийся мусорный бак?

Тимур пребывал не в самом лучшем настроении, и виной тому утренняя ссора с Настей. Конечно же, она видела пригласительный на праздник и отчего-то решила, что пойдут они вдвоем.

Тимур вспомнил утренний разговор и скривился. Когда он сообщил Насте, что праздник детский и ей там делать нечего, она, само собой, задала вопрос: а что, собственно, он забыл там? Тогда пришлось признаться, что едет он туда с дочкой.

И Настя заявила, что хочет познакомиться с ней, чем взбесила и без того нервного Тимура.

– Она не знает, что я ее отец, и мы виделись всего несколько раз, так с какой стати я должен тебя с ней сейчас знакомить? – набросился он на нее. – Не трепи мне мозги, Настя, лучше уберись в доме или вызови компанию, которая этим занимается. Твои вещи везде. – С раздражением пнул сумочку, что лежала прямо на полу.

В общем, из дома он вышел в хреновом настроении, а сейчас никак не мог расслабиться. Напряженно вглядывался в стеклянную дверь, каждые тридцать секунд проверяя время.

Наконец-то створки распахнулись и на улицу выбежала Снежана. Тимура она заметила сразу, рванула к нему.

– Привет! У меня новое платье! – сообщила она, и брови Огнева взлетели вверх. Он смотрел на девочку, но платья на ней не видел. Тем более что сказали явиться в розовом.

А потом он перевел взгляд на вышедшую из дома Соню и понял, что в такую погоду, скорее всего, она решила не одевать дочь заранее, а нарядить уже на самом празднике. Он бы до этого не додумался. Сколько же, оказывается, ему нужно выучить.

– Как рука, принцесса? – спросил, не в силах отвести от дочери взгляд.

– Хорошо, но чешется. Хочу, чтобы поскорее сняли это, – тяжело вздыхает Снежана. – И играть неудобно. И на плавание не хожу теперь. И на лошадках кататься мама не водит.

– Привет. – Рядом с ними остановилась Соня.

– Привет. Хорошо выглядишь, – улыбнулся Тимур, отмечая, что они сейчас похожи на настоящую семью, которая собирается на какое-то мероприятие. – Это тебе, – протянул Соне букет побольше.

Соня несколько раз моргнула, с недоумением смотря на цветы в руках Тимура. Несмело протянула свободную руку и, к облегчению Огнева, приняла их.

– Спасибо, – тихо произнесла она, на что Тимур лишь кивнул.

– А это тебе, малыш. – Снежана обхватила маленькими пальчиками ромашки и поднесла к лицу.

– Пахнут! Спасибо, Тимур, – радостно воскликнула она. – Мы уже едем? Мы не опаздываем?

– Не опаздываем, зайчик, – поправила хвостики на головке дочери Соня. – Идем, нас отвезет Тимур.

Для такого события Огнев даже приобрел детское кресло. Выбирал долго и скрупулёзно, но остановился на самом дорогом и навороченном варианте. Все же он планировал часто возить в машине дочь. Значит, нужна надежная и безопасная вещь.

Соня отметила его покупку, но никак не прокомментировала. Усадила дочь назад, сама же разместилась на переднем сиденье, так как свободное пространство позади занимали розы.

Тимур пристегнул ремень безопасности и завел двигатель.

Благо Снежана была говорливой и общительной девочкой, иначе неловкого молчания в салоне было бы не избежать. Она перепрыгивала с темы на тему, задавая миллион вопросов. Тимуру пришлось признаться себе, что ему это нравится.

Он даже успел по дороге примерить жизнь примерного семьянина и теперь удивлялся, почему так долго избегал заводить семью и детей.

Наверное, потому, что рядом с собой не видел ни одной женщины, которая идеально подходила бы под параметры жены и будущей матери его ребенка.

Он скосил взгляд на Соню. Впервые оценил ее как женщину, с которой мог бы завести отношения, возможно, даже пожениться. Хотя что за бред? Они ведь и так женаты. Почти пять лет уже. И скоро разведутся.

Тимур с силой сжал прорезиненный руль. Противоречивые чувства в нем не придавали покоя.

В ту ночь ведь в Соне он не просто дочку лучшего друга увидел. А взрослую красивую женщину. Страстную и желанную. И он точно знал, что нравился ей. Конечно, столь юные девицы легко влюблялись в мужчин постарше, да еще и в своих спасителей, но все же: поступи он тогда иначе, как бы они сейчас жили? Воспитывали бы вместе дочь? Перевели бы фиктивный брак в настоящий?

Странные вопросы тревожили его.

Соня чужая женщина. Единственное, что их связывает, – общий ребенок и компания. Но от одной мысли, что ею будет обладать Герман – Соней, не компанией, – уровень гнева в крови Огнева резко увеличивался.

– Приехали, – сообщил он, въезжая на территорию загородного дома друга.

В доме было слишком много детей. Они были везде: прыгали по дивану, бегали в гостиной, растаскивали сладости со стола. Тимур скривился, подумав, что ни за что в жизни не устроит таких вот праздников. А еще понял, насколько воспитанна Снежана в сравнении с другими детьми.

Она внимательно слушала аниматора и повторяла все движения за переодетой в Барби девушкой. Она казалась довольной и счастливой.

Тимур нашел взглядом Соню. Ей здесь явно было не по себе. Все же ни одного знакомого лица. Она стояла у панорамного окна с фужером в руке и не отводила взгляда от высокого дерева, что росло в конце двора.

Огнев было сделал шаг к ней, но на его плечо легла тяжелая рука.

– Ты какой-то дерганый и нервный в последнее время, друг, – произнес Артем, хозяин дома и его давний знакомый, отношения с которым переросли в настоящую дружбу.

– А как бы ты вел себя, узнав, что у тебя, оказывается, есть взрослая дочь? – с раздражением произнес Тимур. – Конечно, я нервный. Я, мягко говоря, немного в шоке.

Артем хмыкнул и покачал головой. Огнев же понял, какую хрень сморозил.

– Не поверишь, но я тебя понимаю лучше всех, – усмехнулся друг и покачал головой.

Артем же сразу вспомнил, что три года назад был в точно такой же ситуации, как и Тимур. Узнал о том, что его бывшая жена, оказывается, родила от него ребенка.

– И как теперь быть? Я, честно говоря, не хочу наломать дров, но и сдерживаться уже сил нет. Если сорвусь, наорав на Софью и предъявив претензии, вряд ли увижу дочь. А жить, встречаясь со Снежаной раз в неделю, тоже не вариант.

– Почему бы тебе не покорить сердце твоей красотки? Тогда все проблемы решились бы и дочь была бы всегда с тобой.

Тимур вернулся взглядом к Соне. Прошелся по ее красивой фигурке, породистом личике.

– Это не так просто, – заключил он. – Я обидел ее в прошлом. Очень сильно. А женщины – они существа злопамятные, тебе ли не знать? – намекнул Тимур на то, как долго была в обиде на Артема бывшая жена, с которой несколько лет назад они вновь сошлись.

– Если ее один раз торкнуло и она отдалась тебе, значит, и второй раз сработает, – словно змей-искуситель, проговорил Артем.

Тимур задумался. Он много раз вспоминал ту ночь. И корил себя за несдержанность, и с наслаждением восстанавливал в памяти, как хорошо было с ней. Первым он не был ни у кого.

Вот только им лучше было тогда оставаться порознь. Обижать Соню он не хотел, а с его характером это неизбежно. Ему она представлялась хрупкой вазой, которая могла расколоться от одного неправильного слова. С ней было тяжело, и такую ответственность он на себя тогда брать не хотел. Да и не нужно было ему это.

А сейчас… сейчас все изменилось. У них есть дочь. Соня стала другой. Она уже не похожа на ту испуганную девчонку, которая с надеждой смотрела на него, ожидая чуда от своего спасителя.

– Она красивая. Теперь понимаю, почему ты не смог удержаться, – вырывает его из мыслей голос друга.

– Да. Красивая, – не отрывая от Сони взгляда, соглашается Тимур.

Соня же, словно почувствовав, что за ней кто-то наблюдает, повернула голову в их сторону, вопросительно выгибая бровь.

Тимур улыбнулся ей уголками губ. Артем же наклонился к нему, тихо говоря:

– Давай, мужик, пора заканчивать с такими, как Настя твоя, и переходить на новый уровень. Поверь человеку с опытом в таких делах: ты не пожалеешь.

Тимур лишь усмехнулся, покачав головой. Артем прямо настоящая сваха. Или же просто роль играет то, что он терпеть не может Настю, с которой Огнев часто приходил к ним. Его жена Полина тоже не жаловала ту. Что-то у них там случилось, но обе молчат и не признаются.

– Ладно-ладно, признаюсь, ты прав. К тому же мне этот ее Герман совсем не нравится. Моя служба безопасности уже роет под него, и чует мое сердце: ничего хорошего там нет. Соня наверняка расстроится.

– Она расстроится, а ты ее утешишь, братан, – подмигнул ему Артем. – Только не тяни с этим. Она баба видная, вон половина мужиков здесь уже и забыли, что женаты, пожирают ее взглядом.

И это было правдой. Последний час Тимур наблюдал за тем, как то один, то другой подходит к Соне, пытаясь завести разговор. И это его безумно бесило. И выводило из себя. Ему отчего-то хотелось напялить на нее обручальное кольцо, то самое, которыми они обменялись четыре года назад, взять ее за руку и весь день не отпускать. Чтобы не вились вокруг нее всякие.

Похоже на ревность. «Да нет, не ревность это», – мысленно отмахнулся Тимур. Соня просто мать его дочери, и это логично, что он не хочет видеть рядом никого из мужчин. Но совет Артем дал дельный. Соня красивая женщина. Она выросла. И вообще-то, она до сих пор его жена. Так почему бы не укрепить брачные узы? Отдавать ее теперь какому-то Герману было бы идиотизмом. Их дочь должна расти в полной семье, и отец у нее должен быть один.

Этот план Тимуру нравился, и он поскорее хотел перейти к его реализации. И как некстати в голове вновь всплыли картинки той ночи. Он был у Сони первым, а первых не забывают. В этом его преимущество.

О том, что не сглупи он и мог быть ее единственным, Огнев предпочитал не думать. И так настроение ни к черту.

Глава 21. Соня

Приехав на детский день рождения, чувствую себя не в своей тарелке.

Здесь много народу. Определенно не у всех приглашенных есть дети. Как это обычно бывает: такие праздники – хороший предлог, чтобы укрепить деловые отношения, в неформальной обстановке обговорить какие-то рабочие моменты.

Дочь увлечена анимационным шоу и вполне комфортно чувствует себя среди незнакомых деток. Мне бы радоваться этому, но я не могу заставить себя перестать поглядывать на время, отсчитывая минуты до того момента, когда мы сможем уйти домой.

– Не видел вас раньше в гостях у Артема и Полины. Вы родственница или друг семьи?

Рядом со мной появляется незнакомый мужчина с двумя фужерами шампанского. Я сдержанно улыбаюсь ему, отказываясь от алкоголя и показывая, что мой напиток стоит на столике рядом.

– Вы правы, я впервые здесь.

Я замечаю, как он сканирует меня своим взглядом. Ему около сорока, и он мне совсем не нравится, но воспитание не позволяет мне грубо отшить его. К тому же я не у себя дома.

– Значит, я не ошибся. Такую привлекательную женщину, как вы, трудно было бы не запомнить.

Мне ни к чему его внимание, я собираюсь отойти под предлогом проверки, как там дочь, но совершенно неожиданно рядом с нами материализуется Огнев. Не совсем довольный Огнев, я бы сказала.

– Все хорошо, Софья? Не заскучала?

Его ладонь ложится на мою поясницу, он прижимает меня к своему боку. Жар его тела проникает в меня, волоски на коже встают дыбом от такой близости.

– Нормально все, – только на это и хватает меня. Слова застревают в горле, и я не совсем понимаю, что происходит.

Прикосновение Тимура вызывает внутри меня слишком много эмоций. Непозволительно много.

– Андрей, рад тебя видеть, – он приветствует того самого незнакомца, что подошел ко мне минуту назад, протягивает ему руку.

– Взаимно, – по сжатым в тонкую линию губам и прищуру глаз я понимаю, что с Огневым у них отношения далеки от теплых.

– Вижу, ты уже познакомился с моей женой, – самодовольно сообщает Тимур, я же перевожу на него удивленный взгляд.

Почти никто не знает о том, что мы женаты. Мы скоро разведемся, я с другим мужчиной строю отношения, и именно сейчас Тимур выбрал наилучшее время, чтобы начать представлять меня своим знакомым как жену.

Чудесно просто!

Я легко ударяю его локтем, давая знать, что об этом всем думаю. Его слова меня отрезвляют, и теперь уже внутри ничего не трепещет от его близости. И аромат его парфюма уже не кажется таким привлекательным.

– Не знал, что ты женат, – с сомнением смотрит на нас Андрей. В его взгляде отображается недоверие, сожаление и что-то еще, чего мне не удается распознать.

– Я никогда этого особо не афишировал, – пожимает плечами Тимур.

– Что ж, тогда поздравляю. Супруга у тебя безумно очаровательна. Пойду переговорю с Артемом, пока тот еще может трезво мыслить. Приятно было познакомиться, Софья. Еще увидимся, – салютует мне стаканом и уходит в сторону бара.

– Что это только что было? – Отрываю от себя руку Огнева и отступаю на шаг, увеличивая между нами расстояние.

– Что именно? – словно не понимая, о чем речь, ровно спрашивает Тимур.

– Вот это. – Кивком указываю в сторону, где скрылся Андрей. – Зачем ты представил меня своей женой? Я через три месяца за Германа замуж выйду, мы ведь можем пересечься на каком-то мероприятии, – зло шиплю я.

– А ты разве не моя жена? Не понимаю, почему ты так разошлась. Я лишь сказал правду, – с невозмутимым видом произносит Тимур.

Я фыркаю в ответ.

– Поздновато ты что-то вспомнил о наличии в твоей жизни жены.

– Лучше поздно, чем никогда, не находишь?

– Иногда и в самом деле бывает поздно. Тебе стоило на это мероприятие взять с собой Настю.

Тимур кривится, словно съел кислую вишню.

– Насте делать здесь нечего. Тем более я хотел провести время со своей дочерью, а не с ней.

– Вот иди и проводи. Спроси, не хочет она есть или пить. У нее гипс на руке, за ней нужно следить постоянно, – громче, чем стоило, произношу я, привлекая к нашей паре слишком много ненужного внимания. – Иди к Снежане, а мне в уборную нужно.

Я быстрым шагом пересекаю просторную гостиную, сворачиваю влево и практически залетаю в ванную комнату. Закрываюсь на защелку, включаю кран с холодной водой и, обессиленно упираясь руками в раковину, смотрю на свое отражение.

Щеки красные, глаза гневно сверкают, губы искусанные из-за нервного напряжения. Мне не мешало бы успокоиться, но сделать это безумно трудно. Особенно если вспомнить, что прилетает Герман и мне как-то нужно сообщить новость об отце Снежаны.

Я привожу себя в порядок, брызгаю на лицо холодной водой, одергиваю платье и выхожу из уборной, моментально наткнувшись на стальное мужское тело. Испуганно вскрикиваю от неожиданности и делаю шаг назад.

– Простите, если напугал. – Я поднимаю взгляд и натыкаюсь на Андрея. – Хотел поговорить с вами с глазу на глаз, вы ведь не против?

– Мне кажется, нам не о чем разговаривать с вами. Особенно с глазу на глаз.

С того самого дня, как меня похитили почти пять лет назад, незнакомые мужчины стали меня пугать, и я всячески избегала находиться с ними вдвоем в одном помещении. Да, здесь полно народу, но все заняты, музыка играет громко, а в самом коридоре, где мы стоим, нет никого. Случись со мной что-то – никто не заметит.

– Вы ошибаетесь. Это касается вашего мужа, Соня. Честно признаться, я за мужскую солидарность, но вы столь прекрасная девушка, что я просто не могу позволить ему вас обманывать.

Его голос сочится фальшью и патокой. Конечно же, он врет. Он очень хочет сообщить мне нечто о моем муже. И его разорвет, если он этого не сделает.

– И что же такого вы можете сообщить о моем муже, чего не знаю я? – Я скрещиваю руки на груди, выжидающе смотря на него. Моя бровь ползет вверх, вся моя поза излучает насмешку.

Андрей прочищает горло, оглядывается по сторонам, словно боясь, что кто-то может нас услышать.

– Может, найдем более тихий уголок? Чтобы без лишних глаз и ушей? – улыбается он, как бы случайно придвигаясь ближе ко мне.

Я оказываюсь зажатой между его телом и дверью в ванную комнату. Моя зона комфорта нарушена. Этот скользкий тип мне совершенно не нравится.

– А вы шепотом говорите. Здесь довольно-таки шумно, точно никто не услышит.

Мужчина тяжело вздыхает, наклоняется ближе ко мне. Я чувствую его ментоловое дыхание на своем лице.

– Мне жаль сообщать вам это, Софья, но ваш муж вам изменяет, – загробным голосом сообщает он так, словно ему и в самом деле тяжело об этом рассказывать. Словно он близкий друг нашей семьи, который искреннее переживает.

– Понимаю, незнакомцу сложно поверить, но он несколько раз появлялся на мероприятиях с другой женщиной. Высокая блондинка. Анастасия.

От этого имени меня коробит. Вот поэтому я и не хотела появляться с Огневым в обществе. Все секреты не сохранишь. Он с Настей уже много лет, и логично, что теперь все будут искоса поглядывать на меня, гадая, откуда я взялась и знаю ли о его связи с другой женщиной. А те, кто знают о нашем браке, будут смотреть на меня с сочувствием, считая, что я ушла от Тимура из-за его постоянных измен.

– Если не верите мне, могу попросить предоставить записи из клуба, где они в прошлом месяце были на праздновании его открытия. Уверен, камеры зафиксировали много интересного.

– Благодарю за информацию, но мы с мужем это обсудим вдвоем. К тому же, возможно, вы просто обознались. А теперь простите меня, но мне нужно найти дочь.

Андрей, кажется, разочарован, что его новость не вызвала у меня должного эффекта. Скорее всего, он ожидал, что я брошусь к Тимуру, влеплю ему пощечину и при всех начну разборки. Но, увы, реальность такова, что мы с Огневым никогда не являлись мужем и женой в полной мере. Разве что в первую брачную ночь, когда я верила, что все будет по-другому.

Проталкиваюсь мимо него и, громко стуча каблуками, направляюсь в гостиную. На ходу хватаю с подноса бокал, подношу к губам, но сразу же возвращаю его обратно. Еще не хватало напиться при ребенке. Совсем голову потеряла из-за Огнева.

– Я искал тебя. – Рядом появляется виновник моего плохого настроения.

Я бросаю на Тимура короткий гневный взгляд.

– Что-то со Снежаной? – сдержанно интересуюсь я.

– Нет. – Тимур, кажется, опешил от моей холодности и такой быстрой смены настроения.

– Тогда что?

– Я… просто волновался. Все же ты никого здесь не знаешь.

– Не нужно за меня волноваться, я уже взрослая девочка и не боюсь оказаться в незнакомой обстановке с неизвестными мне людьми. Где Снежана? – Верчу головой, пытаясь отыскать дочь.

Тимур отвечает не сразу. Кажется, он опешил[n6] от такой моей резкости.

– У тебя все нормально? – спрашивает, спрятав руки в карманах.

– Вполне. Я не вижу дочь.

Тимур обводит взглядом пространство.

– Пять минут назад была здесь. Играла с другими детьми, – задумчиво почесывает подбородок Тимур.

– Я поищу ее. Она, должно быть, устала.

– Скоро должны резать торт. После сладкого можем уехать, если не захотите остаться.

Я киваю и сразу же растворяюсь в толпе, пытаясь отыскать дочь. Но ее нигде нет. И если сначала я решила, что она с детьми играет в прятки либо поднялась наверх, то спустя минут пятнадцать поисков понимаю, что ее нигде нет.

Страх пронзает меня толстой иглой. Дышать становится трудно. Я чувствую, как подступает паника. Лица людей вокруг не различаю. У меня в голове все мысли о плохом. Вдруг мою малышку похитили? А если с ней что-то случилось? И сразу же виню себя в том, что недосмотрела. Положилась на то, что здесь и детские аниматоры, и полно взрослых людей, и ребятня вокруг.

– Сонь, ты выглядишь бледной. Тебе плохо? – К моей руке прикасается Огнев, вырывая меня из транса.

Я резко оборачиваюсь к Тимуру. С трудом фокусирую взгляд.

– Ты не нашел Снежану? Ее нигде нет, – выдавливаю из себя, с трудом сдерживая слезы.

Выражение лица Тимура в мгновение меняется. В глазах появляется тревога.

– Здесь закрытая территория, она не могла никуда уйти. Мы найдем ее, Сонь, скорее всего, она играет в одной из комнат наверху или прячется. Дети недавно в прятки играли, я сам видел.

– Да, ты прав. Я, наверное, зря паникую. Нужно найти ее. Я уже почти везде проверила.

– Ты посмотри во дворе, мало ли, может, на детскую площадку рванула, а я поспрашиваю персонал и попрошу Артема, чтобы он спальни на втором этаже проверил.

– Хорошо, – киваю.

– Не волнуйся, Сонь. Все с ней хорошо. Это детский праздник, она где-то заигралась, побежала за детьми, ты зря волнуешься.

– Да. Да, – повторяю на автомате. – Я пойду во двор.

Время тянется безумно медленно. Прошло минут десять, а ощущение, словно несколько часов. Снежаны во дворе ожидаемо нет. Я возвращаюсь в дом, выискиваю глазами Тимура, с надеждой смотря на него. Он замечает меня, отрицательно качает головой, переговариваясь о чем-то с хозяином дома и его женой. Одного взгляда на их лица достаточно, чтобы тревога ударной волной прокатилась по мне.

Они ее не нашли и понятия не имеют, где искать.

Господи.

Я быстро преодолеваю расстояние между нами. Слышу последнюю фразу Полины:

– Наверное, стоит прервать праздник и отправиться на поиски.

– Она не могла покинуть дом, до ручки двери не дотянулась бы, – задумчиво произносит Артем.

Тимур приобнимает меня за талию, притягивая к себе.

– Все будет хорошо, – – шепчет на ухо, и не знаю, кого он пытается успокоить больше: себя или меня. Потому что в его глазах тревога за дочь не меньше, чем у меня.

К нам неожиданно подходит официант, что-то говорит Артему. Так тихо, что мне не удается расслышать слова. Но по взгляду мужчины, обратившемуся в нашу сторону, я понимаю, что это касается Снежаны.

– Спасибо, – похлопывает официанта по плечу Артем, а потом сообщает нам хорошую новость: – Снежану нашли. Она в кладовке каким-то образом оказалась. Она, кажется, сильно испугалась. Плачет и не хочет выходить.

– О господи! – всхлипываю я, чувствуя, как отступили волнения и паника.

Я выворачиваюсь из объятий Тимура и мчу за официантом в сторону кухни.

Глава 22. Соня

Снежану я нахожу сидящей на полу в кладовке.

– Что случилось, солнышко? Ты потерялась и испугалась?

Я присаживаюсь рядом с ней, обнимаю и целую в макушку. Страх, который я сегодня пережила, не передать словами. У меня все еще дрожат руки и гулко бьется сердце. Я за время поисков дочери чего только не придумала себе.

– Все хорошо, мама рядом. Пойдем, сейчас будут тортик резать, возьмем себе по кусочку, – успокаиваю свою малышку.

– Не хочу, – трясет головой дочь, а у меня от ее слез сердце изнутри разрывается.

– Тебя кто-то обидел? – спрашиваю, потому что это прямой сигнал того, что что-то произошло. Просто так Снежана от сладкого не отказалась бы. Мне приходится прятать от нее все конфеты и шоколадки.

Дочь молчит, и я догадываюсь, что причина именно в этом.

– Расскажи маме по секрету, что случилось. – Глажу ее по спинке, поднимаю с пола и осторожно пересаживаю к себе на колени.

– Аля сказала, что ее папа работает в море, они спросили о моем папе и не захотели со мной играть, потому что у меня его нет. Они играли в прятки, а меня искать никто не хотел, – заикаясь и всхлипывая, доверчиво жмется ко мне дочь. – И игрушки мне не дали.

Мое сердце замирает, а во рту появляется горечь. Почему дети так жестоки?

– У меня ведь есть папа? Где мой папа, мам? Он не любит меня? Поэтому никогда не приходит?

У меня горло сдавливает, и я не могу произнести ни слова. Снежана заглядывает мне в глаза в ожидании ответа.

– Он…

Я замолкаю, так как за спиной слышатся тяжелые шаги. Кто-то присаживается рядом с нами, и по парфюму с легкостью я узнаю Тимура.

Мы встречаемся взглядами и без слов понимаем, что думаем об одном и том же. Это идеальный момент рассказать все Снежке. К тому же она с ним хорошо поладила. Но я еще не готова. Я думала, у меня есть больше времени.

– Солнышко, конечно, у тебя есть папа, и он… он… – я сглатываю, не зная, как произнести это вслух.

– И он не знал о твоем существовании, – подхватывает Огнев, забирая у меня дочь.

Теперь они находятся друг перед другом.

Снежана рукавом стирает слезы с глаз. Тимур же поправляет хвостики на ее головке.

– А как только узнал, сразу же примчался. Я твой папа, малыш, и я очень-очень рад, что наконец-то смог познакомиться с тобой.

Я внимательно наблюдаю за реакцией дочери. Дети в ее возрасте очень впечатлительны, и я волнуюсь, как она воспримет все.

– Ты не врешь? – В ее глазах загорается огонек. Она моментально забывает об обидах. Смотрит на Тимура с недоверием.

– Нет, конечно. Мы с твоей мамой собирались сказать тебе об этом немного позже, когда мы с тобой хорошо подружимся, но раз такие дела пошли… – Разводит руками, улыбаясь уголками губ.

– Ты мой папа? – шепотом и робко-робко переспрашивает она. Словно не верит в реальность происходящего.

Тимур кивает. В его глазах лучатся тепло и нежность к дочери.

– Обнимешь папу? – спрашивает он.

– Только одной ручкой, вторая болит.

– Одной ручкой, хорошо. – Кадык Тимура дергается, и я замечаю, что и он безумно нервничает.

Снежана тянется к нему, обнимает и прижимается к его груди. Вот и все. Это произошло. И оказалось не так страшно, как я думала.

– А где ты был, папочка? Почему не приходил?

– Я работал. Далеко-далеко. Туда письма от твоей мамы не приходили, и у меня не было причины приезжать в этот город.

Я благодарна Тимуру за эту ложь.

– Ты же не оставишь меня теперь, папочка?

– Не оставлю.

– И не уедешь?

– Не уеду, – обещает Тимур, обнимая ее еще сильнее. Я ощущаю себя здесь лишней. Отвратное чувство.

– Я так тебя ждала. Так сильно. Можешь спросить у мамы, я всегда о тебе спрашивала. Я люблю тебя сильно-сильно, только больше не уходи.

– Не уйду. Я к тебе навсегда приехал, – обещает Огнев, и я отворачиваюсь от него, потому что на моих глазах выступают слезы.

Господи, это так тяжело.

Минуту мы втроем сидим в тишине кладовки. А потом Снежана ошарашивает нас вопросом:

– И жить ты тоже теперь с нами будешь? А если ты мой папа, значит, ты любишь мою маму? Все папы любят мам. Иначе детки бы не родились.

Тимур смеется. Эта детская непосредственность так умиляет. Дети совсем иначе воспринимают ситуацию и анализируют ее по-своему.

Мы с Огневым переглядываемся. В этот раз инициативу в свои руки беру я.

– Солнышко, у папы есть свой дом, а мы скоро станем жить с дядей Германом. Папа будет приходить к нам, забирать тебя. Он теперь никуда не денется.