Глава 31

Мои мысли путаются, перепрыгивают с места на место, не давая сосредоточиться. Не помню, как оказалась дома. Здесь чувствую себя в безопасности, хотя сама являюсь источником опасности. Прохожу в дом и сразу бегу в спальню, боюсь, что кто-то из слуг заметит меня.

Оказавшись за дверьми спальни я начинаю рыдать, горло саднит, а поток слез просто невозможно остановить. Я убила человека! Каким бы ужасным он не был, какие бы поступки не хотел совершить или совершал, я просто взяла и убила!

Опускаюсь на пол, обхватив колени руками. Хочется, чтобы всё закончилось, как страшный сон. Проснуться дома, там будет отец, я буду счастлива и беззаботна, не будет Макса, моего замужества и измены. Зажмуриваюсь, но к несчастью, всё, что случилось, слишком реально. Оно не исчезнет, не вычеркнешь, не сотрешь.

В комнате темно, а за окном бушует непогода, ветер раздувает занавески, словно парус, зло треплет. Деревья в саду кренятся от сильных порывов. Закрыть бы окно, но сил подняться нет.

Смотрю на свои руки с пятнами засохшей крови и мне становится жутко. Унять бы дрожь, мне всё кажется, что сейчас я увижу призрак Макса, который явился за мной.

Нужно позвонить Владу, он сможет помочь, всё решит, как делал это много раз!

Он был так искренне рад ребёнку, а я подвела его. Возможно, что это ребёнок вовсе не от него, а от настоящего мерзавца, который воспользовался моей наивностью. Как глупа и слепа была я, что поверила в его сладкие речи. Тянусь к сумочке и вытряхиваю её содержимое на пол. Помада катится под кровать, банковские карточки, какая-то мелочь, но телефона нет. Сердце замирает в груди, я оставила его там, в квартире… Меня обвинят в убийстве, когда обнаружат мой сотовый в квартире. Заголовки газет будут пестреть от новости — «Жена Тополева изменяла ему с помощником, а затем убила в порыве страсти или ревности.»

Проклятые газетчики, словно стервятники слетятся, чтобы полакомиться остатками моей жизни, устроят пир на костях. У меня не останется ничего, отец для меня чужой, Влад не простит никогда, я останусь одна, как того и заслуживаю.

Наверное самое страшное это ожидание неизвестности. Я нахожусь в странном оцепенении, закрывшись в этой комнате от всего мира и проблем, будто четыре стену смогут спасти меня.

Не знаю сколько времени вот так сижу на полу…

Погода за окном не меняется, небо лишь сереет, предвещая начало утра. Я больше не плачу, слезы кончились, просто сижу уставившись в одну точку и жду, сама не зная чего.

Слышу на лестнице шаги…

Твёрдые, мужские?

Полиция?

Явилась за мной, чтобы наказать преступницу. Я не стану отрицать, нет сил бороться, да и зачем? Это сделала я.

Дверь распахивается.

На пороге стоит Влад. Вижу непонимание на его лице, когда он видит, что кровать, где я должна спать, пуста. А затем он замечает меня на полу в углу.

— Мира! — бросается ко мне, обнимает, обхватывает руками лицо. — Боже, ну, что ты, глупышка! Что такое? Ты переживаешь? Я завершил свою поездку раньше, чем планировал, быстро всё закончил, только, чтобы к тебе примчаться. Ну, что ты, моя милая…

В его словах столько нежности, столько любви и ласки. Как я могла так подвезти его, так поступить.

От осознания своей подлости и отчаяния я начинаю вновь горько плакать.

Влад прижимает к себе, обнимает, шепчет ласковые слова, думает, что я боюсь предстоящих трудностей, связанных с беременностью.

А затем он видит мои руки.

Даже в сумерках я замечаю, что его лицо приобретает бледный оттенок.

— О, Господи! Где мой телефон, нужно срочно позвонить в скорую!

Срывается с места, ищет сотовый.

— Не надо, прошу! — в страхе восклицаю я. — Это вовсе не моя кровь!

Влад замирает.

— Что? Что случилось!?

Вновь приближается, хватает за запястья, смотрит на мои руки, затем переводит взгляд на меня. В его глазах испуг и страх.

— Что-то с ребёнком!? Мира!?

— Влад, нет, нет, — я отрицательно качаю головой и мужчина выдыхает. Чувствую его секундное облегчение, но он всё ещё ждёт ответов и безумно волнуется.

Нет смысла и дальше что-то скрывать или утаивать. Обстоятельства выше меня, я в ловушке, которая захлопнулась.

Но я сама виновата! Череда событий, принятых решений привела меня к тому, что мои руки в крови другого человека.

Я не боюсь, что понесу наказание, нет, я боюсь ранить Влада своим признанием.

Сможет ли он простить меня? Он ревнивец и собственник, что он скажет, когда узнает, что жена изменяла ему?

— Мира! — тревожно спрашивает мужчина. — Скажи мне, что произошло? Что бы это ни было, мы обязательно вместе разберёмся! Я вижу, что ты напугана, но прошу, скажи мне!

Он не просит, требует. В его голосе смятение и беспокойство.

— Ты должен знать, что мне жаль…,- бормочу я. — Мне очень жаль, это была ошибка, я не хотела, ну то есть, я не думала…

Мой голос срывается.

Влад сжимает в тёплых объятиях. Его сильные руки ложатся мне на плечи. Пахнет дорогим знакомым парфюмом. Как я могла променять его на кого-то ещё…

— Не бойся, скажи мне, я всё решу, я обещаю! — твёрдо говорит он.

— Влад, я изменяла тебе с Максимом Савицким, а сегодня… кажется я убила его.

Поднимаю голову, внимательно смотрю на мужа. Его лицо меняется, глаза темнеют, губы превращаются в тонкую линию.

Он так зол, что кажется ещё секунда и воздух вокруг начнёт вибрировать от напряжения.

Сейчас он меня ударит… Чувствую, как он весь напрягается, словно каменеет.

Тополев убирает руки, а затем отстраняется, делая шаг назад.

На его губах появляется ироничная улыбка.

— Вот значит как, — хрипло говорит он.

Загрузка...